Текст книги "Железная Воля (СИ)"

Автор книги: Елена Червоная

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 31 страниц)

Дальше Нортон смотреть не смог. Он мягко отпрянул от нити и коснулся другой ее части, ощущая теплую пульсацию под пальцами. Интересно, у каждого ли человека настолько много нитей? Или ими мог похвастаться только Владыка Валоры? Казалось, что все его сознание состояло из разных судеб, переплетенных в один непонятный узел. Кое-где они надрывались, где-то были грубо связаны между собой, и только две из них тянулись ровной мягкой полосой. В одну из них он проник.

Чьи-то заботливые руки погладили горячий лоб. Они такие грубые на ощупь, но приятные. Внутри стелилось сладкое чувство преданности и чего-то, что было непонятно Нортону. Сквозь мутный взгляд можно было разглядеть дьяволицу с короткими волосами, которая активно выжимала тряпку. Что-то прохладное легло на голову, остужая жар.

– Иви, я хочу пить, – тонкий голосок из потрескавшихся губ заставил девушку вздрогнуть.

– Хвала Сатане! Ты выжил. Прости меня, это все я виновата.

Дьяволица набирает холодную воду из миски и протягивает чашку Мирану. Прохладные капли на деревянной поверхности неприятно скатываются по пальцам. Прохлада охлаждает изнутри, мальчик шумно сопит, не отрываясь от питья. В животе неприятно заурчало.

– Что случилось? – вяло бормочет Миран.

– Это все альтисавус. Я отошла на охоту, а когда вернулась… – Иви не выдерживает и прикрывает рот рукой. По ее щекам катятся горькие слезы.

– Как он? – послышался другой голос, старческий.

– У нас гости?

– Да, дитя… Я нашла лекаря, потому что не смогла залечить твои раны самостоятельно, – надрывистым голосом говорит дьяволица.

Снова это приятное чувство разлилось по телу, и Нортон отстранился от нити. Любовь. Такой искренности и преданности могли позавидовать даже романы в кабинете Сатаны. Чувство вины за сказанные королю слова неприятно заныло внутри.

«А мы чем-то похожи…» – подумал он, и потянулся к соседней судьбе.

– Люсиль! Ты так прекрасна! – приятный высокий смех доносится до ушей.

Та же хрупкая женщина крутится в очаровательном розовом платье. Множество бантов и жемчужин украшают ее кудри, уложенные в высокую прическу. Белые кружева на подоле просвечивают тонкие длинные ноги в полупрозрачных туфельках. Ее длинные ресницы накрашены, а кукольные губы блестят от помады. Она напоминает фарфоровую статуэтку из дорогой коллекции.

Перед женщиной стоит молодой мужчина. За его спиной располагаются пара величественных крыльев. Нортон непроизвольно морщится, разглядывая глазами Мирана его идеальные нечеловеческие черты. Точеное острое лицо, резные скулы и прямой идеальный нос. Высокий голос принадлежит ему. Ангел подхватывает Люсиль на руки и кружит, пока с нее не слетает один из бантов.

– Я тоже хочу! – мальчишка прыгает рядом, забавно вытягивая руки к родителям.

Зависть осела горечью на языке. Приторная парочка до жути подходила друг другу. Люсиль и сама напоминала деву, сошедшую с Небес. Ее большие глаза, словно озера, взглянули на Мирана с невероятной любовью. И от этого взгляда Мессии стало еще более горько. Он еще никогда не видел, чтобы кто-то так смотрел на него.

– Ксавьер, дорогой, Миран тоже хочет, – ряд ровных зубов оголяется в широкой улыбке.

«Хватит с меня…»

Выпустив короля из лап своего белесого мира, Мессия вернулся хмурый, словно туча. Он пытался найти что-то, что сблизит его с королем, даст ему шанс воздействовать на мир. Но он ошибся. Перед ним оказался обычный мальчишка, избалованный любовью окружающих.

Вскочив с первыми лучами Игниса, Миран с грохотом свалился с кровати. Все это время он пытался выбраться из пут Мессии, носился по его пустынному миру и не мог найти выхода. Стоять и ждать, пока кто-то копается у тебя в голове, было просто невыносимо. Кулаки чесались, и целых десять минут Владыка потратил, чтобы просто успокоиться.

– Миран, что случилось? – проснувшись от шума, Иви подползла к его краю кровати.

– Мессия явился ко мне и копался в моей голове! – злостно выкрикнул король.

– Ох… Прости, я буду снимать кулон на ночь, – Иви виновато присела рядом и обхватила его за плечи.

– Что ты нашла в нем? Я так хочу, чтобы ты была такой же и ко мне. Мы вроде бы сблизились, а ты… – мужчина тихо всхлипнул. – Он мне столько гадостей наговорил. Подставил под сомнение мои чувства к тебе и правильность поступков. Но что плохого в том, чтобы желать жить для себя?

– Если ты хочешь, я могу звать тебя Мир, – девушка ласково утерла пару выступивших слез. – Частью души ты все еще мой Владыка и мой господин, поэтому мне может быть сложно.

– Спасибо… – облегченно выдохнув, Миран уткнулся ей в грудь. – Я настолько плохой правитель? Плохая пара?

– Нет, дорогой. Нортон совершенно забывает о том, что не всем дана сила воли и способности.

– Ты тоже хочешь сказать, что я… тюфяк? – он напряженно взглянул в ее яркие глаза.

– Нет. Но это нормально выбрать простой путь. Нормально порой следовать течению, когда сил для борьбы не остается. Да, ты не смог предотвратить рабство, но смог предотвратить геноцид. Ты не вознес Валору в самое богатое государство, но твое примирение перед Небесами спасло ее от ангела в правителях. Ты сделал меня своей рабыней, но я хотя бы жива.

– Я правда не заставил тебя убивать? – боязливо пробормотав, Миран отвел взгляд. Он боялся услышанного ответа.

– Не то чтобы… – уклончиво начала дьяволица. – У тебя ведь и правда не было выбора. А в хижине нас все равно рано или поздно поймали бы и убили. А я делала все из преданности к тебе. В конце концов, все демоны сражаются за право существования с рождения.

– Спасибо, Иви… Я счастлив, что выбрал тебя. – грустная улыбка заставила морщинки в уголках его глаз проявиться сильнее.

Мягко поглаживая блондинистые локоны возлюбленного, Иви смотрела в окно. Алый Игнис возвышался над горизонтом кровавым полукругом, бросая яркие лучи на утренний Харразан. Душная ночь сменилась жарким днем, пробуждая жителей ото сна. Где-то послышались голоса служанок, звон ведер и тележек для уборки. Иветте вдруг стало тоскливо по их дворцу в Валоре. Светлый и приятный на вид, он сначала не вызвал у нее восторга, но теперь, при слове «дом», дьяволица думала именно о нем.

– Знаешь, я вспомнил кое-что, – прервал тишину Владыка.

– М? – Иви взглянула на него.

– Однажды в детстве ко мне во сне пришел Бог и пообещал, что если я помогу ему, то он позволит мне прожить до старости с любовью всей моей жизни.

– Что ты пообещал ему, Мир? – одними губами спросила Иви.

– Отдать свое тело на время. Но я почти ничего не помню из того, что было.

Глава 30 «Сильваниум»

Помятые и невыспавшиеся воины, сопровождая своего Владыку, медленно рассаживались по седлам. Непривычный климат и чрезмерное употребление алкоголя на досуге сделали свое дело – почти у каждого под глазами красовались синяки. Грубый мужчина, как обычно, рявкал на подчиненных, заставляя их снова и снова проверять ремни безопасности. Иви сидела позади, задумчиво выискивая взглядом мелькающую впереди спину Мирана. Из-за всадников впереди разглядеть его было непросто.

Ночное откровение короля не давало Иви покоя. Она все время ерзала в седле, нервно затягивая ремни деревянными пальцами. Мысли витали где-то далеко. Мессия уже долгое время не являлся к ней, но решил почтить своим визитом Мирана. Судя по его словам, беседа оказалась далеко не приятной. Дьяволица с нетерпением ждала следующего заката Игниса, чтобы лично выпытать все из демона.

– Чего возишься, мы уже взлетаем! – рявкнул все тот же воитель, буквально влетая в седло.

Сидящая впереди Иветты Лора подскочила от испуга и тут же вцепилась в седло. В тот же миг дракон взмыл в небо, расправив свои перепончатые крылья. Под ярким светом они становились почти прозрачными, обнажая сеть крупных сосудов. Его чешуя так ярко блестела, что заставляла солдат щуриться.

На этот раз перелет дался Иви проще, но несколько солдат не выдержали резкого подъема, и их тут же стошнило. За это они мигом получили порцию брани от грозного мужчины. Бесконечные зеленые тропики, соединенные извилистой рекой, охватывающей весь континент, постепенно скрылись за горизонтом, уступив место еще более буйной растительности. Облака были так близко, что Иветта могла коснуться их рукой. Она с удивлением замечала, как края ее рубахи покрываются инеем.

– Ваше Высочество, прошу вас снизить высоту! Такими темпами мы все окоченеем! – послышался все тот же злой голос.

– Да кто это такой? – тихо буркнула Иви, подавшись к напарнице спереди.

– Наш новый капитан. Мы его на дух не переносим, – скривилась Лора, постукивая зубами. – Но снизиться нам точно бы не помешало.

Прислушавшись к словам капитана, Владыка действительно снизил высоту. Он настолько погрузился в свои раздумья, что полностью потерял ориентацию в пространстве. Внезапно всплывший в памяти детский сон не давал королю покоя. Как он мог его забыть? Укор капитана неприятно резанул слух. Возможно, в другой ситуации он бы давно поставил его на место. Но там, позади, сидела его возлюбленная. Пусть холод ей и не был страшен, он все равно не хотел, чтобы она мерзла.

Пейзажи яркой растительности постепенно сменился высоченными деревьями, чьи кроны, казалось, норовили поймать своими лапами летящих в Сильваниум гостей. Тьма неумолимо сгущалась, а Игнис поджигал горизонт своим светом, растекаясь кровавыми лучами по кучевым облакам. На открытых полянах изредка попадались огромные кострища, вокруг которых маячили силуэты. До Магнарбора, столицы эльфов, предстояло лететь еще немало.

Мечтательно устремив взгляд вниз, Иветта тихо вздохнула. Она еще никогда не бывала в Сильваниуме, и сама возможность увидеть его радовала ее. Но наличие рогов и хвоста заставляли сердце тревожно сжиматься. Дьяволица в рабах, без сомнения, поднимет Мирана в глазах Владычицы Гелиды, хотя перспектива снова выслушивать оскорбления в свой адрес радости ей не прибавляла. Эльфы были мастерами магии, и играть с ними в хитрые игры было слишком рискованно. Чуткий слух Иветты тут же уловил знакомый магический гул, разливающийся в воздухе.

– Как думаешь, станем ли мы еще раз плечом к плечу на поле боя? – внезапно спросила Лора вполголоса, обернувшись к дьяволице.

– Врядли. Но я немного скучаю по тем временам. – слегка улыбнувшись, Иви посмотрела куда-то сквозь соратницу.

– Честно я вспоминаю как ты вонзила клинок в пасть и… – Иви уже не слушала ее.

Она была там, на поле боя. Ее первая вылазка. Генерал должен защищать своего короля, и дьяволица была готова пожертвовать всем ради этого. Но она не могла подготовиться к тому аду, что раскинулся вокруг. Смрад дерьма, гниющей плоти и свежей крови сливался в густой, едкий коктейль, пробираясь в легкие и вызывая тошноту. Резкий вой боли и мольбы о помощи терялся среди глухого лязга стали и грохота катапульт.

Земля под ногами, пропитанная кровью, стала скользкой, словно трясина. Повсюду разорванные тела – окровавленные торсы без конечностей, вывернутые наизнанку кишки, руки и ноги, торчащие из грязи. На лицах мертвых застыли гримасы боли и ужаса, глаза широко раскрыты в последних мгновениях агонии. Эмблемы Валоры – шесть крыльев на фоне солнца, и символы Хиларскалиса – восходящий из тумана Игнис, теперь напоминали пестрое покрывало, пропитанное алым.

– Прошу, помогите! – дрожащий голос прорвался сквозь адский шум битвы.

В латные доспехи вцепились грязные, кровавые пальцы. Совсем юный, едва ли старше нового короля. Карие глаза, залитые слезами, смотрели в пустоту. Иветта подхватила его под руку, грубо потащила к ближайшей баррикаде. Его тело было легким. Чуть дальше можно было разглядеть разбитые обозы без провизии. Сюда очень долго не могли пробиться. Солдат застонал, резко сгорбился, и из его рта хлынул поток кровавой рвоты.

– Вставай, черт возьми! – яростно выкрикнула Иви, но его тело уже обмякло.

Она только сейчас заметила, что нижняя часть его живота была полностью разорвана. Из зияющей дыры торчали части внутренностей, едва прикрытые расползшимся доспехом. Дьяволица отшатнулась. Парень, захрипев в последний раз, обмяк и рухнул на землю. Руки Иветты затряслись.

– Иви, ты точно уверена, что пойдешь туда? – словно эхом отозвались в сознании слова Мирана.

– Я должна! Ради тебя, ради моих людей! Если мы сдадим позиции, темные твари пойдут на Валору! Я готова на все! – с уверенностью заявляла она тогда.

О, как же Иветта ошибалась. Зрелище перед ней заставляло каждый нерв натягиваться. Бежать, покинуть это место, оставить за спиной ужас и кровь – эти мысли мерцали где-то на задворках ее разума. Но она осталась. Дьяволица наклонилась над мертвым солдатом, разглядывая надпись на его повязке. Такие вещи всегда носили с надеждой, что хотя бы имя погибшего дойдет до его близких.

«Элиар, 20, Эмпориум. Сын крестьян Сейры и Крейла. Передайте Верилле, что я люблю ее, как люблю тот единственный алоцвет в саду нашего дома. Если эта повязка попадет к ней, пусть знает, что моя любовь переживет даже эту войну.»

Пальцы Иветты скользили по узлу ткани, тщетно пытаясь его развязать. Стиснув зубы, она позволила тьме окутать свою ладонь, и в ней моментально возник черный кинжал. Быстро срезав повязку, она огляделась, прислушиваясь к шуму вокруг. Монстры пока не замечали ее, но каждое мгновение грозило обернуться катастрофой. Спрятав повязку за пояс, Иветта задержала дыхание и сосредоточилась, призывая Мглу.

Черные потоки начали стекаться к ее ногам, обвивая их и постепенно уплотняясь. Тьма, словно подчиняясь ее мыслям, превращалась в крепкую броню: тяжелые пластины охватили бедра и грудь, гибкие наручи оплели руки, а на плечах сформировались острые наплечники. Последние потоки поднялись вверх по шее, создавая высокий ворот, а затем скрыли лицо, оставив лишь тонкую прорезь для глаз.

Передний фронт кишил чудовищами. Высокие и непропорциональные, они передвигались на четырех лапах, размахивая мощными хвостами, которыми легко отбрасывали солдат прочь. Клыки, выступающие из их жадных пастей, без труда рвали тела, сминая доспехи, словно хрупкую бумагу. Кожа темных тварей, черная и грубая, была покрыта крупными бородавками, а четыре ярко-алых глаза горели ненасытным голодом. Острые уши, заостренные когти и чудовищные пасти придавали им облик настоящих хищников, хотя при взгляде издалека можно было бы принять их за зловещих ящеров из самых страшных легенд.

Внезапный женский крик прорезал лязг оружия. Совсем недалеко что-то рухнуло с грохотом – вероятно, один из снарядов катапульты. Зоркие глаза дьяволицы быстро отыскали пострадавшую. Огромная тварь склонилась над юной воительницей, разинув слюнявую пасть. Девушка отползала назад, тщетно махая руками перед собой.

Из ран на ее лице, оставленных когтями, лилась кровь. Короткие светлые волосы спутались и слиплись от грязи, а испуганные медовые глаза пытались отыскать меч, лежащий в нескольких метрах от нее. Чудовище резко дернулось вперед, подхватывая девушку за плечо своими острыми клыками. Она закричала от боли, когда пасть сомкнулась, приподнимая ее в воздух.

В несколько мощных прыжков дьяволица преодолела расстояние до несчастной и подскочив, вцепилась монстру в спину. Выпустив черные когти из своих перчаток, Иветта, словно цепкая кошка, взобралась на голову чудовища. Оно издало низкие утробные щелчки и завертелось юлой, пытаясь сбросить дерзкую наездницу. Хвост дьяволицы с острым лезвием на конце, наносил быстрые точечные удары – сначала в алые глаза, затем по голове. Иви зажмурилась, когда горячая черная кровь брызнула ей в лицо, обжигая кожу. Но это ее не остановило.

– Отпусти ее, тварь! – зарычала Иви, когда ее когти яростно вонзились в мышцы челюсти твари, пока та не разжала пасть.

Перепрыгнув через голову чудища, Иви подхватила солдатку на руки. Девушка вцепилась в нее дрожащими, ободранными пальцами, словно утопающий за соломинку. Одна из ее рук безвольно болталась. Адреналин захлестнул сознание дьяволицы, и она, не замечая веса спасенной, стремительно устремилась к укрытию. Почти кубарем ввалившись в ближайший окоп, Иви накрыла девушку своим телом. Прямо над их головами пронеслась еще одна тварь.

– Наконец-то нам прислали подмогу… – хрипло заговорила солдатка, слегка приподнимая уголки губ. – Где остальные?

– Я одна. – Иви быстро оглядела девушку. Ее взгляд зацепился за повязку.

«Лора, 18, Терсар, сирота. Попросите ремесленника по дереву Кайрана приглядывать за старым По.»

– Валора послала нам одного человека?! – возмущенно воскликнула Лора, ее глаза зажглись злобой.

– Я дьяволица.

Кажется, эти слова отняли у Лоры последние силы: она притихла и прикрыла глаза. Иви поспешно сняла с нее нагрудник, но сразу же побледнела. Там, где должно было быть плечо, оказалось сплошное месиво. Судя по всему, внезапное затишье объяснялось серьезной потерей крови. Дьяволица никогда прежде не сталкивалась с такими тяжелыми ранениями. Основы целительной магии опирались на светлую, а с ней у Иви всегда были сложности. Однажды в особняке Годфрида, одна из служанок обучила ее простому заклинанию, чтобы облегчить следы ужасных ночей.

– Так, Лора, смотри на меня! Не засыпай! – резко прикрикнула Иви, хлопнув девушку по щеке. Ее взгляд нервно метнулся к повязке, лежащей рядом. – Что я скажу По, если ты умрешь?

– По – это мой кот, – прошептала Лора, слабо улыбнувшись. Слова дьяволицы все-таки подействовали: веки раненой солдатки дрогнули и приоткрылись, обнажая затуманенный взгляд.

Иви растворила Мглу с ладоней. Прижав руки к ране воительницы, она прикрыла глаза и сосредоточилась. Где-то в глубине кромешной тьмы пробудился свет, защекотал изнутри, словно весенний Фебус. Он нехотя перетек в ладони, заставляя рану под ними медленно заживать. Горячая плоть стала остывать, мышцы и связки срастались, издавая мерзкий хруст, а кожа натягивалась и покрывалась рубцами. Лора вскрикнула, ее тело выгнулось дугой, но дьяволица лишь сильнее вдавила ее в землю.

– Потерпи, – коротко приказала Иви, не поднимая головы.

Наконец, под пальцами показался багровый шрам. Дьяволица облегченно выдохнула. Лоб солдатки покрылся испариной, в глазах заблестела благодарность. Иви скользнула рукой к ее лицу, прикрывая разрыв от когтей.

– Когда вернешься домой, обратись к хорошим лекарям, чтобы убрать шрамы. – бросила Иви, поднимаясь на ноги и стирая остатки крови с ладоней.

– Я оставлю их на память. Кто вы? – Пошатнувшись, она приподнялась на дрожащих руках, прижавшись к сырой земле.

– Генерал Иветта.

– Это большая честь для меня, генерал. Могу я вас спросить?

– Да. – кивнула Иви.

– Светлая магия у демона? – робко спросила Лора.

– Свет родился из тьмы. У всех нас одно начало.

Резкий рывок вниз вырвал Иветту из тягучих воспоминаний, словно плетью хлестнув по сознанию. На миг ей показалось, что она задремала, унесенная в далекое прошлое. Широко распахнув глаза, девушка крепче вцепилась в драконье седло, едва сдерживая подступающую тошноту. Несмотря на свою королевскую кровь, Миран управлял драконом просто отвратительно.

Внизу стремительно приближалась площадь, выложенная идеально гладким камнем. Она резко выделялась на фоне окружающих гигантских деревьев, создавая странное впечатление. Однако больше всего притягивало взгляд Великое Древо, стоящее отдельно от остальных, напротив площади. Его размеры и величественная крона, казалось, подчинили себе весь пейзаж.

– Держитесь крепче! – донесся до нее командующий голос Мирана, перекрывая шум ветра.

Вскоре дракон снизился, мягко спикировав на площадь. Эльфы, снующие туда-сюда, с шумом разбежались в стороны, освобождая место для посадки. Иветта с интересом рассматривала их, сравнивая с привычными ей негодяем Фаллером или служанкой во дворце Владыки. Эти эльфы казались совсем иными: высокие мужчины и женщины в длинных, темно-зеленых одеяниях, сдержанно, но с явным любопытством разглядывали прибывших.

Изящные острые уши улавливали даже самые тихие звуки, порой вздрагивая, когда эльфы негромко переговаривались между собой. Их прямые носы, большие глаза с густыми ресницами, горделивые выражения на лицах мужчин и кошачья грация женщин с пышными бюстами – все это было почти сказочным. Иветта не могла отвести от них взгляда, настолько эти создания показались ей прекрасными. Где-то вдалеке раздался мелодичный звук окарины, заполняя воздух волшебными напевами.

Вот он – Сильваниум.

Великое Древо оказалось дворцом, скрытым от посторонних взглядов. Вырезанные в дереве высокие окна украшали витражные стекла, типичные для знати. Соседние деревья также были оборудованы под дома. Вместо стекол окна прикрывали длинные лианы, которые слегка покачивались от ветра. Многие из этих жилищ были многоэтажными, а витые лестницы опоясывали их снаружи, теряясь среди густой листвы. Мимо проскочили хихикающие дети, кинув озорные взгляды на гостей. От этого места в душе Иветты неожиданно разлилось тепло, смешанное с щемящей тоской по дому, которого у нее никогда не было в детстве.

Из высоких врат Древа к гостям вышли трое. Впереди шел мужчина средних лет, облаченный в шелковую коричневую рубаху и строгие штаны, его шаги были уверенными, а взгляд – оценивающим. Следом за ним шел старец с посохом, одетый в длинную мантию, его острая шляпа немного прикрывала морщинистое лицо. Рядом с ним робко ступала молодая эльфийка. Ее алые локоны, длинные и густые, почти касались земли, а острые опущенные вниз уши горели от явного волнения. Дрожащие пальцы крепко сжимали посох. Зеленое платье с высокими разрезами на юбке открывало пышные бедра, тогда как высокая горловина скрывала выдающийся бюст. Длинные рукава с расширениями у локтей плавно колыхались в такт ее неуверенным шагам.

– Добро пожаловать в Сильваниум, Ваше высочество. Сегодня я, советник Грациар, буду сопровождать вас вместе с Верховным магом и его ученицей до тронного зала нашей королевы, – с легким поклоном произнес эльф в шелковой рубахе, его голос звучал уверенно и учтиво.

– Королева даже не соизволила выйти, – тихо прошипел капитан.

– Благодарю вас. Я с нетерпением жду встречи с ней! – громко перебил его Миран, бросая испепеляющий взгляд.

Советник заметно напрягся, его лицо исказилось от омерзения. Темные, слегка выпученные глаза зло впились в Иветту, которая скромно спряталась за Лорой.

– Что делает здесь эта презренная дьяволица? – с вызовом спросил он, сверля короля взглядом. – Ей нельзя к королеве!

Миран открыл рот, чтобы ответить, но в последний момент лишь сжал кулаки. Иветта, стоявшая рядом, незаметно толкнула его локтем, успокаивая. Проскользнув вперед, она низко склонилась, ее голос звучал мягко и покорно:

– Пожалуйста, сохраните мою жизнь до нашего возвращения в родные земли.

Советник недовольно сузил глаза, но махнул рукой, коротко бросив:

– Гвиневра, проводи ее в последнюю камеру. Остальные, прошу, следуйте за мной. – Не дожидаясь ответа, он уверенно направился обратно ко дворцу.

Эльфийка аккуратно взяла девушку за плечо и, слегка улыбнувшись, подтолкнула ее ко входу. Руки Гвиневры были мягкими, словно бархат, а в зеленых глазах читалась доброта. Только напряжение в уголках губ выдавало ее скрытую тревогу. Шаги девушки были почти беззвучными, длинное платье тихо шуршало о деревянный пол. Иветта послушно следовала за ней, пытаясь разобраться в смешанных чувствах. Тем временем Миран и его спутники свернули в другую сторону, их фигуры растворились в тенях коридора.

– Не волнуйтесь, госпожа, это ненадолго, – мягко проговорила Гвин, обернувшись к Иветте.

Воздух во дворце был свежим, наполненным тонким ароматом древесной смолы. Стены казались живыми – их покрывали тонкие лианы, из которых местами пробивались мелкие алые цветы. Сводчатые потолки украшали сложные резные узоры, а в глубоких нишах прятались светящиеся сферы, отбрасывающие мягкие отблески на пол. Окна с видом на лес сменились витой лестницей, уходящей вниз. Тяжелые деревянные ступени скрипели под ногами девушек.

Иветта почувствовала, как аромат смолы стал насыщеннее, а воздух заметно прохладнее. Стены теперь пересекали деревянные решетки, за которыми виднелись узкие помещения. Возле одной из первых камер стоял стражник. Высокий, с каштановыми волосами до плеч, аккуратно перехваченными серебряной лентой, он выглядел скорее как утонченный аристократ, чем воин. Острые уши слегка дернулись при виде Гвиневры, а светло-карие глаза с прищуром блеснули хитринкой. На его лице заиграла самоуверенная, почти игривая улыбка.

– О, Mea Flamma! Ты снова пришла, – проворковал он. Его голос звучал мягко, почти певуче, что никак не вязалось с ролью стражника.

Слегка поморщившись, эльфийка невозмутимо подняла подбородок, словно игнорируя назойливость собеседника. Ее мягкий и доброжелательный взгляд потускнел, уступив место холодной отстраненности. Дьяволицу она выставила вперед почти механически.

– Я привела временную заключенную. Пожалуйста, размести ее вместе с Сордарой в первой камере, Терн, – холодно произнесла Гвиневра.

– Дьяволицу? Обычно их мы направляем в последние камеры. – протянул эльф с вкрадчивой усмешкой, склонив голову чуть набок. – А ты, я смотрю, теперь на побегушках у королевы?

Ее лицо потемнело, а пухлые губы превратились в тонкую и напряженную линию. Сжатые на посохе пальцы побелели от напряжения. Гвин не удостоила стражника ответом, лишь пристально взглянула ему в глаза.

– Шучу я! – стражник театрально поднял руки, его лицо озарила кривая усмешка. Раздался неприятный, чуть хриплый смех. – Все для тебя, Mea Flamma.

Со скрипом отворив дверь, стражник грубо подтолкнул Иветту внутрь камеры. Споткнувшись, она едва удержала равновесие и раздраженно зашипела, но сдержалась – перечить не хотелось, особенно зная, что это может повлиять на Мирана. Окинув взглядом помещение, Иветта невольно замерла. Камера оказалась совершенно не такой, какой та ее себе представляла. Вместо сырого угла с цепями она увидела просторное помещение: аккуратно заправленная кровать с пышной зеленой подушкой, дубовый стол, полки, полные книг. Здесь было так чисто, что это больше напоминало уютную комнату, чем тюрьму. Ее внимание привлекла фигура, сидящая за столом. На резном стуле, склонившись над книгой, сидела хорошо знакомая девушка. Ее рыжие волосы, небрежно убранные в хвост, словно горели пламенем даже в свете магических сфер.

– Ты ведь наша служанка! – воскликнула Иветта, узнав ее лицо.

– Эй, потише там! – резко рявкнул Терн, обернувшись, прежде чем последовать за своей пассией.

Как только тишина окутала комнату, полуэльфийка с шрамами подняла голову и быстро подбежала к двери. Она осторожно выглянула наружу, проверяя, действительно ли они остались одни. Ее лицо выглядело измученным: глубокие тени под глазами, чуть осунувшиеся черты и слабый отблеск привычного ей огонька. Пышные формы, которыми она всегда гордилась, слегка утратили объем. Вместо знакомой униформы служанки на ней было легкое платье с изящными узорами на груди.

– Они обманули меня! – вдруг выпалила Сордара дрожащим голосом, хватая себя за волосы.

– Что ты несешь? Владыка позволил остаться тебе – изгнаннице! И вот чем ты отплатила? – Иви сделала к ней несколько угрожающих шагов, сжав кулаки.

– Я не виновата в том что моя мама родила от человека! И я не знала, что это за карта, но они обещали вернуть меня домой, в Сильваниум! – голос Сордары срывался на крик.

– Но вот ты здесь. Довольна? Золотая клетка тебе к лицу, – процедила дьяволица сквозь зубы.

– Прошу, не злись на меня! Я просто хотела домой! – Сордара рухнула на пол, горько рыдая. Ее рыжие волосы спутались, щеки покраснели. – Фаллер обещал помочь мне, но королева обманула и его!

– Что ты знаешь? – Иви тяжело вздохнула, пытаясь сдержать гнев, и положила руки на дрожащие плечи девушки. – Расскажи все.

Сордара всхлипнула, закрывая лицо ладонями, но через несколько секунд заговорила:

– Он попросил встретиться ночью в кладовке. Сказал, что может помочь мне вернуться. Я поверила… Пришла… Он велел найти карту… Я взломала шкафчик и… – девушка снова зарыдала, прерываясь на слова.

– Взломала? – Иви нахмурилась.

– Да. Мой отец был вором, он многому меня научил…

– Ну, а дальше? – поторопила ее дьяволица.

– Я оставила все как было после того, как забрала карту. А потом, за пару дней до вашего отбытия, мне постучали в окно и… похитили. – Ее голос перешел в шепот.

– Черт! Как стража могла это допустить? – воскликнула Иви, сжимая плечо Сордары.

– Эльфы – искусные маги, – кисло ответила девушка, опустив голову.

– Спасибо, что рассказала. Владыка, я уверена, простит тебя.

– Прошу, не говори ему обо мне! – Сордара вцепилась в Иви, умоляя. – У него столько служанок, что моего отсутствия он даже не заметит! Пусть все останется, как есть. Если в тебе осталась хоть капля сострадания, я молю тебя!

Прежде чем Иви успела ответить, коридор огласил тяжелый шаг Терна.

– Эй! Заткнитесь, пока я не втащил вам обеим! – раздраженно рявкнул стражник.

Девушки притихли, наблюдая за ним. Связка ключей зазвенела в его руках. Он открыл одну из дальних камер, выводя из нее сутулого старика.

– Двигайся уже! – процедил Терн, грубо подталкивая бедолагу вперед.

– Фаллер! – Сордара подскочила к решетке, ее лицо исказилось от ненависти. – Ты чертов предатель!

Лекарь остановился, удивленно подняв голову. Его глаза на миг расширились, а затем он ухмыльнулся – неприятно, гадко, будто наслаждаясь этим моментом. От него несло старческим запахом вперемешку с отхожим местом, от чего Сордара отшатнулась.

– Я всего лишь служу своей королеве, – произнес он с наигранной покорностью.

– Пошел! – Терн резко толкнул его в спину, презрительно оглянувшись на девушек.

Тронный зал представлял собой огромное поле, густо засаженное алыми цветами, чьи лепестки едва колыхались в неподвижном воздухе. В самом центре возвышался трон, вырезанный из дерева, будто перевернутый корень. Его ветви сплетались в сложные узоры, а сиденье и спинка были обтянуты темным бархатом. На троне восседала Владычица Гелида. Она выглядела совсем молодой, ее светлые, почти прозрачные глаза напоминали лед. Серебристые волосы падали мягкими локонами до пояса, подчеркивая болезненную бледность кожи. Строгие черты лица – высокие скулы, аристократичный нос и плотно сжатые губы – придавали ее облику холодную властность. Завидев гостей, она осталась сидеть, лишь слегка склонив голову.

– Приветствую вас, Владыка, – голос ее прозвучал так, словно наледь треснула под ногами. – Спешу обрадовать: мы нашли вашу карту.

Миран на мгновение замер, не позволяя замешательству отразиться на лице. Лишь тихо кашлянув, он жестом велел своим спутникам выйти. Гелида тоже махнула рукой, отпуская свою стражу, которая бесшумно вышла. Король понимал, что добиться от эльфов прямых ответов будет нелегко. Они никогда не признавали свою вину открыто. Ему придется балансировать на тонкой грани между угрозами и притворной покорностью.