Текст книги "Главная страсть снежного лорда (СИ)"

Автор книги: Елена Счастная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 11

Глава 11

Предложение лорда Сноука заинтриговало не только принцессу, но и самого императора. А я схватилась за локоть Дэриана, когда у меня подкосились колени от одного только предположения, что же – или кого – декан решил преподнести в подарок Целесте. Мне стало настолько страшно, что я даже не стала его озвучивать, будто это могло придать моим самым плохим мыслям материальность.

– Что ж, полагаю, мы можем взглянуть, – с лёгким скепсисом в голосе согласился его величество.

А принцесса к тому моменту уже едва не подпрыгивала от любопытства. Гости позабыли о танце и о фуршете, который планировался перед полноценным ужином – и начали собираться в толпу и следом за императором и его дочерью потянулись к выходу на огромную террасу, откуда было видно просторный двор резиденции, а за ним – традиционный зелёный лабиринт.

– Он же… – заикнулась было я и снизу вверх посмотрела на Дэриана.

Он лишь накрыл мою лежащую на его локте руку своей, успокаивая.

– Сейчас мы всё увидим, и тогда уже сможем действовать, – похоже, он тоже догадался обо всём сразу. – Иначе мы можем его спугнуть. Пусть уж завершит начатое.

Всем гостям места на террасе не хватило – часть их спустилась во двор и там рассредоточилась по краю площадки, чтобы ничего не пропустить. Мы с Дэрианом остановились поблизости от его величества. Отсюда мне хорошо было видно его чёткий профиль и заинтересованное лицо принцессы.

Наконец все замерли в ожидании. Декан Сноук явно заранее срежиссировал планируемое представление, потому что, как только это произошло, над кронами огромного императорского сада показалось несколько драконов, которые, как я и думала, в прочной сети несли некий огромный груз. Издалека никому, кроме нас с Дэрианом, не было понятно, что это.

Но когда драконы приблизились, особо зоркие гости начали восхищённо ахать и перешёптываться. А у меня на глаза сразу навернулись слёзы – это же моя Стужа! Какое-то время, до того, как стало чётко видно жемчужную с бирюзовыми вкраплениями чешую, я ещё надеялась, что ошиблась, но теперь все сомнения пропали.

Лицо Дэриана ожесточилось, брови медленно сдвинулись к переносице, а губы презрительно изогнулись. Сейчас он снова стал больше напоминать дракона, а не человека, хоть и сохранил свой облик.

Похоже, Смерч внутри него тоже был возмущён происходящим. Но пока что он находил в себе силы молчать. Я же не удержалась и сделала шаг вперёд, когда Стужу, плотно спелёнутую магическими сетями, опустили на лужайку.

Она попыталась перевернуться так, как ей было бы удобнее, но Сноук, видно, настолько опасался, что она может что-то учудить, что не пожалел заклинаний на то, чтобы её обездвижить. Ей пришлось остаться лежать на боку – она могла лишь поворачивать голову и распугивать гостей ненавидящим взглядом холодных лазурных глаз.

Наконец она отыскала меня и, приоткрыв пасть, издала на всю округу тихий и какой-то страдающий рык. Всё внутри меня дёрнулось навстречу ей, я даже сунула руку в небольшой золотистый ридикюль, куда перед отъездом на бал предусмотрительно сунула резонар. По руке от кисти до самого плеча пронеслась волна магического раздражения. Стужа была невероятно зла, но и подавлена – похоже, её уже немало замучили осмотрами и обследованиями, она готова была плакать, если бы драконы это умели. Но наша встреча придала ей новых сил – получив ответный импульс от меня, она яростно завозилась в путах и даже сумела разорвать несколько магических цепей, чем привела гостей, которые стояли к ней ближе всего, в некоторое беспокойство.

– Какая красивая! – восхищённо ахнула принцесса. Похоже, скверный нрав «подарка» ничуть её не пугал.

А император лишь подозрительно прищурился и послал Дэриану вопросительный взгляд. Получается, лорд и правда написал ему о Стуже, и теперь его величество сразу догадался, что это за драконица.

– Поясните, лорд Сноук! – резко потребовал он.

– С удовольствием, ваше величество! – тот выпятил грудь и, полностью игнорируя мои гневные взгляды в его сторону, принялся хвалиться: – Эта уникальная драконица была поймана мной неподалёку от Ледяного Раскола. Она обладает не свойственными другим драконам свойствами и невероятной красотой, как вы можете видеть. И я хотел бы преподнести её в подарок её высочеству, как знак моего восхищения и уважения. Принцесса поступила на мой факультет, а значит, из неё выйдет, уверен, отличная наездница. Возможно, именно эта драконица станет её спутницей.

– Не станет! – заявила я, потеряв последнее терпение. – Потому что эта драконица моя! А вы украли её у меня!

Я отпустила локоть Дэриана и вышла вперёд, а он не стал меня останавливать, будто только и ждал моей реакции на весь тот бред, что начал нести декан. Впрочем, моя дерзкая выходка императора ничуть не возмутила – он лишь повернулся ко мне и окинул заинтересованным взглядом. А вот принцесса Целеста сразу уставилась на меня, как на соперницу, будто мы собрались делить жениха.

– Это полнейшая чушь, леди Блэкторн! – сразу же возразил Сноук. – Эта драконица не может принадлежать вам. У вас нет никаких способностей к полётам на драконах.

– Да что вы говорите, лорд! – слегка передразнила я его и вынула из сумочки резонар. – А это тогда что? Через этот кристалл мы давно уже связаны со Стужей, и она сама отдала его мне!

– Лорд Холдгейд, – обратился его величество не ко мне, а к Дэриану. – Может, вы внесёте пояснения, иначе мы все рискуем окончательно запутаться.

И лорд не зря ждал его личного обращения, он сразу задвинул меня себе за спину и громко заявил:

– Эта драконица действительно связана с моей призванной Мирандой Блэкторн, я лично видел их взаимодействие и могу подтвердить, что их связь ничуть не слабее, а может, даже сильнее связей других всадников со своими драконами. К тому же в замке Драконья Скала есть множество свидетелей тому, что лорд Сноук украл драконицу. Любой из них подтвердит это!

Он дал мне высказаться, выплеснуть гнев, но теперь подкрепил мои заявления своим непререкаемым авторитетом. Гости недоуменно загомонили, а лицо императора приобрело ещё более суровое выражение. Он перевёл тяжёлый взгляд на декана, и тот сразу же принялся оправдываться:

– Я не украл, я изъял её для исследований, – сделал несколько шагов к Дэриану, будто собрался напасть. – Подобные мутанты не могут находиться на свободе где-то вдалеке от столицы. Они должны быть под надзором императора! Или в данном случае дочери императора! Они могут принадлежать лишь императорской семье!

– Драконы никому не могут принадлежать, – опасно усмехнулся Дэриан. – Они выбирают себе наездника, добровольно соглашаются на партнёрство. И на это нельзя повлиять силой.

– Вам нужно партнёрство? – лорд Сноук махнул кому-то рукой, и ему поднесли крупную деревянную коробочку, похожую на футляр для украшений. – Извольте! – он открыл её и продемонстрировал всем медальон с заключённой внутри него магической энергией, которая придавала ему характерный бирюзовый окрас. – С помощью этого артефакта можно установить связь с драконицей немедленно. И я дарю его принцессе тоже.

Девушка шагнула было в его сторону, чтобы забрать подарок, но император остановил её. Он взмахнул рукой, подзывая Сноука к себе, а затем вынул медальон из углубления коробки.

– То есть вы утверждаете, что с помощью таких устройств можно подчинять любых драконов? – он подозрительно посмотрел на декана, а тот с готовностью закивал.

– Разумеется, на обычных драконов необходимо надевать резонар. Но этой драконице отдельный резонар не требуется, ведь кристаллы буквально вживлены в её чешую, – он помолчал, давая его величеству время рассмотреть артефакт. – Уверен, её высочество прекрасно со всем справится!

Мне тоже очень хотелось взглянуть на хитро сделанный кулон, но Дэриан держал меня за руку, не позволяя двинуться с места. Однако казалось, что император пока не испытывает никакого восторга по поводу всех смелых заявлений Келлана.

– Вы вообще понимаете, что затеяли? – вдруг снова разомкнул губы его величество. – Если мы начнём подчинять драконов против их воли, рано или поздно случится взрыв. Рано или поздно одному дракону удастся скинуть с себя навязанную связь и он просто убьёт своего всадника. А за этим случаем последуют другие. К тому же это скажется на доверии тех драконов, которые добровольно взаимодействуют с людьми на основе взаимоуважения. Как они посмотрят на то, что некоторых их собратьев загоняют в кабалу? Или вы считаете, что они ничего не понимают? Кажется, вам как раз положено знать о драконах больше других.

– Уверяю вас, это совершенно безопасно и лишь поспособствует постепенному развитию естественной связи! – принялся убеждать его Сноук.

Дэриан тихо усмехнулся. Мне тоже был заметен гнев, который постепенно заливал глаза императора, и то, как менялось его лицо. Челюсть отяжелела, на скулах выступили желваки. Он смотрел на декана, и казалось, что сейчас просто треснет ему этим самым кулоном промеж глаз. Хорошо бы!

– То есть вы решили поставить эксперимент на моей дочери…

– Вовсе нет! – начал нервничать Келлан. – Всё проверено. Драконица реагирует на приказы через этот резонар!

– Да? – император взглянул на Стужу, которая, поджав лапы под брюхо, зло смотрела на него в ответ. – Почему тогда вы доставили её сюда в цепях?

С этими словами Норберт уронил резонар себе под ноги и ударом каблука раздавил его на самые мелкие обломки.

– Папа! – воскликнула принцесса.

А Келлан вмиг побледнел, будто император пнул его в колено. Я же крепче сжала руку Дэриана, тихо радуясь такому решению императора. Всё-таки он на моей стороне!

– Я понимаю вашу страсть к исследованиям, лорд Сноук, – процедил он тихо. – Но вы должны оценивать последствия. Я не допущу какого-либо вмешательства в естественное взаимодействие драконов и наездников, потому что рано или поздно это приведёт нас к катастрофе. Драконы выжгут наши города и перебьют нас всех так легко, что вы даже «мама» сказать не успеете.

– Но эта драконица уникальна! – не сдался Келлан. – Она должна принадлежать императорскому дому. От неё можно получить потомство с необычными свойствами!

– Мы получим его. Естественным образом! – наконец повысил голос его величество. – Уверен, такая красавица уже имеет немало поклонников. Так что отпустите её немедленно! И, чтобы снять последние вопросы, пусть леди Блэкторн продемонстрирует нам, действительно ли её связь с драконицей так сильна, как она утверждает.

Я немного приблизилась и повесила резонар себе на шею.

– Я готова! Как?

Император вновь весьма благосклонно и заинтересованно на меня посмотрел.

– Показательный полёт над резиденцией – думаю, этого будет достаточно. И мы оставим вас в покое.

– Я не рекомендовал бы вам снимать цепи с драконицы! – вмешался Сноук. – Она может быть опасна.

– Опасна? Вы же утверждали, что всё под контролем, – насмешливо хмыкнул император.

– Так было бы с резонаром… – напомнил ему Келлан. – А без резонара…

– Значит, нам остаётся надеяться, что леди Блэкторн сумеет её успокоить, верно? – ничуть не стушевался Норберт.

Я же повернулась к Дэриану, а он лишь едва заметно кивнул – он был уверен в том, что я справлюсь. А мне было страшно! Вдруг Стужа сейчас настолько зла, что не станет меня слушаться? Я сжала резонар в кулаке, стараясь заранее послать ей успокоительный импульс. «Я с тобой. Всё хорошо! Тебя отпустят и ты сможешь вернуться домой!».

Цепи начали спадать с неё одна за другой. Стужа поднялась наконец на лапы, встряхнула затёкшие крылья и вдруг, вытянув шею вперёд, спугнула зевак коротким громким рыком. Гости отшатнулись, драконица якобы двинулась на них, зашипела, и люди просто кинулись врассыпную. Она горделиво выпрямилась и довольно зарокотала, явно считая, что шалость удалась.

Только император и Дэриан, кажется, остались спокойными, как будто понимали, что она делает это нарочно, но на самом деле вовсе не собирается нападать.

Я тоже не стала суетиться – отпустила наконец руку лорда, медленно спустилась с террасы на лужайку и подошла к ней.

– Моя хорошая, здравствуй! – проговорила тихо, только для нас двоих. – Я так по тебе скучала!

Стужа повернула ко мне голову, окинула взглядом с головы до ног и только потом склонилась. Какая всё-таки вредина! Даже одобрив связь со мной, она не перестала быть независимой и своенравной, что и демонстрировала при каждом удобном случае.

– Давай полетаем? – предложила я, плавно опустив ладонь на её морду. – Ты, наверное, уже устала сидеть в цепях.

Стужа немного подышала на меня прохладным воздухом, щуря лазурные глаза, а затем опустила встопорщенный гребень и подставила мне крыло. Цепляясь за чешую пальцами, я, может, и не слишком изящно, но забралась-таки на её спину. Она приняла меня, убрала шипастые выступы вдоль спины, позволяя устроиться удобнее.

Схватиться мне было не за что – пока что Стужа не позволила надеть на себя седло – так что пришлось держаться за её гребень. Драконица взмахнула крыльями, засыпала самых смелых гостей, которые не отошли от неё подальше, обрывками травы и пылью, и легко поднялась в воздух.

Я опустила взгляд на террасу – Дэриан смотрел на меня снизу вверх с таким восхищением, что мне немедленно захотелось обратно. Чтобы быть рядом с ним, не отпускать его от себя. А ещё было бы прекрасно, поднимись он сам в воздух – мы полетели бы вместе. Но он оставил всё внимание гостей и императора мне. И я не могла ударить в грязь лицом.

Мы со Стужей заложили широкий круг над башнями резиденции, она исполнила даже несколько вполне безопасных для меня виражей, а затем я дала ей команду спускаться. Всё-таки в бальном платье сидеть на драконе было очень неудобно – оно постоянно тянуло меня вниз, утяжеляло ноги, я не чувствовала себя расслабленно и безопасно.

Стужа приземлилась очень плавно, почти идеально – а на лужайке меня уже ждал Дэриан.

Он подставил руки и поймал меня, когда я почти кубарем скатилась с шеи драконицы. Кажется, я порвала чулок о чешую и даже оцарапалась, но осознание полной победы заглушало лёгкий дискомфорт. А когда лорд обнял меня, самые мелкие неприятные ощущения и вовсе полностью растворились.

– Вы были так невероятно прекрасны, – прошептал он мне на ухо, касаясь его губами. – Мне так хотелось присоединиться к вам. Но это должен быть только ваш триумф.

Сердце, и так разогнанное в полёте, заколотилось в радостном волнении. Его голос, пониженный до интимного шёпота, всегда действовал на меня именно так – словно крепкий напиток, который мгновенно бьёт в голову.

– Что ж, мне всё предельно ясно, – его величество тоже спустился к нам. – Ваша связь с драконицей очевидна, леди Блэкторн, как и ваша отвага.

Целеста шла рядом с ним, и, судя по выражению лица, она была не очень довольна финалом устроенного Сноуком перфоманса, однако возразить отцу не могла. Возможно, она понимала причины, почему всё сложилось именно так, но Стужа была настолько невероятной, что я могла простить принцессе невольное желание обладать ею.

– Надеюсь, теперь никто не сможет претендовать на то, чтобы лишить драконицу воли, – уточнил Дэриан у императора.

– Разумеется, нет. Это противозаконно, и я подтверждаю это перед множеством свидетелей.

– Тогда лорда Сноука стоило бы заключить под стражу, не находите? – без нажима, почти как шутку, предложил лорд.

– Я не вижу причин для этого на данный момент, – серьёзно возразил Норберт. – Да, он взял на себя слишком много. Но и его можно понять. Мутанты действительно могут проявить себя неожиданным образом. И за драконицей следовало бы присмотреть. Однако я надеюсь, что вы примете на себя эту ответственность, лорд Холдгейд. Вы и ваша призванная пара, разумеется.

Он перевёл на меня улыбчивый взгляд.

Я склонила голову и присела в книксене в знак благодарности за поддержку.

– Можете быть уверены, что Стужа будет под самым внимательным надзором.

– Рассчитываю на маленького дракончика в подарок, когда она разродится потомством, – рассмеялся император. – А сейчас… Я не вижу причин сомневаться в истинности вашей связи. Воля магии порой бывает причудлива, и то, что призванная появилась у вас не сразу, можно счесть за испытание, которое она решила вам подкинуть. Но только слепой не заметит, насколько вы подходите друг другу. Думаю, Ядро гарнизона значительно усилится благодаря вам.

– Благодарю, ваше величество, – кивнул Дэриан.

– А где, собственно, лорд Сноук? – тот огляделся. – Мне нужно срочно с ним поговорить. Что он учудил – невероятно просто! Такое не должно повториться. А вы пока развлекайтесь. Этот вечер предназначен для веселья!

Он предложил дочери локоть, и они вместе отошли. Стужа толкнула Дэриана в спину, требуя от него внимания. Он повернулся к ней и погладил по морде.

– Думаю, ей нужно вернуться домой. Слишком долгое нахождение вдали от Раскола может плохо на ней сказаться.

Я кивнула и импульсом через резонар разрешила ей улететь. Мы с Дэрианом проводили её взглядом – впереди ещё несколько дней разлуки, и мы снова будем вместе. Мне уже не терпелось вернуться в гарнизон. Несмотря на холод и неприветливый Раскол, там мне было лучше, чем в блестящем обществе столицы.

– Пойдём потанцуем, – вдруг предложил Дэриан. – Всё-таки мы на балу.

Дэриан

Утром я проснулся дома с ощущением того, что вчера со мной случилось нечто приятное. Несмотря на то, что решением его величества не трогать Сноука я был недоволен, вторая часть бала прошла просто прекрасно. Всё-таки как давно я не бывал на подобных приёмах – а ведь раньше, до того, как настало время занять место лорда-Хранителя, приходилось посещать их весьма часто.

Но вместе с девушкой, одно прикосновение к которой заливает всё моё существо тёплым светом – это совершенно другой опыт. Меня даже Келлан раздражал не так сильно, как мог бы.

Мы с Мирандой танцевали, гуляли в императорском саду, пробовали вкусные блюда – а затем я отвёз её домой к родителям. Правда, перед этим мы бесконечно долго целовались в экипаже.

Слишком наивно и по-мальчишески? Возможно. Но именно поэтому сегодня я встал с постели в необычайно приподнятом настроении.

Правда, новости настигли меня сразу за завтраком. Лакей принёс письмо из гарнизона.

– Что там? – уточнил отец, с которым мы сидели за одним столом – ритуал уже почти забытый с юности.

Я развернул конверт с пометкой «срочно» и прочёл послание. Это оказалось письмо от варда Вескотта, и сначала я прочитал его молча.

"Лорд Холдгейд! Спешу сообщить вам, что нам удалось вскрыть найденный в долине кристалл с неизвестным содержимым. Прежде всего, с нами всё в порядке, обстановка в гарнизоне от этого никак не изменилась, но находка оказалась весьма неожиданной (чертёж прикладываю). В центре данного артефакта, размером с две мужские ладони, оказалась капсула с заключённой в ней энергией неизвестного происхождения. Однако после некоторых исследований мне удалось выяснить, что по составу она очень напоминает магию Раскола, только иной направленности. Предполагаю, что она была собрана у другого Раскола и расположена вблизи Ледяного с целью нарушения обычного его фона. Излучение довольно интенсивное и не прекращается после изъятия артефакта из кристалла. Думаю, резонар вокруг него нарос только потому, что сам Ледяной Раскол хотел блокировать энергию, которая его раздражала – а вы знаете, что Расколы расположены на таком расстоянии друг от друга, чтобы их магические фоны не пересекались – но чужеродная сила продолжала просачиваться сквозь преграду. Постепенно фон Раскола стал настолько искажён, что резонары начали терять свои нормальные свойства.

Это большая удача, что леди Холдгейд (зачёркнуто) Блэкторн удалось отыскать столь небольшой по сравнению с кристаллами предмет на таком обширном поле – теперь причина того, что резонары стали так быстро разрушаться, мне предельно понятна.

Отправлять сам артефакт вам я посчитал неуместным, думаю, ему следует остаться в гарнизоне для сохранности. Однако на рисунке вы можете заметить идущую по его канту надпись. Очевидно, это фамилия мастера, который его изготовил. К сожалению, мне она неизвестна, но, может, вам удастся выяснить, кто он такой и где проживает.

Очень ждём новостей.

С глубочайшим уважением, Амар Вескотт"

Я пошарил в конверте ещё и действительно вынул оттуда ещё один листок – на нём с предельно доступной резонологу точностью был изображён найденный в кристалле артефакт. И он удивительным образом оказался похож на тот, который вчера Келлан Сноук пытался всучить принцессе Целесте в качестве приложения к драконице.

На обратной его стороне, которую Амар тоже изобразил, действительно была расположена надпись – обычное клеймо того, кто этот артефакт изготовил. Но эту фамилию я тоже не знал.

– Что это? – нахмурился отец, так и не дождавшись ответа на первый свой вопрос.

Я отдал рисунок ему, он внимательно его рассмотрел, а затем воскликнул:

– Мастер Фаррух! – он потряс листком в воздухе. – Я его знаю! Сейчас он преподаёт на Артефакторном факультете. Думаю, что и леди Блэкторн с ним знакома – он наверняка вёл у неё лекции. Что это за устройство?

– Похоже, это устройство кто-то подкинул к Расколу, чтобы испортить резонары, которые растут там, – пояснил я, забрав чертёж у него обратно. – Миранде чудом удалось его отыскать. А до этого мы не могли понять, в чём дело. Теперь мне нужно поговорить с этим мастером. Не понимаю, зачем ему собирать что-то, что вредит защите Раскола. И уж тем более – зачем указывать свою фамилию на своём изделии, раз уж у него такое сомнительное предназначение.

Я встал, не закончив завтрак – аппетит резко пропал.

– Ты поедешь в Академию? – тоже заволновался отец.

– Сначала я поеду за Мирандой. Думаю, ей тоже важно всё это знать. Это её находка.

Честно говоря, ко всему прочему мне просто хотелось её увидеть. Оказывается, за время обычного сна в своей постели я успел страшно по ней соскучиться. Руки буквально требовали вновь почувствовать её, обнять, коснуться розового шёлка её волос.

Но если отбросить мои личные сантименты – мы должны поговорить с этим артефактором вместе. Тем более, если она с ним знакома.

Я быстро собрался и, велев подать мне экипаж, отправился к ней. Всю дорогу я перечитывал письмо Амара – нет, ну какая всё-таки подлость! Это самое настоящее преступление – диверсия, которая в перспективе могла нанести огромный вред не только всадникам, но и всем, кто живёт в зоне Раскола, уверенный в том, что им ничего не угрожает.

Миранда сбежала ко мне по лестнице, как только я вошёл в дом – не стала дожидаться, пока её позовут. Сначала бросилась мне на шею, слегка краснея, видно, от воспоминаний о вчерашнем дне, но сразу поняла, что приехал я не с самыми хорошими новостями.

Я отдал ей письмо, и пока она читала его, наблюдал за тем, как менялось её лицо. Когда она добралась до рисунка, её брови хмуро сошлись к переносице.

– Мастер Фаррух не мог так поступить! – заявила она без промедлений. – Это добрейшей души человек, он всегда помогал всем адептам, да и я обращалась к нему не раз. Он точно не мог!

– Значит, нам предстоит выяснить, почему всё-таки он это сделал, – подытожил я. – Собирайся. Мы поедем в Академию.