Текст книги "Мой фантастический мир (СИ)"
Автор книги: Евгений Обабков
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)
– Эстет, блин! – выкрикнул я, облегченно осознавая, что могу скинуть вину за несчастливый выстрел, на плечи консула. Карлик дернулся от крика как от удара, но промолчал. Видимо наш новый друг не привык к агрессии в свой адрес, но мы это быстро исправим.
Серьезно думая огреть ли консула хорошей затрещиной или просто дать под дых, я вдруг наткнулся в своем мозгу на тревожащую мыслишку.
– Слушай, Имкус, а ведь разгерметизацию в комнате консула скоро обнаружат.
– Уже обнаружили, – пискнул карлик. Я велел ему заткнуться.
– Надо бы утащить… этого куда-нибудь в безопасное место и побеседовать! – сделал я ударение на последнее слово.
Зверолов кивнул и, оглядевшись, указал на дальний коридор, противоположенный тому, откуда мы пришли.
Схватив НапЛеона под правую и левую руки, мы с моим компаньоном потащили его в указанном направлении.
Скрывшись в туннеле, мы вздохнули немного свободнее. Вокруг было сумрачно и тихо, ярко освещенная площадка перед кабинетом консула осталась где-то позади.
Коридор имел сечение не многим более полутора метров. Работающих ламп почти не было, кругом лежала пыль, поднимающаяся облаками после каждого шага. Наверное, этим «ходом» давно никто не пользовался, или, как выразился Имкус, туннель был техническим, предназначенным на случай непредвиденной катастрофы ну или чего-нибудь в этом роде. В подробности я не стал вдаваться. Главное, что здесь было пусто и спокойно, остальное от лукавого.
Протащив коротышку метров двести по грязному полу, свернув три раза вправо и два влево, мы остановились в небольшом расширении. Тут пахло затхлостью. На стенах висели полуобвисшие кабеля, под потолком мигала тусклая продолговатая лампа, на полу лежал новенький, окрашенный красной краской пожарный топор. Как здесь оказался этот раритет – уму непостижимо. Но, тем не менее, находка мне понравилась.
Подняв увесистый инструмент, я нарочито близко поднес его к лицу консула. Повел вправо-влево. Произнес:
– У меня к вам несколько вопросов, товарищ мессия всея клонов. И я жду на них правдивых и внятных ответов. Ну как, – я резко засадил топор в стену, прямо возле самого уха дрогнувшего карлика, – наша беседа будет плодотворной?!
НапЛеон мелко закивал. М-да, а я-то ожидал большего сопротивления и криков: «Я вам не дамся!», «Лучше убейте меня!». Нет, не те нынче мессии пошли, ох не те! Образ величественного коротышки померк в моем мозгу, оставив на своем месте лишь перепуганного недомерка.
– Итак, первый вопрос нашей викторины: почему меня посадили в тюрьму, вместо того чтобы холить и лелеять?! И прежде чем наш конкурсант ответит, я напомню – «наградой» за неверный или ложный ответ, будет украшение в виде замечательного железного инструмента в бедре отвечающего. Имкус, приготовь свой… лазер правдивости, ну тот приборчик, что ты демонстрировал мне при встрече.
– Какой инструмент? – испугано оживился коротышка, недобро глянув на зверолова.
Я пояснил:
– Детектор лжи. Новейшее устройство изобретенное в империи Первой. Показывает – врет ли человек, или нет. Стопроцентнейшая гарантия результата. Проверено.
Я подмигнул Имкусу, тот понял намек и извлек свой «пистолет», коим напугал меня в момент нашей встречи.
– Повторю вопрос: на кой меня засадили в камеру?! Отвечай, живо!!!
Консул дернулся и пролепетал:
– Мы вас проверяли… Создатель. Это просто был тест.
– У-у, – протянул я. – Тест. Имкус?
Зверолов нажал на кнопку, вмонтированную в ручку «детектора», посмотрел на монитор и покачал головой.
– Ложь, – коротко сообщил он мне.
Я поцокал языком, сделал скорбное лицо и будто извиняясь, сказал:
– Ответ неверный. Попрощайтесь с вашей ногой мистер НапЛеон.
Подняв топор, я для виду примерился, и дико заорав, дабы придать своему образу мясника большей достоверности, взметнул орудие вверх.
Консул разом побледнел. И прокричал:
– Стойте, стойте! Не надо, я все скажу!
– Поздно! – злорадно улыбнулся я и облизнулся, чуя кровь.
Видимо пантомима вышла более чем убеждающей, так как коротышка замахал руками и почти застонал:
– Я все скажу, все! Все!!
Сменив гнев на милость, я опустил красное орудие расправы.
– Хорошо, последняя попытка, мессия. Вопрос тот же. Говори! Но знай, мои руки так и чешутся тебе что-нибудь откромсать. Не беси моего маньяка хомячка. Ну?!
НапЛеон опустил голову и глухо произнес:
– Вы мне мешали Верт. Сильно мешали.
– Вот как? – «удивился» я. – Значит, я мешал вам, а не клонам?
– Да! Вы представить себе не можете, как много усилий я приложил, чтобы стать главой этих отщепенцев.
– Отщепенцев? – мягко переспросил я, дабы не спугнуть наклевывающуюся откровенность.
– Да, – выдохнул карлик. – Я не клон – обычный человек, мечтающий о власти. А эти бараны поверили, что я их вождь. Что я первый спасшийся клон. Дураки!
– Это интересно, – констатировал я. – Расскажите всю историю с начала…
Консул крякнул, а затем пожал плечами.
– А почему бы и нет. Хуже, думаю, уже не будет.
Началось все много лет назад. Я родился и вырос на Первой и сразу же убедился что судьба редко бывает благосклонной. И первым ударом был мой рост.
Но то была лишь небольшая проблема… пока я был ребенком. Когда же окончив школу, я вышел в большой мир, оказалось что люди моего телосложения, редко бывают востребованы на хорошей работе. И так как родни к тому времени у меня не осталось, мне пришлось за копейки вкалывать на заводе по выплавке болванок. Хм… и почему-то здесь уже не смотрели на мой рост, задавая работы не меньше, а иногда и больше, нежели обычному рабочему. Надо ли говорить, что после нескольких лет таскания кусков металла, меня уже воротило от всего, что блестит и издает металлическое «Дзинь»?
И все же в одно доброе утро мне выпал шанс. Шанс изменить мою жизнь. И я вцепился в него словно клещ. Да, ставки были высоки, также как и опасность провалиться… но я выстоял.
Не думаю, что вам будут интересны подробности, скажу лишь одно: через пару лет мне удалось убедить, подкупить, выкрасть целую группу клонов, чувствующих что их используют. Я дал им надежду на новую жизнь, убедил в том, что я смогу их «вылечить», избавив от управляющих чипов и стремления служить. Разуметься никаких операций по извлечению имплантов управления я и нанятая мной команда врачей и прочих энтузиастов не проводила. Все клоны до сих пор ходят с «болтами» в голове. Вот только эти устройства несколько перекодированы, что и дает возможность контролировать этих клонов МНЕ, а не императорам.
С того момента прошла пара десятилетий, а я лишь наращивал темп «освободительной экспансии». У меня появилась станция и много тысяч последователей. Да и по сей день мы вырываем из рук императоров все новых и новых адептов религии, – моей религии.
И разуметься контроль над клонами не является абсолютным. Бывают и сбои, даже мятежи. Поэтому наиболее лояльных моему режиму «собратьев», я держу на длинном поводке, почти не влияя на их мозговые функции, а тех же кто «что-то подозревает» приходиться обрабатывать по полной, практически превращая их в ходячие механизмы.
– Что-то вроде полоумных зомби?
– Можно сказать и так. В общем и целом моя система достаточна стабильна и я имею то, что и желал.
– Власть и почитание?
– И личную армию, к тому же. Теперь уже никто не смеет сказать – что я пустое место! – вдруг ожесточился консул, но тут же снова опал, будто перегорел.
– Дальше, НапЛеон, дальше, – поторопил я его, выводя из состояния внутренних, безмолвных воспоминаний.
– Дальше? А дальше появились вы, Верт, и все разом грозило пойти в тартарары! Вы были угрозой моей власти, и потому было вынесено решение вас устранить. Нечего личного, лишь чистый расчет.
Я ухмыльнулся и отбросил топор в сторону. Покачал головой.
– Так получается, вы и не хотели помогать клонам, вы заботились лишь о своей власти?
– Почему же, – возразил карлик, безмерно радостный что топор не грозит больше укоротить его и без того низенькое тельце. – Чем больше бы клонов я освободил, тем стабильнее была бы моя власть. Я был заинтересован в помощи клонам, а потому всеми силами стремился сбросить с них иго императоров.
– Вот только клоны от этого ничего не выигрывали. Они лишь меняли одного хозяина, на другого!
– Зато здесь у них была бы хотя бы иллюзия свободы.
– Вот именно – иллюзия. Хотя хватит. Ваши мотивы мне понятны. Не стоит вдаваться в моральные глубины ваших наполеоновских планов. Да и нестройный рассказ о нелегкой жизни коротышки в большом мегаполисе – более-менее похож на правду. Теперь я жду ответ на второй и последний вопрос: где сейчас может находиться Лия? Я должен ее найти!
Консул, было, раскрыл рот, но сказать ничего не успел – позади меня послышался мелодичный, и так знакомый мне голос Лии:
– А меня не нужно искать, я уже здесь!
Из туннеля, по которому мы притащили НапЛеона в это подобие пыточной, медленно вышла моя красавица. Лицо ее было красно от гнева, а руки сжимали пистолет, целящийся… куда-то в нас.
Карлик резко оживился, быстро и радостно прокричав:
– Лия, сестра моя, наконец-то! Эти двое похитили меня и хотели сдать императору Первой! Ты так вовремя! Держи их на прицеле, а я…
– Хватит! – злобно оборвала причитания консула Лия. – Я все слышала НапЛеон! Ты… ты… предал нас всех! Предал нашу надежду, наши мечты! Ты!!!!
Я всерьез забеспокоился о целостности карликовой шкуры. Похоже, девушка была готова прикончить консула, а это было некстати.
– Лия, успокойся, пожалуйста. Опусти пистолет, – осторожно попросил я.
Девушка, все более краснея от внутреннего гнева, практически простонала:
– Я не могу Верт. Он убил наши души, он использовал нас. А мы верили в его честность, в его желание сделать клонов счастливыми. Даже смерть будет за это слишком малым наказанием!
– Вот именно! – успокаивающе проговорил я. – Смерть – это слишком просто для него. К тому же он нам еще пригодиться. Хотя бы как заложник. Без этого выбраться со станции будет проблематично.
– Мы – дома. Здесь нам ничего не грозит…
– Не думаю, – покачал я головой. – Ты уверена, что все твои братья и сестры поверят в предательство консула? Да и управляющий чип… Зомбированные члены вашей общины до последнего будут на стороне НапЛеона, будь он предателем или даже… даже… Блин, я и не знаю что может быть хуже предателя!
Лия тяжело дышала, время от времени чуть нажимая на спусковой крючок пистолета. Последнее заставляло карлика каждый раз бледнеть, ожидая смерти.
Однако этому утырку повезло (а в глубине души я желал, чтобы девушка выстрелила), пистолет Лии медленно, но все же опустился.
– Убедил Верт, – слабо донеслось до моего слуха. – Используем его как щит. Но мы не побежим со станции. Мои братья и сестры должны знать правду, и мы донесем ее до них, как бы это ни было опасно!
– А ты уверенна, что это своевременно?
– Не… не знаю! Но я не могу так просто уйти! Не могу и все!
– Хорошо! – я с досады пнул консула под колено и добавил затрещину. – Сколько проблем от этого недомерка! Тогда давайте хоть план какой-нибудь выработаем. Имкус есть светлые идеи, где по окончании миссии, клоны обретают настоящую свободу, а консул… в муках умирает?
НапЛеон испуганно покосился на меня и взмолился:
– А можно оставить меня в живых? Я готов оказать содействие, Создатель. Я сделаю все что надо! Пощадите!!!
Я спокойно-стойко глянул на коротышку, еле удержался, чтобы не плюнуть в его физиономию, и четко произнес:
– Пощадить тебя могут только сами клоны, а я наказываю. Жестоко наказываю!
Вдруг стены и пол сотряслись как в агонии. Где-то сбоку, затем сверху и снизу послышались глухие удары, будто раскаты грома. Секунда и дрожь с рокотом повторились. Затем еще раз и еще! Вся станция заходила ходуном. И так неяркий свет в коридоре – погас, но тут же снова зажегся. Белое свечение продолговатой лампы сменило цвет на тускло красный.
– Что за черт? – спросил я окружающих. Все лишь молча, настороженно оглядывались и только консул обреченно прошептал:
– Началось.
Несмотря на давящий гул и постоянные раскатистые удары, сотрясающие коридор, я расслышал консула и, повернувшись к нему, схватил коротышку за шкирку.
– Началось?! – переспросил я. – Что началось? Ну же, отвечай, живо!!!
Недомерок состроил кислую рожу и елейно, но с тенью силы в голосе, поинтересовался:
– А что мне будет за информацию? Она, как известно, стоит немало.
Я аж обомлел от такой наглости. Собравшись с мыслями, я ошалело спросил:
– Ты че, гад, еще и торговаться с нами удумал?! Лия, дай пистолет на секунду, пожалуйста…
Консул дернулся в моих руках и поспешно взмолил:
– Нет, Создатель, нет. Не торговаться. Я лишь хочу быть уверенным, что выживу. Кем бы я для вас не был¸ но вы ведь не можете отрицать того, что я человек, а значит имею право жить.
– В человека вериться с трудом, – произнес я, принимая из рук девушки ее убойную огнестрельную игрушку. – Выжить, говоришь? Пожалуй, это можно устроить. Люди, бывает, и без рук-ног живут, так что…
Уперев ствол в плечо НапЛеона, я демонстративно прикрыл свое лицо рукой, дабы кровь этого упыря не забрызгала мой светлый лик.
Коротышка окончательно сдался.
– Не надо, – вздох, – я все расскажу… без условий, – два вздоха.
– Живее, увалень! – я реально стал раздражаться этой тягомотиной. – Или ты выложишь на чистоту все прямо сейчас, или я разнесу твою черепушку!
– Это имперские войска. Они атакуют станцию, – так быстро выпалил консул, что я едва сумел понять суть сказанного. – Вы принесли с собой проблемы еще раньше чем я ожидал – вас «вели» от самой Первой. Вы привели имперцев прямо к нашему дому.
– Поясни? – потребовала Лия.
Консул хмыкнул. Черт, этот коротышка не только труслив и честолюбив, но и противен до печеночных коликов. Доводить людей до бешенства, явно наибольший из его талантов.
Хлесть! (Славная затрещина). И наглый гном снова заговорил:
– Когда вы отчалили с Первой на челноке, вас выследили шпионы империи. На подлете к моей станции радары засекли идущий за вами разведывательный корабль. Я послал к нему на перехват пару истребителей, но они не успели – разведчик пропал так же быстро, как и появился. Поэтому не удивлюсь, если нашу внеорбитальную крепость уже взяли в кольцо боевые флотилии империи. Тряска и взрывы – лишь первая ласточка полномасштабного штурма. Как только оборонительные системы станции будут подавлены, все коридоры и помещения будут кишеть отборными десантниками… «его величества».
– Ты – осел! – грубо констатировал я. – Неужели ты сразу не мог сообщить нам этого?! Ведь и твоя мерзкая жизнь сейчас зависит от того выберемся ли мы отсюда, или нет! Да и почему ты не отдал приказ о полной эвакуации раньше, если был уверен, что местонахождение «дома» рассекречено?
– Именно этим я и хотел заняться, – горестно вздохнул консул. – Но вы схватили меня прежде, чем я успел отдать распоряжение о смене места дислокации станции…
– Так станция может передвигаться?! – ахнул я. – Неужели нельзя было передвинуть ее загодя?! Даже я, явно не гений, и то догадался бы сделать это! Так почему…
– Сейчас уже все равно, – отмахнулся консул и тут же получил еще одну оплеуху за такой фривольный жест. Потирая ухо, он лишь добавил:
– Шансов уже нет. Мы в лучшем случае станем заложниками империи, а в худшем просто умрем.
– Не все, – протянул я, но увидев скептические выражения лиц Лии и Имкуса, поправился: – Бороться надо в любом случае. Лия, можно ли каким-нибудь образом обыграть мобильность станции? Выдайте мне на-гора хоть какие-нибудь идеи, что бы я мог за них зацепиться?
Имкус лишь развел руками и, извиняясь, протянул:
– Я здесь всего день, так что по мыслям-планам – пас. Мой кошар, в этом вопросе, и то, наверное, компетентнее меня.
Я понимающе кивнул и сосредоточил все внимание на Лии. Девушка, казалось, серьезно задумалась.
– Лия? – спросил я почти обнадежено. – У тебя есть идея?
– М-м-м, может быть. Дело в том, что совсем недавно станцию оснастили экспериментальными прыжковыми генераторами.
– Гиперпереход?
– Нет, – покачала Лия головой. – До подпространственных путешествий наша наука, к сожалению, дойдет еще не скоро. Я же говорю о прыжковых генераторах. Они дают станции импульс, мгновенно передвигающий ее на пару тысяч миль в выбранном направлении… теоретически.
– Теоретически?
– Да, – девушка немного смутилась. – Генераторы пробные и исследования еще не проводились на объектах столь большого объема и массы как космическая станция. Ближайшая дата начала полного тестирования была назначена на двадцатое число, то есть – через месяц…
– К тому же, помимо «сырости» агрегатов, все предыдущие опыты приводили к смерти «перенесенных» прыжком органических существ! – испуганно встрял в разговор консул. – Использование генераторов – чистейшее самоубийство!
Я презрительно глянул в сторону коротышки и переспросил девушку:
– То, что он говорит, правда?
Девушка кивнула.
Я вздохнул, с секунду подумал.
– Других идей нет? – поинтересовался я.
– Сдаться, – еле слышно пискнул НапЛеон.
Я щелкнул пальцами и произнес:
– Что-то рано вы сдались, мессия! Но думаю я смогу это исправить. Лия, сможешь провести нас к панели запускающей прыжок?
– Думаю да, но это будет сложно, агрегаты управления установлены на капитанском мостике – самом охраняемом объекте станции.
– Думаю у охраны сейчас много своих проблем. А мы, как и всегда, займемся всеобщим спасением. Надеюсь, вы переживете скачок. В любом случае это будет любопытный эксперимент.
Глава 11
НАЧНИ РАБОТУ С КНОПКИ «ПУСК»
– Нам сюда, – указала Лия на освещенный красным фонарем коридор. – Это старые туннели, ими мало кто пользуется. Возможно, нам даже удастся остаться незамеченными.
– Это было бы неплохо, – вздохнул я. В животе урчало от голода, да и мышцы уже ныли от долгих перебежек, переходов и марш-бросков ползком по узким ответвлениям технических ходов и вентиляционных шахт. Ситуацию усугубляло еще и то, что за собой приходилось тянуть несносного коротышку. Консул взмок, нещадно хрипел и временами почти бездыханно падал на пол. Что ж, спортсмен из него явно такой же, как и храбрый генерал.
Имкус, замыкающий нашу колонну, время от времени посматривал на свои часы.
– Еще десять минут прошло, – напряженно сообщил он, стараясь не выдать дрожь в голосе. И его можно было понять: каждую минуту мы ожидали, что станция перейдет в полное владение имперских войск, и тогда уже ни прыжковые генераторы, ни молитвы и даже не святая вера в собственные силы нам не помогут.
– Подходим, – шепнула Лия, когда мы всей компанией вывалились из узкого короба вентиляции в совершенно темный «аппендикс» одного из главных коридоров станции.
Вокруг невидно было не зги. Лампы под потолком видимо были разбиты особо мощным ударом по станции, кои последнее время все сильнее и сильнее сотрясали громаду «дома» клонов. Пахло горелыми проводами, время от времени у потолка проскакивали синеватые искры все еще находящихся под напряжением кабелей.
– Если пройти десяток метров вперед и свернуть направо, – проводила познавательную экскурсию Лия, – мы упремся прямо в главные ворота рубки управления. А там…
– Там десятки солдат и еще больше охранных систем? – проявил смекалку я.
– Точно, – уверенно кивнула Лия. – Я вас предупреждала.
– Другого пути все равно нет. Проверим наше оснащение. Лия?
Девушка зашуршала одеждой, проверяя свое снаряжение, и ответила:
– У меня пистолет, две обоймы к нему и лазерный нож.
– Имкус?
– Импульсный пистолет, винтовка, немного снарядов к ним, пара газовых гранат и боевой кошар на взводе.
– Газовые гранаты? Отлично! Я так понимаю, ты их снял с тел консуловых охранников?
– Это трофеи! Я не мародер…
– Не имею ничего против. Так, а у меня винтовка, пистолет. Все заряжено. Неплохо для начала. К тому же, газовые гранаты могут облегчить нам задачу. Вот еще бы с охранными системами разобраться…
– Я могу попробовать этим заняться, – с готовностью отозвался Имкус. – Я кое-что понимаю в компьютерных технологиях и программном обеспечении, вот только для входа в общую сеть мне нужен подключенный терминал.
– Такой есть! – Лия извлекла из нагрудного кармана голографический планшет и протянула его зверолову, пояснила: – Этот аппарат работает напрямую с операционной системой станции. Логин и пароль уже вбиты. Держи…
– Предательница! – прошипел НапЛеон.
– Заткнись! – рявкнул я. – Ты людей пленил в их собственном разуме, тебе ли говорить о предательстве! И кстати, ты упоминал про управление клонами через вшитый в голову чип. Откуда можно управлять настройками?
Коротышка пробурчал что-то невразумительное.
– Громче!
НапЛеон неохотно выдавил:
– Все установки задаются через мою личную панель на мостике. Управление чипами контролируется центральным процессором станции, а далее – настроенные волны распространяются через специальные ретрансляторы по внутренним помещениям и дальше в космос. Все параметры защищены от несанкционированного изменениями десятизначными паролями и личной идентификацией пользователя.
– Проще говоря – только ты можешь снять все ограничения с мозговой деятельности клонов?
– Да.
– И ты сделаешь это! – Глаза Лии сверкали в полумраке.
– Нет! – отрезал консул. – Это конец моей власти. Полный крах! Я не пойду на это!
Я скривился и плюнул коротышке под ноги.
– Ты и так уже все потерял. Но мы можем забрать и твою жизнь.
– И сделаем это мы очень болезненным и долгим способом, – кровожадно заметила девушка.
Консул затрясся мелкой дрожью, его напугали не столько слова бывшей подчиненной «сестры», сколько яростное свечение ее глаз. Коротышка икнул и сказал:
– Хорошо, я все сделаю, но вы сохраните мою жизнь и… целостность тела.
– Обещаю! – заверил я его, хотя меня и самого так и подмывало хорошенько врезать мерзкому гному. Но спасение клонов было важно… для Лии, а я вдруг начал осознавать, что ее желания для меня, становятся более насущными, чем собственные. Надеюсь, и в ней разгорится искорка симпатии ко мне…. Но я, кажется, отошел от событий настоящего! Вернемся… к нашим баранам.
– Имкус, остаешься здесь и занимаешься блокировкой охранной аппаратуры. Я, Лия и… господин мессия идем в рубку. И да поможет нам бог. Хе-хе.
– Постой, – зверолов одной рукой водил по сенсорному экрану, а второй подал знак приостановиться. – Я нащупал информационные сигналы станции. Вот картинка с камер капитанского мостика. Глядите…
Я и Лия вернулись к Имкусу и вперились в голографический экран. И если девушку увиденное не слишком впечатлило, то я стал оценивать наши шансы на успех… слегка с меньшей котировкой.
Капитанский мостик был… огромен! Закрытые гигантскими силовыми экранами обзорные панели, выходящие в космос, тысячи кубов свободного пространства, десятки панелей управления и не менее сотни человек персонала, суетливо пытающихся хоть как-то уберечь станцию от нападений вражеских эскадрилий.
Все более-менее важные консоли располагались по бокам рубки двумя параллельными рядами. По центру помещения шел узкий помост-дорожка, уходящий непосредственно в сторону экранов и оканчивающийся подобием трибуны с нависшими над ней тремя обширными полупрозрачными мониторами с нанесенными красными точками атакующих имперских войск и синей «блямбой» самой станции.
– Это и есть главная консоль, – указала Лия на «трибуну». – С нее можно запустить прыжок…
– И разблокировать клонов, – продолжил я. – Но… столько народу. Я не думаю, что нам удастся пробиться сквозь такую толпу.
– Большая часть из них – не вооружена, – произнесла Лия, всматриваясь в голоэкран. – Но ты прав – их все равно слишком много. Тупик?
– Я могу перенастроить охранные туннели. Вот только…
– Только клонов убивать не стоит! – решительно отрезал я. – Они враждебны нам, но только из-за того, что им промыли мозги. Надо найти способ гуманнее.
Лия с благодарностью посмотрела на меня, отчего мне стало тепло на душе. Ох уж эти ее глаза… что творят чудеса. Прямо стихи. М-да.
И тут же в голову мне пришла сумасбродная, но дельная мыслишка.
– Слушай, Имкус, а ты можешь отсюда управлять вентиляцией?
Зверолов кивнул.
– Хорошо, – возликовал я. – Тогда можно попробовать заложить усыпляющие гранаты в одну из доступных нам воздушных шахт, и перенаправить поток с нее – на капитанский мостик!
Имкус задумался, затем мелко закивал соглашаясь.
– Это может сработать, вот только газ из гранат надо выпускать постепенно, а не весь сразу.
– Этим займусь я, – подала голос Лия. – Я проходила курсы по владению оружием и знаю, как активировать гранаты без мгновенной разрядки. Мне понадобиться пять минут на подготовку.
– Действуй, – кивнул я. – Для закладки используем шахту, по которой мы сюда добрались. Имкус, настраивай вентиляторы, а я… пока пригляжу за консулом! – последнее я произнес с усилием, так как мне пришлось сделать пару быстрых шагов вперед и схватить НапЛеона за шкирку, ибо он, решив воспользоваться случаем, сумраком и отсутствием внимания, медленно тикал (двигался) в сторону выхода из мрачного закутка.
Коротышка резко дернулся вперед, взвизгнул и сильно ударил меня ногой в живот. Стараясь не обращать на боль внимания, я окончательно притянул коротышку к себе и смачно въехал кулаком в его перекошенную от злобы физиономию. Так попытка побега была мной полностью пресечена, оставив после себя лишь некоторый осадок в чувствах, да боль в солнечном сплетении.
– Сидеть тварь! – рявкнул я коротышке. – Иначе прикую тебя, – я нагнулся к самому уху консула и зашептал, дабы меня не слышала Лия: – Иначе прикую тебя яйцами к твоей собственной ноге! И поверь мне, так ты точно уже никуда не убежишь, без угрозы оторвать себе самое дорогое. Понял?!
НапЛеон промолчал, однако блеснувший в его глазах ужас я посчитал положительным ответом и временно оставил карлика в покое, что не мешало мне, время от времени, бросать в его сторону многозначительные взгляды, уберегая гнома от свободомыслия и напоминая о сказанном.
– Готово! – наконец произнесла Лия, ставя решетку вентиляционной шахты на место. – Заряды сработают через минуту, начнется медленное выделение сонного газа.
Я кивнул, развернулся к Имкусу.
– Все в норме?
Зверолов успокаивающе махнул рукой. Свет его (а точнее Лии) планшета слегка растворял всеобщий, тягучий мрак.
– Начну по команде, – заверил он. – Все управление – на одной кнопке.
Еще раз удостоверившись, что консул более не замышляет побега, я с некоторым напряжением застыл в ожидании. Схожее поведение проявлялось и у остальных членом нашего маленького отряда с тремя бойцами-героями и одним подлым, мерзким, гадким, невыразимо трусливым и тщеславным пленником-недомерком.
Ш-ш-ш-ик! Это сработали три скрепленные между собой газовые гранаты. Облако едкого дыма, было, рванулось сквозь решетку вентиляции, но Имкус тут же нажал сенсорную клавишу на голопланшете и ядовитое марево нехотя, но все же втянулось обратно в шахту и унеслось по гнутым переходам и трубам в сторону капитанского мостика.
– Процесс пошел, – тихо прокомментировал зверолов и переключил голоэкран на изображение с камер рубки.
Инстинктивно принюхиваясь к воздуху, который, в сущности, был точно таким же, как и минуту назад, я кашлянул, почувствовал резкий дискомфорт в носу и уставился в экран.
Между тем на мостик уже стал поступать отравленный воздух. Струи газа, рассеянные в обычной кислородной смеси, заметны не были, но в поведении людей в рубке сразу стало видно некоторое оживление. Несколько операторов даже оторвались от управления наружными турелями и системами активных щитов и стали принюхиваться, что-то почуяв.
– А трех гранат хватит, на такой объем? – сомнительно спросил я. – Что-то они не торопятся засыпать на ходу…
– Нужно время, – натужно пробубнил Имкус, вводя какие-то символы в поля на краю экрана. – Газа мало, но только для проветриваемых помещений. А сейчас – я отключу всю вентиляцию, за исключением отравленного «канала». И двери, – двери я тоже закрою. Мы ведь не хотим, чтобы из рубки, в нашу сторону, повалила толпа разъяренных клонов?
– Не хотим, – на автомате согласился я и с глубоким уважением посмотрел на зверолова. – А ты опасный и нужный человек, Имкус.
– Это да, – без тени смущения, но с толикой гордости произнес зверолов. – Лучше быть моим другом, чем врагом.
– Только не лопни от чувства собственного достоинства, – насмешливо «осадил» его я. – Все-таки бог в этом мире я, а не… низшие существа!
Мы втроем разразились неуместным, несколько нервным смехом. Однако этот приступ веселья благотворно сказался на нашем самочувствие – тяжесть в мыслях и мышцах отошла на задний план.
Пролетели, бешенными улитками, десять минут времени, которого у нас оставалось все меньше и меньше.
– Действует, – возликовал зверолов, ткнув пальцем в экран.
В рубке в это время происходили странные, но обнадеживающие события: часть людей спала, уткнувшись головами в свои рабочие сенсорные панели. Кое-кто, в приступе истерики колотил кулаками в запертые ворота, однако каждый последующий удар становился все слабее. Многие, через силу все же работали над своими машинами, четко осознавая, что защита станции – это последний рубеж обороны. Но несколько человек из всеобщей неразберихи этого сонного царства грозили стать для нас настоящей головной болью – сообразив, в чем дело, они бегом бросились к закрепленным на стенах медицинским ящикам и извлекли оттуда дыхательные маски.
– Это охрана рубки, – произнесла Лия. – Их задача охранять инженеров и операторов. Специально тренированные, они, как видите, не поддались панике и вероятно газ не сильно повлиял на них. Так что…
– Так что бой все-таки будет! – фыркнул я. – Но план все же принес свои плоды. Мы будем воевать не с сотней клонов, а лишь с… взводом. Человек десять? – спросил я Имкуса.
Зверолов зашевелил губами, считая «овец», и ответил:
– Тринадцать бойцов. И все вооружены.
– Не худший расклад, – решил приободрить я своих «коллег». – Как-то один раз я в одиночку вывел из строя целую армию. Человек двести!
– Ого! – воскликнул Имкус. – И как тебе это удалось?
Я пожал плечами.
– Загрузил диск, выбрал пулемет Гатлинга в инвентаре, и как пошел…. Ну, это старая история, меня потом толпы мутантов затоптали! Эх, ладно! Заряжаем парализаторные патроны и вперед к двери! Вы, консул. Пойдете впереди. Будем использовать вас…
– Как щит, – презрительно фыркнул коротышка.
– Ну почему же, – возразил я. – Вы выступите в роли дипломатического барьера. Не более! Хотя… ваше предложение тоже не плохо.
Побаиваясь второпях нарваться на отряд клонов или имперских штурмовиков (прости меня Лукас), мы выбрались из своего темного закутка и оказались прямиком возле ворот, ведущих на мостик.
Зверолов глянул на монитор планшета, кивнул:
– Почти все отрубились. Связь я им отключил, так что подмога не прибудет. Можно заходить. Готовимся… Три, два, один… Замки разблокированы.
