Текст книги "Императрица всех сезонов (ЛП)"

Автор книги: Эмико Джин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Акира прислонился к березе, двигал на плечах мешок с одеялами, сухофруктами и нужными вещами для пути.

– Можно еще немного идти по главной тропе, но днем свернем в лес. Мы найдем путь там.

– Сколько дней это займет? спросила Ханако.

– Четыре, если спать каждую ночь. Но мы можем справиться за три, если будем идти немного по ночам, – Мари посмотрела на восходящее солнце. Ветер шуршал листьями, манил ее домой.

– Я мало сплю, – сказала Ханако.

Рен согласно хмыкнул.

Акира смотрел на Мари. Она молчала, но подняла голову в слабом «да». Сын кошмаров кивнул.

– Три дня.

Они пошли дальше.

* * *

«Дом».

Небо стало тусклым. Запах дыма ощущался в воздухе, стало видно железные врата Цумы. Мари издала вопль, бросила мешок и побежала. Услышав ее, жены-звери выбежали из домов. Она пробежала мимо них, неслась по деревне. В паре футов от своей двери она застыла.

Слезы подступили к глазам. Дом. Она много дней боялась войти в дом и увидеть мать. Но в этот миг лучше вида не было. Она слишком многое принимала как должное.

Дверь отъехала, и вышла ее мать.

– Мари? Тами прижала ладонь к груди. Дочка?

– Мама, – выдавила Мари.

Они обнялись, и все было прощено без слов.

Миг длился не долго. Времени не было.

– Нужно поговорить, – Мари указала на открытую дверь. Внутри.

* * *

Мари водила пальцами по стенам комнаты с татами. Ее дом. Деревня казалась маленькой. Тами в углу смотрела на Мари с вопросом.

Рен, Ханако и Акира вошли, и ноздри Тами раздулись от гостей, но она ничего не сказала. Друзья стояли за ней, и Мари начала рассказ. Солнце село. Огонь трещал в ирори. Собрались мотыльки, били крыльями об окна. Мари рассказала маме все: как одолела Времена года и забрала жизнь ёкая. Она даже смогла говорить ровным голосом о любви с Таро и мечтах о другом пути.

Юка принесла угощения, пришли другие жены-звери. Кроме Хиссы. Мари заметила отсутствие подруги. Все смотрели на Мари, когда она сообщила о приближении армии.

Норико, жена-зверь, склонилась, ее щеки пылали.

– Они идут сюда?

– Не знаю. Но Таро будет искать нас. Он знает о моем доме. Может прийти сюда. Скоро. Я пришла предупредить вас. Нужно скорее уходить. Простите.

Из-за толпы раздался вопль. Юка зашипела и покачала Маюми на коленях.

– Мы не можем уйти, – сказала Норико. Толпа согласно зашептала. Цума боялась. Первая жена-зверь выбрала это место. Если оставить его, они оставят свою историю, часть себя.

Рен цокнул и указал на ошейник.

Ханако кивнула.

– Если останетесь, окажетесь в ошейниках, – Ханако помахала ладонью над своим. Побег единственный шанс на свободу.

Норико фыркнула.

– И жить, скрываясь. Это свобода?

– Лучше жизни в цепях, – сказала Ханако.

– Думаю, они равны, – отметила Норико. Ханако не спорила.

Мари кашлянула.

– Выбора нет. Придется уйти.

Тами медленно покачала головой, ее темные глаза пылали.

– Нет.

Мари склонилась, понизила голос до шепота:

– Ты не можешь думать так. А Маюми? малышка уже спала на руках Юки.

– Юка и Маюми могут уйти. Должны уйти. Но остальные – Тами посмотрела на женщин. Мы можем остаться и защитить дом или убежать. Моя мать и мать моей матери тут похоронены. Первая жена-зверь построила тут свой дом. Дерево гинкго, что укрывает нас и дает жизнь тут, на этой горе.

– Лучше жить и бороться, – крикнула одна из толпы. Некоторые кивнули. Другие сомневались.

Тами кашлянула.

– Выбирайте сами оставаться или бежать. Никого не осудят за решение, – она посмотрела на Мари с чем-то невысказанным во взгляде.

– А что сделаешь ты? спросила Мари у мамы, хоть знала ответ.

Тами нежно улыбнулась.

– Моя жизнь тут. Если ее оставить, я умру. Я останусь и буду защищать свой дом.

Слезы наполнили глаза Мари.

– Мама

– Тише, дочка. Не забывай, откуда ты, кто ты. Не забывай, кто я, – глаза Тами стали черными, выпуская зверя. Жены-звери ответили на зов зверя Тами. Они пойдут за ней.

Ханако кашлянула.

– Не важно. Нашу силу подавят монахи. Как только они произнесут проклятия, мы упадем, как обрезанные нити.

– Не все, – сказал Акира из угла. Он выпрямился и вышел в центр комнаты. Проклятия на меня действуют не так сильно.

Все посмотрели на Акиру.

– О чем ты? спросила Норико.

Акира стиснул зубы.

– Моя мать ёкай, мой отец человек. Во мне силы матери, но и человечность отца. Я могу помочь с защитой от монахов.

– Зачем? спросила едко Юка.

Акира пожал плечами.

– Я выбрал свою сторону. Я с вами, со всеми ёкаями.

Рен цокнул.

– Император приведет большой отряд самураев и священников, – перевела Ханако. Сколько вас в деревне? Сорок или пятьдесят? Нас слишком мало.

Тами склонилась, опасно улыбаясь.

– Да, но мы без ошейников. Выпустив в себе зверей, мы сможем одолеть армию.

– А священников? спросила Ханако.

Тами кивнула на Акиру.

– Он может справиться с ними.

Ханако фыркнула.

– С одним или двумя, но не десятком, – она притихла. Нам нужен план, а не только грубая сила. Особенно, если мы хотим прогнать их с горы.

«Как одолеть непобедимую армию?» – идея пришла в голову Мари с силой искры.

– Мы разделим их, – сказала она. Все посмотрели на нее. Император настроил ёкаев против друг друга, разделил их. Мы можем повторить их тактику. Если монахи отделятся от самураев, то будет шанс победить. Победим священников, одолеем и армию.

– Нужно оружие и взрывной порошок, – сказала Ханако.

Кто-то кашлянул. Хрупкая жена-зверь Чика подняла руку.

– У меня есть оружие и взрывной порошок, – она рассмеялась, покраснев. Мой четвертый муж был кузнецом в его клане.

Ханако улыбнулась, и вскоре все в комнате улыбались. План зарождался.

* * *

Гравий хрустел под ногами Мари, она приближалась к матери. Тами смотрела на миллионы звезд на небе. Мари забыла, как ярко сияло небо в горах. В городе дым закрывал все. Луна убывала, была серпом во тьме. Призраком.

– Юка пойдет с Маюми в монастырь, попросит у монахов убежища, – сказала Мари.

Перед рассветом Тами сказала всем женам-зверям укреплять дома.

– Это хорошо, – сказала ее мать.

– Но я не нашла Хиссу.

Тами моргнула.

– Хиссы нет. Она ушла вскоре после тебя. Я нашла ее след до реки, – губы ее матери дрогнули. Мне жаль.

Мари было плохо.

«Но ей хотя бы не нужно биться. Она в безопасности. Я надеюсь на это», – она жалела, что не сохранила гребень Хиссы. У нее было от подруги лишь это. Мари сглотнула, подавляя печаль. Она пыталась отвлечься от боли. Все, кроме Юки и Маюми остаются, – сказала Мари. Я

Ее мать прервала ее резким взглядом.

– Ты заберешь все медные монеты и золото из-под половиц и убежишь.

– Что? Нет!

Тами сжала плечи Мари. Глаза ее матери были дикими.

– Ты послушаешься меня в этом. Это мое последнее желание.

Мари вырвалась из хватки Тами.

– Нет, – «не давай страху определять твою судьбу». Я останусь и помогу, – следующие слова Мари были едкими. Какое тебе дело? было просто вернуться к прежним привычкам.

Глаза Тами пылали.

– Какое дело? Ты моя дочь. В тебе течет моя кровь. Я тебя люблю.

Мари склонила голову и всхлипнула. Не время для этого разговора. К ним шла армия. Но Мари не смогла сдержать слова.

– Когда я росла, ты была всегда такой холодной. Такой далекой.

Тами поджала губы.

– Я держалась в стороне. Думала, так лучше.

– Ты не верила в меня. Не думала, что я одолею Времена года.

Дыхание Тами вырывалось облачками.

– Наоборот. Я слишком сильно в тебя верила. Я знала, что ты победишь. Что ты очаруешь принца. С момента, когда я взяла тебя в руки, я поняла, что твоя жизнь больше, чем Цума.

– Ты отослала меня.

«Я чуть не умерла. И не стану прежней».

– Я освободила тебя. Ты лучшее мое творение. И если я была жестока, то лишь для того, чтобы подготовить тебя к миру, что еще ужаснее.

Плечи Мари опустились. Она знала, что это правда, знала с признания матери. Но простить нужно было многое.

– Ты хочешь остаться? спросила Тами.

– Да, – твердо заявила Мари. В пару мгновений наедине Мари решила, что будет жить или умрет на стороне друзей. Что толку бежать, если все любимые погибнут? Она должна была биться.

Тами подняла голову.

– День будет красивым. Ни облака.

Мари сжала ладонь матери.

Они вместе смотрели на восход солнца.

ГЛАВА 48

Таро

Армия императора поднялась на гору в свете утра.

Таро вел их верхом на каштановой лошади, ее шерстка блестела на солнце. Он был в броне из пластин стали, связанных лиловым шелком. Его шлем был с рогами и красной металлической маской. Сатоши был слева от него, а сёгун справа. Оба были в схожей броне.

– Деревня в пяти милях по дороге! прохрипел разведчик, его лошадь неслась к группе, затормозила. Разведчик спешился, потный, и склонился перед Таро, пытаясь перевести дыхание.

– Что еще? спросил сёгун.

– Они, похоже, ждут нас. Заколотили дома, – разведчик выпрямился, все еще задыхаясь.

– Они убежали? Таро поднял маску.

– Не знаю, Ваше величество. Я не хотел подобраться ближе и спугнуть их.

Таро хмыкнул и опустил маску на место.

– Ваше величество, мы ждем приказа, – сказал сёгун.

Конь Таро топнул копытом, ощущая беспокойство хозяина.

Таро ощущал за собой силу пять его любимых даймё вели пять сотен самураев. Десяток священников. Деревья были наполнены ниндзя. Он привел армию, что могла перевернуть гору.

– Отдохнем сегодня тут. Нападем на закате, – покров ночи лучше подходил для охоты. Пусть все знают императрицу нужно схватить живой.

– Ваше величество? спросил сёгун.

Таро скрипнул зубами.

– Императрицу нужно взять живой. Остальных можно убивать.

Таро смотрел вперед. Где-то за деревьями ждали Мари и его жены-звери. Сердце Таро колотилось. К утру все кончится. Гора падет. И Таро станцует на развалинах.

ГЛАВА 49

Мари

Сухие листья хрустели под ногами Акиры. От шума Мари перестала точить новую нагинату подарок Чики – и подняла голову. Она сидела у плоского камня, поднимающегося из земли колонной. На его поверхности была вырезана легенда о первой жене-звере. Перед ней пылал огонь. Она развела его до этого, добавив красных горных маргариток. Алый дым поднимался в небо.

«Я вернусь в горы. Если буду нужен, найди маргаритки» – сказал Хиро. Мари решила забрать долг. Она молилась, что ронин покажется, поможет ей победить неодолимую армию.

– Я тут играла в прятки, – вздохнула Мари и опустила нагинату на колени.

Акира стряхнул землю с ладоней. Он провел утро у родителей, просил их бежать, а потом рыл ямы. Жена-зверь прошла мимо, глядя на него.

Мари меланхолично улыбнулась.

– Другие дети не посмели бы прятаться у священного храма. А теперь он может быть разрушен.

Акира обошел костер, склонился и сжал колени Мари.

– Не верь в это. Вера придает этому вес и значение. Это предлагает богам и богиням сделать такое правдой.

– Ты слишком оптимистичен.

Он смотрел в ее глаза.

– Нет. Я знаю, что жизни будут потеряны. Но у нас есть шанс.

– А если мы преуспеем, если отгоним армию Таро? Он вернется с подкреплением. Муха может уклониться от ладони, но ладонь вскоре вернется.

– Мы выступим. Если мы преуспеем, то пойдем на запад и соберем армию, равную императорской, – Акира коснулся ее плеча. И тебе стоит вести их, – Акира сделал паузу, глядя в глаза Мари. Ты могла убежать. Но ты здесь.

Появились Ханако и Рен. Они слышали предложение Акиры. Ждали ответа Мари. Она могла это сделать? Повести их?

Она сжала нагинату.

– Я буду биться всегда рядом на твоей стороне, – она ощутила улыбку Акиры. Она посмотрела на него. Она думала, что Таро дополнял ее. А теперь поняла, что нет. Она сама была полноценной.

«Брак и любовь не достижения», – Мари была готова встретиться с Таро, с новой жизнью. Пламя мятежа в ней вырывалось на свободу.

* * *

Вся деревня собралась в доме Тами для еды. Там они услышали первый звук военных барабанов, отраженный от деревьев. Ритм начался шепотом на ветру, что был все громче с каждым мигом.

Мари стало не по себе.

Тами встала, ее руки дрожали, она вытерла их о кимоно. Даже перед лицом войны мать Мари выглядела роскошно в шелковом наряде.

Мари проглотила остатки риса. Страх сменился насмешкой. Как нагло Таро сообщал о прибытии, словно уже победил. Кровь пылала в венах Мари.

– Идет император, – сообщила Тами.

– Рано, – прошептала Ханако. Они ждали его на следующий день. Ему нужно было время, чтобы закончить вторую часть плана. Чтобы ронин прибыл.

Маюми завыла на руках Юки, и Тами вывела мать и дочь за дверь.

– Иди. Уноси ее отсюда. Не возвращайтесь.

Мари пошла следом, а потом вышли и остальные жены-звери.

Юка побежала, сжимая ребенка в руках. Она прыгнула, подбросила Маюми в воздух. Малышка хихикала, крутясь в небе. Юка стала зверем. Маюми была близко к земле, когда Юка поймала дочь когтями и взмыла в воздух. Она была уже далеко, тело стало силуэтом, порывом крыльев.

– Это было невероятно! голос Ханако пронзил тишину. Вы все так можете?

Жены-звери тут же отбросили облик людей. Под бой барабанов они стали могучими зверями. Мари смотрела на меняющиеся тела, кожу, слышала треск костей. Она снова смотрела со стороны. После всего, чем она стала, тут она осталась не полной. Но боль была не такой острой. Она поймала взгляд Акиры, и он улыбнулся, поддерживая.

«Я вижу тебя. Вижу, какая ты есть. Вижу то, чего у тебя нет. И этого хватит. Тебя достаточно».

Зверь двигался под кожей Мари. Он словно просил принять его. Она закрыла глаза. Ее тело само согнулось. Позвонки двигались, как змея под кожей. Нет. Она не хотела этого. И тут она поняла. Не зверь отказывал ей. Она отказывала зверю.

«Потому что я не хотела быть женой-зверем, – но теперь она поняла. Это не определяет меня. Это часть меня».

Ее спина с треском раскрылась, и развернулись черные кожистые крылья, переливаясь в сумерках. Плоть вывернулась. Ее руки удлинились, пальцы стали черными толстыми когтями. Ее нос и рот стали клювом. Она моргнула, глаза стали черными. Прочная чешуя пробилась сквозь ее кожу, и хвост вырос из спины. Из ее клюва вырвался могучий вопль.

«Я императрица и жена-зверь, ёкай и то, что еще посчитаю частью себя. Я выбираю. Никто другой», – Мари посмотрела на жен-зверей. Сестры. Матери. Чудища. Прекрасные звери. Они шевелили крыльями, готовые лететь. Готовые биться.

Рен, Ханако и Акира пришли в себя и заняли места рядом с Мари. Ханако даже рискнула провести рукой по крылу Мари. Изменившись полностью, Мари не могла говорить, но понимала и чувствовала.

«Это свобода. Любить кого-то так, что все равно на мнения других».

– Все готово? спросила Ханако у Акиры, прикрепляя катану к спине.

Сын кошмаров кивнул. Десятки сюрикенов были на его одежде, будто броня.

– Я закопал котлы вдоль дороги, как ты и просила. Рену нужно лишь поджечь нить, и

Барабан приближался. Сердце Мари колотилось.

– Мы все знаем, что должны делать? спросила Ханако. Группа кивала. Жены-звери открыли клювы и завопили. Мари с ними. Хорошо. Ладно. Если умрем сегодня, то вместе.

Мари ударила крыльями и взлетела, повела отряд к вратам. Жены-звери летели за ней темным зловещим облаком. Они выглядели схоже, но Мари знала, где была ее мать, ощущала ее, как дерево свои корни.

Рен бежал впереди с коробком спичек и серпом с цепью в руках. Дым долетел до ноздрей Мари. Она напряглась, решительно нахмурилась. Из-за своего небольшого размера она научилась, что важен был элемент неожиданности. Таро не знал, что его ждало.

ГЛАВА 50

Таро

Таро сидел прямо в седле. Из-под копыт летела земля. Крики, смесь звуков лошади, птицы и человека, пронзили воздух. Армия зашепталась, и они с трудом управляли лошадьми.

Деревья по краям дороги шуршали, ниндзя прыгали с ветки на ветку. Еще немного, и тропа стала шире. Камни усеивали пейзаж. Ветер свистел на склоне горы. Пахло снегом и льдом, хоть зима давно прошла. Стало видно врата, петли скрипели от ветра. Таро заметил крыши, но огней не было. Деревню бросили?

– Что-то не так, – прошептал Сатоши. Его наполовину брат не был воином. Священники полагались на проклятия. Новый император планировал это исправить.

Таро огляделся. Горы поднимались посреди дороги, словно суслик вырыл прямую. Таро напрягся. Он открыл рот, чтобы приказать отступление.

Но было поздно.

Взлетели грязь и огонь, воздух наполнил дым. Небольшие взрывы вспыхивали в линии.

Лошади брыкались, на их ртах выступила пена. Армия разделилась пополам. Самураи на лошадях убегали в стороны. Священники отступили влево.

– Держаться строя! кричал Таро в хаосе. Но его не было слышно.

ГЛАВА 51

Акира

Акира преследовал священников по лесу. Он бросал сюрикены, разрезал артерии четверых. Другие бежали, не думая о павших товарищах. Ветки хлестали щеки Акиры. Он бросил еще звездочку. Пало еще двое.

«Вот так, трусы. Бегите в мою ловушку».

Впереди дрожали деревья. Ханако и Рен спрыгнули с веток, перекрыли путь. Демон улыбнулся, облизнул клыки и взмахнул серпом и цепью.

Священники застыли, начали скандировать. Два ёкая тут же упали. Жены-звери падали с неба, проклятия давили на них. Была ли среди них Мари? Страх чуть не задушил Акиру.

Священники окружили юки-онну и демона.

«Их защита слабеет. Они повернулись спиной. Вот. Одолей священников. Победи армию. Сейчас!» – Акира бросил звездочки молниеносно. Металл задел шеи, спины, животы священников. Они упали красной кучей. Боги и богини, их план работал. Наверху жены-звери снова взлетели, радостно вопя.

Рен помог Ханако встать.

– Все в порядке? спросил Акира.

– Проверьте пульс, – сказала Ханако Рену и Акире. Я посторожу.

Акира подошел к телам в куче, прижимал пальцы к их шеям, кожа немного шипела от контакта с их татуировками.

– Все мертвы, – крикнул он и сосчитал тела, отметил цвет одежды серый. Одного не хватает. Сатоши, Высший священник. Он не здесь.

Ханако выругалась. Дым от взрывов на дороге подступал к их лодыжкам. Ночь сгущалась. Но насекомые молчали. Деревья сияли, их души дрожали. Он посмотрел на Рена и Ханако.

– Помогите остальным. Я найду его.

ГЛАВА 52

Таро

Больше криков, и они были ближе. Таро подавил желание зажать уши руками. В небе низко летали создания с черными клювами. Ниндзя выпустили стрелы. Одно из существ закричало, стрела пронзила его кожистое крыло, и оно полетело к земле.

Словно связанные, все существа закричали. Они нырнули в воздухе, схватили ниндзя с деревьев когтями. Они поднялись почти до луны и сбросили ниндзя оттуда. Густой дым покрывал землю, скрывая тела.

– Ваше величество, нужно отступить, перестроиться, – сказал сёгун. Его лошадь была напугана, было видно белки глаз.

– Что сделал бы мой отец? кричал в шуме Таро.

Сёгун замешкался.

– Что он сделал бы? не унимался Таро.

– Остался бы и бился, – ответил сёгун.

Черная толпа вышла из дыма вернулись самураи. Таро повел коня вперед. Крылатый силуэт появился в дыму. Потом другой без крыльев. Они.

Демон взмахнул рукой с серпом на цепи. Оружие вылетело из руки они. Оно пролетело мимо Таро, вонзилось в горло сёгуна. Сёгун сжал шею и упал с коня.

Демон забрал оружие и отступил под покров дыма.

Таро съехал с коня. Он был заметен у дыма. Он вытащил мечи.

– Прячетесь как трусы! закричал он, срывая шлем и маску. Выступите против меня.

Крылатое существо двигалось в дыму. Таро застыл, затаив дыхание. Его кровь текла с трудом, словно стала тяжелее. Фигура шагнула вперед, и тело изменилось. Крылья убрались в спину, чешуя замерцала и пропала, черные бездонные глаза стали карими с янтарными вкраплениями. Демон отдал ей нагинату. Она улыбнулась с оружием в руке. А он проклинал разогнавшуюся кровь. Радость при виде нее. Его жены. Его императрицы.

Мари.

ГЛАВА 53

Мари

Мари убрала ножны с нагинаты. Она смотрела на Таро. Холодный принц глубоко дышал, сжимая мечи. Самураи кишели за ним, но Таро остановил их, тряхнув головой. Мари сосредоточилась на нем. Ее желудок сжался. Как до этого дошло?

Оранжевый свет вспыхнул в стороне. Ниндзя подожгли стрелы. Мари услышала над собой крик, знала, что погибла еще одна жена-зверь. Под ее кожей напрягся ее зверь.

Таро заметил, как она вздрогнула.

– Так может и не быть. Отзови свой мятеж. Бой можно закончить, остановить кровопролитие.

Мари взмахнула нагинатой.

– Ты покинешь эту гору и мою деревню с миром? спросила она, вскинув бровь.

Таро покачал головой.

– Ты знаешь, что я не могу. Я прошу тебя сдаться.

Ужасный вопль разнесся в горах, еще одна жена-зверь падала с неба, в этот раз пылая, напоминая комету, летящую к земле. Серый дым виднелся во тьме, воняло серой и горящими деревьями. Вокруг них гремел металл о металл. Акира, Рен и Ханако бились с армией. Мари обдумывала слова Таро. Никому больше не придется умирать.

Таро ощутил ее колебания. Он осторожно шагнул к Мари и опустил мечи.

– Ты могла бы вернуться во дворец. Ко мне.

Мари зажмурилась. Она точно ослышалась. К нему. Быть снова его императрицей? Она почти рассмеялась. Она опустила нагинату.

– А мой народ? А Акира?

Челюсть Таро дрогнула.

– Сын кошмаров убил моего отца. Он должен заплатить за преступление. Нужно восстановить справедливость.

– Такой упрямый, – процедила Мари. Она сжала нагинату. А ёкаи? Ты снимешь ошейники и изменишь империю, чтобы к нам относились как к равным?

Мечи Таро задели землю.

– Я не могу.

Мари моргнула и прогнала все мечты о жизни с Таро. Они улетели, как дикие птицы, в ночь. Может, предательство его наполовину брата было не важным. У них хватало своих проблем.

– Тогда я не могу сдаться, – прошептала она.

Таро скривился.

Кровь кипела в венах Мари, она подвинула нагинату. Она пригнулась и взмахнула древком, попала за коленями Таро. Движение никогда ее не подводило. Таро пошатнулся, но использовал согнутые колени, как пружину, вскочил в воздух. Он приземлился с шумным выдохом, поднял мечи. Он бросился к ней.

Они вернулись в Весеннюю комнату, бились в сложном танце. Но в этот раз придворные не смотрели, цветы вишни не обрамляли платформу. В этот раз трещал огонь, воняло горящими телами, звучали крики падающих жен-зверей. Жестокость. Разрушение. Война.

Мари остановила меч Таро древком нагинаты. Она стала крутить оружием, но ее остановила резкая боль в боку. Рот Таро раскрылся, он отпрянул, короткий меч был в крови. Ее крови. Мари коснулась бока. Порез тянулся вдоль ее туловища. Не убивающая рана, но этого хватило, чтобы она согнулась и охнула. Чтобы ослабела.

Мечи Таро зазвенели на земле.

– Мари? он поймал ее за руки, не дал упасть. Их взгляды пересеклись. На миг все притихло. Казалось, все начиналось и одновременно заканчивалось. Его лицо было полно сожалений, боли и печали.

Кровь покрывала пальцы Мари. Она сжала Таро. В ушах звенело.

– Посмотри, что мы сделали друг с другом.

«Я могла любить тебя. Могла быть твоей императрицей всех Времен года. Мы могли найти другой путь».

Металл вспыхнул где-то сбоку. Звездочка пролетела по воздуху. Мари закричала. Последние силы она направила, чтобы закрыть собой Таро, и сюрикен порезал ее живот. Убивающий удар. Мари сжалась в руках Таро.

Она погладила его щеку в щетине пальцами.

– Не забирай меня отсюда, – взмолилась она. «Не забирай из моего дома». Губы Таро дрожали. Я не убивала твоего отца. Предатель в твоем доме, он твоего рода, – она охнула. Последние слова были потрачены на предупреждение, попытку спасти человека, которого она по-настоящему любила.

Глаза Таро покраснели, блестели от слез.

– Сатоши?

Она закрыла глаза. Поежилась. Императрица. Любимая Временами года. Избранная богами и богинями. Умерла.

ГЛАВА 54

Акира

Всхлип застрял в горле Акиры. Он видел, как пала Мари. Слезы мешали видеть.

Жар пылал в лодыжках Акиры. Лес горел.

«Пусть горит. И я сгорю с ним, – он убил любимую. Нет. Нет. Нет», – это не могло быть правдой.

– Сын кошмаров! прогремел император. Акира видел его среди деревьев. Император стоял выше линии дыма с мечами в руках. Выйди и сразись со мной! завопил он.

Крик пронзил воздух. Акира посмотрел наверх. Жена-зверь кружила сверху, бросалась на стражу Таро. Мать Мари. Другие жены-звери последовали примеру и атаковали самураев.

В хаосе только Акира увидел нож, летящий по воздуху. Он знал это лезвие. Этим ножом Сатоши убил служанку Мари. Он пронзил броню Таро и остановился в его груди. Принц отшатнулся. Он уронил мечи, прижал ладони к рукояти ножа. Таро упал на колени в дюймах от тела Мари. Кровь текла по его броне. Жены-звери заметили пострадавшего принца и отпрянули, кружили в небе.

Они ждали.

Они смотрели.

Самураи упали на колени рядом с императором. Ниндзя слезли с деревьев. Они прижали ладони к грудям. Рот Таро открывался и закрывался. Он пытался говорить, но слов не было. Из последних сил он подполз к Мари. Он осторожно обнял ее. Гром сотряс гору. И он умер.

Повисла зловещая и тяжелая тишина. Самураи и ниндзя были обучены следовать. Что они сделают без лидера?

Сатоши вышел из леса.

«Нет», – Акира потянулся за сюрикеном. Пусто. Последний он бросил в императора нет в Мари. Жестокая судьба.

Самурай встал.

– Император мертв.

Ощущая новую угрозу, жены-звери закричали и бросились к Сатоши. Глубокий вдох, и священник принялся колдовать. Запахло жженой корицей, это превратилось в едкий дым. Слова священника начинались тихо, но становились все громче. Ветер трепал его одеяние, он тянулся к небу. Акира ощущал, как в него пробирается магия, обвивает жжением его душу. Он мог терпеть. А жены-звери нет. Их тела меняли облик в воздухе, и они падали с неба. Вид был ужасным. Самураи отступали, а жены-звери падали кучами пыли и сломанных костей. Красивые женщины усеяли тропу.

Сатоши рявкал приказы между проклятиями. Он повернулся к самураю с красной кисточкой на шлеме.

– Обыщи лес. Найди всех ёкаев, надень на них ошейники, – самурай замер. Иди! крикнул Сатоши. Император мертв. Я следующий в очереди. Слушайся меня или предай империю.

Сатоши дальше чеканил проклятия, потея от усилий. Мари лежала у ног священника. Акира посмотрел на ее маленькое безжизненное тело. Она выглядела так юно, так уязвимо. Такая маленькая в руках павшего императора.

Самураи двигались среди жен-зверей, надевали ошейники на выживших. Часть ушла в лес. Акира поднялся на кипарис. Он прижался телом к стволу и смотрел на Мари сквозь ветви. Он мог лишь это. Слезы горячими водопадами лились по его лицу. Это был конец их народа. Он был виноват. Он убил свою девочку-зверя.

Вдруг он вспомнил про Ханако и Рена. Они все еще были в лесу. Его друзья. Он не мог уже помочь Мари. Хромающий самурай поднял ее тело.

– Разведите костер, сжигайте тела и следите, пока они не станут пеплом, – Сатоши дрожал от гнева.

Акира прыгнул с дерева на дерево и увидел Ханако и Рена. Они были живыми, но проклятия священника подавили их.

Акира спрыгнул с дерева.

– Нужно увести вас отсюда, – сказал он им, хоть не знал, слышали ли они его сквозь боль. Самураи обыскивают лес.

Ханако стонала. Рен дрожал.

– Мари? простонала Ханако.

Акира покачал головой со слезами на глазах. Он не мог это сказать.

«Она умерла от моей руки», – он помог Рену подняться. Он обвил демона рукой, чтобы помочь ему, но не удержал вес. Они обмяк на землю.

– Я вас не брошу, – он попытался снова. Без толку. Он сел рядом с демоном, задыхаясь.

Ханако заскулила, приоткрыла рот.

– П-п – только смогла выдавить она.

– Что такое? спросил Акира.

Ханако попробовала снова:

– П-прячься.

– Прятаться? повторил Акира. Он вскочил на ноги.

Акира покатил тело Рена глубже в лес, первые лучи солнца упали на гору. Он понес Ханако. Он опустил юки-онну рядом с они, прикрыл их ветками и листьями. А потом забрался высоко на дерево, опередив самураев, рыщущих в лесу.

Группа разбрелась, тыкая землю копьями. Акира затаил дыхание. Один. Два. Три. Четыре. Пять Акира считал секунды, пока самураи не ушли. Он ждал. Тихий, как ветер. Он считал.

Солнце поднялось и опустилось. Мухи кусали щеки Акиры. Священник, наконец-то, умолк. Внизу зашуршали листья: Ханако и Рен пришли в себя, но оставались на месте, ощущая просьбу Акиры: «Ждите. Ждите. Ждите».

Наступил рассвет. Белка забралась на ветки над ним. Акира медленно забрался на верхушку дерева. Дым почти скрывал солнце, но он видел, что армия еще была там, ходила среди развалин Цумы. Все пропало. Дом Мари был разрушен.

От деревни остались дымящиеся развалин и ржавые железные ворота. Акира осмотрел дорогу. Сгоревшие тела и палатки. Несколько самураев оставили грабить деревню. Но Сатоши, нового императора, видно не было. Деревья у дороги потемнели до алого, стали джубокко деревьями-вампирами как бывало на поле боя.

Акира ощутил, как что-то менялось в нем. Мари умерла, но ее дело нет. Тысячи ёкаев были в ошейниках. Акира не успокоится, пока не уничтожит эти оковы. Пока не освободит всех.

ГЛАВА 55

Мари

Кап. Кап. Кап.

Ее нос дрогнул. Воздух был влажным и затхлым. Она еще миг парила где-то между. А потом боль пронзила бок и живот, и Мари охнула. Ее веки затрепетали. Деревянные стены. Масляная лампа. Запах рапса. Она знала эту комнату. Сарай для убийств. Место, где все началось. И закончилось.

Кап. Кап. Кап.

– Думаю, она просыпается, – голос был знакомым.

– Дайте ей больше места, – другой голос был не таким дружелюбным.

Воспоминания хлынули, возвращая в прошлое порез от сюрикена, любовь и борьба, путь по тропе, ронин Маса, Хиро, красный дым. Она пыталась пошевелиться, но тело не двигалось ниже шеи.

– Не шевелись, – Маса выжал тряпку над миской. Кап. Кап. Кап. Он протер ее лоб. Прохлада была приятной, голова гудела. Мы не знали, выживешь ли ты. Хиро заметил, как двигались твои пальцы, – Маса тепло улыбнулся.

– Хиро, – прошептала она.

Самурай подвинулся, чтобы его было видно. Он хмурился. Конечно.

– Я смог придумать укрытие только тут, – сказал он.

Мари скривилась от боли в боку.

– Я зашил рану, кровь остановили. Ты проспала худшую часть. Я проверил, чтобы заражения не было, – сказал Хиро, подняв миску с густой пастой, пахнущей сосной и огурцом.

– Ночной цветок, – прошептала она.

– Ты выживешь, но изменишься, – сказал Хиро.

Маса пошевелил своей раненой рукой и подмигнул.

– Боли в конце каждого дня. Сломанное не восстановить полностью, – Маса притих. Прости, что не прибыли раньше. Мы были на середине горы, когда увидели дым. Но лучше поздно, чем никогда.

Мари кивнула, слезы катились из ее глаз. У нее было столько вопросов о друзьях, сестрах, маме, Таро. Кто выжил, а кто умер? Но она не знала, была ли готова к ответам. Если она не знала, кто погиб, они хоть немного дольше оставались живыми в ее разуме.

– Спасибо, – сказала она, сон тянул ее к себе.

Хиро кивнул.

– Я отплатил долг. Жизнь за жизнь.

– Жизнь за жизнь, – Мари уснула с улыбкой на лице.

* * *

Ей снились волки.

Ее мать любила охотиться на хищников. Когда Мари была маленькой, Тами брала ее на охоту. Там она впервые увидела, как мама меняет облик. Черная чешуя на белом снегу. Ее мать дошла за волком до его логова. Волчат не было. Только волк и волчица, что была поменьше, с черными ушами и лапами. Тами прижала волка и быстро перерезала горло, чтобы он не страдал. Она стала человеком, свет дня окутал ее кожу. Они вместе отнесли волка в Цуму, чтобы разделить мясо с кланом.