355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Энжи Собран » Не обольщайся! (СИ) » Текст книги (страница 1)
Не обольщайся! (СИ)
  • Текст добавлен: 8 марта 2022, 03:37

Текст книги "Не обольщайся! (СИ)"


Автор книги: Энжи Собран



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Не обольщайся!
Энжи Собран

Пролог

Звонко гремели барабаны. Вокруг ликовала толпа. Их вывели на площадь перед сильными мира сего, как каких-то осужденных преступников. Она и чувствовала себя преступницей. Преступницей обманывающей всех вокруг себя. Преступницей осмелившейся пойти против воли отца. Преступницей, не пожелавшей стать разменной монеткой в битве династий. Преступницей укравшей чужую ночь любви и самостоятельно распорядившейся своей девственностью, кровью и силой. Преступницей укравшей еще не рождённого наследника. Преступницей тайком прокравшейся в этот мир…

– Варяне! Мы собрались здесь, чтобы поприветствовать этих пять чудесных эйри, присланных нам нашей Богиней, чтобы минимум пятнадцать из нас обрели семью, – поднявшись со своего трона, начал вещать один из мужчин грозный, высокий, широкоплечий. – Пять прекрасных избранниц разделят свою жизнь с кем-то из вас и лишь сильнейшие станут достойными. И если кто-то хочет возразить – пусть говорит сейчас или молчит вечно.

И она не сдержалась. Сделала шаг вперед и притихла, чувствуя себя странно обнаженной под этими пронизывающими оценивающими мужскими взглядами, несмотря на длинное до щиколоток белое платье из тонкой струящейся ткани, что должно было скрывать все ее прелести. Услышала судорожный вздох мужчин и с горечью сожаления вспомнила о зелье, что пила последние несколько лет. Зелье, уродующем ее облик, покрывающем ее тело гнойными наростами.

– Я протестую! – обратилась она к тому, кто по ее мнению распоряжался всем этим. – Я не была призвана вашей Богиней, а пришла сама. Я не девственница, моя магия уже распечатана, и не могу стать чьей-то женой. И я беременна, – в последнем она была не уверена, слишком мало времени прошло, но первая за все время задержка привычных кровавых дней могла быть только беременностью, особенно после той украденной ночи, – и всю мою силу унаследует первый наследник.

На креслах загомонили. Такое было впервые в их практике. Никогда еще девушки открыто не признавались в грехе, никогда не отказывались от мужчин, их силы и богатства их рода…

– Не присланные Богиней не могут ступить на Варяни, – молвил самый старый из них, размахивая посохом.

– Но кому она нужна порченная? – возразил более молодой, окидывая взглядом соблазнительное, проглядывающееся под тонкой тканью тело. – Только в дом Греха…

Ряды загомонили и зашептались. Тут и там доносились то сочувствующие, то торжествующие возгласы…

– Я готов сразиться за нее, – громкий и уверенный голос разорвал кошмарный гул и вперед выступил мужчина.

Высокий, мужественный и удивительно красивый брюнет, не взирая на белеющий на лице шрам.

Притихшая было толпа, снова зашептала. Возбужденно. Встревоженно.

– Ты, Себастиан Диеро, готов сразиться за нее как за изру? – спросил все тот же старик.

В ее душе полыхнула тревога. За два дня многого о мире, в котором очутилась волей случая, не узнаешь, но приоткрыть занавес тайны можно. Изра это рабыня, наложница, постельная игрушка высокого лорда, не достойная чего-то большего кроме тряпок, что на ней и места у ног хозяина. Изрой делились, ее дарили, сдавали на время, подкладывали под нужного лорда… И сейчас эта участь ждала ее. Она сама не заметила, как затаила дыхание, в ожидании ответа лорда.

– Нет, лорд Гриффит, как за эйри, – все тот же спокойный и уверенный голос, словно и не решил он только что ее судьбу, разом возвысив до лордов.

Толпа снова зашушукалась, возбужденно обсуждая произошедшее.

– Я готов сразиться за нее, – традиционная фраза, произнесенная громким бархатным голосом, вызвала новый виток обсуждений в толпе, а когда сказавший шагнул вперед, гомон превратился в непрекращающийся гул, – Как за эйри. – добавил он и улыбнулся ей так тепло и чарующе, что все тревоги разом вылетели из ее головы.

– Я готов сразиться за нее, – шагнул вперед третий и встал рядом с двумя вызвавшимися первыми.

Она смотрела на них – молодых, красивых, высоких, знатных, привыкших повелевать и добиваться своего и не понимала… Не понимала, зачем им она, когда рядом с ней есть еще четыре красавицы – невинные, чистые. И судя по тому, как лежат руки на эфесе их мечей, как уверенно, расслабленно и даже вальяжно стоят они перед воинственной толпой, любая в которую ткнет пальцем один из них, станет его. Потому что вмиг притихшая толпа все же донесла до нее пару шепотков о лучших воинах мира.

– Что ж ситуация неоднозначна, но если ни у кого нет возражений, то девушка отдается лордам Себастиану Диеро, Рейндалу Сефрису и Брендену Макландеру, как эйри.

Дальше она не слышала. Хотя старик и вещал, что-то про обряд, который они пройдут вечером вместе со всеми. Слышала только, как одна из девушек зло шепнула: «Везет же некоторым», а вторая пробормотала что-то о том, что дом Греха, возможно, был бы лучшей альтернативой, чем эти трое.

Напряжение минувших дней, паника, сдерживаемая усилием воли в эти долгие дни, разом отхлынули, а на их место пришла слабость. Она покачнулась и тут же ощутила, как сильные пальцы поддержали ее, подхватили, поднимая на руки. Взглянула в глаза державшего ее на руках мужчины и не смогла сдержать вопрос:

– Почему?

– Ты смелая, красивая, умная и рисковая, – сказал он ей и улыбнулся, тепло и открыто. – Ты мне нравишься.

– Но я…, – произнести брошенное стариком «порченная» сил у нее не хватило, и она сказала другое, – беременна.

– Мы слышали, – ответил ей шатен, второй из выбравших ее, оказавшийся тут же рядом. – И это значит только одно – у нас совсем скоро будет сын и наследник, а может быть дочь, если очень повезет и нам будет явлено чудо.

– Но я… замужем, – пробормотала она.

И тут же увидела, как полыхнули черные глаза третьего:

– Не обольщайся! Ты теперь наша и никто тебя не отпустит. А муж… Если он когда-нибудь придет в наш мир, то смирится.

Окруженная этими тремя, скрывшими ее от толпы, и ставшими ее надежной стеной в этом мире со своими правилами, она, пожалуй, впервые за последние несколько недель вздохнула спокойно и криво усмехнулась:

«Вот уж действительно ирония Леди Судьбы – сбежала от одного навязанного мужа и получила сразу трех, более молодых, но таких же навязанных. Разница только в том, что первого навязывал отец, а вторых Леди Судьба».

Она рассмеялась истерично. Делая шаг вперед, ей хотелось избежать этого странного тройного замужества принятого в этом чужом мире, она даже была готова смириться с альтернативой – домом Греха, надеясь, что дотерпит до того времени, когда ее сил хватит на еще один ритуала переноса. А теперь…

Что будет теперь, если уже вечером их свяжут узами брака и они закрепят их на алтаре, как того требуют традиции? Сможет ли она уйти или останется тут, навсегда привязанной к этому миру и этим мужчинам? А вдруг ей ни в одном мире не будет покоя и женщины везде лишь способ утвердить власть мужчины? И ребенок? Что будет с ним, если она и правда беременна? Ребенок Джея… Наследник. Он же почувствует наследника и придет. Что будет тогда?

Все эти вопросы рождали страхи и панику перед неизвестностью. Ту панику, которую она не испытывала ни тогда, когда бежала из дома, ни тогда, когда открывала портал переноса. Ту панику, что захлестнув ее сейчас, вынесла из головы все мысли, смыла чувства, и погрузила в звенящую тишину, оставляя пустую оболочку в руках вызвавшихся мужей.

Глава 1. Отчаянная

Мириэль Джураль

Неяркое пламя факелов отбрасывало причудливые тени на стены темных коридоров, пугая и завораживая. Неслышно крадучись в темноте, я пробиралась в гостевое крыло. В комнату того, кто пять лет назад дал мне слово, и у кого этой ночью я была намерена потребовать его исполнения.

Чьи-то голоса заставили меня зябко поежиться и ускориться. Страх, быть пойманной и остановленной, страх, что меня принудят выполнить волю отца, был велик.

Но еще большим был страх перед ним. Нет, я давно перестала бояться, что он меня прогонит, зная, что слово герцога Селидера нерушимо, даже если это слово дано глупой девчонке в деревенской таверне. Нет, больше всего я боялась его ненависти, зная, что принуждаю его поступить так, как он бы никогда не поступил, зная, что требую то, что мне не принадлежит.

Мне так хотелось быть счастливой, перед тем как моя жизнь превратится в ад. Впервые урвать свой кусочек любви, пусть даже и на несколько минут, до того как через три дня меня свяжут клятвой и отдадут мое тело старику.

Не задерживаясь у двери, боясь передумать, бесшумно отворила ее и шагнула внутрь. Замерла, переводя дыхание и привыкая к темноте.

– Я помниться никого не звал, – бархатный голос прорезал тишину.

– Не звали, – еле выдохнула я, чувствуя, как срывается голос, и отыскивая его взглядом.

Он стоял у камина, держа в руке бокал с янтарной жидкостью, и я на миг засмотрелась тем, как играют сполохи огня на его лице, преломляясь сквозь напиток.

Пристальный взгляд синих глаз заинтересовано скользнул по моей закутанной в плащ фигуре.

– Чем могу быть полезен, леди? – ледяные нотки в голосе, заморозили бы любого, возможно даже меня, если бы еще раньше все мои чувства не заморозил окружающий мир, оставив место лишь страху и ненависти, скрывающим под собой всю мою любовь к этому невозможному мужчине.

Скинула плащ, оставаясь в кружевной ночной рубашке, такой не похожей на мои остальные. Эту рубашку по заказу матушки сшили для моей брачной ночи, вот только моему жениху, никогда не увидеть меня в ней.

Решимость родилась в сердце, и я сделала шаг вперед, завороженно следя за потемневшим синим взглядом. Еще пара шагов на непослушных ногах и я с видом прожженной шлюхи, забираю бокал из сильных рук, делаю глоток и задыхаюсь от того, как режет горло этот напиток, усилием воли сдерживая желание закашляться. Ему не стоит знать, что я играю роль и опыта в соблазнении у меня всего пару наблюдений за отцовской любовницей.

– Вы мне когда-то обещали, что если я приду, второй раз вы не прогоните и сделаете своей, – прошептала, смотря в бокал на золотые капли. Сделала еще глоток, допивая, и с вызовом встретилась с бушующем в его взгляде океаном: – Я пришла.

– Вижу, – кривая усмешка скользнула по его губам, не оставляя намека на веселье. – И чего вы хотите от меня?

Я стушевалась. Как-то мое воображение не рисовало больше разговоров, после этой фразы.

И снова вспомнила ночь пятилетней давности, когда я напуганной девушкой-подростком предлагала себя этому мужчине. Тогда меня четырнадцатилетнюю кузина Кертис с подругами под предлогом увлекательной вечерней прогулки выманила из пансиона, а потом вдруг все они растворились в сумерках, оставляя меня одну без кареты в жалких лохмотьях в незнакомой деревне. Молоденькая невинная девушка тут же привлекла внимание каких-то зарвавшихся аристократов. И вскоре я уже была насильно водружена на стол в таверне. Я отбивалась, ругалась, плакала испуганно, но платье неумолимо рвалось, подол задирался, и ужас накатывал удушливой волной.

А потом появился он. Герцог Селидер. Кинул пачку денег на стол, подхватил меня, закинув себе на плечо, зло оскалился на какие-то возражения молодцев, чьей игрушкой я уже почти стала, и унес в комнату, приказав принять ванну и ложиться в постель.

Может, я бы испугалась еще больше, но герцога я знала. Он часто бывал в нашем доме, ведь отец считал его подходящей партией для трех своих старших дочерей, а младшая тайком следила за ним, оставаясь на своей детской половине, в те редкие моменты, когда приезжала ломой на каникулы. Кивнув, я безропотно отправилась в купальню и долго сидела в ней, надеясь смыть с себя всю грязь чужих прикосновений. А потом, рассуждая, что герцог явно захочет получить то, за что заплатил, закутанная в полотенце, вернулась в спальню.

Он уже лежал на кровати, и я с легкостью скользнула к нему под одеяло, прижимаясь холодным телом к нему в поисках тепла. Помню, как его руки скользили по моим плечам, спине, ягодицам, как его губы нашли мои губы, и как мгновение спустя все изменилось. Меня буквально отбросили от себя, обозвав глупым ребенком, а на мое сбивчивое признание в любви, ответили, что я еще мала, чтобы об этом судить, и если я когда-нибудь став взрослой повторю свое предложение, он не устоит, и сделает меня своей.

И вот сейчас он стоит и смотрит на меня своими потемневшими холодными глазами, в которых прячется насмешка, рождая мою неуверенность.

Перевела взгляд на его губы, вспоминая сладость его поцелуев: первого, когда мы еще лежали в кровати, и он принял меня за другую, и второго совершенно невинного, когда я уже сидела в его руках, успокоенная и умиротворенная, получившая это обещание и, сделала последний шаг, сокращая расстояние между нами до невозможного.

Потянулась к его губам, неловко, неумело накрывая их своими.

Не знаю, что вынудило его – необходимость сдержать слово или сладость моего поцелуя, но через мгновение я уже лежала на шелковых простынях, окутанная теплом его рук, накрытая его телом.

– Ты уверена, что этого хочешь, девочка? – спросил он, и я только сейчас заметила пьяные огоньки в глазах.

Мне бы отвернуться, уйти и принять то, что будет через три дня, но губы уже давно прошептали твердое:

– Да…

А потом было все то, о чем я даже не смела мечтать – бесконечная нежность на кончиках пальцев, тёплая сладость губ, крепость нежданных объятий. Я таяла в его руках, тонула в его ласках, растворялась в полыхающем огнем взоре. Настолько, что даже не ощутила обещанной боли. Настолько, что в какой-то момент вознеслась возрождённым фениксом к небесам, и обессиленно рухнула обратно.

Проснулась, задолго до рассвета, усилием воли вытягивая себя из охватившей неги. Мой первый мужчина все еще спал. Сейчас расслабленный и умиротворенный он выглядел гораздо моложе и красивее, чем тогда пять лет назад.

– Надо же я второй раз просыпаюсь в твоей постели, любимый. Как бы мне хотелось, чтоб так было всегда, но я не смею надеяться на большее. Спасибо, за то, что стал первым и показал, как это может быть прекрасно. Я постараюсь, чтобы ты, мой любимый, остался единственным, – шептала я, легонько касаясь его губ, и выскальзывая из теплой постели.

Я не стала искать свою рубашку, увидела его и тут же утонула в ней, окутанная его запахом и теплом, накинула свой брошенный у двери плащ и так же тихонько выскользнула из комнаты, как и скользнула в нее несколько часов назад.

Замок еще спал, а когда проснется, четвертой дочери герцога Шавеза в замке уже не будет, как когда-то давно не стало и бродяжки в деревенской таверне.

Глава 2. Побег

Мириэль Джураль

Прокравшись за ворота замка, заурчала, призывая зурха. Путь дальше был спланирован и просчитан заранее, не зря я к этому побегу готовилась целых четыре года. Искала, выясняла возможности. Все было бы проще, если бы не было в моих жалах крови рода. Крови, с помощью которой старший в роду может не только отыскать потерянного ребенка, но и подчинить его, заставить делать то, что нужно. И лишь когда парень проходит обряд посвящения, доказывая свое право на самостоятельную жизнь, а девушка с помощью брачных уз меняет род, лишь тогда глава рода теряет возможность управлять своими отпрысками.

Впервые всю подчиняющую силу крови я ощутила лет в семь. Тогда я закатила истерику отказываясь учить этикет, и весь день провела как послушная кукла, следуя приказу отца слушаться гувернантку. Даже в туалет не могла выйти без ее приказа, а она этим воспользовалась. До сих пор в ушах иногда стоит смех сестер и их друзей и маленькая, скованная чужой волей девочка, не способная удовлетворить свои физиологические потребности без приказа. За то, попав в ловушку, я научилась варить зелье, способное на время приглушить кровную связь. Всего на трое суток, но мне этого было достаточно. Жаль только ингредиенты сложно достать и дорого. Все сбережения ушли на одну порцию.

Светило стояло в зените, когда я решила остановиться и передохнуть. Планируя побег, я рассчитывала к этому времени быть уже у озера, но когда узнала о приезде Джея, не смогла уйти в ночь. Слишком велик был соблазн, слишком большим был страх, что я проживу всю свою жизнь так ни разу и не испытав этого эфемерного чувства – любовь.

Любовь, о которой я только слышала в сказках старой нянюшки. Любовь, которой в нашем мире, словно не существует. Да, и откуда ей взяться, если девушки носители запечатанной силы и ценны именно этим. Хорошо, что маги еще не придумали, как можно измерить эту самую силу в запечатанном виде, а то представляю во что, тогда бы превратился этот прогнивший мир.

– Так сколько вы хотите за Мириэль, герцог? – всплывает в памяти подслушанный разговор.

– Сто тысяч, маркиз. Мири обещает вырасти красавицей, – отвечает отец, так словно речь идет не о его дочери, а о зурхе, – Но ей только пятнадцать и придется еще подождать девять месяцев.

– Что ж, герцог, я обсужу это с сыном, – кивает отцу собеседник.

И они расходятся вполне довольные друг другом. Позже я с удивлением рассмотрела в претенденте на свою руку одного из четверых несостоявшихся насильников. Выдержала даже танец с ним, с трудом гася рвотные позывы и дрожь омерзения от прикосновений.

Покачала головой, прогоняя дурные воспоминания. Не время думать об этом. У меня есть план и единственная возможность самой определить свою судьбу, и я ее не упущу. Подгоняю зурха, нужно успеть добраться до озера до темноты.

«В нашем мире есть лишь одна возможность у женщины быть счастливой. Выпить стирающее сознание зелье, или добравшись до Зияющего озера, отыскать остров Туманов, и уйти в портал, проведя специальный ритуал перехода», – мелькают в голове сказанные мне когда-то одной из воспитанниц слова.

Мы познакомились с ней на третий год жизни в пансионе, когда мне тринадцатилетней выделили свою личную комнату. Моя новая подруга была на несколько лет старше меня, а к тому же умна и образована. Она постоянно делилась со мной своими мыслями и наблюдениями, рассказывала, что успела узнать до смерти своего любимого отца, не желающего участи безвольной жены для своей дочери. И когда я позже встретила ее на том первом балу, предварительно разузнав все о ней, я испугалась. Равнодушная, покорная она не отходила от мужа и даже улыбалась по его приказу.

– Беги, девочка. Если ты и правда нашла мой дневник и хочешь вырваться, беги. Воспользуйся вторым путем, потому что первый не настолько эффективен, – прошептала она мне в тени сада, где мы уединились, чтобы перекинуться парой фраз, пока ее муж развлекался с двумя служанками.

Весь свой первый бал я искала среди мужчин того единственного, кого хотела видеть, и лишь спустя несколько часов услышала долгожданную весточку:

– Говорят, герцог Селидер, впал в немилость и Его Величество отослали его в Юрхию, – прошептала одна из собравшихся в кружочек девушек.

– Да, в этот раз мы надолго лишены общества Джея, – вторила ей другая.

– Его не будет при дворе пару лет, – ответила третья. – Да, и когда вернется, его свободная жизнь закончится. Говорят, Его Величество распорядился жениться на дочери юрхинского графа Фершера. В приданном у девушки рудники цитра, – и все восторженно выдохнули. Цитр – минерал способный усиливать магию. Наследница, в роду которой есть эти самые рудники, может выбирать себе мужа из самых завидных женихов. Такую не продают, она сама покупает. Хотя нет, и тут тоже продажа, только ставки выше.

А меня накрыла паника. Два года это долго, это значит, что у меня не будет ни единого шанса стать его женой. Потому что отец уже сторговался. Тогда и родился дерзкий и опрометчивый план. План, благодаря которому я на четыре года лишилась брачных предложений и заслужила репутацию безумной толстой дурнушки. Чтобы через четыре года услышать о его грядущей свадьбе, своей скорой продаже (надо же освободить место на рынке пятой вошедшей в брачный возраст дочери) и встретиться в гостевой комнате, оставшись неузнанной. Я даже имя ему свое не назвала, хотя его так и срывалось с языка.

Край пути вывел к обрыву. Беззвездная ночь чистая и светлая, как раз подходящая для ритуала. Внизу, окруженное отвесными скалами, на самом дне округлой воронки, сияло темными водами в ночи Зияющее озеро. Озеро, спуститься к которому было невозможно, как и выбраться.

Отпустив зурха, задержала дыхание и, прижав к себе сумку с вещами, закрыв глаза, прыгнула вниз. Летела довольно долго, и погрузилась глубоко. Всплывала, быстро перебирая руками и ногами. Грудь жгло от невозможности сделать вдох. Плавать я не умела – женщин такому не учат и, попав в ледяные воды озера, положилась на инстинкты. Барахтаясь и бултыхаясь, успев много раз проститься с жизнью, я в какой-то момент ощутила твердую почву под ногами.

Выбравшись на берег, развалилась на необычно теплом песке, благодаря звезды за то, что не дали умереть, за шанс, получить новую жизнь. Тихий шелест ветра донес чей-то ответ на эту благодарность:

– У меня на тебя другие планы, девочка.

Проснулась я уже под совершенно другим небом – чистым, ярким, так непохожим на темно-серое небо моего мира, с огромным желтым светилом на небосводе вместо бледного белого и ярко-зеленой листвой, склонившихся ко мне деревьев.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю