Текст книги "Мне тебя мало (СИ)"

Автор книги: Евгения Чащина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

8 глава

Вздергиваю брови и отвечаю на звонок.

– Да, Ирма Францовна, это я. Удивлен? Немного. Мира рассказала, что ее дорогая бабуля тот еще агент 007. Нет, не боюсь, – хмыкаю, – ох нет, в немилость не хотелось бы.

Веду этот разговор чисто на автомате и только потому, что девчонка была добра ко мне. Это было неожиданно и меня поразило. А я не люблю оставаться в долгу.

А бабушка точно генерал в юбке. Вопросы все с подковыркой, с подвохом. Начинаю понимать, почему девчонка такая дерзкая и взбалмошная. Способ защиты такой выбрала, наверное.

– Да, слушаю. Честно? Занят. Есть очень важная работа, которую срочно нужно сделать. Если вы не против, может, продолжим разговор в другой раз? С удовольствием.

Кладу трубку и смотрю на девчонку, не зная, что сказать. Обсуждать этот вынос мозга нет смысла, Мира не виновата, и у нас правда есть дела поважнее.

День прошёл напряжённо, и чем ближе был ужин, тем более напряжённым я становился. Звонок бабушки Миры совершенно вылетел из головы, а зря. Ох и зря. Недаром у меня весь день все из рук валилось, и шалили нервы. Чуйка никогда не обманывает.

Мы пришли в ресторан, поприветствовали Серого, сели за столик. Я представил ему Миру, девчонка похлопала ресничками, как умеет, и Серый тут же подрасслабился, соизволил улыбнуться. Нам принесли меню.

Мы изучали блюда, когда за моей спиной раздался возглас:

– А вот и моя дорогая внученька!

Поднимаю опешивший взгляд на Миру, которая смотрит выше моей головы.

– Мать моя женщина, – лепечет едва слышно, даже растерянно, но как-то в секунды приосанивается, бросает салфетку на стол и соскакивает со стула.

– Бабулечка, как я рада, что ты приехала!

Я тоже поднимаюсь на ноги. Ситуация – врагу не пожелаешь.

– Ирма Францовна, какой неожиданный сюрприз, – становлюсь во весь рост за спиной невысокой Миры и открытым взглядом смотрю на красивую пожилую леди. Мира чем-то похожа на свою бабушку.

– Хорош, парень, очень даже. Моя трещётка на твоём фоне Дюймовочкой выглядит. Сразу могу сказать, что будет, как за каменной стеной. Но где кольца, зятёк, или туги дела с бизнесом? – женщина слишком пристально изучает нас с ног до головы.

Мира немного поёжилась, а потом вжалась спиной мне в грудь.

– Это мы как раз сейчас узнаем, – широко улыбаюсь, поворачиваю голову к  Андрею Михайловичу и подмигиваю ему. – Простите, что так вышло, к Мире внезапно приехала любимая бабушка, которая обожает делать сюрпризы.

Сейчас вижу два варианта развития событий. Либо Серый взбесится и уйдет. Он деловой человек, на кону бешеные деньги, и то, что происходит сейчас, катастрофически неприемлемо в мире бизнеса, либо Мира понравилась ему настолько, что он с барского плеча даст нам второй шанс.

Я пересекался с ним лишь по бизнесу, и наши беседы всегда были строго сухими и официальными, а Мот как-то встретил его  ресторане на попойке. И я не знал того, что знает брат, маленький порок сурового бизнесмена Серого Андрея Михайловича – любопытство. И сейчас он выглядел крайне заинтересованным в этом цирке, в который мы его втянули.

– Кольца? – подал голос он, – какие кольца?

Поворачиваюсь к нему, улыбаюсь выдержанной улыбкой.

– Мы еще не говорили никому официально, чтоб не вызвать кривотолков, ведь Мира работает на меня, но в общем-то, – обнимаю девчонку, прижимаю к себе, сжимаю плечо, – у нас все серьезно.

Мира напряглась, накрыла мою ладонь своей, погладила, едва прикасаясь к моей коже.

– Я ещё раз прошу у вас прощения за всё, что произошло, – тут же сложила обе ладошки перед собой.

Не знаю, какое именно у неё выражение лица в этот момент, но  едва заметна улыбка на лице клиента всё же появилась.

– Понимаю, что все беды из-за женщин, но это только моя вина. И я очень боюсь потерять Марка после всех этих испытаний. Мне даже кажется, что он стал со мной немного прохладнее, чем был до этого. Понимаете. А я его люблю.

Мать моя женщина! Чувствую, что содрогается в рыданиях. Резко поворачивается ко мне и влипает в меня.

– Мируля, моя прелесть, ты накосячила? Ты? Моя слишком умная и толковая девочка? Хочешь сказать, что втрескалась настолько, что ум за разум зашёл? – смеется Ирма Францовна, – удивила.

Хороша, актрисулька, даже я почти поверил. И сколько раз уже верил, как баран.

– Тише, малыш, – целую её волосы, поглаживаю по спине.

На ноги поднимается Андрей Михайлович.

– Да что мы, молодыми не были. Все решаемо. Волков, Мира, я отзову контракт, дам стоп магазинам, потом акцию придумаем. Главное, на свадьбу не забудьте пригласить, такая красивая пара.

– Мужчина, а вы галантны, просто настоящий генерал, – женщина протягивает руку Андрею Михайловичу, – Ирма Францовна, бабуля этой прелестной влюблённой девчонки. Косяки не про неё, но тут что-то нечистое. И мы с вами видим, в чём дело. Право же, любовь… любовь. А потом дети, а у меня внуки. Никак не дождусь. Кстати, у вас есть внуки? Мы могла бы потанцевать и пообщаться, мой милый генерал.

– Я холост, не послал Бог детей, – пожимает плечами Серый, и целует протянутую ему руку. – Потанцуем, конечно. Но для начала присядем и закажем что-нибудь, а, молодежь?

Я молча офигеваю с разворачивающейся на глазах картины. Киваю, толкаю Миру под спину к ее стулу, помогаю присесть.

– Ирма Францовна, что ж вы не сообщили, что прилетели, мы с Мирой были бы рады встретить вас в аэропорту.

– Марк, мой милый мальчик, ты видимо плохо знаешь свою будущую жену. Эта пигалица столько лет драпала от женихов, что я отчаялась когда-либо выдать её замуж. Моя единственная внучка слишком любит свободу, чтобы связать себя семейными узами. Но вижу, что в тебе что-то очень серьёзное есть, если её сердце дрогнуло.

Женщина тянется рукой к ладони Миры и сжимает её. Моя невестушка напряжена, как струна. Молчит, глаза в тарелку опустила. Впервые вижу её замешательство. Играет или реально поймана с поличным и ей стыдно?

– Она же совсем молодая ещё, – говорим мы с Серым хором, мужчина хмыкает и отдает первенство высказывания мне.

– Передо мной никто не может устоять, – перевожу все в шутку, и Серый довольно хлопает меня по плечу.

– Что верно, то верно. Братец его меня два года окручивал, а этот раз пришел – толковый, огромный, уверенный, как скала, и я готов вкладывать в него деньги. Не в компанию, Волков. В тебя.

– Я ценю это, – киваю, бросив быстрый взгляд на Миру.

Утром, когда прозвучал звонок, она явно не поняла моего оцепенения. Но я всегда слишком серьезно отношусь к работе, потому что такие серьезные и влиятельные люди доверяют мне, и я не могу позволить себе обмануть их доверие. Для меня это недопустимо. Любая ошибка – это профессиональное самоубийство.

– Двадцать пять для дамы уже как приговор! Я надеюсь, что вы с детьми затягивать не будете. И не смотрите на меня так. Я может ещё правнуков хочу увидеть. Неизвестно сколько мне бог отмерил. А часики тикают неумолимо.

– Бабуль, мы сами решим, когда, как и сколько. У Марка карьера, я тоже хочу состояться, как личность. А дети это слишком ответственно. Мы ещё для себя пожить хотим.

– Андрей Михайлович, вы слышали? Не бережёшь ты бабулю, милая. Но не в этом суть. Тебя, моя прелесть, я знаю. Не интересно мнение зятя. Когда свадьба и ты действительно поддерживаешь бред этой девчонки? Никаких детей?

Ирма Францовна вмиг приосанилась, вижу, что напряглась, потому что готовится принять любую правду. Сильна духом, этого не отнять.

– Это здравый смысл, – сдвигаю брови, откровенно глядя в лицо пожилой дамы. – Я понимаю вас, и понимаю, что вами движет, но согласитесь, рожать детей чтоб порадовать бабушку – неправильно. Я хочу показать этой красавице мир прежде, чем посадить ее дома с памперсами и бутылочками. И что-то подсказывает мне, что эта жажда к приключениям у нее от бабушки, – улыбаюсь, сжав ладонь Миры.

Сам нахожусь в каком-то ступоре. Рот открывается и издает звуки, а мозг их не обрабатывает. От возмутительности и абсурдности ситуации включился автопилот, и пока я ему доверяю.

Мне показалось или Мира облегчённо вздохнула? А если даже так, то мы с ней одного мнения.

– Какие разумные слова, Марк, – улыбается Ирма Францовна и подмигивает мне, – дети должны рождаться в любящей семье, их должны хотеть  больше, чем увидеть мир, сделать бизнес или насундучить кучу бабла в матрас. Ваше дело. У нас мало времени. Я готова на недельку задержаться у вас. Город посмотрю, с людьми пообщаюсь. Вас стеснять не буду. Вам двоим нужно личное пространство. Андрей Михайлович, давайте-ка шампанского, да танцевать?

– Не вопрос, милая леди, – кивает и подзывает официанта.

Когда они уходят на танцпол, я поворачиваюсь к девчонке, и у меня на языке крутятся всего два слова.

– Это пиздец.

– Слушай, я лучше выйду в окно, окей? – испуганными глазами смотрит на меня Мира.

– Нет уж, встань в очередь, – хмыкаю растерянно и слегка раздраженно.

Меня все это бесит, смущает и напрягает. Я даже порадоваться тому, как легко разрулилась ситуация с Серым, не могу.

– Давай отлучимся ненадолго? У тебя есть презерватив? – смотрит на меня вопросительно, – мне нужен секс, чтобы расслабиться и прийти в себя.

Смотрю на нее, как заторможенный, а в брюках моментально стало тесно. Как она это делает? Ведьма!

Беру ее за руку и молча веду за собой. Не понимаю, что мной движет. Хотя, что уж, понимаю – вставший от одной мысли член. И плевать мне как мы со стороны выглядим. Закидываю ее на заднее сидение машины, отъезжаю от ресторана подальше, в спальный район, в тихий переулок, перебираюсь к ней и натягиваю её с такой страстью, что кажется вот-вот в ушах зазвенит. Она скачет на мне, вбирая всего в себя, а я дурею, пытаясь проникнуть глубже, взять сильнее.

Всхлипнула и обмякла, рухнула мне на грудь, которая вздымается словно после марафона. Пальцами сжимаю ее ноги, подаюсь вперед, давая отпульсировать члену в теплоте её пещерки и рвано дышу от переполняющих эмоций.

– Нужно вернуться, пока нас не хватились, – хрипло выдыхаю у ее уха.

Не хочу, там было не комфортно, а в этом моменте хорошо. Мы возвращаемся в ресторан и видим, кто к нашей паре кто-то присоединился.

– Это еще что за кент? – хмурю брови, крепче сжав ладонь девчонки.

– В душе не... гребу.

Смотрит мне в лицо блестящими глазищами, и взгляд слишком напряжённый.

– Я бы предложила нам повторить у тебя в машине, но нас растерзают. Сексом делу не поможешь, но с тебя ещё раз сегодня ночью.

Стает на носочки и целует меня в подбородок.

– Я предпочел бы не покидать машины, но ты помнишь, ради чего мы здесь и что на кону. Но хмырь этот мне не нравится. Чуйка меня не подводит никогда, и сейчас она бьет тревогу.

– Извините, что задержались, но у Марка был срочный разговор.

Врёт и не краснеет невестушка, прижимаясь щекой к моему плечу.

Ирма Францовна улыбается, но как-то быстро представляет нам мужика.

– Анатолий Власов, прошу любить и жаловать. Анатолий, я, кажется, зря тебя вырвала из срочной командировки. Моя милая внучка уже глубоко заручена.

– Я очень и очень опечален.

Этот мужик встаёт и целует руку Мире.

– Рада нашему знакомству, но, увы, и ах, – смеётся, – у меня очень и очень ревнивый будущий муж. Правда, сладкий?

Стреляет глазенками и вновь целует меня в подбородок.

– Правда, – отрезаю с холодной вежливостью, за талию притянув ее к себе и вжав в свое тело. – Каюсь, грешен. Ну, вы же ее видели, – играю бровью, смерив Анатолия взглядом, – поэтому, попрошу без излишней галантности обойтись.

– Значит опоздал, очень и очень грустно, – улыбается как-то холодно, – но на танец вашу невесту все же осмелюсь пригласить.

– Мируля, потанцуй с Анатолием, пообщайтесь, пока мы здесь втроём поговорим о вашем будущем. Андрей предлагает для свадьбы свой загородный дом.

Мира застыла на полпути к танцполе.

– Ба!

– Свободна, прелесть моя.

Ирма Францовна улыбается и обращается ко мне.

– Как тебе идея?

– Отправить танцевать мою невесту с другим мужиком? Отвратительно, – хмурюсь, бросая раздраженный взгляд на уходящую Миру.

– Никуда твоя красавица не денется, парень. Это пиар-ход такой, чтобы мы смогли обсудить нюансы. И вновь повторю: как тебе идея Андрея Михайловича?

– Я глубоко убежден, что нюансы того, как будет проходить свадьба, в первую очередь стоит обсуждать с невестой. Женщинам детали важнее, чем мужчинам. Впрочем, я благодарю вас, Андрей Михайлович, за щедрое предложение. Мы с Мирой, – говорю с нажимом, – его обсудим.

9 глава

Мира

Как только ко мне прикоснулись чужие руки, мое тело включило воздушную тревогу. Зачем бабуля так со мной? Неужели ловко проверяет нас с Марком на стрессоустойчивость? Несомненно. Бабуля – королева интриг.

– Ты очень сексуальная, Мира.

– У меня есть жених, вам  лучше вести себя прилично, руки уберите с моих бедер.

– Ты мне ещё в Москве понравилась. Ирма Францовна твои фото показывала.

– Ваши проблемы. Я верная своему жениху.

– Ты в этом уверена? Он ничего не узнает.

– Так, стоп, танец окончен, Анатоль. И если нет желания получить в глаз, пусти меня.

Вырываюсь, поправляю платье. Мне дико противно, что чьи-то наглые лапы скользили по моему телу. А у меня под платьем нет трусиков, только чулки и больше ничего.

– Поцелуй меня, – присаживаясь к Марку и склоняю к нему голову, плевав на бабушку и ее собеседника, а на недожениха московского  вообще не смотрю.

Выполняет просьбу, целует, а когда отрывается, бросает недобрый взгляд на Анатолия. И по тому, как напряглось его тело, понимаю, что обстановка за столом накаляется.

– Может, отпустим молодых? – вдруг пытается разрядить обстановку Андрей Михайлович. – Нам о многом поговорить можно, вечера не хватит, а они пусть едут, милуются. Только завтра утром, Марк, пакет документов мне лично.

– Будет сделано, – обещает Волков, не отрывая своего грозного взгляда с неудавшегося женишка.

– Я заселилась в отеле Сити, утром жду звонка, родная.

Я не жду особого приглашения, прощаюсь, искренно благодарю Андрея Михайловича за добро и спешу к выходу. За мной уверенно шагает Волков. Я первой вывалилась на воздух и прижалась к колонне, прижав ладонь к лицу.

– Прости за мою невезучую карму, это просто пиздец. Хоть убей, но я не понимаю с какого хрена так всё вышло!

– Ну, с одной стороны, нам простили косяк в восемьсот косарей, пожалуй, даже слишком легко, – пожимает плечами. Затем хмыкает, – ну а с другой... Мы, вроде как, играем свадьбу в загородном доме нашего бизнес партнера.

Смотрит на меня таким же офигевающим взглядом, как я смотрела на бабушку раньше вечером. Затем хмурится.

– Он лапал тебя? Хочешь, я вернусь и вмажу ему так, что зубов не сосчитает?

Я смутно слышу его слова. Все он так говорит, но все равно глупость какая-то, которую я сотворила.

– Да ладно, – смотрю недоверчиво, – тебе какое дело? Только не говори, что вжился в роль и ревнуешь, Волков?

Смотрит на меня долгим взглядом, затем качает головой.

– Забей.

– К тебе? Или секс отменяется?

– Не ко мне. Матвей дома. Моя тачка к нашим услугам.

Кладу его ладони к себе на бедра. Совершенно другие эмоции вызывают эти прикосновения. Мурашки бегают по телу от возбуждения. Им в противовес влажные ладони Анатолия. Мерзость.

– Как школьники, – смеюсь, но не унываю, всё же лучше, чем ничего.

Секс с Марком отлично меня расслабляет, и я просто кайфую.

Приподнимает бровь и усмехается:

– Много школьников видела на таких машинах?

Берет меня за руку и ведет к своему внедорожнику. Мы садимся в салон и отъезжаем, на этот раз дальше, в сосновый бор за красивым большим парком на окраине, где уж точно едва ли нас кто-то застукает.

Он положил ладонь на мою руку и скользнул к промежности, склонился с поцелуем.

– Снова наверх хочешь? – смотрит потемневшим от страсти взглядом.

– Стоп, давай поговорим, что будем делать дальше.

Если я сейчас же запрыгну на него, меня будет не оторвать, потому что нервное перенапряжение меня просто выбивает из колеи. Бабуля возьмёт своё в любом случае. Она слишком настойчива в плане выполнения мною обещаний. Черт! Я же не думала, что она так конкретно возьмется за мою душу.  Да я на двести процентов уверена в том, что она последние годы неплохо мониторила мою жизнь. Только почему не вмешивалась? Хотела, чтобы я набила собственные ошибки? Разумно. Я их набила. Только здесь я круто протупила. Зачем было втягивать Волкова в эту глупость. Жених, угу. Какой из него жених и муж? Так, мужчина для того, чтобы просто потрахаться.  Дура.

– Я думал мы сюда сексом заниматься приехали, – хмурится, откидывается на сидение и медленно выдыхает, пытаясь переключиться. – Говори.

– Думаешь, потом не получится? – фыркнула, увидев его разочарование. – Я не хочу замуж от слова совсем, и я просто тупая дура, что втянула тебя в этот бред.

– Женитьба не входит в мои планы, – жмет плечами, – и никто меня не заставит добровольно засунуть шею в эту петлю.

– Дай тебя что ли расцелую, наконец-то я встретила родственную душу, – смеюсь, потому что теперь уверена в этом, что эту мою ошибку мы решим вместе, по крайней мере, я рассчитываю на его трезвый ум.

Мужики, если они не козлятся и не думают членом, вполне отличные стратеги, которые запросто могут решить дофига проблем. И в этот момент им главное не мешать, пусть подвиги совершают и чувствуют себя всесильными.

Сбрасываю пальто с себя и задираю платье к груди. Кладу его руку себе на низ живота и довольно выдыхаю, когда чувствую жар его тела.

– Если у тебя жуткие проблемы с квартирой, пожалуй, мне нужно озаботиться о съемном жилье. В кроватке устраивать поле боя с тобой мне нравится больше.

– У меня нет проблем с квартирой, там ремонт, он скоро закончится, – говорит, добавляя к первому пальцу второй, и усмехнулся, – рано ты разделась, киса, нам еще на заднее сидение перемещаться.

Мужчина склонился, подхватил меня за талию, словно я пушинка, и легко перекинул меня на заднее сидение. Сам вышел из салона, открыл заднюю дверь и нырнул внутрь, наваливаясь на меня с горячим поцелуем.

Его холодные прикосновения к моей горящей коже вызывали гамму эмоций.

– Согрей-ка мой член, малышка, – хмыкает, раскатав презерватив по возбужденному стволу и делая меня своей.

Его руки были везде, и сжимали меня всю сильно, нежно, дерзко. Я не отказала себе в удовольствии забраться к нему под рубашку. Жадно присосалась к каждому соску, ноготками проезжаясь по воспалённой коже. А когда он выпустил на волю моих девочек, приласкал жадно, отчаянно, я слетела с катушек окончательно.

Марк вжимал меня в себя так крепко, что я едва дышала ему на ухо. Не было сил шевелиться и куда-то убегать. С ним тепло и комфортно.

– Я тебе говорила, что влюблена в твой член? – отрываюсь от его груди и затуманенным взглядом шепчу ему в губы.

– Ты много всякого говорила, – играет бровью, прижимая к себе. – Но я всегда знал, что ты похотливая маленькая обезьянка, даже когда ты кричала, что такое ничтожество, как я, тебя не возбуждает.

– Я такое говорила?! – отталкиваюсь ладошками от груди  Марка и делаю огромные глаза.

Нет, он что серьёзно? Я брехло  поганое и это по лицу видно?

– Не парься, видимо врала, как дышала. Я когда злая, а не похотливая обезьянка, несу бред и готова убивать. Тебя же это не парит или ты у нас слишком правильный, Волков?

– Если бы меня это парило, мы бы тут так праздно не валялись, обезьянка. Мне нравится твоя тугая мокренькая киска, – хмыкает, погладив ладонью мой зад и спускаясь ниже. – Еще разок?

Пальцы его уже вовсю поглаживают мои складочки, разогревая и заставляя хотеть продолжения.

– Ещё спрашиваешь?

Моё тело сразу же реагирует на его пальцы. Ладошками хватаю его лицо, зубками кусаю его губы и довольно рычу. Я не помню, где именно валяется моё платье, лифчик, трусики ещё при первом побеге валяются в кармане моего пальто. И мне нравится, как он изучает мои изгибы пальцами, губами, взглядом, как владеет моим телом то нежно, словно держит хрупкую статуэтку, то врывается с такой страстью, что мои стоны превращаются в крик удовольствия.

Даже сейчас, получив очередной оргазм, не спешу отпускать его.

– Я думала, что лучше уже секс в моей жизни не будет. Наивная, столько лет быть верной одному и наивно думать, что в этом блядском мире ценятся искренние чувства. Вот ты, Волков, когда-то любил или нет?

Отрываю голову от его влажной груди и пристально смотрю ему в глаза.

– Нет, – отвечаю раздраженно. – Такое же самоубийство, как женитьба. Я предпочитаю более серьезные занятия, и слишком не люблю эмоциональный дискомфорт. Бизнес – там сложно, но все понятно. Отношения? Пас.

– Где ты был раньше? – плотоядно улыбаюсь, сжимая ладонями его лицо, – не мужчина, а сплошная мечта. И мозг не вынесет и у носа верностью трясти не будет.

– Придержи коней, кошечка. Я собственник. Если я трахаю бабу – не желаю знать, что ее трахает кто-то еще. Так что если хочешь иметь секс с членом, в который влюбилась, придется придерживаться моногамии.

– Что? Волков! Ты разбиваешь моё сердце! – фырчу ему в губы. – У меня вообще-то был план переспать с половиной вашего бизнес-центра.

– Вперед, – ухмыляется, хватает в ладонь свой возбужденный член, проводит по моему клитору головкой и уточняет, – его я убираю, значит, да?

– Точно не сегодня и не завтра, милый, я тебя предупрежу искренно, что хочу попрощаться с твоим членом, когда пойму, что пора двигаться дальше.

Кончиком пальца глажу головку и кусаю губы. Он пульсирует и подрагивает, а я затихаю, наблюдая за этим красавцем.

– Таким будничным тоном мне еще никто не сообщал, что планирует мной грязно попользоваться, – хмыкает и зажимает мне ладошкой рот, бросает презерватив на живот, побуждая меня зачехлить своего красавца, – давай ты уже помолчишь для разнообразия и займешься делом.