Текст книги "Под знаменем черной птицы. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Елена Труфанова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 38 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

Она подмигнула и в два укуса прикончила шоколадное пирожное с нежной ореховой глазурью. Такое на подносе было одно, и Анриру от него достался только запах.

– Когда говорил, что мечтаю о твердой примовской руке, я шутил. В целом ратую за равноправие и личное пространство для каждого. И Жозетте больше сотни лет, она служит у меня старшей горничной ещё со времён первой коронации, и увольнять ее или переводить в другое место я не стану.

– Больше не хочу видеть здесь эту молодку с грудью на три размера больше моей!

Жозетту он знал так долго, что становилось не по себе. Всегда ухоженная, строгая, опрятная и с неизменным кружевным воротником и манжетами поверх тёмно-синего платья, она идеально справлялась со своими обязанностями, неохотно ходила в отпуск, и всего один раз обратилась с личной просьбой, когда ректор отказал ее внучке в возможности стать студенткой академии. Мотивируя тем, что нет такой силы, что заставит его принять женщину на химфак. На беду этого смельчака, с Анриром он знаком не был.

В целом же Жозетту он крайне ценил, как профессионала, но совершенно не представлял в роли "молодки".

– А как же сжигающая меня ревность? – Вэн легла рядом и оперлась головой о локоть, взяла вторую чашку и допила кофе и из нее. – С твоей аритмией только чай.

– У нас нет отношений. Какое тебе дело до моей аритмии и Жозетты?

Она доела последнее пирожное, облизала пальцы, совершенно не по-примовски и невероятно соблазнительно, провела языком по губам и подвинула к Анриру креманку с нарезанными фруктами.

– Кажется, в их отсутствие уже никто не верит. Вчера ко мне дважды обратились "ваше величество". Хорошо, уговорил на Жозетту, в конце концов, у всех должны быть маленькие слабости.

– И утренний сладкий кофе.

Анрир накинул халат, открыл дверь спальни, взял из рук Жозетты новую чашку, больше прежних в несколько раз, доверху наполненную кофе, шоколадом и сливками, поблагодарил горничную и вернулся к Айвен. Она изогнула бровь, но отнимать напиток не стала.

– Если будешь злоупотреблять, снова попрошу рассказать о идеальном сексе, ты после этого теряешься и совершаешь глупости.

– Кстати, – Анрир вытащил из тени стопку листов, – вчера набросал для тебя кое-что, когда выдалась свободная минутка.

Точнее – почти бездумно чертил, пока Этьен и другие секретари по очереди зачитывали документы для подписи.

Вэн пересмотрела все рисунки, сложила их стопкой и пересмотрела ещё раз, подолгу задерживая внимание на некоторых.

– Это у меня здесь содрана кожа на щеке? – она повернула один лист. Эмоции же настолько переполнились злобой, что удивительно, как здесь все не сгорело.

– Кожа и мышцы вскрыты анатомически и закреплены зажимами, чтобы лучше показать происходящее в ротовой полости, для этой же цели произведен продольный распил головы. Согласись, так нагляднее, чем просто рассказывать. И пожалуйста, не жги листы, хочу издать иллюстрированное пособие, оно стольких людей сделает счастливыми. И там не твоя щека, а гипотетической женщины.

Она сложила листы на край тумбочки и неспешно встала, буквально потрескивая от переполняющей магии, подошла и отобрала у него чашку с недопитым кофе.

– Сама не понимаю, почему ты цел после этого. Я, знаешь ли, тоже знаю толк в анатомических распилах и вскрытиях.

– Потому что ты тоже ко мне неравнодушна. И распил – слишком примитивный ответ на мои рисунки, я верю, ты способна на большее.

– О да. Вздумаешь тайком глотнуть стимулятор вместо нормального отдыха – узнаешь, насколько велико это “большее”.

* * *

Лэнни

Габриэль неспешно подравнивал блюда на очередной девушке и напевал себе под нос. Сгорая от стыда, Лэнни поздоровался со старшим лаборантом, укрытой прозрачными креманками с суфле и сел за другой край стола.

– Вас срочно вызывают в кабинет начальника станции, – повторил он. Но Габриэль разложил приборы, сверился с часами, взял себе ложку и зажмурился и снял пробу с блюда.

– Атакуй нас Федерация, уже включились бы сирены, все остальное может подождать, в отличие от моего суфле. Остывшее, оно полностью теряет вкус. Зря не хотите попробовать, оно прекрасно!

Лэнни скривился, взял ложку и зачерпнул массу из ближайшей креманки. В конце концов, оно не соприкасалось напрямую с телом девушки, и чем быстрее закончится суфле, тем быстрее Габриэль отреагирует на его просьбу.

Вкус интересный, но сама консистенция и запах до того напоминали омлеты из столовой при академии, что “ммм” вышло несколько вымученным. Габриэль, видимо, обиделся, потому как подвинул к Ленни горку овощей, политых темным соусом. Лежали они на животе лаборанта и после перемещения оставили несколько влажных темных полос из соуса, одна из которых пересекала пупок, а капля от другой стекла к треугольнику между бедер. Лэнни почувствовал, что в ближайшее время он импотент на лечебном голодании.

– Там очень важный гость, – должно же быть хоть что-то, что отвлечет Габриэля от еды и девушек, и извращений.

– Я видел аватар древнего божества, с тех пор меня сложно удивить важными гостями.

– Его вы заставляли есть с чьего-то тела? Или, возможно, использовали вместо тарелки? – он все же не утерпел и задал вопрос. Все же любопытно, как из таких ситуаций выпутываются целые божественные аватары. Испепеляют "тарелки"? Или же с аппетитом ужинают и целуют руки повара?

– Несмотря на все странности, которые, несомненно, кажутся дикими и отталкивающими, – Габриэль подцепил вилкой ломтик неизвестного овоща и отправил себе в рот, – но я ни разу не принуждал никого к этому. И в целом совершил безобразно мало злодеяний. А лорд Нерон… простите, вы, наверное, знаете его под другим именем, или скорее как “кота”, но мне удобнее иначе, тоже не желал есть мои блюда. Да, он сидел вот здесь.

Габриэль указал на Лэнни.

– Но на другом стуле. Тот я храню. Мы с лордом Нероном договорились сохранить стулья друг для друга.

Во всем этом чувствовалась какая-то подоплека, постоянно ускользающая от внимания. Кажется, Габриэль вел свою сложную игру с Лэнни в роли пешки. Почему он? На "Вита-Нове" бывали сотни примов, более влиятельных и могущественных, совсем нищих и слабых, старых и юных. При любом из способов сортировки, Лэнни оказался бы в середине. Или дело не в нем, а во времени? В том, что именно сейчас на Авроре пробудилась леди Айвен.

Лэнни с патологическим, почти болезненным любопытством следил за ней, после того как впервые заметил после взрыва. Леди попала в кадр случайно, когда загорала на краю террасы. Качество съемки с орбиты вышло ниже среднего, и она больше походила на размытое пятно, но позы, движения и специфическая внешность – точно ее. Значит, леди выжила при взрыве резиденции, и это взволновало не только его.

За последние дни на станцию прилетело столько высокопоставленных шишек, сколько не бывало здесь со дня открытия. Уже завтра ту, что похожа на леди Айвен приведут в храм водных богов, и комиссия решит, достаточно ли она похожа на настоящую. Ту, которой положено стоять на центральной площади Прималюса.

– Кто там все же пришел? Лорд Кларк не стал бы трогать меня без причины.

Габриэль промокнул рот старомодной льняной салфеткой, и отложил приборы. Лэнни почти подскочил на месте, воодушевленный движением главы службы безопасности, но тот всего навсего решил выпить кофе.

– Тристан Арк.

– Я удивлен. Не думал, что семья Арк воспримет ваши заявления всерьез.

Да. Армейское командование, сбросившее бомбу, его всерьез восприняло, "шишки" из комиссии – тоже, а какой-то делец – нет.

– Хорошо, – Габриэль снова заговорил после глотка кофе. – Я готов поговорить с лордом Тристаном. Наедине.

Лэнни чуть не отломал край столешницы. Двадцать четыре минуты он просидел в личном блоке этого извращенца, чтобы услышать это "наедине". Но сам Кларк Роу, начальник станции, побоялся беспокоить целого прим-лорда, потому и подослал к Габриэлю Лэнни. К этому чокнутому, зацикленному извращенцу, с непреодолимой тягой болтать.

– Как думаете, что важно в жизни, в чем ее смысл?

Вот опять! Лэнни шумно выдохнул и спрятал лицо в ладонях. Но Габриэль смотрел и смотрел, и было ясно, что без ответа он с места не сдвинется.

– Не знаю, я с трудом сдал философию. Пожалуйста, больше не задавайте мне подобных вопросов.

– Думаю, задавать вопросы можно, но я должен сразу же подсказывать вам ответ. В этот раз я поступлю также. На данном этапе более всего в жизни вам важна леди Айвен, потому, не пора ли пошевелиться?

Пора, давно пора!

Глава 10

Марк

Пропажа Блудницы стала шоком для Марка. Хитрая баба оставила вместо себя запись и сбежала. А он-то ломал голову, на кой ей раз за разом слушать их с котом спектакль? Вот зачем. Чтобы установить свой проигрыватель в наиболее подходящем месте. Ещё и телепортом Марка воспользовалась, дрянь.

Но в глубине души он даже радовался такому исходу – леди теперь в безопасности, со своим обожаемым котом, будут там хрипеть и стонать, к обоюдному удовольствию, красота же! А он не будет мучиться угрызениями совести, что позволяет Крею издеваться над леди.

Конечно, Совет бушевал и требовал вернуть Блудницу, Оливия по мере сил сдерживала их, но все равно Марку и Крею пришлось добиваться аудиенции у Безумного, чтобы выторговать леди обратно. Глупость и бесполезная трата времени, но приказ есть приказ. Даже Оливия не смогла его отменить.

В последние дни она постоянно искала встречи и пыталась поговорить, но Марк избегал жену, кроме случаев, когда того требовали дела сектора. Да, трусливо, но он пока не готов. Не готов просто взять и все разрушить.

Сейчас же они с Креем обедали вместе с Безумным, нужно было уговорить его если не отдать Блудницу, то хотя бы завтра привести в храм водных богов, иначе жрецы грозились утопить Прималюс.

– Почему не едите? – кот выдернул его из размышлений. – Бросьте, я не стану вас травить.

И сам двумя палочками подцепил порцию непонятного блюда. Святые щупальца, стыдно сидеть и смотреть на это, когда в зале собралось добрых полсотни агентов, протекторов, гвардейцев и прочего народа, только и ищущего повод запустить очередную сплетню.

На большой темной тарелке лежали наструганные овощи и тонкие ломтики чего-то, похожего на мясо. Марк подцепил вилкой несколько прозрачных овощных соломок и ломтик "мяса", затем отправил в рот. А вкусно. Пряно, в меру остро, даже не поймёшь, что это. Мясо же неприятно хрустело хрящами, мог бы и нормальное филе положить, жмот, а не великий князь.

– Что это? – Крей не выдержал и спросил первым. – Никак не могу понять.

– Похоже на чьи-то гениталии, – озвучил свою версию Марк. В молодости он и не такое едал, по сравнению с обжаренными личинками – просто объедение, кстати. И голод утоляет намного лучше.

Сразу же вспомнились угрозы Безумного, и Марк неосознанно опустил руку на ширинку. Вроде бы все на месте, да и незаметно столько не отрежешь, разве что магией…

Крей тоже побледнел, но не двинулся с места и демонстративно положил в рот ещё порцию.

– Тигриные, – Безумный улыбнулся и подмигнул Крею. – Отличное средство от импотенции, как говорят. Твои выдумки и шутки с ментальной магией поставили меня перед непростым выбором, каким способом исполнить свое обещание и не хватить лишнего. Признаюсь, был и другой вариант, но отрезать член у того, кто скоро и так останется без члена – бесчеловечно. Даже для меня.

– Не угрожай, я скоро верну свои позиции, и тогда тебе нужно будет волноваться за свои… гениталии.

Безумный хмыкнул, быстро доел и встал из-за стола.

– Леди Айвен завтра придет в храм, естественно не одна, – это он объявил громко, чтобы слышали все присутствующие. И тише, только для Крея, добавил: – запомни, все, что бы ты не сделал, делается в соответствии с моим планом и с моего позволения. Кроме той выходки с леди, но за нее мы рассчитались, практически. Приятного аппетита.

* * *

Айвен

– И ты даже не вмазал ему разок с левой в челюсть? – Айвен смотрела на котенка снизу вверх.

Он же ещё раз пригладил ее волосы, чуть вытащил какие-то пряди из хвоста и отошёл назад.

– Не хотел снова травмировать мою любимую левую руку. И однажды я убью его, довольно жестоким способом. Заранее чувствую себя виноватым за это. Теперь не шевелись.

Ещё несколько прядей сдвинулись с места, а после Нерон наконец разрешил зафиксировать прическу магией. Мучает точно Айра. Но Айвен только радовалась тому, что внезапно появился человек, на которого можно спихнуть заботы о внешности.

– Мы не красим губы, – напомнила она.

– Но добавим немного цвета на их середину, – котенок обмакнул пальцы в какую-то баночку и легонько постучал по ее губам, затем растер неприятно пахнущую массу.

Но само прикосновение вышло приятным, неправильным, будоражащим. Айвен щедро поделилась с котёнком своими мыслями и желаниями. После попыталась поймать палец губами.

– Не ешь гадость, – он одернул руку и поцеловал ее шею рядом с ухом, как единственное нетронутое улучшениями и не закрытое одеждой место.

– Я хотела на практике опробовать твое иллюстрированное руководство. Точно не хочешь?

– Хочу. Можно и без тренировки на пальцах. Предлагаю остаться здесь и не ходить в храм.

Нерон сел рядом, после перетащил Айвен к себе на колени и по одной застегивал пуговицы на мундире. Конечно, это копия ее парадной формы, довольно грубая, но в такой одежде все равно комфортнее, чем в очередном платье.

– Все ты врешь, поманишь спальней и будешь половину ночи сидеть над документами. Которых не понимаешь, кстати.

– Там были карты. Вполне понятно, где береговая линия, устья рек и города.

Он застегнул последнюю и поправил воротник. Айвен не выдержала и запустила ему пальцы в волосы: и прическу испортила и почесала за ухом. Нерон же зажмурился и потерся головой о ее ладони.

Глупо, как все глупо. Но приятно. До дрожи в коленях, до сбоев в сердечном ритме, до тех самых волн жара, в которые она никогда не верила. Котенок же бесстыдно гладил ее по бёдрам и ягодицам.

– Не прекратишь – сейчас вместе наедимся дряни. И цвет с середины губ исчезнет.

Айвен наклонилась и говорила почти ему в губы.

– Они и так будут яркими, а глаза заблестят, точно тебе говорю. И можем позвать его, – он кивнул на изображение птицы на стене, – третьим, наберёшься сил, выжжешь там все.

– Мне и тебя хватает, котёночек. Но, боюсь, тогда мы опоздаем в храм.

Она поймала его губы и чуть прикусила нижнюю. Нерон ответил на поцелуй, жадно, горячо, без всякой жалости к ее намерению больше не заниматься сексом.

– А мы придумаем благовидный предлог для задержки.

* * *

Через непозволительно короткие тридцать минут они уже подходили к порталу, ведущему в Прималюс. И почему она всегда так зацикливалась на времени? Неважно сколько, важно – как и с кем. Тогда и глаза будут блестеть, и губы нальются краской, и идти под руку с котом станет абсолютно не стыдно.

Айвен пыталась оставить Нерона в восточном секторе, но он отмахнулся и отправился следом, под предлогом, что кому-то нужно следить за ее прической. И добавить цвета губам, если понадобится. Где только нахватался таких знаний? Наверняка новая шокирующая деталь биографии.

– Я правил самым странным и матриархальным из княжеств, оттуда и нахватался.

Нет, определенно стоит однажды просветить его о способах крепления хвоста, чтобы не читал мысли без разрешения. Но это позже, когда разберётся с делами.

Храм водных богов снова был в центре Прималюса. В том же самом месте, где проломил платформу в прошлый раз. Гигантское псевдоживое сооружение также таращилось на нее сотнями глаз и щерилось щупальцами. Жрецы обещали затопить весь сектор, если Айвен не явится туда сегодня к полудню. И она пришла, правда, ровно за минуту до назначенного времени.

Марк метался рядом со входом и пытался то ли выдрать, то ли пригладить волосы. Крей излучал недовольство и в открытую привел сюда Восемьсот Третьего. Неужели мертвяк тоже пришел засвидетельствовать падение прим-леди?

– Где вас носило? – налетел на них Марк. – Уж и нельзя было прийти вовремя!

– Мы задержались из-за неотложного дела, – лениво отмахнулся котенок.

– Более важного, чем визит к богам? – Крей чуть вышел вперёд, но приближаться к гвардейцам, сопровождающим великого князя, не рискнул.

Тех было не так много, двадцать шесть, не считая неизменного Кейташи. А протекторов и агентов – не меньше шести сотен. Если начнется битва – жертв будет достаточно с обеих сторон, а гражданских – так и вовсе без счета. Но Айвен надеялась, что до этого не дойдет. У нее был вполне четкий план, много раз просчитанный и обдуманный.

– Боги терпимы друг к другу.

Нерон ухмыльнулся и обратился уже к Айвен:

– Все же птицы симпатичнее щупалец и глаз, не находишь?

– Ладонь в круге и белое с золотом – концептуальнее. Но я всё равно планирую здесь небольшой ремонт сделать и сменить занавески, обустрою все под свой вкус, как каждая приличная хозяйка.

– Как скажешь, милая, – котенок нагло чмокнул ее в щеку, будто жену. Но вытянувшиеся лица Марка и Крея компенсировали ее недовольство такой вольностью.

– Вы бы прекратили, противно смотреть на эти лобызания.

Марк за малым не подталкивал их зайти внутрь. Видимо, гнева Уводящего и прим-леди он боялся меньше немилости водных богов.

– Держи. Небольшой подарок, – Айвен протянула ему кристалл с записью, – в благодарность за твоё хорошее отношение. Надеюсь, оценишь. Вложила в него душу и шестнадцать минут личного времени.

– Приятно, что уж там уж, – Марк с опаской повертел кристалл, но все же спрятал в карман.

Жрецы в золотых одеяниях ждали около входа, не торопили и не выказывали недовольства. Похожие друг на друга, лишенные пола и собственных имён. Второе, при уровне излучения внутри храма – весьма и весьма разумно, здоровых детей у них бы не получилось, не стоило бедолагам оставлять надежду реализоваться в этой сфере.

Нерон чуть сжал ее руку и едва заметно кивнул в сторону портала.

– И не надейся, я слишком долго все планировала.

Раздражение-беспокойство-опасения. Домой вернуться-радость.

Зря она согласилась остаться с ним. Мастера и рабочие с Атрокса здорово помогли с нужными деталями, но уйти от котенка будет сложнее, чем от Крея. Оказывается, есть цепи крепче любого из известных материалов. И ещё Нерон единственный, кто с гарантией сможет её остановить, наверняка даже придумал план на такой случай.

Он пожал плечами и с усилием мысленно выговорил:

– Про-щай. Удерживать-нет.

– Я буду скучать, котенок.

Вместо ответа он прислал картинку, как она лежит в ванной с его портретом в одной руке, вторая же рука скрылась где-то под слоем мыльной пены.

– Не настолько сильно. И я всегда могу сделать вот так.

Она мысленно изобразила, как открывает огромный телепорт, вытаскивает котенка с Атрокса, голого, мокрого и несчастного, после вытирает полотенцем и хозяйским жестом указывает на кровать.

На их пару уже начали коситься. Наверное, многие чувствовали мысленный диалог, но разобрать детали никто не мог, Айвен об этом позаботилась. Нерон же просто обнял ее и обозначил поцелуй на щеке.

– Люб-лю. Тревога-тревога-тревога.

– Не надейся. И кто-то ещё должен мне обещанные три часа невероятного секса, так что мы ещё встретимся.

Теперь осталось только выбраться из его объятий и сделать шаг в храм.

* * *

Внутрь пустили только ее и Нерона. Точнее, его пытались остановить, но недостаточно активно.

В центре храма с потолка свисал пульсирующий наподобие сердца кокон. Бестолковые рыбьи глаза с вертикальными зрачками пялились на Айвен со всей его поверхности, следили за каждым движением и будто просвечивали ее тело насквозь. Но в нескольких коротких металлических штырях угрозы они не увидели, потому как прислужники остались на своих местах, как и спрятанные в полу щупальца. Магия уже не действовала, остались только крохи, доступные из жизненных сил. Но этого хватит.

– Водные боги хотят говорить с тобой, – жрец указал на постамент перед коконом, затем отступил в тень. Прислужники же зашевелились и медленно поползли к Айвен, отрезая путь к выходу.

Всего лишь часть плана, успокаивала она себя. Без такого приглашения от водных богов в храм пришлось бы прорываться с боем, что даже при ее нынешнем обьеме энергетического резерва – самоубийство. Но сотни черных блестящих тел, состоящих из сильных и прочных щупалец, не внушали спокойствия. Котенок тоже нервничал: он щерился, рычал на прислужников и постоянно держался между ближайшим из них и спиной Айвен. Так и положено вести себя порядочному боевому имусу: закрывать собой прима. Отчего же тогда за Нерона она нервничает сильнее, чем за себя? Котенок поймал ее руку и чуть сжал пальцы. Наверняка и на этот случай у него была заготовлена пошлая картинка, но показать ее не получалось.

Айвен зашла на постамент и сложила руки на груди.

– Назовите свое полное имя, – скрипучий голос прошелестел откуда-то с потолка.

– Прим-леди Айвен Милана, последняя из рода Арк Хай. Назовите себя, иначе я буду вынуждена принять меры.

– Это ложь, леди Айвен погибла…

Дослушивать было бессмысленно, тем более прислужники один за другим понеслись к ней. Айвен прыгнула на кокон и вогнала первый из штырей глубоко в псевдомышечную массу. Там стальной червяк ожил и шустро пополз к подобию нервной системы, Айвен же поспешила установить его собратьев.

Сумасшедший план, как раз в духе призрачного кракена котенка, но другого не было. Ради него и так пришлось пожертвовать всеми самыми ценными деталями будущего корабля. И растоптать собственную гордость. Примы не просят помощи по такому пустяковому поводу. Тем более – патремы.

Сзади доносилось рычание, удары и глухое чавканье. В воображении Айвен котенка уже разорвали на части, но обернуться сейчас – лишить их последнего шанса выбраться из этой передряги. Потому она загнала последний штырь и дождалась, когда червяки дойдут до "нервной системы" храма и взломают ее. Пока что перед глазами бежали ряды цифр, а звуки почти стихли, осталось одно конвульсивное шлепанье. Беспокоит, пугает, выбивает из равновесия. До заледеневших пальцев и сердца, пропустившего удар. Пусть только котенок останется жив…

Из верхушки кокона наконец выпало длинное подобие языка, на которое Айвен капнула кровью. Система храма сверяла данные непозволительно долгие две секунды, после признала право Айвен командовать им. Первым делом она сожгла модуль удаленного управления храмом и приказала отступить прислужникам. Только потом обернулась.

Котенок зарычал и помотал головой, не желая выпускать щупальце изо рта. Потрёпанный, но целый. Жрецы же волновались и пытались подойти ближе, но натолкнулись на живую стену из прислужников.

– Никто не смеет идти против водных богов, – выкрикнул один из них.

– Считайте, что у богов произошла некоторая смена руководства.

Айвен снова повернулась к кокону, частично вернула магию и вытащила из тени ещё одну домашнюю заготовку. Храм сейчас поддерживал связь с какой-то крупной станцией, и преступно будет не воспользоваться этим. Всего-то и нужно подключить собственный транслятор и передать позывной на максимально большое количество объектов.

Нерон подошёл ближе и замер рядом с коконом, он не отвлекал и не пытался заговорить, просто стоял и следил за происходящим. Айвен на мгновение поймала его взгляд и сразу же ввела все необходимые цифры. Храм тряхнуло, часть прислужников распласталась по полу, оставшись без энергетической подпитки. Со стен сыпались куски покрытия, сочившиеся питательной жидкостью, и щупальца. Из-за нецелевого расхода энергии сгорели несколько накопителей, и храм оптимизировал свое функционирование, избавляясь от лишнего.

Но Айвен не собиралась оставаться здесь надолго. Всего-то и нужно, что дождаться стандартного отклика на позывной и переслать собратьям координаты, где её можно забрать. Примы могли измельчать, измениться, начать нарушать собственные законы, но бросить собрата, попросившего о помощи – преступление против их природы. Первым отозвался ИИ "Вуали", он сообщил, что рад новому контакту с главнокомандующим и ждёт ее прибытия. В искусственных мозгах не укладывалось, как столь высокопоставленное лицо может оказаться без транспортного средства. А, возможно, ИИ считал, что беспомощный командир, не способный выбраться с планеты, ему не нужен.

Следующим пришел отклик с исследовательской станции "Вита-Нова": стандартное приветствие и отказ в помощи.

"Ваш код не распознан. Вышлите другой или мы будем вынуждены уничтожить объект, как захваченный потенциальным противником".

Айвен ввела новые цифры, как личные, так и те, которые полагались патрему. Снова отказ. И цифры обратного отсчёта до уничтожения храма.

В голове билось только: "как?". Такое невозможно в мире примов. Не бывает, чтобы кто-то из них оказался брошен без помощи. Но станция – мелочи, позывной, наверняка, поймали многие, сейчас кто-нибудь отзовётся, она же ещё числится в списках живых примов, раз не потеряла право управлять "Вуалью". Айвен ждала и ждала, пока отсчёт не добрался до ноль одной секунды до взрыва. После отключила всю связь храма с внешним миром, затем – систему самоуничтожения и бессильно опустилась на пол рядом с коконом. Столько планов, столько попыток, и все рассыпается прахом. Не стоило ей вообще просыпаться, не стоило пытаться сделать все правильно и по законам. Альтеры и имусы созданы служить приемам. Вот пускай и служат.

– Покиньте храм…, – жрец сделал шаг вперёд и сразу же отшатнулся от возникшей вокруг Айвен огненной стены.

Отделиться, спрятаться ото всех. Даже от котенка. Особенно от него. А после – связаться с ИИ северного сектора и приказать расстыковать и затопить все платформы. Им всем не хватало богов? Айвен сможет занять освободившееся место. Глухие толчки и крики испуганных горожан слышались даже здесь, но казались нереальными, пустыми, выдуманными. Тысячи примов умерли молча, без лишних раздумий пожертвовали собой ради будущего этих полудурков, которые забыли спасителей и продались самозванцам и мертвякам.

Нерон прошел через огненную стену, как сквозь пелену тумана и замер в паре шагов от нее. Его одежда и кончики пальцев сочились синим дымом, в глаза было невозможно смотреть, а за спиной словно распахнулись темные крвлья. Айвен понимала, что если эта сущность нападет на нее, отбиться не выйдет. Но нужно ли? Смерть, своя или чужая – чем не выход? Но Уводящий не нападал, стоял и смотрел, как на музейный экспонат.

– Мы с тобой уже проходили это, но тогда роли распределялись иначе, – он заговорил первым и склонил голову набок, в привычном жесте котенка.

– Остановишь меня?

– Он бы хотел, но мне все равно. Так или иначе, жизнь все равно продолжится. Просто любопытно, что же ты выберешь.

Перед глазами пронеслось то видение с затопленным Прималюсом и шагающая рядом персонифицированная смерть.

– Так это правда? Я – зло?

– Правда в том, – он зажмурился и протянул ей руку уже как обычный имус, – что мне не нужна божественная сила, чтобы помочь тебе. Идём. Сигнал услышали и рано или поздно среагируют. Или ты построишь корабль, улетишь к ним и наваляешь там всем. Покажешь, куда крепится хвост, и все такое. А топить Прималюс не обязательно. Хотя городишко мерзкий, здесь не поспоришь.

Он обнял ее и поднял на ноги.

– Куда мне идти?

– Ко мне. Там не так плохо, честно. Есть специальные люди, готовые жарить блинчики и гладить мои рубашки, так что тебе не придется заниматься этим. А ещё огромный выбор столов и разводных ключей. Не думай, что мне так просто это предлагать: придется куда-то прятать гарем и все наработки для злодейских планов. А ещё – невест. Я завидный холостяк, знаешь ли. Все, идём.

Он потащил ее к выходу. Ноги не слушались, заплетались, а до мозга постепенно доходило, что она чуть не уничтожила огромный, густонаселённый сектор. Айвен дала отбой ИИ и попыталась вырваться из рук Нерона.

– Сейчас оглушу и взвалю на плечо. Ты же давно ждёшь, когда я так начну реагировать на твои поступки?

– У тебя точно большая коллекция разводных ключей? – Айвен дала команду прислужникам следовать за ней, а храму – переместиться к восточному сектору.

– Гигантская!

* * *

Лэнни

…за некоторое время до этого.

В наблюдательном пункте собралось столько важных людей, что Лэнни всерьез опасался, не решит ли Федерация ударить по станции, слишком заманчивая перспектива разом обезглавить ряд министерств и корпораций.

Самого Лэнни на трансляцию не пустили. Инспектор должен бухгалтерией заниматься, а не разглядывать легенду из прошлого. И пока он торчал рядом с сотрудниками спецслужб, охранявшими вход, мимо прошествовал Габриэль. Он кивнул альтерам и смерил взглядом того единственного, кто попытался остановить. Затем просто провел рукой по панели и скрылся внутри наблюдательного пункта.

"Лорд Леннард, вы так юны, а уже так быстро сдаетесь! А ну-ка активируйте весь свой врождённый потенциал примовской крутизны и входите следом, или так и останетесь грозой бухгалтерских программ до конца своей жизни!"

Ехидный внутренний голос передразнивал Габриэля и буквально подталкивал ближе ко входу. Невозможно остаться в стороне, когда там будут вести переговоры с самой леди.

Лэнни несколько раз вдохнул и выдохнул, сделал шаг вперёд и гаркнул:

– С дороги, не мешаем прим-лорду!

Родовая магия ударила по альтерам, и те смиренно опустили головы. Лэнни же проскочил мимо и открыл дверь. Точнее – выжег замок. Какая разница – день ареста или три? Все равно он серьезно проштрафился.

Рей уже много сотен лет не имели своей магии. Побочная ветвь вычеркнутого ото всюду Веден Рей, средние по потенциалу и не особенно лезущие в политику, члены рода, казалось, навсегда утратили способности к внушению. Лэнни был первым и единственным, кто при должном усердии мог заполучить себе родовое имя Веден Рей и несколько их миров. Но кому нужны пустынные планеты, населенные племенами дикарей? Его же затаскают по комиссиям и инстанциям. И не готов Лэнни пока брать на себя ответственность за цивилизацию, пускай и примитивную. Поэтому способностями он никогда не пользовался.

Собравшиеся косились на незваного визитера, но выгонять никто не стал, тем более на экране как раз появилась леди Айвен. Даже в темной военной форме старого образца она казалась очень женственной и какой-то… ранимой, что ли. И красивой. Рядом с такой и дышать забудешь. Даже невозмутимый Габриэль подался вперёд, чтобы получше рассмотреть леди.

Но остальным не было до нее дела, а, возможно, они и собрались здесь с одной целью: официально засвидетельствовать, что никакой леди Айвен, последней из рода Арк Хай, не существует. Поэтому опровергли ее слова и не подтвердили позывной. Лэнни вскочил с места и попытался протестовать, требовать, бороться, но Габриэль его удержал.