Текст книги "Хозяин горы (СИ)"

Автор книги: Елена Синякова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Можно было сколько угодно махать ружьём или другим оружием, сколько угодно кричать или умолять – всё уже было бесполезно.

Судьба всё решила и не в её пользу.

Какой бы сильной и гордой Амина не была, а вид любимых глаз, которые загорелись страстью и верностью не для неё, легли кровоточащей рваной раной глубоко в сердце, отчего девушка тяжело опустилась на ступени, закрыв лицо руками.

Нет, она не хотела выглядеть слабой и плакать при нём, но сейчас она не могла дышать.

– Пусть Всевышний накажет тебя за каждую мою слезинку. За каждую минуту, когда я сходила с ума в мыслях о том, что ты натворил, Буран, – хрипло прошептала девушка, не в силах оттолкнуть мужчину, который опустился на колени рядом с ней, и крепко обнял, прижимая к своей груди.

Да, ему тоже было невыносимо и больно в этот момент, потому что он чувствовал всё, что творилось в душе Амины.

Чувствовал, сходил от этого с ума, но уже ничем не мог помочь ей, кроме своего присутствия рядом.

Что он мог сказать? Не плачь, всё будет хорошо?

Они оба знали, что хорошо и так, как было раньше уже не будет.

Это было обидно, больно и не справедливо, но судьба распорядилась именно так, как никто не ждал и никто не загадывал.

Сейчас страдали все трое, и пока никто не знал, как сложиться жизнь дальше, а главное как они смогу существовать на одной территории и под одной крышей.

Буран гладил Аминку по голове и терзал себя, но чем это могло помочь девушке?

Если бы с него сейчас содрали кожу заживо, и то было бы не так больно.

–…я не смогу делить тебя с кем-то, – с дрожью выдохнула Амина, цепляясь намертво в его рубашку, но от её слов веяло безнадежностью и болью.

В душе она уже понимала, что делить его не с кем. Не будет никакой делёжки. Он уже не её и теперь так будет до конца его дней. Мечты о счастливом, безоблачном семейном счастье и карапузе-медведжонке рассыпались в колючие осколки, по которым приходилось идти босыми ногами.

Никто не знал сколько эта боль будет длиться, но каждый понимал, что такие раны долго не заживают, а душа горит, пока не станет чёрным пеплом.

Разница была лишь в том, что кто-то мог воскреснуть из этого пепла и найти свою отдушину в новом человеке и новых отношениях, а кто-то оставался сломленным и горящим изнутри всю жизнь.

Но и об этом сейчас было рано говорить.

Пожар в душе только начался и будет гореть еще много-много месяцев, не давая спать ночами в мокрой подушке, и вздрагивая от воспоминаний, которые появлялись всегда так неожиданно и больно.

– Давай зайдем в дом, и не будем давать повода для сплетен соседям, – поцеловал в затылок девушку Буран и приподнялся, чтобы увлечь её за собой.

Аминке было все равно на соседей.

Её жизнь разрушалась на глазах, и как жить дальше она не понимала.

Не понимала этого и Майя, которая продолжала сидеть в машине, переживая за то, что увидела.

Она наблюдала через закрытое окно, как Буран уводит девушку в дом, чтобы затем через непродолжительное время вернуться за ней самой.

– Пойдем, девочка. Ничего не бойся, Аминка не обидит тебя. Я покажу тебе твою комнату.

Майя послушно вышла из машины, тихо проговорив только одно:

– Пусть цветы и подарки останутся в машине?

– Хорошо.

На самом деле Майя переживала гораздо больше за эмоциональное состояние Амины, чем за собственную физическую безопасность, но не стала этого говорить, потому что решила, что буран ей не поверит.

Девушка еще просто не знала, что медведь ощущал каждую её эмоцию, и от этого любил еще сильнее, потому что доброта, сочувствие и сострадание – это великий дар, который не каждому дается.

И тем более не каждая девушка будет искренне переживать и беспокоится за ту, кто по сути был её соперницей в глазах других людей. Майя еще не понимала насколько глубоко и капитально она запала в душу медведя. Настолько, что никто не сможет сравниться с ней и выдавить из хищного сердца.

Она смиренно и волнуясь шла за ним, сжимая ладони между собой, не обращая внимания на то, что дом, в котором ей предстояло жить был на самом деле большой, просторный и отлично обставленный. Не смотря на то, что сражу он был отделан горным камнем, чем напоминал крепость – внутри всё было очень по-современному, красиво, светло и уютно.

И в её комнате было много света и теплого бежевого пространства с милой тюлью в мелкий горошек.

– Проходи, располагайся. Сейчас я принесу тебе постельное белье и твои вещи.

Майя только быстро кивнула в ответ, не обратив внимания на мужчину и поэтому не заметила, как по началу он сделал порывистый шаг к ней, чтобы поцеловать, но, видя состояние девушки, передумал делать это.

Сейчас было не время.

«Расположиться» в комнате не получилось, даже когда Буран принес всё, что сказал и Майя заправила постель, чтобы только отвлечь себя хоть чем-то. Она была чужой здесь. Нежданной и ненавистной. Разрушившей чью-то семейную жизнь, хотя сама этого не хотела.

Выходить из комнаты тоже совсем не хотелось.

Майя прислушивалась к звукам за переделами комнаты, пытаясь понять, где Амина и Буран, но было тихо.

И даже когда позвонили родители, чтобы узнать как молодые добрались до дома и всё ли в порядке – Майя едва смогла сделать так, чтобы голос не дрожал и звучал довольно бодро, хотя на душе было так погано, что хотелось разрыдаться.

Просто девушка знала, что если она допустит подобное, то папа наплюёт на все приличия, приедет и заберет её домой, не думая о том, что потом у семьи начнутся большие проблемы. Допустить этого было никак нельзя.

– Звони и приезжай так часто, как только сможешь, дорогая! – радостно щебетала в трубку сестра Фатьма и быстро добавила, – И жду фото твоего нового дома! Очень интересно как там у вас!

– Я устала сегодня и очень хочу спать. На днях постараюсь отправить, – отозвалась Майя, прежде чем попрощалась в семьей, которая уже стала родной.

И вот всё снова нужно было начинать сначала. С чистого листа.

Но как же это было страшно!

Майя не выходила из комнаты до глубоко вечера и не знала, что сказать своему мужу, который метался весь день между двумя девушками, переживая за обеих, а вечером принес еду на подносе, которую приготовил сам для своих жен.

При чём, выглядела она и пахла просто шикарно!

Сначала даже не верилось, что мужчины в принципе способны на такие кулинарные шедевры, если только мужчина не повар.

Но глядя на ароматное мясо, приготовленное на гриле, овощи, салат, украшенный зеленью, и свежую хрустящую лепешку, Майя внутри коротко усмехнулась – вот такая судьба!

Обычно же мужчины думаю, что две жены – это рай!

«Если бы я был султан, я бы имел трех жён!»…

Одна – готовит, вторая – убирает, и обе любят, холят и лелеют! А уж если обе умницы, красавицы и тихони – так это просто фантастика!

Но кто же знал, что две жены это в первую очередь двойные проблемы и двойная головная боль, когда самому приходится готовить на всех, еще и разносить на подносах еду и одной и второй, пока обе в убитом состоянии.

Но, как говориться – сам виноват!

За что боролся – на то и напоролся!

– Со временем всё будет хорошо, поверь мне, – тихо отозвался Буран, присаживаясь рядом на кровать. Майя молча кивнула, хотя на данный момент едва ли верилось в то, что всё может быть хорошо, – Покушай и ложись спать.

Медведь все таки не удержался и поцеловал девушку в плечо.

Он так безумно и нестерпимо хотел касаться к ней каждую секунду, но каждый раз одергивал себя и убеждал, что впереди у них еще всё будет. Будет много горячо и страстно, а сейчас нужно немного подождать! Сейчас Майя была не готова к его любви и притязаний на тело, потому что всей душой переживала за Аминку.

Да и перед Аминкой было не удобно.

Кто бы мог подумать, что еще каких-то пару дней назад он жил совсем иной жизнью и не думал в ней что-то менять! Не думал жениться, не думал о другой женщине, кроме Аминки, которая устраивала его во всем – и в постели, и как человек, и как хозяйка их большого дома!

Майя не была расположена к беседам, поэтому ничего другого не оставалось, как подняться и уходить снова на кухню, чтобы убраться там и тяжело выдохнуть.

Вот чёрт!

Как оказывается иногда жизнь может шарахнуть и повалить с ног даже такое огромное и мощное создание, как берсерк, что сразу не получалось отдышаться и одуматься! А главное решить, как быть дальше.

Он заглянул в комнаты девушек спустя час, чтобы забрать подносы, с сожалением видя, что ни одна из них к еде не прикоснулась. Аминка лежала на кровати в гостевой комнате, отвернувшись к окну и плотно закрыв глаза. Она не спала, просто не хотела его видеть и варилась заживо в лаве своих горьких эмоций. А Майя продолжала сидеть на кровати в другой гостевой комнате, поджав под себя ноги и обхватив руками хрупкие плечи, словно ей было холодно. Поэтому ничего другого не оставалось, как оставить девушек в покое на эту ночь и пойти в спальню, где сейчас было одиноко и невыносимо.

Глава 10

За всю свою медвежью жизнь Буран помнил только одну такую же тяжелую ночь, когда его душа горела, и невозможно было найти покой – когда погибла жена Грома и его друг, брат и король едва не наложил на себя руки.

Сейчас состояние Бурана было такое же – хотелось убить кого-нибудь от бессилия и боли в груди.

Убил бы, но понимал, что этим делу будет не помочь.

Он так и лежал всю ночь, глядя в потолок и прислушиваясь к тому, как в одной комнате тихо плачет раздавленная Амина, а в другой не спит и переживает грустная Майя.

Молить о сне было бесполезно.

Никакие боги не смогли бы даровать им всем покой и мир на душе.

В эту ночь и не спал и верный Булат, который в два часа ночи прислал короткое сообщение: «Как обстановка?»

«Всё херово» – так же коротко ответил Буран, и грустно улыбнулся, ведь раньше он и подумать не мог, что сможет встретить среди людей настоящего друга, которого не испугаешь трудностями, болью или даже смертью.

Верные и преданные люди были на вес золота, и медведю достался целый увесистый слиток!

«Прийти?» – снова загорелся экран телефона.

«Да»

Буран не стал накидывать на себя рубашку.

Только нацепил темные очки, зная, что друг хоть и удивиться, но спрашивать про них ничего не будет.

Так и вышел из дома в одних домашних свободных штанах и босиком, чтобы открыть калитку, где его уже ждал Булат. И орешки.

Сейчас это всё, что было нужно.

Плечо верного друга рядом, молчание и орехи, которые мужчины могли грызть часами в тишине и рядом друг с другом.

Они опустились прямо на каменные ступени порога, и Булат отсыпал ему первую горсть орехов, тихо проговорив:

– Нужно немного время. Аминка примет эту ситуацию и успокоится.

Буран только скованно кивнул в ответ.

Он не мог объяснить другу, что уже ничего не изменится.

Что больше он не сможет спать с Аминой и прикасаться к ней, как к женщине, потому что медведь сделал свой выбор, и всё его существо принадлежало только Майе.

Буран не хотел обрекать Аминку на такие страдания – жить рядом с ним и каждый день видеть, как он будет жить другой девушкой, на месте которой когда-то была она.

Нужно было разводиться. И точка.

Других варинтов не было.

Аминка была красивой девушкой и он знал, что через какое-то время, когда боль сменится на ярость – она сама захочет жениться снова. Хотя бы чтобы позлить его и доказать, что она способна жить счастливой семейной жизнью с кем-то еще, кроме него. А там была вероятность того, что девушка на самом деле полюбит другого мужчину. Привыкнет к нему. Увидит, как он заботится о ней и балует.

– Нам главное день простоять и ночь продержаться, – тихо отозвался Буран, глядя только перед собой, чтобы друг случайно не заметил его глаз.

Из-за них в ауле больше нельзя было оставаться.

Потому что рано или поздно кто-нибудь увидит. И тогда быть беде.

– Иншалла, братишка! Пусть всё так и будет, – наконец отозвался Буран, и мужчины погрузились в свои мысли, закидывая орешки в рот почти одновременно.

Булат думал о том, чем в этой ситуации может помочь другу, а Буран прислушивался к тому, что происходит в доме, потому что обе девушки услышали, что он вышел. И обе встали с постели.

Только Аминка подошла к окну и залезла на подоконник, глядя на мужчин через занавеску, пока по её щекам текли слёзы, а Майя выпила воды и легла снова, хотя и не уснула.

В её мыслях был не он.

А Аминка.

Вот такая ирония жизни.

– Что-то назревает, – проговорил как всегда коротко и лаконично Булат, когда мужчины догрызли первую горсть орешков, и он насыпал в ладонь друга вторую горсть.

– О чём ты, брат? Знаешь же, что кто против нас встанет – мы всех сметём!

– Я про того, чьё сердце и гордость не успокоиться, так же как и сердце Аминки.

– Саид?

– Да. Я оставил пару парней в Махачкале, чтобы они присматривали за ситуацией. Так вот вечером они позвонили и сказали, что Саид собирает толпу.

– Думаешь, на нас пойдет?

Булат только пожал плечами:

– Кто знает. Но это было бы логично с его стороны. Его унизили прилюдно.

– Мы всё сделали по закону и с минимальными потерями.

Друг только усмехнулся, и посмотрел в глаза Бурана через линзы темных очков:

– Мы забрали из его дома украденную невесту и рассказали об этому всему городу. Теперь вся Махачкала знает, что он никакой мужик раз допустил подобную ситуацию и не стал бороться за девушку, которая ему так понравилась.

– Ну так пусть приходит и будем драться на кулаках, как положено настоящим мужикам.

Булат тихо рассмеялся, качая головой:

– С тобой решиться драться только слепой или безумный!

Медведь улыбнулся, пихая друга плечом:

– Ну ты же решился!

– И поплатился за это. Больше не хочу.

Мужчины посмеялись и снова замолчали на какое-то время, отдавшись орешкам.

– А если серьезно, этот тип привык действовать подло и по-тихому. От него можно ждать любой беды, – снова высказал свои мысли Булат, чья душа переживала за друга и двух его расстроенных девушек.

Конечно, он понимал лучше других, что в этой ситуации Бурану было совсем не до Саида, и поэтому был готов как всегда подставить свое плечо и протянуть руку помощи.

Мужчина пристально наблюдал за ситуацией и тоже собрал своих парней, предупредив, чтобы они были на связи каждую минуту, потому что беда всегда приходила неожиданно, как бы тщательно к ней не готовились.

Булат был готов взять удар на себя, чтобы друг мог спокойно разгребать семейные завалы запутанных отношений. Да, сам Булат подобного не понимал и не поддерживал, а еще точно знал, что если бы захотел взять вторую жену себе, то подготавливал бы первую долго, осторожно и мягко.

Впрочем, у него и первой-то жены не было, поэтому не ему было судить.

Мужчины просидели еще несколько часов до глубокой ночи, пока орешки не закончились.

Лишь после этого Булат попрощался и отправился домой, а Буран вернулся в дом лишь для того, чтобы убедиться, что его девушки обе уснули беспокойным, тяжелым сном.

При чем Аминка уснула прямо на подоконнике, скрутившись, словно ребенок.

Медведь поднялся в комнату и осторожно уложил её на кровать, бережно укрыв покрывалом, а потом заглянул в комнату к Майе, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке.

И сделал это зря, потому что желание тут же опалило изнутри, своей силой и жаждой скручивая мышцы изнутри, отчего медведь тихо и грозно зарычал.

Если б они только были одни! И где-нибудь в лесу или далеко в горах – он бы дал выход всей свой необузданной страсти, но здесь и сейчас это было бесчеловечно и грубо!

Нельзя было прикасаться к Майе!

Нельзя было даже просто смотреть на неё, чтобы не натворить глупостей!

Поэтому медведь вылетел из дома, словно ошпаренный, только тихо прикрыл за собой дверь.

Майя ничего не услышала.

Она проснулась спустя несколько часов от странного пугающего чувства, что она не одна.

Сначала девушка успокаивала себя и старалась не паниковать, зная, что такое может быть, когда ты в новом доме, пока не услышала другое дыхание. Не свое.

Распахнув глаза, Майя тут же увидела перед собой Амину, которая молча сидела в кресле напротив кровати, и тяжелым пронзительным взглядом рассматривала её.

Утро перестало быть добрым, едва начавшись…

Майя осторожно села, растерянно глядя на хмурую девушку с опухшими глазами, отчего становилось ясно, что та всю ночь проплакала.

Язык не поворачивался пожелать доброго утра, но и молчать тоже было неприлично, даже если сама Амина общаться видимо не собиралась.

Её взгляд был тяжелым и слишком серьезным.

– Здравствуй, – тихо проговорила первой Майя, надеясь, что Амина правильно воспримет её слова, потому что девушка на самом деле не хотела войны с ней. И в принципе не хотела быть здесь. Но сейчас уже видимо было ничего не изменить.

Амина ответила не сразу.

Какое-то время молчала, а потом буркнула вместо приветствия:

– Ты долго спишь! Буран просыпается рано и в это время обычно уже завтракает!

Майя не знала, что могла на это ответить.

– Вставай, приводи себя в порядок и спускайся на кухню. Я буду ждать тебя там, – Амина поднялась с кресла с величественным видом, даже если при этом была облачена в простую домашнюю одежду, и кинула через плечо уже у дверей, – Буран ушел поздно ночью, так что мы в доме одни. Поторопись, потому что я хочу до его приход узнать все подробности.

– Какие подробности?

– Как так вышло, что мой муж уехал за бараном для сочного свежего шашлыка, а вернулся в итоге со второй женой!

Амина резко вышла, а Майя поморщилась.

Нет, она не держала обиду на девушку, и очень понимала её.

Просто пока она была в таком состоянии – нужно было взвешивать каждое слово.

Майя уже поняла, что первая жена Бурана очень эмоциональная и резкая не только на слова, но и на действия. Не каждая бы решилась гонять собственного огромного мужа ружьём по дворовой территории!

Например, Майя бы не стала.

Скорее она просто собрала бы свои вещи и молча ушла, без выяснения отношений и тем более подробностей про то, как всё получилось.

Но теперь в любом случае неприятного разговора было не избежать.

Умывалась и собиралась Майя хоть и тщательно, но быстро.

Так же быстро она вышла из комнаты, где провела вчерашний вечер и ночь, на секунду растерявшись, потому что дом был на самом деле большой, и в какой стороне находиться кухня девушка не представляла.

– Спускайся вниз! – тут же прозвучал голос Амины издалека, и Майя двинулась на её голос, попутно осматривая быстро то, что видела перед собой.

Кухня нашлась довольно быстро.

Она была довольно необычной на вид – большой, просторной, явно занимающей половину первого этажа, с огромным окном. В самом центре кухни была самая настоящая печь, круглая, каменная, с такой же круглой огромной вытяжкой, которая уходила в потолок. Здесь можно было готовить прямо на открытом огне и не бояться при этом спалить весь дом!

И казалось бы, что это выглядело слегка по-средневеквому, но с другой стороны эта же кухня была просто напичкана современной бытовой техникой от чайника до посудомоечной машинки. И всё это так удивительно сочеталось и не выглядело нелепо.

– Я сварила нам кофе.

Коротко и все так е резко проговорила Амина, привлекая к себе внимание и кивая на уютный стол, который стоял в углу.

– Возможно, ты любишь пить чай по утрам, но в этом доме все пьют кофе.

Майя сдержала тяжелый вдох.

На самом деле, она в принципе могла ничего не пить и не кушать утром, и всё было в порядке, но в этом было дело. А в том, что сейчас Амина показывала кто в доме хозяйка не смотря на выбор её мужа.

– Спасибо, – так же коротко отозвалась Майя, чувствуя себя еще более неловко, чем в спальне.

Пришлось садиться за стол по пристальным взглядом Аминки, которая словно оценивала каждое движение и слово своей соперницы за власть над мужем.

Кофе был со сливками, но не сладкий.

И не растворимый, а смолотый и сваренный.

Очень вкусный, на самом деле.

Еще не столе стояла большая тарелка с сухофруктами и какими-то домашними сладостями, которые вероятней всего тоже делала Амина.

Девушка дала возможность пару минут попить кофе в тишине и никуда не торопясь, но горячая кровь не могла кипеть в тишине, поэтому скоро Амина нетерпеливо выдохнула:

– Так как ты познакомилась с Бураном? Когда это произошло? Сколько ты его уже знаешь?

Майя осторожно поставила кружку на столешницу, нутром чувствуя по этим вопросам, что Амина ночью что только себе не придумала. В том числе измену своего мужа.

А иначе к чему были эти вопросы про сроки?

– Я расскажу тебе всё с самого начала, – степенно и собранно отозвалась Макйя, замечая, как от её слов глаза Аминки тут же сверкнули, и начала свой рассказ.

Говорила Майя спокойно, без эмоций.

Только перечисляла последовательность действий, и лиц, которые участвовали в том, что происходило в последние пару дней.

Амина слушала внимательно и нахмурившись.

Её теории не подтвердились.

Измены не было.

Буран действительно встретил свою судьбу там, где не ожидал встретить.

И глупо было злиться, обижаться и тем более мстить. Так сложилась жизнь.

Оставалось только понять, как ей жить дальше и что с этим всем делать.

После своего скупого быстрого рассказа Майя замолчала и опустила глаза на кружку, которую держала в руках.

– Скажу честно – я не смогу тебе стать ни сестрой, ни подругой, – спустя некоторое время тяжело выдохнула Амина, помассировав указательными пальцами виски, в которых кровь горела и стучала тонкими противными колокольчиками, – Скрывать не буду – я люблю Бурана, и будь ситуация иной, я бы ни за что не позволила тебе приблизиться к нашему дому или просто взглянуть на него. Пока я не представляю как мы будем жить, но могу пообещать одно – я не буду чинить тебе проблемы. В нашей войне не будет смысла.

Майя закивала, потому что была совершенно согласна с гордой, красивой девушкой.

– Я не люблю Бурана. И этого брака не хотела, – тихо, но с чувствами проговорила Майя, видя, как Амина в ответ горько усмехнулась:

– Не любит она его! Это ты сейчас так говоришь! Я на тебя посмотрю через несколько месяцев, когда ты будешь по нему с ума сходить! Как я сходила.

Девушка поджала губы, чтобы не дать им задрожать от подступивших слёз.

Нет! Плакать она больше не хотела! Потому что ночью пообещала себе, что даст волю чувствам только один раз – прорыдается, и будет жить дальше, как бы обидно и больно не было.

– Он рассказал тебе о себе?

– О своей второй сущности? Да.

Амина кивнула и снова пождала губы.

– А про то, что значат его светящиеся глаза?

Майя вдруг ощутила, как кровь прилила к её щекам, отчего они порозовели.

– Да. Больше всего на свете я бы хотела, чтобы они загорелись на тебя!

– Поверь, я бы тоже этого хотела. Но судьба решила иначе.

Девушки замолчали, допивая свой остывший кофе, пока Амина снова не нахмурилась, глядя поверх плеча Майи, куда-то в окно.

А потом и вовсе поднялась на ноги, кинув ничего не понимающей Майе:

– Оставайся в доме и не выходи. Оружие лежит в сейфе, он открыт. Стрелять умеешь?

Холод прошелся по позвоночнику Майи, но она глухо ответила:

– Да. Из револьверов.

– Отлично. Никому не позволяй войти в наш дом.

С этими словами Амина смело и размашисто вышла из кухни, оставляя девушку в паническом неведении о происходящем в эту самую минуту.

«Наш дом» обожгло душу.

Впрочем, едва ли Амина говорила о «нас» прибавляя Майю.

Но это было уже не важно.

Сначала Майя заметалась, и первым делом кинулась вслед за Аминкой, но та уже вылетела во двор в своем домашнем облачении, и было слышно только её голос, который рявкнул грозно:

– А-ну стоять на месте! Иначе башку снесу!

То, что Амина может это сделать, Майя уже знала наверняка, поэтому в какой-то момент девушка запаниковала и заметалась.

Где этот чертов сейф?

Дом же был огромный, а Амина не сказала в какой стороне его искать!

Сердце тут же заколотилось сильно-сильно, а тело обдало жаром. Нельзя было допустить беды и оставить Амину один на один с бедой!

Да, подругами они не были и едва ли смогут стать, но сейчас они были в одной лодке и на одной стороне.

В голове тут же прозвучал голос покойного папы, который еще в детстве любил повторять Майе: «Если ты запаниковала – ты проиграла. Только холодный разум и логика способы вывести человека из любой сложной ситуации»

Майя на секунду закрыла глаза и выдохнула.

Не паниковать!

Итак, понять, где находился сейф, возможности не было, как и не было времени бегать по второму этажу и заглядывать в каждую комнату в его поисках, поэтому Майя вернулась на кухню и без труда отыскала там несколько ножей, включая увесистый топорик.

Мало кто знал, но метала ножи она не хуже, чем стреляла.

Папа считал, что в жизни девушки может много что пригодится из не женских способностей.

И как же он оказался прав.

Майя ловко крутанула нож в руке, привыкая в рукоятке, и отмечая, что лезвие было наточено просто идеально. Таким же идеальным был и баланс.

С холодным оружием в руке стало еще спокойнее, и девушка поспешила на помощь Аминке.

Та, закрыла за собой дверь, но продолжала стоять на пороге, как истинная хозяйка и защитница своего дома.

Майя осторожно потянула дверь, тихо, но твердо и уверенно проговорив:

– Я с тобой.

Когда девушка вышла и тоже прикрыла дверь, Амина не стала ругаться или кидать злобные взгляды, только едва заметно кивнула в ответ, давая понять, что она всё слышала.

На самом деле, Майя была готова увидеть всё что угодно – вооруженных до зубов мужчин, или толпу недовольных женщин из аула, но только не голого мужика, который перелазил через забор, сверкая своими – прости господи – ягодицами!

И, надо было признаться, не смотря на свой более, чем странный вид – делал он это очень ловко и умеючи.

Более того, если не присматриваться, можно было бы решить, что это Буран где-то оставил свою одежду и забыл ключи от входной калитки, а потому пробирался в дом таким вот странным образом, если бы не белоснежная коса, которая болталась до этих самых наглых ягодиц!

По крайней мере, в высоту и габаритами это мужчина был точно как Буран!

Но Аминку это не смущало.

– Я тебе сказала – НИ С МЕСТА! Дальше я буду стрелять! – рявкнула снова та, очень грозно и натурально, а Майя вдруг не выдержала за её спиной и тихо хохотнула:

– Когда ты говорила, что снесешь ему башку – ты имела в виду нижнюю?

Аминка в ответ нервно и отрывисто хохотнула, но вместо ответа выстрелила.

И сделал это со знанием дела, потому что пуля пролетела оглушительной пчелой и вонзилась рядом с бедром этого странного типа.

– Это было предупреждение! В следующий раз я из тебя решето сделаю!

Жаль, что мужчину это не испугало.

Он мягко приземлился на ноги, словно большая дикая кошка.

Непривычная кошка для этих мест, потому что он был белокожий, с совершенно белыми длинными белыми волосами, сплетенными в замысловатую тугую косу, и яркими голубыми глазами.

– Пломбир, я к тебе обращаюсь! Считаю до трех! – рявкнула Амина, и демонстративно перезарядила ружье, на что мужчина вдруг заинтересованно улыбнулся, пробасив:

–Спокойно, девушки! Я вам не враг!

– Если бы был другом – постыдился бы вставать перед приличными девушками в таком виде! Прикрой свою пипетку, пока я её не прижгла!

Брови мужчины смешно изогнулись от услышанного, а Майя едва сдержала смех, видя, что щеки Аминки стали розовыми от наглости этого варвара.

Но про «пипетку» девушка, конечно, погорячилась!

Ибо агрегат там был более, чем приличный!

Не то, чтобы Майя рассматривала, но и одного косого, смущенного взгляда было достаточно, чтобы понять, что мужчина высок и могуч не только в росте и ширине своих плечищ. Но и во всех местах.

При чем, мужчина это прекрасно знал, а потому совсем не смущался!

Не размахивал, как флагом – и на том спасибо!

– Дайте мне, чем прикрыться, и я сделаю это, – спокойно отозвался он, выпрямляясь при этом, и расправляя плечи, отчего «знамя» совсем не пряталось, а наоборот. Увеличивалось.

Довольно быстро и стремительно!

Что было ой как неприлично!

Только Амину это не остановило, когда она фыркнула:

– Ещё чего не хватало! Нужно было заранее думать, когда ты забирался в дом к чужим людям!

Он вдруг весело прищурился и криво улыбнулся:

– Так нравится смотреть на меня голого?

– Ты себе явно льстишь! Я тебя предупредила!

– Тогда и я тебя предупреждаю, что лечить меня будешь сама.

Кажется, если бы Аминка могла рычать – в этот момент она бы это сделала!

Но вместо слов возмущений она снова выстрелила, и её рука не дрогнул, а вот Майя вздрогнула и перевела тревожный взгляд на мужчину.

Он совсем не понимал, что Амина не пойдет на попятную.

Если она сказала, что считает до трех и стреляет, то так оно и будет.

Ведь точно выстрелит!

– РАЗ!

Мужчина усмехнулся, и словно на зло сделал уверенный шаг вперед.

Его голубые глаза в буквальном смысле полыхнули азартом и возбуждением.

Тем самым возбуждением, скрыть которое уже просто не получалось физически.

Аминка это тоже, конечно же, заметила.

Ну просто потому, что НЕ заметить этого было невозможно!

Она недовольно поджала губы и еще громче проговорила:

– ДВА!

Мужчина улыбнулся еще сильнее, и взгляд стал еще более заинтересованным!

И что же он сделал?

Сделал еще один шаг вперед, черт побери, сократив еще больше расстояние между девушками и своим наглым величеством!

Майе хотелось всплеснуть руками и от души дать подзатыльники! Двум сразу! Потому они в своем упрямстве друг другу не уступали!

– Остановитесь оба, – напряженно отозвалась Майя, в душе понимая, что её слова никто из них не воспримет, потому что мужчине было интересно насколько далеко зайдет Аминка, а у неё был такой характер, что скорее гора придёт к ней, чем наоборот.

И что было делать?

Мозг отчаянно работал и набирал обороты, но дельных мыслей не приходило, кроме как закричать и позвать кого-нибудь на помощь.

Вариант позвонить Бурану отпадал, потому что телефон был в комнате на втором этаже, да и не ясно было куда именно ушел гулять их муж в такой вот не подходящий момент! Словно другого времени не было!

Ясно же было, что этот мужчина тоже медведь!

И если знал, куда идти, то на самом деле был явно не врагом.

Враги не играют вот так, а нападают сразу. Ну или в плен берут на худой конец, чтобы потом требовать выкуп или шантажировать.

Об этом Аминка не думала.

Она завелась и отчеканила:

– ТРИ!

Майя ахнула и по инерции кинулась вперед, чтобы помешать ей, когда девушка вскинула ружье и выстрелила.

Вот только реакция Аминки была быстрее.

Ружье дернулось, но на траекторию полета пули этот никак не повлияло.

Правда мужчина всё таки чуть повернул бедро, но от беды это его никак не спасло, и тут же потекла тонкая струйка крови, окрашивая ногу алым.

Девушки не знали, что реакция берсерка была молниеносной.

При желании он мог бы не допустить пулю до себя, сделав просто шаг в сторону. Не говоря уже о том, что без труда смог бы выхватить ружье из рук девушки, и свернуть его в красивую каральку.