Текст книги "После развода. Ты счастлив с ней? (СИ)"

Автор книги: Екатерина Янова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 13 страниц)

Глава 58.

– Нет, ни хрена ты не понимаешь, – зло смеётся Марат. – По-другому решить я уже ничего не смогу. Я таким людям бабла должен, что даже если меня не грохнет папочка Агаты, то эти уроды меня всё равно достанут.

– Но Слава ведь пообещал денег, ты сможешь расплатиться с долгами и жить нормально. Просто не делай глупостей.

– Если бы всё было так просто. Короче, рот закрой и жди готового! – рявкает он. – И не зли меня. Если ты думаешь, что своей болтовнёй сможешь меня разжалобить, то сразу прекращай эту затею. Бесполезно!

Марат нервно заламывает руки, на лбу у него испарина. Похоже, его ломает от каких-то препаратов.

– И что ты будешь делать, даже если сбежишь? Всю жизнь прятаться?

– Заткнись! – рявкает он, замахиваясь на меня.

Я закрываюсь руками. Конечно же, замолкаю.

Сижу, дрожа от страха и холода. Молчу, зажмурившись, стараюсь пережить эти ужасные минуты ледяного холода и ужаса от происходящего.

Не знаю точно, сколько прошло времени, но по ощущениям около получаса.

– Давай зайдём назад в квартиру. Мне очень холодно, – всё же решаюсь снова подать осипший голос. – Здесь на крыше мороз и ветер. Руки уже околели, лицо тоже. Я ног почти не чувствую.

– Нихрена страшного, не замёрзнешь, – рычит Марат и начинает нервно расхаживать по крыше взад-вперёд, периодически поглядывая на часы, а ещё иногда смотря вниз.

Время тянется ужасно медленно. Мой телефон в руках Марата вдруг вздрагивает от вызова. Он смотрит в экран и хмурится.

– Это кто? – показывает он мне.

Я вижу, как на экране горит улыбчивая фотография дочери.

– Это Эля, моя дочь. Можно я отвечу? – тяну руку за телефоном.

– Ага, сейчас прям...

Сбрасывает вызов.

Но Эля у меня настойчивая девочка. Она звонит снова и снова, пока Марат не начинает психовать. В итоге он отвечает на вызов и громко рявкает в трубку:

– Твоя мамаша сейчас занята, прекрати звонить, дура!

О господи, представляю, что сейчас подумает дочка. А ей ведь нервничать нельзя!

Начинают сыпаться сообщения. Марат психует всё больше.

Вдруг на крышу открывается дверь, выходит какой-то мужчина в форме электромонтажника.

Марат тут же бросается ко мне, хватает меня за волосы, приставляет нож к шее.

– Стой там, или я её прикончу! – рычит он.

Я стою, в ужасе замерев. Чувствую, как кончик ножа впивается в кожу, раня её.

– Эй, мужик, ты чего? – выпучивает глаза работник. – Я ж это, провод проверить. Коротит где-то.

– Вали отсюда.

– Ладно, ладно! – поднимает руки мужик.

Пятится к двери. Выходит, но закрывает её не до конца. Только Марат этого не видит. Его отвлекает снова мой телефон.

– О, а вот и твой муженёк созрел, – принимает Марат вызов. – Бабло собрал? – рявкает в трубку.

Не знаю, что ему отвечает Слава, мне не слышно. Но Марат начинает широко улыбаться.

– Отлично. Хорошо стараешься. Видимо, всё же нужна тебе эта баба.

Отпускает меня, продолжая разговор. Смотрит с крыши вниз. А я замечаю движение за чуть приоткрытой дверью, ведущей на крышу.

Мои глаза расширяются от ужаса, когда я вижу ствол оружия в этой щели.

– Даю тебе ещё пятнадцать минут, – выдаёт Марат, разворачиваясь ко мне.

В этот момент что-то тихо щёлкает, Марат поражённо замирает, его как будто отбрасывает чуть назад. На его лбу образуется кровавая точка, которая быстро расползается.

Из его ослабевшей руки выпадает телефон, глаза стекленеют, но в них отчетливо можно увидеть ужас и осознание, что он проиграл.

Падает на колени, а потом заваливается на спину у самого края крыши.

А уже в следующую секунду на крышу врываются люди в форме, один из них подходит ко мне, помогает подняться.

– С вами всё в порядке, вы можете идти? – спрашивает он меня.

Я киваю, хоть и пребываю всё ещё в глубоком шоке.

Кое-как встаю, переставляю немые ноги. Мы заходим в помещение, спускаемся на один пролёт. Тут из лифта выскакивает Слава.

– Ира! – бросается он ко мне. – Ира, ты в порядке?

– Я в по-ря-дке, – трясёт меня.

Всхлипываю, бросаюсь к нему в объятия.

– Ира! Ирочка! – прижимает он меня к себе так, что я начинаю задыхаться. Но его запах и тепло помогают понять, что все действительно закончилось. – Слава богу. Все, теперь все позади.

– Мама! – несется следом Элька. – Мамочка! – тоже бросается мне на шею с рыданиями.

И вот мы стоим здесь в темноте коридора втроем. Слава обнимает нас с дочерью. Я чувствую, как надсадно колотится его сердце.

– Мамочка, как же ты меня напугала, – плачет дочка.

– И меня, – шепчет Слава, целует меня в висок. – Если бы с тобой что-то случилось…, – просаживается его голос. – Все, Ира, как хочешь, но больше я тебя и на шаг не отпущу. Сейчас приведу тебя в чувства и заберу к себе. К нам. Навсегда!

– Что ж, навсегда, значит навсегда. Сегодня я на все согласна.

Глава 59.

Лежу в горячей ванной в ароматной пене. И вроде бы нужно расслабиться и согреться, но у меня не получается. Накрывает откатом, и как только я закрываю глаза, снова оказываюсь там, на ледяной крыше. А рядом совершенно неадекватный человек с ножом...

– Ира, всё хорошо? – заходит в ванную Слава.

В руках у него бокал с вином.

– Не поняла, – отвлекаюсь я. – А где же ты нашёл бокалы?

– Волшебство! – улыбается Слава. – А вообще это курьер доставил. Я заказал еду в ресторане. Ну и бокалы тоже.

– А так можно было, да? – смеюсь я.

– Да. Сам готовить я не решился, ну а тебя заставлять тем более. Ты сегодня должна отдыхать.

– Можно было просто забрать еду из холодильника в моей квартире. Теперь пропадет, – вздыхаю.

– Не пропадет. Завтра заберем. Я не хотел оставлять тебя там ни на минуту.

– Ну да, поэтому потащил в свою берлогу? Хорошо, хоть на плечо не взвалил.

– Было такое желание, – усмехается Слава. – Но я напомнил себе в последний момент, что живу в цивилизованном вроде как обществе.

– Вроде как, это точно.

– Давай выпьем за инстинкты, – протягивает он мне бокал.

– Это какие? – выгибаю бровь.

– Самые примитивные, – подмигивает.

– От твоих ночных примитивных инстинктов у меня уже все болит кое-где, – жалуюсь, закатывая глаза.

– М-м-м, приму за комплимент. А вообще, пусть лучше там болит.

– Голова тоже болит, – вздыхаю я.

– Поэтому пей, Ира. Считай, что это лекарство.

Беру бокал из его рук, ударяемся и пьем, глядя друг другу в глаза. Потом я расслабленно откидываюсь на мягкий бортик ванной.

– Не помогает, – вздыхаю я. – А можно мне другое лекарство? – беру руку Славы, кладу себе на лоб его ладонь.

М-м-м, так намного лучше, и хочется заурчать, как кошке.

– Мне кажется, ты меня перепутала с подорожником, – подаёт голос Слава.

– Может быть, – отвечаю устало.

– Тогда подожди минутку, у меня есть идея получше.

Он отстраняется, быстро сбрасывает с себя одежду, забирается в ванну ко мне, усаживается в воду, притягивает к себе на грудь, обнимает.

И я замираю в его ласковых руках.

– Да, пожалуй, ты прав, – шепчу, втягивая запах его кожи. – Такой подорожник мне нравится намного больше.

– Конечно, – шепчет Слава, поднимая моё лицо за подбородок. – Этот подорожник умеет кое-что еще. Иди ко мне, Ириша. Я тебя согрею.

Прикосновение его нежных губ к моим, по телу мурашки, я запрокидываю голову, позволяя ему себя целовать. Чувствую, как от этого в теле разливается тепло, побеждая дрожь холода и страха, которые никак не отпускают меня.

На этот раз Слава не торопится, и то, что между нами здесь происходит – это не просто секс. Наши тела уже вспомнили друг друга. Теперь друг друга вспоминают души.

– Ира, – шепчет он мне на ухо, – ты не представляешь, как ты сегодня напугала меня. Я не знаю, как бы смог без тебя, – гладит мое лицо и смотрит с такой нежностью, зацеловывает щеки, веки, и снова возвращается на губы. – Знаешь, когда ты была там, на крыше в руках этого неадеквата, я снова почувствовал себя, как два года назад. Во мне горел дикий страх, что ты снова исчезнешь из моей жизни.

– Слава, – качаю я головой, – я не верю, что два года назад ты испытывал страх меня потерять.

– Ты знаешь, наверное, я и сам только сейчас это понял. И да, тогда даже самому себе я бы ни за что не признался, что мне было страшно. Страшно идти в эту жизнь без тебя. Я отчаянно доказывал себе, тебе и всем окружающим, что ты мне не нужна, что я справлюсь сам, что смогу заменить тебя другой. Но я облажался. И теперь я знаю наверняка, что без тебя моя жизнь – это пустое, унылое болото. Поэтому, Ира, береги себя, пожалуйста. Я очень хочу вернуть наше "долго и счастливо". Знаю, я его чуть не разрушил, но теперь я хочу, чтобы оно у нас было.

– Оно у нас будет, Светов, если отголоски твоих ошибок не настигнут нас опять.

– Я думаю, мы с тобой уже прошли через достаточное количество испытаний. Хватит нам отголосков, Ира. Давай просто будем друг у друга, будем вместе. И всё у нас будет хорошо.

– Отголоски никуда не денутся, Слава. Забыть все, что было не получится.

– Я понимаю, Ир. Я сделал тебе очень больно. Прости меня. Это тяжело, но я всегда восхищался твоей внутренней силой. Сможешь простить?

– Уже простила, – вздыхаю я.

И как-то это выходит из меня так легко, и на душе тоже становится легко. Как будто только что с меня упал тяжеленный камень.

Гранитный булыжник обид, который все это время сидел внутри и не давал полноценно вздохнуть.

А теперь его больше нет! И это огромное счастье.

Глава 60.

– Ну всё, теперь я окончательно свободный человек, – кладёт передо мной Слава бумаги.

Я смотрю на них лишь мельком. Я верю ему. А потому вчитываться в подробности и пытать нюансами не собираюсь.

– Что же, поздравляю, свободный ты человек, – рассматриваю с улыбкой Светова.

– Что-то в твоём тоне, звезда моя, подсказывает мне, что тебе это не нравится?

– О чём ты? – выгибаю бровь.

– Ты прекрасно поняла, о чём. Свободный я очень ненадолго. И только по бумагам. На самом деле сердце моё давно и надёжно занято, – картинно вздыхает.

– Ой ли? – хитро прищуриваюсь.

– Хочешь ещё признаний? Это без проблем. Люблю, Ириша, только тебя. Так нормально или ещё? – подначивает меня Светов.

На самом деле, понял он всё верно. И да, мне хочется признаний и подтверждений. Может это и глупо, но так я чувствую. Могу себе позволить!

– Как-то слишком слащаво, – закатываю капризно глаза.

– Вам, мадам, не угодишь.

– Да, тебе достался не самый лёгкий экземпляр. Но ты можешь передумать, пока ты всё ещё свободный человек.

– Могу, но не хочу, – прищуривается он в ответ.

– Ну, я надеюсь, ты полностью определился?

– Я понял, каких именно признаний ты ждёшь, – криво усмехается Светов. – Ириша, я готов это сказать сегодня, завтра и ещё много раз. Так уж случилось, что всю мою жизнь у меня внутри надёжно поселилась и жила только одна женщина. И да, был у нас с ней сложный период, когда мне казалось, что я её потерял, перестал чувствовать, тогда между нами что-то пошатнулось, сломалось и отрикошетило так, что мы оба не смогли устоять. Я так точно свалился. Даже, я бы сказал, скопытился, – усмехается невесело. – Но благодаря тебе я смог подняться. И этот опыт многому меня научил и расставил жизненные приоритеты совершенно однозначно. А потому да, теперь я могу с уверенностью сказать, что в моём сердце живёт только одна женщина, и другим там не место. Ириш, пойдёшь за меня снова?

Он ставит передо мной коробочку с кольцом.

Это ожидаемо и всё равно волнительно. Сердце замирает на секунду, а потом начинает отчаянно стучать в ускоренном ритме.

– М-м-м, и даже на одно колено передо мной не упадёшь? – сохраняю шутливый тон.

– Я могу, Ириш, но боюсь, ты снова скажешь, что это слишком слащаво.

– Да, пожалуй, тебе не пойдёт, – хмыкаю я. – Тогда в качестве дополнения к признанию с тебя уборка в гараже. Ты же знаешь, не люблю повторять такие вещи по десять раз.

– Замётано, – отвечает он. – Прошу ваш пальчик, мадам.

Протягиваю ему руку, а пальцы всё же подрагивают от волнения. Светов надевает на меня кольцо. Я любуюсь камешком посередине, стараясь не показывать внутренних переживаний.

Господи, ещё недавно я не знала, как жить, каждый день был для меня пыткой, а теперь… Теперь мой единственный, любимый мужчина рядом. Он говорит вещи, о которых я даже мечтать не могла. И да, я знаю, что ради этого мы прошли длинный, сложный путь, полный сомнений, страданий, страхов.

Но теперь я больше не хочу страдать и бояться. Я хочу быть с ним!

– И что, следующим шагом ты меня снова потащишь в ЗАГС? – поднимаю глаза на Светова.

– Потащу, – уверенно кивает он. – На самом деле я уже всё решил. Роспись у нас назначена через три недели. Можешь выбирать платье, – огорошивает он меня.

– Даже так? – выгибаю удивлённо бровь.

– Именно так. И не спорь!

– Даже не собираюсь. Вот только белое платье у меня уже было. Так что я хочу хранить те воспоминания. А сейчас предлагаю просто поставить росписи в документах, которые снова всё расставят по своим местам. И раз уж мы так решили, – продолжаю я, – предлагаю считать прошедшие два года просто сложным этапом нашей длинной семейной жизни.

– Ты знаешь, я хотел просить тебя о том же самом, но ты, как всегда, читаешь мои мысли. Я согласен и предлагаю сегодня забрать из твоей квартиры оставшиеся вещи. Потому что больше я тебя туда не отпущу.

– Ну что ж, здесь мне остаётся только повиноваться, – соглашаюсь я. – А теперь расскажи мне, что там с Агатой и со всей этой историей? – перехожу к серьёзным темам.

– Агате лучше. Отец забрал её домой. Мне кажется, отношения у них начинают налаживаться с дочерью. Вот только Агата пока не может оправиться от того, что случилось. Мне показалось, она искренне горюет за Маратом, наверное, она всё же его любила.

– Тебе её жаль?

– Как тебе сказать, Ира? Я думаю, каждый получил то, что заслужил. Все мы ошибаемся, но кто-то из этого делает правильные выводы, а кто-то нет. И для Агаты вся эта ситуация тоже может стать тяжёлым опытом, который поможет расставить жизненные приоритеты. Или же она и дальше пойдёт по жизни, легко порхая и совершая очередные ошибки. Но это уже не наша забота. Главное, что мы с тобой сделали правильные выводы. Я в этом абсолютно чётко уверен.

– Надеюсь, ты прав, – улыбаюсь я. – А ещё Эля сегодня нас пригласила в гости.

– Что же, очень рад. Давно мы не собирались семьёй.

– Да уж, два года так точно.

– А у меня тоже есть для тебя хорошая новость, которая, вообще-то, секрет, – понижает таинственно голос Слава.

– И что же это за секрет?

– Сегодня вечером Игорь прилетает.

– Да? – взлетают мои брови. – Вот засранец, а матери ничего не сказал.

Качаю головой, вспоминая моего взрослого сына, за которым я безумно соскучилась.

– Это должен был быть типа сюрприз, поэтому не говори, что я его сдал.

– Всё равно поганец.

– Да, наш поганец. И сегодня мы соберёмся всей семьёй в полном составе. Ты рада?

– Безумно рада, – сжимаю его руку и чувствую, как Слава греет мои пальцы в ответ. – Ира, спасибо тебе, – смотрит пронзительно в самую душу. – Ты вернула наше счастье. И теперь, обещаю, я буду его очень бережно хранить.

Глава 61.

Сюрприз у моего засранца-сына всё же удался, потому что он приехал на семейный ужин не один, а с невестой.

И, конечно, для нас всех было неожиданно и волнительно узнать, что, оказывается, у них уже год серьёзные отношения. Теперь этой девушке Игорь сделал предложение, и они летом собираются играть свадьбу.

Слава сжимает мою руку под столом, а я слушаю, как Элька с Игорем по-дружески припираются.

– Скоро раздуешься, как шар, сестричка! – подкалывает её Игорь.

– Не завидуй. А лучше догоняйте нас со своей Танюшкой, – подмигивает дочь Игоревой невесте.

– О нет! – скромно улыбается она. – Мне нужно сначала закончить учёбу.

– Да, да, учёба, потом работа. Карьера. А до детей так и не доберётесь лет в пятьдесят? Смотри, Игорёк, в старости некому будет воды подать.

– Так это вы с Женькой от страха одинокой старости решили киндера забацать? – продолжают словесный пинг-понг брат с сестрой.

– Забавные у меня детки, – улыбаюсь я. – Про старость разговоры ведут…

– А мы разве не такие же были? – подмигивает мне Слава. – Вспомни, когда нам было по двадцать, наши родители казались нам древними стариками.

– Да, было такое, – подтверждаю я.

– Ничего не знаю, – улыбается Элька. – У нас самые молодые, красивые и любимые родители. – Правда? – толкает Игоря в бок.

– Подтверждаю, – очаровательно улыбается сынок.

– Эх ты! – треплю его по голове. – Дети так быстро растут. Кажется, ещё вчера вы оба пешком под стол ходили, а сегодня такие взрослые.

Невольно на глаза наворачивается слеза.

– Ну вот, мама сейчас начнёт реветь, а это явный признак того, что пришло время выпить за нас за всех, – поднимает Игорь бокал.

И снова звучат тосты, нас греет тёплая семейная атмосфера, которой давно не хватало нам всем.

Вскоре дети уходят на террасу и о чём-то там беседуют у мангала. Я же всё ещё задумчиво рассматриваю их, и мне так непривычно видеть всегда скупого на проявление чувств Игорька рядом со своей девушкой. Сразу видно, влюблён он по уши, и эти их тайные улыбочки, прикосновения под столом – прям как мы со Световым. Как будто нам снова по двадцать.

– Что ты думаешь о выборе нашего сына? – смотрю на Славу внимательно.

– Мне кажется, он сделал правильный выбор.

– Почему?

– А ты сама не заметила? – хитро улыбается Светов.

– Нет.

– Он выбрал девушку по твоему образу и подобию.

– Неправда! – смотрю на него удивлённо.

– Правда, правда! Присмотрись. У неё веснушки, и упрямая чёлка. Да и сама она девочка-очаровашка, хоть и с характером. Очень напоминает тебя в её годы. А потому я считаю выбор сына правильным и думаю, что у них всё получится.

– Ну, не знаю, – хмурюсь, рассматривая будущую невестку под новым углом. Мне она кажется совершенно на меня не похожей. – Я никогда не была такой хохотушкой и немного легкомысленной.

– Была, была, Ириш. И сейчас ты такая же, когда счастливая, – убеждённо выдаёт Светов всё с той же тёплой улыбкой. – В последние дни я всё чаще вижу, как ко мне возвращается моя молодая солнечная Иришка, – подмигивает мне.

– Даже не знаю, что на это сказать, – качаю головой задумчиво.

– А ты ничего не говори, лучше почаще улыбайся.

– Наверное, в моём возрасте столько улыбаться неприлично, – отвечаю, а губы невольно расплываются в улыбке.

– Разрешаю тебе быть очень-очень неприличной! – шепчет на ухо Слава. – И, кстати, о приличиях. Мне кажется, нам пора. Засиделись мы у детей, не находишь? Пора бы и о себе подумать.

– Да уж, я вижу, что кое-кто о себе совершенно не забывает.

– Каюсь. Просто очень хочу остаться с тобой наедине.

– Ох, Светов, Светов!

– А ещё у меня для тебя есть небольшой сюрприз.

– Опять? Что-то много мне в один день сюрпризов.

– Если они приятные, то чем больше, тем лучше.

– Хорошо, и что же это за сюрприз?

– Ну, поскольку ты пока на больничном, я решил тоже взять несколько отгулов. И хочу предупредить сразу, что до понедельника мы абсолютно свободны.

– И? – выгибаю вопросительно бровь.

– И сегодня вечером тебе нужно успеть собрать чемодан, потому что рано утром мы выезжаем в одно памятное место, – выдаёт загадочно Светов.

– Очень интересно. И куда?

– Проверь почту, любимая, – добавляет он.

Я достаю телефон, открываю почту, а там бронь на четыре ночи того самого санатория, который подарил нам второй шанс.

– Как интересно! – восклицаю я. – А номера нам ты снова заказал соседние? – смотрю на него с хитрым прищуром.

– Не дождёшься, звезда моя. До конца дней у нас с тобой теперь номер один на двоих, кровать и… жизнь! И никак иначе!

Эпилог

– Боже, какая красота! – практически пищу от восторга, когда мы со Славой поднимаемся на подъёмнике в горы.

– Я рад, что тебе нравится. А ты в прошлый раз не поднималась? – спрашивает он.

– Нет, из-за одного крайне бесячего типа в соседнем номере никакие красоты мне были неинтересны.

– Ну что тебе сказать, Ириш, бывает, с соседями не везёт, – философски выдаёт Слава. – А в этот раз как?

– В этот раз соседи у меня идеальные. А вот товарищ, который живёт со мной в номере, вызывает массу вопросов.

– Правда? – усмехается Слава. – Ну-ну, озвучь эти вопросы, я с ним обязательно серьёзно поговорю.

– Мне кажется, этот мужчина немного потерялся во времени. Забыл, сколько ему на самом деле лет и ведёт себя как влюблённый подросток, – выдаю шутливым тоном.

– Какой ужас! – хмыкает Светов. – Даже не могу себе представить такого безобразия. И в чём же это проявляется?

– Ну, во-первых, в повышенной сексуальной активности. А во-вторых, он иногда говорит мне такие вещи, которые даже в молодости я от него не готова была услышать, представляешь?

– Неужели в любви признаётся?

– Да, да, именно так.

– Бедная ты женщина! – смеётся Светов. – То есть ты хочешь сказать, что этот ужасный человек тебя буквально залюбил и затрахал? – рычит мне на ухо.

– Какое точное определение! Вот именно так.

– И в чём претензия? – выгибается Светов бровь.

– На самом деле я опасаюсь, что всё это быстро закончится, – вздыхаю. – Прямо вот сразу вместе с нашей путёвкой.

– Да, эти опасения не лишены смысла, – кивает Светов. – Обещаю, Ирина, я поговорю с ним и обязательно донесу до него все ваши доводы. Уверен, мы сможем решить этот вопрос.

– Что ж, отлично, – болтаю я ногами на подъёмнике, рассматривая горные красоты.

А потом мы вместе любуемся заснеженными склонами. Светов обнимает меня, греет щеку горячим дыханием. Я чувствую, что он готов залюбить меня в очередной раз прямо здесь.

– Я хотел бы завтра посетить ещё одно место, – шепчет мне на ухо.

– Какое же? – удивляюсь я. – Мне кажется, мы здесь уже были везде.

– То самое, где ты снова стала моей.

– О нет, только не говори, что ты хочешь меня снова затянуть в тот самый охотничий домик!

– Именно туда, – кивает Слава.

– Нет! А как мы туда попадём, вплавь по горной речке? Спасибо, прошлого раза мне хватило.

– Я уже всё придумал, Ира. Завтра Арсен ждёт нас в гости. И транспорт до домика он нам тоже найдёт, не переживай.

– И что мы там будем делать? Там ведь теперь даже музыки нет.

– Примерно то же самое, что мы делали в нашем номере.

– Ужас! Откуда в тебе столько сил, Светов?

– Я их берег для тебя долгое время, – подмигивает.

На самом деле, я безмерно счастлива, и в домик тот самый безумно хочу. Ведь там мы будем наедине друг с другом и с нашими воспоминаниями, а большего мне и не надо.

– Иногда ты меня пугаешь.

– Иногда я сам себя пугаю, Иришка, но со мной тебе бояться точно нечего.

Два года спустя...

– Алло, мамочка, пожалуйста, выручай! – слышу в трубке звонкий голос дочери.

– Что случилось, родная? – спрашиваю, качая на руках Артёмку – сына Игоря и Танюши.

– Можно я Аришу к тебе привезу часика на два, не больше?

– Ну, я всегда за, доченька, но сегодня мне Артёмку привезли. А с ним ты же знаешь, как сложно.

– Знаю, мамочка, но у меня безвыходная ситуация. Мне срочно нужно в офис. Прям вот обморочно, понимаешь?

Она начинает рассказывать мне о проекте, над которым работает, и о том, что им срочно нужно внести правки.

– Ох, доченька, привози, конечно, что-нибудь придумаем.

– Спасибо тебе, мамулечка. Спасибо. Ты меня выручила как никогда.

И вот через полчаса у меня на руках уже двое внуков: полуторагодовалая Ариша и семимесячный Артём. Когда я была молодой, с такими нагрузками я легко справлялась, а вот сейчас немного теряюсь. У Артёмки такой возраст, что он научился сидеть и ползать. Его категорически не устраивает лежать или сидеть. Он хочет двигаться, ползать или ходить за две ручки! Ариша с самого младенчества очень подвижная и шкодная, и за ней постоянно нужен глаз да глаз, а потому сейчас я просто разрываюсь.

Звоню Славе на работу:

– Ты долго ещё? Или меня сдадут в дурдом скоро, – жалуюсь я.

Рассказываю, какую мне дети засаду устроили с внуками.

– Я постараюсь скоро быть, – обещает Светов.

– И смотри, у нас ничего, кроме манной каши нет, – предупреждаю я.

– Сто лет не ел манную кашу. Держись, скоро буду.

Отключаюсь и в этот момент слышу грохот. Оборачиваюсь, Ариши нет рядом, хотя вот только что она сидела на ковре. Бегу на кухню, хватаюсь за голову.

Ариша залезла в кухонный шкаф и только что рассыпала по полу гречку и сахар. Артём тут же на четырёх точках ползёт к ней, чтобы, конечно же, поддержать этот беспредел.

– Нет, нет, нет, даже не вздумай! – тут же подхватываю его, осознавая, что если он доползёт, то обязательно наестся сырой гречки.

– Ариша, пойдём со мной! – подхватываю обоих внуков на руки и несу их в другую комнату, подальше от кухни.

И вот через полчаса я уже полностью вымотана и готова взвыть. Тут открывается дверь. На пороге вижу Славу.

– Наконец-то, – устало вздыхаю. – Ничего не знаю, Светов, но следующий час роль няньки выполняешь ты.

– А что такое, Ириша? Ты же хотела много внуков, – подначивает меня с улыбкой муж.

– Ты их тоже хотел, а поэтому вперёд!

– Хорошо, хорошо, я только руки помою, – смеётся Светов и заходит в ванну.

Вдруг слышу грохот и ругательства.

– Твою мать, что это такое?! – орёт Светов.

Лечу туда. Слава растянулся в ванной на кафеле.

– Что случилось? – помогаю ему подняться.

– Кто жидкое мыло разлил по полу? – потирает он ушибленную руку.

– О Господи, видимо, внучка твоя, кто же ещё?

Возвращаюсь в гостиную. А этой поганки уже и след простыл. Она снова на кухне. Захожу, и на ум не приходит ни одного приличного слова, потому что на этот раз проказница добралась до муки и теперь прямо посреди кухни месит тесто из гречки, сахара, муки и разлитого кефира.

– Кажется, я сейчас вздёрнусь! – хватаюсь за голову.

– Тихо, звезда моя! – отодвигает меня с дороги Слава. – Это я беру на себя, – показывает на кухню. – А ты занимайся внучком. Кстати, он к лестнице пополз.

– Вот чёрт! – бегу туда и блокирую несанкционированный побег.

А Слава идёт разбираться с внучкой. Слышу, как ласково уговаривает её помыться. И Ариша даже слушается! Со мной бы наверняка закатила истерику. Вот уж Светов, дамский угодник, умеет заболтать кого угодно, даже полуторагодовалую внучку.

И вот ещё через полчаса весь апокалипсис убран, дети накормлены и спят в своих кроватках. А мы усталые сидим на диване, не в силах пошевелиться.

– Ну что, Слава? Как тебе жизнь?

– Потрясающе! – мечтательно улыбается он. – А тебя что-то не устраивает, звезда моя? – притягивает меня к себе на грудь и целует в макушку.

– Да я просто охреневаю от своего счастья. Дети, внуки, муж любимый рядом, о чём ещё можно мечтать? Вот только поясница, блин, болит.

– Тогда я знаю, как тебя порадовать! – целует меня Слава в губы.

Кажется, поцелуй перерастает в нечто большее, но я тут же начинаю от него отбиваться.

– Нет, нет, даже не думай приставать ко мне со своей любовью, я сейчас на это точно не готова!

– Жаль, но у меня есть один проверенный способ возродить тебя в жизни. Падай! Сейчас будет массаж! – достаёт Слава массажное масло.

Я расслабленно опускаюсь на подушки, и следующие десять минут – это просто кайф, когда он разминает мою уставшую спину, натирает её согревающим кремом. И только я окончательно расслабляюсь, как раздаётся требовательный плач Артёма, а следом и Ариши.

– О нет! – выдавливаю со стоном. – Ничего не знаю, Светов! – падаю я лицом в подушки. – Я пока встать не готова. У меня тут мазь согревающая. Так что дети твои!

– Договорились, но с одним условием, – подмигивает он.

– Это каким же? – прищуриваюсь я.

– Дети мои сейчас, а ты – моя ночью. Согласна?

– О боже, да куда ж мне деться? Согласна, конечно.

– Ну, я пошёл.

– Иди.

Слава уходит, а я расслабленно падаю на диван со счастливой улыбкой. Слушаю, как он воркует с внуками, и понимаю, вот оно – настоящее счастье!