355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Энди Чэмберс » Путь Отступника (ЛП) » Текст книги (страница 7)
Путь Отступника (ЛП)
  • Текст добавлен: 14 сентября 2016, 21:32

Текст книги "Путь Отступника (ЛП)"


Автор книги: Энди Чэмберс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

Глава 5. НЕОЖИДАННЫЙ ПОДАРОК

«Ни один момент не сравнится с его предвкушением. Совершенство, представленное разумом, всегда превосходит телесное воплощение, высокие надежды, созданные сознанием, падают под неизбежным гнетом смертной глины. И все же наш город воплощает этот миг предвкушения, растянутый на целую вечность. Мы принимаем ущербную природу наших материалов и все же возводим из них величественные монументы, пусть даже им уготовано простоять лишь до первого вздоха. Зная, что инструменты всегда будут ломаться в наших руках, мы преследуем идеальное мгновение и отказываемся отворачиваться от темного великолепия божественности, сколь бы преходящей она не была».

– Философ-поэт Псо'кобор, «Запретные амбиции»

Крайллах много раз видел Комморру во сне. Он чувствовал, что только во сне можно полностью оценить величие огромного города-порта. Конечно, из ближнего космоса можно было разглядеть центральный пик, острые шпили Верхней Комморры, распростершиеся вокруг фабрики и жилые кварталы Нижней Комморры, протянутые в небо причальные когти, бесконечную последовательность ярусов. Того, что мог увидеть глаз, было достаточно, чтобы поразить разум невероятным размахом и размером, но на самом деле это была лишь вершина айсберга, которым являлся вечный город.

Лишь во сне можно было увидеть субцарства Комморры, лежащие вокруг нее, как драгоценности на ожерелье. Тысяча реальностей, разбросанных по бесконечности измерения-лабиринта, была прикована к вечному городу открытыми порталами и непроницаемыми преградами.

В видениях Крайллаха субцарства были окрашены в разные оттенки – глубокий цвет янтаря, красновато-коричневый тон дыма, зеленый нефрит, опаловая белизна – и плыли мимо величественной процессией. На протяжении своего правления тиран притянул их все на орбиту Комморры, откуда не было возврата, сделал их государствами-рабами, чтобы вечный город-паразит медленно высосал их досуха. Крайллах с неистовой страстью желал овладеть этими драгоценными безделушками и могуществом, которое они даровали. Иногда ему даже снилось, что он крадет их.

Архонт Люквикс Борр Крайллах, восемьсот восемьдесят девятый чистокровный и вернорожденный потомок династии Крайллахов, абсолютный правитель кабала Вечного Царствия, зашевелился и с удовольствием потянулся в своем гнезде из золотых шелков. Пузатые кадильницы, парящие рядом, с тихим звоном переключились с наркотического дыма на туман из стимуляторов. Крайллах наслаждался редкими минутами безмятежности. Вчера он насыщался омолаживающими, но довольно пугающими смертями и разрушениями на арене Кселиан, а теперь был в безопасности своей святой святых. Здесь ему ничто не могло навредить, и он мог наконец-то расслабиться за стенами из непробиваемого камня, укрепленного непроницаемым металлом. Слабый инфразвуковой гул оповестил, что герметичные щиты, окружающие комнату, все еще на месте и полностью функциональны.

Он осмотрелся. Знаки, нанесенные кровью на стены, пол и потолок, не изменились с прошлого вечера, свидетельствуя, что ни одно создание из-за пелены не попыталось прорваться через тайные преграды. Единственный вход в святилище Крайллаха – круглая дверь толщиной в метр из металла, покрытого барочными узорами – был наглухо закрыт. Его охранял второй и последний обитатель комнаты – верховный палач Крайллаха, Морр. Облаченный в доспехи инкуб стоял, положив обе руки на громадный клэйв, смертоносное двуручное силовое оружие, которое погубило тысячи жертв по приказу Крайллаха. Поза Морра не изменилась с тех пор, как Крайллах закрыл глаза несколько часов назад, и архонт не сомневался, что все это время внушающий страх воин стоял, как статуя, и оберегал его.

Крайллах серьезно намеревался жить вечно. Да, Комморра – гибельная змеиная яма, полная врагов, и Та, что Жаждет, готова пожрать каждую душу, что падает в ее демонические объятья, но Крайллах был умен и очень, очень осторожен. Если даже всей Комморре будет уготовано погибнуть в какой-то невообразимой, сминающей реальность катастрофе, Крайллах, скорее всего, переживет катаклизм в своем святилище и останется парить среди развалин.

– Здравствуй, Морр, – сказал Крайллах, подавив зевок. – Какие новости?

Зловещий взгляд пылающих прорезей на узорчатом шлеме-"Мучителе" обратился к архонту, как только тот признал присутствие инкуба и дал ему разрешение говорить. Как и все инкубы на памяти Крайллаха, Морр не очень любил говорить, если только это не касалось команд или подтверждений. Инкубы предпочитали гробовую тишину, в которой медитировали на войну и кровопролитие.

– Новостей нет, мой архонт, – провозгласил Морр. – Все хорошо.

– Прекрасно. Приведи раба, чтобы я мог прервать свой пост.

– Как прикажете, мой архонт.

Морр повернулся к запертой двери. Руки в латных перчатках задвигались по ее поверхности, нажимая различные точки на покрывающем дверь орнаменте. Точный порядок нажатий был известен только ему и Крайллаху. Лепестки, из которых состоял металлический круг, скользнули в стороны, являя взгляду мерцающую гладь открытого портала. Морр шагнул вперед и исчез, не произнеся ни слова, а лепестки беззвучно сошлись позади него, будто лезвия ножниц.

В самом центре святилища Крайллаха находилась утопленная в полу ванна, окруженная полированным ониксом, вырезанным в форме пламенеющего солнца. Крайллах разделся, опустил свое иссохшее тело в теплую ароматную воду и задумался о том, что будет сегодня. На повестке дня стоял вопрос: выдавать двух своих высокородных союзников тирану или нет. Крайллах ненавидел и боялся Асдрубаэля Векта в той же мере, что и они сами, но он к тому же был гораздо старше. Иллитиан и Кселиан были чистокровными потомками благородных домов, уничтоженных Вектом во время восхождения к власти, но только Крайллах был очевидцем этих ужасных времен.

Противодействие Векту и желание возродить былую славу объединяло благородные семейства и делало их естественными союзниками, но при этом старый архонт сомневался в здравом рассудке остальных. Кселиан – практически дикое животное, вечно жаждущее крови, а планы Иллитиана постоянно источали острый запах опасности – воскрешения, Разобщения, возвращение старого императора Шаа-дома… Это было уже чересчур, слишком фантастично, чтобы можно было в это верить.

К несчастью, кисло подумал Крайллах, печальная истина состояла в том, что он был накрепко связан со своими союзниками, как и говорил Иллитиан. Его благородный дом – его кабал, как это называлось на уродливый современный манер, принятый Вектом – медленно, но уверенно растрачивал остатки ресурсов. Десятилетие за десятилетием, век за веком некогда сказочное богатство дома Крайллахов таяло точно так же, как его собственная жизненная сила постепенно иссушалась вечным голодом Той, что Жаждет.

Оргии и пиршества, которыми он был вынужден утолять собственную жажду, с веками становились все более буйными и частыми, несмотря на все попытки контролировать этот процесс. С холодящим страхом он предвидел в будущем тот миг, когда существование архонта Крайллаха уже невозможно будет поддерживать, и он превратится в жалкое, бездушное существо, которое изгонят прочь, в далекие закоулки Нижней Комморры, к остальным Иссушенным.

Какую бы награду Вект не предложил за предательство, она бы не сравнилась с теми ресурсами, которые Крайллах получал благодаря альянсу с Иллитианом и Кселиан. Более вероятно, что Вект предпочтет избавиться от всех троих одновременно, как только они покажут признаки раздора. Вечное Царствие все еще имело репутацию невероятно богатого кабала, несмотря на то, что его сундуки почти опустели, и его сибаритство привлекало множество последователей-гедонистов. Но без смертоносных ведьм Кселиан и коварных воинов Иллитиана оно не выстоит в битве с тираном.

Крайллах поймал себя на мысли о том, что Иллитиан мог каким-то образом стать причиной вмешательства Векта в игры на арене. Это выглядело неправдоподобно, но Иллитиан пользовался заслуженной репутацией мастера манипуляций. События на арене предсказуемо вызвали у Кселиан очередной утомительный приступ убийственного гнева и заставили ее легко согласиться поддаться на уговоры Иллитиана. Теперь Крайллаху оставалось выбрать: присоединиться к другим или лишиться защиты, предоставляемой союзом. В конце концов, ему нужно было завладеть еще большей властью и влиянием, чтобы остаться в живых, а это было самое главное. Конечно, Вект мог раскрыть заговор против него и наказать участников самыми ужасными способами, какие только можно представить, но это лучше, чем медленная и неотвратимая смерть, которой будущее грозило прямо сейчас.

Портал открылся, снова появился Морр, без усилий несущий в одной руке маленького плосколицего раба. Он поднес жертву к краю ванны и пристегнул ее серебряными захватами в виде челюстей, которые поднялись из выемок в камне.

– Принести ваши инструменты, мой архонт? – спросил Морр, закончив, и перевел взгляд на небольшой столик, где была разложена коллекция прямых и изогнутых лезвий, флаконов, шприцов и маленьких элегантных пил.

– Нет, Морр, поручаю это тебе. Я всегда с удовольствием наблюдаю, как ты работаешь с огромным клинком, будто это нож для чистки фруктов.

– Благодарю, мой архонт.

Морр отцепил свой двухметровый клэйв и принялся за работу, не включая его. Острое как бритва лезвие начало срезать плоть с воющего раба. Кровь красиво заклубилась в воде, собираясь в розовые и красные облака, как это было тысячу раз до этого. Крайллах со вздохом откинулся назад, наслаждаясь быстрым пиршеством. Отчаянные вопли раба оказались в своем роде музыкальны, и архонт начал подпевать под нос, в конце концов подогнав их под несколько тактов восьмой сонаты Велкиула.

Заново наполнившись энергией, Крайллах отправился в свой дворец. Он шагал по залам с колоннами и сводчатым комнатам, усеянным мусором, который остался от излишеств прошлого вечера. Вялые тела живых и мертвых лежали в уединенных будуарах и публичных ямах наслаждений, туда-сюда бегали рабы, отчаянно пытающиеся отчистить дворец, а кое-где – и его обитателей. По пути к нему, будто гравитацией, притягивались подхалимы и приспешники, каждый сыпал новыми шутками и свежайшими слухами, чтобы добиться одобрения. Морр следовал за архонтом, как тень, и его устрашающего присутствия хватало, чтобы толпа придворных держалась на почтительном расстоянии.

Удовлетворенный размером собравшейся свиты, Крайллах вошел в главный зал, чтобы воссесть на фасетчатый трон чудес, реликвию времен рассвета Комморры и золотого века эльдарской расы. Каждая фасетка трона постоянно менялась и демонстрировала различные героические картины – давние деяния дома Крайллахов и Вечного Царствия. Некоторые шевелились, другие оставались неподвижны, какие-то были художественными изображениями, а остальные – настоящими записями событий. Внутренние механизмы подбирали эти картины не совсем случайным образом, который многие считали пророческим, и извлекали из прошлого намеки на возможное будущее.

Приблизившись к трону, архонт увидел резко очерченные фигуры воинов, сражающихся высоко в небесах, истерзанных войной. В одной фасетке виднелись стаи бичевателей, которые пикировали, словно восставшие ангелы, между воздушными островками из архаичных гравилетов, сошедшихся в схватках. В другой пылало одно из черных солнц, столь близкое, что оно выглядело просто как огненная дуга на одной стороне изображения. Периодически из солнца вылетал ослепительный язык плазмы, испепеляя флотилию реактивных мотоциклов, что пролетала рядом с ним. Цикл продолжался бесконечно.

Эти и другие образы, демонстрируемые троном, изображали события Войны Солнца и Луны, произошедшей восемь тысяч лет назад, за века до рождения самого Крайллаха. Тогда солярные культы, которые контролировали краденые солнца Темного Города, попытались свергнуть благородные дома. Несколько веков в верхних пределах Комморры бушевала воздушная война, и наконец солярные культы были побеждены. То был великий триумф для высших архонтов. Надо признать, что те разрушительные сражения сыграли свою роль в том, что город потом окутала вечная ночь, но, тем не менее, она стала незыблемым символом господства эльдаров над небом и землей.

Крайллах уселся среди кувыркающихся образов и поразмыслил над их содержанием. Благородные дома, разумеется, победили в Войне Солнца и Луны, но прошло еще два тысячелетия, и Вект, в свою очередь, сокрушил их. В лучшем случае это неоднозначное знамение, в худшем – завуалированное предупреждение. Иллитиан и Кселиан могут добиться успеха, только для того, чтобы их низвергли позже. Это встревожило Крайллаха, поэтому он приказал свите устроить представление и немного развлечь его. Придворные с готовностью подчинились, начали старательно причинять и принимать боль, танцевать и дразнить друг друга, чтобы усладить повелителя. Архонт позавидовал их молодости и энергичности, но не слишком впечатлился игрой.

Он уже собирался послать за труппой более интересных профессионалов, но тут Морр сделал едва заметный знак, привлекая к себе внимание.

– Что такое, Морр? Разве ты не видишь, что я занят?

Как бы скучна не была нелепая оргия, разворачивающаяся перед ним, она, без сомнения, была интереснее, чем то, что хотел сказать Морр.

– Простите, мой архонт, но возникло дело, которое требует вашего личного присутствия.

Кто-кто, а Морр вполне мог намекнуть своему повелителю, что, какой бы неинтересной не казалась ему новость, она могла быть важна. Крайллах вздохнул.

– Продолжай.

– Прибыла делегация от Клинков Желания, мой архонт. Они говорят, что принесли подарок от архонта Кселиан для вашего личного удовольствия.

– Правда? Это интригует больше, чем я думал. Но что именно здесь требует моего личного участия?

– Они настаивают, что дар должен быть передан лично в руки, именно так приказала их госпожа.

Образы на троне чудес изменились. Они превратились в черно-белую метель, которая окутала все вокруг Крайллаха, как будто не могли удержаться на чем-то одном более чем на секунду. Архонт решил, что это определенно недобрый знак.

– И какой же глупец принимает подарки на чьих-то условиях? Разве архонт Келитреш не погиб из-за черной дыры, спрятанной внутри шкатулки, которую принесли ему как дань?

– Воистину, мой архонт, погиб и он, и все его субцарство. Говорят, что это была работа Векта.

– Как и все остальное, мой дорогой Морр, как и все.

Если вернуть подарок неоткрытым, госпожа Клинков Желания может увидеть в этом смертельное оскорбление, особенно если его преподнесли в знак примирения после ее выходки на арене. И все же осторожность для Крайллаха была не просто словом – она была религией. Его лоб наморщился от неприятных подозрений.

– Где сейчас этот «дар»?

– В вестибюле, вместе с той группой, которая его принесла. Глушители на месте, подарок обследован на расстоянии. Явно опасных элементов не найдено, хотя это само по себе ничего не значит, мой архонт.

Еще одно не слишком тонкое напоминание, в котором Крайллах не нуждался. Гениальные умы Комморры тысячи лет изобретали безупречные орудия для саботажа и тайных убийств. С тех пор были разработаны и доведены до совершенства ядовитые и взрывчатые составы, которые совершенно невозможно было засечь. Тем не менее, вестибюль был богато украшенным, но хорошо защищенным взрывостойким помещением, специально разработанным для того, чтобы смягчать и отражать вредоносные воздействия, не допуская их в сам дворец. Поэтому там невозможно было нанести серьезный ущерб, если только не воспользоваться искажением измерений или сингулярностью черной дыры, а их можно было легко обнаружить.

– Очень хорошо. Передай им, что я весьма благодарен и сожалею, что в данный момент не могу получить их дар лично. Пусть они оставят его в вестибюле и возвращаются к своей госпоже.

Морр наклонил шлем в знак согласия, одновременно передав приказ Крайллаха невидимым стражникам в вестибюле. Через миг каменные стены тронного зала слегка содрогнулись от далекого взрыва. Истерично завопила тревога. Крайллах с наслаждением подтвердил собственную правоту.

– Ах-ха, так они, значит, решили принести мне какую-то жалкую бомбу! Кселиан, наверное, разозлится…

– Простите, мой архонт, это был всего лишь заряд для пробития бреши. Нападающие прорвались через вестибюль и вошли во дворец.

– Что?! Сколько их? Чем вооружены?

– Дюжина, с легким оружием. Если вы соизволите вернуться в свое святилище, то я возглавлю охоту на них, как только вы окажетесь в безопасности.

Крайллаху отчаянно хотелось последовать совету Морра, но он не мог потерпеть связанную с этим потерю лица. Сбежать в укрытие, когда во дворец ворвалась столь небольшая группа? Это слишком малодушно, чтобы принимать такую идею в расчет. Архонты должны быть отважны и бесстрашны, или, по крайней мере, казаться такими, чтобы их не убил собственный кабал. Страх – это слабость, а демонстрация слабости в комморрском обществе неизменно становилась смертельной ошибкой.

Крайллах театрально оскалился.

– Я не буду сбегать от этих щенков, что осмелились напасть на Вечное Царствие! Принести мне доспехи и оружие, чтобы я мог прогнать их из своего дома!

Свита гедонистов и подхалимов отозвалась слегка нестройным гулом одобрения. Некоторые, как они думали, воинственно размахивали крюками и кнутами. Плечи Морра едва заметно опустились, но он промолчал.

Через несколько минут Крайллах и примерно пятьдесят воинов-кабалитов двинулись к разрушенному вестибюлю. Теперь на нем был идеально подогнанный аугметический костюм из сверкающих, как драгоценности, пластин брони, окруженных переливчатыми силовыми полями. Вокруг Крайллаха шагали абсолютно схожие с ним двойники, созданные защитными полями – отряд иллюзорных проекций, в котором невозможно было разобрать, где он сам. В руках у него был Квазили, метровый клинок из живого металла, который был стар еще в дни основания Комморры – реликвия золотого века, способная рассечь даже небесный свод.

Атакующие не так уж далеко ушли от вестибюля. Сразу после него, во внутреннем дворике, разгорелась яростная перестрелка со стражниками Крайллаха, которые упорно пытались удержать врага. В похожем на пещеру помещении витал удушливый черный дым, на покрытом декоративными плитками полу лежали распростертые тела тех, кто был безжалостно сражен в первые же секунды нападения. Небольшой отряд Кселиан почти одолел последних защитников двора, когда с подкреплением прибыл Крайллах.

Его последователи ринулись внутрь, осыпая атакующих свирепым градом осколков, и тем пришлось отступить в укрытия. Архонт вступил во двор, демонстрируя большую уверенность, чем чувствовал на самом деле, и впервые увидел тех, кто пытался его убить. Гибкие полуголые ведьмы прыжками и кувырками уходили от смертоносных, сверхскоростных потоков осколков, пронизывающих все помещение. Стало ясно, что внутренний двор строился в основном по эстетическим соображениям, а вот обороне внимание почти не уделялось. Колонны с широкими основаниями, низкие стеночки, решетки для вьющихся растений – все это предоставляло ведьмам массу укрытий, где они и исчезли. Чтобы охотиться на них, понадобится вступать в ближний бой, а в этом ведьмы были профессионалами.

Воины Крайллаха замедлились и пошли с большей осторожностью, расходясь по сторонам, чтобы зажать противника в клещи. Их быстро загнали обратно в укрытие выстрелы, осыпавшие их с дюжины различных углов. Трое кабалитов выбежали на открытое пространство, чтобы занять новую позицию за одной из колонн, но с такой же скоростью отступили, когда из дыма вылетело несколько маленьких овальных плазменных гранат и упало у их ног.

Патовую ситуацию нарушили Морр и пара инкубов. Они ринулись вперед, размахивая чудовищными клэйвами, которые оставляли за собой яркие дуги блистающей энергии. Беспорядочный осколочный огонь ведьм, попавших в ловушку, отлетал от мелькающих в воздухе мечей инкубов, которые продолжали наступать. Крайллах воспользовался возможностью, чтобы героически перескочить в более надежное укрытие. Ведьмы решили не ждать, пока их всех перебьют по одиночке, и все разом выскочили из укрытий и помчались к Крайллаху.

Воин рядом с ним повалился с осколками в горле. Смертоносные яды, которыми были пропитаны кристаллические иглы, убили его еще до того, как он коснулся земли. Еще одного воина неподалеку окутало густым потоком мономолекулярных нитей из шредера, превратив его в облако красного тумана. Крайллах вдруг оказался один и в поисках защиты бросился за полуразрушенную статую, которая стала еще более неприличной из-за повреждений. Из дыма выпрыгнула ведьма и побежала к нему, метя зверски изогнутым фальшионом в шею. Размытое от скорости лезвие без всякого вреда прошло сквозь призрачного двойника, и Крайллах контратаковал. Ведьма уверенно закрутила своим клинком, готовясь отразить дюжину разящих ударов Крайллаха и его копий, но меч архонта с легкостью рассек фальшион надвое и вонзился в бледную незащищенную плоть.

Еще две ведьмы набросились на него, яростно размахивая оружием и нанося удары многочисленным Крайллахам перед собой. Дюжина длинноствольных бласт-пистолетов без усилий расстреляла одну ведьму, вторую насадили на боевые ножи воины, прибежавшие на подмогу архонту. На всякий случай Крайллах обезглавил умирающую ведьму ударом наотмашь. Безголовый труп повалился наземь, и звуки боя утихли, если не считать стонов раненых. Льстивая свита Крайллаха начала с благодарным пылом распевать его имя.

Крайллах увидел среди столпившихся воинов Морра и снисходительно улыбнулся.

– Жалкие глупцы едва подняли мне пульс, Морр, – злорадно похвастался он. – Это, наверное, самая убогая попытка убийства за всю долгую историю нашего прекрасного города.

– Это меня и беспокоит, мой архонт, – с утомительным занудством ответил Морр.– Я боюсь, что…

Верховный палач прервался. Его шлем с узкими глазницами резко повернулся к воину с непокрытой головой, стоящему рядом. Тот явно чувствовал себя дурно. Воин схватился за шейное сочленение доспеха, его взгляд заметался по сторонам. Раздался шум: еще один воин выронил винтовку и повалился на колени с явным ужасом на лице. Маска Морра тут же вновь уставилась на Крайллаха.

– Яд! Мой архонт, уходите отсюда! Быстро!

Крайллах увидел, как вокруг него распространяются признаки отравления. Все воины, которые вступили во внутренний двор без шлемов или других частей брони, были поражены ядом. Сосуды под кожей жертвы чернели прямо на глазах и расползались чернильными паутинами на быстро темнеющей плоти. Крайллах попятился, ощущая тошнотворный приступ ужаса.

На нем тоже не было шлема.

Он повернулся и побежал так быстро, как только позволяла аугментированная мускулатура доспехов.

На бегу он видел десятки своих подданных, корчащихся в хватке незримого убийцы. Заражение распространялось с той же, если не большей, скоростью, чем двигался он сам, отравляя всех, на ком не было полного доспеха. Он не понимал, почему сам еще не стал добычей яда, и воспринимал каждое неприятное ощущение в теле как знамение гибели. Когда он добрался до большого зала, трон чудес показывал новый калейдоскоп образов, среди которых доминировали искаженные от боли лица эльдаров, мастерски изваянные из некоего черного, похожего на стекло кристалла.

Крайллах остановился, когда узнал это видение, издал хриплый квакающий смех и устало опустился на фасетчатый трон.

Через какое-то время пришел Морр с полным списком потерь. Несколько сотен воинов, рабов, гурий, домашних животных и придворных пало жертвой атаки, включая всю ту группу, которая принесла отраву во дворец. Это досадное обстоятельство оставило Крайллаха без пленников для допроса и с очень небольшим количеством улик, которые можно было бы исследовать. Вещество идентифицировали и подтвердили то, что Крайллах уже видел в троне чудес – это была стеклянная чума.

Примерно за тысячу лет до падения Шаа-дома прославленный скульптор Джалакслар добился невероятного признания, продемонстрировав Комморре свои последние творения. Фантастически правдоподобные изваяния эльдаров в различных позах, выражающих изумление и ужас, были созданы из черного кристалла, похожего на стекло. Джалакслар сразу же заработал покровительство нескольких кабалов из числа самых могущественных, но вместе с тем обрел множество непримиримых конкурентов. В тот же вечер его студия-лаборатория была захвачена и разгромлена. Среди развалин обнаружили секрет Джалакслара.

Безумный скульптор-ученый выделил вирусную спираль, которая быстро перерождала живые ткани, превращая теплую плоть в холодное кристаллическое стекло за несколько ударов сердца. Поразительная выставка искусно изваянных статуй на самом деле была создана с невольной помощью его первых жертв – друзей, гостей и ассистентов. При разрушении мастерской Джалакслара вирус случайно попал в воздух и начал с ужасающей скоростью расползаться по городу. Тысячи комморритов пали жертвой этой «чумы стекла», прежде чем ковену гемункулов под названием Сглаз удалось создать антивирус, подавивший ее.

Естественно, стеклянную чуму превратили в оружие и стали использовать, маскируя вирус самыми разнообразными способами. Иногда он естественным образом мутировал и какое-то время преодолевал обычные антивирусные препараты, прежде чем их подстраивали под новую разновидность. Штамм, выпущенный во дворце, был из числа малоизвестных. Несколько кварт жидкой вирусной взвеси находилось внутри «подарка», каменной урны, которая при определенных действиях выпускала жидкость в виде аэрозоля. Черный дым, который они увидели, не был последствием взрыва, как предполагал Крайллах, его породил вирус, борющийся с антивирусными препаратами в воздухе дворца. На этот раз антивирус не помог, и те, кому не делали вакцину из защитных нанофагов, стали жертвами болезни, превращающей тело в хрусталь.

Стеклянная чума означала Истинную Смерть. Возродиться после нее невозможно, потому что в теле не остается ни единой клетки живой ткани, из которой можно было бы создать новую плоть. Драгоценность души, лишившись последней связи с жизнью, легко ускользала из своей превращенной оболочки прямо в поджидающую пасть Той, что Жаждет. Истинная Смерть прокралась в его дворец, и Крайллах выжил лишь благодаря своему тайному арсеналу защитных эликсиров и противовозрастных снадобий. Несмотря на явную неуклюжесть атаки, Кселиан едва не убила его. Крайллах подавил дрожь.

– Что думаешь, Морр?

– Атака выглядит… непрямой, учитывая ее предполагаемые истоки.

– Объясни.

– Архонт Кселиан прямолинейна. Она устанавливает власть и выражает свои желания путем силы.

– Ты имеешь в виду, что она выше подобного? Я думаю, ты прискорбно ошибаешься, Морр.

– Она бы не нападала, если бы не была уверена в победе.

– А, ты имеешь в виду, что она бы не выдала свои намерения так просто?

– Именно, мой архонт.

Морр, конечно, мог быть прав. Кселиан наверняка бы предпочла просто заявиться, стреляя из всех стволов, и сражаться насмерть. Ей недоставало тонкости и опыта, чтобы придумать такой двойной блеф, как при сегодняшней попытке убийства. Но если не она, то кто? Круг подозреваемых расширился и включил в себя вкрадчивого, коварного Иллитиана и самого великого тирана, Асдрубаэля Векта.

Иллитиан был способен на любые тайные и грязные дела, чтобы добиться своего, но сложно было понять, что он получит от смерти Крайллаха. Возможно, он надеялся поставить во главе Вечного Царствия более сговорчивого архонта. Тогда имело смысл втянуть Кселиан в борьбу с ним. Либо Крайллах погибнет, либо нападет в ответ на Кселиан, что в любом случае выигрышно. И все же зачем? Альянс между благородными домами в определенной степени был полезен для всех троих. Склоки между ними могли лишь послужить интересам Векта.

Именно Вект прославился тем, что преподносил неожиданные подарки тем, от кого хотел избавиться. Он, несомненно, хотел бы увидеть, как благородные дома вцепляются в глотку друг другу, и любая попытка вбить клин между ними могла быть спровоцирована им. Но в целом это ничего не значило. Неважно, кто подослал убийц, они публично объявили себя последователями Кселиан, и Крайллах находился в безвыходном положении. Сейчас по Комморре уже должна была расползтись весть, что Кселиан напала на Крайллаха. Теперь он должен был выступить против нее или потерять репутацию в глазах остальных архонтов.

– Собери придворные войска, Морр. Похоже, нам нужно нанести визит Кселиан.

– Я немедленно выступлю, м… – начал инкуб.

– О нет, я отправлюсь к ней сам. Надо, чтоб меня увидели живым, здоровым и проклинающим Кселиан, иначе другие кабалы почуют кровь в воде.

– Прошу прощения, мой архонт, но я вынужден возразить. Слишком опасно.

– Согласен. Прощаю. Но ты знаешь не хуже, чем я, что в этой ситуации проявление излишней осторожности всадит мне в спину сто кинжалов вместо одного в грудь.

– Одна из тринадцати основ мести, – почти смиренно сказал Морр. – Вы, конечно, правы, мой архонт.

Повинуясь, Морр пошел выполнять приказы. В ближнем бою войска Кселиан могли легко победить солдат Вечного Царствия, но не в том случае, если Крайллах диктовал время и место столкновения. Богатство давало определенные привилегии.

– …и пошли за начальниками шпионов. Я хочу знать, какие корабли стоят у отрога Клинков Желания.

– Сию минуту, мой архонт.

Над дворцом Вечного Царствия начала собираться золотистая армада прогулочных кораблей. Воины Крайллаха садились с крыш на «Рейдеры» и затейливо изогнутые «Яды» и занимали места у орудий, открывались прикрытые резными дверцами порты, наружу выезжали узорчатые пушки. Вскоре вдоль барочных поручней ожидающих машин выстроились десятки кабалитов в шипастой броне. Повсюду виднелись рогатые шлемы, пышные гребни, выбритые головы, как яркая мозаика красного и темно-золотого цвета. Наконец сам Крайллах выехал в собственной небесной колеснице и занял место в сердце армады. Рябящие энергетические щиты вокруг транспорта архонта делали его похожим на странное яйцо среди ярких, усеянных драгоценностями украшений.

Заметив движение, крылатые бичеватели и скрытные гравилеты дюжины других кабалов немедленно отослали своим хозяевам весть, что Крайллах идет войной на Кселиан.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю