Текст книги "Антимаг (СИ)"

Автор книги: Энтони Андервуд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

Глава 28.2

С ужасным грохотом рухнула стена, пала на защитников, похоронив их под осколками и булыжниками. Пыль кружила в воздухе как сотни мотыльков, не было видно ничего, лишь чей-то стон раздался вдали, а звон оружия был спутником каждого кто находился в пределах города.

Из разлома величественным потоком хлынула вражеская армия, прорываясь словно вода через разрушенную дамбу. Конница мчалась вперед, натыкаясь на острые заграждения и колья копейщиков, что торчали из-под завалов.

Услышав грохот что накатывался как гром. Кайрос взглянул на звук, с ужасом осознав что стена разрушена. В голове замелькали ужасные картины, вглядываясь во тьму из которой виднелись их четкие силуэты.

"Кто они?" – сам себе задал он вопрос, а глаза казалось дали ответ.

Лошади были какими-то странными, гнилые оголенные зубы из под разорванной кожи.

И рыцари словно черные вороны, восседающие на этих лошадях, что-то было в них темное, то что будоражит душу, и заставляет испугаться даже опытного чародея, известного воина.

Всадники выстроились в клин, молчаливо стояли и будто ожидая приказа, жутко бормотали себе под нос.

Гуляющий по улицам города ветер колыхал лошадиную гриву и залитые кровью плащи.

Под забралом Кайросу удалось разглядеть пустые, окровавленные глазницы, а под разорванными доспехами и кожаными колетами, виднелись почерневшие трупы. В воздухе запахло мертвечиной. Мужчина торопливо провел взглядом по ним, от края до края, они закрывали улицу. В какой-то миг он увидел разорванный выклеванный глаз, из которого струилась желтая гниль.

Кайрос окончательно осознал, это были веттиры, – восставшие воины, души которых во власти самой королевы и покуда она командует ими, они будут сражаться, даже изрубив их на мелкие кусочки, эти части продолжат биться, прыгать по полу, летать словно камни, сбивая с ног воинов.

Кайрос продолжал разглядывать их и будто завороженный стоял в узком проходе между двух покосившихся домов, позади была каменная тропа, что ввела в сторону королевского замка. Часть воинов в основном из городского ополчения, завидев мертвецов, бросили все и бежали ко дворцу, остальные же преодолев страх, выстроились позади Кайроса. Со всех сторон его окружали верные товарищи. Альсинарские рыцари, которых привел по зову Эльсильдора и именно это воины стояли до конца вместе с изможденными защитниками города. В то время как другие посмели бежать.

В какой-то момент пронзая мглу, возле разрушенных стен появилась сама королева Дентроса, в тёмной как ночь одеянии.

Единственное, что светлое было в этой женщине, так это цвет волос, вся ее душа и поступки олицетворяли мрак.

Ведьма ударив посохом по земле, стала воскрешать всех павших. Ряды ее армии из познавших смерть, стали стремительно пополняться. Со всех сторон послышался жалостливый рев мертвецов, они восстали, но в то же время были мертвы, как колосса скошенные на поле.

– Сомкнуть строй! – скомандовал король, его крупный отряд прибыл на помощь Кайросу и его людям. Все улицы ведущие к замку оцепили отряды рыцарей, позади которых торчали луки едва ли не из каждого окна, они жгли огонь и были готовы в любой момент встретить армию из мертвых тел, горящим градом стрел, камнями или острым клинком.

– В атаку! – вскричала Энтерия, после чего довольно взглянув на короля, отправилась в сторону лагеря.

Ее бездушное воинство ринулось в бой, сметая ряды рыцарей, втаптывая их в землю, пролывая пиками, насаживая на копья, всех кто стоял на их пути.

– Держать позиции! – завопил Кайрос, проворно воткнув острие меча в наступающего мертвеца, а потом второго, он истреблял их одного за другим. Испорченная гнилая кровь лилась рекой, брюзжала вокруг, обливала рыцарский доспех чародея.

Защитники отбивали атаки что было сил. Били мертвецов щитами, кололи мечом. Стоящие позади лучники, вели непрекращающийся обстрел.

Вскоре рыночная площадь и порт, были окутаны восставшими, их количество было соизмеримо с населением столицы. С каждой секундой ряды Эльсильдорцев таяли, мертвецы продавливали ряды, пробивались вперед.

Приятного было мало, кровь, крики, звон меча в ушах. Головы и прочие конечности летели в разные стороны, щедро усеивали улицы. Единственное что радовало, на время атаки прекратился обстрел города, но все потому что ведьма боялась накрыть градом камней свою хоть и бездушную, но армию. Здесь сражались только живые против мертвых. Когда атака Дентросийской армии захлебнулась в крови. Энтерия перешла к плану Б, выпустив в бой бесчисленное множество упырей, заранее отведя всех живых как можно дальше, ведь как известно, спущенных с цепи мертвецов, не остановить, они будут убивать всех, кроме своей госпожи. В бой ринулись воины которые не ведают, ни страха, ни боли, а жаждут лишь резать и убивать, чем и занимались всю свою жизнь, до того как пали в близи Ривениса.

Бой продолжался, каждая прошедшая минута не сулила ничего хорошего, пускай им и удалось выдержать наплыв орды ходячих трупов, и закрепиться на выгодных позициях, где по узким улочкам враги подходили малыми группами, тем самым давая преимущество малочисленным отрядам эльсильдорцев, но врагов было слишком много, ряды защитников редели с каждой секундой, и хоть их подбадривали местные, что затесались на балконах и крышах своих домов. Горожане поджигали стрелы и вели непрерывный обстрел толпам нападающих, но надежды было мало, многие из этих воинов живут последние часы, а кто-то еще меньше… последние минуты.

Мертвецы кричали, рвали плоть рыцарей, сражались как с оружием, так и голыми прогнившими руками, впивались костяными кистями в кожу защитников, рвали кольца кольчуги, срывали шлемы и выдавливали глаза, вырывали из рядов и жестоко давили ногами. Ситуация была катастрофической и они понимали что оказались в западне, но настоящий страх испытывали воины стоящие на стенах. Те не многочисленные группы которым удалось пережить постоянные обстрелы и закрепиться на вершине, они неуверенно, но отчаянно держали оборону каменных ступеней, по которым неторопливо поднимались мертвецы. Со стен по-прежнему лилась смола, прямо на головы гнилозубым, и так как снизу было не продохнуть, летящая с высоты жидкость поражала до сотни веттиров за раз.

Время от времени защитников атаковали нетопыри, сбрасывали с башен или вырывали из толпы, а порой и бросали в ряды защитников камни, но тут сир Кайрос не пожалел магии, и принялся выжигать летящих тварей остатками своих жизненных сил. Получив магический урон они падали прямо на ряды противника, воспламеняя толпы мертвецов, но это была пожалуй главная ошибка. Сгорая трупы оставляли дурной запах, на замкнутых улицах, что нередко приводило к удушению.

Рыцари хватались за нос, набрасывали платки на лицо, и сражались, лили свою кровь на пол, но стояли насмерть.

– Мы выстоим, – вскричал король, с каждой секундой упорней и сильнее вонзая меч в дряхлое сухое тело. Он вынул острие и из гнилого брюха вывалились не менее гнилые кишки, отчего королю стало не по себе, он сплюнул на пол, едва ли не вырвав.

В какой-то миг все закончилось неожиданно для всех, толпа павших стала отступать, отошла метров на десять от воинов и рассыпавшись создав подобие живого коридора. Они были словно под трансом, покорно стояли и больше не подавали признаков агрессии.

– Чего это они? – спросил король, задумчиво вглядываясь во мглу.

– Сейчас узнаем, – проговорил кто-то из рыцарей, обеспокоенно взглянув из-под залитого кровью забрала.

Все стояли в плотных рядах, выставив перед собой, пики, мечи и копья, воины молчаливо смотрели вперед, ожидая дальнейших атак и тяжело вздыхая, сумев наконец-то перевести дух. Будучи в полном замешательстве и пользуясь паузой в действиях мертвецов, рыцари стоящие на стенах, приняли отчаянное решение, они торопливо, но в то же время с опаской, стали спускаться.

Воины бросили орудия, и ринулись вперед, пробирались сквозь толпы вонючих трупов, грубо расталкивая их руками, но те даже бровью не шевельнул, стояли словно зачарованные.

Это пугало и радовало одновременно, солдаты стремились как можно быстрее покинуть это место и добраться до своих, строй который стоял в паре метров.

В тот самый миг когда воины были посреди толпы, эта самая толпа зашевелилась, от чего испугался даже самый смелый боец, что там говорить, стоящие рядом с королем воины, также страшились за своих товарищей. Ведь мертвецы обратили свой взор к выходу, к бреши в стене, но атаковать никого не стали.

– Что они делают? Они уходят? – с лучом надежды в голосе, спросил король.

– Кто знает, что в их гнилых мозгах твориться? – ответил кто-то из толпы.

В то же время. эльсильдорские рыцари и артиллеристы, пользуясь моментом, быстренько прошли через смертоносный коридор и укрылись за рядами защитников, часть из воинов ринулась в сторону замка, они тащили раненых, другие же заняли позиции вместе с гвардейцами короля и отрядом Кайроса.

В какой-то момент часть мертвых обернулись в сторону защитников и стали жуткой смотреть на них.

Город пылал огнем, где-то по-прежнему слышались крики и звон мечей, но на данном участке все было относительно спокойно, лишь судорожные взгляды из под гнилых бровей заставили Кайроса дрогнуть, он схватил короля за плечо и закричал.

– Кругом бойня, огонь поднимается к небесам, воины бросают баррикады и как трусы бегут в замок.

Возле ворот артиллеристы вообще слепошары, хоть бы дали залп по мертвецам, покуда те были еще в лесу под ветками, кто их к орудию приставил? – выругался Кайрос. – Им даже собаку-поводыря доверить нельзя.

– Чего ты ругаешься? Друг! – хлопнув его по спине, проговорил король. – Я всеми силами пытаюсь спасти ситуацию, мои воины не бегут, а отступают в крепость только те, кто ранен.

– Чего они вообще встали? Стоят как истуканы, – недоумевая выругался Кайрос, а затем взял камень с поля и швырнув в толпу.

– Ты что творишь? – вскричал король.

– Я не знаю, у меня нервы на пределе, чего они стоят? Это не нормально, враг готовит что-то ужасное.

– Без малейшего понятия, нужно отводить пока тех, кто получил ранения, но все еще стоит на ногах, ведь в случае чего, они не смогут бежать. Остальные слушайте, вот мой приказ, стоять насмерть, но не пропустить врага! – скомандовал король.

Израненных воинов стали тащить в сторону замка, кто-то уходил сам, оперевшись на затупленный от битвы меч.

С каждой секундой мертвецкий коридор становился все шире и шире, как вдруг в свете луны появилась она, защитники завидели неторопливо идущую в темном одеянии госпожу, женщина пронзая ногами грязную почву, шагала по лужам.

– Король Пирацент, – раздался ее насмешливый голос. – Вижу ты еще жив, но смерть с упорством идет по твоему следу?

– Чего ты хочешь ведьма? – завопил он, выплюнув изо рта слюни с кровью.

Она шла мимо ходящих трупов и касалась их гнилых плеч.

– Что я хочу? – заулыбалась она. – Интересный вопрос… Я хочу этот город, это королевство, этот мир, чтобы он был во власти Дреймора, за это я сражаюсь!

– Люди прошлого сумели одолеть твоего гадкого темного бога, он больше не вернётся в эти земли, как и ты тоже, – король выхватил из рук застрельщика, острое метательное копье и что было сил, с воплем, бросил его в сторону ведьмы.

Она взглянув на него, окутала электрическим разрядом, остановила глазами. Копье зависло в воздухе.

В ее глазах отразился синий цвет электричества, и злоба.

– Ты думаешь я боюсь этой швабры? Ты ошибаешься, – рассмеялась Энтерия. – А что? Красиво получается, король Пирацент пал от швабры, по-моему, мило? – вскричала она, швырнув копье обратно. Пронзая ряды из щитов, зачарованное оружие прошило доспех короля и пронзая в его кожу, словно острая игла прокалывает ткань. Ужасная боль и электрический разряд, поразил мужчину, он забился в конвульсиях, завопил, из его рта хлынула кровь, король рухнул на землю.

– Ха, Вот и помер Пирацент.

– Тебе конец вампирья королева, – вскричал Кайрос, взмывая воздух к тучам, он бросил ее об каменные стены, вместе с десятками мертвецов, она полетела прочь, упала на пол и казалось бы умерла, но не в этом случае, немного встряхнувшись, ведьма встала и нагло подошла к самому первому рубежу, перед которым стояли воины и с ухмылкой взглянула на испуганное лицо чародея.

– Я бессмертна и уничтожу тебя чародей и твою госпожу или Асподель отправив тебя сюда не обьяснила, что со мной шутки плохи? Эх ладно, передай привет Ланарии, как только достигнешь стен Элиндора, – вскричала ведьма, будто незримой рукой подхватив мужчина, она стала душить его. Чародей болтался словно подвешенный на веревке.

– Вот и твой конец, – закричала ведьма, как вдруг чья-то сила пронзила ее светом, вампирша едва ли не ослепнув попятилась назад, бросила Кайроса и упала на мокрую землю.

Когда Энтерия встала, то Кайроса и дух простыл, будто растворился он во тьме ночи.

– Черт возьми, что происходит. Она взглянула на величественный королевский замок и увидела обожженное лицо в окне.

– Чертова Грандлина, я тебя уничтожу, – возмутилась Энтерия, после чего встала перед своим войском и злобно вскричала.

– В атаку! – суровый выкрик вампирши, разнесся по округе, ведьма принялась колдовать, насылать на ряды защитников грозы, поражая их молнией.

Несмотря на стихию идущую с неба, молнии, шквал мертвецов, все еще была видна эльсильдорская выучка.

Воины стойко держали позиции, стряслись как листья на ветру, ссались в сподни, отбивали зубами вражьи атаки, но все равно не побежали, пока не стало уж совсем жарко. И ведь сражались несмотря на весь ад, что творился вокруг, разбитый строй, сквозь который прорывались толпы веттиров.

В то же время Кайрос принял на себя важную миссию, спасения монарха, чародей что было сил подхватил короля и потащил наверх по мрачной улице.

– Ты не скроешься мелкий королек, – пронесся эхом ее голос, по узким улочкам столицы. Энтерия была в ярости и одновременно в эйфории, казалось сколько крови она еще не видела.

Ведьма атаковала рыцарей, выхватывала щиты и мечи из их рук, продолжала выжигать огнем. Не выдержав такого натиска воины приняли единственное правильное решение в данной ситуации и бросились бежать, но не как трусы, а тактически отступая при этом стараясь по возможности выносить раненных товарищей.

Глава 28.3

Квинтисенса

– Вот, мы и пришли, – тяжело вздохнув проговорила Квинтисенса, грязной рукой указав на ступеньки ведущие наверх, прямо в замок.

– Едва удрали, эх, черт бы их побрал этих дентросийских усачей, – выругался юный чародей.

– Тащи его Филипок, тащи, Энтерия уже здесь, – нервно перебирая пальцами, проговорила Квинтисенса.

– Да, тащу, – сгорбившись от тяжести, пробормотал Луциан. До самого замка было рукой подать, но крики мертвецов не сулили ничего хорошего, а бегущие со всех сторон рыцари, это подтверждали на их лицах читалось отчаянии и крах, они стремительно рвались вверх, забегали за огромную тяжелую дверь и занимали позиции внутри.

Они еще не знали всей правды, но четко осознавали, рыцарей напугало что-то действительно жуткое.

– А вот и сам король, неужто помер, – проговорил Филипок.

– Если это правда, Эльсильдор падет, за что они будут сражаться, коль король мертв? – спросила Квинтисенса, обеспокоенно задумавшись.

– За свободу, свои семьи и дома, за свою жизнь, – пробормотал Антонио превозмогая боль. Он был еще в сознании, но вскоре сомкнул глаза.

Луциан тащил Дорадоса из всех сил, по ступенькам вверх, медленно, но уверенно, холодный пот стекал по его шеи, а морозная дрожь бежала по телу, от одной мысли, что вампирья королева здесь и уже идет по следу.

Квинтисенса взглянула назад, откуда слышались выкрики и голодный рев. Отчего ее лицо едва ли не перекосило, она стала судорожно вглядываться во тьму, где виднелись мрачные силуэты.

Толпы мертвецов рвали неудачливых рыцарей, которым не удалось убежать от разъяренной бездушной толпы.

– Что это? – в ужасе закричала девушка, не веря своим глазам, да она слышала, о том, что говорили стражи, будто они видели армию мертвых. Квинта считала это легендой, страшилкой, но отнюдь не правдой. Девушка вспомнила отряд из десяти веттиров, что окружил ее за стенам города, но Квинтисенса даже подумать не могла, что ее мать способна на то, чтобы поднять тысячи добрых мечей из могилы.

– Похоже это трупы, нужно быстро уносить ноги.

Квинта мельком взглянула на Антонио, который лежал без сознания, она осознавала, что Филипок не сможет дотащить Дорадоса до замка слишком быстро, поэтому прежде, чем полчища нежити будут здесь, она решила действовать. Девушка дала приказ Луциану.

– Послушай Филипп, ты должен спасти его, а я отвлеку их.

– Отдай это благородное дело, мне, Филиппу Луциану, я одолею всех мертвецов и обращу их в пепел, – выхваляясь проговорил он.

– А его тащить я буду? Нет уж Филипок, не сбросишь ты на меня груз, знаю я таких, как ты, вначале дают сумку, говорят подержи, а потом ты тащишь ее всю дорогу. Я сама справлюсь с мертвяками, отвлеку их.

– В образе Мантикоры? – задал он наводящий вопрос.

– В каком смысле? – страх вылился на ее лицо, она испугалась этого вопроса наверное даже больше, чем толпы упырей. Девушка не знала что и ответить.

– Да ладно тебе, – продолжил Луциан, с ухмылкой на лице, продолжая поглядывать на бредущую толпу вдали. – Я ведь знаю, что это ты рвала глотки Альнаирским юношам, не просто так, Квинта, мне известно, о твоем проклятии, я тебя не виню, а лишь даю наставление, рви их красавица, жги магией, как ты умеешь, бей каблуками, в общем руби вражину.

– Я не ношу каблуков, нашей деревне, если ты их наденешь, тот тут же упадешь в грязь, дороги сам понимаешь какие, это тебе не город, где брусчатка.

Филипок взглянул на ее ноги и под измазанным в грязи платьем он увидел крестьянские ботинки, осознав что сказал глупость, он перевел разговор.

– Ладно Квинта, к черту разговоры, пора действовать, надери зад этой собаке сутулой и ее прихлебателям, желаю тебе удачи.

– Благодарствую, надеюсь еще свидимся, – проговорила она обняв Филипка. Ему вдруг стало жарко, девушка была единственным источником тепла во всей округе, ведь солнце погасло силой ведьмы, а рассвет очень не скоро.

– Ты как будто прощаешься, мне это не нравиться.

– Кто знает? Луциан.

Холодная улыбка застыла на ее лице, она перевела свой взгляд на бегущих мертвецов, которые наконец расправились с последним стоящим у них на пути рыцарем разорвав его доспех и плоть в клочья, а затем продолжили свой путь. Девушка посмотрела на Антонио, а затем со спокойным сердцем ринулась вперед.

Они шли плотной стеной, словно живым щитом укрывая идущую посреди королеву.

Квинтисенса уже четко видела их гнилые взгляды, которые так и норовились ее разорвать.

Девушка скрестив пальцы, принялась вспоминать то заклинание которому его учила деревенская ведьма.

"Ты настоящее дарование, Квинта, твоя сила внутри тебя, в твоем сердце, услышь ее и она вырвется наружу" – промелькнули воспоминание, голос давно покойной старухи.

Мертвецы с каждой секундой становились все ближе и ближе, в голове вмещалось все: вопли упырей, крики нетопырей, глас старой ведьмы, слова из древней книги.

– Элиеро Мадраго, – завопила Квинтисенса. – Кови Йола.

Услышав слова девушки, мертвецы остановились, застыли словно каменные истуканы и не посмели больше ступить даже на шаг вперед.

– Кажется получилось, – радостно завопила она.

Девушка выставила перед собой руки и вскричала.

– Эливор Эрмие.

Огонь воспламенился на ее пальцах и вырвавшись изнутри стал выжигать ряды мертвецов.

Квинтисенса сожгла их словно сухие листья, обращая в прах.

Крики заполнили улицы, мертвецы бесстрашно продолжали стоять, их ряды мелели с каждой секундой, но вдруг волшебство закончилось, девушка обессилено упала, примкнув к холодной почве и вслушиваясь в то как шумит трава под порывами ветра, она питалась силами земли.

– И кто-то до сих пор сомневается, что является моей дочерью, ну ты даешь, еще не поняла?

– Энтерия? – вскочив на ноги, завопила Квинта, она увидела ведьму, та с сияющей улыбкой на лице, поприветствовала дочь.

Позади королевы стояли упыри, которым посчастливилось пережить атаку и ждали приказа продолжить о наступлении. По их голодным ртам стекали слюни, они желали разорвать девушку на самые мелкие кусочки, но сила Энтерии сдерживала их.

– Моя дочь, горжусь тобой, уничтожить сотню мертвецов одним махом, это талант, а почему же не обратилась в Мантикору? Я бы с большим удовольствием посмотрела как ты рвешь своими когтями гнилую плоть. Ведь гнилая кровь, тоже кровь, а я обожаю все что связанно с кровью, пью ее, принимаю ванны, – с наслаждением проговорила ведьма.

– Для чего ты мне все это говоришь?

– Да потому что ты такая же, как и я, только об этом пока не знаешь и отказываешься принимать свой дар, совершенствовать его. Ты можешь больше Квинта, но почему-то ты принимаешь свой дар за проклятие.

– Это так и есть, я проклята, разрываю тела несчастных людей на части, а они ничего не могут сделать, мне стало было легче, если они меня убили, но при этом спаслись, во время того как я, а впрочем кому я говорю, у тебя же слюни текут от одной мысли отправить кого-то в чертоги Фароуса, в жертву Дреймору, чтоб он дважды сдох.

Энтерия слушала слова дочери и было видно, ведьме не приятно то что она слышит. Она мечтала чтобы ее дочь была настоящей ведьмой, красавицей, страхом округи, а из трех пунктов получилось только с внешностью. Квинтисенса была невероятной красоты девушка, но ее сердце было разбито от тяжелой жизни в деревни, среди тех кто ее ненавидит всех своей сущностью, склеить осколки ее смог Антонио, вдохнув в сердце любовь.

Энтерия не желала слушать ее возгласы, поэтому перевела тему.

– Так почему ты не выбрала Мантикору, магия огня это банально и скучно, я сотни раз видела как горят людские тела, а вот работу истинной высшей вампирши под светом луны, не каждый день увидишь.

– Здесь слишком много глаз, они смотрят на меня, а ведь слава о кровожадной Мантикоре блуждает от Дентроса до Малахии, не хочу оказаться на костре, – ухмыльнулась Квинта.

– Так и не окажешься, возвращайся домой, мы ждем тебя, – выдавив теплую улыбку, проговорила Энтерия.

– Знаешь с одной стороны я слышу от тебя слова любви, ласки, а с другой стороны вижу какое ты чудовище и поверить не могу, что ты моя мать.

– Но это факт, я такая какая есть и меняться не собираюсь, но моя любовь к тебе безгранична.

– Докажи.

Квинтисенса попыталась надавить на чувства ведьмы, ведь не знала, что Энтерии чуждые такие понятия как сострадание, честь, любовь, она всего лишь манипулирует и ведет свою игру, во всяком случае так думала Квинта, но решилась попробовать.

– Что я могу для тебя сделать, моя дочь?!

– Убери войска от столицы, да ты не хочешь оставить это королевство в покое, хотя бы пощади этот город. Ради меня.

– Хорошо, я уберусь отсюда, только ты пойдешь со мной.

– Я пойду с тобой, только после того как ты выполнишь мое условие.

– Знаешь я многие давала обещания, но похоже мне придется дать самое щедрое и убраться с Эльсильдора, все ради тебя, родная!

Слова ведьма не вызывали доверия, но для этого города это была единственный шанс на выживание, пускай и надежды была уж слишком туманная.

– Да, я увижу в тебе хоть каплю человечности, если ты исполнишь данное слово, а сейчас я хочу отдохнуть в королевском замке, прекрати наст…

Она перебила ее и подойдя ближе сказала.

– Я отведу войска за стены, штурм прекратиться, а после того как ты выйдешь ко мне, то армия Дентроса покинет Эльсильдор, даю тебе слово! Но если ты нарушишь клятву и не придешь спустя двое суток, я сотру этот город с лица земли.

– Это хорошо, коль ты не врешь, хоть что-то сделаешь в своей жизни по настоящему благородное, мне никогда не стать такой как ты, в моем сердце живет добро, оно бьётся, любит, а твое оно мертво.

– Да это так, вампиры это нежить, получив свой дар, мы умерли для этого мира и воскресли для Дреймора, ты также мертва Квинтисенса, никогда не задумывалась почему твоя кожа бледна? А в зеркале не видны отражения. Может вспомнишь взгляды людей, они ведь смотрели на тебя и видели внутри пустоту, все они тебя ненавидели, а знаешь почему? Тебя нет, попросту нет, как и меня, как и всех нас, мы все порождения великого Дреймора, он дал нам силу и власть.

– То есть я тоже мертва? – эта мысль ударила клином ей в голову, она не могла поверить что слышит.

– Ты всегда была мертвой, от самого рождения до сегодняшнего дня, жизнь с людьми подарила тебе чувство и ощущение, будто ты жива, но это не так.

Квинтисенса не знала что и говорить, она отказывалась верить в происходящее, ей стало плохо, слезы выступили на глазах и стали торопливо литься по щекам.

– Но ты не плач, мы мертвы, а стало быть бессмертны, тебя невозможно убить, запомни это Квинта.

Девушка выдавила горькую улыбку и больше ни сказав ни слова торопливо пошла по ступенькам вверх. Слезы лились рекой по ее щекам.

В душе творился хаос, новость о том что она нежить, сдавливала сердце, разрывало его на части.

Помимо этого отныне в ее руках была судьба целого королевства, друзей, простых людей, сколько жизней все еще можно уберечь, согласись она пойти с ведьмой, стань она такой же, кровожадной вампиршей, колдуньей которую бояться и почитает вся округа и даже королевство.

Да Энтерия зовет ее дочерью, но в то же время, Квинте было противно осознавать, что вампирья королева ее мать. Девушке сложно принять решение, она не хотела покидать Антонио и идти за ведьмой. Шагая по разбитой лестницы и заливалась слезами, Квинта не знала что ей делать, в голове крутилось сотней мыслей, но все они были туманными.

Энтерия проводила взглядом дочь, а затем набросив на плечи черный капюшон скомандовала своим мертвым легионом покинуть город, оставив на его улицах сотни порубленных людей, она не стала воскрешать их, а гордой походкой зашагала в сторону дентросийского лагеря, ее черный как ночь плащ развевался на ветру словно величественный стяг.