Текст книги "Однажды суровой зимой (СИ)"
Автор книги: Елена Михалева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)
Вендал кивнул. Сглотнул.
– Когда они доберутся сюда? – принц сжал руки чародейки.
– Завтра, – ответила она. – Ближе к вечеру. Мы будем готовы. И завтра ты уже будешь ночевать дома в Кархолле, в своей собственной кровати, – она улыбнулась. Хотела ободрить его. Но улыбка вышла рассеянной. – Не бойся. Я готова. Мы с ними справимся.
– Я не боюсь, – в голосе принца действительно был не страх. В нем звучало то, чего Эстлин слышать не хотела.
Чтобы не дать ему сказать какую-нибудь глупость, о которой им обоим пришлось бы потом жалеть, она обняла его теснее и прижалась губами к его губам. Медленно и требовательно начала развязывать завязки на вороте его рубахи.
– Эстлин, – выдохнул он между поцелуями.
– Давай не будем терять времени? – прошептала она, покрывая шею Вендала поцелуями.
– День 9 –
Они лежали, обнявшись, все утро. Вендал неспешно гладил девушку по спине. Она пребывала в сладкой полудреме. Принц то и дело касался ее ангельских стигм на лопатках. Шрамы были прохладными на ощупь. Он все гадал, чувствует ли она что-то особенное, когда он касается этих тонких серебристых рубцов. Приятно ли ей? Или, напротив, она ощущает дискомфорт? А еще Вендал не мог перестать любоваться ею.
– Твои стигмы прекрасны, – он поцеловал знаки ангела на лопатках девушки. Сначала на правой. Потом на левой.
– О, да! – усмехнулась чародейка. – Особенно демонические хороши!
Тогда Вендал потянулся к ее ступням, чтобы поцеловать и их. Но девушка вывернулась и, смеясь, накрылась одеялом.
– Ты с ума сошел? – сквозь смех произнесла она. Замотала головой, выражая горячий протест.
– Я серьезно, – принц поймал одну ногу девушки под одеялом и погладил бугристые стигмы демона. – В тебе все прекрасно. Все отличает тебя от простых людей. А стигмы – это главные твои украшения. Носи их с гордостью, моя госпожа.
Вместо ненужных слов она внезапно высвободилась из-под покрывала и обвила его шею руками. Прижалась так крепко, как только могла. Вендал заключил ее в объятия в ответ.
Прошло чуть больше недели. Но Эстлин Авершам оказалась совсем другой. Не такой, как рассказывали легенды. Вместо горделивой и пугающей героини он нашел в этом домике одинокую девушку, рано потерявшую семью, выращенную в ордене чародеев и отданную в возрасте четырнадцати лет этими чародеями ангелам для священной миссии по спасению мира. Она говорила, что Малисса, Далейн и Кердас стали ее семьей в ходе войны и многолетних странствий. Она доверяла только им, но при этом было нечто, что заставило ее все бросить и отправиться жить отшельницей в горы на целые месяцы лютой зимы. Эстлин словно бежала от чего-то.
Чародейка казалась ему ироничной и простой в общении. Она задавала вопросы напрямую и делала неожиданные выводы. Но при этом не была бестактна, как ему по началу показалось.
Вендалу совершенно не хотелось думать о том, что вот-вот заявятся его преследователи. Вместо этого он продолжал наслаждаться обществом женщины, которую вынужден был в скором времени оставить.
Авершам тоже молчала о грядущем сражении. Она будто бы даже и не готовилась. Вылезла из постели ближе к обеду. Как ни в чем ни бывало пожелала доброго утра. Принялась готовить завтрак. Пожарила яйца и сосиски. Заварила очередной безумный чай из трав и ягод. Вендал поймал себя на том, что успел полюбить эти пряно пахнущие отвары с внезапным сочетанием вкусов.
Пока принц мыл посуду, она разложила на полу свои амулеты и долго нашептывала над ними что-то. Магические предметы тихо позвякивали и переливались в ответ.
А Вендал не мог отвести глаз. Как золотистые блики пляшут по ее волосам, когда в свете горящего пламени она заплетает их в косу. Как прищуривает бирюзовые глаза, когда слушает отклики амулетов. Как хмурит брови или едва уловимо улыбается, чуть наклонив голову. Тонкая и нежная. Необузданная стихия в хрупком сосуде. Как можно было не восхищаться ею?
Но Авершам не просто колдовала над магическими реликвиями. Она тайком наблюдала за принцем. Ловила на себе его теплые взгляды. И не могла понять, как он, наследник трона, может считать ее привлекательной. Как не боится ее, если все, кого она встречает на своем пути, напуганы? Или это просто игра ее воображения? И все дело в обычном влечении и горячей крови? А может он не успел насытить своего любопытства? Эта мысль раздражала Эстлин. Несмотря на все проведенные вместе дни и ночи, она продолжала отрицать очевидное. Простой факт, который стоял перед ней яснее, чем Пики Найсада. Вендал стал дорог ей.
Словно бы прочитав мысли, принц сел к ней поближе. Обнял сзади и уткнулся лицом в плечо. Стало щекотно. Она тихо засмеялась.
– Что ты делаешь? – спросила она с улыбкой.
– Думаю, – неопределенно ответил Вендал.
– О чем? – она отложила в сторону амулет и обняла его руки, обхватывающие ее поперек талии.
– О разном, – уклончиво произнес принц. – О том, что случилось. И что еще случится. О том, что ждет нас сегодня. Как ты, такая милая и худенькая, встретишь демонов.
Она усмехнулась.
– Я встречу их так, что они захотят обратно в адскую домну, – пообещала она. – На дом наложены чары, которые ни одно исчадие Преисподней не сможет преодолеть. Стоит демону подойти слишком близко к двери, и ангельский огонь обратит его в пепел. Поэтому не выходи за порог ни при каких обстоятельствах.
– Я не хочу прятаться за твоей спиной, – возразил наследник Кархолла.
– Вендал, – она покачала головой. – Ты сам говорил, что даже твои лучшие люди оказались бессильны против демонов. Да что там. Мантикоры не смогли их одолеть. Я прошу тебя, – она слегка замешкалась, подбирая наименее обидные слова.
– Не мешаться под ногами? – подсказал принц.
Она медленно кивнула. Мысленно поблагодарила судьбу за то, что в этот момент не смотрит ему в глаза.
– Я справлюсь, ты же знаешь, – добавила она. – Не переживай.
– Сложно не переживать, – он поцеловал ее в шею. – Я верю в тебя, конечно. Ты же Эстлин Авершам. Но до сих пор не могу понять, как же тебе все-таки удалось одолеть Владыку Преисподней? Все дело в твоем обучении у чародеев? Или в крови нефилима?
Эстлин невольно напряглась. Ее сомнения по поводу простого человеческого любопытства, что могло терзать принца, вспыхнули вновь. Был ли этот вопрос невинными интересом, беспокойством за ее жизнь? Или правда за ним скрывалось желание разузнать то, что не удалось другим?
– Сама не понимаю до конца, как мне удалось, – Авершам нахмурилась.
Она высвободилась из объятий и села к нему вполоборота. Так, чтобы видеть лицо Вендала. Но любопытства во взгляде не было, только тревога и ласка, которую прежде никто и никогда ей не дарил.
– Ты ведь слышал о Пророке? – задумчиво спросила она.
– Старец, который появляется в особо важные моменты и глаголет великие откровения? – принц приподнял одну бровь.
– Именно он, – кивнула чародейка. – Он ехал с нами до самого Эдвермора. Рассказывал о нашем предназначении и своих видениях. Рассказывал довольно туманно и только о том, что считал нужным упомянуть.
– Очень похоже на поведение всезнающего мудреца, – заметил Вендал. Он пытался понять, к чему она клонит.
– Но однажды вечером, когда мы уже были близки к границам Эдвермора, я осталась одна у походного костра, – Эстлин сделала паузу. Потерла лоб. Будто собиралась с мыслями. Или решалась что-то сообщить, – Я сохраняла спокойствие. Держалась терпеливо и молчаливо. Но на самом деле мне было страшно до головокружения. И тогда Пророк подошел ко мне, наклонился и сказал так, чтобы только я могла услышать: «Это сделаешь ты. Я видел твою победу». Он сказал это и растворился в ночи. Больше его в лагере не видели.
– Ни в одной легенде об этом нет ни слова, – заметил принц.
– Потому что я никогда об этом не рассказывала. Даже другим нефилимам, – призналась Авершам. – Боялась подорвать их веру в себя.
– Понимаю, – Вендал сжал ее ладонь. Пальцы девушки были холодны.
– А еще, – продолжала чародейка. – Я даже не до конца была уверена, что старик не соврал мне. Думала, что он мог сказать это, как самой младшей, чтобы просто мне не было так страшно идти в Эдвермор. Но знаешь, что? Это сработало. Дальше я шла, как горячий нож сквозь масло. Привела в восторг всех вокруг своими умениями. И я начала верить в последние слова Пророка. Вера в победу вела меня. А в ушах звучали слова Пророка, когда я оказалась один на один с Владыкой Преисподней. И, возможно, это и дало мне…
Эстлин вдруг замерла. Напряглась всем телом. Как настораживается лань, услышавшая позади себя шорох. В тот же миг амулеты под притолокой и на полу зашумели. Пробудились. Поначалу шум был отдаленным, но постепенно нарастал подобно гудению пчелиного роя.
Авершам в последний раз коротко сжала пальцы принца. Заглянула ему в глаза как-то по-особенному, как прежде никогда не смотрела. А потом она встала.
– Одевайся, – скомандовала чародейка. – Они скоро будут здесь. Уже совсем близко.
Вендал мельком глянул в окно. На улице темнело. Однако, снегопада не было. Юноша тотчас представил, какой пронзительный холод царит снаружи по сравнению с уютным теплом натопленного домика. Он так привык находиться здесь, в комфорте и безопасности. Как удалось ей отгородить его от долгих месяцев ужаса за считанные дни? Как смогла исцелить душу, которая позабыла обо всем, кроме страха и отчаяния? И вот теперь говорит, что они рядом. Догнали его. И он должен встретиться с ними лицом к лицу. Снова.
Принц принялся натягивать теплую одежду – свои немногочисленные пожитки. Свитер, теплые носки, сапоги, полинявшую куртку с меховым воротником. Все это время он неотрывно наблюдал за Эстлин. А она будто позабыла о нем вовсе.
Девушка достала из сундучка стопку одежды. Она одевалась быстро и проворно. Черные брюки. Белая рубашка. Темно-зеленый жилет из кожи, похожий на корсаж. Короткая меховая безрукавка. Ее высокие сапоги. Все застежки и крючки, казалось, застегивались сами собой. Одежда ложилась легко и удобно. Быстрым движением она затянула волосы в хвост на затылке. Легко подняла с пола посох.
Принц смотрел, как она одевается. А сосущее чувство тревоги нарастало. Скажи кто-нибудь прежде, что его будет защищать сама Авершам, он бы даже не дрогнул. Был бы полностью уверен в ее непобедимости. Но сейчас между ним и демонами из жуткого кошмара должна была встать она. Его нежная Эстлин. И ему было абсолютно не все равно, что станет с ней.
Она распахнула дверь. Прислушалась. Ранние зимние сумерки неотвратимо густели снаружи. Мрак будто живое существо наползал на жилище отшельницы со стороны леса. Казалось, тьма меж деревьями у кромки леса неспроста такая непроглядная и не естественно плотная.
– Не выходи, что бы ни происходило, – повторила она, обернувшись через плечо.
Вендал подошел к ней. Встал рядом на пороге домика и спешно поцеловал в щеку.
– Будь осторожнее, хорошо? – попросил он.
Эстлин ничего не ответила. Но что-то изменилось в ней. В ее осанке. В том, как развернулись плечи. Как перехватила она посох правой рукой, выходя на мороз.
Стоило сапогам чародейки ступить на снег, как воткнутые по всему двору факелы на высоких жердях сами-собой загорелись голубым огнем. Ангельский пламень разогнал подступающий мрак. И тогда Вендал увидел их.
Из-за высоких деревьев показались пятеро демонов и огромный пес из Преисподней. Снег жалобно хрустел под их ногами. Твари, коих не должно быть в Срединном Мире никогда. Уродливые злобные личины. Рогатые, хвостатые тела, лишь в общем напоминавшие человеческие. Безгубые рты с длинными иглами острых желтых зубов. Облаченные в подобия одеяний из обрывков шкур и кожи. В безумных глазах горел восторг охотников, загнавших беспомощную добычу в угол. Они смотрели мимо девушки. Туда, где на пороге стоял принц.
Вендал пытался убедить себя в том, что с ним сейчас та, кого сам Владыка Преисподней не смог остановить. Но постыдный страх все равно сковал тело. По спине пробежал мороз. Он разом вспомнил месяцы в бегах. Постоянный ужас. Сидение в колодце. Близкую смерть от голода и обморожения. Гибель тех, кто защищал его. Неотвратимую мучительную гибель. И вот они снова здесь. А между ними только хрупкая девушка с ласковыми руками.
Эстлин тем временем неспеша вышла на середину двора и остановилась. Незваные гости приблизились. Один из них, самый высокий, в громоздком плаще из черной кожи, растянул рассеченный фиолетовый рот в дикой ухмылке и уставился на чародейку. В его янтарных глазах зрачков не было вовсе.
– Принц – наш. Отдай его, ведьма, – прошипел он.
В ответ Эстлин чуть приподняла подбородок и медленно произнесла:
– Отдайте мне свои головы. В них я найду все, что мне нужно.
А дальше Вендал понял одно: Эстлин, милой, доброй Эстлин, что заботилась о нем, больше не было. Осталась лишь Авершам. Та, кого вырастили чародеи для борьбы с силами тьмы. Девушка, победившая самое страшное из всех возможных зол.
Легко, точно былинку, она вскинула над головой ангельский посох, взмахнула им. Сноп искр рассек воздух. Сеть сполохов замкнула факелы голубого пламени в единую цепь. Цепь распространилась дальше, в глубь леса, где на отдельных деревьях оживали все новые и новые руны. Прямо на глазах развернулась громадная паутина голубых нитей. И демоны оказались внутри нее. Мошки, попавшие в ловушку паука. А посох с шипением воткнулся перед Авершам в снег.
Завязалась битва, какую Вендал никогда прежде не видел. И Эстлин он себе такой не мог представить. Нежная девушка была звенящей тетивой. Мечом, разрубающим кости врагов. Их вонючая черная кровь веером разлеталась в воздухе и оскверняла белый снег.
Трое демонов сгорели в ангельском огне, не успев даже приблизиться. Один попытался обойти сбоку, но молния ударила с неба и заставила дергаться в конвульсиях до тех пор, пока он не испустил дух. Пятый из них, самый главный, спустил пса.
Впрочем, у нат-шага и обычной собаки общего были лишь четыре лапы, да неукротимая жажда загнать преследуемую добычу. Гротескная тварь, вылепленная безумным нефилимом в горнилах Преисподней сотни лет назад. Зубастый ящер с острыми рваными ушами, змееподобным хвостом и черной липкой слизью на чешуйчатой коже. Вероятно, в его глазах горел бы неутолимый пламень. Если бы глаза у него были.
Нат-шага ринулся на чародейку огромными скачками. Кровавая пена в оскаленной пасти заставила бы любого бежать прочь в ужасе. Но Авершам не шевелилась, пока монстр чуть не прыгнул на нее. Эстлин легко шагнула в сторону, пропуская нат-шага. Развернулась точно в танце.
Смрадным дыханием обдало лицо, но она даже не заметила этого. Прежде, чем зверь успел сообразить, что проскочил мимо жертвы, она рубанула посохом, как палач рубит мечом. Прямо по толстой шее чудовища.
Ангельское оружие сверкнуло голубым светом и рассекло демоническую плоть. Голова упала в снег. Тело юзом проехало вперед и замерло в метре от ног Вендала. Черная кровь хлестала из разрубленной шеи.
И тогда пятый демон пружинисто оторвался от земли. Он разверз за спиной кожистые крылья, которые принц ошибочно принял за странный плащ.
Исчадие Преисподней устремилось вверх, а потом камнем упало к Авершам. В его руках сверкнуло лезвие меча. Клинок окутал черный пламень. Но чародейка вновь уклонилась. Отвела удар посохом. Заклятием выбила клинок, а потом левой рукой схватила демона за шею и произнесла:
– Не видишь, кто стоит пред тобой, тварь?
Вендал не мог видеть лица Эстлин, но голос напугал его. Так не может звучать голос человека. А уж голос хрупкой девушки – тем более. Демон визжал и бился. И странное дело: он ведь был на голову выше Авершам, но высвободиться их ее хватки не мог, как ни старался. Словно бы даже коснуться девушки не мог. Задергал руками, как марионетка, которая силится разорвать ниточки, но никак не может. Вся ярость отродья мигом улетучилась. Он затрещал что-то на своем родном языке. Будто молил пощадить его. Но девушка не ослабила хватки.
– Кто прислал тебя? Отвечай! Я приказываю! – ее голос эхом отозвался по округе, грозя вызвать снежную лавину.
– Человек из дома Винграйнов! – спешно прошипел демон. – Пощады, моя владычица! Пощады! Я все скажу!
– Что за человек? – она неумолимо встряхнула демона. Синий пламень заструился по коже ее руки тонкими нитями и потек прямо к твари.
– Тот, кто носит черные четки на шее, но в душе носит гораздо больше черноты, – он явно торопился выдать своего хозяина. – Он нанял нас, о владычица. Мы столько лет просидели в норах, забытые всеми. Нам был нужен тот, за кем идти. Прости! Молю! Если бы только ты…
Но договорить Эстлин ему не дала. Ее рука сжалась еще сильнее, и тело демона поглотил голубой пламень. Она с презрением отшвырнула его догорать в снег и повернулась к Вендалу.
– Ты понял, о ком он говорил? – спросила чародейка оторопевшего принца.
Свободной от посоха рукой Авершам взяла отрубленную голову нат-шага за уродливое ухо. Кровь тотчас полилась ей на ноги, прямо на сапоги.
Наследник Кархолла не мог поверить увиденному. Всего каких-то пара минут. И все закончено. А она будто и не замечает, что густая черная жидкость пачкает ее обувь.
– Да, – принц попытался как можно скорее прийти в себя. – Это магистр Тирус Абиалли.
– Друг детства твоего отца? – чародейка презрительно фыркнула. – Ну, конечно. Все эти советы. Женись второй раз, – процедила она сквозь зубы. – Выбери мою дочь. Ой, кажется, твоя королева смертельно больна. А единственного сына преследуют демоны. Какая досадная случайность, мой король! – она выругалась себе под нос. – Какая же я дура, что не догадалась сразу.
Она начертила посохом руны прямо в воздухе, чтобы открыть сияющий портал.
Портал Вендал видел впервые. Он ожидал, что в воздухе откроется дверь, за которой увидит место назначения. Или черная дыра разверзнется в земле, чтобы можно было шагнуть прямо в нее. Но вместо этого принц увидел, как из светящихся символов с шипением начинают медленно вырастать ветвистые узоры, похожие на морозный рисунок на стекле. Легкое голубое свечение пульсировало на их поверхности, а воздух меж узорами словно бы густел и становился матовым. Отчетливо запахло грозой. Волшебный узор разросся до размеров гигантского колеса в человеческий рост. Узор на границах этого колеса дрожал и менялся, словно бы не мог решить, расти дальше или начать собираться обратно. По поверхности то и дело пробегала рябь, благодаря которой становилось ясно: чтобы выйти на другую сторону, придется пройти сквозь удивительные чары.
Принц наклонил голову. Чуть приоткрыл рот от удивления.
– Прикрой дверь в дом и иди за мной, – велела Эстлин, не глядя в его сторону. – Пора обрадовать твоего отца.
– Кархолл -
Король Орис Винграйн восседал во главе длинного стола. Банкет накрыли к ужину на тридцать человек. Помимо магистров и приближенных за столом собрались так же прибывшие на поиски принца чародеи и следопыты из тех, что пользовались особым уважением. В том числе и трое нефилимов. Музыка в зале не звучала. Знамена были приспущены. Лишь скорбно звенели приборы о королевский фарфор.
Слуги подавали крольчатину в вине, когда внезапно все люстры и канделябры, а также посуда на столах затряслись. С низким гулом раскрылся портал в конце зала.
Будто голубая молния распорола воздух и зазмеилась в разные стороны. Растеклась, приобретая причудливые очертания не то растений, не то чернильных клякс. Воздух внутри загустел. Завибрировал невероятным голубым светом. Поверхность портала казалась сплошной живой пеленой, но из нее вдруг вырвался порыв ледяного ветра и несколько снежинок. А затем вышла Авершам с мрачным видом. В одной руке – ангельский посох. В другой – громадная уродливая голова, с которой капала черная кровь. А за ней в зал вошел принц Вендал. Ну как вошел? Ввалился, скорее. Споткнулся. Едва удержался на ногах. Взмахнул руками, словно ища опоры. Заозирался по сторонам. И несколько успокоился, когда понял, что, наконец, очутился дома. Улыбка расцвела на его похудевшем лице.
– Сынок! – король спешно поднялся с места.
Вместе с ним встали все присутствующие.
– Потом будете радоваться, ваше величество, – холодно сказала Авершам, решительно шествуя по залу с кровавым трофеем в руках. – Сначала побеседуем без посторонних.
Она нашла взглядом Кердаса и быстро показала глазами на кого-то из присутствующих.
– Взять его, – коротко велела чародейка.
Кердас, гора мышц, а следом за ним и гибкий как плеть Далейн без вопросов выполнили то, что велела сестра. Они привыкли верить ей больше, чем себе. Нефилимы подхватили под руки невысокого лысого мужчину в роскошных одеждах магистра, поверх которых висели красивые черные четки, и поволокли прочь из зала, несмотря на протесты.
– Что вы себе позволяете! – кричал он. – Ваше величество! Что происходит?!
– Ну что же вы так, магистр Абиалли? – сокрушенно покачала головой Малисса и пошла следом. – А я до последнего надеялась, что вы порядочный человек.
Когда она поравнялась с Авершам, то нежно тронула сестру за руку. Та лишь кивнула.
Тем временем король уже обнимал сына со слезами радости на глазах.
– Потом, ньяли, – тихо сказала Эстлин целительнице. – Простите за испорченный ужин, ваше величество. Но вы нужны нам для личной беседы. Вы и принц Вендал. Больше никто.
Две женщины пошли за нефилимами и пленником прочь из зала. Король и принц последовали за ними. При этом Вендал что-то шепнул отцу в самое ухо. Ничего не понимающие придворные зашептались. Кто-то попытался встать и пойти за королем.
– Никто, я сказала, – не оборачиваясь, отрезала Авершам.
Кердас и Далейн проволокли вяло сопротивляющегося мужчину по коридору мимо растерявшихся стражников. Бедные служители порядка не знали, что и думать. Одного из тех, кого привыкли уважать и беспрекословно слушаться тащат двое героев, с которыми связываться они никак не желали. А следом шла та самая Авершам с ангельским оружием в одной руке и отрубленной головой чудовища в другой. Завидев ее, стражники чуть не покинули свой пост. Благо странную процессию замыкал сам король в компании невесть откуда взявшегося принца Вендала.
– Все в порядке, – сказал им Орис Винграйн.
И никаких объяснений более. Впрочем, пока что он ничего и не мог объяснить.
А братья нефилимы тем временем втащили магистра Тируса Абиалли в небольшой зал в конце коридора. В этом зале не было ничего, кроме рыцарских доспехов разных эпох да громадных портретов семейства Винграйнов всех поколений.
– Поговорим здесь, магистр, – Авершам швырнула безглазую голову на белый мраморный пол в центре зала.
Следом за ней полетел и Тирус Абиалли. Он поднялся на четвереньки и пополз в сторону, но Далейн преградил ему дорогу.
Тогда некогда почтенный служитель короны попытался добраться до своего короля, но это не дал сделать Кердас. Огромный воин наступил ему на край мантии и рявкнул:
– Сидеть!
Тирус покорно сел. Губы его дрожали.
– Орис, прошу, – простонал он. – Скажи этим людям, что я не понимаю, чего от меня хотят.
Но король не ответил. Он встал чуть в стороне и скрестил на груди руки в ожидании. По обе стороны от него встали Вендал и Малисса, которая предусмотрительно задержалась, чтобы закрыть за ними двери в зал.
– Уважаемый магистр, – начала Авершам.
Однако, ничего уважаемого в этом человеке она не видела. Обычный скользкий тип, готовый идти по головам ради собственной выгоды. Лысый поджарый мужичок в дорогих мантиях, похожих скорее на дамские платья, нежели на мужские одеяния. Обряди его в белый фартук и колпак – и он сойдет за пекаря. Натяни черный кафтан и очки – и вот тебе учитель в деревенской школе. Но, судя по всему, метил он не в пекари. Да и примерять планировал вовсе не фартуки. Подбитая белым соболем мантия самого Ориса Винграйна не давала ему спать по ночам. Эстлин была в этом абсолютно уверена. Ключом для ее портала служила голова нат-шага. Демонический пес знал запах нанимателя. И этого было достаточно, чтобы привести их в Кархолл и подтвердить подозрения.
– Узнаете питомца? – она кивнула в сторону головы, возле которой начала собираться черная лужица.
– Откуда я должен знать ваших…
Она стукнула посохом по полу. Коротко и один раз. Звук эхом разнесся по залу.
Абиалли вздрогнул и замолчал.
– Демоны, которых вы наняли, чтобы убить принца, – терпеливо продолжала чародейка, – привели с собой эту тварь. И тварь запомнила ваш запах, магистр. Я могла бы не поверить словам демона перед его смертью о том, что нанял его человек из дома Винграйнов. Тот, кто носит черные четки на шее, – она показала кончиком посоха на обсидиановое украшение, похожее на бусы. – Демон мог и обмануть меня. Но дело в другом. Нат-шага обладают особой памятью. Запахи они запоминают отменно. Стоит один раз учуять, и все…
Тирус зарыдал в голос. Внезапно и истерично. Закрыл исказившееся лицо руками.
Авершам подняла брови. Все оказалось проще, чем она думала.
– Ох, магистр! – Малисса нахмурилась. – Ну зачем же вы так со своей семьей?
– Он мне не семья, – процедил Орис Винграйн, который крепко сжал руку сына. – Он чуть не лишил меня семьи.
Эстлин открыла рот, чтобы озвучить вертевшееся на языке возражение. Но отчего-то передумала. И вместо этого сказала:
– Магия портала привела нас к тому, чьи приказы выполняли демоны. Запах особого человека. Человека с черными четками, если верить словам демона. И я снова засомневалась. Ведь демонам верить нельзя, – Авершам заметила, что магистр затих и прислушался. Видимо, почувствовал надежду. – Чтобы открыть портал, я использовала его голову, как якорь. Связав ее с тем, кто был нанимателем, и тем, кто носил обсидиановые четки. Вам есть, что сказать, магистр? Или перейдем сразу к пыткам?
Тирус снова зарыдал.
– Пожалуйста, – взмолился он. – Я не могу.
– Можешь, конечно, – Кердас громко и отчетливо хрустнул костяшками пальцев. – Расскажи нам о том, что заставило тебя пойти на предательство.
Магистр вздрогнул, точно от удара. Звук и правда вышел устрашающим. Да и сам облик высокого грозного нефилима внушал трепет. Взгляд его по-нефилимски бирюзовых глаз разительно отличался от остальных: он был тяжелее и жестче. Это сложно было не заметить. Как и сложно было отказать, если он приказывал.
– Я, – магистр всхлипнул и затравленно глянул снизу вверх на великана. Потом перевел взгляд на Авершам, точно ища защиты. – Я давно планировал переворот. Это правда. Нет смысла отпираться.
Он вновь спрятал лицо в ладонях. Но уже не плакал. Лишь тяжело дышал.
Пауза слегка затянулась.
– Вероятно, у вас были благие намерения, магистр, – предположила Авершам. Она говорила очень спокойно. Казалось, после всего, что случилось с Вендалом, она должна разорваться Абиалли на кусочки. Но вместо этого она копалась у него в голове, как иной шахтер в поисках заветного алмаза, – У всех они есть. И, безусловно, в помыслах каждого они благие. Позвольте же узнать ваши.
Она кончиком посоха слегка подтолкнула его в ногу. Голубая искра пробежала по ангельскому оружию с легким треском и растаяла, едва коснувшись дорогих одеяниях бывшего советника. Тот вздрогнул и уставился на чародейку со смесью страха и отвращения.
– Я вырос с Орисом. Делил с ним все его печали. И я как никто другой заслужил разделить с ним власть в королевстве. Но что я мог? Мальчишка без роду и племени…
– Я сделал тебя магистром! Ближайшим своим советником! – прогремел король. – Это пустой разговор! Какие мотивы могут быть у предателя, кроме предательства?!
– Я хотел стать частью семьи, – не глядя на короля, ответил Тирус Абиалли. – Сначала думал сделать все мирно. Хотел женить Ориса на сестре. Потом на старшей дочери…
– А потом и сам хотел жениться, – язвительно усмехнулся Далейн.
Авершам сердито глянула на него и поджала губы. Малисса покачала головой, слегка кивнув в сторону короля, чьи глаза округлились от удивления.
– Простите, ваше величество, – светловолосый нефилим поднял вверх руки. – Не сдержался. Шутка неуместная.
– Продолжайте, Магистр, – велела Авершам, чтобы поскорее замять этот эпизод.
А про себя подумала, что неплохо было бы поговорить с Далейном на тему его шуток при дворе Кархолла. Стоило напомнить о том, что у Ориса Винграйна с чувством юмора было очень плохо.
– Но король выбрал себе невесту сам. Не стал слушать меня, – голос магистра зазвучал тише. Речь стала сбивчивее. Будто и говорить ему не хотелось. И признания давались с трудом. Но страх перед нефилимами оказался сильнее. – Женился на Кесанне Ланерли. Я был оскорблен. Даже планировал убить короля после женитьбы, как только появятся дети. Однако, ни один из моих планов не осуществился. Орис даже не погиб в войне. И тогда я решил отомстить. Решил избавиться от единственного наследника, а потом добиться, чтобы король назначил наследниками моих детей. Как детей названного брата…
– Достаточно! – рявкнул король. Однако, взял себя в руки и заговорил сдержаннее. – Я услышал достаточно. Будет суд перед всем королевским двором. И ты еще раз расскажешь все. Подробно.
– И кто казнит меня, Орис? – магистр впервые поднял покрасневшие глаза на короля. – Палач? Ты сам? Или один из твоих ручных нефилимов?
Вендал внезапно дернулся. Принц хотел сказать очень многое и еще больше сделать. Но отец удержал его жестом.
– Суд решит, – холодно ответил Орис Винграйн. – После твоих признаний даже свидетели будут не нужны.
– Ваше величество, – вдруг обратилась к нему Малисса. – Свидетели тоже есть. Все время пребывания в вашем дворце я общалась со слугами. Среди них гуляет слух, что однажды летом они видели странно одетых людей в саду посреди ночи, и будто бы сам магистр Абиалли беседовал с ними.
– Пришли ко мне этих слуг, – кивнул король. – Я допрошу их лично.
Орис Винграйн посмотрел на бывшего магистра, как на вылетевшую из платяного шкафа моль. С презрением и нескрываемым отвращением.
– Я мог ожидать предательства от кого угодно, но не от тебя, – процедил он. – Годы плечом к плечу. Я рассчитывал на тебя. Доверял тебе. Ты был первым, кто взял моего сына на руки. Ты радовался тогда вместе со мной. И ты же принял холодное решение убить его.
– Конечно, он и не думал, что принц спасется от демонов, – вставил Далейн с присущей ему язвительной улыбкой. – Будет успешно бегать от них по диким землям, да еще и найдет себе такую покровительницу, как Авершам.
Все взгляды вновь устремились к Эстлин, которая и бровью не повела. Однако, вновь напомнила себе о том, что с Далейном надо будет пообщаться.
– Стража! – крикнул король.
Двери распахнулись. Четверо стражников, напряженно ожидавших снаружи, вошли внутрь и встали по стойке смирно.
– Бросить Тируса Абиалли в темницу, – приказал правитель Кархолла.
Стражники выполнили приказ своего короля беспрекословно. Они привыкли к тому, что волю Ориса Винграйна положено исполнять, не задавая вопросов. Даже если нужно заковать в кандалы самого влиятельного человека в королевстве.
