Текст книги "Мне тебя мало (СИ)"
Автор книги: Евгения Чащина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)
Он тормозит на светофоре, поворачивается ко мне и щелкает по любопытному носу
– Меньше знаешь – крепче спишь.
– Зануда, – поджимаю губы, а потом опять, кусая губы, тараторю, мне это нужно для дела, и пофиг, что выгляжу дотошной. – А всё-таки я думаю, что в тройничке или какая там у вас оргия была, удовольствие не распространяется в равных долях на всех участников процесса. И здесь, как говорится, кто смел тот и съел.
Он хохочет на весь салон.
– Думаешь, пока я трахал одну, вторая листала Инстаграм, а третья готовила всем бутерброды?
– Нет? – смеюсь и прячу покрасневшее до корней волос лицо в ладони.
– Я же говорю, меньше знаешь – крепче спишь, – хмыкает в очередной раз.
Мы тем временем подъезжаем к его дому.
– Вуаля, – глушит двигатель и поворачивается ко мне. – Приехали. Вероника не в курсе, не брала трубку, но уверен, что будет рада.
Мы поднимаемся наверх, на третий этаж и Матвей, взяв мою сумку в правую руку, левой открывает дверь.
Толкает, входим и тут же налетаем на парочку в коридоре.
– Это ещё что за?... – тут же опешивает Матвей, и я понимаю, что сейчас будет буря.
3 глава
Мира
– Это Артём, мой однокурсник, и он уже уходит.
Парень действительно обувался. А смазливый, подкачанный, а на Матвея как зыркает опасливо. Подавляю смех. Не время. Наоборот беру весь огонь на себя.
– Никуша! Прелесть моя! Как ты выросла, недавно птенчиком была, а теперь шикарная красотка!
Бросаю сумки у ног и бросаюсь навстречу к Нике, сжимая малышку в объятиях. Мне всегда нравилась эта потешная девчонка, она тоже прибегала на танцы, занималась в группе другого преподавателя.
– Мира, – обрадовано обнимает меня в ответ девушка, но взглядом сканирует обстановку в коридоре.
Матвей взгляд не сводит с Артёма и ох что это за взгляд. А Артём уж больно торопится свалить скорее.
– Какими судьбами? Мот, где ты её нашёл?
Парень накидывает куртку и негромко, максимально не привлекая к себе внимания, говорит.
– Пока, Ника, до свидания всем.
– Пока, Тем, – бросает словно между прочим, и парень тут же шмыгает за дверь.
Матвей подпирает локтем стену и внимательно смотрит на сестру.
– Пока, пока, парень, – кусаю губы, чтобы не прыснуть. – Эй, Матвей, ау, – машу у него перед лицом, – в руках правды нет. Вещи мои поставь на пол. И не стреляй сканирующим взглядом в сестру, она у тебя уже взрослая.
– Это здесь решаю я, – отрезает он тоном, не терпящим возражений.
– Мира, – отвлекает от хмурого брата Вероника, предпочитая просто игнорировать его настроение, – так откуда ты? Как вы встретились?
Твою мать! Как это мило! Сам трахает всё что движется и сомневаюсь, что печется о морали, думает о братьях тех девчонок, а здесь цербер.
– Матвеюшка, солнце, твоя сестра под присмотром, ничего с ней страшного не случится. Я наблюдательная дама.
Подхожу к напряжённому парню и кладу ему ладони на грудь. Только бы не рявкнул на сестру, а то думаю, что будет скандал. Никуля девочка с характером.
Он опускает на меня взгляд и ох что это за взгляд. Вижу, как в темных глазах плещется гнев, как он пытается побороть свой норов, чтоб не сорваться и не рявкнуть на всех здесь. Губы дёргаются в презрительной усмешке, но рта не открывает. Молчит. Завораживающее зрелище.
– Снимите комнату, – закатывает глаза за нашими спинами Вероника.
Уххх. И зачем она так в тему это озвучила. По телу словно током прошибло. От его взгляда можно и раствориться от удовольствия, и сгореть. С меня сняли заклятие многогодичной давности? Теперь могу реагировать на других мужчин?
– Никуля, сделай кофе, пожалуйста. А я с братом твоим поговорю.
Поворачиваю голову и подмигиваю мелкой. Она быстро улетает из прихожей.
– Баринцев, обещаю, буду курировать твою прелесть, только понизь градус кипения. Пар из ушей идёт.
Моя рука тянется к его шее, пальцы едва касаются его кожи. Ммм, как приятно пахнет. Впрочем, он всегда безупречно выглядел и продолжает держать марку.
Он прищуривает глаза, опускается чуть ниже, чуть ближе к моему лицу.
– Эту "взрослую"? Зад её прикрывать и презервативы ей покупать, так курировать?
– А что в этом плохого? Или ей нельзя, потому что ты так решил, – фыркаю, делаю шаг назад. Тиран.
– Восемнадцать только стукнуло, рановато порядочной барыне в мир большого секса. Да, я так решил. И в этом доме, милая, – он заправляет прядь моих волос за ухо, – всё происходит так, как решаю я.
– Кофе готов, потом потрахаетесь, остынет, а я не раба варить по сто раз, – из кухни доносится недовольный голос Вероники.
– Надеюсь, мне сексом заниматься можно, – указательным пальцем скольжу по пряжке его ремня, не сводя с мужчины ироничного взгляда. – Никуль, минута, а потом я вся твоя.
– Ни в чём себе не отказывай, – ухмыляется, следит за моей рукой и никаких больше действий не предпринимает, лишь обжигает взглядом.
– Да он в соседней квартире живёт, успеете, валите кофе пить!
Матвей ухмыляется и подталкивает меня вперёд, в сторону кухни.
– Ммм, я надеюсь, что наши спальни не через стенку, Баринцев? Иначе я могу ночами не спать, вдруг у тебя оргия, а я без беруши, – притормаживаю и смеюсь, когда он влепляется в меня, сжав ладонями мои бедра, намерено еложу ягодицами по его ширинке.
– Нет, твоя спальня через стенку со спальней Марка. Так что не волнуйся, он как истинный джентльмен, будет охранять твой сон. Он не трахается дома, предпочитает сохранять душевное равновесие Вероники и сам ездит по своим бабам.
– Кто у нас Марк? – напрягаю извилины, но что-то туго скрипят шестерёнки.
– Мой двоюродный брат, лучший друг и партнёр по бизнесу.
Видит, что у меня внимательное и заинтересованное лицо и усмехается.
– Вы не знакомы. Он был на стажировке в Британии, когда мы ходили на танцы. Вернулся год назад.
– Вау, такой же красавчик, как и ты? – поворачиваюсь к нему лицом, а то его шепот у уха, моя искривленная голова, которая пытается вертеться на сто восемьдесят градусов ну никак не способствует к тесному общению.
– Бабы, – качает головой. – Почти два метра роста красоты, и в плечах пошире будет. Заинтриговал?
– Пока не пощупаю, не оценю, – подмигнула и наконец-то вошла в кухню, вдохнула аромат кофе, – вау, просто шик. Никуль, не дуйся, просто мы давно с твоим братцем не виделись и не сражались в словоблудии. Ты разве забыла наши стычки с ним?
Меня всю трясёт от психов. Скотина. Ну, ты и скотина! Деньги он срочно перечислить не может за отработанное время. И главное что? Прислал смс, как дешёвке какой-то. Кобель. Видимо опять с очередной шлюхой развлекается, если некогда трубку снять и позвонить. Окей, я птица не гордая. Голубем зовусь. Ищу контакт Тимура, набираю, нервно кусаю мороженое, едва не давлюсь, когда слышу его хриплый голос.
– Я тебе всё в смс написал, ты непонятливая?
– А на вокзале жить не за что!
– Цацки в ломбард заложи, все загребла.
– Если ты расстройством глаз страдаешь, то большинство твоих побрякушек я тебе оставила.
– Тогда почему ноешь? Кто тебе виноват?
– Знаешь, в твоих интересах меня не смешивать с грязью. Не зря же столько лет я работала твоей помощницей, милый. Ты забыл, что я знаю?
– Те, кто много пиздит, долго не живёт.
– Мне уже действовать, чтобы ты не успел киллера нанять? За сколько минут заблокирую все твои счета?
– Дрянь! Мелкая, но слишком умная. Будут тебе деньги через полчаса! – орет в трубку Тимурчик, – пошла вон, вылезай из-под стола, ты уволена!
– Ой, прости, дорогой, минет обломился? Или некачественно делали?
– Не нашёл тебе замену, сладкая попка.
– Рука тебе в помощь и…Эльвира. Или она только туда кайфует? Сосать твой член не её уровень?
– Мира, ты зря от меня ушла, я скучаю, может лично приедешь по наличку? Я не обижу.
О да! Я так себе и представляю неудовлетворённое лицо бывшего. Он любит трахаться, любит иметь всё под рукой. Значит новенькая не дотягивает. Поделом. У него теперь много времени и обширный выбор пустышек.
– Номер моей карты пошёл, Тима, не зли меня. И ещё… сам себе подрочи, может, полегчает.
Я отключаюсь прежде, чем вдогонку мне летят маты. Смеюсь, кусаю мороженное и бегу на второй этаж. Опять звонок, извлекаю телефон.
– Тыщи баксов хватит?
– Что? Ты меня недооцениваешь. Милый, ради всего того прекрасного, что было между нами, отвали в пять раз больше. Жмотяра!
Бесит! Делаю отбой, поднимаясь вверх, и магическим взглядом колдую оповещения на экране. Сколько же на счёт упадёт?
– Ой, простите!
Я понимаю, что в кого-то влетела. Неприлично влетела, впечатав мороженное с джемом огромному амбалу в… блять… причинное место.
Стою, как придурок, снизу вверх пялюсь на мужика. Огромный, с растекающимся мороженым на пряжке ремня и ниже. Красава. Мира, ты красава! И руки у тебя из задницы.
– Дико извиняюсь, я такая неуклюжая сегодня. Так неудобно. Давайте я вам помогу?
Руками метельшу перед ним, забывая, что остатки мороженного всё ещё у меня в ладони. Капли разлетаются по сторонам, несколько падает мне на лицо, облизываю губы. Вкусное мороженко, но так бесславно просрано.
– Что, слижете? – саркастично ухмыляется амбал, глядя на испорченные штаны.
– Гммм, так сразу? Обычно я знакомлюсь, а потом уже лижу, – смеюсь, – на третьем этаже моя квартира, давайте помогу. Я просто обязана это сделать с вами.
Он как-то странно подвис, рассматривая мою улыбку и засмотревшись, потом прочистил горло и пожал плечами:
– Что ж... Как отказать на такое приглашение. Ведите.
– Пипец я липкая, если прилипну к двери, будете меня отдирать, – смеюсь, пытаясь в рот затолкать остатки мороженого.
Красиво не получается, щеки как у хомяка. Да и пофиг, а как я ключ от квартиры искать буду.
– Позвольте мне, – говорит мужчина, когда я наконец нахожу ключ.
Он берет его из моих рук, вставляет в замок, чистыми руками берет ручку и впускает нас в квартиру.
– Дамы вперёд, – галантно улыбается.
– Мерси, – забегаю в дом и ловко сбрасываю кроссовки с ног.
– Малая я дома? Замяучь, если вернулась!
Прислушиваюсь – никого.
– Временно живу у подружки, её брат уболтал меня не устраивать себе круиз в стенах вокзала до момента снятия квартиры. Так что строго не судите, апартаменты не мои. Я руки быстро вымою и сразу вся ваша. Кстати, меня Мира зовут, а вас? Вы здесь живёте или были у кого-то в гостях?
Вот это номер! Что если этот громадный грызли от любовницы идёт. Плещусь в раковине, а глазами ищу полотенце.
– Столько информации, – улыбается громила, едва успевая обрабатывать вопросы. – Марк. Приятно, Мира. Поцеловал бы вам руку, но боюсь, что прилипну.
Да какая разница, кто он и что. Человеку нужно помочь. Выбегаю из ванной. Один уголок полотенца намочен водой.
Хватаю огромную ладонь мужчины и тру её, тщательно тру, чтобы не липла, потом вторую тру. Зачем тру? Ума не приложу. Он вообще-то своими ногами может пройти в ванную. Суть ведь не в руках, а в том что испачкано ниже. Дурында!
– Что-то я не то делаю, – смотрю мужчине в глаза и улыбаюсь, а у него красивые карие глаза и взгляд такой что ли проникновенный. Необычно.
Всё внимание уделяю пряжке ремня. Капец. Все это расползлось, потекло вниз.
– Пожалуй, мне следует покуситься на самое сокровенное.
Высовываю кончик языка, когда дергаю пряжку ремня, чтобы расстегнуть брюки.
– Давайте сначала разденемся, а потом кофе. У нас здесь шикарная машинка, пятнадцать минут и вы как новенький.
– Сначала разденемся, потом кофе, – повторяет мою, вроде такую невинную фразу, а звучит она с тройным подтекстом.
Он перехватывает моё запястье прежде, чем я, двигаясь нервно и неуклюже, зажму то, с чем нужно обращаться деликатно.
– Вы разве не спешили куда-то? – уточняет вдруг, внимательно всматриваясь в моё лицо.
Странный вопрос. Единственное, куда я спешила – это квартира.
– Ой, что случилось? Я вам мужское достоинство молнией не защемила?
У меня огромные глаза, я ведь только что успела дернуть змейку вниз.
– Нет, – покачал головой он, снимая мои прыткие ладони со своего тела и сдавленно улыбаясь. – Спасибо, конечно, но салфетки будет достаточно. Боюсь, что времени на стирку у меня нет.
– У вас, наверное, жена, дети ждут? – хмурю брови, ругая себя за нерасторопность.
Может я со своим альтруистическим порывом влетала ураганом в зону комфорта грызли? Стою вся такая нелепая и сжимаю пальцами его ремень.
– Работа ждёт, – отвечает спокойно. – Я не женат. И дети? Так старо выгляжу?
Не женат. Уже легче. Полегчало. Махнула рукой и отошла, чтобы меньше прикасаться.
– Ну, я же не сказала, что у вас сын в универе учится, дети могут быть крошками, – веселюсь, потом хватаю огромного гризли за лапу и тащу его в ванную, – дальше сам, я ни, ни. Кофе будешь?
Он бросает взгляд на часы, затем на меня, и отвечает:
– Без сахара, – перед тем, как уйти в ванную.
Выходит минуты через четыре, возвышаясь в пролете кухни почти до косяка.
– Теперь я словно обмочился, – криво ухмыляется, кивнув на старания своих рук.
Пожимаю плечами, но не выдерживаю. Сил нет смотреть на эту картину «приплыли». Зажимаю рот ладошкой, потому что не смеюсь, я живот надрываю от смеха.
– Тогда раздевайся, ты на работу не спешишь. Ты же не хочешь, чтобы коллеги называли тебя «зассаные штаны».
– Да, подмочить репутацию однозначно не хочу, – хохотнул мужчина.
Смотрит на меня, хмыкает чему-то сам себе, возвращается в ванную. Через две минуты слышу, как заливается вода в стиральную машину, а затем он выходит из ванной, с полотенцем, обернутым вокруг бёдер.
– Эй, вообще-то это моё полотенце, я им тело вытираю, – брякнула и, подлетев к гризли, дёрнула на себя своё любимое мягонькое полотенечко, – упс.
Пялюсь на полуприкрытый рубашкой член нового знакомого и ехидно улыбаюсь.
– Вау, очень даже красиво, – поднимаю голову вверх и улыбаюсь.
Смотрит долгим взглядом.
– Гм, что ж, я пытался быть джентльменом.
Он стоит, тут же прикрыв пятерней своё достоинство, вероятно, не зная, как реагировать на мой комплимент.
– Дашь мне что-то прикрыться или предпочитаешь нудистский кофе?
Он не то, чтобы сильно стеснялся своего тела и с криком никуда не убегал, но чувствовалось, что воспитание не позволяет расхаживать перед дамой с членом навылет.
– Не бойся, в обморок не рухну, я девочка стойкая, – пожимаю плечами, сжимая в ладони своё осквернённое полотенце, смеюсь и бросаю его на стул и возвращаюсь к чашкам, – твой кофе без сахара.
– Боюсь, что тогда жены и детей у меня не будет – отморожу все достоинства, – хохотнул он. – Может, есть другое полотенце? Не такое ценное?
В его голосе скользит неприкрытая ирония.
– К этому полотенцу ничья чужая рука не прикасалась, оно до тебя было девственным. Мужчины! Вы везде пытаетесь быть первыми.
Мой взгляд невольно опускается ниже. Удивительный член, даже в невозбужденном состоянии я понимаю, что он крупный и красивый. Повезло же кому-то.
– Тогда делаем вот что! Мне нужна твоя помощь, идём со мной.
Отрываю попу от стола, к которому прижалась ранее, и иду к гостю, беру его за руку и веду к себе в спальню.
– Вот на той верхней полке есть тонкий плед, достанешь – сделаем из тебя шотландца.
Его ладонь ложится на мою талию и чувствую, как табор мурашек пошёл по коже. Он положил руку на мою талию, чтоб убрать меня со своего пути.
Достал плед. Когда потянулся за ним, у меня была возможность заценить и подтянутый зад. Либо отличные природные данные, либо спортсмен и качается.
Оборачивается, и расстояние между нами критически сокращается. Чувствую жар его дыхания на своём лице.
Он медленно окидывает плед вокруг бёдер, не отрывая своих пронизывающих карих глаз от моего лица, и говорит бархатным голосом:
– Что там насчёт кофе?
Его палец касается моего лица и он стирает что-то рядом с моей губой. Мороженое, наверное.
Палец оттягивает мою губу вниз и медленно отпускает, а амбал не отрывает взгляда от моих губ.
– Ты уверен, что хочешь кофе? – перехватываю его руку и облизываю палец, которым он прикасался к моим губам.
Он не отвечает. Его руки притягивают меня к себе, рот впивается с поцелуем, слишком горячим для такого скромника. Плед падает на пол. Мужчина подхватывает меня на руки, вжимая в своё сильное тело. Его ладони избавляют меня от одежды слишком быстро и жадно.
Толкает на кровать, расстегивает мои джинсы и срывает их вместе с трусиками.
– Ты красивая, – тон хищный, утробный, словно у тигра, преследующего жертву. – Хочу тебя.
Его палец надавливает на мой клитор с силой, которая заставляет вздрогнуть, а затем он трёт его нежно, бережно, словно бьющийся от неловкого прикосновения хрусталь.
Взгляд потемневших глаз изучает мое тело. Вместе со второй рукой, которая касается словно везде одновременно.
Большой палец гладит сосок, и как только тот напрягся, мужчина припадает к нему губами, впиваясь жадно, всасывая его в горячий рот.
Он поднимает голову и командует:
– Сожми мой член, детка.
Огромный, налитый орган заскучал без прикосновений.
Ух, я не зря восхищалась его членом. В эрегированном состоянии он ещё красивее. Тимур нервно дышит в стороне со своим. Ему хочется, чтобы я приласкала его? Насмешливо смотрю на склонившегося надо мной мужчину и молчу. Зато моя ладошка едва касаясь, порхает по его толстому члену. Крупная головка это отдельная тема для влажных нескромных фантазий.
– Тогда я сверху, богатырь.
4 глава
Мира
Никогда не приходилось брать верх над таким огромным телом. Но мне нравилось то, что я увидела. Мужчина свалился поперек кровати. Я же нетерпеливо расстегнула пуговки на его рубашке и довольно выдохнула. Из-за чего? Из-за того, что увидела вблизи или из-за того, что его пальцы продолжали ласкать мои влажные половые губы?
Прикоснулась губами к его груди и протяжно застонала, когда пострелило низ живота от удовольствия. Он не отпускал мой клитор до тех пор, пока я не задрожала. Смотрю ему в глаза и часто дышу, вжавшись грудью в его мощное тело. Оказывается это очень и очень возбуждает.
Другой мужчина. Я думала, что не смогу. Смогла. И я рада, что мой мозг не заблокировал меня в плену своих ограничений. Я больше не буду верной и моногамной. Я так решила. Мужики не достойны того, чтобы их уважали и прислушивались к их мнению. Чисто секс и никаких чувств. Брать только то, что требует тело.
– У тебя красивый член, – произношу слова и не свожу взгляд с его лица.
Мои пальчики сжимают горячую плоть. Пульсирует. Опускаю ладонь ниже. Головка крупная, блестящая, появляется во всей своей красоте. Мммм. Я уже предвкушаю свои ощущения. Мне это необходимо.
– Странный комплимент, – усмехается, опуская взгляд на мою руку на его достоинстве. – Не скромничай, он хочет тебя.
Мужчина накрыл мою руку своей и сделал мои движения интенсивнее и настырнее.
Сам тем временем рассматривал моё лицо и тело настолько порочным взглядом, насколько его спокойное лицо позволяло. Бесовщина поселилась в его карих глазах, стоило нам остаться без одежды.
Он подхватил меня за талию и уже хотел было усадить к себе на колени, как вдруг замер. Держал меня так, словно я пушинка в его руках, слегка сдвинул брови и спросил:
– Как ты предохраняешься?
– Таблетки, – хрипло выдыхаю ему в шею, ладошками проезжая по его сильным плечам, – вперёд, богатырь, удовлетвори свою даму.
Я уже туго соображала, единственное желание: чтобы меня трахнули до дрожи по всему телу.
Сказано, сделано. Он посадил меня к себе на бёдра, заставив проехать по своему члену вперёд и назад, увлажняя его, рукой обхватил ствол, помогая ему наконец-то войти. Я нетерпеливо ерзала, но огромный мужчина не давал мне много свободы, не смотря на то, что был подо мной. Член приятно растягивал меня, необычные ощущения. Я вся горю и дрожу от предвкушения. Хочу быстрее, больше и глубже.
– Не спеши, если не хочешь боли, – предупредил, головкой скользнув внутрь и срывая с моих губ стон. Ощущения были крышесносные. С его губ слетел глухой рык. Ловлю его губами, довольно скалюсь. Мужчина меня вдохновляет своим сексуальным голосом. Дрожь во всём теле. Реагирует каждая клеточка. Удивительно. Необычно. И так по-новому.
Я опускалась на его ствол, контролируемая его ладонями, сжатыми на моей талии, ощущая, как он входит сантиметр за сантиметром, такой огромный, толстый, со вздутой пульсирующей венкой. Чувствовала, как он заполняет меня. Слишком мучительно медленно. Я импульсивно дернулась в его руках, и он, не ожидавший такой прыти, потерял контроль, отпустив меня и дав обрушиться на его орган слишком резко.
– Смотри на меня, – приказал глухим голосом, присев, и я широко распахнутыми глазами, на которые едва не выступили слёзы, уставилась на него. Он подался бёдрами вперёд, начиная двигаться, а губами впился в мой рот, целуя глубоко и жарко. Этот поцелуй и его движения быстро заставили забыть о боли и понесли к волне наслаждения.
Как я ни пыталась взять верх, он каким-то образом по-прежнему умудрялся оставаться доминирующей стороной. Он контролировал скорость, темп и глубину, мои действия и движения, и при этом он был везде. От его прикосновений и поцелуев тело будто горело, он касался каждого сантиметра кожи, не оставляя без внимания ничего. Шея, плечи, грудь, ложбинка, соски, рёбра – дорожки его поцелуев и прикосновений оставались по всюду, хоть карту рисуй.
– Слезай, – раздался, словно из тумана, приказ, – и становись на колени.
Он что-то сказал? Я плохо себя контролирую, потому что я уже в нирване. Он видимо понимает, что командовать мной бесполезно, я вся, до кончиков пальцев, ведомая. Тянусь к его губам, кусаю нижнюю и понимаю, что голос мой охрип.
Неожиданно слетаю на матрас животом, и это отрезвило.
– Нет, только не уходи!
Выгибаю спину и выставляю свою красивую задницу ему для большего обзора. Пои пальцы сжимают простынь, а моё тело требует продолжения.
– Уходить? – усмехается, – детка, мы ещё не закончили.
Сильные руки ложатся на мои бёдра, и он сразу входит до упора, наплевав на осторожность. Мы, должно быть, похожи на двух одержимых сейчас. Я снимаю простыни так, что ткань пож пальцами скрипит, и с губ срывается его имя, догоняемое стоном.
Тут же прилетает шлепок по заднице.
– Да, называй моё имя, грязная девчонка!
Ещё шлепок и толчки становятся быстрее, яростнее, он натягивает меня на себя словно от меня зависит его жизнь и я его последнее спасение.
Сильная рука сжимает мою грудь, и он склоняется надо мной, входя максимально глубоко. С его губ слетает рык, а меня словно простреливает. Вижу, слышу и чувствую только его, словно комната позади наших тел растворилась. Его рука скользит к моей промежности, нащупывает клитор, и трёт его умело, со знанием дела, и это становится похоже на пытку. Несколько сильных, мощных толчков и он с рыком заливает спермой мои сжимающиеся в оргазмических конвульсиях стенки.
Я всё ещё оторвана от реальности, а он всё ещё не торопится выходить, склоняется и прижимается с поцелуем к моей татуировке, пальцем всё ещё подразнивая клитор и продлевая мой оргазм.
– Марк…– слетает с моих губ, и я понимаю, что почти отключилась.
Прикрываю глаза, сжимаю наши сплетенные пальцы, второй ладошкой накрываю его ладонь, сжимающую грудь.
Уткнулась лбом в матрас и попыталась дышать. Получается с трудом. Я не думала, что с другими мужчинами бывает ещё лучше. Тимур мой второй мужчина и единственный на протяжении больше двух лет. До этого только секс со студентом нашего экономфака. Мы не часто встречались, но познавали радости секса активно и, оказывается, не слишком продуктивно. Теперь мне есть с чем сравнивать.
– Ты, наверное, думаешь, что я распущенная?
Я не знаю, зачем оправдываюсь перед первым встречным, но видимо мозг ещё не совсем пришёл в норму.
– Я думаю, что ты несравненная, – его пальцы слегка сжимают мой сосок, срывая стон, и он целует мои волосы. – Надеюсь, я заслужил вкусный кофе, а не остывший, – усмехается у моего уха.
Льстит и не краснеет. Мне кажется, единственное, что делала с ним, его прогибалась и как голодная кошка просила ещё. К чёрту! Это был охрененный секс. Мне всё понравилось!
– Какой к чёрту кофе? Единственное, что я могу тебе сделать приятное – пригласить в душ.
Отрываюсь от Марка, улыбаюсь, когда глаза зацепились за расслабленный член. Чёрт, я в экстазе от этого красавца. А такое бывает, что влюбляешься в член с первого раза? Если да, то я не просто влюблена, я фанатка этого крепыша. Не сразу осознаю, что любовно поглаживаю ствол, не обращая внимания на то, что творится вокруг.
– Мира, я дома, у тебя вкусно пахнет кофе! Я тоже хочу! Сделаешь?
У меня слуховые галлюцинации? Я в замешательстве.
– Соседке наш вид вряд ли придёт по вкусу, – сразу говорит Марк. – Отправь ее в магазин за сладостями к кофе. Тут кондитерская за домом, вкусная выпечка, а я пока смоюсь.
– Спрятать тебя в шкаф не судьба, – мямлю, как сонная муха, и срываюсь с кровати, – прикройся покрывалом.
Хватаю плед, неловко кутаюсь, едва не падаю.
– Никуль, я переодеваюсь.
– Марк, ты что к нам в гости припёрся? Ты где собственно? Вы в гостиной? – строчит малая, а я врастаю ногами в пол, пытаясь понять, что здесь за нахрен происходит.
– Вау, у вас здесь кастинг? Ну, вы даете!
– Вероника, выйди.
– Ладно, ладно, не заводись, – тут же отвечает Ника и уходит из комнаты, закрывая за собой дверь.
– Ника! Это кто? Марк – это кто?! – я распахиваю дверь и едва не взвизгиваю, потому что я только сейчас начала сопоставлять факты. Пусть только не говорит, что этот и есть их кузен!
– Он же в твоей постели, – удивляется девчонка, – и ты не знаешь? Как вы вообще?.. А, впрочем, не отвечай. Сбегаю-ка я в кондитерскую, вкусняшек к чаю наберу, а вы тут одевайтесь пока...
Вероника поспешно покидает жилплощадь.
– Ты же знал, кто я?! Знал и воспользовался?! Скотина! Мне Матвей в обед звонил и говорил, что ты одобрил мою кандидатуру, обещал сегодня вечером прийти к нам на ужин! – Меня трясёт так, что хочу крушить всё на свете. Хватаю тапок и целюсь в этого борова. – Я тебя пришибу! – визжу я.
Марк встает с кровати, не стесняясь своей наготы, вырастает передо мной в полный рост. Отбирает тапок легко, как конфетку у ребенка.
– Я никем и не чем не пользовался. Я не был инициатором секса и несколько раз говорил, что мне лучше уйти.
– Ты мог просто сказать, что "мадам, вы у меня работаете с понедельника!" Это просто и легко! Но ты не сделал этого! – ударяю его ладонями в грудь, но эта горилла даже не сдвинулась с места.
– Я не сразу понял, что ты моя будущая помощница, а когда понял, говорить уже было неуместно. Что ж тебя так кошмарит? – прищуривает глаза и кивает на кровать, – я думал, тебе все понравилось.
– Ты придурок?! Ты моё имя не знал? Я в квартире твоей сестры! Ты просто хотел меня трахнуть, потому что ты кобель! Бабы не дают, а тут неожиданное чудо?!
Блять! Из огня да в полымя. На одной работе была регулярно под боссом, теперь начало более позорное и фиерическое, по другому не скажешь, на второй!
– Кобель, которому не дают бабы? – хмурит брови и издевательски ухмыляется. – Ну-ну. Впрочем, думай что хочешь.
Он подходит к своей рубашке, поднимает её с пола, и выходит из комнаты, оставляя меня одну.
Слёзы тут же брызгают из глаз. Попала, так попала! И с кем? И что это меня так понесло в другую степь? Кого бы я сейчас хотела видеть на этой кровати – Матвей. Красивый, гад, я же полночи предвкушала наш секс. И что теперь? Мерзко и противно.
Ищу халат, кутаюсь в него и выхожу из спальни. Слышу, что орудует машинкой в ванной.
– У вас есть другая должность в офисе, подальше от тебя? – говорю холодно, с едва сдерживаемым гневом, мне безумно хочется ему влепить пощечину, но опыт Тимура останавливает. У меня щека до сих пор болит.
– Нет, – отвечает, не поворачиваясь.
– Я же у Матвея уточню. Если врёшь, то тебе не жить!
– О, кобель, которому бабы не дают, красивый член, паталогический лгун. Сколько еще ярлыков прилепишь?
– Тебе весело? – я хватаю себя за волосы и сжимаю их пальцами, – нам работать бок обок, а я уже тебя на дух не переношу. И забудь всё, чем я восхищалась. Ты не единственный мужчина в этом городе, поверь. Найдутся члены получше, – ехидно улыбаюсь, смеряю задницу Марка ироничным взглядом.
Он поворачивается и внимательным взглядом всматривается в мое лицо.
– Неслабо тебя кошмарит, – качает головой. – На работе меня интересует работа и ничего больше. Выполняй свои обязанности и можешь меня на дух не переносить, пока не лопнешь, личные бобо и обижули меня мало волнуют. Теперь выйди из ванной и закрой за собой дверь.
– Только попробуй хоть раз на меня в офисе неправильно посмотреть, – хватаю дверную ручку и хряпаю ею так сильно, что едва с петель не слетела.
Влетаю в кухню, руками упираюсь в стол и пытаюсь дышать чаще. Я хочу кричать – сильно, отчаянно. так, говорят, легче становится. Ну как так? Работа его интересует. Уже был у меня один, который параллельно с работой драл баб по углам. И ладно бы меня. Тьфу.
