Текст книги "Поцелуй Дыма (ЛП)"

Автор книги: Эми Пеннза

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Глава 14

Лакхлан

Когда я нёс Хлою в пентхаус, я ждал, что Алек назовёт меня лицемером или попытается остановить меня. Учитывая, как всё обернулось в первый раз, когда мы оказались в такой ситуации, я бы не стал его винить.

Он не сделал ни того, ни другого, но смесь замешательства и неудовольствия омрачила его черты, когда он последовал за мной в гостиную.

Я тоже не мог винить его за это. За эти годы я дал ему достаточно поводов для замешательства. Но это закончится сегодня вечером. Наконец, пришло время мне признаться во всем своей паре.

Обеим моим парам.

Я усадил Хлою на длинный диван и жестом указал Алеку на ближайшее кресло.

‒ Пожалуйста, сядь. Мне нужно кое-что сказать.

‒ Хорошо, ‒ медленно сказал Алек. Он снял плед с подлокотника дивана и бросил его в меня. ‒ Может быть, сначала прикроешься. Я вижу, это был холодный полет.

Это была грубая попытка разрядить напряжение, и, хотя я оценил его усилия, я не мог заставить себя улыбнуться или огрызнуться на него в ответ. То, в чём я должен был признаться, было слишком важно.

И болезненно.

Набросив плед на плечи, я присел на край другого большого кресла, мои босые ноги выглядели нелепо неуместно на белом ворсистом ковре в комнате. В основном из стекла и хрома, квартира была ультрасовременной и настолько противоположной замку, насколько это вообще возможно. Алеку это нравилось. Я был настроен двойственно, хотя и не возражал против ванны в главной ванной. Она была достаточно большой для нас обоих и…

‒ Лакхлан?

Голос Алека прервал мои бессвязные мысли.

‒ Эм... ‒ я провёл рукой по лицу. ‒ Верно. Нет смысла тянуть с этим, ‒ я посмотрел на Хлою, которая смотрела на меня широко раскрытыми голубыми глазами. Она была так красива, что на неё было почти больно смотреть. Но я заставил себя выдержать её взгляд и сказал: ‒ Я не хотел человека в качестве пары, но это было не из-за тебя. Люди убили мою мать... и одного из моих отцов.

Она прикрыла рот рукой.

Алек напрягся, всё его тело внезапно насторожилось.

Я остановил свой взгляд на точке между ними, и их лица расплылись, когда я мысленно вернулся к своим самым ранним воспоминаниям.

‒ Моя мать была оборотнем, как вы знаете, и она верила, что ей нечего бояться людей. В те дни они были примитивны и суеверны. Они принимали магию как часть повседневной жизни, даже если не понимали её. Но люди могут включаться в то, чего они не понимают. Когда они сталкиваются с чем-то могущественным, они боятся этого... а затем пытаются устранить это.

В комнате было тихо, пока Хлоя и Алек прислушивались. Снаружи царила лондонская ночь, город окутала чернильная тьма. Если бы не изящная мебель в комнате и толстые стёкла, защищающие нас от холода, мы могли бы оказаться в медовом зале, навострив уши в ожидании звуков врагов.

Или монстров.

‒ Детали не важны, ‒ сказал я, ‒ хотя люди во многом ошиблись, когда записывали историю. Но, в общем и целом, они охотились на мою мать и в конце концов убили её. Оторвали её руки от тела и повесили их в королевском зале на всеобщее обозрение. Мои отцы жаждали мести, но их сердца были разбиты, и это сделало их слабыми. К тому времени, когда они напали, люди собрали большую армию. Они убили одного моего отца. Мой другой отец умер вскоре после этого.

‒ Оставляя тебя сиротой, ‒ промолвила Хлоя, её голос был полон слез.

Когда я поднял взгляд, влага заблестела в её глазах, сделав их темно-фиолетовыми.

‒ Нет, ‒ сказал я. ‒ Я был взрослым драконом, и я обрушил ад на это королевство. Я сжёг его дотла, как и говорится в сказках.

Алек покачал головой.

‒ Это было очень давно, Лакхлан. Тысячу лет или больше. И вряд ли это было королевство. Скорее всего, скопление длинных домов или деревня, в которой больше животных, чем людей.

‒ Почему это должно иметь значение? ‒ спросил я, озвучивая вопрос, с которым боролся веками. ‒ Я убивал мужчин и женщин. Детей и младенцев. Я не делал различий. Есть ли срок годности у зла? Однажды я был способен на это. Кто сказал, что я не способен на это снова?

Алек перевёл дыхание, но Хлоя положила руку ему на плечо. Затем она встала, пересекла небольшое пространство и опустилась на колени у моих ног.

‒ Ты хочешь знать, на что ты способен? Зло не способно любить, ‒ грустная улыбка тронула её губы. ‒ Когда я только начала работать на тебя и Алека, я завидовала вашим отношениям. Вы любите друг друга всем сердцем, без всяких оговорок. Я хотела этого для себя, для себя и Джоша.

Мой голос звучал хрипло в моих ушах.

‒ Он был недостоин тебя.

‒ Я не жалею о том, что произошло, ‒ сказала она. ‒ Теперь, когда я увидела, как выглядит настоящая любовь, я знаю, что никогда не согласилась бы ни на что меньшее. ‒ Она вздёрнула подбородок, встретившись со мной взглядом, и её голубые глаза стали свирепыми, придавая ей вид разъярённого ангела. ‒ Ты не монстр, Лакхлан МакКей, ‒ она схватила мои руки обеими своими. ‒ Все мы ‒ нечто большее, чем худшие стороны самих себя.

У меня заболело горло. Потому что я тоже был недостоин её.

‒ Я убивал, ‒ проговорил я хрипло.

‒ В другое время, в другой жизни. Ты потерял свою семью, но теперь у тебя есть новая жизнь... и шанс создать новую семью.

На мгновение время остановилось. Затем я вскочил на ноги, и она оказалась в моих объятиях, наши губы сомкнулись, когда я повёл её назад и бросил на колени Алеку. Он смягчил её падение, а затем принялся снимать с неё одежду. Её свитер пролетел через мою голову, а её лифчик ударил меня по плечу, когда я пососал её язык и прикусил пухлую нижнюю губу, которая сводила меня с ума месяцами.

Хлоя громко застонала мне в рот, и я оторвался, чтобы увидеть большие руки Алека, обхватывающие её сиськи. Похоть пронзила меня, как гремучая змея, и я отстранился, чтобы насладиться сексуальным зрелищем его ладоней, наполненных её дрожащими грудями. Он провёл большими пальцами по её соскам, заставляя темно-розовые кончики напрячься, превратившись в маленькие пики. Он и Хлоя составляли соблазнительную пару ‒ он с его большим, мускулистым телом и она с её мягкими, кремовыми изгибами. Мой зверь жаждал их обоих.

‒ Приготовьтесь ко мне, ‒ сказал я им, стягивая джинсы Хлои с её ног. Я отбросил их в сторону и быстрым рывком сорвал с неё трусики, отчего она ахнула. Я раздвинул её бедра пошире и перекинул её ноги через подлокотники кресла, открывая моему взору каждый дюйм её сочной киски. Член Алека гордо торчал между её раздвинутых бёдер, испещрённый венами, в нескольких дюймах от её блестящих складок. Капелька предэякулята усеяла кончик его эрекции. Блестящие соки скопились у её входа.

Ни одно зрелище никогда не было более жарким. Я держал их в таком состоянии какое-то мгновение, мой внутренний зверь трепетал от того, что они были открыты, нуждались и были в моей власти.

‒ Что попробовать первым? ‒ размышлял я, бросая мрачный взгляд на своих возлюбленных.

Мои пары.

Хлоя зашептала.

Я провёл руками по икрам Алек и продолжал двигаться, пока не добрался до её мягкой внутренней поверхности бёдер.

‒ Ты права, девочка. Дамы вперёд, ‒ я опустил свой рот и лизнул прямо в её центр.

Она сразу же рассыпалась на части.

‒ О Боже, о Боже... О Боже, ‒ она толкнулась мне в рот, прижимаясь к моему лицу, отчего истекающий член Алека коснулся моей щеки... моего подбородка... моей шеи.

Я провёл по Хлое длинным движением языка, затем сомкнул губы вокруг члена Алека и взял его прямо в заднюю часть своего горла.

Его бедра дёрнулись, и от его глубокого стона, казалось, завибрировало кресло. Комната отозвалась эхом от его хриплых просьб.

‒ Отсоси у меня. Да. Черт... вот так.

Я задал шаблон ‒ одно облизывание для неё, один отсос для него. Назад и вперёд, я наслаждался обоими, наслаждаясь контрастом между её мягкой киской и его твёрдым стволом. Я держал их на грани так долго, как мог, отказывая им в освобождении, поскольку их стоны становились всё громче, а киска Хлои становилась всё влажнее.

Но Алек сломался первым. Когда настала его очередь, он ворвался в мой рот почти комично быстро. Его бёдра двигались нескоординированными толчками, и его грубые штаны пролетели над моей головой. Улыбаясь про себя, я скользнул пальцем между его ягодиц и подразнил его дырочку.

Он кончил сразу, его горячее высвобождение ударило в заднюю часть моего горла. Я выпил его, а потом ещё немного, погрузив язык в крошечную щель на его голове, чтобы убедиться, что я получил всё до последней капли.

Когда я отстранился, он обхватил бёдра Хлои руками, невероятно широко раздвинув её, и завладел её ртом в страстном поцелуе. Я встал, схватил свой ствол и пошевелил кончиком вокруг её входа.

Она со вздохом оторвала свой рот от рта Алека.

‒ Лакхлан, ‒ выдохнула она, её глаза потемнели от вожделения. Позади неё зелёные глаза Алека блестели с таким же жаром.

Я навис над ними, сжимая в кулаке свой член, проводя головкой от её клитора к её отверстию. Зажатая между мной и Алеком, с его руками, держащими её открытой, Хлоя не могла пошевелиться. Могла только дрожать и стонать, её большие глаза были полны желания.

И она будет умолять.

‒ Пожалуйста, ‒ прошептала она. ‒ Пожалуйста, трахни меня.

Я медленно двигал бёдрами вперёд, пронзая её дюйм за дюймом. Мы втроём с восхищением смотрели на её пылающие розовые губы, растянутые вокруг моего члена. Я слегка отстранился, и мы застонали как один при виде моего члена, блестящего от её желания.

‒ Такая мокрая, ‒ пробормотала я, возвращаясь внутрь, а затем погружаясь ещё глубже. ‒ Такая нуждающаяся киска, жаждущая моего члена.

Ещё несколько медленных, лёгких толчков, и я был полностью внутри, мой член погрузился в её идеальное тепло. Её мышцы сжались вокруг меня, и моя мошонка задела ствол Алека, который снова затвердел.

Он убрал руки с её бёдер и обхватил груди Хлои, нежно поглаживая пухлые изгибы.

‒ Продолжай делать это, ‒ прохрипел я, начиная толкаться. Было почти лучше, когда его руки были на ней, а не на моих, и тёмное удовольствие свернулось внутри меня, когда я направлял его движения. ‒ Ущипни её за соски, ‒ я толкался быстрее, покачивая её на его коленях. ‒ Вот так. Сильнее, парень. Заставь её стонать.

Алек так и сделал, дразня и щелкая тугими вершинками, пока Хлоя не закричала. Её лоно сжало мой член, заставляя мои яйца покалывать, когда я закачался быстрее, двигая бёдрами назад и вперёд, как поршень.

Она извивалась на коленях Алека, её полные губы приоткрылись, когда она чередовала вздохи и сексуальные тихие стоны, которые довели моё возбуждение до невообразимых высот.

‒ Я… О, Лакхлан. Я собираюсь... ‒ она застонала, когда Алек уткнулся лицом в её шею и начал посасывать её кожу.

‒ Скажи это ещё раз, ‒ прорычал я, качаясь так сильно, что тяжёлое кресло медленно продвинулось по полу. ‒ Произнеси моё имя.

Румянец расцвёл на её груди, когда её оргазм усилился.

‒ Лакхлан! ‒ закричала она.

‒ Ещё раз.

‒ Лакх... ‒ Хлоя подавилась словом, когда её рот открылся в беззвучном крике. Её киска дёрнулась, а глаза остекленели.

Мой хриплый крик раздался секундой позже. Удовольствие пронеслось по моему телу, цвета вспыхнули перед моими глазами, когда я вонзился по самое основание и выстрелил своё освобождение. Казалось, это продолжалось вечно, и я смутно осознавал, что вцепился в предплечье Алека, испытывая самый блаженный оргазм в своей жизни. Когда это наконец закончилось, я рухнул на грудь Хлое, уткнувшись лбом в плечо Алека.

Он положил руку мне на затылок и держал её там, пока мой пульс не пришёл в норму. Когда я снова смог дышать, я поднял голову и поцеловал его, затем приподнял подбородок Хлои и сделал то же самое с ней.

‒ Ты в порядке, детка?

‒ Да, ‒ пробормотала она. ‒ Просто очень устала.

Алек улыбнулся, глядя на её шелковистую макушку.

‒ Тогда мы должны уложить тебя в постель. Хотя я должен предупредить тебя, Лакх ‒ подушечная свинья.

Было заманчиво остаться там, где я был, но я оторвался от Хлои и помог ей подняться с колен Алека. Она задрожала, поэтому я поднял с пола плед и накинул ей на плечи.

Она бросила на меня застенчивый взгляд.

‒ Означает ли это, что теперь ты заявляешь на меня права?

О боже. Я должен был догадаться, что этот вопрос последует. Я взглянула на Алека, который, казалось, внезапно заинтересовался тканью обивки дивана.

‒ Ах, нет. Для это требуется нечто большее, чем... это.

Хлоя нахмурилась.

‒ Например, что?

‒ Ну что ж… Мы должны заявить на тебя права определённым образом, ‒ я прочистил горло. ‒ Мы оба. Одновременно.

Краска отхлынула от её лица.

‒ Но тебе это понравится. Я имею в виду, мы тебя подготовим. ‒ Чёрт, я был плох в этом.

‒ Мне нужно присесть. ‒ Цвет её лица приобрёл зелёный оттенок. Она покачнулась.

Мы с Алеком потянулись к ней одновременно.

Её веки затрепетали, и она упала в мои объятия.

‒ Хлоя!

‒ Лакхлан, ‒ резко сказал Алек, в его тоне было что-то такое, что я редко от него слышал.

Страх.

Он схватил меня за руку и указал на белый ковёр.

‒ Там кровь, ‒ он стянул плед с тела Хлои, и мы оба замерли.

Ещё больше крови запачкало её бёдра.

Глава 15

Алек

Человеческая больница пахла антисептиком, увядающими цветами и несвежим кофе. Банки с этим веществом стояли на подогревателе в углу комнаты ожидания, где мы с Лакхланом застряли с тех пор, как медсестры увезли Хлою. По телевизору с плоским экраном, установленному на стене, ведущий новостей с обильным макияжем рассказывал о падении фондового рынка.

‒ Как ты думаешь, сколько ещё это продлится? ‒ спросил я Лакхлана, который наконец перестал расхаживать и теперь сидел на одном из зелёных пластиковых стульев, выглядя неуместно и слегка угрожающе.

Хотя я знал, что это не так. Его сердитый взгляд был вызван не гневом. Он чувствовал ответственность за Хлою и внутренне корил себя за то, что произошло.

Я наклонился вперёд, чтобы привлечь его внимание.

‒ Лакхлан.

Его золотистые глаза метнулись ко мне.

‒ Если бы я знал это, ты думаешь, я бы сидел на заднице в этом проклятом месте?

Я закрыл рот и откинулся на спинку, мой собственный пластиковый стул заскрипел.

Так же быстро, как это произошло, его самообладание иссякло. Он потёр рукой подбородок, бормоча:

‒ Прости. Я просто хотел бы, чтобы они нам что-нибудь сказали.

‒ Простите, джентльмены? В дверях стояла женщина в светло-голубом халате.

Мы с Лакхланом вскочили на ноги так быстро, что её брови поползли вверх.

‒ Да? ‒ сказал я.

‒ Кто из вас здесь из-за Хлои Дрексел?

‒ Я, ‒ сказали мы с Лакхланом вместе.

Её взгляд метался между нами, и на её лице появилось растерянное выражение.

‒ Мы допускаем только одного посетителя на каждого пациента. Таковы правила больницы.

О, чёрт возьми, нет. Я ни за что не останусь на месте, пока Лакхлан видится с Хлоей. Я направился к дверному проёму, на ходу используя свою силу.

Карие глаза медсестры расширились, и её голова откинулась назад, когда я подошёл ближе.

Голос звучал властно, я улыбнулся.

‒ Всё в порядке, ‒ я взглянул на бейдж с именем, прикреплённый к её рубашке, ‒Хелен. Вы можете изменить политику только один раз.

Сияние моей кожи отразилось в её зрачках, когда она кивнула.

‒ Да, ‒ сказала она мечтательным голосом. ‒ Вам обоим разрешено пройти.

‒ Спасибо тебе, ‒ Спасибо.

‒ Ты шотландец.

Я подмигнул.

‒ Родился и вырос.

‒ Сюда.

Лакхлан заворчал рядом со мной, когда мы последовали за ней по белому, стерильному на вид коридору.

‒ Ты не находишь, что это немного чересчур?

‒ Это сработало, не так ли? ‒ я что-то пробормотал в ответ.

Хелен провела нас через ряд залов к высокой стойке, гудящей от активности. Другая медсестра ‒ постарше и источающая авторитет ‒ стояла рядом с ним, стуча по какому-то футуристическому компьютеру, установленному на столбе на колёсах. Она подняла глаза при нашем приближении и нахмурилась.

‒ Только один посетитель на пациента.

‒ Они здесь из-за мисс Дрексел, ‒ сказала Хелен со смутной улыбкой на лице.

‒ Хелен. Ты знаешь нашу политику.

‒ Они здесь из-за мисс Дрексел.

Старшая медсестра открыла рот, как будто собиралась возразить, затем покачала головой.

‒ Знаете что, у меня нет на это времени, ‒ она протиснулась мимо Хелен и жестом пригласила Лакхлана и меня следовать за ней. ‒ Вы уже здесь. Я не выгоняю вас теперь. ‒ Её туфли скрипели, когда она проходила мимо стойки, говоря через плечо. ‒ Я Джоана, одна из медсестёр-акушерок. А, вот и мы, ‒ она исчезла в палате для пациентов.

Мы с Лакхланом замерли на пороге, затем посмотрели друг на друга. Акушерка? Мы знали это слово. Оно было старым, и его значение не менялось на протяжении веков.

Джоана высунула голову из-за двери.

‒ Джентльмены? Это была напряжённая ночь, и моя смена заканчивается через час.

‒ Извините, ‒ услышал я свой голос, и мы с Лакхланом последовали за ней внутрь, пока мои мысли крутились вокруг последствий того, что Хлою лечила акушерка.

Потом я увидел Хлою, сидящую на больничной койке, с бледным и испуганным лицом, и моё сердце упало к ногам.

‒ Девочка, ‒ выдохнул я, бросаясь к ней. ‒ С тобой все хорошо? Ты напугала нас с Лакхом чуть не до смерти, ‒ он топтался рядом со мной, его лицо было почти таким же бледным, как у неё.

Её губы задрожали.

‒ Я... не знаю. Они сказали, что я беременна.

Джоана издала тихий звук, и мы втроём посмотрели на неё, стоящую у двери.

‒ Мне жаль, ‒ проговорила она Хлое. ‒ Мы были так заняты сегодня вечером, я не подумала спросить, сказала ли ты своему, ‒ её взгляд скользнул по Лакхлану и мне, ‒ эм... партнёру.

‒ Партнёрам, ‒ твёрдо ответила Хлоя. Она вздёрнула подбородок, и её голос окреп. ‒ Оба этих мужчины ‒ мои партнёры.

Я приготовился к отрицательному ответу, но Джоана просто кивнула.

‒ Что ж, приношу свои извинения за то, что так внезапно сообщила эту новость, ‒ её брови сошлись вместе. ‒ Ваш уровень гормонов выглядел немного не так, поэтому мы хотели бы сделать УЗИ. Я просто выскочу и возьму аппарат, ‒ она ушла в очередном вихре деловитой результативности.

В ту секунду, когда она вышла за дверь, лицо Хлои сморщилось.

‒ Я не могу в это поверить, ‒ прошептала она и подняла голову, в её глазах блеснула слабая надежда. ‒ Он не может быть одним из ваших, да? Ты использовал презерватив в самолёте, но потом... ‒ она замолчала и сглотнула, явно встревоженная.

Я медленно покачал головой.

‒ Нет, милая. В первый раз я воспользовался презервативом, потому что не хотел тебя пугать. Но он нам не нужен. Мы с Лакхом не можем заразиться человеческими болезнями, и мы не можем сделать так, чтобы ты забеременела, пока мы не заявим на тебя права.

Лакхлан пододвинул пару стульев для посетителей. Мы сели, и он переплёл свои пальцы с пальцами Хлои.

‒ Ох, они поранили твою маленькую ручку, ‒ он нежно поцеловал зеленоватое пятно вокруг её капельницы. ‒ Я могу это исправить, девочка. Как только ты вернёшься домой.

‒ Можешь?

‒ Конечно, я могу. Драконьи слезы обладают целебной силой.

По её щеке потекла влага.

‒ Это ребёнок Джоша, ‒ её губы снова задрожали. ‒ Что мы будем делать?

Я погладил нежную кожу её руки под рукавом больничного халата.

‒ Всё, что ты захочешь, милая. Мы с Лакхом поддерживаем тебя, несмотря ни на что.

‒ Но как насчёт Джоша? Боже, мне придётся видеть его всю оставшуюся жизнь.

‒ Не думай об этом сейчас, ‒ сказал Лакхлан. ‒ Просто сосредоточься на том, чтобы поправится, ‒ он прерывисто вздохнул. ‒ Когда я увидел кровь на твоих бёдрах… Господи, девочка, я не мог вынести мысли, что причинил тебе боль.

‒ Ты не причинил, ‒ настаивала она. ‒ Они сказали мне, что кровотечение на этой стадии является обычным явлением, и у некоторых женщин оно наблюдается на протяжении всей беременности, ‒ застенчивый взгляд расцвёл на её тонких чертах. ‒ Ты не причинил мне вреда. Мне нравилась каждая минута того, что мы делали. То, что мы все сделали.

Воздух пронзил визгливый звук, а затем вошла Джоана с аппаратом на тележке.

‒ Вот мы и пришли, ‒ сказала она, подтаскивая его к кровати Хлои и фиксируя на месте. Она нажала на кучу кнопок, затем повернулась к Хлое. ‒ Поскольку ты на ранних сроках беременности, мне нужно будет сделать трансвагинальное ультразвуковое исследование для точности.

‒ Хорошо.

Джоана взглянула на меня и Лакхлана.

‒ Ты не против…

‒ Они остаются, ‒ сказала Хлоя.

Джоана и глазом не моргнула, и я выдохнул с облегчением, потому что у меня было предчувствие, что очаровать её будет непросто. Некоторые люди, естественно, были менее восприимчивы к внушению. Другие просто сталкивались в своей жизни со слишком большим количеством дерьма, чтобы их можно было убедить. Я ставил на то, что Джоана подходит под оба описания.

Она ещё немного повозилась с аппаратом, затем просунула зонд под одеяла Хлои с ловкостью рук, которая посрамила бы и фокусника. Секунду спустя на черно-белом экране появилось зернистое изображение.

Хлоя напряглась.

Мы с Лакхланом наклонились вперёд.

В профиль рот Джоаны был опущен вниз. Через мгновение она повернулась к Хлое, и её голос утратил резкость и раздражение.

‒ Мне правда жаль, дорогая. Это нежизнеспособная беременность.

‒ Что? ‒ Хлоя переводила взгляд с неё на экран. ‒ Я не понимаю.

Джоана указала на белое кольцо посреди чёрного.

‒ Это гестационный мешок. Мы должны увидеть развивающийся эмбрион, но он отсутствует. Мы называем это испорченной яйцеклеткой. Иногда эмбрион погибает очень рано. В других случаях он вообще никогда не развивался, ‒ выражение её лица смягчилось. ‒ Это гораздо более распространено, чем люди думают. До двадцати процентов всех первых беременностей заканчиваются выкидышем, и это число, вероятно, ещё выше, потому что мы не всегда знаем об этих очень ранних беременностях.

Хлоя уставилась на экран.

‒ Нет абсолютно никаких оснований думать, что у вас не будет успешной беременности.

‒ Я... ‒ Хлоя замолчала.

Я положил свою руку поверх той, которую уже держал Лакхлан, мои пальцы обхватили их обе.

‒ Что нам теперь делать? ‒ спросил я Джоану.

‒ Хорошо, ‒ сказала она, её оживлённый тон вернулся. ‒ На самом деле есть два варианта, ‒ она посмотрела на Хлою. ‒ Вы можете подождать, пока выкидыш произойдёт сам по себе, или я могу отправить вас домой с лекарствами, чтобы ускорить процесс. Скорее всего, у вас будут некоторые судороги, а затем это будет похоже на более тяжёлый, чем обычно, менструальный цикл.

‒ Лекарства, ‒ сказала Хлоя. ‒ Я не хочу ждать.

Джоана кивнула.

‒ Просто дай мне минуту, чтобы получить рецепт. Мы можем заполнить его здесь, и вы отправитесь в путь. Как только ты окажешься дома, отдохни и выпей побольше жидкости.

‒ Мы хорошо позаботимся о ней, ‒ ответил Лакхлан.

Хлоя сжала наши руки.

Джоана с минуту суетилась, затем подтолкнула ультразвуковой аппарат к двери. Как раз перед тем, как уйти, она обернулась, и её взгляд упал на Хлою.

‒ Я сожалею о том, как всё обернулось, мисс Дрексел, ‒ она поколебалась, затем добавила: ‒ Это, наверное, звучит ужасно непрофессионально, но женщины в моей семье имеют талант... кое-какие знания. Я не могу этого объяснить, но я просто знаю, что у вас будет сын. Я чувствую это очень сильно.

Моё сердце бешено колотилось. Рядом со мной Лакхлан совершенно замер.

‒ Эм. В любом случае, я подумала, что это может помочь, ‒ она коротко кивнула и ушла.

По какому-то негласному соглашению мы втроём подождали, пока не стихнет скрип колёс аппарата, затем Хлоя повернулась к нам.

‒ Экстрасенс или что-то такое?

Ответил Лакхлан.

‒ Да, хотя дар непредсказуем, ‒ он бросил задумчивый взгляд на дверь. ‒ Хотя я бы поспорил, что она настоящая. Такого рода вещи, как правило, происходят в семьях.

Я убрал выбившийся локон с плеча Хлои.

‒ Ты в порядке, милая?

Она на мгновение замолчала.

‒ Думаю да. Это были американские горки, ‒ она поморщилась. ‒ Честно говоря, я просто хочу снять этот халат и пойти домой.

‒ Мы можем это сделать, ‒ сказал я. ‒ Мы уложим тебя в постель и будем у тебя на побегушках. Ты можешь приказывать нам, как слугам.

Её улыбка вернула румянец на её щеки, что вызвало во мне сладкое облегчение.

‒ Два красивых шотландца, которые будут делать всё, что я скажу? Я согласна.