Текст книги "Мне тебя мало (СИ)"
Автор книги: Евгения Чащина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)
Эпилог
Мира
– Ника, имей совесть! – ворчу на девчонку, которая отжала у меня дочь, я её ещё не успела толком переодеть.
Я стою у кровати и смотрю на то, как Ника сюсюкается с моей новорожденной малышкой, оттеснив меня в сторону. Моей принцессе неделя от роду, а она до слез умиляла нашу родню.
– Отстань, вы с ней итак двадцать четыре на семь, дай поиграть мне, – заливает к малышке, которая зевает.
– Она ещё маленькая, она кушать хочет и спать, – пищу жалобно и верчу головой по сторонам в поиске своей поддержки, но Марк пошел открывать дверь Матвею, который наконец-то соизволил навестить нас после выписки.
– Я с удовольствием ее покачаю, – воркует Ника, трогая маленькие пальчики моей принцессы и довольно поплыв, когда доча схватила ее за пальчик. – Оууууууу, ну это просто милота.
В комнату заходят мужчины. Марк сразу оказывается рядом, первым делом посмотрев на малышку Мию, потом на меня. Подошел, стал рядом, поцеловал мой висок, а Матвей тем временем подошел к сестре и широко улыбнулся:
– Какой симпатичный волчонок. Вся в маму!
– В смысле симпатичный? Мот, ты очумел?! Муж, объясни этому дяде, что его племяшка – красотка! – ворчу на нашего дядюшку, который тыкает в меня огромным медведем и коробкой конфет.
– Дядя только что одним неудачным прилагательным лишил себя всех привилегий, – ухмыльнулся Марк, глядя на дочь. В его глазах были бесконечная нежность и обожание.
– Мне уже жаль женихов этой барышни, – хохотнул Мот, обнимая и целуя меня.
– Никаких женихов! – тут же отрезал Марк.
– Любимый, что за тиранские нотки?! – удивлённо приподнимаю бровь.
– Она только моя, – отрезает с улыбкой, возвращаясь ко мне и оттеснив Матвея, – кыш. Эта тоже только моя. Я жадный.
– Только она?! – я надуваю губы.
– Избирательно слушаешь, любимка? Или хочешь, чтоб я повторил, что ты тоже только моя?
Я хлопаю ресницами, глядя на его губы, и действительно плохо соображаю. Я так соскучилась за Марком за эти дни моего пребывания в роддоме, что отлипнуть от него не могу. И тут меня осенило: у нас есть кому забавлять малышку.
– Дядя и тетя при деле, муж, давай чай делать. Ты обещал мне кусок торта.
Вытаскиваю свою любовь из детской и подгоняю Марка к кухне.
– Давай показывай торт, который купил для меня! – лапаю своего мужчину за задницу и мурлычу ему на ухо.
Его сильные руки тут же перехватывают меня и усаживают на кухонный стол. Марк целует жадно и неистово. Соскучился, чувствую кожей.
– Я купил три. Хотел купить больше, но не поместились бы в холодильник. Черт, я готов скупить тебе все торты мира, любимая, – снова припадает с поцелуем.
– Как поживает моя любовь? – ладошка нагло тянется к члену мужа.
Нащупываю там знатный стояк.
– Стабильно синеет от тоски от одной мысли о любимом теле, можешь проверить, – горько хмыкает, прижимаясь сильным телом ко мне.
Он уже давно полностью капитулировал, и я знала, что он любит меня до потери пульса и полный раб моего тела.
– Сегодня пробуем другой режим, хочу верить, что Мия плотно поужинает и уснёт крепче, чем прошлой ночью. И я побалую свою любовь, если не усну позорно, как вчера, – смеюсь, вспоминая свое бесславное обещание забраться Марку в трусы и залюбить "мою любовь".
И да, я уснула сразу, как только прижалась щекой к его плечу, ладошкой пробравшись к Марку в трусы.
Он целует меня в нос и хмыкает.
– Это было забавно. Пока кое-кто не начал похрапывать от удовольствия.
– Родители, у вас тут код коричневый! – прозвучал голосок Вероники из детской.
– Тренируйся с братом, – фыркаю весело и не сдвигаюсь с места, – отжали малую, будьте добры, подгузники на полке, там же салфетки, присыпка. Справитесь?
– Нет, – хором отвечают два голоса Баринцевых.
Марк хмыкает и целует меня.
– Этим доверять нашу принцессу нельзя. Режь торт, любовь моя, я пошел спасать дочь.
– Как играть, так все, а как подгузник менять все в кусты, – рычу наигранно и целую мужа в шею, – вперёд, Волчара, твоя пуговка ждёт папку. Но я настаиваю на том, что сегодня ночью, я сделаю дубль два.
Смеюсь и сползаю на пол, чтобы приготовить чай.
Скоро ко мне присоединяются Баринцевы.
– Отличная принцесса. Пахнет как папка. Комнату явно надо будет проветрить, когда он закончит.
– Баринцев, по тонкому льду ходишь, – рычит из детской Марк.
– Давай помогу, – улыбается Ника и подходит ко мне, прижимается и вдруг таинственно шепчет, – Мот влюбился по самые помидоры.
– Ого, в кого? – я даже челюсть забыла вовремя захлопнуть, мне ее Ника поправила.
– Он не говорит. Но я слышала, как он ворковал по телефону, и поверь мне – я такого не слышала раньше. Плюс он явно любит ее больше, чем она его – он заискивал. Прикинь?!
– Матвей, а Матвей, ты что там прикольное в телефоне увидел? – застукиваю Мота на горячем и вырываю телефон из его ладони,– «Ты будешь моей, ты просто этого ещё не осознала». Ого! Матвей, ты любовные романы пишешь?!
Смеюсь и возвращаю телефон хозяину, а то парень едва на пол не слетел, так ринулся за своим драгоценным мобильником.
– Какого хрена, Мира?! – рычит, пряча телефон в карман.
– Тон! – тут же рычит из детской Марк.
– Это не ваше дело, – уже тише бурчит Матвей, – и вообще мне пора.
– Э, нет, ты живым из этой кухни не выйдешь, – фыркаю я, став на пороге и сложив руки на груди, – колись, кто она. Стоящая?!
– Мира, отвянь по-хорошему, если не хочешь, чтоб твой муженек мне врезал за то, что тебя обидели.
Вау! взгляд потемнел, напрягся весь. Стоящая, явно стоящая, раз нашего беззаботного бабника так колбасит.
– Ой, боюсь, боюсь, да беги, а то не дай Бог дама другого найдет, – ухожу с дверного проема, смеюсь, видя его взъерошенный вид.
– Не найдет, – бурчит, поднимается на ноги и идет за мной, чтобы попрощаться с братом и малышкой.
– Вы произвели на свет славного карапуза. Респект и уважуха.
– Ждем ответный удар, – хохотнул Марк, – попробуй заделать красивее.
– Добрые вы люди, – качает головой, а мы с Марком переглядываемся. Не фыркнул. Задумывается о детях? Ну, надо же.
– Эй, если будет совсем тяжко на душе, ты можешь поговорить с нами о той даме, правда, правда,– обнимаю Матвея и улыбаюсь.
– Не о чем там говорить, – бурчит, обнимая в ответ.
Ага, не о чем. Щетинится как ежик.
– А может она отталкивает тебя только потому сильнее, чтобы рикошетом в обратную сторону с большим напором. Задумайся, Баринцев. Мы, женщины, часто говорим не то, что подразумеваем. Можешь у брата поинтересоваться, у него практика большая с девушкой-торнадо. Да, любимый?! – довольно хлопая ресницами, не выпуская из объятий Мота.
– Да уж. Беги, Мот. Беги пока не поздно, – ерничает и смеется.
– Поздно, – вырывается непроизвольно с губ Матвея.
– Тогда в охапку её, печать в ЗАГСе и полдела сделано, – хлопаю парня по плечу, подхожу к Марку и беру дочь в руки, улыбаюсь своей сонной принцессе. – ты уверен, что не хочешь торта? Обещаю, мы приставать с расспросами точно не будем.
– Да ну вас. Слишком много страшных слов. ЗАГС, дети, это вы странные и у вас сработало, в себе я сомневаюсь.
– Зря. И напомню, что нас с Мирой сам долбил. И мы благодарны, да, любимая?
И тут я застыла от неожиданного осознания. А ведь не прояви Мот настойчивости в тот холодный осенний вечер, всего этого могло бы сейчас не быть. Я понимаю, что на глаза навернулись слёзы. Отдаю дочь удивленному мужу, потому что действую на эмоциях. Он принимает спящую малышку и смотрит на то, что разворачивается дальше. Я подхожу к Баринцеву и беру его за руку. Крепко сжимаю его прохладную ладонь и, глядя ему в серьёзное лицо, искренно, от всей души произношу:
– Если бы ты тогда не проявил твердость духа, милосердие, терпение, всего этого могло не быть. Их могло не быть в моей жизни, понимаешь? А теперь задумайся на мгновение и реши: в наших ли это руках или все же еще нужно поддаться стечению обстоятельств? Я долго сопротивлялась очевидному, а когда осознала факт того, что Марк мне безумно дорог, практически потеряла его. Это того не стоило. И я благодарна его терпению и пониманию. – поворачиваюсь к мужу и говорю с любовью. – И да, родной, я рада, что из двух братьев, ты оказался тем, от кого я без ума.
Матвей смотрит на меня, сдвинув брови, а Марк кивает в поддержку моих слов, крепче обняв нашу малышку.
– Моя душа правду говорит, Мот. Если девчонка запала – не потеряй ее, – негромко обращается Марк к брату.
Матвей задумчиво смотрит на нас, кивает и ухмыляется.
– Ну в таком случае мне тем более пора. Нику захвачу, домой отвезу, укладывайте свое сокровище и побудьте наедине. Сестрица там уже поди все торты продегустировала.
– Не все, но понадкусывала, ты думаешь, я просто так уеду от этих Волчат?
Мы поворачиваем головы в сторону, где стоит Ника с небольшим пластиковым контейнером, с котором три разных куска торта.
– Умничка, не нужно было скромничать, всё равно я много не съем, мне еще талию назад возвращать, – смеюсь гостям и бегу на кухню. Один из тортов отдаю Баринцевым.
Как только дверь за гостями закрывается, я замечаю, что Марк ушел поспешно в детскую. Бегу за ним и вижу, как бережно кладет дочь в кроватку. Она забавно сипит, а я стаю на носочки, чтобы видеть, как забавно морщит свой носик.
– Устала, а значит, у нас есть шанс… – играю бровями и полностью переключаю всё свое любвеобилие на пах Марка.
Я вижу по его глазам, что хочет этого не меньше, чем я. Пальчиком маню его к себе и убегаю к нам в спальню, подавляя визг веселья. Нам теперь приходится ходить на цыпочках по квартире, чтобы не разбудить дочурку.
Он заходит следом, подхватывает меня на руки и заваливает на кровать, жадно целуя.
– В этот раз я не дам тебе уснуть, жена!
– Эй, аккуратнее, Волчара, твоя жена недавно родила, будь нежнее, прибереги запас пороха до лучших времен, – кусаю своего волка за шею, очень сильно кусаю, чтобы отрезвился.
И пока он ошарашено смотрит на меня, толкаю его на спину и тут же ловко стаскиваю с него спортивные штаны. На волю вырывается моя любовь и подрагивает от желания. Жадно припадаю к трофею и довожу мужа до бурного взрыва. Понимаю, что ему не хватает секса, но пока никак. Марк терпеливый, он рад всему, что я могу на данный момент ему подарить.
– Я люблю тебя, родной. Я тебе говорила спасибо за то, что ты у нас есть?
– Можешь говорить почаще, – скалится, как только удается совладать с дыханием, и прижимает меня к себе сильнее. – Люблю сильнее, мое наваждение. До луны и обратно.
Марк, расслабленный и довольный, быстро засыпает. Радионяня молчит, указывая, что мой трюк удался, и наше счастье тоже мирно сопит.
Все вечера, после выписки, мы с Марком были как на иголках. Непривычно, утомительно, но мы были готовы к этому. Мия родилась точно в срок, красивая пышечка, похожая на папу. Даже моя бабуля от восторга прослезилась. С дня на день ждём ее в гости с Андрей Михайловичем, они возвращаются из санатория.
Скручиваюсь под боком мужа и носом утыкаюсь ему в шею. Мой мужчина. Сильный и терпеливый. Моё счастье и моя отрада. И я верю в то, что он не разочарует меня.
