Текст книги "Шанс для Хиросимы (СИ)"

Автор книги: Евгений Мостовский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)

Сложившаяся ситуация вполне устраивала Рёдера. Стратегия «fleet in being» в действии – противник связан и незачем идти на риск морского сражения. Но, как это всегда бывает – внезапно, в молчаливое противостояние вмешалась третья сила – французы.

9 ноября 1942 года Адольф Гитлер написал письмо к Маршалу Петену с просьбой о разрешении транзита войск через территорию Южной Франции и введении германо-итальянских войск в Алжир и Тунис. По сути дела это был ультиматум и маршал Петен вынужден был реагировать. Начались переговоры между главой правительства Французского государства Пьером Лавалем и министром обороны адмиралом Дарланом с одной стороны и министром иностранных дел Рейха Риббентропом, послом Отто Абецем и начальником штаба комиссии по перемирию генералом Беме, с другой. В конечном итоге ввод войск Оси в Северную Африку не вызвал возражений, транзит через Южную Францию был представлен. Взамен немцы предложили правительству Французского государства перебраться в Версаль, репатриировали 500 000 французских военнопленных из офицерских лагерей и дали возможность сформировать 15 дивизий для обороны колоний. Отдельным пунктом согласовали меры по усилению береговой обороны, флота и Военно Воздушных сил. В частности орудия главного калибра и их механизмы, предназначенные для линкора «Клемансо», захваченные на заводах Крезо в 40-м году, возвращали французам. Это давало надежду на ремонт «Ришелье» и достройку «Жана Бара». Адмирал Дарлан согласился лично возглавить все вооружённые силы в Алжире, Тунисе и Сенегале, взяв к себе заместителем по сухопутным войскам немецкого генерала фон Арнима. Правда Франция наотрез отказывалась объявлять войну Англии и Америке.

В результате уже 10 декабря «Ришелье» с кормой, подкрепленной массивным деревянным кессоном, 2 легких крейсера и 2 лидера, эсминец, 6 сторожевиков (шлюпов) и 1 подлодка вышли из Дакара в Касабланку. Когда 8 марта 1943 года началась операция «Торч», линкоры: «Кинг Джордж V», «Хау» и «Алабама» встретил, кроме всего прочего, огонь двух башен ГК «Ришелье» и одной «Жан Бара». «Хау» был потоплен, а «Алабама» серьезно повреждена немецкими управляемыми бомбами, «французы» при этом новых повреждений не имели. Десант в Магриб особо удачным не стал – шести американских и шести британских дивизий оказалось недостаточно. Единственный успех это оккупация Дакара. Бои на двух плацдармах приняли затяжной характер, взять Касабланку не удалось.

6 июля 1943 года итальянский флот вышел в Аденский залив, ось Рим-Берлин-Токио получила устойчивую коммуникацию через Средиземное море. Уже через три недели возле острова Сокотра произошла историческая встреча трёх флотов: Японского, Итальянского и Французского. Церемониал, флаги, салюты, шампанское. Европейцы приняли под конвой транспорты с каучуком, вольфрамом, хинином и прочим, японцы соответственно взяли под охрану «купцов» груженых плодами европейских технологий, а вот дальше начались совсем удивительные вещи. Первый мобильный флот адмирала Нагумо и Флот Открытого Моря адмирала де Лаборда объединились и вместе ушли к Мадагаскару. Французы имели: линейный крейсер «Страсбург», тяжелые крейсера «Альжери», «Дюплэ» и «Кольбер», легкие «Марсельеза» и «Жан де Вьен», гидроавианосец «Коммандант Тест», 10 лидеров, 3 эсминца и пять круизных лайнеров с контингентом Иностранного легиона на борту. Вместе с японцами пришли: легкий крейсер «Ламотт-Пике», шлюпы «Дюнон‑Дюрвилль» и «Амираль Шарне», танкеры и транспорты с двумя бригадами морской пехоты. Бои на острове шли десять дней и 15 августа остатки британского гарнизона капитулировали. После этого произошло такое, что у немцев и итальянцев рты пооткрывались в изумлении – японцы передали французам свой авианосец «Рюдзё», который тут же переименовали в «Пенлеве». Оказывается «лягушатники» уже имеют и экипаж для корабля и пилотов для японских палубных самолетов!

Первыми до истины докопались итальянцы, дело оказалось в тысяче тонн урановой руды из Конго. Дуче очень сожалел, что Италия вовремя не озаботилась таким ценным ресурсом, сейчас бы ещё один авианосец в пару к «Аквиле» очень бы пригодился. Немцы сокрушаться не стали, министр вооружений Шпеер, ответственный за ядерную программу Рейха, инициировал переговоры с Лавалем о приобретении остатков руды. Благо было что предложить взамен.

После возвращения Мадагаскара под французский триколор, Дарлан распорядился об усилении морской группировки в Индийском океане. Вице– адмирал Лакруа привёл линейный крейсер «Дюнкерк», тяжелый крейсер «Фош», легкий «Ла Галиссоньер», 8 лидеров, 6 эсминцев и 10 подлодок. На острове разместили восемь эскадрилий авиации и колониальную дивизию до этого участвовавшую в освобождении Сирии. Президент Рузвельт, через посольство в Версале, обратился к маршалу Петену с требованием не допустить базирования на Мадагаскаре немецких или японских сил. Караваны вокруг мыса Доброй Надежды, дорогой жизни для войск на Среднем Востоке, должны идти беспрепятственно. Маршал в принципе не возражал, но выдвинул встречное требование – дать уйти из Касабланки корабельной группировке во главе с «Ришелье» и «Жан Баром». Американцы соглашались, любое уменьшение сил в Северной Африке только на пользу, а вот Черчилль упёрся. Флот Его Величества с трудом сводит концы с концами и ещё два линкора у потенциальных врагов могут необратимо осложнить ситуацию. Французы пожали плечами, Главный Инспектор флота адмирал Жансуль вылетел в Касабланку.

27 сентября 1943 года адмирал Дарлан встретился с гросс-адмиралом Рёдером в Париже. Была озвучена просьба: в день Х убрать на неделю подводные лодки от берегов Северной Африки, французский флот готовит там акцию и «дружественный огонь» может оказаться совсем не кстати. Конечно просьба была удовлетворена, а у ОКМ появилась богатая пища для размышлений.

После операции «Цитадель» британцы осознали слабость Хоум-флита и провели трансфер: в Скапа-Флоу «Кинг Джордж V» вместе с «Викториес», а к Каннингхему ушли линейный крейсер «Ринаун» и старый линкор «Малайя». Теперь группировка на севере имела вполне пристойный вид: линкоры – «Дюк оф Йорк», «Кинг Джордж» и вышедшие из ремонта «Энсон» и американский «Алабама» в сопровождении авианосцев: «Формидебл», «Юникорн», «Индомитебл» и «Викториес». Этих сил с лихвой хватало, чтобы не опасаться любых неожиданностей от немцев, но тут случилась высадка в Европу и опять «шоу пошло не так». Оказалось, что хождение по Английскому Каналу через минные поля под ударами авиации для поддержки десанта чревато последствиями. Невезучий «Энсон» наскочил на мину, а «Викториес» получил торпеду с одиночного Ju.88, все остальные линкоры «попятнала» береговая артиллерия Шербура. Пришлось срочно возвращать эскадру в Скапа, пока не случилось новых потерь, а на их место ставить соединение Каннигхема, которому придали всех боеспособных «старичков». Море у Касабланки теперь контролировали только крейсера, эсминцы и конвойные авианосцы. Именно этой временной слабостью и решили воспользоваться французы.

Соединением Q у берегов Северной Африки командовал герой битвы при Ла-Плата вице-адмирал Генри Харвуд. Под его командой были два тяжёлых – «Лондон», «Сассекс» и три лёгких крейсера – «Сириус», «Аргонавт», «Аврора», шесть эсминцев и два конвойных авианосца – «Байтер» и «Дэшер». Задача стоявшая перед сэром Харвудом – поддерживать огнём оба плацдарма и не допустить выхода французской эскадры в море. Все внимание было сосредоточено на берегу и разведка, особенно в сторону Дакара, не велась, поэтому появление Флота Открытого Моря адмирала де Лаборда вовремя замечено не было. Французы, прошедшие стажировку у японцев, провели сражение похожее на битву при Адду, только в миниатюре.

7 октября в 05.45 над Соединением Q прошёл одномоторный самолёт незнакомой конструкции, пара «Марлетов» попыталась его перехватить, но не смогла догнать. Это был разведчик D4Y1-C «Суисей», по американской терминологии «Джуди», с французскими опознавательными знаками. Ещё через час радар тип 271 «Байтера» обнаружил групповую воздушную цель идущую с запада, со стороны океана. Противника там быть не должно, но на всякий случай подняли в воздух ещё одну пару истребителей, теперь соединение прикрывали четыре «Марлета». Но это никак не сказалось на успешности последовавшей атаки. Восемь А6М3 «Зеро» связали их боем и сбили троих, девять пикировщиков D3A2 «Вэл» сбросили 250 кг бомбы на «Дэшер» и добились одного попадания и трёх близких разрывов. Погибло 29 членов экипажа, но, к счастью для англичан, пожар в ангаре не вызвал детонации хранившихся там торпед. На потерявшем ход авианосце ещё боролись с огнём, когда появилась вторая волна, в этот раз немного меньше – шесть «Зеро» и шесть «Вэлов». Их встретили три «Марлета» и ничего не смогли сделать, зато крейсер ПВО «Сириус» сбил два бомбардировщика ещё до того, как те начали пикировать. «Байтер» сумел уклониться от бомб, отделавшись близкими разрывами.

Однотипные «Байтер» и «Дэшер» были первыми британскими эскортными авианосцами, заказанные в США в рамках соглашения о ленд-лизе. Переоборудованы из корпусов сухогрузов «Рио Парана» («Байтер») и «Рио-де-Жанейро» («Дэшер»). Их полётная палуба имела длину 134,7 м, в ангаре помещалось до 15 самолетов. Броневой защиты и ПТЗ не было. ЭУ включала в себя пару дизелей марки «Доксфорд», работавших через редуктор на один вал, максимальная скорость не превышала 17.5 узлов. Артиллерийское вооружение состояло из 3 английских 102-мм зениток Mk-V и 4-х (2 х 2) 40-мм автоматов «Бофорс», имелись РЛС типа 79 и 271, а также коротковолновые радиопеленгаторы. В то утро «Байтер» имел 9 «Свордфишей» и 4 «Марлета», стразу же после первого налёта четыре торпедоносца были отправлены на разведку. Через 50 минут сэр Харвурд получил ошеломляющую новость: в их направлении идут «Страсбург», «Дюнкерк» и целая свора крейсеров с эсминцами. По хорошему надо топить тихоходные авианосцы и уходить, но это так не по английски. Соединение Q приняло безнадежный бой.

Это была месть за Мерс-эль-Кебир. Де Лаборд вцепился в британцев как волк в овчарку, уже к полудню линейные крейсера потопили «Лондон» и «Сассекс», имевших чисто номинальное бронирование. Третья волна пикировщиков с «Пенлеве» все-таки попала двумя бомбами по «Байтеру», горящий авианосец добили вечером французские эсминцы. «Дэшер» добивать не пришлось, его затопил собственный экипаж. Легкий крейсер «Сириус», хотя и получил 250-кг бомбу в корму, сумел уйти в Гибралтар вместе с эсминцами «Потфайндер», «Эклипс» и «Бьюфорт». Из Соединения Q больше ничто не уцелело, хотя его командиру – вице-адмиралу Генри Харвуду и ещё почти пятистам морякам повезло, их подняли на борт.

Теперь воды у берегов Северной Африки принадлежали Флоту Открытого Моря. Этот факт, уже на следующее утро, на своей шкуре ощутили британские войска, держащие оборону вокруг города Мазаган и порта Джорф-Лас-фар, одним из крупнейших на побережье. К ужасу англичан, почти к самому берегу, не спеша, подошёл линкор «Ришелье» и открыл огонь по единственному аэродрому, чередуя шрапнельные и фугасные снаряды. Обстрел с моря, который вели «Страсбург» и «Дюнкерк» очень быстро уничтожил десяток орудий среднего и малых калибров, символизировавших «береговую оборону». В порт ворвались эсминцы, перетопили транспорты и зажгли склады. После этого тяжелые и легкие крейсера французов начали методично перемалывать с землёй пехотные и артиллерийские позиции VI и X корпусов. В этом благом деле им помогала французская полевая артиллерия, а во второй половине дня начались атаки, поддержанные танками. Генерал Кларк, командующий войсками, обратился к морскому командованию с требованием немедленно прекратить это безобразие. Уже ближе к полуночи появилось предложение о подготовке плана эвакуации и перевозке вывезенных войск в американский сектор. От таких известий кое-кому в Адмиралтействе стало нехорошо.

5 октября 1943 года, Первый морской лорд Дадли Паунд, потерявший жену и перенёсший второй инсульт, подал в отставку. Вести пришедшие из Африки окончательно доканали старика, Паунд скончался 9 октября. Его должен был заменить Эндрю Каннингхэм, но никто не решился менять Командующего Морскими силами Канала в такой критический момент. Под пошатнувшуюся структуру управления Флотом пришлось подставить своё мощное плечо премьер-министру, сэру Уинстону Леонарду Спенсер-Черчиллю. По сути выбор у него был небогатый: либо выкраивать что-то из состава сил Канала, либо гнать в Африку Хоум-Флит. Выбор между «плохо и очень плохо». Оба варианта были злом, и как водится из двух зол выбрали большее.

Заместитель Первого морского лорда адмирал Чарльз Кеннеди-Пэрвис, чей здравый смысл вошёл в поговорку, считал, что надо забрать у Каннингхэма «Ринаун» с парой-тройкой старых линкоров и десятком эсминцев. Этих сил хватит, чтобы вышибить французов и помочь удержать плацдарм. Второй морской лорд, вице-адмирал Уильям Уитворт, который командуя «Уорспайтом», уничтожил германские эсминцы в Офот-фьорде во время сражения за Нарвик, был категорически против. Фланги фронта на Котантене удерживают только благодаря орудиям тяжёлых кораблей, немецкие танки не рискуют приближаться к побережью ближе чем на 20 миль. Если этот огонь ослабнет, то риск прорыва фронта увеличивается многократно. Третий морской лорд, вице-адмирал Фредерик Уэйк-Уокер прославился в начале войны блестящей работой по выработке методов борьбы с магнитными минами, а также умелым руководством преследования «Бисмарка». Его мнение стало самым консервативным – не делать ничего. Французы мол сами скоро уйдут, после этого можно отправить конвой с подкреплениями в Джорф-Лас-фар и генерал Кларк восстановит положение. Контр-адмирал Денис Бонд, некогда командовавший «Илластриесом», а затем авианосным соединением Средиземноморского флота, теперь возглавлял в Адмиралтействе отдел морской авиации. Он считал, что французский флот необходимо уничтожить, с минимальными потерями это может сделать только палубная авиация. Единственное соединение ударных авианосцев есть у Хоум-Флита, значит им и идти. По пути можно атаковать германские аэродромы во Франции. Возможный прорыв немцев в Атлантику парируют американцы, конечно если с ними заранее договориться.

Это предложение больше всего пришлось по душе премьер-министру, окончательно решить «французский вопрос», вот что действительно необходимо на сегодняшний день! Состоялся телефонный разговор с Рузвельтом. Президент, хоть и обвинил Премьера в твердолобости, проблему можно было решить много раньше политическими методами, но в конечном итоге дал согласие на использование Атлантического флота. 10 октября 1943 года под руководством вице-адмирала Генри Мура Хоум-Флит рванул в Африку через Ла-Манш.

Генри Мур, везучий и талантливый флотоводец, провёл флот впритирку к меловым скалам Дувра, счастливо избегнув минной опасности. Никаких авиаударов по немецким аэродромам он конечно проводить не стал, есть дела поважнее. 15 октября его корабли уже были на траверзе Мазагана, и это оказалось очень вовремя, хотя сэр Уинстон не скрывал своего разочарования – Флота Открытого Моря там уже не было. Двухфазная авиаразведка обнаружила несколько эсминцев далеко на юге, конечно можно попытаться продолжить движение к Мадагаскару и возможно настичь французов, но ситуация на плацдарме не позволяла этого сделать.

Ещё в конце сентября Дарлан предупредил Ганса Юргена фон Арнима о планирующейся «акции» и немецкий генерал начал перетасовывать свои скудные ресурсы. Основной ударной силой войск в Марокко были: сводный танковый батальон – «команда Людера» из 19 В-1bis, 17 «Тигров» и 21 Pz-III N; 82 Африканская дивизия марокканских стрелков и 5-й парашютный полк (FJR5) полковника Вальтера Коха, героя Эбен-Эмаэля. Из этих частей была сформирована «группа графа Шверина» и заранее размещена за левым флангом южного сектора. Поздним вечером 8-го октября ударная группировка была брошена в бой против фланга англичан. Не смотря на беспрецедентную артиллерийскую поддержку с моря, прорыва добиться не удалось. Британский Х корпус медленно отползал назад, огрызаясь контратаками. Но 380 и 330-мм «чемоданы» это аргумент, с которым спорить весьма проблематично. Уже на следующий день тыловые позиции корпуса были перепаханы настолько, что напоминали поверхность Луны, такой, какой её видят астрономы. Снабжение боеприпасами и перемещение резервов стало невозможно, продвижение немецко-французских войск ускорилось.

14 октября Флот Открытого Моря ушёл, но бои уже шли в порту, положение английской группировки стало отчаянным. Армия настаивала на ликвидации плацдарма, вернуть утраченные позиции без снабжения через Джоф-Лас-фар, с теми силами которые остались, было невозможно. Моряки считали эвакуацию с необорудованного побережья под давлением противника форменным самоубийством. Они приложили все усилия, чтобы не допустить этого.

Теперь кинолента закрутилась вспять. Британские эсминцы в акватории порта бьют прямой наводкой, а через их головы летят 14-ти, 8-ми и 6-ти дюймовые снаряды. «Альбакоры» и «Барракуды» щедро сыплют сверху бомбы, а «Томми» не могут продвинуться вперёд ни на шаг. От города и порта даже развалин не осталось, только груды мелко перемолотого щебня, среди которых беспощадно режутся, в стиле Великой Войны, пехотинцы обеих сторон. Все это напоминало картины штурма Мурманска, летом этого года, и так же, как и там корабельная артиллерия должна была все же «переломить спину верблюду». Однако этого не случилось, вопли американцев доносящиеся из Кефлавика заставили Хоум-Флит возвращаться на север. Имперский генеральный штаб, под давлением обстоятельств непреодолимой силы, принял решении о эвакуации плацдарма.

Утвержденный в 1940 г. Конгрессом США закон о военно-морском флоте двух океанов, был аннулирован японской палубной авиацией, разбомбившей шлюзы Панамского канала. С февраля 43-го года нельзя было быстро перевести корабли из Тихого океана в Атлантику и обратно. Соответственно Атлантический и Тихоокеанский флоты отныне существовали изолировано друг от друга и не могли расчитывать на быстрое усиление.

Основной задачей американского флота в Атлантическом океане оставалась оборона океанских коммуникаций. Президент Рузвельт требовал обеспечения безопасности конвоев и сохранения связи с Ближним и Дальним Востоком. Однако выполнить это требование, особенно сейчас, становилось весьма проблематично. Весной 43-го года Атлантический флот имел около сотни различных эсминцев, восемь эскортных авианосцев, два древних линкора – «Нью-Йорк» и «Техас», и один авианосец, который с натяжкой можно назвать ударным – «Рейнджер». Правда такое печальное положение оставалось недолго, основные верфи находились на Восточном побережье, на Западном не строилось ничего крупнее эсминца. Уже 22 февраля 1943 г., на полгода раньше запланированной даты, вступил в строй новейший быстроходный линкор «Айова» и уже через два дня отправился в свой первый поход вдоль Атлантического побережья США. 23 мая к нему присоединился систер-шип «Нью-Джерси». Авианосец «Эссекс», сдан флоту ещё 31 декабря 1942 года, проходил боевую подготовку и готовился уйти на Тихий океан, но теперь это стало невозможно и он вошёл в состав Атлантического флота. 17 февраля закончил испытания «Лексингтон», а 15 апреля «Йорктаун». 24 мая к ним присоединился «Банкер Хилл». Эти корабли не успели поучаствовать в «Торч», но при высадке во Франции хватили войны по самую макушку.

В первый день «Следжхаммер» Геринг собрал расширенное совещание командования Люфтваффе в Каринхалле. На повестке дня стоял единственный вопрос «что делать?». Наиболее конструктивное предложение поступило от Fliegerfuhrer Marine контр-адмирала Вальтера Хагена. Он предполагал использовать японский и итальянский опыт применения береговой авиации против боевых кораблей флота, повторив успех у Касабланки. Тогда атака управляемыми бомбами линейных кораблей была проведена экспромтом, в разрез существующей концепции «истребления транспортного тоннажа». Сейчас предлагалось собрать все силы немецкой и итальянской «противокорабельной авиации» под единым командованием и сделать ставку на концентрированный удар, вышибающий флот противника из прибрежной зоны. Если удастся добиться серьезного успеха, то можно переходить к истреблению десантных судов и противоконвойным операциям. «План Хагена» сулил определенный успех и был принят к исполнению.

Почти две недели группировка Атлантического флота в составе пяти ударных и пяти эскортных авианосцев под прикрытием линкоров и крейсеров воевала в «тепличных условиях». Командующий авианосцев Атлантического флота контр-адмирал Эрнст Д. МакУортер организовал действия следующим образом: днём наносились бомбово-артиллерийские удары по береговым объектам, а ночью отходили к Плимуту. Основные потери несла палубная авиация, немецкие «Фокке-Вульфы» и «Мессершмитты» на голову превосходили американские «Уайлдкэты» и «Хеллкэты», по счастью их было не так много. 23 августа ситуация внезапно изменилась. На аэроузле Сен-Мало Геринг сумел сосредоточить основные силы торпедоносной авиации Оси, почти три сотни самолетов из KG 26, KG 77, KG 40, KG 100 вместе с итальянцами из 130., 132. и 104. Gruppo. Возглавил это соединение командир 2-й авиадивизии генерал-лейтенант Йоханнес Флинк.

Атака началась в вечерних сумерках, причём немцы сумели ввести в заблуждение корабли эскорта, зайдя с северо-запада, со стороны Англии, и дав правильные световые опознавательные сигналы. Их приняли за самолеты Бомбардировочного командования идущих на ночную бомбежку. 76 Ju.88 из I и III/KG26 широким фронтом проскочили над эсминцами и оказались среди авианосцев. «Юнкерсы» несли каждый по две торпеды и сбрасывали их одновременно, залпом. Первым такой «дуплет» получил эскортный авианосец «Кард» CVE-11, вторым крейсер ПВО «Коломбо». Оба корабля затонули ещё до рассвета. В результате попадания торпеды в кормовую часть с правого борта «Лексингтона» CV-16 уничтожена рулевая машина, заклинен руль, убиты 9 и ранены 35 членов экипажа. Авианосец своим ходом вернулся в Плимут. «Эссекс» CV-9 удачно уклонился от торпед, но в него врезался горящий бомбардировщик, убито 11 и ранено более 40 человек. Значительно хуже обстояли дела у USS «Рейнджер», ему хватило одного попадания ниже ватерлинии. Корабль не имел противоторпедной защиты и сразу же началось неконтролируемое поступление воды. Из Англии на помощь были вызваны буксиры и спасательное судно. Истребителями и зенитной артиллерией «достоверно» сбиты не меньше 18 самолетов противника, но сражение только начиналось.

Вторую волну, уже в полной темноте, возглавили «Силуранти» на SМ.79 и SМ.84bis под командованием майора Бускалья, они шли вместе с Не.111 II/KG26 со стороны Франции. Их удар предваряли Do.217, He.177 и He.277 из KG 100 и KG 40, сбросив магниевые бомбы для освещения целей, а потом и реактивные Hs.293. На перехват высотных целей ринулись все поднятые с палуб «Уайлдкэты», но заметить бомбардировщик в кромешной темноте трудно, а набирающие скорость в пологом пикирование Не.177 «Гриф» им оказались вообще «не по зубам». Одновременно было сброшено более шестидесяти управляемых бомб, в цель попало только три и отметили ещё семь близких разрывов. Причиной низкой эффективности стало то, что в момент отделения бомбы от самолета-носителя наблюдалась яркая вспышка, производимая ракетным ускорителем, что демаскировало «Хеншель» на фоне темного неба. На бомбе тут же сосредотачивался огонь всех зенитных орудий. Считается, что американский эсминец «Тиллмэн» сбил сразу три Hs.293. К тому же, навести планирующую бомбу на маневрирующий корабль тоже оказалось довольно сложно. Но самое главное было сделано – отвлечено внимание от идущих тремя волнами низко над водой торпедоносцев.

Вторая атака всё-таки оказалась менее результативной, чем первая – теперь американцы были настороже. «Савойя-Маркетти» и «Хейнкели» встретил организованный огневой заслон, самолетам приходилось маневрировать, при этом точность пусков торпед конечно снижалась. Тем не менее более сотни торпедоносцев, это огромная ударная мощь, от выпущеных ими, пусть и не совсем одновременно, торпед, крайне сложно уклониться. В конечном итоге совместными усилиями ракетоносцев и торпедоносцев удалось добить «Рейнджер», потопить эскортник «Блок Айленд» и три эсминца. Повреждены: линкор «Техас», авианосец «Йорктаун» CV-10, три крейсера и ещё три эсминца. Правда и потери были ошеломляющими, из второй волны на аэродромы не вернулось 27 самолетов, а более 50 имели серьезные повреждения. «Успех у Касабланки» в полной мере повторить не удалось, но всё-таки вражеский флот ушёл из прибрежной зоны и генерал-лейтенант Йоханнес Флинк смог бросить свои самолеты против транспортов снабжавших высадившиеся войска. До середины сентября было потоплено более 20 судов и безвозвратно потеряно ещё около 40 торпедоносцев. 2-я авиационная дивизия надолго оказалась небоеспособной и в совместной атаке с подводными лодками Дёница удалось задействовать только ракетоносные «Дорнье» из KG 100. К сожалению для нацистского руководства и этот комбинированный бой не принёс победы.

Германские вооружённые силы, не смотря на все ухищрения, вступали в период перманентного кризиса.

После «сражения у Джерси» американские авианосцы не решались подходить к Франции ближе чем на пятьдесят миль, курсируя вдоль английских берегов. А уже в начале сентября «Айова», «Нью Джерси» и «Банкер Хилл» перевели в залив Ардженшия на Ньюфаундленде, где в течение нескольких недель они ожидали приказа выйти на перехват немецких надводных кораблей. Дождались. 10 октября 1943 года соединение контр-адмирала Уиллза А. «Чинг» Ли отправилось в Скапа-Флоу.

Авианосец «Граф Цеппелин», после коротких испытаний, в торжественной обстановке был передан флоту 11 сентября 1943 года. Важность этого события понятна всем, наконец-то корабельные соединения получат истребительный «зонтик» и адекватную разведку. Командиром корабля назначен капитан-цур-зее Бальцер, до этого командовавший геликоптер-трегером «Кёльн», авиагруппу возглавил майор Хельмут Малке. Уже 15 числа флюгцойг-трегер отправился в первое учебное плавание по Балтике. Совместно с ним шли «Гнейзенау» и «Хиппер», отрабатывая вопросы взаимодействия с палубной авиацией. 21-го сентября состоялся учебный бой с «Отто Лилиенталем» и «Лютцевым», 27-го авианосец вернулся в Гдыню для ликвидации неполадок возникших в ходе начавшейся эксплуатации. Через неделю он снова вышел в море, теперь для учений по приему топлива на ходу, там его и застал приказ штаба о подготовке к дальнему походу в Атлантику.

Сигналом для приведения всех сил в боевую готовность послужила информация из Касабланки о начале французской «акции». Операция «Блиц» задумывалась как действия разнородных сил флота с максимально широким использованием подводных лодок. Её целью должна стать Исландия, точнее американский аэродром и порт Рейкьявика, куда ходит регулярный конвой из Шотландии DS-SD и отстаиваются различные суда на маршруте из США и Канады по пути в Англию.

Аэродром Кефлавик располагается на полуострове Рейкьянес в юго-западной Исландии. Первая взлётно-посадочная полоса была завершена в сентябре 1942 года, с неё начали летать самолёты противолодочной авиации, контролируя Северную Атлантику. К весне 1943 года развернули ремонтную базу и построили жилые модули, аэродром начал обслуживать самолёты в полном объёме. Туда были переведены: эскадрилья «Либерейторов» PB4Y-1 VВ-103, которая до этого базировалась на Ньюфаундленде, и 120 эскадрилья Королевских ВВС, тоже на «Либерейторах». Прикрывали их 33-я истребительная группа, возглавляемая подполковником Уильямом У. Момьером на Р-40 «Кёртисс» и 27-я эскадрилья из состава 1 FG на «Лайтнингах». 33-я группа включала в свой состав три истребительных эскадрильи: 58-ю, 59-ю и 60-ю. Пилоты группы еще не имели боевого опыта. Потребовалось довольно много времени для того, чтобы американские летчики акклиматизировались на новом месте, а также освоили тактику, выстраданную в боях английскими пилотами. Все основные конструкции, в том числе четыре 6500 футовые (2000 м) взлётно-посадочные полосы были завершены к июлю 1943 года. Теперь Кефлавик служил ещё и как перевалочная база для бомбардировщиков летящих в Англию.

«Блиц» предполагал уничтожение «осиного гнезда» в Исландии огнём артиллерии тяжёлых кораблей. После этого подводные лодки, на которые перестанут давить противолодочные самолёты, смогут действовать в этой зоне свободно и образуют три линии блокады острова. По мнению штаба Кригсмарине, корабельные группировки Союзников не смогут игнорировать присутствие немцев у Кефлавика. Их флот обязательно поспешит на помощь и с размаху вляпается в засаду субмарин, понеся при этом потери. Если эти потери будут значительны, то эскадра Кюметца может рискнуть на прямой артиллерийский бой. Это в свою очередь открывает головокружительные перспективы для действий надводных кораблей на атлантических коммуникациях. Если же засада не удастся, то предписывалось отступление в Норвегию, под зонтик береговой авиации. Правда оставался один вопрос – как проскочить к Исландии и не быть замеченными вражеской разведкой? После вступления в строй «Цеппелина» ответ был найден – самолеты Берегового командования нейтрализуют палубные истребители, а подводные лодки – вертолеты.

Уход Хоум-Флита к берегам Северной Африки, четко зафиксированный радиоперехватом и подтверждённый авиацией, делал «Блиц» абсолютно реализуемым. Авианосцу «Граф Цеппелин» дали команду готовиться к боевому походу, даже не взирая на неоконченный курс обучения.

Гитлер санкционировал операцию 15 октября, сразу после получения информации о появлении британского флота около Мазагана. Громоздкая машина управления войной на море пришла в движение. Общее руководство лежало на адмирале Шнивинде – командующим группой ВМС «Север». В море всей эскадрой командовал адмирал Цилиакс, под его началом: вице-адмирал Кюметц – «Цеппелин», «Тирпиц», «Гнейзенау», «Шарнхорст», «Хиппер» и «Принц Ойген»; контр-адмирал Теодор Кранке, до недавнего времени представитель главнокомандующего ВМФ в ставке, – «Адмирал Шеер», «Лютцов», «Кёльн», троссшиффе – «Дитмаршен», «Нордмарк», «Франкен»; капитан-цур-зее Эрих Бей – три флотилии эсминцев, 14 единиц. Четыре флотилии подлодок (53 единицы) управлялись непосредственно штабом подводных сил, через капитана-цур-зее Петерса в Нарвике.