Текст книги "Потусторонний криминал"
Автор книги: Евгений Ищенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 29 страниц)
Первым стал «Опыт с зонтом». Волонтер из публики двумя руками держал перед собой раскрытый зонт и должен был удерживать его неподвижным. Подошла Лулу и приложила ладонь к стержню зонта. Около минуты ничего не происходило. Публика начала переглядываться и перешептываться. Вдруг человек с зонтом задергался, как в конвульсиях, а затем стал рывками перемещаться по всей сцене в ускоряющемся темпе, пока, в конце концов, не рухнул вместе с зонтом на пол.
Затем последовал «Опыт с тростью». Три стоящих бок о бок человека из зала держали перед собой трость горизонтально на уровне груди. Когда Лулу, стоя напротив них, положила ладонь на трость, таинственная сила пришла в действие и стала бросать по сцене всю троицу вместе с тростью.
В «Опыте со стулом» человек приподнимал стул над полом и прижимал его спинку к груди. Лулу прикладывала одну ладонь к спинке стула, другую – к сиденью и предлагала поставить стул на пол. Но вместо этого человек со стулом вдруг принимался метаться по сцене. Ему на помощь из зала бросались еще 3–4 зрителя, и они уже все вместе пытались удержать стул, но метания продолжались, пока стул не разваливался. При этом Лулу уже не прикасалась к стулу, она просто находилась поблизости с ладонями, раскрытыми в сторону стула и борющихся с ним мужчин.
За восторженными отзывами в местных газетах об этом представлении последовало требование широкой общественности, чтобы «чудо Джорджии» продемонстрировало свой дар в Атланте, административном центре штата, на сцене оперного театра. Здесь Лулу показала те же номера, добавив к ним два новых.
Человек садился на стул, упираясь в пол ногами, отклонялся вместе со стулом назад так, чтобы передние ножки оторвались от пола, и удерживался в этом исходном положении. Подошедшая Лулу прикладывала ладони к спинке стула. Проходило несколько мгновений, и стул вместе с человеком поднимался над полом и зависал на высоте около 15 сантиметров. Затем на сцену выходили еще двое желающих. Один из них, повернувшись лицом к человеку, сидевшему на стуле, садился к нему на колени верхом. Второй новичок усаживался на плечи первому. Подходила Лулу, и… взлет стула повторялся, несмотря на утроенную нагрузку!
Вторым дополнением стал номер с бильярдным кием. Лулу держала его над полом вертикально, сжав посредине. Желающим предлагалось подойти и, ухватившись за кий, опустить его вниз так, чтобы кончик коснулся пола. Дюжие парни подходили и поодиночке, и по несколько человек, но пересилить девочку им так и не удалось.
Гастролям Лулу по Алабаме, Флориде, Южной Каролине сопутствовал триумф, предприимчивые дельцы уже стали называть ее именем табак, сигары, мыло и прочий ширпотреб. Так же успешно начались выступления и в столице страны Вашингтоне. Там Лулу показала свои номера еще и двадцати ученым из Смитсоновского института и Военно-морской лаборатории. Среди них, кстати сказать, присутствовал и Александр Белл, недавно получивший патент на изобретенный им телефон.
Прежде всего, была проверена версия об электрической природе феномена. Лулу поместили на изолированную площадку со стеклянными опорами. Но сила действовала по-прежнему. Не было зарегистрировано и никаких физических усилий со стороны Лулу, ее мускулы не напрягались. После этого девочку попросили встать на весы и, находясь на них, исполнить номер со стулом, поставленным рядом с весами. Лулу заставила подняться в воздух стул с сидящим на нем 80-килограммовым джентльменом, при этом показания весов, на которых она стояла во время эксперимента, оставались неизменными. Проводя опыты, ученые предприняли тщательные меры против возможного обмана, хотя Лулу охотно сотрудничала с ними, подробно и искренне отвечала на все вопросы. Ничего не прояснил и химический анализ ее крови.
После Вашингтона был Нью-Йорк, где Лулу также имела уже становящийся привычным успех, затем последовали гастроли по всей территории США, а когда они близились к завершению и уже обсуждались планы поездки в Англию, а затем и по Европе, Лулу объявила о прекращении выступлений. Никакие увещевания не помогли.
О побудительных причинах отказа она сообщила лишь через много лет в автобиографии: «Меня все больше тяготило сознание того, что многие люди воспринимают проявляющуюся через меня силу как порождение темных начал или как ловкий мошеннический трюк. С ростом моей известности ширились и эти представления. И хотя я знала, что сила – это удивительное и непостижимое явление, я больше не хотела выглядеть в глазах людей ненормальной личностью или обманщицей».
С тех пор как представления Лулу Херст восхищали, шокировали и озадачивали публику, прошло более 130 лет. Наука проделала за это время огромный путь вперед. Но никто так и не дал ответа на вопрос: что же было основой номеров Лулу – искусство постановщиков и исполнительницы трюков (как у современного иллюзиониста Дэвида Копперфильда), массовый гипноз зрителей или действительно некая таинственная сила, природа которой по-прежнему остается непостижимой?
Что ни дом, то с полтергейстом
В местечке Борли (графство Эссекс, Англия) при местной церкви стоял дом приходского священника. Его построил принявший в 1863 году приход преподобный Генри Булл, после смерти которого должность духовного пастыря унаследовал его сын Гарри, очень интересовавшийся спиритизмом. С этого момента в доме и вокруг него стали происходить странные вещи, которые, по убеждению прихожан, были делом рук привидений. На первых порах они не показывались людям, проявляли себя только как полтергейст и не слишком безобразничали.
Но в начале 30-х годов XX века, через несколько лет после того как умер и Гарри Булл, а в доме поселился новый священник, преподобный Фойстер с женой Марианной, «шумные духи» вовсю распоясались.
Прихожане рассказывали, что в окнах дома нередко мелькали таинственные огни, на стенах непонятным образом возникали разные надписи, из дома подчас доносились дикие крики, а иногда из него во все стороны летели камни. Случалось, что мимо дома проезжала призрачная карета, запряженная такими же призрачными лошадьми. Появлялись призраки и в соседних домах (правда, значительно реже и вели они себя там не так активно). Говорили также, что время от времени в пустой церкви сам собой начинал играть орган и слышалось пение псалмов, а по церковному двору прогуливался призрак монахини.
Особенно безобразные выходки «шумных духов» случались в присутствии Марианны, и нередко они были направлены против нее. В перепуганную женщину летели разные предметы, мебель в ее комнате передвигалась сама собой, в буфете разбивалась посуда, одежда оказывалась выброшенной из шкафов на пол, а на стенах появлялись надписи с требованием молиться за усопших, чьи призраки хулиганили в доме.
В конце концов преподобный Фойстер обратился к известному лондонскому психиатру и экстрасенсу Гарри Прайсу с просьбой провести тщательное обследование дома. В свое время Прайс основал в Лондоне Национальную лабораторию психических проблем и был избран иностранным членом Американского общества психических исследований. Прайсу удалось восстановить драматический сюжет возникшей в XIV веке тайной любовной связи, в результате которой была убита монахиня. И случилось это на том самом участке земли, где пять столетий спустя построил свой дом преподобный Генри Булл. Впоследствии по результатам своих изысканий Прайс выпустил две книги.
Прожив в доме 6 лет, Фойстеры переехали. После этого чудес там поубавилось, но Прайс, арендовав загадочный дом, продолжил его обследование вместе с помощниками. Однако загадочные происшествия в доме вскоре почти совсем прекратились, а когда истек срок аренды, Прайс не стал ее продлевать и уехал в Лондон. Несколько лет дом простоял пустым, а в январе 1939 года в нем вспыхнул пожар, спаливший все дотла.
Не обошел полтергейст своим вниманием и Францию. 23 мая 1894 года адвокат Альфонс Риондель передал парижскому психиатру Августу Дарье, основательно изучавшему всякого рода мозговые аномалии, дневник, который вел полтора года. Врач, ознакомившись с содержимым пухлой тетради и не найдя ничего полезного для фундаментальной науки, переслал ее известному астроному Камилю Фламмариону, увлеченно работавшему над книгами о феномене призраков и привидений. Ученый, воспользовавшись несколькими отрывками из записок адвоката, отложил их до лучших времен.
Спустя век марсельское книгоиздательство «Око» опубликовало едва не канувшую в Лету рукопись полностью. В предисловии приведен примечательный пассаж: «Бодрствование и сон – две чрезвычайно важные составляющие бытия всякого человека. В экстремальных условиях бывает довольно трудно понять, когда мы спим, когда бодрствуем. Такие ситуации у психологов получили название снов наяву. Наверняка в семействе мэтра Рионделя не обошлось без подобных сонных заторможенных проявлений, когда с причудливой изощренностью действовал перевозбужденный мозг каждого. Отнюдь не шумный и настырный призрак действовал. Дарье напрасно отклонил благоприятный шанс послужить тогда еще не окрепшей психиатрии. Он, не помыслив о последствиях, таким образом распахнул двери для всевозможных «сверхъестественных» толкований».
Но так ли это, правы ли издатели? Судить можно, окунувшись в переполненные мистикой кошмарные ночи Альфонса Рионделя. Что мы и сделаем, очертив похожую на детектив канву далеких событий.
Начнем с точки отсчета – с печального дня, когда, собственно, был запущен мистический сценарий спектакля, где главным режиссером, судя по всему, выступил его величество полтергейст. Адвокат свидетельствует:
«Мой брат был намного моложе меня, а умер он накануне своего сорокалетия от малярии, которую привез из колоний, где служил инженером сети телеграфных станций. Думаю, что неустроенный быт, скитания, лишения столь рано свели его в могилу. Брат по натуре был раним и деликатен, опасался, что жалобы на недомогания могут встревожить мать, меня, сестру. И когда вечером 1 апреля было от него получено полное оптимизма письмо, в котором подчеркивалось, что здоровье его как никогда великолепно, мы с легким сердцем разошлись по комнатам. Увы!
За полночь я был разбужен каким-то жутким грохотом. Создавалось впечатление, будто некто катал по паркету тяжелые булыжники. Зажегши газовый светильник, я не обнаружил никого. На всякий случай заглянул под кровать. Пусто. Почему-то сделалось тревожно и страшно. Я, эмоционально непробиваемый человек, понял, что близок к помешательству. Казалось, что стены вот-вот обрушатся на меня, что воздух сгустился, непригоден для дыхания, налит серым свинцом.
Уснуть так и не удалось. Утром матушка и сестра осторожно осведомились: не заметил ли я ночью странностей? Не дожидаясь ответа, они поведали, что кто-то невидимый катал по паркету в их спальнях невидимые камни. Я рассеянно кивнул в ответ и, не отдавая отчета, почему поступаю именно так, бросился на вокзал. На поезд, отправляющийся в Марсель, где холостяком проживал брат, успел. Успел на похороны. Друзья брата сказали, что не знали моего адреса, поэтому не уведомили меня телеграммой. Назвали они и время кончины. Душа брата отлетела к небесам без четверти два, именно тогда, когда в наших комнатах начал шуметь невидимка.
С сестрой мы решили, что мать, у которой больное сердце и полная глухота, ни в коем случае не должна ничего знать. Матушка узнала. Ночью с 5 на 6 апреля она разбудила меня, обливаясь слезами. Сказала, что кто-то стучит в ее дверь настолько сильно, что та ходит ходуном, готовая слететь с петель. Прихватив револьвер, я отправился на поиски шутников. Обследовав дом с подвала до чердака, вернулся в комнату матушки, полный решимости пробыть рядом до рассвета. Стуки в дверь повторились и были настолько сокрушительными, что с потолка сыпалась штукатурка. Просьбы угомониться не дали ничего. Тогда, выждав момент, я предпринял попытку выскочить в холл. Дверь не открывалась. С обратной стороны кто-то грузный подпер ее. Что делать?
Пригрозив, что намерен стрелять, я плечом саданул дверь. Она не открылась. Я выстрелил. Раз, другой, третий. Дверь сама собой широко распахнулась. Я вышел в холл. Послышался гул тяжело перекатывающихся булыжников. В противоположной стороне холла, у выхода на веранду, я заметил слабое свечение по стене, словно луч фонаря, скользнувшее к спальне матушки. Миг – и я слышу голос брата. Определенно его голос. После чего матушка подошла ко мне и сказала: «Ты не должен был лгать. Приходил Джордж. Утешал меня. Просил не переживать и не тревожиться за него».
Этим наши муки не кончились. Больше года по ночам, иногда днем, мы слышим звуки камнепадов, мощных ударов в потолок, стены. Двери сами собой открывались и закрывались. Иногда мы их находили бережно уложенными на пол.
Кошмары пошли на убыль и почти прекратились после ужасного происшествия в купе экспресса по пути в Марсель, куда я ездил распорядиться недвижимостью брата».
То, что приключилось в купе поезда, где, кроме адвоката, находился его друг – преподобный Лайонел Крюшо, приходской священник, по мнению последнего, требовало срочного вмешательства экзорциста, «потому что без мерзких дьявольских сил тут не обошлось». Насчет вмешательства дьявола можно усомниться. А вот редкая разновидность так называемого полтергейста преследования – налицо.
Вернувшись в Париж и отслужив мессу за здравие пассажиров экспресса, «натерпевшихся немыслимого», священник выступил перед паствой с проповедью и раздал листовки-предостережения следующего содержания: «Добродетель истинного христианина зиждется на осторожности и предусмотрительности. Отправляясь в Марсель, я допустил непростительную оплошность, забыв взять с собой Библию, молитвенник и четки. Когда поезд въехал в жерло тоннеля, из-под вагона посыпались снопы искр, запахло гарью. На крышу вагона пришелся удар, сравнимый с ударом молота для забивания свай. Заподозрив, что поезд попал в аварию, я приготовился к худшему. Но худшее было хуже самого худшего. Удары свай начали бить со всех сторон. Освещение погасло. Искры за окном встали белыми фонтанами. Везде чувствовался отвратительный запах болотной воды. Грязная вода, льющаяся потоками, залепила оконное стекло так непроницаемо, что не было видно происходящего снаружи.
Я начал громко молиться. В ответ на мои взывания к Господу из пола в купе начали бить сверкающие искристые фонтаны. Я продолжил молитвы. Когда поезд вышел из тоннеля, фонтаны погасли как не бывало. Но глина, мокрая глина была размазана по полу и не только в моем купе. Во всех купе. Дьявольские сущности попробовали повергнуть нас в грязь. Молитесь о спасении, и с вами не случится такого».
Наивный Лайонел Крюшо не догадывался о том, что молитвы на полтергейст, не жалующий как верующих, так и атеистов, не действуют. Полтергейст возникает, когда ему вздумается, и бесследно исчезает, когда ему вздумается. Значит, он, имеющий свободу выбора, разумен? Не совсем так либо совсем не так. Очень сложный вопрос.
Известный исследователь этого загадочного явления Ги Плейферура ассоциирует полтергейст с «футболом энергий», когда в качестве единственного игрока, его носителя, выступает подсознание человека разумного, обязательно, так сказать, сексуально озабоченного, на пике полового созревания. В случае полтергейста, «прилепившегося» к семейству Рионделя, его появление провоцировала девица на выданье – сестра адвоката. «Обвенчалась она, – итожит исследователь, – и в доме тут же воцарились порядок и покой. Хаос самоустранился.
Опасная ситуация, когда подсознание девушки, перегруженное неосознанными эротическими фантазиями, паразитировало на подсознании близких и окружающих, пошла на убыль, сошла на нет после первой брачной ночи». Карл Юнг тоже был уверен, что полтергейст – болезнь юности, обожающей языческие игрища.
Португальский город Коимбра. Первые числа октября 1919 года. Выходец из семьи священника, социалист и воинствующий атеист Гомеш Криста, исключенный из университета за отказ принять участие в религиозных обрядах, поселяется с юной женой и 6-месячным сыном в уютном двухэтажном особняке, расположенном на окраине. Супруги счастливы. Гомеш намерен в тишине продолжить изучение юриспруденции, молодая мать – заниматься ведением хозяйства и воспитанием ребенка. Увы, все это в первую же ночь приняло иррациональный оборот, чему свидетелем стал 20-летний Гомеш Прадеш, тезка и друг Кристо.
Лиссабонская журналистка Фрондони-Лаком, по приглашению четы Кристо оказавшаяся в гуще разгула зловредных инкогнито, заручившись согласием Гомеша Прадеша, так излагает суть его «потусторонних» впечатлений его же словами:
«Поболтав с друзьями, я отправился наверх, в мою спальню. Едва разделся и задул свечу, как кто-то настойчиво постучал в окно. Заинтригованный, подняв раму, выглянул наружу. Улица пустынна. Никого! Улегся. Услышал, как во всем доме оглушительно хлопают двери. Дверь, что была от меня слева, заскрипела, затрещала, засов вылетел из петель. Я поднял его. Он был обжигающе горяч. Испугался не на шутку, когда послышались тяжелые шаги, направляющиеся прямо ко мне. Кто это может быть? Зажженная спичка ярко осветила комнату и погасла.
И вот шаги у меня за спиной. Резко поворачиваюсь. Получаю оплеуху. Завязывается схватка. Невидимка бьет только пальцами и только по лицу. Пальцы деревянные, ограненные, как карандаши. Каждый удар сопровождается ощутимым воздействием электрического тока. Обессилев, медленно оседаю на пол. Появившаяся из-за туч луна ярко освещает "поле боя". В комнате – никого!
Зажигаю сразу три свечи. Иду к зеркалу. На лицо неприятно смотреть. Оно покрыто красными рубцами в виде решетки. Решаю наглухо закрыть окно и проведать молодоженов. К подоконнику раму креплю крюками. Не успеваю сделать шаг к двери, как рама, с треском ломая пазы, взлетает вверх. Крюки, вырванные из дерева, теперь у меня под ногами. Они так горячи, что невозможно дотронуться.
Вторая попытка опустить раму оканчивается плачевно. Остекленная конструкция, сработав как гильотина, чудом не ломает мне шею. Из-под ног слышу надтреснутый старческий смех. С потолка обрушивается вся лепнина. Со стен, будто пули, выстреливают куски штукатурки. Схватив кочергу, выскакиваю в коридор. Ориентироваться в пространстве не могу. Перед глазами маячат пульсирующие белые пятна, похожие на карнавальные маски. С нижнего этажа доносятся крики о помощи. Кричат служанки. Ослепленный "призраками", оступаюсь и скатываюсь по крутым ступеням. Ломаю руку. Боль невыносима. Опять слышу злобный старческий смех».
Известно, что феномен полтергейста обожает, терроризируя жильцов, кочевать по строениям, которые облюбовал. При этом он зачастую вытворяет вещи, посрамляющие законы физики и здравомыслия. Не стал исключением и особняк семейства Кристо, где «шумный дух» забавлялся тем, что на глазах у отчаявшихся родителей сквозь толстенную кирпичную стену 6 раз похищал младенца, не причиняя ему вреда, не оставив ни единой царапины и укладывая на холодную мраморную поверхность разделочного стола кухни. Чтобы получить представление о том, как это было, выслушаем Гомеша Кристо, молодого отца:
«Оглушительная, сопровождаемая вспышками красного света канонада в прихожей и спальне прекратилась. Я осознал, что борюсь с неуловимым врагом. И мне не помогут тут ни нож, ни револьвер. Все же, когда стена зашаталась и с нее посыпались картины, я, увидев, что в кладке открылась щель и из нее выбилось синее гудящее пламя, выстрелил. Выстрел оглушил всех. Служанки зашлись истерическими рыданиями. Жена, не найдя в колыбели ребенка, лишилась чувств.
Сын отыскался за стеной, на кухне. Обнаженный. Одев младенца, уложили его на нашу кровать. Прошло два часа. Я не спал. Сидя в кресле, держал наготове револьвер. Стена снова ощутимо качнулась. Отученный удивляться, я безучастно наблюдал, как мелочи с туалетного столика, большой стеклянный кувшин с водой, мой сюртук, стопка книг, платье, туфли жены, подлетев к стене, всасываются ею. Ребенок с кровати исчез. Опять мы нашли его, даже не проснувшегося, за стеной, лежащим на ворохе только что исчезнувшего из спальни добра.
Бесчинства повторялись. Это было необъяснимо! И нестерпимо. Отдал бы лучшую часть жизни за то, чтобы узнать, каким образом таинственный похититель проходил сквозь стену, минуя лестницу, не воспользовавшись которой невозможно попасть из нашей спальни на кухню. Что-то запретное в природе определенно есть. Кто бы открыл мне, что именно?»
Открыть, ни на йоту не приблизившись к истине, пытались полицейские и многочисленные добровольцы. Гомеш Кристо, не ставший юристом, но ставший преуспевающим писателем, рассказывал читателям португальского журнала «Глобус»:
«Мы расставили часовых у дверей и окон, открывавшихся по собственному соизволению даже тогда, когда они были закрыты на засовы и замки. Полицейский, запертый в умывальной комнате, намеревавшийся схватить злоумышленника, чей хохот там раздавался, получил такую взбучку, что едва не умер. Потом чудом не разбил свою голову, пытаясь отбиться от невидимого нападавшего. А враг разбушевался не на шутку. Вещи в мгновение ока были выброшены из наших сундуков и чемоданов, разбросаны слегка видимыми длинными руками "существа", призрачный облик которого демонстративно сгустился из воздуха, ставшего холодным.
Добровольцы, расставленные по дому, слышали то громкие, то тихие потрескивания, крики, стоны, смешки. Тот, кто выше людей, но ниже Бога, придумал эту постановку, чтобы помутить наш рассудок, показать, что сверхъестественные силы, несмотря на прогресс эры электричества, опасны и могущественны. Моя семья бежала из этого инфернального дома. Мы правильно сделали, потому что вскоре особняк сгорел дотла, подожженный прямым попаданием молнии».
«Полтергейст полтергейсту рознь». К данной фразе, скорее всего, применима гипотеза американского исследователя Д. Скотто Ронго, считающего, что наиболее агрессивные полтергейсты крепко связаны с людьми, их носителями, и внешней, чуждой этим носителям, абсолютной волей. Полтергейсты могут порождаться и управляться частью сознания, интеллекта людей-носителей, формируя независимые разумные сущности с присущими только им мотивациями и устремлениями. Феномен, таким образом, виртуозно разыгрывает комбинацию «я – не я, мы – не мы». Люди ищут источники зла на стороне, не подозревая, что зло сконцентрировано в них самих. С этим не поспоришь!
В 1920 году Сара Винчестер построила свой дом, состоящий из 700 комнат, в городе Сан-Хосе (штат Калифорния, США) по проекту, предложенному ей во время спиритического сеанса добрыми духами. Такое жилище должно было защитить свою хозяйку от привидений индейцев, убитых много лет назад из фамильной винтовки Винчестеров. Для того чтобы обмануть мстительных духов, в доме соорудили 950 фальшивых дверей, ведущих в никуда, и 10 тысяч окон!
Хозяйке каждую ночь приходилось спать в новой спальне, чтобы злые духи не могли ее найти. Но с добрыми духами она обращалась по-королевски. Каждую ночь, ровно в полночь, огромный колокол на башне дома звонил три раза, созывая бесплотных гостей в специальную спиритическую комнату. Кроме того, Сара регулярно устраивала банкеты для себя и дюжины добрых духов, приказывая слугам выставлять на стол по пять блюд на тринадцати золотых подносах и столовое серебро.
Хозяйка необычного дома умерла в 1922 году, оставив потомкам наставления о том, как встречать привидений и ухаживать за ними. В 1923 году в жилище Сары Винчестер начали пускать экскурсантов. Многим экстрасенсам удалось установить здесь контакт с духами. Очевидцы рассказывают о слышанных ими в доме странных голосах, появлении движущихся потоков света и призрачной седовласой женщины, медленно проплывающей через залы…
Где-то в глубине Белого дома раздался пронзительный крик. Охранники уже готовы были броситься во внутренние помещения, как вдруг двери здания распахнулись и выскочивший оттуда человек сломя голову побежал прочь.
Был 1941 год, разгоралась Вторая мировая война, и враги могли совершить покушение на президента Рузвельта. Но охранники пришли в замешательство, когда увидели, что навстречу им бежит до смерти перепуганный сотрудник Белого дома. Возмутитель спокойствия был схвачен, от него потребовали объяснений.
– Я увидел президента, – пролепетал тот, глядя на охранников круглыми от ужаса глазами.
– Ну и что в этом особенного? – удивился один из них. – В конце концов, это же его дом.
– Но это был президент Линкольн! – истерично воскликнул задержанный.
Появление в Белом доме призрака 16-го президента США Авраама Линкольна во время Второй мировой войны было замечено не раз. Наиболее примечательный случай произошел в те дни, когда в США гостила королева Нидерландов Вильгельмина. В дверь отведенных ей апартаментов постучали, а когда она ее открыла, то оказалась лицом к лицу с призрачной долговязой фигурой, голову которой украшал высокий черный цилиндр. Говорят, что, увидев в дверях старину Эйба (так звали Линкольна близкие к нему люди), королева лишилась чувств. Когда она рассказала об этом происшествии президенту Рузвельту, тот улыбнулся и сказал, что и сам нередко ощущает присутствие в стенах Белого дома своего славного предшественника…
Странные происшествия в Российском культурном центре в столице Мальты получили свое объяснение. Их причина – призрак английского рыцаря, скончавшегося в Валлетте более четырехсот лет назад.
Необъяснимые события начались в 1993 году. Как рассказывала Елизавета Золина, директор Российского культурного центра, «по всему зданию разносился шум, как будто толпы людей ели, разговаривали и расхаживали по комнатам. Мы думали, что это сосед устраивает вечеринки». Сосед, однако, сам пришел к российскому директору, возмущаясь якобы устроенным россиянами ночным дебошем, но обнаружил, что семья директора уже мирно спит. Как-то раз муж Золиной проснулся от лая собаки и почувствовал рядом с собой чье-то тяжелое дыхание. По словам супругов, странности начинали происходить после полуночи, днем же их ничего не беспокоило.
Другим чудом оказалась стена в доме, построенном в XVI веке. «Это единственная часть здания, уцелевшая со времен, когда хозяин дома, сэр Оливер Старки, жил здесь, – рассказывает Елизавета Золина. – Сколько бы мы ни красили ее в белый цвет, она обязательно становилась черной недели через две-три».
Перепуганные Золины не могли решить, что предпринять, пока друг семьи, работающий в Государственном архиве Мальты, не упомянул завещание сэра Оливера Старки, сохранившееся среди бумаг Мальтийского ордена. В нем рыцарь завещал деньги на проведение регулярных служб за упокой его души. К моменту, когда семья директора Российского культурного центра вселилась в дом Старки (похороненного, кстати, всего в одном квартале от своего бывшего жилища), о завещании никто не вспоминал.
Муж Золиной принял решение заказывать в храме раз в 3 месяца заупокойную мессу. Как только была отслужена первая, положение вещей резко изменилось. Призрак, по словам директора, продолжает напоминать о себе, но «ведет себя дружески».
Старки скончался в мае 1588 года. Он единственный рядовой рыцарь, похороненный в подземной усыпальнице орденского собора Святого Иоанна, предназначенной исключительно для Великих магистров. Такой чести он удостоился по причине тесной дружбы с Жаном де ла Валеттом, основателем столицы Мальты, у которого почтенный рыцарь служил секретарем…
В том, что враг прячется там, где его меньше всего ищут, священник Джеймс Пайк, автор бестселлера «Разрушенная реальность», убедился, когда оплакивал Джима, сына-самоубийцу, потому что в ночь после похорон в его коттедже под Нью-Йорком и прилегающей роще начались более чем странные события.
Мучимая бессонницей миссис Берград, домоправительница и родственница, сидя в кресле, с удивлением обнаружила, что книги, в идеальном порядке расставленные на полках, вдруг начали меняться местами, словно «демонстрируя красивое мелькание тисненных золотом переплетов». Стопки разложенных для прочтения писем «принялись тасоваться, как карты в колоде». А когда женщина увидела подсвеченные снизу полупрозрачные руки, мелькающие над столом, собранные в тугой узел волосы на ее голове, окутавшись венцом ярких искр, вспыхнули ярким пламенем. Ожогов не было, но прическа исчезла.
На крики перепуганной домоправительницы сбежались обитатели дома – всего четверо. Мистер Пайк, его снохи, Джейн и Марта, повар Джо Коллинз в слабо освещенной комнате сначала почти вплотную к себе наблюдали зеленоватое клочковатое облако, зависшее под потолком, очертаниями схожее с человеческой фигурой. Затем, когда облако налилось слепящим светом, из него что-то посыпалось, звонко ударяя по паркету. Изумленный священник, присев, увидел, что пол покрыт ровным слоем крупных монет и огромных шляпок мухоморов. Таких грибов на заднем дворе коттеджа и в роще было полным-полно. Монет с зазубренными краями, наверняка весьма редких, в округе никто никогда не находил.
Утром ставшие дряблыми и черными шляпки мухоморов отправили в мусорный контейнер. Монеты, на которых мистер Пайк обнаружил загадочные гравировки, упаковали в коробку, чтобы отвезти в общество нумизматов. Впрочем, пришлось несколько повременить, потому что священник объявил домашним, что «в коттедже поселился бес». И впрямь: строение из дерева, металла, пластика, сухой штукатурки ходило ходуном, то и дело отрываясь от земли. Стены покрылись щелями и трещинами. Оконные стекла на удивление без ущерба выдержали «шторм». Жильцы, кроме священника и повара, перебрались в придорожный мотель.
Газ, электричество, воду пришлось отключить. Да что толку? Все до единой лампочки, не подчиняясь выключателям, горели вполнакала. Конфорки газовых камина и плиты, находясь в запертом положении, исправно источали пламя. Вода – горячая, грязная, с запахом сероводорода – хлестала из кранов, проливалась моросящим дождем с потолков.
Мистер Пайк, единственный из участников событий, проявил завидное самообладание, перестав обвинять дьявола и списав напасти на счет буйства неупокоенной души сына-самоубийцы. Решив, что Джим посредством экзотического полтергейста желает дать знать о своих загробных страданиях, он немедленно проделал две необходимые, как полагал, вещи: встретился с учеными-нумизматами и знаменитостью Америки – медиумом Эне Твигг.
Оба действия не позволили найти врага, мучившего священника и окружающих его людей. Им легче не стало. Напротив, жизнь мистера Пайка превратилась в сплошной кошмар, в конце концов добивший его в 1969 году. Но этот трагический опыт позволил разобраться в природе полтергейста-убийцы – так называют данный феномен ученые – приверженцы теории хаоса. Но прежде чем перейти к их выводам, расскажем о дальнейших злоключениях священника и домоправительницы.
