Текст книги "Поцелуй Дыма (ЛП)"
Автор книги: Эми Пеннза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)
Удовольствие нахлынуло на меня сразу отовсюду. Мой мир сжался до его золотого взгляда и шлёпанья моей задницы о его бёдра. Ошеломляющие вспышки удовольствия, которые приходили с каждым толчком его члена. Я подпрыгнул сильнее, и мой член затрепетал между нами, кончик набух и покрылся преякулятом. Я потянулся к своему члену, но Лакхлан отбил мою руку.
‒ Позволь мне позаботиться о тебе, ‒ хрипло сказал он и крепко сжал мою эрекцию, скользкую от смазки.
Экстаз. Проносится сквозь меня, как сошедший с ума пинбол. Я скакал на нём быстрее, сильно сжимая, пока его рука летала вверх и вниз по моему члену. Мои ноги покалывало, когда всё моё тело пришло в восторг от моего предстоящего освобождения.
‒ Вот и всё, ‒ промурлыкал он, его глаза превратились в светящиеся щёлочки. ‒ Извергни эту горячую порцию спермы на меня.
Он просунул другую руку под меня и провёл пальцами по моему краю, сильно поглаживая там, где наши тела соединялись.
Мои глаза закатились.
‒ Чёрт! О... чёрт.
Мои яйца покалывало, а затем оргазм пронзил меня, как удар грома. Мой желудок сжался, и я закричал и в последний раз опустился на его член, когда горячие струи хлынули из моего ствола, пропитывая его грудь и живот.
Он последовал сразу за мной, оскалив зубы, когда он толкнулся один... второй раз, затем вздрогнул, войдя глубоко в мою задницу.
Я рухнул ему на грудь, уткнувшись лицом в его шею. Его пульс затрепетал у моих губ, и я коснулся кончиком языка его кожи, пробуя соль, секс и огонь. Когда наши груди вздымались, а сердца стучали друг о друга, мои веки отяжелели. Меня клонило в сон, и я пробормотал:
‒ Так тебе понравился мой трюк в спальне?
Я услышал улыбку в его глубоком, спокойном голосе, когда он провёл кончиками пальцев вверх и вниз по моей спине.
‒ Да. Это был настоящий трюк.
Глубоко в моём сознании мой зверь мурлыкал, довольный тем, что удовлетворил свою пару. Я закрыл глаза.
‒ Но на Хлое он не сработает, ‒ проговорил он.
Мои глаза распахнулись. Окончательно проснувшись, я сел. Мой зверь тоже насторожился, взбешённый мыслью о её потере.
‒ Что это должно означать?
‒ Мы пробовали заниматься с ней сексом. Нам нужно что-то другое.
‒ Но... ‒ мой рот шевелился, но не произносил ни слова. ‒ Я не могу думать ни о чём другом, ‒ закончил я.
Его грудь сотрясалась от смеха.
‒ Я знаю, Алек. Большая часть твоих мыслей зависит от твоего члена.
‒ Говорит мужчина, чей член застрял у меня в заднице.
Мой зверь зашевелился сильнее, жаждая драки. Его эмоции горячо вспыхнули в моём сознании. Сначала он отказывал нам целыми днями, а теперь назвал нас шлюхами?
Ладно, так что, возможно, последняя часть была оправдана. Но у него хватило наглости сказать это, учитывая, что он был прямым бенефициаром (прим. перев. ‒ получатель выгоды) моего сексуального влечения. Я хотел соскользнуть с его колен, но он схватил меня за бедро.
‒ Подожди, ‒ он переместил руку на мою челюсть и наклонился, чтобы захватить мой рот. ‒ Прости, ‒ пробормотал он, касаясь своими губами моих.
Я замер, заставляя его работать над этим.
‒ Тебе нравится мой член, ‒ пробормотал я, защищаясь.
Его мягкий смех был тёплым на моём подбородке.
‒ Я абсолютно согласен, ‒ он отодвинулся, чтобы посмотреть на меня. ‒ Но тебя я люблю больше.
Я сдался со вздохом, позволив ему извиниться медленным, тщательным поцелуем. Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, я мог видеть крошечные огоньки моего зверя, отражающегося в его зрачках.
Лакхлан улыбнулся.
‒ У меня есть идея.
Глава 12
Хлоя
Если я продолжу есть еду Алека, я растолстею. Мои брюки уже сидят более плотно.
Но я знала, что отказ от еды ‒ верный способ заставить двух драконов появиться в моей комнате.
Плюс, за стряпню Алека можно было умереть. Сюрприз, сюрприз, тот же самый человек, который сделал чудо-тост, приготовил еду, достойную звезды Мишлен.
Конечно, у него было много времени, чтобы попрактиковаться. Потому что ему было триста лет.
Это была лишь одна из реальностей, с которыми я столкнулась за последние четыре дня... Или их было пять? Я вздохнула и поглубже устроилась на перине в своей комнате принцессы. Любой, кто посмотрит на мою ситуацию со стороны, вероятно, назвал бы меня идиоткой за то, что я сомневаюсь в Алеке и Лакхлане. Они были богаты, красивы и исключительно искусны в постели. Они сказали, что судьба свела нас вместе. Они хотели провести со мной вечность.
Чего ещё может желать девушка? Такого уровня приверженности было трудно достичь.
Но это было именно то, что заставило меня задуматься. Они утверждали, что просто знали, что я принадлежу им. Что ошибки не будет. Что судьба никогда не подводила.
За исключением того, что я не чувствовала такого же уровня знания. Хуже того, я думала, что Джош был моей второй половинкой. Ещё неделю назад я всем сердцем верила, что Джош Беннингтон ‒ любовь всей моей жизни.
Я стиснула челюсти. Пара благонамеренных друзей отправила сообщение о его помолвке. Надеюсь, Клариссе повезло больше, чем мне. Хотя, честно говоря? Она и Джош заслуживали друг друга, и я была счастлива, что не вышла замуж за кого-то, способного бросить одну женщину и объявить о своей помолвке с другой в течение той же недели.
Но разве обязательство перед Алеком и Лакхланом прямо сейчас не было бы тем же самым? Как я могла перейти от недавно выходящей замуж к вечным отношениям с двумя мужчинами за пять дней? И не просто какие-то мужчины. Два дракона, которые также обладали магическими способностями, унаследованными ими от других Перворождённых Рас. Чёрт возьми, пять дней назад я никогда не слышала о Расах Перворождённых. Теперь я должна жить в их мире? Мире, который, по словам Алека, был изначально опасен для меня просто потому, что судьба выбрала драконов в качестве моих пар.
С другой стороны, драконы, о которых идёт речь, были потрясающе великолепны ‒ и они уже дважды дарили мне такой умопомрачительный секс, что я не могла перестать думать об этом. Каждую ночь с тех пор, как я заперлась в своей комнате, я просыпалась мокрая и извивающаяся, похоть овладевала мной так сильно, что мне приходилось зарываться лицом в подушку, чтобы я могла удовлетворить себя, не разбудив парней.
Но моя рука была плохой заменой их членам и ртам. Их пальцам и языкам…
Я приподнялась на локте и ударила кулаком по подушке, взбивая её повыше. Затем я со вздохом рухнула. Если я не разберусь во всем в ближайшее время, я закончу тем, что выскочу из своей спальни и буду умолять их…
Дверь щёлкнула, и вошёл Лакхлан. Шесть футов четыре дюйма шотландского горца в, о Боже, он был одет в килт. Мой взгляд остановился на сине-зелёной плиссированной ткани, которая ниспадала до колен. Сексуальных колен. Как я раньше не замечала, какие у него сексуальные колени?
‒ Девчушка?
Я подняла взгляд.
‒ Да? ‒ мой голос превратился в хриплое карканье, и я быстро прочистила горло. ‒ Я имею в виду, да?
Он пересёк комнату, и у меня потекли слюнки, когда килт закачался вокруг его ног.
‒ Я надеюсь, ты не возражаешь, что я вошёл. Мы с Алеком беспокоились, ‒ он остановился примерно в футе от меня, его широкие плечи заполнили моё поле зрения. На нем был синий рыбацкий свитер, а его тёмные волосы были взъерошены.
Я села, абсурдно благодарная за то, что долго принимала душ и потратила дополнительное время на причёску и макияж.
Тень улыбки тронула его губы.
‒ Ты всегда прекрасно выглядишь.
Я втянула в себя воздух.
‒ Ты что, не можешь не читать мои мысли?
‒ Мне жаль, ‒ он провёл рукой по волосам, затем провёл ею по затылку. ‒ Я не привык к телепатии.
‒ Потому что ты оборотень.
Мне всё ещё было трудно осознать это.
‒ И да, и нет. Моя материнская линия наделила меня некоторыми волчьими чертами, такими как сила и агрессия, и раз в месяц меня призывает луна, но мой зверь ‒ дракон, а не волк.
‒ И черты характера Алека таковы...
Он поморщился.
‒ Алек ‒ это немного другая история, и я думаю, что ты видела кое-что из этого в башне.
‒ Да.
Воспоминание о сияющей коже Алека и острых, смертоносных чертах лица вряд ли исчезнет из моей памяти в ближайшее время.
‒ Могу я сесть? ‒ Лакхлан дождался моего кивка, затем устроился рядом со мной, принеся с собой знакомый запах лосьона после бритья и темных специй. ‒ Алек не просто какой-то фейри. Его мать была принцессой Благого двора. Это распространённое заблуждение, что Благие ‒ хорошие, а Неблагие ‒ плохие или злые. Но правда в том, что все фейри одинаковы. Они не являются ни добрыми, ни злыми. Они ‒ сила, такая же, как электричество или огонь.
Мурашки побежали по моим рукам.
‒ Так вот почему приказы Алека причиняют боль?
‒ Да, ‒ тихо ответил он, ‒ но он не хотел причинить тебе вреда. Ты кажешься необычайно чувствительной к нему, вероятно, потому что...
‒ Я его пара. Ты это уже говорил.
Лакхлан наклонил голову ‒ волчий жест, который, наряду с его золотыми глазами, впервые сделал очевидной эту сторону его происхождения.
‒ Было бы так плохо быть нашей парой, Хлоя? ‒ намёк на улыбку вернулся на его лицо, затенённое темной щетиной. Между этим и его нарядом горца он совсем не походил на дракона. Просто мужчина. Живой, дышащий мужчина с прессом из стиральной доски и идеальными, грубыми чертами лица.
Ни с того ни с сего я услышал свой собственный голос:
‒ Ты никогда раньше так со мной не разговаривал.
‒ Что ты имеешь в виду?
‒ Просто... ‒ мои щёки вспыхнули. ‒ Я не знаю, просто разговаривают два человека. В офисе ты всегда, казалось, куда-то спешил. Такой корпоративный. Как... ‒ я оборвала себя, прежде чем смогла сказать «как Джош».
Лакхлан нахмурился.
‒ Я совсем не такой, как Беннингтон. Во-первых, я бы скорее отрубил себе руки, чем причинил тебе боль.
Он бы тоже так поступил. Возможно, я и не чувствовала того же притяжения судьбы, что и он с Алеком, но в глубине души я знала, что он никогда не причинит мне вреда.
‒ Алек тоже, ‒ произнёс Лакхлан, прочитав мои мысли. ‒ Он собственник, Хлоя, но он не монстр. Когда драконы находят то, что им нужно, они берут это, ‒ его глаза заблестели. ‒ Они хранят это, ‒ казалось, в его зрачках плясали маленькие огоньки. ‒ И я думаю, тебе бы понравилось, если бы тебя удерживали.
Мои соски напряглись. Его властный язык должен был бы вызвать отвращение. Так почему же моё тело было совершенно готово подписать пунктирную линию в соглашении о паре? Килт, пара улыбок, и я была готова отказаться от своей свободы и навсегда остаться запертой в замке.
‒ Вот тут ты ошибаешься, ‒ пророкотал Лакхлан. Прежде чем я успела сказать ему, чтобы он убрался из моей головы, он встал и протянул руку. ‒ Ты хочешь выбраться из этой крепости?
‒ Да…
‒ Хочешь увидеть Шотландию?
‒ Да, но…
‒ Как ты относишься к тому, чтобы увидеть её с воздуха?
Глава 13
Хлоя
‒ Почему ты носишь килт? ‒ спросила я Лакхлана, когда он вёл меня по замку. Я не обращала особого внимания на то, куда мы направлялись. Я была слишком занята, любуясь его ногами.
Он искоса взглянул на меня.
‒ Учитывая направление твоих мыслей, мне действительно нужно отвечать на это?
Я зажала рот ладонью. Я не была уверена, что было хуже: то, что он думал, что меня достаточно легко соблазнить килтом, или то, что он на самом деле может быть прав.
‒ Ты была бы не первой, девочка.
Мы спустились по каменным ступеням и вошли в огромную комнату с потолком в стиле собора и баннерами на стенах. Я хотела поглазеть, но он быстрым шагом потащил меня за собой, его широкие шаги привели нас к большой деревянной двери.
‒ Мы не можем задерживаться, ‒ произнёс Лакхлан, открывая её и жестом приглашая меня войти. ‒ До Лондона три часа лёту, и нам нужно ночное небо для прикрытия.
«Подожди», ‒ подумала я, когда мы вошли в тёмный двор. Перелёт из Инвернесса в Лондон обычно занимал всего полтора часа. Почему это должно занять три…
Ох.
Зелёный дракон сидел на каменных плитах, его хвост обвился вокруг тела.
Когда Лакхлан предложил увидеть Шотландию с воздуха, я предположила, что он имел в виду частный самолёт. Но это выглядело так, как будто мы летели авиакомпанией Дракон Эйрлайнз.
Теперь я вытаращила глаза. Каждый ребёнок в Нью-Йорке в тот или иной момент посещал Музей естественной истории. Мне нравилось стоять рядом с экспонатами динозавров, поражаясь тому, как могло существовать нечто такое большое.
Но дракон передо мной не был скелетом в музее. Он был жив и дышал, его массивная грудь поднималась и опускалась, когда он наблюдал за мной глубокими зелёными глазами с вертикальными зрачками. Его крылья заканчивались изогнутыми когтями, длинными и толстыми, как автомобиль. Один толчок, и я была бы мертва.
‒ Спокойно, девочка, ‒ сказал Лакхлан, обнимая меня за плечи тёплой рукой. Он повысил голос, так что эхо разнеслось по двору. ‒ Алек ‒ нежный зверёк, не так ли, мальчик?
Дракон закатил глаза ‒ на самом деле закатил их ‒ затем поднялся на задние лапы в массе сверкающей чешуи. Мгновение спустя он расплылся и превратился в дым. Катящаяся концентрированная масса устремилась к нам, остановилась и превратилась в обнажённого Алека, который перевёл раздражённый взгляд с Лакхлана на меня.
‒ Я сражался в битве при Каллодене, а этот всё ещё называет меня мальчиком.
Лакхлан фыркнул.
‒ Поговори со мной, когда будешь сражаться в битве при Гастингсе.
‒ Ты видел битву при Гастингсе?
‒ Да, и, если бы попкорн существовал, я бы расположился с мешком этого вещества. Это всегда хороший день, когда англичанам надирают задницы.
Алек застонал и заговорил со мной театральным шёпотом.
‒ Мой совет, никогда не говори об англичанах в присутствии Лакха. Он не заткнётся целую неделю.
‒ Я не буду, ‒ ответила я, борясь с улыбкой. Невозможно было не быть очарованной их подшучиванием.
‒ Ах, вот она, ‒ сказал Алек. ‒ Я скучал по твоей улыбке, милая, ‒ выражение его лица стало мягче и серьёзнее. ‒ И я клянусь тебе, что никогда больше не сделаю ничего, чтобы прогнать её.
О боже, этот взгляд. Его глаза были того же оттенка зелёного, что и у его дракона. У меня пересохло в горле, а сердцебиение ускорилось.
Он коснулся моей щеки.
‒ Если ты позволишь мне, я бы хотел загладить свою вину.
Всё, что я смогла выдавить, это задыхающееся «хорошо».
Его медленная усмешка заставила бабочек затрепетать у меня в животе.
‒ Ты готова к поездке всей своей жизни?
‒ Я... не уверена.
‒ Всё будет хорошо, ‒ произнёс Лакхлан, начиная раздеваться. ‒ Ты полетишь со мной.
‒ Лакх больше, ‒ сказал Алек, ‒ так что у тебя будет больше места для сидения, ‒ он подмигнул. ‒ Но я быстрее.
Ответом Лакхлана было приглушенное рычание, когда он стянул свитер через голову.
‒ Мы это ещё посмотрим.
О! Боже, они убивали меня.
Вскоре я оказалась между двумя неуклюжими обнажёнными шотландцами, их мускулистые тела были позолочены лунным светом.
Может быть, я уже была мертва, и это был Рай.
Лакхлан оглядел меня с ног до головы, его обычно гладкий лоб наморщился.
‒ В воздухе будет прохладно. Вот, надень это.
Он поднял свой свитер с земли и натянул его мне через голову, как будто я была малышкой. Я сразу же оказалась закутанной в пахнущую Лакхланом шерсть от шеи до середины колен.
‒ Ох, давай поправим эти рукава, ‒ сказал Алек, закатывая их. Закончив, он отступил назад и кивнул. ‒ Этого достаточно. А теперь давай покажем тебе ту сторону Шотландии, которую большинство людей никогда не увидят.
Как будто это было сигналом, Лакхлан повернулся и зашагал прочь.
Ох... вау. Его задница посрамила бы греческую статую. Два тугих круглых шара с сексуальными маленькими углублениями, от которых у меня потекли слюнки. Я была так зациклена на его заднице, что его обращение застало меня врасплох. Он превратился в облако дыма, скрутился в плотный столб, а затем перекинулся в золотого дракона размером с небольшую гору.
Удивление наполнило меня, когда я увидела его золотую чешую и сверкающие глаза, которые блестели, как жидкий металл. Как и у Алека, у него была корона из чёрных шипов на голове и ряд рогов, идущих от верхней части позвоночника до кончика хвоста. У него было лицо рептилии, с удлинённой мордой и ртом, полным множества рядов зазубренных зубов.
Без предупреждения Алек подхватил меня на руки и понес к Лакхлану.
‒ Эй! ‒ я ударила Алека в грудь, что было похоже на удар по валуну. ‒ Что ты…
‒ Поверь мне, девочка, когда дело доходит до езды на драконе, ты не должна слишком много думать об этом. Это всё равно что учиться ездить на велосипеде. Лучше всего просто сесть и поехать.
‒ Люди не так учатся ездить на велосипеде!
Он приподнял бровь.
‒ Разве нет?
‒ Нет, не так, ‒ ответила я, передразнивая его акцент. ‒ Это…
Я пронзительно закричала, когда он подбросил меня в воздух, затем заворчала, когда Лакхлан поймал меня на крыло. Прежде чем я успела перевести дыхание, крыло взмыло над двором, как строительный кран. Затем он накренился, и я скользнула на широкую спину Лакхлана. Всё произошло так быстро, что у меня не было времени закричать или побеспокоиться о падении.
Столб дыма со свистом поднялся в воздух рядом со мной, затем задрожал и принял форму дракона Алека. Зверь оскалил на меня острые как бритва зубы в том, что, как я предполагала, должно было сойти за улыбку. Глубокий голос Алека ворвался в мою голову.
‒ Видишь? Проще, чем ездить на велосипеде. Просто не отпускай.
Моё сердце бешено колотилось, когда я рассматривала один из рогов, торчащих из золотой головы Лакхлана.
‒ Обхвати его рукой, ‒ сказал он в моём сознании. ‒ Ты не причинишь мне вреда.
Я прикусила губу от этого намёка, а затем ахнула, когда его спина затряслась подо мной.
‒ Веди себя прилично, ‒ пробормотала я, проводя кончиками пальцев по одной из его мерцающих золотых чешуек. Они были более удобными, чем выглядели, как будто я провела рукой по прекрасному кожаному пальто. Если бы не рога и тот факт, что я была в двадцати футах в воздухе, я могла бы подумать, что сижу в роскошной машине с подогревом сидений.
Сильный порыв ветра взметнул мои волосы, а затем Алек взмыл в ночное небо, его тело пронеслось мимо, как ракета. Спина Лакхлана опустилась подо мной, когда он глубоко вздохнул.
А потом мир ушёл у меня из-под ног.
На секунду я не могла дышать. Я изо всех сил вцепилась в его рога, когда ветер ударил мне в лицо, а в ушах заревел реактивный двигатель. Это было похоже на взлёт в самолёте, только у самолёта не было крыши или ремней безопасности. Мы взмыли в воздух, поднимаясь и поднимаясь, крылья Лакхлана хлопали, как два огромных паруса. Они были окантованы темно-малиновым цветом, что делало золото ещё более захватывающим дух. Облака проносились мимо моего лица. Мои волосы стали влажными, а холодный воздух обжигал кожу.
Как только подъём стал невыносимым, Лакхлан расправил крылья. Рёв прекратился, и мы, казалось, парили, подвешенные в небе, как дирижабль над спортивным стадионом. Я осмелилась посмотреть вниз, и мои глаза расширились.
Огни усеивали шотландскую сельскую местность, которая светилась насыщенным зелёным цветом даже посреди ночи. Среди городов возвышались церковные шпили. Тут и там виднелись замки, примостившиеся на скалистом склоне холма или на краю скалистого обрыва. И везде была вода. Озёра всех размеров мерцали в лунном свете, как будто великан оставил следы, а затем наполнил их звёздами. Облака проплывали мимо, как пучки сахарной ваты. Каждые несколько минут крылья Лакхлана мягко взмахивали в воздухе, посылая вокруг меня свист ветра. Температура была прохладной, но его тело было тёплым. Как обхватить ладонями кружку горячего шоколада в снежный день.
Алек появился в поле зрения, затем завис в воздухе рядом с нами. Он одарил меня ещё одной ужасающей улыбкой, его зубы были похожи на сталактиты в пещере.
‒ Хочешь погоняться?
Прежде чем я успела ответить, он прижал крылья к телу и понёсся вперёд, оставив нас с Лакхланом поверженных в прах.
Голос Лакхлана грохотал в моей голове, тембр был насыщен неодобрением.
‒ Выпендривается. Не волнуйся, девочка, нам не нужно за ним гоняться.
Впереди нас Алек петлял по небу, его тело извивалось. Он остановился, хлопая крыльями, и оглянулся через плечо. Через мысленную связь донёсся слабый звук куриного кудахтанья.
Я крепко сжала рога Лакхлана и похлопала его по спине.
‒ Что бы ни случилось, просто пообещай, что поймаешь меня, если я упаду.
У меня было время заметить, как он хихикает у меня в голове. Ветер развевал мои волосы, когда он рванулся вперёд. Мы пролетели мимо Алека, и именно так я узнала, что драконы выглядят абсолютно нелепо с потрясённым выражением на лицах.
Мой смех утонул в ветре, когда мы пронеслись по воздуху, земля внизу стала размытой. Алек полетел вперёд, размахивая рогатым хвостом. Лакхлан резко накренил нас влево, подныривая под тело Алека. Очевидно, ожидая увидеть нас справа, Алек огляделся, его остроконечная голова вертелась назад и вперёд, как у мультяшного персонажа.
Мы с Лакхланом рассмеялись вместе. Алек развернулся, отступил назад и выпустил струю пламени в опасной близости от хвоста Лакхлана.
И тогда гонка действительно началась.
Мы опускались и парили. Крутились и вертелись. Мой страх растаял, когда мы пронеслись по небу, и я рассмеялась, когда Лакхлан сделал бочку, как самолёт-истребитель. Это было так весело, что я потеряла счёт времени, и не успела я опомниться, как земля под нами засияла миллионами огней.
Лондон.
Ребята прекратили свою игру, и голос Алека проник в мою голову.
‒ Мы должны взлететь немного выше, девочка. Кто-нибудь может нас заметить.
Я держалась, пока Лакхлан хлопал крыльями, поднимая нас вверх. Огни на земле превратились в булавочные уколы, а Темза превратилась в узкую ленту.
Алек снова устроился рядом с Лакхланом и перевёл на меня сияющие изумрудные глаза.
‒ Что ты думаешь о своей первой поездке на драконе?
Я начала кричать в ответ, затем проверила нашу ментальную связь.
‒ Сначала немного страшно, но я привыкаю к этому.
В его глазах светилось одобрение.
‒ Тебе просто нужно было попробовать, чтобы понять, что тебе это нравится.
Двойной смысл был ясен.
‒ Тебя ждёт волшебная жизнь, Хлоя. Зависит от тебя, воспользуешься ли ты ею.
Я смотрела на него, пока мы скользили над Лондоном, сверкающим городом, раскинувшимся под нами. Это было волшебно. Нельзя было отрицать ни вида, ни явного чуда полёта по небу с двумя драконами. Они предупреждали меня, что их мир опасен, но это было верно и для человеческого мира тоже.
И все же…
Я была человеком. Во мне не было ничего особенного. И я не могла не представит смирение Лакхлана в крепости. Его замкнутое выражение лица и мрачное согласие. Человеческие пары были редкостью. Алек признал это. У меня даже было это в письменном виде. Из ниоткуда в моей голове раздался голос Джоша: «Я не знаю, Хлоя. Думаю, мне просто было скучно».
Внезапно Лакхлан сложил крылья и повёл нас на резкий спуск. Город устремился ввысь, заставив меня ахнуть и вцепиться в его рога. Ветер ревел. Мой желудок опустился, как будто я съехала с холма на американских горках. Мы пробились сквозь гряду облаков. небоскрёб появился из ниоткуда. Лакхлан подлетел к нему, расправил крылья и приземлился на крышу. Секунду спустя Алек приземлился рядом с ним, его когти царапали бетон.
У меня едва хватило времени осмотреться, когда Лакхлан опустился на землю и наклонился набок. Инстинкт подсказывал мне ухватиться за его рога в попытке удержаться на месте, но угол был слишком крутым. Я соскользнула с его спины на крыло ‒ и продолжала скользить, пока мои ноги не коснулись земли.
Алек был там в человеческом обличье, его большие руки схватили мои и потянули меня вверх.
‒ Всё в порядке, девочка? ‒ спросил он, убирая мои спутанные волосы с лица.
‒ Н-нет, ‒ я была слишком неустойчива, чтобы оттолкнуть его, поэтому я вцепилась в его руку, когда повернулась к Лакхлану. ‒ Ты мог бы предупредить меня, что спускаешься!
Золотой дракон замерцал и превратился в дым.
‒ Я могла упасть, ‒ сказала я ему.
Дым превратился в Лакхлана, который шагнул ко мне, оттолкнул Алека с дороги и заключил меня в объятия.
Только не снова. Что это было с горцами и тем, что они сбивали женщин с ног?
‒ Поставь меня...
‒ Пока нет, ‒ сказал Лакхлан с сильным акцентом, когда нёс меня к стеклянным дверям того, что, очевидно, было пентхаусом. Он посмотрел вниз, и от его хищного взгляда у меня пересохло во рту. ‒ У тебя в голове какие-то извращённые мысли, Хлоя. Пришло время нам их распутать.
