Текст книги "Лёд (СИ)"

Автор книги: Евгения Ломанова

Соавторы: Евгения Савас
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

17 глава

Я последовал её недавнему примеру и между очередным поцелуем втиснул между нашими губами свои пальцы, прижал их к её губам, отодвинув немного, не давая себе возможности касаться её. Дыхание совсем сбилось, я прижался лбом к её лбу, пытаясь сосредоточиться и немного успокоиться. Но так я все равно мог её видеть и чувствовать. Все мои усилия становились напрасными. Я с трудом собирал последние крохи самообладания и прижал её голову к своему плечу, удерживая за затылок. Она не сопротивлялась и стояла спокойно. Её дыхание даже через одежду обжигало, но отпустить её совсем я был просто не в состоянии! Мысли разбегались, путались как мои пальцы в её волосах.

– Ты что-то хотел спросить? – приглушенно спросила она.

– Да.

Я еле сдерживался! Пока мы стояли, я невольно стал тереться щекой о её волосы и уже почти поцеловал их, когда она заговорила. После моего ответа, она опустила руки и обняла меня за талию, отклонившись так, чтобы видеть моё лицо.

– Вся одежда в той комнате твоя?

Она немного склонила голову после своего вопроса, с таким серьезным выражением, что я едва смог сосредоточиться на сути её вопроса.

– Одежда? Ты пряталась в гардеробной?

Она слегка качнула головой, указывая направление, и сказала:

– Комната, в которой много одежды.

Я снова притянул её к себе и прижался губами к волосам, задыхаясь почти от облегчения.

– Я решил, что ты мне привиделась. Эйнар ходил тут и я боялся, что он увидит твои вещи. Но их не было и кровать ты застелила. Я испугался до жути.

– Я подумала, что в санитарное помещение могут войти, – слегка пожала плечами она.

– Ты угадала, он входил.

– Я слушала, – кивнула она и снова отодвинулась. – Ты не ответил.

– Не ответил? – разве я что-то пропустил?

– Одежда, – она снова сделала это движение, указывая на гардеробную.

– Что с ней?

– Она твоя?

Как она может спрашивать такие вещи и так серьезно? Будто щекотка по сердцу пробежала.

– Да, конечно.

– Я могу взять что-то из твоей одежды?

– Зачем?

– В форме я слишком заметная.

– Ты хочешь переодеться в мою одежду?

– Да.

– Но почему?

Она немного удивилась, кончики бровей дрогнули приподнимаясь.

– Моя форма. Я не могу перемещаться по куполу в ней.

Перемещаться? Перемещаться?!

– Эмма? Ты уходишь?!

– Разве я могу здесь остаться?

– Разве не можешь?

Внутри будто пустота образовалась. Почему она так говорит? Разве она пришла не для того, чтобы остаться со мной?

– Здесь слишком много людей, – она стала освобождаться из моих объятий. – Мне лучше уйти.

– Но куда ты пойдешь?

– Здесь тепло и нет хищников, найти безопасное место нетрудно.

Я еще не осознал до конца то, что она сказала, а она вдруг обернулась в сторону к двери и сказала:

– Там кто-то стоит.

И тут же освободилась от моих рук и ушла в гардеробную. Я стоял и смотрел на закрывшуюся дверь, пытаясь осознать то, что она сейчас сказала. Она действительно хочет уйти?

В дверь постучали и я очнулся. Подошел и открыл дверь. Там стояла Хенна.

– Мой принц...

Я вышел и закрыл за собой дверь, не хочу, что бы кто-то входил ко мне сейчас.

– Ты стояла тут, прежде чем постучать?

– Не хотела вас беспокоить, – немного растерянно ответила она.

– Что-то срочное?

– Ваш отец...

– Я приду к нему чуть позже. Скажи ему. Пусть никого не посылает.

– Хорошо, но...

– Мне нужно, что бы ты кое-что сделала.

– Да?

– Найди одежду. Женскую. И чтобы никто не видел. Хорошо?

– Что именно?

– Обычная повседневная одежда. Удобная. Не нужно что-то нарядное.

– Я поняла, – и исподтишка бросив взгляд на дверь за моей спиной, спросила. – Размер? Она нужна этой девушке?

– Да. Иди.

– Подождите!

– Что еще?

– Вы еще не завтракали, – и по моему лицу догадавшись, что я сейчас откажусь, поспешно добавила: – Возможно ваша гостья тоже голодна?

Какой же я недогадливый! Думаю только о себе! А если она и правда ничего не ела?

– Да, хорошо. Пришли сюда.

– Конечно.

Я уже развернулся и открыл дверь, когда она спросила:

– Никто не должен знать, что она здесь?

– Да.

Не успел я дойти до гардеробной, чтобы позвать Эмму, как она сама открыла дверь. Она уже переоделась, и я растерял все слова, при виде её.  Моя одежда была ей велика. Из рукавов выглядывали только кончики пальцев. Джинсы шуршали при ходьбе, и она все еще была босиком.

Я поспешил к ней на встречу и подхватил на руки. Она так просто и естественно принимала всё, что я делал. Без вопросов, просто обняла за шею, хотя и удивилась.

Я отнес и усадил её в кресло, сам устроился на полу и, поставив её ступни себе на колени, стал подворачивать слишком длинные брючины.

– Ты так любишь ходить босиком.

– Мне всё равно. Почему ты все время беспокоишься об этом?

Я вдруг понял, что всегда видел её только в сером и белом. Синий цвет, что она выбрала, удивительно шел ей. Кожа казалась прозрачной и лицо и волосы – будто ярче стали. Шея длинная и когда она сидела так, чуть наклонившись вперед, наблюдая за мной, в вырезе видны стали её ключицы и ямочка. Линии совершенные и такие хрупкие на вид.

– Ты такая красивая, – я сказал это прежде, чем осознал.

Она вздохнула и замерла. Щеки слегка порозовели, а глаза распахнулись шире. Я обнял её ноги и прижался к ним лицом. Почувствовал, как она легонько провела рукой по моим волосам. Сердце будто подпрыгнуло ускоряясь.

В дверь осторожно постучали.

– Еда, – сказала Эмма, и я поднял голову.

– Что?

– Там, – кивнула она на дверь.

– Откуда ты знаешь?

Она снова сделала это удивленное выражение, немного помедлив коротким движением, коснулась пальцем носа сбоку.

– Запах чувствую. Ты нет?

– Нет. Далеко и дверь закрыта.

Я поймал её руку и поцеловал кончики выглядывающих из рукава пальцев.

– Женщина ушла, – сообщила Эмма, наблюдая за мной. – Она приходила,  чтобы принести тебе поесть?

– Ты слышишь, как ходят за дверью?

Она снова немного подумала,  склонив голову к плечу.

– Нет. Чувствую.

– Ты голодна?

Она кивнула, прежде чем ответить:

– Очень.

18 глава

Я тут же поднялся и поспешил к двери. Там действительно никого не было. Сбоку стоял передвижной столик. Я направил его к креслу, в котором она сидела,  опустил пониже, чтобы ей было удобно. Снял все крышки, накрывающие блюда. Принёс для себя стул и уселся напротив неё. Эмма внимательно изучала всё, что было на тарелках. Иногда наклоняясь и будто принюхиваясь.

– Тебе не нравится?

– Энергобатончиков нет, – с сожалением сообщила она.

– Что это?

– Когда я была егерем, я ела их, когда была на маршруте.

– Вкусно?

– Быстро, – непонятно ответила она, приоткрыв чайник, чтобы узнать, что в нем.

Она так просто об этом заговорила и так спокойно произносит: "я была".

– Налить тебе чай? Или кофе?

Она бросила на меня короткий взгляд. Кажется, что-то ей не нравилось. Но, что? Коротко вздохнув, она спросила:

– А что будешь ты?

– Кофе, – наобум выбрал я.

– Хорошо.

Пока я наполнял наши кружки, она решила попробовать что-то. Хотела макнуть пальцем в масленку, но чуть не задела её рукавом. Нетерпеливо поставив слишком длинный рукав, она пришла к выводу, что проще от него совсем избавиться и отодвинула его до самого локтя. У меня мурашки между лопатками побежали. Окажись передо мной любая другая девушка, я бы даже не заметил такого обычного движения. А увидев её обнажённое запястье, я почувствовал, что стало жарко. Я так залюбовался, что чуть не перелил кофе.

Эмма, разобравшись с рукавом, мазнула пальцем по кусочку масла и тут же отправила его в рот. Проверяя свои ощущения, немного подумала, а потом снова вздохнула.

– Не нравится?

– Не очень.

Я бросил в её кружку сахарный шарик, совсем забыв спросить, нужен ли он ей. Она ничего не сказала на это, но потом вдруг заинтересовалась и с любопытством стала наблюдать за тем, что происходило в её кружке. Благодаря прозрачным стенкам ёмкости, весь процесс был виден от начала и до конца. Ничего необычного, невольно посмотрев туда же, я не увидел. Шарик всплыл и переместился в краю кружки. Затем по спирали скользя по стенке, стал опускаться на дно, пока не растаял полностью. Пузырек воздуха всплыл в центре, завершая процесс.

– Что это?

– Ты не видела раньше саморазмешивающийся сахар? – дошло до меня как-то вдруг.

– Нет. Как это действует?

– Не помню точно. Что-то со структурой молекул связанное, кажется. Их выстраивают по определённой схеме. Пока шарик под силой тяжести опускается, и в определенном порядке разрушаются его слои, это создаёт движение.

– Забавно, – она поискала и увидела пирамидки рядом с шариками. – Это что-то подобное?

– Сливки.

Пирамидку она взяла и самостоятельно опустила в кружку. Наблюдала очень внимательно, как она опустилась на дно и из вершины протянулась вверх светлая струйка. Едва она достигла поверхности, цвет напитка изменился полностью, утратив прозрачность, а сверху, с тихим шипением образовалась пена.

– Синий – капучино, – я указал на то, что пирамидки разноцветные.

– Это что-то значит?

– Способ приготовления. Ты не пила раньше кофе?

Она взяла своё капучино и пригубила.

– Нравится?

– Я пила это, когда была в госпитале. Было горько. Так лучше.

– А что ты пила раньше?

– Вода, лучше всего.

Она обвела взглядом всё, что было перед ней на столе, и сказала:

– Я не знаю, как это есть.

Шарик сахара, который я машинально взял, выпал из моей руки и покатился по столу.

– Что это значит?

– Нас кормили готовыми блюдами. Не нужно было выбирать, смешивать, – она пожала плечами, говоря об этом, как о само собой разумеющемся.

– А на маршруте… Энергобатончики? – еле преодолев спазм в горле, спросил я.

– Да, – просто кивнула она. – Я не люблю сырое мясо, проще поголодать и не тратить время на охоту.

– Охоту? Что это?

Она так странно посмотрела на меня, а потом отвела взгляд.

– Тебе лучше не знать.

– Почему?

– Это не применимо в рамках жизни в куполе.

Интересно, почему она уходит от ответа?

– Я помогу?

Эмма явно обрадовалась моему предложению и кивнула несколько раз. Хотя я немного растерялся и не знал с чего начать. Но она сама стала спрашивать, рассматривая всё подряд. Я называл, объяснял, показывал, как смешивать, что с чем сочетается.

– Я глупо себя веду? – вдруг спросила она.

– Нет.

– Тогда почему ты сердишься?

– Нет, ты совсем не причем! Просто я... сержусь.

Я понял, что она права. И ещё сам не осознал этого, но она уже догадалась?

– Ты сердишься не на меня? – уточнила она.

– Совсем не на тебя. Мне трудно объяснить...

Она явно ждала продолжения, хоть какого-то пояснения, но я не хотел говорить об этом сейчас.

– Мне трудно объяснить...

Не находя слов я повторился, это так глупо прозвучало, но Эмма спокойно сказала:

– Хорошо.

Так легко согласилась и никаких докучливых вопросов. Я немного опешил от этой поразительной покладистости. Она просто удивительна. Я молча наблюдал за тем, как она ест и никак не мог насмотреться. Самые обычные движения, выражения, когда ей что-то особенно нравилось или наоборот. Я мог бы смотреть на неё бесконечно.

– Почему ты не ешь?

– Не знаю. Смотрю на тебя. Не обращай на меня внимания. Просто ешь.

– Я сыта, – оставив чашку, она выпрямилась и, после небольшой заминки, посмотрела на меня выжидающе: – Хочешь что-нибудь спросить?

– Много чего на самом деле.

– Почему не спрашиваешь?

– Растягиваю удовольствие, – прежде чем она озвучила причину своего недоумения, я продолжил: – Хочу просто наслаждаться тем, что ты здесь. Что ты есть.

– Кто научил тебя так говорить?

– Как – так?

– Так, что внутри все сжимается и дрожит.

Мы просто смотрели друг другу в глаза, не прикасаясь и молча. Чувствуя одно и тоже. Остро ощущая присутствие друг друга. И верно – внутри все дрожит.

– Не знаю.

Кто же первым потянулся вперёд? Когда и как я оказался в её кресле, она у меня на коленях? Она так уютно свернулась, и мир сжался до нас, делящих одно дыхание на двоих.

– А крыша? Как ты оказалась там? – Эмма удобно устроила голову на моем плече, и из-за этого мне не было полностью видно её лица, зато можно было целовать её волосы. – Ты же не знала, что там есть площадка.

– Ты рассказывал. Я запомнила.

У неё такой разнеженный голос был сейчас. Она рассеянно играла моей рукой, то сплетая, то расплетая наши пальцы.

– Но откуда ты знала, что я туда приду?

– Я не знала.

Хотя трудно было сосредоточиться, меня будто кольнуло.

– Не знала?

– Я отвыкла от куполов. Хотелось на свежий воздух. Я вспомнила, что ты говорил.

– Но как ты туда попала?

– Ты думаешь лифт, который висит в пустоте, никто не видит?

Она сказала это так, что я заподозрил:

– Ты сейчас смеешься надо мной? – я никак не мог поверить.

– Да, – она приподняла голову и взглянула на меня с обычным своим совершенно серьезным выражением, но в глазах плясали смешинки.

Это выглядело...

– Ты сейчас кокетничаешь?!

– Что? – смешинки тут же исчезли, как жаль!

Она приподнялась ещё, чтобы лучше видеть, и я потянулся к ней, чтобы снова её поцеловать. Но она увернулась.

– Здесь всегда так? – спрятав лицо у меня на груди, глухо спросила она.

– О чем ты?

Она вывернулась из моих рук и встала. Мне сразу стало так холодно и неуютно! И совершенно непонятно, почему она ушла!

– Там снова кто-то пришел, – указав на дверь, она развернулась и ушла.

Сердится? Эмма?! Дверь гардеробной хлопнула за её спиной. До этого момента она закрывалась беззвучно.

19 глава

Хенна еще не успела постучать, когда я открыл дверь. Только собралась и подняла уже руку, так и застыла, уставившись на меня.

– Что ты хотела?

Она смотрела на меня с таким потрясением на лице, что я испугался.

– Хенна? Что случилось?

– Вы улыбаетесь?! – выдавила она, наконец.

Она и правда сердится! Потому что нас прервали! Как я мог не улыбаться?

Не без труда сделав серьезное лицо, я постарался сосредоточиться и напомнил:

– Зачем ты пришла?

– Вы просили найти одежду, – очнулась она, и я наконец-то обратил внимание на коробку, что она держала в руках.

– Спасибо, – выхватив ношу из её рук, я поспешно закрыл дверь.

Эмма вышла, когда я был на середине пути к гардеробной.

– Кто она?

Легкие нотки недовольства в её голосе мне не послышались?

– Моя помощница. Не сердись, она принесла то, что я просил для тебя.

Продемонстрировав ей коробку, я тут же протянул её ей. Она недоуменно на меня посмотрела, но взяла. Не зная, что с ней делать, опустилась прямо на ковер и поставила её перед собой.

– Что это? – уже открывая крышку, спросила она и добавила: – И почему ты решил, что я сержусь?

Короткий взгляд, что она на меня бросила, при этом так забавно делая вид, что ей все равно, почти заставил меня оцепенеть. Я сел на пол перед ней. Если она станет еще более милой, я боюсь, что не выдержу!

– Одежда, для тебя.

Она уже и сама это поняла, сосредоточенно вытаскивая вещь за вещью. Слишком сосредоточенно. Я видел прекрасно, что ей трудно удержаться и снова не поднять на меня глаза. Но она держалась. Её щеки слегка порозовели. В конце – концов, игнорировать меня больше она не смогла и все-таки посмотрела.

– Ты что – то хочешь сказать?

– Люблю тебя.

Губы сами растянулись в улыбке. Я ничего не мог поделать!

– Вот это подойдет, – поспешно опуская глаза, она отложила в сторону несколько вещей.

Она собралась закрыть крышку, но я поймал её за руку.

– Подожди? Что значит это подойдет? Все эти вещи для тебя. Почему ты не хочешь их забрать?

Она с удивлением ещё раз заглянула в коробку.

– Зачем они мне?

– Насколько я знаю Хенну, тут только всё самое необходимое.

Она запустила руку в ворох одежды и, скорее всего наугад, вытащила что-то струящееся и полупрозрачное.

– Это вообще одежда? – внимательно изучив этот предмет сверху до низу, она обратилась за разъяснением ко мне.

– Думаю да.

Смеяться или плакать в этот момент, я серьёзно задумался. Стараясь не слишком рассматривать и главное не думать, я осторожно положил это предмет обратно и закрыл крышкой коробку. Затем придвинул её к Эмме.

– Тебе не нужно выбирать. Возьми всё.

– Мне не нужно столько вещей, – она осторожно надавила со своей стороны, отодвигая коробку от себя.

– Это странно ходить все время в одной и той же одежде.

Я не ожидал, что этот аргумент станет для неё неожиданностью.

– Почему?!

– Я не знаю. Так принято. Разве ты не видела, что люди в куполе одеты по-разному?

– Это всего лишь защита, – немного подумав, сказала она. – Почему она должна быть разной?

– Защита?

Иногда мне всё-таки трудно было понять ход её мыслей. Хотя, если задуматься – она права. Но, я никогда не думал, что встречу девушку, которая не рада будет новой одежде и меня это расстроит. Как же это не правильно! Почему она была лишена таких простых и привычных для любого вещей? Её восприятие, царапало меня своей прагматичностью.

– Я не могу всё это взять, – она снова придвинула ко мне коробку.

– Здесь действительно совсем не так много вещей, как тебе кажется. Я не понимаю.

Кажется, она заметила, что это меня расстраивает, и постаралась объяснить. Хотя лучше бы она этого не делала!

– Я просто не смогу всё это взять.

– Почему не можешь?

– Они не поместятся в мой рюкзак.

– Зачем тебе укладывать их туда? – я всё еще не понимал, что она хочет сказать. – Коробку ты тоже можешь забрать.

Она застыла и очень странно на меня посмотрела.

– Я не смогу вместе с ней перемещаться.

Я не знал, что сказать на это. Мы совсем не понимаем друг друга! Почему она так говорит? И что значит это её "перемещаться"?!

– Разве нельзя пользоваться ей тогда когда тебе нужно?

Её взгляд перескакивал с одного на другое, ни на чём конкретном не останавливаясь. Кажется, она тоже пыталась разобраться в причине нашего недопонимания.

– Что я, по-твоему, должна с ней делать? – наконец спросила она.

– Всё что угодно. Это твои вещи.

– Для меня это бесполезный груз.

– Почему же – бесполезный? Ты должна выходить и для этого тебе потребуется эта одежда. Ты скорее привлечешь внимание, если будешь ходить в одном и том же.

– Зачем мне куда-то выходить? Я найду безопасное место и буду оставаться там сколько возможно. Я не хочу, чтобы меня видели.

Я, кажется, начал догадываться, но в таком случае...

– Как давно ты вернулась?

– Двенадцать дней.

– Так давно?! И только сейчас ты нашла меня?

–  Я не знала, как могу с тобой связаться. Я потеряла коммуникатор.

– Об этом я знаю.

– Откуда? – она выглядела по-настоящему удивленной.

– После нашего последнего разговора, я так и не прервал связь. Недавно вызов был завершен. Это ты его отключила?

– Да.

– Каким образом? Там не было следов. Я хорошо искал.

– Ты выходил наружу?!

– Конечно. Но объясни, как ты не оставила следов?

– Шла по камням.

– Так просто?

Она повела плечами, не зная, по-видимому, что на это ответить и не понимая моей реакции.

– Я не знал что думать. Вызов прервался. Никто кроме тебя не мог этого сделать. И в то же время я не нашел ничего, что указывало бы на то, что ты там была. В пору с ума сойти.

Она вдруг протянула руку и накрыла её мои губы, развернув ладонь поперек, закрывая нижнюю половину моего лица.

– Не улыбайся так. И не смотри на меня, будто ты ранен.

Я перехватил её ладонь и уткнулся в неё. Просто вдыхая её запах. Впитывая её тепло.

– Но я ранен тобой. И уже давно. Разве ты не знаешь?

Её пальцы чуть дрогнули, и она отняла ладонь. Спрятав руки, в слишком длинных рукавах, опустила лицо и отвела глаза.

Нужно срочно о чем-то заговорить. Что же мы обсуждали?

– Скажи мне, где это "безопасное" место?

– Купол.

И снова тупик.

– Я не понимаю, – признался я в полном бессилии. – Что ты хочешь этим сказать?

– Я могу взять с собой только то, что могу унести. Этот... контейнер не удобен для перемещения. Мои руки будут постоянно заняты. Поэтому я не могу его взять.

– Зачем тебе носить её с собой?

– Мне просто негде её хранить. Я не уверена, что смогу вернуться туда, где я её оставлю, – и бросив короткий взгляд, после небольшой паузы добавила: – Я не могу здесь остаться.

– Зачем тебе уходить? И почему ты хочешь уйти – объясни мне!

– Разве непонятно? Если и существуют люди, которые могут меня узнать, то они находятся здесь. В куполе безопасней.

Это логично и понятно, узел внутри немного ослаб и все же я ни мог не спросить её:

– Только по этой причине?

Она задумалась и кивнула. Но пауза и легкая неуверенность...

– Куда? – пришлось выдохнуть, что бы еще немного успокоиться. – Я могу туда прийти?

– Прийти?

– Эмма! Просто ответь! Где ты живешь? Почему я не могу приходить к тебе?

– Сейчас я живу в куполе.

– Какой сектор? Номер. Дом?

– У меня нет дома.

– Как это возможно?! Почему ты так говоришь?! Ты не хочешь то бы я знал, где ты?

Я будто заледенел от этого её тона. Она уже все решила. И моё мнение её совершенно не волновало.

– Ты кажется, забыл?

– О чем?

– Я не зарегистрированный житель. Меня нет. Каким образом я могу получить жилье в куполе?