Текст книги "Лёд (СИ)"

Автор книги: Евгения Ломанова

Соавторы: Евгения Савас
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

36 глава

Звонок в дверь прозвучал крайне неожиданно. Мы переглянулись в одинаковом удивлении. Разговор откладывался и возможно, что к лучшему. Немного успокоюсь. Даже не спрашивая, пошел открывать.

– Эйнар?!

– Ты что, спал в этом?

Не поздоровавшись, и прежде чем я успел преградить ему путь он прошел мимо меня.

– Ты хоть знаешь, что тебя все ищут...

Поздно было что-то делать и я просто прошел мимо него к столу.

– Здравствуйте, удивительная девушка.

– Здравствуйте, доктор.

– Угостите кофе? – он присоединился к нашему застолью и добавил, обращаясь ко мне и немного понизив голос: – Вопросов у меня не осталось. Ответ я вижу.

– Как ты меня нашел?

– Решил проверить все твои апартаменты.

– Кто-нибудь ещё додумался до этого?

– Я никому не говорил. А кроме Хенны и меня, вряд ли кто-то знает все твои убежища до единого, – он самодовольно ухмыльнулся.

– Пей свой кофе, раз пришел, а потом уходи.

– Какой ты грубый! А я так устал, пока разыскивал тебя.

Принимая кружку, которую ему передала Эмма, он любезно улыбался. Кажется, моя девушка была в недоумении, переводя взгляд с одного на другого, но я достаточно уже знал её сдержанность и не сомневался, что спрашивать и делать комментарии она не будет.

– Как у вас дела, удивительная девушка? – спросил Эйнар, с большим, чем следовало, удовольствием демонстрируя, что кофе вкусный.

– Все хорошо.

Эйнар красноречиво посмотрел на меня, показывая, что не меня спрашивает.

– Не сомневаюсь, что у тебя все просто отлично. Но, я спрашивал Эмму.

– Все хорошо.

Эмма больше не смотрела на меня, будто ища подсказки. Определилась с отношением? Или просто выжидает, что будет дальше? Зная Эйнара, я не был бы таким уверенным, он умеет удивить.

– Больше никаких странных ранений, надеюсь, с вами не случалось?

– Случалось. Но, сейчас все в порядке.

Так в лоб спрашивать?! Я чуть не поперхнулся! Но, признаться, Эмма изумила меня ещё больше своим ответом.

– Это печально слышать! Мой друг очень переживал и страдал без вас, – обхватив меня за плечи, Эйнар не сводил с Эммы глаз.

– Я знаю.

Я даже перестал  отталкивать Эйнара от себя. Зачем он вообще поднял эту тему и что имеет виду Эмма, так откровенно отвечая?

– Правда? Это ещё более удивительно.

– Почему?

– Зная этого парня, уже слишком давно, я был уверен, что он ничего вам не скажет.

– Он не говорил.

– Неужели? Откуда тогда такая осведомленность?

Я почувствовал недоброе. Надо было немедленно прекратить этот разговор!

– Вы только что сказали.

– А я уж подумал, что вы спокойно наблюдали за ним со стороны.

– Нет. Такой возможности у меня не было.

– Но прятаться так, чтобы вас никто не смог найти – способность есть?

– Есть.

Прежде чем Эйнар еще что-то сказал, Эмма повернула голову в сторону двери. Я уже это видел. К нам еще кто-то пришел? Я стал подниматься, Эйнар удивленно посмотрел на меня, а потом на Эмму. В дверь позвонили.

Это какое-то проклятье? Стоило сюда сбежать и снова нас беспрерывно кто-то ищет и находит к тому же!

– Нильсин?! – вот уж кого не ожидал увидеть, так это собственную сестру! – Откуда ты здесь?

– За Эйнаром следовала. Можно войти?

Если бы я не был так растерян из-за её появления, то скорее всего не пустил бы. Но, такой это, по всей видимости, был день, точнее вечер – никто не спрашивал моего разрешения всерьез. Она прошла мимо меня и остановилась почти в том месте, где совсем недавно застыл Эйнар, когда увидел Эмму.

– Нильсин?! Что ты здесь делаешь? – Эйнар был не менее меня удивлен.

– Не один ты о нем волнуешься.

– Ты что, за мной сюда добралась?

– Да. Предположила и угадала.

– Какая умная у тебя сестричка, – отсалютовав мне кружкой, сделал комплимент Эйнар.

– Проходи, раз пришла, – раздражающее внимание не прибавило мне хорошего настроения.

– Ты знакома с Эммой? – светским тоном, продолжил развлекаться Эйнар.

– Нет, – ответила Эмма.

– Да, – ответила Нильсин. – И мой дорогой брат, не так давно сообщил мне, что она...

– Сядь! – зачем выносить на всеобщее обозрение наши отношения?

– Сообщил что? – не обращая на меня внимания, полюбопытствовал Эйнар, угадав, не иначе, что это важно.

Нильсин не стала отвечать и, опустив голову, прошла к столу. Уселась, опустив плечи. Если бы она просто изображала или давила на жалость, это бы меньше раздражало. Сейчас я почувствовал себя виноватым. Но, простить её поступок я все еще не мог, хотя это меня и не оправдывало.

– Как всё сложно, – ни к кому не обращаясь, и подчеркнуто рассматривая свою кружку с кофе, заметил Эйнар.

– Это она видела тебя во дворце. Благодаря тому, что она об этом рассказала, тебе пришлось... уйти, – на последнем слове я не сдержался и бросил косой взгляд на Эйнара, проверяя, насколько он улавливает смысл сказанного только для Эммы.

Эмма почти не выдала своего отношения, я уверен, что только я заметил, как её веки чуть дрогнули и то, как она замерла.

– Что касается тебя, – посмотреть на сестру, я пока еще был не в состоянии, так же как сдержаться и не пояснить. Разве что говорил немного громче, чем необходимо было. –  Я действительно так думал. До вчерашнего дня. Но, как видишь, я ошибся. К счастью...

– Но вчера ты уже знал, – почти неслышно ответила Нильсин.

– Ребята, может хватит секретничать? – Эйнар откинулся на спинку стула и, сложив руки на груди, уставился в потолок с утомленным видом.

– Эйнар, прекрати, – я не мог усидеть на месте и вскочив, перешел на другую сторону стола, чтобы остановиться за спиной Эммы. – Я уже говорил, тебе незачем знать всё. Это ничего не даст и не изменит.

– Откуда такая уверенность?

– Я скорее уверен, что ты пострадаешь и не хочу рисковать.

– Спасибо за заботу, друг. Но ты не думал о том, что если уж эта опасность существует, то мне уже поздно бояться?

– Почему это?

– Потому, что я и так уже о многом догадался.

– Я тоже хотела бы знать, как человек, который умер, вдруг воскрес, – несмотря на спокойный голос, даже беглого взгляда хватило, чтобы заметить, как Нильсин сжимает пальцы, явно нервничая.

– А кто-то умер? – изобразил удивление Эйнар.

– Да, – совсем неожиданно подала голос Эмма. – Я.

– Становится всё интересней.

Эйнар явно не воспринял эту информацию всерьёз. Он просто развлекался. Сел поудобней, изображая внимание. Но я-то его хорошо знал.

– Как… это произошло? – подала голос Нильсин. – То есть я хочу знать…  это был несчастный случай?

Судя по тому, с каким трудом ей давались слова, она действительно сильно переживала. Гораздо сильнее, чем я мог думать. Сейчас она хотела услышать подтверждение того, что не так уж и виновата была? Что она могла подумать после моих слов? Наверняка не то, что на самом деле произошло. Скорее всего, даже если мысль о том, что кто-то кого-то убивает специально и могла у неё появиться, то поверить ей в неё было очень сложно. Но, насколько я её знаю, уверен, что ей просто не пришло бы в голову подобное. В таком случае, что же она подумала? Что Эмма убила себя? Бред. Хотя она  не знала её. Исходя из вопроса, Нильсин хочет знать – была ли мнимая смерть Эммы случайной или намеренной? Или я не прав? Подсознательно пытаясь защитить сестру, недооцениваю её?

– Нет. Это не был несчастный случай.

Эмма, и правда, сказала это?! Я не знал, что и думать. Не слишком ли откровенно?

– Вы всерьёз сейчас говорите? – Эйнар медленно выпрямился и из глаза стали серьёзными без всяких признаков смеха.

– Конечно, – кивнула Эмма.

Я шагнул ближе и положил руку на её плечо. Как ещё я мог дать ей понять, что она не обязана ничего рассказывать?

– Что же в таком случае произошло?

Нильсин смотрела только на Эмму.

– Меня вынудили выйти наружу, без возможности вернуться.

– Куда выйти?!

37 глава

Эйнар вертел головой, чтобы посмотреть то на Нильсин, то на Эмму.

– Разве это возможно? – более спокойно, но от этого не менее напряженно спросила Нильсин.

– Да.

– Подождите! – Эйнар даже встал, что бы привлечь к себе внимание. – Как такое возможно? Купола изолированы от внешней среды. Это все знают!

Понятия не имею, что делает Эмма! Зачем она всё это говорит?!

– Это не так. Существует связь между куполами, и осуществляют её люди.

– Это бред какой-то. Там не работает техника! О какой связи речь?

Эмма огляделась и указала на декоративное растение.

– В этом куполе не проводятся исследования и разработки биологического свойства?

– Это тут причем?

– Я права? – за ответом она обратилась на этот раз ко мне.

Я кажется понял, о чем она хочет сказать и кивнул подтверждая.

– Но в то же время новые растения, продукты, материалы из них все время появляются?

Эйнар сел, внимательно глядя на Эмму.

– Этими исследованиями занимаются в четвертом куполе. В пятом исследуют водную среду. Так же как здесь проводятся медицинские исследования и разработки. Все эти сферы и многие другие, поделены и работают над ними в разных куполах. Вы получаете уже готовые результаты и внедряете их.

– Как ты об этом узнала? – спросила Нильсин.

– Существует специальная служба – фельдъегерская.  Именно они занимаются коммуникацией вне куполов.

– Как занимаются?! – повысил голос Эйнар. – Как?! Там мороз, снег, электромагнитные бури и еще Бог знает что! О чем вы вообще говорите?! Каким образом может информация попасть из купола в купол?!

– Они ходят между куполами пешком. Без всякой техники.

Вроде бы проспал целый день, откуда вдруг такая усталость навалилась? Я даже присел на стул рядом с Эммой, после того, как ответил Эйнару.

– Бред, – Эйнар замотал головой и его губы искривились в недоверчивой улыбке.

Он снова сложил руки на груди и откинулся на спинку стула – всем видом показывая, что не верит ни единому слову.

– Это правда. Я егерь. Бывший.

– То есть ты теперь в отставке?

Легкомысленный тон, которым Эйнар это произнес, поднял во мне волну мутной злости. Я впервые осознанно захотел его ударить. Еле сдерживаясь, я встал, да так резко, что чуть стул не перевернул. Чтобы немного успокоиться – отошел. Встал спиной к ним уставившись в окно. Хотя, что я там видел, даже не помню, но мне казалось что там беспросветно темно.

– Не совсем. У егерей не бывает отставки.

– Несут службу до старости? Пока не умрут?

Я ударил кулаком по стеклу. Прямо по его отражению.

– Ты слышал, когда-нибудь об этой службе? Ты видел хоть одного егеря? В отставке? – последнее слово я почти выплюнул.

– Разумеется, нет. Раз уж я узнал об этом только что.

– И не найдешь! Потому что их нет! Нет отставки! Нет спокойной старости! Нет ничего!

Я кричал на его отражение.  Повернуться и дать им увидеть своё лицо, я просто не мог. Рассуждать с такой легкостью! Так будто мы говорили о чем-то не важном и незначительном. Даже если для него это так и есть. Но из того, что уже было сказано можно было сделать выводы и перестать воспринимать все как шутку!

И в то же время я вдруг почувствовал облегчение. Я так долго нес всё это один. Во мне столько боли накопилось. Будто от горы, что я нёс на своих плечах, отвалился кусок. Пусть маленький, и совсем незначительный – но мне стало чуть легче.

Тишина за моей спиной налилась тяжестью. Стало стыдно за вспышку. Я прислонился лбом к холодному стеклу и прикрыл глаза.

– Зачем ты им рассказала, – спросил, когда уже немного справился с собой.

– Ты эмоционально привязан к ним.

– Вот как? Ты снова собираешься меня бросить?

– Нет.

– Не бросаешь? Но всё-таки уходишь?

Лучше бы она ничего не отвечала. Секунда. Еще одна... до невероятности медленно.

– Я скоро вернусь.

Мне захотелось умереть в этот момент. Почему? Почему всё так?!

Нильсин тихо ахнула.

– Что значит уходишь? Куда?

Эйнар явно ошибся с адресатом, и говорить так требовательно не имело смысла. И ему ответил я:

– Эмма хочет спасти наш мир.

– А его нужно спасать?!

– Зима за пределами куполов искусственная. Я могу её прекратить.

Снова навалилась усталость. Это ненормально. Мозг будто выжали, как тряпку, тело словно налилось свинцом. Я почти сполз вниз, и уселся на пол, опираясь спиной на  стену под окном. Свет резал глаза и держать их открытыми стало тяжело.

– Эйнар, скажи. После таких слов, я имею право её удерживать?

Даже, чтобы произносить слова внятно, приходилось прилагать титанические усилия.

– Это правда?

– Я в это верю.

Кажется, мой безразличный тон убедил его больше, чем всё остальное.

– Никогда не слышал о чем – то подобном!

В отличие от меня, Эйнара переполняла энергия, и он вскочил и стал расхаживать, засыпая Эмму вопросами.

– Это действительно так?

– Я дошла до границы и вышла из зоны действия искусственной зимы.

– Но какой прок нам от этого? Если на остальной планете ледниковый период!

– Он давно закончился. Температуры вне этой зоны нормальные. Можно жить без средств защиты.

– Что?! Но...

Я перестал прислушиваться, прикрыл глаза. Их голоса звучали всё дальше и дальше. Меня будто раскачивало, мягко баюкая. Унося к терпеливой темноте, что всегда ждала меня.

Как странно человек устроен. Я конечно не монах, но сейчас не вспомню ни одной из своих бывших девушек. Их стерло, как пыль с бумаги, одним дуновением. Ничего не осталось – ни лиц, ни имен. Даже удивительно. Будто не со мной происходило. Кто-то сказал – так было, и это был ты. Но сам я ничего об этом не помню, ничего не чувствую. Всё прошло мимо, не оставив на мне ни малейшего следа. Ни единой царапины.

Я ненормальный. Определенно. Разве люди не должны радоваться, наслаждаться любовью? Испытывать что-то светлое, приятное? Беречь, заботиться о любимых?

Ничего не давать взамен, отталкивать и приносить боль друг другу. Вот что происходит у нас с Эммой.

Я распят этой любовью. Отравлен. Выпотрошен.

Все нити, что связывали меня с другими людьми – оборваны. Все чувства подчинены одной ей, для других просто нет места. Я не вижу и не слышу ничего, кроме неё. Я дышу только ею. И она единственная, кто заставляет меня дышать. Не могу без неё жить. И с ней не могу.

Что же мне делать? Я чувствовал себя таким хрупким и уязвимым. Одно неверное движение, и рассыплюсь на куски. Почему я сижу здесь и ничего не делаю? Упиваюсь жалостью к себе. Как мерзко...

Я должен что-то делать. Спасать, уговаривать, беречь. Почему я молчу?! Потому что она всё решила. Она снова всё решила, и это окончательно. Я уже знаю.

Как бы я не прятался от этого, ничего не изменится. Я не включён в круг её интересов. Не участвую в её жизни. Как посторонний зритель. Она приняла и смирилась с фактом моего существования, но это ничего для неё не изменило. Я всё время догоняю ту, что даже не задумается обернуться, когда уходит.

Если бы мог, избавился бы я от этих чувств? Смог бы снова стать беззаботным, спокойным, счастливым? Хотя я давно забыл, каким был тогда, до встречи с ней.

Кто позволил мне так сильно её полюбить? Кто сделал её такой необходимой?

Я даже представить себе не мог, как бы всё было, если бы мы были самыми обычными людьми. Если бы Эмма не была егерем, какой бы она была? Чтобы мы почувствовали, когда встретились? Она была бы совсем другой? Чаще улыбалась, смеялась… И я бы не любил её так сильно?

Нельзя любить кого-то так отчаянно. Сгоришь в любом случае. Это только вопрос времени.

Я должен её остановить…

– Кайс...

Открыв глаза, я увидел Эмму перед собой. Она сидела на коленях, сложив руки. Взгляд внимательный и голос, лицо… Нежное? Редкое для неё выражение. Она говорила со мной, как с больным. Я будто проснулся, толчком вышел из забытья, не слушая, но слыша, что происходило вокруг.

– Где…

– Они ушли. Для того чтобы усвоить такую информацию, нужно время. Ты же тоже ушёл, когда узнал.

– Как ты попала в купол?

– Почему ты вдруг об этом спрашиваешь?

– Ты не хочешь отвечать?

– Нет, просто неожиданно.

– Тогда скажи.

– Ты забыл? Ты же сам дал мне кольцо. Доступ без ограничений.

– Оно не действовало, когда тебя выгнали.

– Скорее всего, там была какая-то блокировка на то время, пока помещение не очистится. Даже для него.

Я подался вперёд и схватил её за руки. Тонкий ободок колечка можно только почувствовать, бесполезно искать по-другому. Но я ничего не нашёл.

38 глава

– Где ты его спрятала?

– Ты хочешь его забрать?

Я не видел смысла отвечать. На её одежде не так много карманов, я тут же вывернул их. Эмма наблюдала за этим спокойно. Пока я не увидел на её шее цепочку. Спереди, под одеждой и, недолго думая, я рванул замок вниз, распахивая ворот. Вот теперь она попыталась меня остановить. Хотела отвести мои руки, второй рукой сжав ворот.

Она действовала мягко, но так беспрекословно! Я почувствовал, что задыхаюсь от ярости! Снова! Снова она делает то, что хочет, и не считается со мной!

Я толкнул её, опрокидывая на спину. Я всё-таки парень и всё равно сильнее. После короткой борьбы, пока я пытался поймать её руки, и одновременно прижать ноги, привела к тому, что я просто навалился на неё сверху, распластав по полу. Руки задрал вверх, и, удерживая одной рукой, второй сорвал цепочку с её шеи. Это было именно то, что я искал. Не без труда запихнул кольцо в задний карман, потому что Эмма и не думала успокаиваться и все ещё пыталась вырваться. Но то, как она извивалась, скорее вредило ей самой. Пришлось прижать её руки обеими руками к полу.

– Теперь я буду уверен, что ты не уйдёшь, ничего мне не сказав. Ты же это планировала?

Наши лица были так близко, дыхание касалось кожи, опаляя. Я не удержался и опустил взгляд вниз. Её голая шея и распахнутый слишком сильно ворот совсем запутали мои мысли. Хотя между краями не так уж и много было видно, но я сразу понял, что оказывается, на ней не было белья… Совсем ничего. И тут же остро почувствовал всем телом её тело подо мной. Особенно её грудь, сквозь одежду, прижатую к моей. Так вдруг стало жарко. И её губы совсем близко. Нужно лишь чуть-чуть наклониться.

Мир сузился, смазавшись и сжавшись до одной точки. Только мы, тесно прижавшиеся друг к другу на полу, и ничего больше не существовало. И так недопустимо близко её губы, глаза. Отпечатываясь клеймом на сердце.

Эмма изумленно распахнула глаза и застыла, когда я прижался губами к её губам. Странным образом это подействовало на меня едва ли не больше, чем когда она извивалась подо мной, стараясь освободиться. Если до этого момента я ощутил только крошечные искры разбуженного желания, то сейчас, когда она перестала отталкивать меня и вырываться – я мгновенно вспыхнул.

Я вовсе не собирался ничего делать. На мгновение уступил своей слабости. Слишком близко, слишком горячо, её губы были слишком сладкие и остановиться было невозможно. И когда её губы раскрылись навстречу, и она ответила на поцелуй, как я мог остановиться?

Страстный поцелуй? Да, сейчас я понял, что это значит. Желание захватить полностью, проникнуть во все уголки, распробовать все оттенки вкуса – только нарастало. Когда язык Эммы коснулся моего, мне показалось, что по всему телу вдоль позвоночника прошел  электрический заряд.

И этого было уже мало. Одурманенный её запахом, я начал целовать её лицо, шею. Даже не заметил, когда отпустил её руки, только сейчас обнаружив, что они лежат на моих плечах. Коснувшись нежной кожи за ушком, я услышал, как Эмма ахнула и снова по телу прокатилась горячая волна. Если до этой минуты я еще пытался сам себя обманывать, говоря себе что вот-вот остановлюсь, еще чуть-чуть и все прекратится, нельзя черту переходить, то теперь остатки разума окончательно улетели.

Я потянул её на себя и усадил на свои колени. Эмма, обхватив меня ногами, смотрела затуманенными глазами. Растрепанная, влажные губы слегка припухли. Я так истерзал их, что они просто пылали. Такая нереально красивая в этот момент. Я тут же забыл, что хотел отнести её на постель, снова прижавшись к её губам. Руки коснулись обнаженной спины под её одеждой. Внизу живота все скрутилось узлом, почти причиняя боль. И от того, что она так тесно ко мне прижималась, казалось мы пылаем оба.

Звонок в дверь прозвучал, как гром среди ясного неба.

Мы застыли, тяжело дыша и глядя друг другу в глаза.

Звонок настойчиво требовал нашего внимания. Эмма попыталась отодвинуться, но я не пустил, прижав её голову к своему плечу.

– Пусть убираются.

Звонки прекратились, и я уже решил, что нас оставили в покое, запоздало начиная соображать, что сейчас чуть не произошло. И тут мы услышали, как щелкнул замок и дверь открывается.

Эмма вскочила и стала поправлять одежду. Я тоже встал. Пламя возбуждения ещё не утихло, и это было проблематично. Но, другого варианта не было, всего несколько шагов и тот, кто вломился сюда без спросу, увидит нас, выйдя из-за уступа стены.

И тут я сильно удивился, потому что, еще не показавшись, тот, кто вошел, подал голос:

– Добрый вечер. Простите, что пришлось войти без разрешения.

– Отец?!

Этот вечер был полон откровений. Сейчас я на себе почувствовал, что значит, когда на тебя "вылили ведро холодной воды". Отрезвел сразу и полностью до кристальной чистоты.

Его величество Леннарт, вошел в скромные апартаменты своего сына, с любопытством оглядываясь.

– У тебя тут уютно, – одобрил он после того, как огляделся.

– Спасибо.

Осмотр был хоть и беглым, но избирательным. Всё что заслуживало внимания, удостоилось августейшего взгляда, но вот второго человека, рядом со своим сыном, он как будто не видел.

– Что ты здесь делаешь?

– Приехал забрать тебя.

– Что за срочность?

– Вообще-то я хотел ещё и поговорить. Надеялся, что ты ещё вчера, когда мы виделись, поднимешь эту тему, но ошибся.

– Выпьешь чего-нибудь?

– Нет, благодарю, – он выглядел, более расслабленным, чем я привык его видеть.

– Хорошо, давай поговорим.

Бросив взгляд на Эмму, я едва удержал изумленный возглас. Она стояла, сцепив руки за спиной, ноги на ширине плеч, взгляд прямо перед собой. Как статуя, казалось, она даже не дышала. Я запоздало сообразил, точнее, вспомнил, что так стойка "смирно" у егерей выглядит. Я совсем забыл об этом. А она неосознанно отреагировала по привычному шаблону. Пиетет к королевской крови во всём. Как хорошо, что она узнала о моем титуле гораздо позже, а не при первом знакомстве.

– Я могу присесть? – всё ещё никак не показывая, что кроме нас с ним тут кто-то ещё есть, напомнил о себе отец.

– Конечно.

Он прошел и устроился на стуле, который совсем недавно занимал Эйнар. Сел  немного боком, удобно пристроив локоть на стол. Вид всё ещё благодушный, что заставляло меня чувствовать себя неуютно. Что мне делать с Эммой? Дать команду "вольно"?! Она наверняка послушается меня, но как отреагирует на это отец? Что за бредовая ситуация!

– У егерей совсем отсутствует этикет приветствия. Не обращай внимания. Она мне не мешает.

Я замер, слушая слова небрежно брошенные в ответ на мои мысли. Медленно повернувшись, уставился на отца.

– Ты знаешь кто она?

– Конечно.

– Ты об этом говорить собираешься?

– Ты всегда был умным мальчиком.

Я сел напротив отца, хотя мне не нравилось то, в каком положении сейчас находилась Эмма. А больше всего, то, что я не мог её видеть.

– Я тебя слушаю.

– Да, давай поговорим прямо. Эти отношения ты должен прекратить.