Текст книги "Звезда по имени Любовь (СИ)"
Автор книги: Эвелина Пиженко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 31 страниц)
– Я спрашиваю, зачем вам столько снотворного? – женщина подозрительно смотрела через стекло.
– Я… Я плохо сплю… – Люба выдала первое, что пришло ей в голову.
– Извините, мы ничего не будем брать! – услышав за спиной уже знакомый мужской голос, Люба хотела оглянуться, но в тот же миг чья-то рука довольно крепко схватила её за плечо и потянула назад.
Сопротивляться она не стала и почти добровольно покинула помещение аптеки – мужчина лишь слегка подталкивал её впереди себя. Но, оказавшись на улице, Любаша сразу оттолкнула его руку.
– Ну, чего тебе нужно?! – голос прозвучал тихо и как-то слабо, – Ты что, следишь за мной?
– Нарочно не слежу. Так получилось, – он внимательно вглядывался в её лицо в свете вечерних фонарей.
– Всё, до свиданья… – развернувшись, Люба не совсем уверенно пошла прочь.
– Я провожу, – он решительно двинулся следом.
– Слушай, отвали… – она почувствовала, как отрешённость сменяется нарастающей внутренней нервной дрожью.
Присутствие мужчины раздражало; ей совершенно не хотелось никого видеть, а, уж тем более, разговаривать.
– Где ты живёшь? – несмотря на её слова, он не отставал и, судя по решимости, с которой шагал рядом, был серьёзно намерен довести её до дома.
– Послушай… – едва не стуча зубами, Любаша остановилась и повернулась к нему лицом, – Отстань от меня… пожалуйста, отстань! Я никого не хочу видеть, понимаешь?! Ни-ко-го!
– Вот это я очень хорошо понимаю, – усмехнулся мужчина, – и даже догадываюсь, почему.
– Пожалуйста… – подбородок задрожал, и Любаша с огромным трудом подавила желание разреветься прямо на улице, – Пожалуйста… не ходи за мной… ну, пожалуйста… мне очень плохо, понимаешь?!
– Меня зовут Егор.
– Послушай… Егор… – Люба из последних сил подбирала слова, – Если ты думаешь, что… в общем, то, что было тогда… это была случайность. Понимаешь, случайность! А сейчас мне очень плохо. И я не хочу никого видеть, и тебя в том числе…
– Я провожу тебя домой. А то тебя снова в аптеку потянет.
– Ну, тебе-то какое дело?! Какое вам всем дело до меня?! Отстаньте от меня все!.. Слышите?! Все-е-е!..
…Она ещё что-то кричала ему в лицо, потрясая сжатыми в кулаки кистями, пока он не схватил её в охапку и не прижал к себе изо всех сил.
– Успокоилась?.. – почувствовав, как обмякло её тело, ещё минуту назад похожее на сжатую пружину, Егор чуть ослабил объятия. Любаша вдруг ощутила огромную, как будто вывалившуюся песком из самосвала, усталость.
– Я хочу домой…
– Проводить?
Она только согласно кивнула в ответ на его вопрос. Сейчас ей казалось, что без чужой помощи она не сможет сделать и шага – ноги налились чугунной тяжестью, и всё тело как магнитом тянуло вниз, к земле. Когда Егор окончательно отпустил её, Люба невольно покачнулась.
– Цепляйся, – подставив ей свой локоть, мужчина бросил на неё пристальный взгляд, – тебе пешком или на маршрутке?
– На маршрутке… – нехотя ухватившись за его руку, она почти повисла на ней, – две остановки отсюда.
– Идём, – кивнул Егор.
– Со мной ехать не нужно… Помоги только до остановки дойти… пожалуйста.
– Ты точно поедешь домой?
– Точно… – услышав сигнал в сумочке, Люба снова остановилась и, потянув молнию замка, достала телефон, – Да… Я уже иду на остановку. Минут через двадцать буду. Нет, я в магазин заходила. Нет, не вру.
– Вот видишь, – глядя на неё, Егор усмехнулся, – кто-то тебя ждёт.
– Это мать, – Люба бросила телефон назад в сумочку.
– Тем более. А вот меня вообще никто не ждёт.
– В гостинице, что ли? – Любаша на ходу угрюмо смотрела на носки сапожек.
– Нигде. Ни в гостинице, ни дома.
– Почему? – она задала этот вопрос скорее машинально, совершенно не интересуясь ответом.
– Так получилось.
Остаток пути до остановки маршрутного такси они проделали молча, и, увидев вдалеке фары приближающегося автомобиля, Люба с облегчением подумала, что уже скоро окажется дома. Горечь и отчаяние сменились полным бессилием и равнодушием.
– Там-то сама дойдёшь? – в голосе Егора слышалось неподдельное участие.
– Дойду. Там совсем недалеко.
– Ты завтра работаешь? – она уже ставила ногу на подножку, когда услышала за спиной этот вопрос.
– Нет… – ей совершенно не хотелось снова встречаться с ним в гостинице, поэтому Любаша соврала – у неё была вторая смена.
– Жаль… Завтра после обеда я уезжаю.
– До свиданья, – с облегчением от того, что они, действительно, больше не увидятся, сказала Люба в закрывающуюся дверь.
Дома она хотела прошмыгнуть мимо матери в свою комнату и сразу лечь, но Тамара Васильевна преградила ей путь.
– Где ты была? – её глаза буравили осунувшееся лицо дочери.
– Как где? На работе.
– После работы. Где ты была целых полтора часа?
– Мама, я же сказала – заходила в магазин.
– В какой? – тоном следователя продолжала допрашивать мать.
– Ты что, будешь теперь контролировать каждый мой шаг? – обойдя, наконец, Тамару Васильевну, Люба вошла в свою комнату и включила свет.
– Буду! – входя следом, кивнула та, – И не только шаг, я теперь буду контролировать каждое твоё движение!
– Ты ещё на работу за мной приходи, – невесело усмехнулась Люба.
– Надо будет – приду! – отрезала мать, – Если только узнаю, что ты снова с этим своим Даниилом встречаешься, пеняй на себя!
– Успокойся… – отвернувшись, чтобы та не увидела выступившие на глазах слёзы, тихо ответила Любаша, – С ним я больше никогда не буду встречаться…
***
Всю следующую неделю Люба приходила в себя. Она с трудом ходила на работу, выполняла свои обязанности, стараясь как можно меньше общаться с коллегами, а вернувшись домой, уединялась в своей комнате. Мать её почти не донимала, и Любе иногда приходила в голову мысль, что её подавленное состояние по душе Тамаре Васильевне. Убедившись, что дочь прочно засела дома и ни с кем не встречается, мать окончательно успокоилась.
Любе и вправду никуда не хотелось, да, собственно, ходить ей было некуда. Близкой подруги, кроме сестры, она не имела, а одноклассницы, с которыми она иногда пересекалась, чтобы посетить какое-нибудь мероприятие, сейчас были ей почему-то неприятны – Любаше казалось, что, по сравнению с ней, девушки устроены и счастливы, и только и ждут случая, чтобы посмеяться над её неудачами.
Единственным человеком, с кем она сейчас поговорила бы с радостью, была её родная сестра Вера. Но, зная, что мать будет недовольна любой её отлучкой, Люба всё откладывала визит к сестре, ограничиваясь телефонными звонками. Она всё рассказала Вере… И про то, как Даниилом заинтересовалась московская продюсерша… и про то, как он решил бросить её окончательно и, чтобы оправдать себя, обвинил её, Любашу, во всех грехах… Она не рассказала только о том, как её изнасиловал Илья, и что сделал он это по просьбе самого Дани.
Вера, как могла, утешала сестру, но Любаше хотелось поговорить с ней не только по телефону…
К её искренней радости, в ближайший выходной Вера сама приехала в родительский дом.
– У меня к тебе дело… – воспользовавшись тем, что Тамара Васильевна занялась единственной внучкой, Вера позвала Любашу в её комнату.
– Что-то случилось? – прикрыв дверь, Люба уставилась на сестру.
– Пока нет, но может… – та многозначительно поджала губы.
– Что?
– Ты все вещи от тёти Оли забрала? – присев на кровать, Вера чуть наклонилась вперёд, чтобы её было лучше слышно.
– Нет, – покачала головой Любаша, – я вообще ничего ещё не забирала. Да там, собственно, вещей моих мало. А что?
– Ты должна будешь поехать к ней, как будто за вещами…
– Когда?
– В следующую субботу. Только раньше не вздумай, хорошо?
– Хорошо… – Люба непонимающе смотрела на сестру, – А почему именно в субботу? И что за таинственность?
– Сейчас всё объясню. Но сначала… Ты не просто должна будешь туда поехать, а остаться ночевать…
– Так меня мать… – Люба хотела сказать, что мать не пустит её сейчас никуда, тем более, с ночёвкой, но Вера перебила её на полуслове.
– Любаша, у меня вся надежда только на тебя!.. – сестра казалась очень взволнованной, – Сестрёнка, выручай! Знаю, что тебе сейчас тяжело, всё знаю! Но, кроме тебя, мне никто не поможет!
– Так что случилось-то?! – Верина взволнованность и тревога передались и Любе, – Вер!.. Что?!
– В следующую субботу в Серёгиной школе вечер выпускников… Понимаешь?
– Н-нет… – Люба растерянно покачала головой.
– Люб, ну, ты что?! Следи за ходом моих мыслей – в Серёгиной школе ве-чер вы-пус-кни-ков! – Вера нарочно произнесла эти слова по слогам, – Дошло?!
– Не-а…
– Люб, ну, ты что, совсем отупела?! – сестра заметно нервничала, – Все одноклассники будут собираться! Усекла?! И Наташка его тоже приедет! Неужели не дошло?!
– А… теперь дошло… – кивнула Люба, – Подожди… Наташа?! Она мне не говорила… Ну, когда из больницы меня забирала, я же у них дома была… Она ничего не говорила, что приедет сюда…
– Вот видишь! – Вера прицокнула языком, – Не сказала! Хотя знала, что приедет!
– А ты откуда знаешь? Серёжка сказал?
– Скажет он, как же… – Вера недоверчиво хмыкнула, – Вика проговорилась. Мы с ней вчера в супермаркете встретились, она и спросила, знает ли Серёга про вечер выпускников. И сказала, что оргкомитет пригласил Морозову выступить. Якобы, хотели пригласить всю их группу, но у них такой гонорар, что наш бюджет не потянет. Ну, и решили одну Морозову – та, как выпускница, за небольшой гонорар согласилась дать концерт.
– Странно… Почему она мне не сказала?
– Ничего странного. Потому и не сказала, чтобы меньше свидетелей было. Ты же не из их школы.
– Ну, хорошо… – Люба вернулась к нити разговора, – А зачем мне нужно ехать к тёте Оле?
– Чтобы проследить… Люб, ты как маленькая! Как думаешь, куда они с вечера поедут?! Не к нам же домой!
– Кто?.. – Люба снова непонимающе уставилась на сестру, – Кто и куда поедет?
– Серёга с ней… Ну, сама подумай… Они встретятся… она песенки там попоёт и что, мирно разойдутся? Да как пить дать поедут в их дом! Там же никого, ты что, ещё не поняла, что я хочу тебе сказать?!
– Теперь поняла… Ты хочешь, чтобы я всю ночь бегала проверять – привела она к себе Серёгу или нет?! – впервые за все эти дни Любаша выдавила из себя подобие улыбки, – Вер, но это же несерьёзно!
– Это тебе несерьёзно! А мне очень даже серьёзно!
– Господи, Вер… Глупости.
– Это тебе – глупости! Ты даже представить не можешь, что я сейчас переживаю!
– Да уж… – Люба угрюмо опустила голову, – Не могу…
– Не можешь! Твой Даниил не был твоим мужем, понимаешь?!
– Не напоминай… пожалуйста…
– Ну, прости… – Вера быстро встала и, подойдя к сестре, присела перед ней на корточки и взяла за руки, – Любочка, прости… Ну, помоги мне… Пожалуйста, помоги!..
– Ну, хорошо… – шмыгнув носом, кивнула Люба, – Ладно… Только я не знаю, как у матери отпроситься. Она же не отпустит с ночёвкой…
– А мы ей скажем, что ты у меня ночуешь! – Вера перешла на шёпот, – А с Ольгой Павловной я сама поговорю, что-нибудь придумаю, чтобы она тебя матери не сдала!
– Ладно… Только как я пойму, что они – там?..
– Так свет будет гореть! Из кухни Ольги Павловны виден кусочек дома Смольниковых, как раз тот, где у них зал… Всё равно они свет будут зажигать!
– Ну, ладно… – уже более охотно кивнула Люба, – Если что, я и выйду, погуляю неподалёку.
– Да! – Вера зачем-то оглянулась на дверь, – Прогуляйся, когда Ольга Павловна уснёт! Обычно такие вечера к полночи заканчиваются, а Наташка всё равно домой ночевать пойдёт!
Проводив сестру, Люба почти сразу улеглась в постель. Идея Веры проследить за Сергеем, которая в первый момент ей совершенно не понравилась, теперь показалась вполне уместной. Ещё недавно, живя на квартире у Ольги Павловны, Любаша никак не решалась завести с той один разговор… Теперь же, пережив сразу несколько потрясений, она вполне созрела для этого разговора.
К тому же, случай выпадал подходящий.
***
Узнав, что Любаша хочет провести ночь с субботы на воскресенье у Веры, Тамара Васильевна «завелась» на добрых три часа, напомнив младшей дочери обо всех её ошибках – к месту и не к месту. Однако, по окончании монолога, всё же дала своё родительское согласие.
Приехав сначала к сестре, Люба с любопытством наблюдала, как Сергей собирается на школьный вечер. Судя по тому, как тщательно он укладывал свои короткие светлые волосы и выбирал рубашку, можно было сделать вывод, что внешний вид сегодня имеет для него огромное значение. Вера ничего не сказала ему о том, что Люба собирается ехать к его матери на ночь глядя, и позвонила свекрови лишь после его ухода.
– Сейчас девять… – посмотрев на часы, Вера перевела взгляд на сестру, – Вот, после десяти и поедешь. Такси тебе я вызову. Тёте Оле я позвонила, она будет тебя ждать. А насчёт переночевать – ты сама придумай что-нибудь, а она только рада будет! Пока поговорите, пока она спать пойдёт… Как раз и полночь!
– Знаешь… Если честно, мне как-то неловко следить за Наташей. Она мне уже столько раз помогала! – Любаша осторожно посмотрела на сестру, – Как-то нехорошо.
– Странная ты, Люба… – пожала плечами Вера, – Разве ты ей что-то плохое делаешь? Да и следить ты будешь не за ней, а за Серёжкой. К тому же, она ни о чём не узнает.
– Всё равно нехорошо… Она мне помогла…
– Да чем она тебе помогла?! Денег дала? Мы всё вернули! Песню твою они записали? Так это не она, а муж её записал… Значит, ты ему сейчас услугу делаешь – будешь следить за моральным обликом его жены!
– У них – любовь… – уже в который раз напомнила Люба.
– Да нету никакой любви! – Вера неожиданно перешла на крик, – Нету, пойми! Это – лицемерие! Это до свадьбы кажется, что – любовь! А потом начинаются будни, а это уже другая история! Нет любви! И не бывает! Ты сама сейчас попробовала эту самую любовь – ну, и что?!
– Но ты же сама с Серёжкой…
– Да! И я с Серёжкой! Видишь, как мне весело?! И где она, любовь?!
– Как же тогда жить?
– Очень просто! Не повторять чужих ошибок! И своих – тоже…
***
Ольга Павловна искренне обрадовалась Любаше, с которой не виделась уже около четырёх недель – с того самого дня, как Люба уехала вместе с Даниилом на конкурс. После возвращения Любу увезла домой её мать, и девушка никак не могла выбрать время, чтобы навестить Ольгу и забрать от той свои вещи. Теперь же, отправившись к ней по просьбе Веры, она и сама была рада встрече – Ольга Павловна относилась к ней как к родной дочери.
Свой поздний визит Люба объяснила тем, что пришла с работы уже под вечер, и что оставшиеся в доме Ольги вещи ей срочно понадобились. Проситься на ночлег ей даже не пришлось, Ольга Павловна сама предложила переночевать в её доме. Накрыв на радостях стол, она усадила за него Любашу и сама присела напротив.
– Скучно мне без тебя, Любочка! – женщина подвинула тарелку со свежеиспечёнными оладьями поближе к гостье, – Приходи ко мне почаще, а то и снова живи!
– Меня мать теперь никуда не отпускает, – усмехнулась Любаша, – полный контроль.
– Да, Тамара и мне звонила, ругала меня… – Ольга махнула рукой, – Я ссориться не стала, но сказала ей, что ты уже взрослая. Строгая она у вас, но, что поделаешь, она – мать, и она права.
– Да, наверное… – Любаша опустила глаза, – Да мне и самой сейчас никуда не хочется.
– Ты в больницу-то чего попала? – Ольга Павловна участливо посмотрела на Любашу, – Я у Веры не стала выспрашивать… Неловко было. Аборт сделала?
– Выкидыш… А вы откуда знаете?
– А мне и знать не надо. Я с лица твоего сразу увидела. У женщин после аборта лицо другое.
– Какое? – удивлённо уставилась на неё Любаша.
– Другое, – повторила Ольга, – я за свою жизнь насмотрелась. Ко мне многие приходили…
– Зачем?
– Сначала – чтобы помогла от ребёнка избавиться…
– К вам?! Можно ведь в больнице…
– У каждой свои обстоятельства. Несчастная любовь, родители строгие, или муж в командировке, а жена подгульнула… Только ведь я никогда в этих делах помощницей не была.
– И что потом?.. – Любаша смотрела теперь с нескрываемым любопытством, – Куда они потом шли? В больницу?
– Кто как… Некоторые так и оставляли ребёнка, некоторые в больницу шли… А некоторые – снова ко мне, после подпольного аборта, чтобы помогла кровотечение остановить.
– Вы помогали?
– А как же. В этот раз помогала. Да эти ко мне снова приходили, уже через годы…
– Зачем?..
– Чтобы помогла. Забеременеть не могли.
– И помогало?
– Помогало! – охотно кивнула Ольга, – Я и тебе сейчас травку дам. Попьёшь для профилактики!
– Мне бы лучше что-нибудь от любви… – опустив голову, тихо произнесла Любаша.
– От любви?.. – Ольга Павловна удивлённо приподняла брови, – Да зачем же тебе, такой молодой, от любви?! Ты что, с Данилкой поссорилась?
– Он меня бросил… – Люба подняла на неё глаза, – Тётя Оля… помогите мне!..
– Господи!.. – та всплеснула руками, – Да что ж такое случилось?! Такой парень хороший, уважительный…
– Он – урод… – всё, утихшее, было, в душе, снова нахлынуло, накрыло с ног до головы горячей волной, – Тётя Оля… пожалуйста… Я жить не хочу!
– Да моя ты хорошая… Не надо так говорить! Что ты?!
– Не хочу… – Люба обеими ладонями стирала со щёк слёзы, – Не хочу жить… помогите…
– Да чем же тебе помочь?! – в голосе Ольги слышалось искреннее участие и жалость, – Всё пройдёт, Любушка, пройдёт!
– Скажите, что нужно выпить, чтобы забыть его… Пожалуйста! Ведь есть такое средство – отворотное!..
– Любушка, да не занимаюсь я этими делами!..
– Тётя Оля… вы мне только скажите… Я сама всё достану! Вы только скажите, что нужно для этого! Я же не приворот прошу сделать… И не для кого-нибудь, а для себя…
– Да что ж так тяжко-то тебе?..
– Тяжко… – всхлипывала Люба, – Сил нет… Знаю, что он – урод… А ничего не могу с собой поделать, люблю… Он мне такую подлость сделал, а я всё равно забыть его не могу… Если бы позвал снова – ведь пошла бы!..
– Скрутило же тебя… – Ольга погладила Любашу по голове, – Знаю я такое… Это хуже приворота, такая любовь.
– Помогите?.. – Любаша снова подняла на Ольгу умоляющий взгляд, – Тётя Оля, пожалуйста!.. Я ведь не выдержу… Уже один раз хотела снотворного купить и напиться…
– Да что ты, что ты!.. – та испуганно замахала на неё рукой, – И думать о таком не смей!
– Я не думаю, а оно само накатывает…
– Ладно… – Ольга Павловна вздохнула, – Помогу я тебе… Сейчас, посиди немного…
Оставшись одна, Люба ещё раз вытерла ладонями мокрое лицо. Она хотела сегодня поговорить с Ольгой на эту тему, но даже не ожидала, что обида и боль нахлынут с такой силой. Она даже чуть не забыла об истинной цели своего визита и взглянула на часы – они показывали почти одиннадцать вечера.
– Держи, – вернувшись в кухню, Ольга Павловна протянула Любе небольшую стеклянную банку, закрытую завинчивающейся крышкой и наполовину заполненную какой-то измельчённой высушенной травой.
– Что это? – Люба осторожно приняла в руки банку.
– Это трава. Названия я тебе не скажу, не обижайся, Любаша. И тут только на одну заварку. Заваривать нужно крутым кипятком, до краёв этой банки.
– Спасибо… – Люба подняла благодарный взгляд, – Спасибо, тётя Оля…
– Подожди… – та подняла вверх указательный палец, – Это не всё. Заварить мало, нужно ещё кое-что.
– Что? Вы скажите, я всё сделаю…
– Нужен волос человека, которого хочешь разлюбить.
– Волос?.. – Любаша растерянно посмотрела на содержимое банки, – А как я его теперь…
– Вот этого я не знаю, – Ольга развела руками, – но без волоса не поможет.
– А, если я достану волос?.. Тогда что нужно сделать?
– Если достанешь, то ты должна его сжечь над этим отваром, так, чтобы частички пепла попали в него. Ты их почти не увидишь, но они туда попадут. Когда всё сделаешь, закрутишь крышку и поставишь в тёмное место на сутки.
– А потом?..
– Потом процедишь через марлю, отожмёшь, выжимки положишь на салфетку, а отвар выльешь назад, в банку. Пить нужно будет раз в день, на ночь, по две столовых ложки. Можешь добавлять в чай.
– А сколько пить? – Любаша слушала, затаив дыхание.
– Пить – пока не кончится. Обычно хватает на неделю. А выжимки высушишь и сожжёшь, пепел на улице развеешь.
– И что… я смогу его разлюбить?..
– Постепенно забудешь. Теперь и я чувствую, что Даниил – не твой человек. Теперь я в этом уверена. Поэтому и помогаю. Иначе бы не стала. Только ничего не забудь и не перепутай!
– Не забуду… – Люба не отрывала глаз от заветной банки, – только бы помогло…
Неожиданный дверной звонок заставил вздрогнуть обеих женщин.
Господи… – испуганно прижав руки к груди, Ольга Павловна посмотрела на Любу, – Кто это так поздно?..
Пока она ходила открывать поздним гостям, Люба вышла в комнату и торопливо спрятала банку с травой в свою сумочку. Вернувшись в кухню, изумлённо прислушалась к доносившимся с веранды радостным возгласам. Но настоящее изумление она испытала, когда неожиданные гости переступили порог дома…
– Господи, а я-то думаю, кто там?! – Ольга Павловна широко открыла дверь, пропуская вперед себя Сергея, Наталью Морозову и молодого парня, в котором Любаша узнала Антона, записывавшего её фонограмму в «Творческой деревне» Морозовых.
– Здра-а-а-сьте! – нараспев протянула Наташа, войдя в прихожую, – Ой!.. Люба!..
– Здрасьте… – Любаша немного смутилась при виде Сергея, но тут же взяла себя в руки, – Вот так встреча!
– Ты чего не сказала, что к маме поедешь? – тот удивлённо уставился на девушку, – Ты же у нас собиралась заночевать.
– А я… Мне вещи срочно понадобились, – Люба заученно повторила легенду, заготовленную заранее, – Пришлось ехать, а тётя Оля предложила переночевать.
– Да ладно тебе, – Наташа шутливо дёрнула Сергея за рукав куртки, – какая разница, зато мы увиделись, правда, Люба?
– Да… – Любаша и вправду была рада увидеться с Натальей, – А вы… ты как здесь…
– Так мы на вечер встречи выпускников приезжали! – Наташа скинула с себя шубку и тут же принялась расстёгивать куртку Антона, – Раздевайся, не стесняйся, это – тётя Оля, она – самая добрая на свете!
– Да я не стесняюсь… – парень, тем не менее, покрылся густым румянцем, – Здрасьте…
– Мы приехали как артисты, – оставив Антона, Наташа обернулась к Ольге, – мы – это я и Антошка, Дима его послал со мной как звукорежиссёра… А Алинка приехала как выпускница…
– А что, и Алина здесь? – Ольга Павловна радостно всплеснула руками, – А где она?
– Она в школе, отрывается, – рассмеялась Наташа, – а мы решили вас навестить, пока она там…
– А сама… Чего не осталась потанцевать?..
– Тётя Оля… – Наташа улыбнулась как-то печально, – На меня никто не смотрит как на одноклассницу… Все смотрят, как на артистку, и вопросы задают соответственно… Сколько зарабатываю, с кем из звёзд шоу-бизнеса знакома… какая у меня квартира, ну, в общем, я просто-напросто сбежала. Антошке там неинтересно, а Серёжка сам с нами приехал!
– Ну, и правильно, – закивала Ольга, – сейчас я вас всех накормлю… Только как потом Алина?.. На такси страшно ночью…
– Какое такси! – снова засмеялась Наташа, – Она тут с мужем! Вот Ванька сразу влился в праздник, нас привёз и – назад, на дискотеку! Мы все приехали на его машине. Сейчас дождёмся Алинку, и – назад, домой.
– И даже не погостишь?.. – огорчённо спросила Ольга, – Хоть бы до утра остались!..
– Не можем, тётя Оля, – Наташа виновато улыбнулась, – завтра вечером улетаем на гастроли. Меня Дима еле отпустил.
– А с кем детки?
– Валера с нами летит, а Аню с няней оставляем. Да мы на один день… Кстати, – Наташа повернулась к Любе, – мы на днях вспоминали с Димой о тебе.
– Обо мне?! – изумилась Любаша.
– Да, о тебе. Девушка, которая работала с нами, бэк-вокалистка, ушла в декрет. Вот, если бы ты жила в нашем городе, мы бы тебя пригласили.
– Меня?!
– Ну, да. У тебя нет возможности переехать? В смысле найти жильё?
– Н-нет… – Люба ответила не совсем уверенно, – Я даже не знаю…
– Ну, ты подумай. Я как раз хотела тебе позвонить, после поездки. А вот – встретились… Правда, у нас ты много не заработаешь. На жизнь хватит, но вот на жильё – вряд ли. Нужно будет ещё где-то подрабатывать.
– А где?..
– Ну, вариантов много… Если надумаешь, позвони, мы всё обсудим.
…Сказать, что она была ошарашена таким предложением, значило не сказать ничего. Мечты уехать в Москву Люба давно уже оставила – на все её попытки послать свою запись, продюсерские центры либо не отвечали, либо предлагали поучаствовать в платных кастингах и конкурсах. К себе её так никто и не пригласил… Молчал и Платов. Она, ещё недавно воодушевлённо говорившая Даниилу, что их ждёт столица, теперь ужасно обрадовалась предложению Морозовой. Она была готова согласиться уже сейчас, но, понимая, что нужно подумать и посоветоваться с Верой, промолчала.
В то же самое время, слушая Наташу, Люба не могла не заметить взглядов, которые бросал на неё Антон… Его интерес к ней она заметила ещё тогда, в декабре, когда он записывал её песню… Но тогда все её мысли были заняты одним Даниилом…
Неожиданные гости пробыли у Ольги Павловны недолго – вскоре подъехал автомобиль, из которого выпорхнула сводная сестра Морозовой – Алина и, едва поздоровавшись с бывшей соседкой, забрала своих попутчиков, а заодно и Сергея, которого Иван должен был довезти до дома, даже не оставшись на ужин.
Проводив гостей, Люба вместе с Ольгой Павловной отправилась спать. Наташино неожиданное предложение застало её врасплох, и она была этому очень рада – оно отвлекало её от тяжёлых воспоминаний. В то же самое время она радовалась ещё и тому, что ей не пришлось шпионить за Сергеем.
***
Утром, распрощавшись с Ольгой Павловной, она села в такси и отправилась к Вере. Решив успокоить сестру, она в подробностях рассказала той о встрече с Морозовой и её спутниками и их быстром отъезде.
Люба не знала, говорить ли сестре о том, что Ольга дала ей отворотное зелье – ведь Вера сама не раз просила об этом свекровь, но безуспешно. Решив пока промолчать, Люба задумалась о том, как ей теперь заполучить волос Даниила. Идти к нему на работу?.. Это было невозможно. Ждать случайной встречи?.. А потом?.. Не будешь ведь дёргать его за волосы… Она пожалела о том, что в своё время не отрезала у него прядь… А ведь хотела – просто так, на память…
Что-то нужно придумать… Но что тут придумаешь, если даже малейшее воспоминание о нём отзывается в её сердце мучительной болью…
И, всё-таки… всё-таки она должна это сделать… Ради того, чтобы потом жить спокойно…
Люба вдруг поймала себя на мысли, что она боится того, что собирается сделать…
Она боится его р а з л ю б и т ь!
Нет… с этим нужно как-то заканчивать. Она должна раздобыть его волос…
Тётя Оля знает, что делает. Она, Люба, сама видела, пока жила у той на квартире, как приходили люди – и утром, и в обед, и поздно вечером… Многие приезжали издалека, чтобы обратиться к знаменитой травнице… Если Ольга Павловна сказала – значит, это средство поможет!
Нужно только раздобыть волос Даниила…
…Вечером того же дня, соврав матери, что ей нужно купить выписанное врачом лекарство, Люба вышла из дома и, дойдя до остановки, села в автобус. Ночной клуб, в котором любили зависать Даниил с Ильёй, находился на окраине городка и, доехав до нужной остановки, она вышла и торопливо пробежала к одиноко стоящему в конце улицы двухэтажному знанию.
Вход в клуб был свободным, и Любаша без проблем оказалась внутри. Пробежав глазами по веселящейся толпе, она узнала в одном из молодых людей Илью – тот стоял в обнимку с какой-то девушкой. Обида с новой силой всколыхнулась в груди, но она подавила её усилием воли и снова оглянулась в поисках Даниила.
Его нигде не было видно. Пробежавшись по периметру зала, Люба заглянула в бар, но его не было и там… Отчаянно закусив губу, она решительно направилась в сторону Ильи.
– Где Даня? – не поздоровавшись, она пристально посмотрела тому в глаза.
– В смысле? – Илья удивлённо уставился на Любу.
– Где он? Он здесь?
– Нет… – Илья пожал плечами.
– А где? Ты не знаешь?
– Знаю.
– Где? – Люба спрашивала отрывисто, после каждого слова поджимая губы.
– В Москве, – усмехнулся Илья, – ты что, не в курсе? Даня в Москву укатил, к Сафоновой.
– Когда?.. – Любаша почувствовала, как ноги становятся ватными.
– Позавчера, кажется.
– Надолго, не знаешь?
– Насовсем. Смотри теперь его на первом канале!
Глава 15.
Интерес, который вызвал Даниил у московской шоувумен Аллы Сафоновой, изначально предполагал его отъезд для участия в её проекте, но Люба не думала, что уедет он так скоро. Она снова и снова ощущала буквально физическую боль в груди, когда думала о нём. Даже его очевидная подлость не смогла вызвать в её душе ненависти к нему… Мысль о том, что его больше нет в городе, и что он сейчас со своей новой любовницей в Москве, занимается крутым проектом, очень мучила Любашу. Она понимала, что Даниил потерян для неё навсегда. Сейчас там, в Москве, для него открываются новые творческие возможности, совсем скоро к нему придёт известность, а она так и останется в своей провинции, брошенная и забытая им окончательно.
Она тоже хотела бы всё забыть, но… Она так и не смогла добыть его волос – с его отъездом эта затея стала абсолютно невыполнимой…
Она обречена…
Теперь ей придётся жить с этой болью. Жить, не зная, когда наступит облегчение, да и наступит ли оно вообще.
Проснувшись через несколько дней утром, она вдруг ощутила жуткое желание совершить какой-то поступок… что-то такое, что помогло бы ей доказать всему миру, а, заодно и Даниилу, что она, Люба, многого стоит! Закрыв глаза, она вдруг представила себе, как однажды она приезжает в Москву на гастроли… Она – уже довольно известная певица, Любовь Пучкова… Она выступает на больших площадках, и её имя не сходит с верхних позиций всяких рейтингов…
…Вот она выходит из гримёрки и в сопровождении своих музыкантов следует на сцену… Сегодня она участвует в сборном концерте. Она идёт по коридору и… неожиданно встречается с ним – Даней… н только что выступил и тоже идёт – ей навстречу… Она стремительно проходит мимо, но чувствует спиной, как он, обернувшись, долго смотрит ей вслед…
Люба так ясно представила себе эту картину, что невольно заулыбалась.
Да. Так и будет! Она сделает всё возможное и невозможное, чтобы пробиться на большую сцену. Она просто обязана сделать это, только ради того, чтобы однажды почувствовать спиной этот его взгляд… Взгляд, полный сожаления и… восхищения.
…Звонок будильника вернул в серую реальность. Пора было вставать и собираться на работу – в свою гостиницу.
Все эти дни Люба думала о предложении Натальи Морозовой. Если бы она жила там, в областном городе, она не сомневалась бы ни на минуту, соглашаться или нет. За ту неделю, что прошла с момента их встречи, сама Наташа звонила ей дважды. Её предложение было ещё в силе, но на принятие Любой решения оставалось совсем немного времени – замена уходящей в декретный отпуск бэк-вокалистке была нужна уже в ближайшие дни.
Одной из причин Любашиной нерешительности был страх перед матерью. Люба даже не могла представить, как отнесётся Тамара Васильевна к её решению уехать… На материальную помощь родительницы, даже на первых порах, рассчитывать вообще не стоило.
