Текст книги "Подарок судьбы или сковородка с подарком (СИ)"
Автор книги: Елена Северная
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)
Глава 11
Утро разбудило Машу прохладой – на улице был первый заморозок. Она, ежась, вышла на крылечко. Воздух бодрил прозрачной свежестью, трава подернулась инеем и казалась сказочной. Солнце только начинало проглядывать через кроны деревьев.
– Ма-аш, – рядом протиснулся Вишна и Маша обняла его теплое со сна тельце. – Ты бы поддела что под юбку, а то холодно, весь смысл жизни отморозишь.
Девушка в это время зевала и, услышав такое, захлопнула рот.
– Ты где это слышал?
– Батяня так Лерне говорил, когда она в холод выходила на улицу. И ещё он говорил, что баб надо тепло одевать, особливо штаны теплые, чтоб они не болели бабьими болячками, а то от них потом мужику толку нет, приходится другую искать. А я не хочу плакать в оба глаза, когда ты болеть будешь. Так что иди и оденься, нечего тут голыми коленками сверкать.
Маша была в шоке – это ж надо, пацаненку всего 8 лет, а он рассуждает, как взрослый! Она молча пошла в избушку и надела свои штаны, чем заслужила одобрительный кивок Вишны.
– Так-то лучше, – степенно добавил он.
И все же детство взяло вверх – глядя на то, как Маша заводит тесто на блины, он крутился рядышком и в конце концов выдал:
– Ма-аш, у мене во рту скучно! Дай чего-нибудь пожевать?
– Не порть аппетит! – Маша ловко налила на сковороду первую порцию.
– А что это будет? – с любопытством спросил Вишна.
– Вкусный завтрак! Неси с погребу сметанки! Отец позавчера сбил сливки с козьего молока, и меду захвати!
К возвращению Серафима, Маша напекла гору блинов. Леший застал умилительную картину – на кухне за столом сидели его сыновья, перемазанные сметаной, и уплетали тонкие кружки из поджаренного теста. Даже Матвей держал в обеих руках по кружку и по очереди мусолил.
– О! Батя! – радостно приветствовал его Вишна. – А мы блины едим! Садись! Тебе тоже оставили! – он подвинулся, освобождая отцу место.
– Я мазь принес, – растерянно пробормотал Серафим и принюхался. – Пахнет вкусно.
– Да ты попробуй! –ликовал лешачок и подвинул тарелку со сметаной. – Мне со сметаной больше нравится, а Маша любит с медом.
Девушка отставила сковородку – тесто закончилось.
– Я пойду к Грэгу?
– Да, – леший протянул туесок с мазью. – Аглая сказала, чтоб ты список написала, что нужно и завтра она заберет его.
– Ок! – Маша схватила лекарство и поспешила к мужу.
Там её ждала большая радость – Грэг пришел в себя. Он смотрел на неё своими туманными омутами, и в них было огромное удивление. Маша радостно пискнула и покрыла лицо мужа быстрыми поцелуями.
– Ожил! Слава богу! Теперь все хорошо будет, – она старательно намазывала тело демона мазью и продолжала щебетать: – Мы у леших живем. Пока в этой избушке, но скоро Серафим дом поставит, там удобнее будет. А как совсем поправишься, так и пойдем к драконам. Наверное, до зимы здесь будем.
– Что, паралич так и не проходит? – тихо спросил Серафим, когда она вернулась на кухню.
– Нет, но он пришел в себя, а это значит, что поправляется.
– Спасибо за великолепный завтрак, мальчишки довольны, – улыбнулся леший. – Так что там у тебя по плану?
– По плану у нас дом, – вздохнула Маша, поставила перед мужчиной кружку с чаем и стала рассказывать, как воплотить её задумку.
Вишна принес пергамент и ручку самописку. Маша набросала план первого и второго этажей, указала размеры, вместе они посчитали сколько нужно бревен и какого диаметра, сколько какого леса и как его сделать самим. К списку вещей добавились и инструменты. Совсем немного, так как Серафим обладал небольшой магией и многое мог сделать сам без помощи специальных приспособлений.
– Знаешь, – в конце почесал он затылок, – Лерна нам сказку рассказывала про золотую змейку, она ещё желания могла исполнять. Так вот, если бы это все озвучить этой змейке!
Маша засмеялась:
– Я тебя сейчас расстрою – ваша змейка бы лопнула!
Серафим на автомате в задумчивости уплетал последние блины.
– Ба-ать! – строго осади его Вишна. – Если много жрать – скоро поправишься!
Он проворно убрал тарелку с последними двумя блинчиками.
– Это Мотьке на полдник!
Маша возразила:
– Я ещё испеку!
– Нет! – твердо ответил мальчик. – Нечего разъедаться! Нужно лес готовить. А то так мы и до белых мух не переедем в новый дом!
– Хозяин! – ласково потрепал его по макушке отец-леший.
И потекли дни в хлопотах о стройке. Даже не так – не потекли, а полетели. Серафим занимался заготовкой бревен, обрабатывал их по размерам и складывал пока по разным кучкам. Маша занималась хозяйством и детьми. С Вишной они заготовили несколько туесков малины с медом, насушили пахучих трав на зиму, яблок и груш для компотов, мальчик успевал заготавливать ещё и дрова понемногу. Зеленый листочек, подаренный кумарином, затвердел и стал похож на деревянный кулон. Вишна проковырял дырочку в нем и продел тонкий шнурок. Маша теперь носила его как талисман. Лечебные процедуры потихоньку приносили результат – сначала понемногу Грэгу стала возвращаться чувствительность ног, потом всего тела. Через месяц он уже мог передвигаться с помощью. Серафим смастерил кресло и теперь в погожие часы Маша вытаскивала мужа на свежий воздух, укутывая шкурами. Вишна всегда помогал ей тащить демона и ругался, когда Маша делала это сама.
– Негоже тебе тяжести таскать! – высказывал он ей. – Мужики в доме есть!
А то, что один из них с утра до вечера на стройке, а второй не дорос ещё и до плеча ей, лешачка не волновало. Матвей тоже все норовил сделать самостоятельные шаги, но пока попа перетягивала и он плюхался на эту самую попу, но не плакал.
Наконец, дом был готов. И не важно, что там не было воды – воду носили из колодца. Зато на первом этаже пристроили теплый туалет, чем привели Вишну в восторг.
– Это очень хорошо! Зимой тебе не придется морозить …эм…– он покраснел и все же выдавил, – попу не придется морозить.
– Нам всем не придется морозиться! – обняв мальчика, сказала Маша. – Смотри, какой дом поставил твой отец! Не дом, а терем!
Вишна смущенно погладил живот Маше.
– И рожать тебе в доме в теплом, а не на улице или в бане.
Маша остолбенела. И правда, она здесь почти 1,5 месяца, а месячных ни разу не было. За всеми заботами она и не заметила очевидного. А лешачок почуял новую жизнь.
– Ой… – только и смогла произнести девушка. И ведь не затошнило ни разу! И голова не закружилась… Аппетит только возрос. Но она объясняла это необходимостью восстанавливаться после магической подпитки Грэя. – И что теперь делать? А оно не рассосется?
– Это самая большая чушь, что я слышал! – фыркнул Вишна. – Как может рассосаться ребенок?
Он опять покраснел и с надеждой спросил:
– Это моя сестричка?
Теперь покраснела Маша.
– Нет. Это ребенок Грэя.
Мальчик вздохнул.
– Жаль. Но все равно я её любить буду как родную сестру.
Маша обняла лешачка и поцеловала в макушку.
– Спасибо тебе, Вишна! Я тоже очень люблю тебя!
– Может, останешься с нами?
Она покачала головой.
– Мне здесь не место. Но я буду приезжать к вам в гости. Не прогоните?
– Нет! – мальчик обнял её за талию. – Ты всегда самая жданная гостья будешь!
Девушка рассмеялась.
– Пока папа переносит вещи к дому, давай растопим баню. Кровати папа уже сделал, постельное белье у нас есть, ужин мы с тобой приготовили, как раз время отпраздновать новоселье! И Грэга попарить не мешало бы!
Вишна нахмурился.
– Тебе нельзя париться. Я сам попарю Грэга.
– Откуда ты знаешь, что мне нельзя париться? – Маша удивилась. Действительно, откуда мальчик знает такие вещи?
– Я чувствую, – ответил ребенок. – Я почуял твоего малыша в самом начале, как только у него сердечко забилось.
«Это где-то на третьей неделе беременности», – смекнула Маша.
– У тебя дар такой? – спросила девушка.
– Не знаю, – пожал плечами мальчик. – Мне учиться-то как? Леших не пускают в школы. Нас вообще никуда не пускают, – грустно шмыгнул носом и улыбнулся. – За то мы с лесом друзья!
– Это да! Так что насчет бани? – она весело всплеснула руками. – Будем мыться?
– Да-а-а! – засмеялся лешачок и побежал растапливать баню.
А Маше предстоял нелегкий разговор с мужем. Вернее, говорить предстояло только ей, Грэг до сих пор не мог произнести ни слова. Девушка осторожно присела на край кровати.
– Грэг, – она нерешительно мяла в руках юбку, – не знаю, как сказать…
В глазах мужа появилась тревога. Он с усилием поднялся на постели и заглянул ей в лицо.
– Нет-нет, ничего такого страшного! – поспешила успокоить его Маша. – Не знаю, как ты воспримешь… Короче, я беременна. У нас с тобой будет малыш.
Грэг удовлетворенно хмыкнул и погладил пока ещё плоский живот жены.
– Ты не против?
Он с трудом привлек к себе Машу и поцеловал.
– Я так боялась, что ты откажешься от малыша, скажешь, что нам некуда его рожать, сами живем в гостях, – бормотала девушка, глотая слезы облегчения.
Грэг облокотился на стену и молча гладил спину жены.
– Маша! – вихрем ворвался Вишна и нахмурился, заметив слезы на глазах у девушки. – Грэг! Если ты не хочешь маленького, то Маша останется у нас! Мы воспитаем его!
– Нет! Вишна! – Маша вытерла слезы. – Грэг очень хочет малыша!
– А чего ты тогда плачешь? – задал резонный вопрос лешачок.
– Это я от радости!
– А-а-а, – протянул Вишна, но все равно настороженно косился на демона. – Я баню затопил, через пару часов можно мыться. Ты первая с Мотькой пойдешь, пока не жарко. А я сейчас вещи ваши буду перетаскивать в дом.
– У нас сегодня новоселье! – объявила Маша мужу. – Серафим достроил дом, смастерил необходимую мебель, а сейчас пошел за остальной партией вещей, что Аглая купила.
Грэг вымученно улыбнулся. Конечно, ему было неловко, что в постройке дома он не принимал участие и все хозяйственные заботы легли на плечи его жены. Он проклинал свою беспомощность и яро хотел побороть болезнь. Одно то, что он остался жив после укуса плеяды, давало ему надежду на полное исцеление. Тем более, что в последнее время, когда Маша делала ему массаж, мужское достоинство начало оживать. Да и ноги слушались больше, не так заплетались. Он уже мог сделать самостоятельно несколько шагов, опираясь на костыли, которые ему смастерил Вишна. Хороший лешачок растет, хозяйственный.
После бани Маша решила подстричь Матвея. Хоть и жалко было отрезать белокурые пряди, но длинные локоны доставляли малышу неудобства. Ловко орудуя ножницами, девушка укоротила кудряшки, а отрезанное детское богатство спрятала в коробочке в комод. Вишна с любопытством следил за Машей – что это она надумала? Но результат ему так понравился, что мальчуган сам напросился на парикмахерскую услугу.
– Ма-аш, и меня подстреги! А то эти патлы мешают!
В повседневной жизни Вишна заплетал волосы в косу, но вид короткой мужской стрижки вдохновил его на изменение своему обычаю.
Маша с легкостью помогла лешачку избавиться от лишней длины волос.
– Здорово! – восхищенно крутил головой Вишна. – Ничего не мешает и затылку так легко стало! Я теперь постоянно так буду стричься!
Вечером за столом собрались все, даже Грега вытащили, хоть он и упирался. Ложку в руках ему было тяжело держать и супом Маша кормила его сама. На ужин она приготовила мясной пирог, а для Грэга и Матвея специально испекла маленькие пирожки, чтобы им было удобнее есть.
– Ум-м-м, как вкусно, – мычал Вишна, запихивая очередной кусок. – Маш, ты лучше всех готовишь! Я, когда вырасту, женюсь на тебе!
Серафим подавился и закашлялся.
– Вишна! – Маша постучала по могучей спине лешего и обратилась к мальчику. – Твоя невеста только родилась или вообще ещё не родилась!
– Да? – Заинтересованно спросил лешачок, заглядывая в лицо девушке. – А кто она?
– Ну-у-у, – протянула Маша, – я не знаю. Мы с ней не знакомы. Но я точно тебе не подхожу. Когда ты вырастешь, я буду уже старая.
Глаза мальчика наполнились слезами. Он соскочил со стула и обнял девушку.
– Нет, Маша! Я достану тебе самые лучшие молодильные ягоды! Ты всегда будешь молодой и красивой!
– Вишна! – строго сказал Серафим. – У Маши уже есть муж.
– Ну и что? – недоумевал мальчик. – Будет два мужа. Грэг! – он повернулся к демону. – Ты же не против, если я женюсь на твоей жене?
Грэг покрылся красными пятнами и сжал кулаки.
– Вишна, – Маша пыталась успокоить мальчика. – Давай ты подрастешь. Может ты сам встретишь свою жену, когда вырастешь.
– Нет, – помотал головой лешачок, – я женюсь или на тебе или на твоей дочке, которую ты носишь. Ой, – он испуганно прикрыл рот ладошкой. – А мы бате ещё не сказали…
– Ты беременна? – прищурился Серафим.
– Ну вот выяснилось, что мы с Грэгом ждем ребенка.
– И давно это ВЫЯСНИЛОСЬ? – с нажимом спросил леший.
Грэг тоже сощурился и переводил взгляд с жены на хозяина дома.
– Мне об этом Вишна сказал, – пролепетала Маша, подозревая, что демона могут мучить сомнения по поводу отцовства.
– Да, – кивнул леший, – он может видеть. У его матери был такой дар. Значит, и у сына проснулся. Рановато, правда.
Серафим молча доел свой кусок и запил душистым чаем.
– Спасибо, Маша. Ты и правда очень вкусно готовишь. Да и хозяйка из тебя отменная. Если б не ты, жили бы мы до сих пор в дедовской избушке. Повезло тебе, демон, с женой, – кинул он взгляд на Грэя.
Тот опять покрылся красными пятнами.
Поздно вечером, уложив спать больного мужа и Матвея, Маша убирала на новой кухне.
– Какой у тебя срок? – неожиданно прозвучал вопрос.
Девушка вздрогнула – в дверном проеме, заслоняя его почти весь своим мощным телом, стоял хозяин.
– По моим подсчетам, месяца полтора.
Леший прошел внутрь и сел за стол.
– Налей мне ещё чаю.
Маша поставила на печку маленький чайник и присела рядом.
– Скажи, Серафим, а что ты знаешь о плеядах?
Леший задумался.
– Да особо ничего. Отец говорил, что дед очень горевал, когда их уничтожили. Они жили только в нашем государстве, так что истребить их было легко, тем более демонам.
– Но ведь демоны умирали от укуса плеяд, – Маша навострила уши.
– Умирали. В последнее время. А до этого даже женились между собой. Плеяды очень красивая раса была. Все угольно черные, и крылья у них с перламутровым отливом, большие, перья длинные. Я не видел ни одной, дед рассказывал.
– А чем они полезны были?
– Да я даже и не знаю, – леший почесал затылок. – Они обладали светлой магией, а демоны – темной. Был баланс. А сейчас светлая магия осталась только у эльфов, да у драконов немного. Наверное, что-то связано было с магией. Темные со светлыми всегда конфликтовали. А больше я ничего не знаю. А тебе зачем?
– Да так, – пожала плечами Маша. – Услышала, как Грэг говорил про плеяд, вот и заинтересовалась. Я ж вообще про ваш мир ничего не знаю.
– Оставалась бы ты с нами, – вздохнул леший, – куда ты с животом собираешься? Перезимуете, родишь спокойно, мы с Вишной поможем.
– Нет, Серафим, спасибо тебе. Но как только Грэг сможет ходить, мы пойдем. Нам к драконам нужно.
– Как знаешь, – поднялся леший. – Но мы всегда тебе рады будем. Возвращайся. Одна или с ребенком, все равно.
– Спасибо на добром слове, – молвила Маша, подняла глаза и осеклась: в дверях стоял Грэг и пронзительно смотрел на неё. Маша сглотнула комок в горле. – Пойдем спать, муж мой. Поздно уже.
Она наклонилась за чашкой. Из выреза рубашки вынырнул деревянный кулончик.
– А амулет носи, не снимай, – кивнул Серафим на листочек кумарина. – Он поможет и в беременности и в родах.
Леший обернулся и качнул головой в сторону демона:
– Не придумывай ничего себе. Просто я знаю, как демоны к другим расам относятся, Машу просто могут выгнать твои родственники. Мы, хоть и нечисть, а добро помним.
С этими словами Серафим аккуратно отодвинул с пути Грэга и потопал наверх – там находились спальни. Маша с Грэгом обосновались внизу, чтобы демону было удобнее.
Этой ночью Грэг не обнимал Машу, а повернулся к стенке и не шевельнулся до утра.
Глава 12
Маша почти не спала ночью, все прислушивалась к мужу. Дыхание у демона было прерывистое и злое. Ясно, Грэг ревнует. Но она не чувствовала за собой никакой вины, да и Серафим вел себя достойно, даже и не скажешь, что он из простых леших. И разговор у него не похож на деревенский, только когда волнуется, проскакивает его «Так это». Сегодня первый раз в жизни Маша еле дождалась утра: неуютно было спать под недовольное сопение. Она скользнула с кровати, как только небо сереть начало. Серафим на днях принес большой мешок муки, а в сенцах дрожжи уже поспели. Маша решила испечь пирог с малиной на завтрак.
Быстро набросив на себя тонкий тулупчик, девушка сбегала в сараюшку и набрала в подол яичек.
– Ты опять босая бегаешь? – раздался укоризненный бас хозяина.
– А ты чего так рано встал? – удивилась Маша. – Я думала успею с пирогом на завтрак. Печка так хорошо прогорела, как раз для скорого пирога.
– Да я на дальнюю заимку собрался, –степенно пояснил хозяин. – Там хочу сети поставить, илия[Е1] ( рыба, похожая на нашу кефаль) сейчас идет. Жир нагуляла к зиме, вкусная вяленая будет. Да и тебе рыбки надо поесть, для дитя хорошо. Завтракайте без меня, я поздно буду, к ночи.
Сказав так, Серафим натянул высокие сапоги, надел теплую куртку на меху и зашагал в лес.
Маша пожала плечами – значит, сегодня у них Вишна за хозяина. Она замесила тесто на скорую руку, подкинула дров в печку и принялась перетирать ягоду с медом. Для Матвея поставила вариться молочную кашу. Тоже ягод добавит и вкусный завтрак готов.
Через 2 часа по дому разнесся запах сладкой выпечки и сверху спустился сонный лешачок, за ним полз Матвей.
– Ух ты! – продрал глаза Вишна. – А я ни разу такой пирог не ел!
– Садись! – смеясь, сказала Маша и достала уже румяный малинник.
Матвей тянул руки к пирогу, ему тоже отрезали кусочек и покормили кашей. Грэг к завтраку не вышел и Маша понесла ему в комнату. Демон был явно не в настроении.
– Грэг, чего ты злишься? – Маша попыталась наладить отношения. – Серафим просто предложил нам остаться до весны.
Она поставила на маленький столик тарелку с пирогом.
– Садись, поешь! Я сейчас поставлю мясо вариться и приду массаж тебе сделаю.
Демон криво усмехнулся.
Маша быстро поставила на печку томиться мясо, отправила мальчишек гулять, а сама вымыла руки и закрыла за собой дверь в спальню – сегодня у неё по плану полный массаж. Без лишних разговоров она стянула штаны с мужа и занялась ногами. Перебрав каждый палец, поднялась по голеням к бедрам. Крепкими руками промассировала мышцы, убеждаясь, что они такие же плотные, как и были раньше. Подобралась к животу и тут её ждала приятная адекватная реакция мужского достоинства на прикосновения к паху – член мужа дернулся и нерешительно поднялся.
– Грэ-э-эг, – прошептала восхищенная девушка. – Смотри! – она погладила естество мужа. – У тебя восстанавливается реакция! Это ж здорово! – она чуть ли не запищала от счастья.
Демон косил глазами себе вниз живота и пытался показать, что ему все равно, но Маша-то видела, как зажглись искры! Она взгромоздилась на мужа и прильнула к его губам. Грэг сначала вяло отвечал, но потом природа взяла свое и вот он уже покусывает губы жены и постанывает от напряжения. Отсутствие белья оказалось, как нельзя, кстати. Потираясь своим лоном о напряженный член мужа, Маша довела того до исступления. С гортанным рыком Грэг насадил её на себя и бешено задвигался, заставляя жену сдавленно ахать, чтоб не привлекать внимание детей. Разрядка у обоих пришла быстро. Всё же сказывалось долгое воздержание. Маша лежала на демоне и перебирала его волосы. Грэг закрыл глаза и ласкал её попку под юбкой. Он так хотел увидеть обнаженное тело жены, но понимал, что сейчас это невозможно – в любой момент могли ворваться маленькие лешачки. Применив очищающее заклинание, он избавился от излишка спермы на ногах жены и своем животе.
– Слушай, – хихикала счастливая Маша, – а здорово, что есть такая магия – раз и чисто, а то я не знаю, как бы сейчас ходила, по ногам бы текло.
Грэг нежно поцеловал девушку – всё, перемирие установлено.
– Знаешь, мне одна подруга говорила, что, когда она вставала на учет по беременности в районной поликлинике, врач посоветовала готовить шейку матки к родам травами и мужем. Так что ты теперь обязан готовить меня к родам, раз уже вспомнил как дети делаются.
Демон тихо засмеялся.
– Ну вот, ты смеешься, – удовлетворенно заметила Маша, – а муж подруги оскорбился.
– Маша-а-а! – послышался взволнованный крик Вишны. – Маш, ты где?
– Что там у них случилось? – озабоченно пробормотала девушка и выскочила из спальни, оставив мужа лежать на кровати голым.
– Ма-а-аш! Там батя…– отчаянно кричал лешачок.
– Что?
– Там батя кого-то несет!
– Тьфу ты, Вишна! – рассердилась девушка. – Разве можно так пугать? Я уж черти что подумала!
– А ты испугалась за батю? – лукаво подмигнул мальчик.
И заработал легкий подзатыльник.
– Конечно! Я ж люблю вас!
А Серафим и правда кого-то нес. Вот работа у лешего – и порядок поддерживать и спасать.
По мере приближения стало видно, что он несет женщину. Мокрую.
– Вишна! – мгновенно оценила обстановку Маша. – Давай быстро баню протопи! Она ещё со вчера не остыла, воды только пару ведер добавь!
А сама заторопилась на кухню поставить чайник.
Женщину сразу Серафим отнес в баню.
– Ты это…– он опять волновался, – поговори с ней по-бабьи, чтоб она успокоилась.
– А что случилось-то? – спросила Маша, наливая в кружку чай и добавляя малиновое варенье.
– Так это… топиться надумала, дура беременная, – проворчал леший. – Насилу из реки вытащил, упиралась. Пришлось по голове стукнуть. Ты это… посмотри, как она там. Жалко дуру, и дитенка жалко.
Он сам жалобно смотрел на Машу, ища утешения и защиты.
Девушка выставила всех из бани и занялась несостоявшейся утопленницей. Проворно сняла мокрую одежду, растерла холодное тело, с любопытством глядя на уже выпиравший животик. Вскоре девушка пришла в себя. Она испуганно огляделась и вцепилась в Машу:
– Тут леший! Большой и лохматый! Страшный!
– С чего ты взяла? – пожала плечами Маша и сунула ей под нос горячий чай. – Пей, согрейся, не ровен час, заболеешь.
–Да я жить не хочу! – завыла девушка. – Меня Пашка бросил! Обещал жениться, а как узнал, что тяжелая, так и метнулся к Польке! И женился на ней! А я-а-а-а, с пузом, меня отец прибьет!
Она ещё долго подвывала и лила слезы. Маша не мешала – пусть выплачется, легче будет.
Наконец, слезы закончились.
– Тебя как звать-то? – осведомилась Маша.
– Манькой, – шмыгнула носом девушка.
Она оказалась совсем молоденькой, лет 16. Испуганные синие глаза на пол-лица, всклокоченные белокурые волосы, худенькая, только налитая грудь выдавалась вперед, да животик торчал.
– Значит, тезка, – хмыкнула Маша.
– А мы где? – девчушка окончательно пришла в себя и с любопытством оглядывалась.
– В бане, – пояснила очевидное Маша. – Тебя Серафим принес, из реки вытащил. Чего удумала? – строго спросила девушка. – Тебе боги такое счастье подарили– матерью стать, а ты и себя жизни хотела лишить и малыша?
– Так кому я нужна с пузом-то? – искренне удивилась Маня.
– И что? Это повод топиться?
– Ну не знаю, отец уже косо глядел, говорит, если что, шкуру с тебя, Манька, спущу. А уж пузо-то видно, – она шмыгнула носом. – А Серафим – это кто?
– Леший местный, – спокойно сказала Маша.
Маня испуганно взвизгнула и забилась в угол.
– Он теперь съест меня?
– Не говори ерунды! – возмутилась девушка. – Он очень хороший, добрый, у него двое сыновей, замечательные мальчишки!
– Так это… Они ж человечиной питаются, – икнула Маня.
– Дура ты, – вздохнула Маша. – Если б они человечиной питались, вокруг ни одной деревни уже не было бы.
– Таки да, – после недолгого раздумья произнесла «утопленница». – А чего он меня сюда принес тогда?
– Лешие за порядком в лесу смотрят, – принялась доходчиво объяснять девушка, – а ты топиться надумала. Непорядок это, – она покачала головой. – Поживешь с нами, там видно будет. Может, родишь и пойдешь обратно к себе в деревню.
– А дите? – Маня судорожно обхватила свой живот.
– Ну так оно ж тебе не нужно? – улыбаясь спросила Маша. – Ты ж его убить собиралась?
Девчушка подумала и опять заревела:
– Я не хотела его убива-а-ать, я себя хотела!
– Ну он же в тебе! – возразила Маша. – Он ведь не может убежать!
Маня поревела еще немного, согрелась, успокоилась и робко сказала:
– А они, эти лешие, не выгонят нас?
– Не выгонят! – облегченно улыбнулась Маша. Теперь мозги у Мани встали на место, и она уже и не помышляла свести счеты с жизнью. – Мы с мужем тут уже почти 2 месяца живем, тоже малыша ждем. Срок у меня маленький ещё. Муж болен, только благодаря Серафиму в живых остался. Благодарна буду ему до конца жизни.
В дверь тихонько поскреблись.
– Ма-а-аш! Я вещи теплые принес!
– Это Вишна, – пояснила перепуганной девчушке Маша, – старший сын Серафима. Ему 8 лет. Помощник растет, золотой мальчишка!
Она подошла к двери и отворила. Сквозь небольшую щель просунулась рука с узелком.
– Одевайтесь, а тулупы я здесь оставлю, в предбаннике, – деловито сказал лешачок. – И давайте к столу, я уж обед спроворил. Картошку в бульон покрошил, как ты учила. Готово уже.
Обедали все вместе. Даже Грэг вышел сам. Маня поначалу тряслась, но Матвей потянулся к ней своими пушистыми ручками и сердце будущей мамашки растаяло. Такой уж Матюшка ангелок уродился, никого равнодушным не оставит. Глядя на то, как маленький лешачок теребит белокурые локоны Мани, Маша подумала: «Надо же, как они похожи!». Вишна степенно расспрашивал отца о видах на рыбалку, как и где он поставил сети, и что нужно обязательно завтра с утра наведаться туда, в доме теперь 2 беременные женщины, им рыба ой как нужна. Серафим молча улыбался себе в бороду, Грэг усмехался, короче, обед прошел мирно, Маня успокоилась и уже не боялась, что её тут съедят.
– Ну, что решила? – спросил у неё хозяин дома. – В деревню вернешься или у нас останешься?
Маня сидела красная, как рак.
– Если можно – у вас останусь, – проблеяла она. – Только вдруг у меня девочка родится? А ведь лешие только мальчиков признают!
– Не «вдруг», – подал голос Вишна, – а будет девочка. Я вижу.
– И что мы девочку разве не вырастим? – недоуменно спросил Серафим. – Или их по-другому кормят или что?
– Нет, но как жа… – она уткнулась в Матюшкину макушку. Малышок залопотал что-то ласковое и погладил Маню по голове.
– Ну вот и славно! – подвел итог леший. – Семья у нас к зиме выросла, а к лету ещё добавиться на двоих! Смекаешь, Вишна?
– Смекаю, батяня! – радостно откликнулся лешачок. – Ты это… Маша тебя всему научит, ежели ты чего не умеешь, она у нас мастерица, весь дом на ней держится!
– И то верно, – усмехнулся Серафим. – Жили б мы ещё…
Он махнул рукой и поманил Машу из-за стола.
– Ты это… – прошептал он ей на ухо, – подкороти мне лохмы-то, а то шибко неудобно. Вы все такие красивые, один я обросший.
Маша с радостью повела лешего в баню и там трудилась над ним часа 2. Но это того стоило. Она подстригла бороду, укоротила длинные волосы на голове, прошлась почти по всему телу, оставляя шерсть длиной около 2-х сантиметров. Под густым рыжим мехом скрывался довольно молодой и очень симпатичный мужчина, и глаза, оказывается, у него были синие-синие, как летнее небушко. Шерсть на пузике он срезал сам, повернувшись к Маше спиной и стыдливо сопя.
– Ты же владеешь бытовой магией! Поддерживай себя в таком виде! – она удовлетворенно оглядела результат своего труда.
– Да как-то не досуг было, – Серафим разглядывал себя в отражении воды в тазике. – И не для кого было. В шерсти теплее.
– Ух ты, – ошарашенно прошептал Вишна, – Папка, какой ты красивый!
А Маша заметила, что он впервые назвал Серафима не «батей», а «папой». Маня озадаченно переводила взгляд с Маши на Серафима. Леший остался доволен произведенным эффектом. Но больше всех доволен был Грэг – он заметил, какими глазами смотрела на лешего Маня и тот тоже стрелял на неё весь обед, и душенька ревнивого демона успокоилась.
До самого вечера Маня крутилась около Маши, перенимая все тонкости ведения хозяйства. Хотя она была девушкой деревенской и многое умела. Например, доить козу и перерабатывать молоко. Маша не знала с какой стороны подойти к рогатым поставщикам молока, а Маня нашла общий язык с ними сразу. Про уборку Маша и заикаться не стала – ясно же, что не в барской семье воспитывалась, чистоту наводить и соблюдать умеет. А вот с готовкой у Мани был пробел. То есть, она умела готовить, но все по-простому, по-крестьянски. И хоть эти кушанья и были вкусными и питательными, но не отличались разнообразием. И это пробел Маша решила заполнить перед тем, как покинуть гостеприимный дом леших. Хм, наверное, следовало назвать теперь этот дом теремом – большой, просторный, в 2 этажа, да ещё с мансардой. В который раз, любуясь на деревянное сооружение, Маша удивлялась – как ловко получалось у Серафима возведение нового жилища! Дом казался таким воздушным и легким!
[Е1]Рыба, похожая на нашу кефаль-местное.
