Текст книги "Море волнуется два… (СИ)"

Автор книги: Елена Свободная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Глава 20

Николетта

Кемстер бросил на меня полный желания (или сожаления, кто их, мужиков, разберет?) взгляд, и увлек вампира наверх, кратко объяснив, как найти комнаты. Меня, конечно, слегка удивило, когда он протянул мне ключ от отдельного номера, но спрашивать не стала – мало ли что он там хозяину наговорил. Только приподняла вопросительно бровь, получив в ответ только нахмуренные брови.

– Эй, любезный, – по-своему истолковала эльфийка мое замешательство, доставая из поясной сумки золотую монету. – Принеси нам с подругой еще вина и чем-нибудь закусить!

В глубине души я была благодарна Ловцу за тактичность, но что-то грызло внутри. Как-то слишком легко он отказался от своих намерений! То орет, чтобы я за него замуж выходила, а то... гм... в самый интересный момент сливается.

За ужином наша новая знакомая рассказала о своем путешествии к островам пиритов на юге отсюда, но о цели упомянула лишь вскользь. Ловко жонглируя словами, она явно рассказывала о себе правду, но далеко не всю. Сбежала из общины два года назад, нанялась помощником капитана на торговое судно, быстро вошла во вкус и на собственные сбережения прикупила "Рыбкины косточки". Почему сбежала? А вы бы хотели, чтоб вашей жизнью руководили другие? То-то и оно. А есть свои планы на жизнь? Есть, но не про вашу честь.

Поэтому когда тарелки опустели и Кемстер с Алексом оставили нас, у меня примерно сформулировались вопросы, которые я хотела задать. Только вот что-то опять пошло не так, напоминая, что ты можешь сколько угодно прокручивать в голове диалог, но собеседник не обязан отвечать так, как ты придумал.

– Ну рассказывай, марена, – Ильтариэль с заговорщическим видом перегнулась ко мне через стол.

– О чем? – с трудом отрываясь о своих размышлений, переспросила я.

Ладно, посидим с ней, а утром выясню, причину такого странного поведения. Как показывал опыт, ответы на большинство вопросов можно получить, просто задав вопрос. Словами. Через рот. Ограничиваться разговорами

– Обо всем, – хмыкнула она, выпрямляясь. – Что марена, явно не из Старших Дочерей, делает на суше, да еще и в компании вампира и человека. Или, например, о том, что тебя так во мне заинтересовало, что ты весь вечер глазеешь, не отрываясь... Выбирай!

Ее непривычно открытая насмешливость для этого мира подкупала. В конце концов, что я теряю, кроме оков пролетариата, как говорил один мой знакомый.

– Ну, допустим, у меня тоже возникло немало вопросов, – вместо ответов начала я. – Например, откуда ты так много знаешь о дочерях Океана, чтобы еще разбираться в наших особенностях. Или с чего бы сестре не последнего человека в общине путешествовать в одиночку... Выбирай! – скопировала я ее интонации.

Эльфийка слегка побледнела и сделала крупный глоток вина. В этот момент к нам подошел подавальщик с еще одной бутылкой и парой тарелок закусок. В одной я совершенно однозначно определила несколько видов сыра, а вот вторая вызвала определенные затруднения.

– Вижу, ты впечатлились, – продолжила я, сосредоточившись на странной тарелке. – Но, судя по всему, сбегать не собираешься.

– Не собираюсь, – она быстро взяла себя в руки. – Вот это попробуй, мясо по-эльфийски, неплохо подойдет к... – она покрутила бутылку с малоинформативной надписью "Вино" и усмехнулась: – в общем, к вину под названием "Вино". На самом деле, оно ко всему подходит, правда вкусно будет...

– Ильтариэль, – едва не сломав язык, посмотрела я на собеседницу. – Давай не будем ходить вокруг да около. Как ты, наверное, заметила, у меня были другие планы на эту ночь, и я все еще надеюсь их осуществить, – острые уши собеседницы заметно покраснели от моей откровенности. – Поэтому буду откровенна. Ты права, я действительно не из Старших Дочерей, я полукровка из другого мира, которая еще пару недель назад даже не подозревала о своем происхождении...

Эльфийка поперхнулась, разбрызгивая вино на скатерть. Я привстала и легонько постучала ее по спине, перегнувшись через стол. Какая нежная у нее, оказывается, психика, а с виду и не скажешь. Знать бы еще, что ее так шокировало в моих откровениях!

– Эй, ты в порядке? – она покивала, продолжая попытки справиться с кашлем самостоятельно.

– У марен не бывает полукровок, – вытирая выступившие слезы и пытаясь отдышаться, пробормотала Ильтариэль. – Ну, или, формально, они все полукровки – у дочерей Океана рождаются только девочки... ну ты понимаешь, – она снова смутилась.

– А как же Ловцы? – вырвалось у меня.

Насколько я успела разобраться в хитросплетениях местных божественных связях, они тоже считались порождениями Океана и даже получали от него какую-то Силу. Эльфийка скептически хмыкнула:

– Почему ты говоришь о нем во множественном числе? Говорят, из их племени остался только один, да и тот... скажем прямо, не жилец.

– Вот как? – я постаралась не выдать своего удивления.

– Конечно, – моя собеседница снова склонилась над столом, фыркнула и, подхватив свой бокал, пересела поближе. – Много лет назад один из Ловцов влюбился в марену, которую должен был убить. Он предложил ей выйти на сушу и стать его женой, но гордая морская дева только посмеялась над незадачливым влюбленным, сказав, что лучше смерть, чем жизнь с убийцей, и прокляла весь его род. Они все ушли в Океан в течение какого-то десятка лет, пока не остался один. Говорят, он обречен на вечное скитание, потому что чтобы снять проклятие, марена должна полюбить Ловца и согласиться стать его женой по доброй воле...

У меня екнуло сердце, а по рукам пробежали мурашки. Так вот в чем дело... вот о каком проклятии говорил Кемстер! Правда, он еще упомянул, что и мне это может помочь при встрече с Праматерью или кто там будет решать мою судьбу. Выходит, что это обоюдовыгодная сделка. В груди противно сжалось от мысли, что я просто принимаю желаемое за действительное, и в действиях мужчины нет ничего, кроме холодного расчета. Но ведь он же... такое нельзя подделать! Или можно? Было бы очень обидно так ошибиться в тридцать лет! Хотя мой опыт общения с противоположным полом включал в себя относительно серьезные отношения, но к браку так ни разу и не привел. Как раз по причине того, что я видела в глазах Ловца в своих снах. Глупость, наверное, но что есть – то есть...

– Это все, конечно, прекрасно, – я постаралась засунуть свои переживания поглубже и вернуться к насущным вопросам. – Но это не ответ на мой вопрос.

– А вот и ответ, – приподняла бровь эльфийка. – Ловцы тоже дети Океана, да, но в истории не было не одного случая, когда бы они вступили в брак. Так что теперь твоя очередь откровенничать. Если ты говоришь, что выросла в соседнем мире, откуда у тебя ожерелье?

Блин! Я совсем про него забыла! Нащупав на груди гроздь камушков и ракушек, сунула их за воротник туники.

– Это ожерелье моей матери, – Ильтариэль удивленно охнула. – Да, она была отступницей, и завтра я надеюсь вернуть его в Океан. Поэтому если ты вдруг в курсе его... настроений, буду благодарна, если поделишься.

– А ты мне что?

– А я тебе расскажу о том, как поживает один загадочный ведьмак на сером волке из Древней Пущи, – коварно шепнула я в острое ухо.

Поднявшись на второй этаж, я осмотрелась. Мы разошлись с Ильтариэль, когда небо уже начало сереть, а подавальщик – откровенно зевать и недобро коситься на двух шушукающихся девиц. Унося третью пустую бутылку из-под «Вина», он даже бормотал что-то недоброе про бытовой алкоголизм отдельно взятых особей женского пола.

Стараясь не слишком шуметь, я свернула направо, как инструктировал Ловец. Остановилась перед дверью с номером пять, каковой красовался на бирке имеющегося у меня ключа, и задумалась. Света из немытого сто лет окна в конце коридора хватало, чтобы заметить еще две двери дальше по коридору. Маловероятно, что он выбрал ночь с Алексом, значит, взял отдельные комнаты всем. Соображала я уже гораздо медленнее, чем обычно, но спросить, какой номер он взял себе не догадалась и на трезвую голову. Спать не хотелось, а желание выяснить вопрос с искренностью его намерений мешалось с совершенно другим желанием...

Интересно, а связь марены и Ловца работает в обратную сторону? Очередная идея сомнительной нормальности срочно потребовала реализации. Я прикрыла глаза и представила мужчину... а пару секунд спустя, аккуратно поворачивала дверную ручку самого дальнего номера.

Проскользнув в комнату и задвинув засов, я огляделась. Сработало! Ловец спал беспокойно, с кем-то ругаясь во сне. На ходу стаскивая рубашку и путаясь в штанах, я приподняла одеяло и скользнула в тепло, головокружительно пахнущее мужчиной. Кем вздрогнул и резко открыл глаза. Зрачки расширились, он ошарашенно смотрел на меня.

– Я решила кое в чем убедиться, – заговорщическим шепотом поведала ему я, прижимая палец к губам. – Прежде, чем мы отправимся выяснять отношения с Океаном...

– В чем? – сипло и как-то недоверчиво, пробормотал он, не сводя взгляд с моей груди.

– В том, что ты меня действительно любишь...

Ловец

Бескрайний океан! Она пришла! Я настолько не ожидал ничего подобного, что первые секунды потратил на то, чтобы понять, а не продолжение ли это сна. Потому что в предрассветных сумерках рядом со мной на кровати сидела совершенно обнаженная марена, на шее которой болталось ожерелье. Зрелище было настолько же нереальным, насколько был невозможным смысл ее слов.

– В чем ты хочешь убедиться?.. – выдавил я, сам себя не слыша.

До боли захотелось убедиться в том, что это правда... Темные дни! Моя совершенная девочка!..

– В том, что ты меня действительно любишь, – с многозначительной улыбкой прошептала она, обнимая меня за шею и прижимаясь к губам.

Поцелуй Ники был с явным привкусом вина, и в какой-то момент у меня даже мелькнула мысль остановить ее, но когда она вытянулась под одеялом рядом со мной, прижимаясь всем телом...

Дальше все было как в тумане. И ради этого точно стоило прожить триста лет... Податливая, нежная, она плавилась под моими нетерпеливым ласками, а у меня билась в голове только одна мысль: "Потерпи... потерпи... Она не из тех, с кем хочется просто... Куда торопишься?.." Но ее кожа под моими пальцами была такой горячей, что сил сдерживаться не осталось...

– Я хочу тебя, – прошептала непослушными губами Ника, и меня сорвало окончательно.

Тьма затопила сознание. Остались только быстрые отчаянные поцелуи, рваное дыхание, влажная прядь платиновых волос, прилипшая ко лбу и бешеный ритм оголодавшего без любви тела... Последнее, что я запомнил, как заглушил ее стон, жадно впиваясь в припухшие губы...

В себя пришел только от тихих всхлипываний. Ее разгоряченное ласками тело вздрагивало под моей тяжестью, вызывая новый прилив желания... Тут же прошиб холодный пот – что я натворил?.. Выдернуть сознание из сладкой тьмы оказалось не так-то просто. В голове лихорадочно заметались мысли... Как теперь быть? Зачем поддался ей, знал же, что не смогу сдержаться! А как было не поддаться, если последнюю неделю от одной мысли о ней, голова переставал соображать совершенно... А тут она сама... Ругая себя последними словами, наконец, смог разлепить глаза и кое-как приподняться на локтях...

И обнаружил, что марена... смеется... Такого облегчения я не испытывал никогда в жизни. Щеки мокрые от слез и пота, но улыбка такая счастливая, что у меня закружилась голова. Я и представить не мог, что так бывает...

– Боже, это было лучшее, что случалось со мной в жизни, – пробормотала Ника, вяло проводя ладонью по моей груди. – Повторим?

У меня все тело покрылось мурашками... Так ей, что... понравилось?.. Эта мысль была настолько невероятной, что дошла до сознания не сразу. Прижав девчонку к себе, я перекатился на бок и обессиленно уткнулся ей в шею, вдыхая самый желанный запах на свете... Впервые в жизни пожалев, что не умею плакать.

– Моя... – беззвучно бормотал я. – Правда моя?.. Ника... я... бескрайний океан, я и не надеялся...

– Твоя, – прошептала она, то ли услышав, то ли просто догадавшись, вжимаясь в меня всем телом. – Хорошо, что все так... получилось...

– Я... – тело снова отозвалось на ее близость тянущим желанием. – Сам договорюсь с Праматерью... И ожерелье сам верну... Только не ходи туда...

– Меня там ждут неприятности? – тихо хихикнула она, проводя языком по ключице.

– Да-а.. – простонал я, отвечая неизвестно на что. В голове опять сгущался туман... что она там творит?..

– Ну, как же я тогда не пойду, – мир снова встал с ног на голову, потому что девчонка уже смотрела на меня сверху вниз таким обжигающим взглядом, что у меня заныло все, что только могло, а она продолжила хриплым шепотом: – как я не пойду, если они меня ждут?

Пойдет, понял я сквозь ослепляющее желание. Марену невозможно удержать силой, как морскую волну. А она двигалась мучительно-медленно, сводя с ума, заставляя забыть обо всем, кроме ее тела в моих объятиях...

– Боже, а ведь я правда люблю тебя, Кем... Как же я тебя люблю... – шептала она, пока реальность снова не поглотила тьма.

Проснулся я резко и сразу. По давней привычке, настороженно прислушался и, приподняв голову, открыл глаза. Темные дни! Так мне ничего не приснилось... Николетта крепко спала, обняв мою руку, и улыбалась. С тихим стоном облегчения я осторожно откинулся на подушку. За прошедшие часы рука затекла до полного онемения, но это была такая ерунда по сравнению с тем, что произошло!

Следом пришла отравляющая мысль, что девчонка вчера была изрядно пьяна, и, вполне вероятно, не до конца понимала, что происходит. Я стиснул зубы. Оправданий себе у меня не было.

Спокойно, старик, нужно что-то придумать. Уйти в ее комнату? Хорошая мысль, но придется отгрызть себе руку. Другие идеи есть? Объяснить ей, что на самом деле ее любишь и хочешь просыпаться так каждое утро. Если бы все было так просто! А что, собственно, сложного?

Я склонился к маленькому круглому уху Ники:

– Летта, пора вставать, – получилось хрипло, но, кажется, вполне нежно.

Девчонка хихикнула, как от щекотки, и потянулась всем телом, изгибаясь и прижимаясь ко мне спиной. Я беззвучно охнул от неожиданности, а потом еще раз, когда чувствительность к руке вернулась, впиваясь тысячами иголок в ладонь и пальцы.

– Кем, скажи честно, – приоткрыла она глаза. – Ты на мне жениться хочешь, чтобы проклятие снять?..

Как ледяной волной окатила. Все-таки подумала! Неужели эльфийка ей что-то наплела? Вот чуял, что не стоит их оставлять, но, как дурак, повелся на ее безмолвную просьбу... Помотав головой, сгреб ее в объятия, пряча лицо в платиновых волосах. Ее плечи напряглись в ожидании ответа, но не вырывается, и на том спасибо.

– Летта... девочка моя... Послушай... просто послушай меня, а там сама решишь... нужен тебе я, – сквозь ком в горле бормотал я непривычные слова, – или нет. Ты сказала, что не знаешь, какой я... настоящий. Я расскажу все...

Дальше дело пошло легче. Хотя оказалось, что доверять кому-то очень страшно. Даже если ты практически бессмертный Ловец Душ и наемный убийца со стажем. Я рассказал ей все, от проклятия до того, как решил предложить ей сделку, выгодную нам обоим. От того, как сгорал от желания, не понимая, что со мной происходит, до того, как вампир, насмехаясь, сообщил мне, что так и выглядит любовь. И про сны. И про то, как в самые темные дни мысли о ней помогали выйти на свет...

В какой-то момент она осторожно выдохнула, расслабляясь. Потом ее руки скользнули по моей спине, сбивая с мысли. Я посмотрел ей в глаза, продолжая свой рассказ, как не раз это делал во сне, и снова не увидел в них осуждения. Ника запустила тонкие пальцы мне в волосы и...

– Не знаю, что тебе еще сказать, чтобы ты... – не стал договаривать я, прикрывая глаза.

И так лишнего наговорил. Трусость, конечно, но в жизни не думал, что окажусь в такой дурацкой ситуации. Что я мог еще ей сказать? Не прогоняй меня? Брось свой мир и выбери жизнь со мной?

– Кем, ты такой... – взволнованно прошептала Николетта.

– Какой? – переспросил я, чувствуя, что тоже начинаю волноваться.

– Как я себе представляла, – выдохнула она мне в губы. – Мне ведь тоже снились... сны...

Глава 21

Николетта

– Летта, пора вставать, – хриплый щекочущий шепот.

Не открывая глаза, потянулась, прижимаясь спиной к горячему мужскому телу. Мммм... Что бы там дальше не произошло, идея прийти к нему ночью была хороша. Оставалось выяснить только один, не самый уместный в такой ситуации, вопрос. Просто другой возможности у меня может не быть.

– Кем, скажи честно, – бросив на него взгляд из-под ресниц, проговорила я. – Ты на мне жениться хочешь, чтобы проклятие снять?..

Из намеков и туманных, обтекаемых фраз за ужином я поняла, что новый день станет днем моего суда. А до этого нужно будет еще встретиться с Кали и Нинголором, а потом что-то решать, куда-то бежать... или от кого-то. В общем, мне хотелось окончательно расставить точки над "и", тем более, благодаря своей ночной собеседнице, мне теперь было известно если не все, то многое.

Лицо мужчины застыло, желваки окаменели. Он набрал воздуха для ответа, но потом, как будто передумав, отчаянно покачал головой и подмял меня под себя, окутывая невозможно родным запахом морского ветра. Ощущение близости было таким острым, что я с трудом смогла сосредоточиться на том, что он говорил:

– Летта, девочка моя... Послушай... просто послушай меня, а там сама решишь... нужен тебе я, настоящий, или нет. Я расскажу все...

По телу прокатилась волна ослепительной нежности, а на глаза навернулись слезы. Оказывается, когда большой, сильный и абсолютно голый мужчина откровенничает куда-то тебе в макушку, это невероятно трогательно. А уж если ты еще в него и влюблена... Подозреваю, что этой ночью местные звезды сложились в исключительно благоприятную комбинацию, и оставалось надеяться, что они пребудут в ней и дальше...

Несмотря на то, что ничего принципиально нового про проклятие я не услышала, стало понятнее, чего он так переживал. Брак был выгоден нам обоим, но связывая себя им навеки (а по-другому и не могло получиться, женились в этом мире при участии божественных стихий в прямом смысле слова), мы рисковали оказаться в самой настоящей ловушке. Причем, неизвестно, кто в большей степени. Он, влюбленный в свою жену, которая к нему равнодушна, или жена, которая, скорее всего, останется в живых, но что будет делать с такой жизнью – непонятно.

А вот сбивчивые признания в любви убедили меня окончательно, заставив сердце сжаться, а низ живота – заныть от желания. Да в конце концов!.. Я скользнула руками вниз по его спине, чувствуя, как напрягается каждая мышца. Его тело откликнулось на нехитрую ласку совершенно однозначно...

Кемстер приподнялся на локтях, заглядывая мне в глаза, и продолжил говорить. О снах. О том, как ждал их, как они дарили ему покой и надежду. О том, как понятия не имел, насколько глубоко проникло в его сердце чувство к неизвестной девушке. И как все понял, но объясниться наяву оказалось не так-то просто. Потому что, оказывается, если ты – профессиональный убийца со стажем больше двух веков, живущий свою бесконечно одинокую жизнь, доверя кому-то очень страшно.

Я обняла его за шею, перебирая пряди волос на затылке и думая только о том, как все удивительно сложилось. Действительно, как в сказке.

– Не знаю, что тебе еще сказать, чтобы ты...

– Кем, ты такой... – срывающимся шепотом перебила его я, и задохнулась от накрывшего чувства, что все происходящее, несмотря на свою нереальность, правильно и вовремя.

– Какой? – переспросил он, прикрыв глаза.

Я притянула его поближе и выдохнула, касаясь губами его жестких губ:

– Как я себе представляла... Мне ведь тоже снились... сны...

Ночной разговор с Ильтариэль внушил мне некоторую надежду, что сделка, которую мы можем предложить высшим силам, будет им интересна. Из ее рассказа получалось, что от отсутствия любви в этом мире страдают не только смертные. Встреча с Океаном оставила у смелой эльфийки самые неоднозначные впечатления. С одной стороны, невероятное могущество стихии, для которой она – всего лишь капля. С другой – какая-то обреченность, как будто в мире произошло то, на что даже божества повлиять не могут.

– Видишь ли, – слегка замялась эльфийка, смутившись от того, что я знаю ее тайну, – я действительно встретилась с Океаном в этом своем последнем плавании. Только вот... он меня отпустил живой не потому что у него такое уж прям хорошее настроение было...

– Стоп-стоп-стоп! – скептически покосилась я на свою собеседницу. – Хочешь сказать, вода с тобой разговаривала?

– Нет, конечно, – рассмеялась она. – Он явился мне Сам!

Я поперхнулась вином:

– То есть... как? И... какой он?

– Понятия не имею, какой Он на самом деле, – пожала плечами Ильтариэль. – Но мне явился в образе мужчины с рыбьим хвостом, когда мне уже начало казаться, что это мой последний час. Буря налетела в какие-то считанные мгновения, «Рыбкины косточки» трещала и черпала воду так, что я практически сразу оказалась по колено в воде. Отец морских дев заявил, что я нарушила какие-то морские законы, но пытаться удержаться на ногах, хватаясь за все подряд, и слушать нотации, пусть даже и божества, довольно сложно.

Я согласно кивнула, а она криво улыбнулась и продолжила.

– А я, честно говоря, так перепугалась, что возьми да и ляпни ему, мол, сначала нормальные законы придумайте, а потом карайте. Он озадачился, а я уже обнаглела настолько, что высказала все, что думаю насчет традиций, порядка вступления в брак, невозможности расстаться, если ошибся... – она уже еле сдерживала смех. – В общем, перечисляла, пока голос не сорвала окончательно! Ну, он послушал-послушал, а потом как треснет своим посохом прямо по воде! Волны аж небо закрыли!..

Я и сама беззвучно хихикала – сама бы так поступила (да и, откровенно говоря, планировала, если приговор будет вынесен не в мою пользу). Но случайно встретить и в этом мире такую же ненормальную было бесценно!

– Ну, думаю, все, Ильтариэль, доплавалась! Так и помрешь сейчас, так и не познав любви, – поймав мой скептический взгляд, она пояснила: – мы с Габриэлем даже не целовались ни разу, что бы тебе там ни наговорил этот хвостатый похабник! Ведьмак же правильный, он иначе не может – силу потеряет, какая с него тогда помощь князю-колдуну! Вот и... в общем, нахлебалась я воды и с жизнью распрощалась, а Океан как рявкнет: "Проваливай из моих владений, чтоб я тебя тут больше не видел! И скажи спасибо Великой Праматери!" Конечно, я сразу направилась к ближайшему берегу! Отец морских дев не обманул, "Рыбкины косточки" затонула уже у самого пирса, а я осталась цела, даже золото не растеряла. Вот и сняла здесь комнату, потому что место приличное и не пристает никто, – я фыркнула, а она поправилась: – ладно, почти никто. Да и твой дружок-вампир слишком хорош, чтобы насильничать, и прекрасно знает об этом. Не я, так другая.

Что есть – то есть, несмотря на свою сомнительную внешность, вампир вел настолько активную социальную жизнь, что слухи о его любовных похождениях доходили даже до меня. Несмотря на то, что я ими совершенно не интересовалась. Но если ты большую часть рабочего времени проводишь бок о бок с Милли, будешь в курсе личной жизни всех сотрудников, клиентов, прокуроров и судей. Хочешь ты того или нет.

– И что ты планируешь делать дальше? – поинтересовалась я, когда нам сменили очередную бутылку.

– Об этом я и размышляла, когда Алекс подошел со своими интересными предложениями. Раз в море мне путь заказан, а в общину я сама не вернусь, надо думать, как избавиться от помолвки. Единственный вариант, который мы с ведьмаком смогли придумать – чтобы нас соединил князь-колдун Василий. Вижу, ты в курсе, кто это... ну и что? Да, нечистая сила, но власть-то у него есть, и ничто человеческое, как и эльфийское, ему не чуждо! Только вот мой жених должен отказаться сам, иначе Его Темнейшество и слушать не будет, была у него одна история...

Ага, история. С продолжением. Интересно, удалось Лилит умаслить старика прежде, чем он спустил на нее своих темных слуг? Бабка она, конечно, вредная, но любимая дочь Огня все-таки. Вряд ли божественный папаша обрадуется, если она сложит голову в Древней Пуще.

– Я бы, может, и согласилась на "как у всех", – задумчиво проговорила Ильтариэль, – но дело в том, что я чувствую, что в нашем мире последнее время творится что-то неладное... Стоит только кому-нибудь кого-нибудь полюбить, как возникает целая куча препятствий! Но даже это – полбеды. Основная проблема в том, что даже наш Оракул начал... ошибаться.

Последнее слово она проговорила еле слышно. Я вспомнила, как Лира мне рассказывала об этом брачном советнике эльфов и невольно фыркнула.

– Почему ты так решила? – осторожно уточнила я.

– Да потому что два года путешествий я только и делала, что искала тех, кто счастлив! – пожала плечами моя собеседница. – И что ты думаешь? В петлю, конечно, не лезут и со скалы не бросаются, но живут, как во сне! К тому же, посуди сама, мне этот Паэлиас на... пол не упал, так же, как и я ему, но Оракул же сказал!.. Тьфу!..

Ловец

Сумасшествие какое-то. На четвертой сотне узнать, что такое счастье и тут же подставить его под удар! Куда похуже проклятья какой-то там неизвестной марены будет. Ника пересказывала историю эльфийки, но я не особенно внимательно слушал. Только понял, что за нее вступилась Великая Праматерь, когда услышала, что та считает, что нет смысла жить вместе без любви.

Я вдыхал головокружительно родной запах волос морской девы и думал, что сестра Нинголора совершенно права. Потому что когда знаешь, что бывает так, на меньшее уже не согласишься. А еще придумал, как вытащить ее, если все покатится в пучину – марен в мире много, а Ловец один. Благо, вампир надежно стер границу между моей магической и жизненной силой.

Одеваясь, я исподтишка наблюдал за Николеттой. Спокойная улыбка, ярко-аквамариновые глаза светятся таким счастьем, что дух захватывает.

– Кем, у тебя есть расческа? – она попыталась разобрать спутанные волосы пальцами, но, видимо, этого оказалось недостаточно.

Осипший голос и простая просьба. Достал гребень и подошел к ней, непривычно волнуясь – как еще отреагирует. Но марена понятливо склонила голову, уткнувшись лбом мне в грудь.

В голове не укладывалось – девчонка вела себя так, как будто всю жизнь прожила со мной. А как обрадовалась, когда я ей рассказал про странные то ли сны, то ли видения...

Бескрайний Океан! Через несколько часов мы вместе предстанем перед Праматерью и она на будет решать нашу судьбу! Нашу. По спине скользнул неприятный холодок давно забытого чувства страха.

К завтраку мы спустились, держась за руки. Алекс, уже сидящий за столом в компании вчерашней эльфийки, покосившись на наши переплетенные пальцы, только понимающе хмыкнул и вернулся к еде.

Спасибо, что завтрак заказали – Ника набросилась на еду с таким аппетитом, что я невольно расплылся в довольной улыбке.

– Я подумала над твоими словами, Летта, – между делом заметила сестра Нинголора, слегка покраснев.

Моя голодная марена только молча приподняла бровь, не переставая жевать.

– Раз брат связан клятвой на крови, прямо сейчас вернуть меня в общину он не сможет, а вот помощь свидетелей тебе не помешает. Алекс рассказал мне, как в вашем мире происходит правосудие, поверь, божественный суд не сильно отличается.

Ага, не сильно! Я нахмурился. Всего-то и разницы, что для меня Николетта – невозможное, вопреки всем законам природы сбывшееся чудо.

– Вот как? – она вопросительно приподняла брови, глядя на эльфийку.

– Да, – хмыкнула та, насмешливо кивнув почему-то на меня. – Довелось разок подсмотреть. Думаю, вам пригодится любая помощь. Правда, Кемстер Джехен?

Я подавился, но в этот момент с улицы раздался автомобильный сигнал. Я мог считать себя отомщенным, потому что с лица девицы самоуверенность сползла, как дешевая раскраска.

Резко отложив вилку, я поднялся. Ника тоже отложила салфетку и взволнованно посмотрела на меня.

– Я с тобой, девочка, – успел я шепнуть ей, отодвигая стул. – Ничего не бойся.

Она доверчиво улыбнулась и решительно направилась к выходу.

Розовый кабриолет на центральной улице, залитой утренним солнцем, таким редким здесь в это время года, смотрелся не сильно лучше, чем в той подворотне, где мы вчера расстались. Зато старуха за рулем выглядела свежей и отдохнувшей (о причине такой разительное перемены я старался не думать). Чего не скажешь о ее спутнике, лицо которого вытягивалось по мере того, как наша компания приближалась к машине.

– И... Иль... Ильтариэль, ты... Что ты здесь делаешь? – прокашлял Иммераль Нинголор.

– За лицом следи, дорогуша! – похабно ухмыляясь, тут же приобнял девушку за талию Алекс.

– Я и так за ним слежу, – разом ощетинился эльф.

– Интересно, как? – заинтересовался вампир, открывая дверь машины перед Ильтариэль и делая приглашающий жест.

– Слежу, чтобы его не били, – прошипел взбешенный брат, делая попытку выйти из машины. – В отличие от тебя...

– Сидеть!!!

Кали рявкнула так, что у меня заложило уши, а Нинголор – подпрыгнул на сиденье. Ника тоже вздрогнула, но прижалась ко мне. Это не укрылось от стихийницы и она тут же мерзко захихикала-закхекала.

– Что смешного? – хмуро уточнила марена, исподлобья глядя на старуху.

– Это я от радости, деточка, – преувеличенно-ласково заворковала ведьма. – Ить единственный шанс, чтоб тебе старая карга рот открыть позволила использовала, умничка моя!

Ника недоуменно посмотрела на меня, а я в ответ мог только плечами пожать. Сам уже ничего не понимал. Эльфы, выясняющие семейные отношения, старая ведьма, позволяющая себе настолько панибратски отзывы о Великой Праматери... Это ж насколько мне скучно было, что я во все это ввязался?!

Найти в такую погоду пустынный участок берега оказалось непросто. Даже в такую рань. Даже крупный серый песок, казалось, переливался в солнечных лучах, а море ослепляло бликами, с мерным шуршание перебирая свои богатства.

Я вышел из машины, ободряюще сжав руку Николетты. В груди непривычно щемило, но я привычно не обратил внимания на такие мелочи. До тебя, девочка они доберутся только если этот прибой станет моим последним. Перегнувшись через дверь, коснулся ее губ, стараясь вложить в этот поцелуй всю нерастраченную любовь, всю отчаянную надежду на счастье и бесконечную благодарность за то, что она мне подарила... Ника, все прекрасно чувствуя, ответила с ослепляющей нежностью. Я выпрямился и расправил плечи.

Все притихли в утренней тишине, глядя с любопытством и предвкушением то на пену, шепчущую что-то на языке, понятном только волнам, то на меня.

Ну вот и все... Я пришел, Великая... И привел ее к тебе... Кто же знал, что это будет так тяжело...