Текст книги "После развода. Ты вернешься, но я не прощу (СИ)"
Автор книги: Элли Лартер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)
30 глава
– О боже... – шепчу я, невольно отворачиваясь, хотя Витя, кажется, первым нас заметил.
– Что такое?! – спрашивает Матвей.
– Мой муж... он здесь, – бормочу я.
– С любовницей?!
– С какой-то девушкой, да... Но не с той, с которой я его поймала...
– У него что, еще и любовниц две?! – офигевает Матвей.
– Не знаю, может быть, – пожимаю плечами.
Ну... из плюсов – я чувствую, что мне совершенно все равно... Удивительно даже: с момента, когда я застукала его с другой, прошло всего-то несколько дней, меньше недели, но я почему-то уже перегорела.
Нет, мне, конечно, еще больно, мне еще долго будет больно.
Сейчас, пока я в новом городе, пока каждый день полон событий и эмоций, пока я в компании другого мужчины, который мне нравится, мне намного легче.
Но потом, по возвращении домой, к сыну, работе и ежедневному быту, уверена, будут откаты, слезы по ночам и все остальное, что бывает у преданных женщин... без этого никак, горе надо прожить, чтобы идти дальше.
И все-таки... я не умру.
Я не позволю мужу растоптать мое сердце и мою жизнь.
Я не поставлю на себе крест.
Я найду свое счастье, в чем бы оно ни заключалось, и снова буду счастлива.
И мне правда совершенно наплевать, одна у него любовница, две, три... да хоть целый гарем, как у турецкого султана!
Предательство есть предательство.
Больше или меньше от количества баб, прошедших через его постель, оно уже не станет.
Так что пускай развлекается, если ему так угодно...
Меня лишь одно расстраивает: факт, что мы, вероятно, поедем на Байкал в одной машине, а потом и на самом озере будем где-то в непосредственной близости друг от друга...
Не самое приятное соседство. И оно точно будет портить мне настроение, отвлекать.
– Может, возьмем такси?! – заботливо спрашивает Матвей, видя мое беспокойство. Он явно хочет сделать все, чтобы мне было комфортнее. – Можем даже отменить это катание и заказать где-нибудь в другом месте...
– Ну уж нет, – я решительно качаю головой. – Я не буду сбегать. Не доставлю ему такого удовольствия.
– Ладно, – Матвей кивает, кажется, восхищаясь мной, и мы идем к машине, которая как раз остановилась, чтобы нас забрать.
Витя и его новая девица направляются туда же.
Мы неумолимо приближаемся друг к другу, и когда расстояние становится совсем маленьким, меньше пары метров, Витя, поморщившись, выдает:
– Какие люди – и без охраны! Доброго вам утречка и приятного отдыха!
Да уж, приятного... с тобой-то под боком!
Мы с Матвеем, не сговариваясь, молчим, а его девица, роскошная блондинка, которая, кажется, чуть постарше его предыдущей пассии, но явно того же типажа – не моего, – хмыкает:
– Вы что, знакомы?!
– Да-а-а, – тянет Витя с усмешкой. – Очень старые знакомые, можно сказать...
– Тогда здравствуйте, – блондинка дружелюбно протягивает руку сначала Матвею, а потом мне, но мы с ним одинаково игнорируем ее жест.
Да уж, если честно, мне даже немного ее жаль. Она, видимо, совершенно не в курсе, что стоящая перед ней женщина – законная жена того, кто сейчас обнимает ее за талию с довольным, гордым видом.
Девушка, нахмурившись, обиженно фыркает:
– Кажется, они не настроены на общение.
– Забей, – говорит ей мой муж.
Да, забей, пожалуйста, ни не говори больше ни слова. Вы оба.
К счастью, кроме наших пар, в минивэн садится еще две пары, и обстановка становится менее напряженной.
Витя больше не позволяет себе высказываний в наш адрес, его новая девица тоже молчит, и мы направляемся на Байкал.
Когда мы наконец приезжаем на озеро, первое, что я замечаю, это лед. Он голубой, прямо как на картинках... даже больше – прямо как на картинках, на которые наложены волшебные фото-фильтры!
– На самом деле, большая часть озера заметена снегом, – поясняет мне Матвей. – Мы специально приехали на участок, где дуют сильные ветра, и снег не задерживается надолго на гладкой поверхности... Впрочем, порой и этого недостаточно: сотрудники туристической сферы могут очищать лед метлами и вениками, чтобы туристы могли пофотографироваться, покататься на коньках, да и просто полюбоваться.
– Ого! – восклицаю я.
Стараюсь вникать в его слова, но получается не очень, потому что все мое внимание сосредоточено на небесно-голубой глади замерзшего озера.
– Как же красиво! – восторгаюсь я.
– Да, очень, – согласно улыбается Матвей и вытаскивает две термокружки. – Держи, тебе это понадобится. И застегнись хорошенько: про ветра – это я серьезно.
И правда, как только вы выходим из минивэна, меня начинает сносить порывами ветра.
– Вот это да! – смеюсь я и отчаянно борюсь со стихией.
Как раз в этот момент к нам подходит Игорь – экскурсовод, точнее – инструктор собачьего питомника, с которым Матвей договорился о катании на собаках.
– Здравствуйте! Матвей?!
– Да, это я, добрый день! А это – моя спутница Дарья!
– Очень приятно, Дарья!
– И мне, – я жму руку мужчины.
– Упряжки уже готовы, – сообщает он нам. – Идемте.
– Упряжки?! – спрашиваю я. – Я думала, мы поедем на одной...
– Нет, – Игорь качает головой. – Будет две упряжки. В одной – я и вы, в другой – Матвей и мой помощник Василий. У каждой упряжки должен быть каюр – тот, кто ею руководит, отдает собакам команды... Готовы?!
31 глава
– Ого! – говорю я, чувствуя, что у меня уже захватывает дух... а ведь мы еще никуда не едем и даже не идем, на месте стоим!
– Мы готовы, – улыбаясь, отвечает за меня Матвей, и я ему благодарна.
– Отлично, – кивает Игорь и, махнув рукой, показывает, куда идти.
Мы с Матвеем направляемся за ним, но мельком я успеваю увидеть, как к Вите и его новой спутнице тоже подходит какой-то мужчина, наверняка экскурсовод или инструктор. Возможно, они тоже собираются кататься на собаках, или оленях, или снегоходах. Мне все равно. Молюсь лишь об одном: чтобы мы сегодня больше не пересекались.
Мы идем прочь от парковки автобусов и машин.
Катание, вопреки моим предположениям, проходит не по самому льду Байкала, а вдоль озера, по специально оборудованной трассе.
В самом ее начале – вся необходимая инфраструктура: машины-фургоны, домики, киоски с горячим чаем и перекусами, даже биотуалеты.
Впрочем, температура на улице такая, что я пока как-то не жажду снимать штаны... Наверное, не стоит увлекаться чаем, потому что переполненный мочевой пузырь мне спасибо не скажет...
Собак здесь много, большая часть уже в упряжках, но есть и те, что ждут своей очереди. Лай стоит невероятный. Но почему-то это не раздражает: то ли потому, что пространство открытое, и это не так давит на уши, то ли потому, что псы очень красивые и дружелюбные, то ли оба фактора сразу...
Игорь подводит нас к первой из наших упряжек:
– Ну вот, знакомьтесь: Эсма, Бруно, Тура, Ойта, Лексус, Арго, Ариэль и Даг. Порода – байкальские хаски. Выведены с учетом местного климата и задач, которые перед ними ставятся. Прародители – аляскинские хаски и норвежские ездовые. В день спокойно пробегают до ста километров. Очень активные, выносливые и дружелюбные.
Мы с Матвеем с восторгом останавливаемся возле запряженных собак.
Одни стоят спокойно, терпеливо, другие валяются в снегу, третьи тянутся к нам познакомиться и поскорее облизать теплыми шершавыми языками протянутые руки.
– Какая прелесть, – умиляюсь я.
– Прелесть, да, но только на вид... на самом деле они – настоящие машины! – с гордостью говорит Игорь. – Все они – сертифицированные ездовые собаки, прошедшие обучение. Всем не меньше года.
– Потрясающие! – кивает Матвей, почесывая голову одного из псов. Я не отстаю: тоже глажу всех, кто ко мне тянется.
– Теперь давайте познакомлю вас с собаками второй упряжки, а заодно и со своим помощником, – говорит Игорь и ведет нас чуть дальше, к следующей упряжке, возле которой уже стоит другой мужчина. – Вот, это Василий.
– Очень приятно, Дарья, – улыбаюсь я, протягивая руку.
– Добро пожаловать на Байкал!
– Спасибо!
– Здесь у нас Тайган, Рыся, Эсманур – дочка Эсмы, кстати, – Забег, Сампо, Мамай, Бумер, Балу, – продолжает наше знакомство с собаками Игорь. – А теперь давайте расскажу вам о том, как устроены упряжки.
– Да, пожалуйста, это очень интересно! – киваю я.
– В каждой упряжке – по восемь собак. Они заправляются парами друг за другом. Первая пара – ведущие. Самые умные и ответственные. Именно эти собаки выполняют команды каюра, ищут тропу в снегу, если нужно, задают скорость. Вторая пара – направляющие. Помощники ведущих. Помогают держать темп, поворачивать. Третья пара – молодые собаки, которые только учатся. Они помогают четвертой паре. Четвертую мы называем колесами, это самые сильные и выносливые собаки в упряжке, так как на них приходится самая большая физическая нагрузка...
– Вот это да, – шепчу я Матвею. – Все так строго и серьезно!
– Да, это целая наука, – кивает мужчина.
Игорь же продолжает:
– На каждой собаке – специальная шлейка, которая называется алык. Она распределяет нагрузку по всему корпусу пса, чтобы не навредить здоровью. Центральный шнур, соединяющий собак, называется потяг. Он крепится к нарте – саням.
– У всего есть свое название! – восторгаюсь я.
– Да, и команды, которые отдает каюр, тоже довольно специфические, – улыбается Игорь. – «Вперед» – это «хай», «направо» и «налево» – это «джи» и «хо», «изи» – это просьба притормозить, ну а чтобы остановиться, надо сказать собакам «вууу».
– Очень интересно, – кивает Матвей.
– Ну что, прокатимся?! – спрашивает Игорь.
– Да! – отвечаю я, понимая, что теперь, кажется, наконец-то готова.
Я сажусь в одну нарту, Матвей – в другую. Там есть специальное место, куда можно упереться ногами, и также ремни на манер автомобильных, чтобы не выпасть из саней.
Наши инструкторы встают на подножки позади нас, чтобы управлять упряжками.
– А мы не перевернемся?! – спрашиваю я взволнованно.
– Нет, – улыбается Игорь, а потом обращается к собакам: – Хай!
Центральный шнур мгновенно натягивается, полозья под нами скользят по снегу, и наше катание начинается.
Скорость набирается постепенно, так что я успеваю привыкнуть.
Держусь крепко, но успеваю смотреть по сторонам.
Ветер несется навстречу, ударяет в лицо, дыхание немного перехватывает, но мне кажется, что все-таки не от недостатка воздуха, а от восторга.
Собаки бегут быстро, но без рывков, поворачивают плавно, и в целом через минуты три я уже чувствую себя довольно безопасно.
Даже оборачиваюсь назад: вторая упряжка с Матвеем и Василием летит прямо следом за нами.
– Здорово! – кричит мне Матвей.
– Очень! – кричу я ему в ответ и смеюсь, любуясь мощью и красотой хаски, что тянут нас по заснеженному полю.
32 глава
В какой-то момент упряжка Матвея начинает обгонять мою, и я понимаю, что наши инструктора соревнуются между собой: кто быстрее?!
Мне это кажется одновременно и опасным, и забавным.
Опасным, потому что любые гонки – это риск столкнуться, перевернуться, вылететь за пределы трассы, получить травмы.
Ну а забавным, потому что мы, вроде бы, взрослые люди, а азарта в крови, как у детей... в какой-то момент эта гонка даже мне начинает приносить удовольствие.
Я вместе с Игорем кричу нашим собакам:
– Хай! Хай! – в надежде, что мы будем быстрее, чем вторая упряжка.
И нам действительно удается победить!
Даже когда мы делаем круг, возвращаемся к месту старта и уже начинаем тормозить, собаки Матвея еще несутся позади нас, пытаясь догнать...
– Вау! – восторгаюсь я, трясущимися от эмоций руками открепляя ремень безопасности, практически вываливаясь из нарты и наперебой лаская собак, которые, высунув языки, тяжело дышат и просят воды.
Когда вторая упряжка тоже останавливается, Игорь и Василий дают своим подопечным теплой воды и вкусняшек для восстановления энергии, а ко мне подходит улыбающийся Матвей:
– Ну что, как тебе?!
– Я в восторге! – признаюсь честно, не переставая чесать за ушами красивых хаски. У меня уже вся одежда в шерсти, но мне все равно: эмоции дороже любой одежды, тем более, одежду можно и постирать...
– Я тоже! – кивает Матвей. – Если хочешь, можем прокатиться еще по одному кругу!
– Ооо... – я мотаю головой. – Думаю, я не вынесу! У меня уже все руки задубели! Даже в рукавичках! И лицо, щеки! Губы обветрились! Безумно холодно!
– Да-а-а, это правда, – соглашается Матвей. – Тогда вернемся на турбазу рядом с парковкой, куда мы приехали?! Там есть чайные домики, где можно отогреться.
– Да, давай, – я киваю. – А туалеты там тоже есть?!
– Конечно!
Ура! А то мне, признаться, уже хочется...
Мы благодарим Игоря и Василия, прощаемся с собаками, затискав их окончательно, и, немного отряхнувшись от шерсти, идем к чайным домикам.
Они деревянные, очень красивые, теплые внутри, и на самом деле, там есть не только чай, но и пирожки, пироги, разные снеки, местная кухня, сувениры, мини-музеи, мастер-классы и много чего еще.
Первым делом я отправляюсь в туалет, а Матвей тем временем наполняет наши термокружки травяным чаем и берет пирожки в фаршем. Мы устраиваемся за столиком с длинной узкой лавкой и начинаем жадно есть.
После холодной улицы, сильного ветра, адреналина и эмоций этот чай и эти пирожки кажутся самыми горячими и вкусными на свете.
Не помню даже, когда я в последний раз ела с таким аппетитом!
А потом, конечно, как назло, все портит мой муж, который входит в этот же самый домик вместе со своей девицей.
Они то ли не видят нас, то ли притворяются – уж не знаю, зачем, – но садятся довольно близко.
Я даже слышу их разговор!
– Зря ты отказалась кататься на хаски, – говорит своей спутнице Витя.
– Ты видел, сколько шерсти от них летит?! – брезгливо замечает девушка, и мне кажется, краем глаза я замечаю, как ее передергивает. – Не говоря уж о том, что эти псины громкие, вонючие и могут запросто перевернуть эту хрупкую деревянную кибитку! Я полгода назад делала ринопластику, которая стоила мне почти триста тысяч, представь, если я из-за собак сломаю себе нос?! Ради чего?! Ради того, чтобы полчаса померзнуть и половить ртом летящие в меня шерсть и снег?!
У меня аж губы невольно кривятся: какая, оказывается, противная девица! А ведь при попытке знакомства она казалась очень дружелюбной! Что же изменилось?! Витя не может ее удовлетворить?!
– Тогда, может быть, на оленях?! – спрашивает тем временем мой муж.
– Они еще вонючее!
– Тогда хотя бы на коньках?!
– Я не умею...
– А зачем, скажи, пожалуйста, ты вообще согласилась поехать со мной на Байкал?!
– Я думала, мы здесь будем в каком-нибудь уединенном домике с травяной бочкой и подогреваемым бассейном...
– Где ты здесь такое видела?!
– Нигде... но, может, ты видел, откуда мне знать?! – девица пожимает плечами.
В этот момент Витя, кажется, действительно в первый раз меня замечает.
– Твою мать, – говорит он, резко встает с места и выбегает из домика.
Его спутница, ничего не поняв, остается внутри, только пересаживается к какой-то компании – судя по всему, там ее знакомые.
Кажется, мой муженек и вторую любовницу потерял!
Меня это очень забавляет, настроение снова становится отличным, но я решаю, что обсуждать это с Матвеем нет никакого смысла. Мы с ним лишь обмениваемся многозначительными взглядами, а потом он спрашивает:
– Согрелась?!
– Да, – киваю я удовлетворенно.
– Готова к продолжению приключений?!
– Да!
– Олени или коньки?!
– Думаю, коньки, – улыбаюсь я. – Не терпится выйти на байкальский лед.
– Понимаю, – кивает Матвей.
Пирожки доедены, чай допит.
Мы еще раз посещаем туалет, чтобы не захотелось потом прямо посреди катания, снова тщательно укутываемся и выходим обратно на улицу.
Уже начинает смеркаться, зажигаются огни, очень красиво.
А вот людей стало меньше: все-таки вечерние и ночные активности здесь не так популярны, как утренние и дневные. Да и температура воздуха неумолимо снижается, становится все морознее и морознее.
Честно говоря, я уже предвкушаю, как после катания мы вернемся в наш отельный домик и будем отогреваться горячим чаем и другими, более интересными и взрослыми занятиями...
33 глава
К счастью, с Витей мы больше не встречаемся.
То ли он просто решил спрятаться от меня, чтобы не позориться, ведь я слышала его разговор с той девушкой, то ли он вовсе сбежал из Листвянки, потому что все сложилось не так, как он рассчитывал.
Я в свой номер не пустила, да еще и с другим мужчиной была, а пафосная девица, которую он притащил, видимо, аж из самого Иркутска, оказалась не в восторге от местных нищебродских развлечений: катаний на собаках и оленях и коньков. Она, видите ли, надеялась на уединенный домик с травяной бочкой и подогреваемым бассейном... За таким шиком им бы стоило ехать в Красную Поляну, но мы сейчас не там...
Я, впрочем, своим местонахождением и общим положением вещей более чем довольна. На улице, конечно, холодно, зато на душе – тепло.
С Матвеем безумно хорошо и уютно. Только одно заставляет меня грустить: скоро я вернусь домой, в Сочи, к непослушному сыну, бракоразводному процессу, работе и делам, а он... он останется в Иркутске, и мы, вероятно, больше никогда не встретимся.
Другой вопрос, что я знала это с самого начала, и все равно позволила этому мужчине войти в мою жизнь... и в мою постель.
Возможно, нам обоим это нужно, чтобы излечиться от ран прошлого, а потом пойти дальше.
– О чем задумалась? – спрашивает Матвей, когда я отстаю от него на несколько шагов.
– О том, как сложна и непредсказуема наша жизнь, – говорю я, и это, в принципе, правда. Конкретизировать мне не хочется: зачем?! У нас такой приятный вечер. Нет смысла забивать его своей рефлексией.
– Можем поговорить об этом, – предлагает Матвей, но я качаю головой:
– Нет, – а потом улыбаюсь: – Идем кататься на коньках!
– Идем, – кивает он, и мы шагаем дальше.
Пункт проката коньков организован прямо на берегу озера.
– Ты вообще умеешь кататься? – спрашивает Матвей.
– Я родилась и прожила всю жизнь в Сочи, – говорю я. – Так что, честно говоря, не очень. С катками у нас там не очень, сам понимаешь... – я нервно посмеиваюсь. – Но немного каталась, в основном с сыном, когда он был младше. Мы ездили для этого в Красную Поляну.
– Никогда там не был, – признается Матвей. – Да и в Сочи тоже...
– Приезжай как-нибудь, я буду рада показать тебе город.
– Почему бы и нет, – говорит он согласно, но голос звучит неуверенно, и диалог как будто заходит в тупик. Мне становится неловко. Ощущение, что я позвала его к себе в гости, а он не очень-то и хочет ехать, соглашается просто из вежливости... А может, мне просто так кажется?!
Я перевожу тему разговора:
– А ты, наверное, отлично катаешься?!
– Да, – улыбается мужчина. – С детства. В школе занимался хоккеем.
– Ого, да ты спортсмен, оказывается! – удивляюсь я.
– Бывший, можно сказать. Последние разы, как и ты, вставал на коньки несколько лет назад. С дочкой катался. А потом она выросла – и ей это стало неинтересно...
– Понимаю, – киваю я, чувствуя, как мы снова соприкасаемся темой, которая нам обоим очень близка, родительством.
Мы берем коньки на час.
– Больше, поверь, ты не захочешь, – говорит Матвей. – Устанешь, замерзнешь... по опыту говорю. Лучше завтра вернуться и покататься еще.
– Окей, – я киваю.
– А если я ошибаюсь, просто продлим аренду.
– Ладно.
Я сажусь на скамейку и надеваю коньки, а потом начинаю их завязывать.
– Надо туже, – говорит Матвей и, не дожидаясь ответа, встает передо мной на одно колено, чтобы помочь.
– Ого, – восклицаю я, чувствуя, как сильно он затягивает шнурки.
– Да, это нужно для того, чтобы нога не болталась внутри конька, это очень влияет на устойчивость, – объясняет мужчина.
– Спасибо.
– Готова встать на ноги?!
– Давай попробуем.
Он сам уже в коньках. Встает первым и протягивает мне обе руки. Схватившись за них, я с трудом поднимаюсь со скамейки.
– Идем?! – спрашивает Матвей.
– Идем, только... можешь держать меня за руку?! – прошу я.
– Да, конечно, – улыбается мужчина.
Мы с трудом добираемся до льда, а там, с первого же шага, у меня начинают разъезжаться ноги.
Я сразу же решаю, что это была дурная затея, но Матвей, мягко поддерживая и методично направляя, помогает мне набраться уверенности и двинуться вперед.
Через несколько минут небольшой, но все-таки имеющийся навык вспоминается, ноги перестают разъезжаться, и мы едем все дальше и дальше...
– Ну как, уже получше? – спрашивает Матвей.
– Да, – киваю я. – Тело вспомнило, чему училось несколько лет назад.
– Вот и замечательно.
Все и правда идет замечательно... ровно до того момента, когда я, окончательно уверившись в собственной способности покорить лед Байкала, решаю развернуться на полном ходу и, споткнувшись, лечу вниз.
Матвей оказывается рядом мгновенно:
– О боже... Ты как?! Ушиблась?!
– Ооо... – стону я, инстинктивно хватаясь за лодыжку. – Мне кажется, я сломала ногу...
– Ясно, – говорит Матвей, и в его голосе я чувствую одновременно сочувствие, тревогу и решимость. – Поедем в больницу.
– Разве здесь есть больницы?!
– Нет, – он качает головой. – Придется вернуться в Иркутск. Не переживай, я вызову такси. А перед этим – спасателей, чтобы тебя эвакуировали со льда на снегоходе.
– О боже... – я закрываю лицо руками, потому что мне становится стыдно.
– Ничего страшного в этом нет, – уверяет меня Матвей. – Они по несколько десятков туристов ежедневно увозят со льда, это их работа... А пока – постарайся встать на колени, чтобы не застудить себе ничего.
– Да, хорошая мысль, – соглашаюсь я, а про себя думаю: вот и все, вот и закончилось веселье...
