Текст книги "Волшебный котел"

Автор книги: Елена Катасонова

Соавторы: Ирина Карнаухова,Вера Маркова,Нисон Ходза,С. Марченко,Ростислав Рыбкин,Федор Никольников,Лев Вершинин,В. Суслов,Юрий Парфионович,Ольга Образцова-Шаганова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

ЗЕМЛЯНИКА ПОД СНЕГОМ

Японская сказка

Давно-давно это случилось.

Жила в одной деревне вдова. И было у неё две дочери: старшая о-Тиё – не родная дочь, а младшая о-Ханá – родная.

Родная дочь в нарядных платьях ходила, а падчерица – в лохмотьях. На долю родной дочери доставались ласка да баловство, а на долю падчерицы колотушки да чёрная работа. Падчерица и воду носила, и стирала, и обед варила, и ткала, и пряла, и весь дом обшивала.

А родная дочка была ленивица. Не любила она ткать и прясть, а любила лакомиться всласть.

Вот как-то раз поссорилась мачеха с соседкой.

Стала соседка кричать:

– Не указывай мне, учи лучше свою родную дочь! Вон она как ленива и привередлива! Придёт время – к падчерице твоей любой жених посватается, а дочку твою никто не возьмёт. Твоя дочка, раньше чем пальцем шевельнёт, три раза подумает, а потом всё равно раздумает.

Никогда не любила мачеха свою падчерицу, а после этих слов так её возненавидела, что решила со свету сжить.

Вот пришла холодная зима. Падчерица во дворе работает, а мачеха и о-Хана у очага греются.

Однажды разморилась о-Хана от жары и говорит:

– Ох, как мне жарко стало! Сейчас бы съела чего-нибудь холодненького.

– Хочешь немного снежку?

– Снег ведь невкусный, а я хочу чего-нибудь холодного да вкусного.

Задумалась о-Хана и вдруг как хлопнет в ладоши:

– Земляники, хочу земляники! Красных, спелых ягод хочу!

О-Хана была упряма. Уж если чего ей захочется, так подай.

Подняла она громкий плач:

– Мама, дай земляники! Мама, дай земляники!

– О-Тиё, о-Тиё, поди-ка сюда! – позвала мачеха падчерицу.

А она как раз стирала бельё во дворе. Бежит она на зов мачехи, на ходу мокрые руки передником вытирает.

Приказала ей мачеха:

– Эй ты, лентяйка, живо иди в лес и набери в эту корзинку спелой земляники. А не наберёшь полной корзинки, домой не возвращайся. Поняла?

– Но, матушка, разве растёт земляника в середине зимы?

– Растёт не растёт, а ты одно помни: придёшь с пустыми руками – в дом не пущу.

Вытолкнула мачеха девочку за порог и дверь за ней крепко-накрепко заперла. Постояла-постояла о-Тиё на дворе, взяла корзинку и пошла в горы. Зимой земляника не растёт. Да делать нечего, боится о-Тиё ослушаться мачеху.

В горах тихо-тихо. Снег валит хлопьями. Кругом сосны, словно белые великаны, стоят.

Ищет о-Тиё землянику в глубоком снегу, а сама думает: «Верно, мачеха послала меня сюда на погибель. Никогда не найду я в снегу земляники. Тут и замёрзну».

Заплакала девочка, бредёт, не разбирая дороги. То взберётся, спотыкаясь и падая, на гору, то в ложбинку скатится. Наконец от усталости и холода упала она в сугроб. А снег валит всё гуще и гуще и скоро намёл над ней белый холмик.

Вдруг кто-то окликнул о-Тиё по имени. Подняла она голову. Приоткрыла глаза. Видит: наклонился над ней старый дед с белой бородой.

– Скажи, о-Тиё, зачем ты пришла сюда в такой холод?

– Матушка послала меня, велела набрать спелой земляники,– ответила девочка, еле шевеля губами.

– Да разве не знает она, что зимой земляника не растёт? Но не печалься, я тебе помогу. Идём со мной.

Поднялась о-Тиё с земли. Стало ей вдруг тепло и радостно.

Шагает старик по снегу легко-легко. О-Тиё за ним бежит. И вот диво: только что она в рыхлый сугроб по пояс проваливалась, а теперь стелется перед ней крепкая, хорошая дорога.

– Вон там на поляне спелая земляника,– говорит старик.– Собери, сколько надо, и ступай домой.

Поглядела о-Тиё и глазам своим не верит. Растёт в снегу крупная красная земляника. Вся поляна ягодами усыпана.

– Ой, земляника! – закричала о-Тиё.

Вдруг смотрит: старик куда-то пропал, одни сосны кругом стоят.

«Видно, не человек это был, а дух – хранитель наших гор,– подумала о-Тиё.– Вот кто спас меня!»

– Спасибо тебе, дедушка! – крикнула она и низко-низко поклонилась.

Набрала о-Тиё полную корзинку земляники и побежала домой.

– Как, ты нашла землянику?! – изумилась мачеха.

Думала она, что ненавистной падчерицы уже и в живых нет. Покривилась-покосилась мачеха от досады и дала своей родной дочке корзинку с ягодами.

Обрадовалась о-Хана, села у самого очага и давай совать в рот землянику пригоршнями:

– Хороши ягоды! Слаще мёда!

– Ну-ка, ну-ка, и мне дай! – потребовала мачеха, а падчерице ни одной ягодки так и не дали.

Прикорнула усталая о-Тиё у очага и дремлет. Только недолго ей отдыхать пришлось.

Слышит, кто-то за плечо трясёт.

– О-Тиё, о-Тиё! – кричит ей мачеха в самое ухо.– Эй ты, слушай, о-Хана не хочет больше красных ягод, хочет синих. Ступай живо в горы, собери синей земляники.

– Но, матушка, ведь уже вечер на дворе, а синей земляники, поди, на свете нет. Не гони меня в горы, матушка.

– Как тебе не стыдно! Ты ведь старшая, должна заботиться о своей младшей сестрёнке. Нашла же ты красные ягоды, найдёшь и синие!

Вытолкнула она падчерицу на мороз без всякой жалости и дверь за ней со стуком захлопнула.

Побрела о-Тиё в горы.

А в горах ещё больше снегу намело. Сделает один шаг о-Тиё – провалится по колени, сделает другой – провалится по пояс и заплачет-заплачет. Да полно, уж не во сне ли собирала она здесь свежую землянику?

Совсем темно стало в лесу. Где-то волки завыли. Обняла о-Тиё руками дерево, прижалась к нему.

– О-Тиё! – послышался вдруг тихий зов, и, откуда ни возьмись, появился перед ней знакомый дед с белой бородой. Словно тёмное дерево вдруг ожило.

– Ну что, о-Тиё, понравилась твоей матушке красная земляника? – ласково спросил её старик.

Полились у о-Тиё слёзы ручьём.

– Матушка опять меня в горы послала. Велит принести синей земляники, а не то и домой меня не пустит.

Тут засверкали глаза у старика недобрым блеском.

– Пожалел я тебя, оттого и послал твоей мачехе красных ягод, а эта злодейка вон что придумала! Ну хорошо же, я проучу её! Ступай за мной!

Старик пошёл вперёд большими шагами. Идёт – словно по воздуху летит. Девочка за ним еле поспевает.

– Смотри, о-Тиё, вот синяя земляника.

И правда, весь снег вокруг светится синими огоньками. Повсюду рассыпана крупная, красивая синяя земляника.

Боязливо сорвала о-Тиё первую ягоду. Даже на дне корзинки сияла она синим блеском.

Набрала о-Тиё полную корзину и побежала со всех ног домой. Тут горы сами собой раздвинулись и в одно мгновение оказались далеко позади, а перед девочкой, словно из-под земли, родной дом вырос.

Постучала в дверь о-Тиё:

– Отвори, матушка, я нашла синюю землянику.

– Как? Синюю землянику?! – ахнула мачеха.– Быть того не может!

Думала она, падчерицу волки съели. И что же! О-Тиё не только вернулась живая-здоровая, но и земляники принесла, какой на свете не бывает. Неохотно отперла мачеха дверь и глазам своим не поверила:

– Синяя земляника!

О-Хана выхватила корзину из рук сестры и давай скорей ягоды есть.

– Ах, вкусно! Язык можно проглотить! Синяя земляника ещё слаще красной. Попробуй и ты, мама.

О-Тиё начала было отговаривать сестру с мачехой:

– Матушка, сестрица, уж слишком эти ягоды красивы. Так и сверкают, словно огоньки. Не ешьте их...

Но о-Хана злобно крикнула:

– Наелась, верно, в лесу до отвала, да мало тебе, хочешь, чтоб тебе одной всё досталось. Нашла дурочек!

И вдруг как залает, залает. Видит о-Тиё: выросли у мачехи и о-Ханы острые уши и длинные хвосты. Обратились они в рыжих лисиц да так с лаем и убежали в горы.

Осталась о-Тиё одна. Со временем вышла она замуж и жила счастливо. Родились у неё дети. Много собирали они в лесу красных, спелых ягод, но в зимнюю пору земляники под снегом никто больше не находил, ни красной, ни синей.

НА КОГО ПОХОЖ СЛОН?

Индийская сказка

Один человек ехал на слоне в Бенарес и встретил на дороге нищих.

Нищие шли навстречу слону и никуда не сворачивали.

– Прочь с дороги! – закричал человек.– Разве вы не видите, что перед вами слон? Он вас растопчет!

Нищие бросились в сторону, и один из них сказал:

– Откуда нам знать, что перед нами слон? Мы все слепы от рождения.

А второй нищий промолвил:

– Почтенный господин, может быть, вы скажете, на что похож слон?

– Подойдите и ощупайте его,– предложил хозяин слона.– Тогда вы сможете представить себе, какое прекрасное животное – слон!

Незрячие так и сделали. Они приблизились к слону и начали его ощупывать. Один потрогал кончик хвоста, другой – ногу, третий – уши, четвёртый – хобот, пятый – бок.

Когда хозяин слона уехал, первый слепой, который щупал кончик слоновьего хвоста, сказал:

– Оказывается, слон похож на метёлку!

– Что ты выдумываешь? – удивился тот, который щупал слоновью ногу.– Слон похож на колонну!

Третий слепой – он трогал ухо слона – воскликнул:

– Оба вы говорите вздор! Слон похож на лист огромного лотоса!

– Глупости! – закричал четвертый.– Слон похож на толстый канат!

Пятый слепой, щупавший бок слона, стал смеяться:

– Вы, верно, так испугались слона, что даже и не подошли к нему! Знайте же, что слон похож на крепостную стену!

– Вот уж нет! – опять закричал первый. – Слон похож на метёлку!

– На колонну! – сказал второй.

– На лист! – повторял третий.

– На канат! – кричал четвёртый.

– На крепостную стену! – твердил пятый.

Солнце пошло на закат, а слепые всё спорили. Наступила ночь, а они по-прежнему выкрикивали:

– Слон похож на метёлку!

– На колонну!

– На лист!

– На канат!

– На крепостную стену!

Наступил новый день, но упрямцы не покидали дороги.

Сидя в пыли, они сердито спорили:

– Слон похож на метёлку!

– На колонну!

– На лист!

– На канат!

– На крепостную стену!

Говорят, что они до сих пор сидят на дороге и всё спорят, на кого похож слон.

НЕ ТОТ БОГАТ, КТО МНОГО ИМЕЕТ, А ТОТ БОГАТ, КТО МНОГО УМЕЕТ

Сербская сказка

Был когда-то в одной стране царь. Жил он в мире с соседями, тихо и спокойно. Однажды захотелось ему покататься на лодке. Позвал царь с собой жену и дочь. Те согласились, поплыли они по тихому морю. Вдруг налетел сильный ветер и понёс лодку всё дальше в открытое море. Долго гонял он лодку по морю, но наконец прибило её к берегу неведомой земли. А чья это земля – царь не знал и даже не слыхал. И крестьяне, что жили на берегу, тоже никогда не слыхали про царя и его страну.

Побоялся царь сказать, кто он. «Скажу, – думает,– что я царь, так ведь засмеют нас, да ещё прогнать могут. А не прогонят, так всё равно надо будет своим трудом хлеб добывать – даром кормить не будут. А что я умею делать?»

Как пожалел теперь царь, что не научили его хоть какому-нибудь ремеслу! Пришлось ему наняться в пастухи. И стал царь с раннего утра до позднего вечера пасти крестьянский скот. Царице пришлось хозяйством заниматься. А дочка ещё мала была – играла она с крестьянскими детьми да помогала матери по дому.

Шло время. Царь с царицей старели, а дочь их стала взрослой девушкой, да такой красивой, что и описать трудно – лицо белее снега, губы ярче розы, а глаза сияют, как две звезды.

А у царя той страны был сын. Поехал он раз на охоту и заблудился. Долго блуждал он по лесу, пока верный конь не вынес его на берег моря. И надо же было так случиться – повстречал он дочку царя-пастуха. Хотел спросить, как её зовут, но не смог. Так и прошла она мимо. Но запал её образ царевичу глубоко в сердце. Грустный вернулся он во дворец – и прямо к отцу.

– Позволь,– говорит,– мне жениться. Я нашёл себе невесту по душе.

Царь обрадовался, он любил своего сына и давно мечтал о его женитьбе.

– Какого же царя она дочь? – спросил царь.

– Моя невеста,– отвечал царевич,– не царского рода.

– Так, значит, княжеского? – ещё раз спрашивает царь.

– Нет,– отвечал царевич,– она дочь простого пастуха.

Что тут было! Все придворные рты разинули от изумления, а царь так раскричался, что на море волны загуляли.

– Ты что, меня перед всем светом опозорить хочешь? Нет, не бывать этому!

Но царевич крепко стоял на своём.

– Ни на ком другом,– говорит,– в жизни не женюсь!

Прошёл день, другой. Царь успокоился. Видит, что с сыном ему не совладать, и послал своего советника к пастуху сватать царевичу невесту.

Советник явился к бывшему царю, ныне пастуху, и говорит:

– Сын моего государя, царя здешних мест, осчастливил твою дочь выбором. Сам царь послал меня сообщить тебе об этом.

Вот, думает, обрадуется старик. Но не тут-то было. Выслушал его царь-пастух и спрашивает:

– Скажи мне, о мудрый советник, какое ремесло знает царевич? Что он умеет делать?

От такого вопроса у советника даже глаза на лоб полезли.

– Что с тобой, пастух? В своём ли ты уме? Зачем царскому сыну знать ремесло? Или мало в нашем царстве гончаров и жестянщиков, сапожников и портных, чтобы работать на царского сына?

Но царь-пастух только головой покачал и отказался отдать свою дочь за человека, не знающего никакого ремесла.

Удивился царь, узнав от своего советника об отказе пастуха. Не поверил он причине отказа и послал ещё более опытного и хитрого советника. Но и тому пришлось вернуться к царю с отказом.

Узнал про это царевич. Сначала сильно опечалился, а потом решил: «Я так люблю дочь пастуха, что готов сделать ради неё что угодно. Так почему бы мне не научиться какому-нибудь ремеслу?»

Как решил, так и сделал. Пошёл на базар. Сколько там гончаров, что горшки обжигают, бочаров, что бочки сколачивают, портных, кузнецов! Всех не перечтёшь. Все ремёсла хороши. Но понравилось царевичу больше всего ремесло плетёнщиков. Как ловко и быстро плетут они рогожи и корзины, ковры и даже мебель! Нанялся царевич в ученье к плетёнщику и довольно скоро научился плести не только рогожи, но даже дорогие ковры с узорами.

И вот третий советник отправился к пастуху сватать царевичу невесту. Вместо обычных подарков от жениха советник нёс большую рогожу, сплетённую самим царевичем.

Осмотрел пастух рогожу и говорит:

– Неплохо сработано. Грошей пять за такую на базаре дадут. Сегодня пять грошей, завтра пять, так и прожить можно. Умел бы я плести рогожи, не пришлось бы мне на старости лет пасти скот.

И рассказал он тут советнику обо всём, что с ним приключилось, а потом и дал своё согласие на брак дочери с царевичем.

Скоро и свадьбу сыграли.

А пригласили на свадьбу не царей, не князей, а простых ремесленников: тех людей, чьим трудом вся страна живёт да богатеет.

ФЛЕЙТИСТ САНТА

Японская сказка

В старину, далёкую старину, жил один юноша, по имени Санта. Никто во всей Японии не умел лучше его играть на флейте. Заиграет печальную песню – любого заставит заплакать. Заиграет весёлую песню каждый в пляс пустится. Но Санта был так беден, что ни одна девушка за него замуж не шла. Сидит однажды Санта возле своего домика, играет на флейте и грустит, сам не зная о чём.

Флейта поёт: пирорó-пироро... Кругом тихо-тихо. Ветер и тот заслушался.

Вдруг спускается с неба лёгкое, как дымок, лиловое облако. Сошёл с него одноглазый старик в богатом наряде и говорит:

– Здравствуй, Санта-дон.

– Здравствуй, гость с неба. Чем могу тебе услужить?

– Звуки твоей флейты слышны даже в моём солнечном царстве. Много-много раз ты радовал меня своей игрой. В награду за это отдам я тебе в жёны свою дочь. Согласен?

– Как не согласиться! От души благодарен.

– Ну, если так, жди свою невесту завтра утром.

Махнул рукой на прощанье старик и улетел на лиловом облаке.

Всю ночь Санта глаз не сомкнул.

На другое утро чуть свет вышел он из дому. Бродит по двору взад и вперёд и всё на небо посматривает. А небо, как нарочно, прозрачное, синее. Ни облака на нём, ни птицы.

Вот дымок показался... Но нет, это где-то в горах костёр разожгли.

Вдруг, откуда ни возьмись, выплыло белое-белое облако. Летит по небу, а Санта глаз с него не спускает. Остановилось облако над домом Санты и плавно-плавно спустилось вниз.

Сошла с облака девушка невиданной красоты. Лицо светится чудесным светом, одежды так и сверкают.

– Я здесь по приказу моего отца,– говорит она голосом звонким, как флейта.– Если хочешь, буду твоей женой.

Взял её за руку Санта и повёл в дом.

Хорошо зажили молодые. Санта на жену не нарадуется. Звали её о-Кáта. На всё она мастерица: и ткать узоры чудесной красоты, и песни петь.

Поёт молодая жена, а муж вторит ей на флейте. Кто ни пройдёт мимо их дома, остановится и слушает-слушает...

А то наденет Санта маску[1]1
  Актёры в старинном японском театре носили маски.


[Закрыть] и начнёт весёлый танец. И жена вслед за ним. Так красиво – глаз не отведёшь.

Стали люди говорить, что у флейтиста жена так хороша собой, что все знаменитые красавицы перед ней просто уродины.

Дошёл этот слух и до ушей князя – правителя острова. Велел он своим слугам садиться на самых быстрых коней и скакать к Санте.

– Доставьте его в мой замок пред мои очи, да поскорей!

Удивился Санта:

– Что его светлости от меня понадобилось? Уж не хочет ли он послушать, как я на флейте играю?

Княжеские слуги долго толковать не привыкли. Посадили Санту на коня и привезли в замок.

Говорит ему князь:

– Эй, флейтист! Молва идёт про твою жену, что уж очень она собой хороша. Отдай мне её в служанки.

– Нет, князь, хоть убей меня, а я со своей женой не расстанусь.

Посулил князь флейтисту много золота. Но и тут Санта не согласился.

Призадумался князь. Если силой отнять у флейтиста жену, пойдёт про него, князя, дурная молва. Нет, видно, тут не сила, а хитрость нужна.

– Хорошо, я оставлю тебе твою жену, если исполнишь ты мою волю. А не исполнишь – пеняй на себя.

– Приказывай, князь.

– Свей из пепла верёвку и завяжи узлом в виде бабочки. А сроку тебе даю до завтрашнего утра.

– Свить верёвку из пепла? Да где же это слыхано? Вот когда пропал я! Разлучат меня с моей женой.

Вернулся Санта домой и с горя бросился ничком на постель.

Встревожилась о-Ката. Подбежала, расспрашивает:

– Что с тобой? Что случилось?

Рассказал ей Санта о своём горе. Требует князь невозможного: «Свей верёвку из пепла и завяжи узлом в виде бабочки».

– Только и всего? – улыбнулась жена.– Не печалься, это дело простое.

Вымочила о-Ката верёвку в солёной воде, а потом хорошенько высушила. На другое утро переплела она искусно верёвку и уложила кольцами на круглом железном подносе. А потом подожгла. Запылала верёвка ярким пламенем. Пламя догорело, и – вот чудо! – лежит на подносе верёвка целая, как была. Узел в виде бабочки завязан.

– На, возьми! – говорит жена Санта.– Отнеси князю.

Пошёл Санта к князю, подал верёвку на круглом подносе.

– Вот, князь, верёвка из пепла. Исполнил я твоё повеление.

– Где? Покажи, быть не может!

Схватил князь поднос, вертит в руках, рассматривает. Но, видно, притаился огонь в пепле. Обжёгся князь, бросил верёвку, на пальцы дует.

Опомнился немного и говорит:

– Хо, подумаешь, трудное дело! Такую верёвку из пепла любой простак совьёт. Задам-ка я тебе задачу потруднее. Принеси мне завтра утром такой барабан, чтобы он сам собой гудел на весь мой дворец. А не принесёшь – пеняй на себя. Заберу твою жену в служанки.

Пришёл Санта домой грустный-грустный и бросился ничком на постель.

Подбежала к нему жена:

– Что с тобой? Что такое?

– Вот когда беда так беда! Требует князь, чтобы принёс я ему к завтрашнему утру барабан-самогуд. Такого, поди, на всём свете нет.

– Ну, это задача нехитрая,– усмехнулась о-Ката.

Отыскала она барабан, сняла с одной его стороны кожу. Спрятала внутри гнездо шершней, а потом снова натянула кожу и хорошо её укрепила.

Гудят шершни, стучатся в стенки барабана: гу-у, гу-у, стук-стук, гу-у, гу-у, стук-стук.

На другое утро отнёс Санта барабан к князю.

– Исполнил я твою волю. Вот смотри, барабан-самогуд. Никто в него не стучит и пальцем его не трогает, а он сам собой гудит так, что стены дрожат.

Вот уж этого князь не ожидал. Закричал он:

– Эй, слуги! Разрежьте кожу на барабане. Хочу я посмотреть, отчего он гудит, какая хитрость в нём спрятана.

Слуги так и сделали. Вылетел тут из барабана рой гудящих шершней. Начали шершни всех жалить. Кого один раз, кого два, а князю всех больше досталось. Бегают все, кричат, руками машут.

Только тогда шум утих, когда всех шершней переловили.

Отдышался князь и говорит:

– Пустое дело – барабан-самогуд. Каждый мальчишка такой сделает. Нет, не оставлю я тебе твою жену.

– Осмелюсь доложить, мне её пожаловал в жёны сам владыка солнечного царства. Она – его родная дочь. Разгневается, пожалуй, тесть мой, если кто её обидит.

– Вздор, вздор! Как ты смеешь болтать мне всякие небылицы! Кто тебе поверит!

– Нет, князь, это чистая правда.

– А если правда, так отправляйся в солнечное царство. Попроси своего тестя, чтоб дал он тебе письмо за своей печатью. Тогда, пожалуй, я поверю. А не исполнишь моего приказа, твою жену в служанки заберу, а тебе велю голову отрубить, чтоб не лгал бессовестно своему князю.

Вернулся Санта домой и со слезами упал ничком на постель. Узнала жена, что князь требует, и немного призадумалась.

– Да, эта задача потрудней других. Но не бойся, я тебе помогу.

Вышла она во двор, подняла глаза к небу и взмахнула чёрным веером раз и другой.

Вдруг послышался такой гул и свист, будто подул сильный ветер. Летит, словно тёмная туча, большая-большая птица с чёрными крыльями.

– Садись птице на спину и не бойся,– говорит о-Ката.– Она отнесёт тебя на самое небо к моему отцу.

Сел Санта на спину птице.

Понесла она вверх. Зажмурил Санта глаза на минуту. Открыл их, а уж земля внизу кажется не больше кунжутного семечка.

Вот прилетел он на небо.

С радостью встретил его одноглазый старик – владыка солнечного царства.

Говорит он:

– Здравствуй, Санта-дон, давно мы с тобой не видались,– и повёл зятя в золотой дворец.

Усадили Санту на шёлковые подушки и подали ему на золотом подносе горы белого как снег риса, а к нему множество вкусных приправ.

– Слышал я, знаю, что князь от тебя требует,– говорит владыка солнечного царства.– Кушай, зять, спокойно, не торопись, а я тем временем напишу князю, чтоб не смел он мою дочь обижать.

Остался Санта один. Пробует он небесные кушанья, одно другого вкуснее.

Вдруг в соседнем покое послышались плач и стоны:

– Ой, ой, хочу риса! Дайте мне хоть рисиночку!

Открыл Санта узорчатую дверь... и что же видит?

Чёрт огненного цвета, ростом великан, на голове рога, прикован к стойлу железными цепями и плачет, роняя большие, как бобы, слёзы:

– Ой, ой, хочу риса! Дайте мне хоть рисиночку!

Принёс добрый Санта полную чашку риса:

– На, поешь, бедняга. Видать, сильно ты проголодался.

Разинул Огненный чёрт свою пасть, глубокую, как жерло пещеры, проглотил рис вместе с чашкой и вдруг разом порвал все цепи, словно паутинки. Завыл он от радости диким голосом и пропал из глаз.

Тут бегом прибежал одноглазый старик. Лицо у него белое-белое.

– Санта, что ты наделал! Этот чёрт давно задумал похитить одну из моих дочерей.

– Твою дочь? Которую? Уж не мою ли жену?

– То-то и беда! Разве можно было его кормить? Он одну пригоршню риса проглотит – станет сильнее тысячи человек. Две пригоршни риса проглотит – так десять тысяч могучих воинов с ним не справятся.

– Не знал я, не знал...

– Боюсь я, унесёт он мою дочь на чёртов остров Кэкэгасима. Лежит этот остров в самой дальней дали моря. Туда и мне доступу нет.

– Ну, коли так, зови скорей птицу с чёрными крыльями, полечу я домой, к своей жене на помощь.

Кликнул владыка солнечного царства птицу с чёрными крыльями. Отнесла она Санту домой.

Только опоздал он. Нет жены дома! Двери распахнуты, один ветер в пустых комнатах гуляет.

«Поплыву хоть на самый край света,– решил Санта,– а жену свою отыщу».

Взял он с собой свою любимую флейту да ещё маску седого старика, положил их к себе за пазуху и пошёл к берегу моря. Стоит на берегу моря лодка с парусом.

Сел в неё Санта и поплыл искать чёртов остров Кэкэгасима.

Долго скитался он по морям. Разные повидал острова: и такой, где людоеды живут, и такой, где у всех людей собачьи головы, и ещё много других. Наконец заплыл он так далеко, где ни один корабль ещё не бывал.

Однажды утром увидел Санта: торчит из моря чёрная гора, а над ней красный огонь пылает.

Вышел Санта на берег и весело заиграл на своей флейте: пироро-пироро.

Тут сбежались к нему со всех сторон чертенята. Бьют в ладоши, пляшут.

Спрашивает Санта чертенят:

– Не знаете ли вы, где живёт Огненный чёрт?

– Как не знать? Он у нас самый главный. Пойдём с нами, покажем.

Показали они Санте пещеру в горе.

Подошёл он к самому входу и тихо-тихо заиграл на флейте.

Услышала его жена знакомые звуки и залилась слезами.

– Что с тобой? Отчего ты вдруг заплакала? – спрашивает её Огненный чёрт.

– Слышишь, флейта играет. Сердце у меня так и защемило.

– Ого! С чего бы это? Уж не твой ли муж-флейтист играет там у входа?

– Не говори глупостей! Как он сюда попал бы! Просто я с самого детства люблю звуки флейты. Не могу без слёз слышать, так люблю.

Надел Санта на лицо маску старика и вошёл в пещеру. Не узнал его чёрт.

– Играй, – говорит,– да смотри, повеселее, а я своих приятелей созову, устрою пирушку.

Вот собрались в пещеру черти самых разных цветов: синие, красные, жёлтые. Заиграл Санта на флейте весёлый напев. Запрыгали черти, заскакали, закружились в пляске. Всё быстрей играет Санта, всё быстрей пляшут черти. Наконец, пьяные и усталые, повалились они на пол рядами. Храпят так, что пещера дрожит.

Тут схватил Санта жену за руку:

– Бежим скорее!

– На твоём челноке мы далеко не уплывём,– отвечает о-Ката.– Догонят нас черти сразу.

– Что же нам делать?

– Тут в пещере спрятана волшебная колесница. Стукнуть по ней один раз железной палицей, она тысячу ри[2]2
  Ри – японская мера длины: около четырёх километров.


[Закрыть] пролетит.

Выкатили Санта с женой из пещеры большую колесницу. Вскочили на неё и ударили по ней железной палицей:

– Колесница, колесница, лети отсюда побыстрее!

Взлетела колесница на воздух. Мчится, только ветер в ушах свистит. Вот и остров Кэкэгасима из виду скрылся. Обрадовались Санта с женой, полегчало у них на сердце.

Но тут, как на грех, очнулся от сна Огненный чёрт.

– Беда! Беда! Украл флейтист небесную деву. Проснитесь, черти, вставайте!

Повскакали черти, глаза протирают.

– Скорее тащите из железной кладовой нашу самую быструю колесницу! – вопит Огненный чёрт. Глаза у него от злости во лбу как колёса вертятся.

Притащили черти колесницу. Была она куда больше первой и могла лететь в десять раз быстрее.

Вскочили на неё все черти, сколько их было. Кому места не хватило, тот влез на плечи к другому.

Ударил Огненный чёрт колесницу железной палицей с такой силой, что искры брызнули.

– Лети, лети быстрее бури. Догоняй беглецов!

Мчатся черти, огненный след за ними по воздуху стелется.

Увидали они Санту с женой и заорали громче раскатов грома:

– Держи, держи! Попались! Не уйдёте от нас.

Уж совсем черти близко. Вот-вот когтями схватят.

Тут достала о-Ката чёрный веер и быстро-быстро им замахала.

– Лети, лети к нам, птица! Защити нас, птица!

Вдруг появилась над ними чёрная птица. Крыльями беглецов прикрывает, лапами колесницу с чертями отпихивает. Стали черти стрелы в чёрную птицу пускать, копья в неё метать. Обернулась птица да как клюнет носом вражескую колесницу!

Перевернулась колесница вверх дном – и камнем в воду. Тут все черти и потонули.

А Санта с женой полетели к владыке солнечного царства. Обрадовался он, ласково их принял и долго от себя не отпускал.

Собрались наконец молодые к себе домой. Дал им старик на прощанье письмо за своей печатью.

Пошёл Санта в замок, подал князю письмо.

А в письме написано:

«Я, повелитель солнечного царства, выдал дочь свою замуж за флейтиста Санту. Худо будет тому, кто им зло причинит».

Вспыхнул князь от гнева:

– Опять ты морочить меня вздумал пустыми выдумками. Настрочил это письмо по твоему приказу какой-нибудь наёмный писец и подложную печать приложил. Но меня не проведёшь. Вот тебе твоя грязная бумажонка!

И бросил письмо на пол. Вдруг вспыхнуло оно ярким пламенем.

Бросились слуги тушить пламя. Пробуют затоптать его, залить водой, а пламя всё сильней разгорается.

Запылал княжеский дворец, как большой костёр.

Тут напал на князя страх.

Стал он просить у Санты прощенья голосом слабым, как писк цикады:

– Никогда больше тебя не потревожу, золотом осыплю, только избавь меня от гнева твоего грозного тестя.

И тут вдруг пламя само собой погасло.

– Ничего мне, князь, от тебя не надо, только оставь нас в покое.

С той поры зажил Санта со своей женой в мире и довольстве.

Желаю счастья! Желаю счастья!