Текст книги "Будни некромантки (СИ)"

Автор книги: Екатерина Радион

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

ГЛАВА 5

Не обращая внимания на вытянувшееся лицо Феделя, Мальдира перехватила у Анитико ключ и вышла в коридор. Наставник как никто другой знал, что ей было нужно. Уединение, спокойствие. И доступ к тайнику, созданному как раз на такой случай.

Двигаясь в кромешной тьме по коридорам крипты, Маль отставила руку в сторону и вела ключом по кладке. Неприятный скрипящий звук разрезал пространство, но в этой мелодии слышалась смерть. Такая родная, такая привычная.

Изначально традиция хоронить умерших в криптах, катакомбах, вырытых под селением, пришла вместе с первыми поселенцами. Мальдира росла спокойным, уравновешенным, но всё же любопытным ребёнком. Игры со сверстниками наскучили ей буквально за один-два раза, да и что может быть интересного в том, что ты всегда в роли отщепенца, живого трупа? Ничего.

И тогда Маль попросила Анитико научить её читать. Некромантка видела, как клирик часами сидит над книгами, но разгадать их загадку без посторонней помощи не смогла. Анитико не отказал, и вскоре Мальдира перестала выходить на улицу, дни и ночи проводя в библиотеке. Она не знала ни голода, ни жажды, не хотела спать, а что-то внутри продолжало требовать развития, изучения нового.

Тогда Мальдира и закопалась в книги по истории. Прочитанное ей не понравилось, совсем. Взять хотя бы традицию постоянного общения с умершими, обращения к их духам за советами, украшение могил живыми цветами. Пожалуй, это было красиво. На той, светлой стороне, именуемой Бенифтеррой. В реальности, которая окружала юную некромантку, всё было куда прозаичнее. По исследованиям местных клириков, остатки души цепляются за кости не тридцать дней, как считалось на светлой стороне, а тридцать лет. И пока есть эти крупицы, некротическая энергия, разлитая в эфирном море, может поднять мертвецов.

Поэтому хоронить их за пределами города опасно. Мальдира тогда задала закономерный вопрос. А почему, собственно, не сжигать трупы? Пепел не сможет собраться воедино, да и огонь, если верить всё тем же книгам, обладал невероятной очищающей силой. Но Всеблагая не велит, и люди слушают, создавая себе множество проблем. Таких, как эти крипты, в которых выдерживают тела тридцать лет, чтобы потом сжечь. В светлых землях выдерживают. У них, в Мортерре, сжигают в шесть раз чаще. Была бы возможность, каждый труп предавался бы огню сразу же, да вот беда, так дров не напасёшься.

Добравшись до неприметной двери, Мальдира вставила ключ в узкую замочную скважину, провернула его трижды и вошла в узкое неприметное помещение. Комнатушка, в которой бы метёлки хранить или даже штыки для лопат, но именно она была для некромантки всем. Различая в серых тонах всё вокруг, Маль отсчитала седьмой камень от пола и надавила на восьмой. Тот толкнул ещё один, и открылась небольшая ниша, в которой лежало несколько кристаллов вигоры. Руки некромантки затряслись. Невероятная сила, которая сейчас станет её, поможет не оказаться в океане безумия.

Коснувшись кончиками пальцев слабо светящихся кристаллов, Мальдира полностью поглотила их. Кожа тут же приобрела едва заметный розовый оттенок, а сама девушка стала походить не на труп, а на больную чахоткой, что в её случае было очень даже хорошо.

Быстро закрыв нишу, Маль скинула на пол лохмотья, в которые превратился её костюм, и принялась натягивать новый. Предусмотрительный Анитико всегда держал парочку про запас. Тонкое нижнее бельё, чулки и нательная рубашка, защищающие кожу от натираний, штаны из грубой ткани со множеством карманов, в которых удобно хранить разные мелочи. Мальдира переложила мелкие камушки, которые любила перебирать в пальцах, из порванной одежды в новую, вытащила широкий кожаный пояс, отмечая, что подсумок кто-то срезал. Вряд ли искали ценности, скорее пытались их уберечь. Надо будет потом спросить у Анитико, где реактивы.

Новая поясная сумка заняла своё положенное место. Мальдира добавила туда свежую кисточку и пузырёк с алхимическим маслом и щёлкнула замком. Пришёл черёд надевания просторной рубахи с длинными рукавами и высоким воротником. Мальдира старательно застёгивала мелкие пуговички, скрывая тело от посторонних глаз. Взяла с полки белую глиняную маску, перчатки и плащ и отправилась к наставнику, завершая туалет по дороге.

Пришла она как нельзя вовремя, диалог между клириками шёл на повышенных тонах.

– Её нельзя выпускать!

– Почему это? – поинтересовалась Мальдира, опираясь плечом о стену и скрещивая руки на груди.

– Потому что она живой труп! – выкрикнул Федель и прикусил язык, оборачиваясь.

– Да? А ты живой мешок с костями и кровью. Тебя тоже не стоит выпускать? – холодно спросила Маль, опуская маску на лицо.

Только глаза излучали слабый синий свет. Юного священника передёрнуло.

– Федель, успокойся.

– Да что уж тут, пусть покричит, – хмыкнула Мальдира. – Молодой, горячий. Бенифтерианец. Что с него взять?

В этих словах было столько желчи и холода, что стало не по себе даже привыкшему к общению с некроманткой Анитико. Обычно Маль говорила только по делу, коротко, а тут разошлась, словно с цепи сорвалась. И каждое её слово находило отклик у собеседников.

– Мальчик, забудь о том, что было раньше. Ты на земле мёртвых. Оживших трупов тут больше, чем нормальных людей. И они рядом. Закрывая глаза, я слышу, как они идут, медленно перебирая ногами, к Камперу. Слышу, как они мечтают вгрызться полусгнившими зубами в плоть. Как нематериальная нежить мечтает впитать твою жизненную силу, превратив в глубокого старика. Здесь можно умереть в любой момент и превратиться в погибель для своих же близких. Всеблагая, да тут даже солнца толком нет. Ты уверен, малыш, что хочешь здесь остаться, а не сбежать к мамочке?

Повисло тягостное молчание. Федель не знал, что ответить. Для него Мортерра была страной из страшилок, детских сказок, сродни историям про драконов с далёких островов.

– И поэтому я должен позволить живому трупу в твоём лице разгуливать по улицам деревни? – прошипел Федель.

– Я не живой труп. Я некромантка. Я повелительница мёртвых, защитница этой деревни. Если ты меня не выпустишь, то ночью, при свете луны, из-под земли поползут живые мертвецы. И что ты будешь тогда делать? Как будешь спасать людей? Не стоит приходить со своими правилами в мир тьмы, – Мальдира не заметила, как уголки её губ поползли вверх, складываясь в ехидную улыбку. – Где мой посох, Анитико?

– У входа. И подсумок. Принесли уже после, сказали, что оторвался в дороге, – хмыкнул жрец. – Забрали ладан и масло.

– Всеблагая с ними, можно же было просто попросить. Ладно. Как надолго с нами этот милый щеночек?

– Я не…

– Тебя не спрашивали, – огрызнулась Маль, поворачиваясь к наставнику. – И зачем он пришёл?

– Исследователь и миссионер. Сын богатых родителей. Будет тут, пока не надоест, – со странной горечью отметил Анитико.

– А, ясно. Будем развлекать его?

– Я займусь, не переживай. Он моя забота.

– Ну уж нет. Я приехал исследовать. И я буду исследовать её, – решительно заявил Федель, тыча пальцем в Мальдиру.

Некромантка сняла маску и медленно приблизилась. Она видела, что так делают живые девушки, и хотела проверить, как среагирует на неё незнакомый мужчина. Местные-то знали, что её ничего, кроме мертвяков, не интересует.

Плавно, грациозно, выставляя ногу вперёд. Да, в юбке это смотрелось бы соблазнительнее, но в штанах Мальдира выглядела как настоящая хищница. По пути она сунула маску в руки Анитико и посмотрела Феделю глаза в глаза. И тот отшатнулся. Не выдержал этого пронзительного, пробирающего холодом до самого сердца, взгляда.

А ещё внешность. Некромантка напоминала мраморную статую из храмового парка. Молочно-белая кожа, точёные хрупкие черты лица, аккуратный нос, маленький подбородок, едва наметившиеся скулы, но не было ни бровей, ни ресниц, ни волос, словно про них забыли.

– Боишься? – с придыханием спросила Мальдира, по-свойски опуская ладонь на плечо клирика.

– Ты странная. Некроманты не должны себя так вести. Почему ты не подчиняешься?

– Не хочу? – ответила вопросом на вопрос Мальдира, прижимая голову к плечу.

Этот жест она тоже подсмотрела у какой-то девчушки, постоянно так делающей в разговоре с отцом.

– Я точно буду тебя исследовать! – решительно заявил Федель. – И это, парик купи.

– Зачем? – встрепенувшись, спросила Мальдира, проводя рукой по лысой голове.

– Чтобы людей не пугать.

– А, это, – отмахнулась некромантка, возвращая маску на место и надевая капюшон. – И никто не испугается.

– Ну да, конечно. Ладно, сам куплю парик.

– Нет нужды. Можешь поить меня кровью каждый день, и будут тебе волосы, – холодно заметила Мальдира. – За всё нужно платить.

– Эм, что, прости? – опешил Федель.

Анитико наблюдал за всем со стороны, сжимая кулаки. Он считал, что если эти двое найдут общий язык, то множество проблем решится само собой, поэтому старался не привлекать к себе лишнего внимания, В одном юный коллега был прав. Мальдира странная, она не типичная некромантка, в ней намного больше жизни, её душа похожа на цветок с оборванными лепестками, а не на тусклую палочку. Именно в этом и кроется сила.

– Что слышал, – ответила некромантка. – Поддержание формы требует жизненных сил. Хочешь, чтобы была с волосами, пока ты там меня исследуешь, корми исправно. Но помни, что жизни дороже твоих… как их там?.. А, эстетических вкусов. А теперь, Фе-едель, – она прошептала его имя, растягивая по слогам, – идём наверх. Люди ждут праздник. И мы должны его дать, хочешь ты того или нет.

ГЛАВА 6

На Кампер опустилась ночь. В небе ярко сияла луна, высвечивая мертвенным цветом выбоинки на мостовой. В Мортерре деревня могла посоперничать в плане укреплений и ухоженности со многими городами Бенифтерры. Чтобы построить поселение, сначала осушали землю, потом перелопачивали, выискивая кости, и только потом начинали строительство. Делали большие просторные подвалы в домах, чтобы прятаться в случае нашествия нежити, потом два-три этажа из камня, с решётками на окнах и прочными металлическими дверьми. Крыши тоже укреплённые, чтобы сверху никто не напал.

В селениях побольше подвалы связывались ходами, но Кампер был слишком маленьким для такой роскоши. В центре площадь, на которой и храм Всеблагой, и дом старосты, и единственный на всю округу трактир. Сейчас по центру площади горел костёр, через который, довольно хохоча, прыгали юноши и девушки.

Даже в таких мёртвых землях люди любили и умели повеселиться. Рядом, на кострах поменьше, жарили мясо и овощи. Мальдира втянула носом пряные ароматы и, уловив запах жертвенной крови, облизнулась. Зачем нужно мясо, когда есть солёно-сладкая кровь, которая восполнит силы?

Люди замерли, завидев Мальдиру, склонились в почтительном поклоне. Тишина на несколько секунд завладела всем вокруг, только где-то вдали протяжно ухала сипуха, загоняя свою незадачливую жертву.

– Спасибо! Спасибо! – закричала какая-то женщина, падая перед Маль на колени и протягивая той руку. – Спасибо! Возьми! Возьми!

– Это моя работа, – коротко ответила Маль, обходя женщину стороной. – То, что положено, будет собрано через старосту. Не тратьте силы понапрасну.

– Но ты спасла моего сына! Возьми!

– И спасу ещё не раз, пока смогу. Не нужно, – Мальдира подняла ладонь, показывая, что разговор закончен, и медленно пошла в сторону помоста, на котором стояла серебряная чаша с подношением.

Вопреки суевериям, серебро не причиняло ей вреда. Как и многим другим видам нежити, хотя для большинства слабых типов часто бывало смертельно.

Федель плёлся сзади, внимательно рассматривая людей и дома. Он хотел занять место где-то в стороне на возвышении, достать письменные принадлежности и записывать, но понимал, что некромантку выпускать из-под надзора не стоит. А вдруг это она при нём отказывается от предложенной крови, а на самом деле хотела впиться зубами в ту женщину? Федель видел, какие у Мальдиры клыки, почти как у вымышленного вампира, на остроту проверять не решился, но при случае нужно будет и этот эксперимент провести. На бумаге, например.

Люди косились на него, но не говорили ни слова. Анитико, поручившийся за нового жреца, был уважаемым человеком в Кампере, и ему не перечили. Да и… ну странный, ну из светлых земель, зато, возможно, поможет с болезнями, призовёт воду, очистит урожай. Разве это плохо?

Поднявшись на помост, Мальдира помахала толпе, поклонилась, выражая свою благодарность, и жадно припала к чаше, опустошая её маленькими глотками. После подпитки от припрятанных кристаллов, конечно, голова не хмелела, но это было хорошо. Ночь предстояла весёлая. Наверняка кто-то поднимется. И можно было бы забраться на обзорную башню или попатрулировать крепостную стену, но Федель, это недоразумение, стоит рядом и пристально следит за каждым шагом, не давая почувствовать себя в безопасности.

Почему-то Мальдире казалось, что от священника обязательно будут неприятности. Какого именно рода, ясно не было, но сбросить парнишку со счетов Маль не могла. Просто… жалко его было, что ли? Эти огромные серые глаза, такие чистые, что сразу становилось невыносимо. Хотелось отвернуться, чтобы не видеть этот лучистый свет в мире полнейшего мрака.

Серебряная чаша опустела, Маль посмотрела на веселящихся людей, возвращая маску на законное место. Постояв с десяток минут молчаливым наблюдателем над празднующим народом, Мальдира спрыгнула с помоста и попыталась скрыться в одном из узких переулков. Хотелось остаться в одиночестве, сосредоточиться, выпустить нити души и проверить, не приближается ли к Камперу какое-нибудь зло. Пусть волна из эфирного моря и прошла, поводов расслабляться не было. Мёртвые хотят вернуть себе свои земли, и в упорстве им не откажешь.

Оторваться не удалось. Федель белым пятном последовал за ней, невольно охнув от боли в ногах при приземлении. Недовольно нахмурившись, священник нагнал некромантку через два поворота.

– Куда собралась, мёртвая? – недовольно спросил он, скрестив руки на груди.

Мальдира остановилась и медленно повернулась. Втянула носом воздух, облизнулась под маской. Какой же Федель был вкусный, этот едва уловимый аромат жизненной силы бенифтерца манил вонзить в мальчишку зубы. Маль и раньше видела людей из благодатной земли, но этот мальчишка просто светился жизненной силой. Его, несмотря на сытость, хотелось попробовать. Просто чтобы понять, какой он на вкус, как будет недовольно кривиться, чувствуя наступающую слабость. Но этого делать нельзя.

– Я некромантка, – медленно ответила Мальдира, вглядываясь в лицо священника.

Совсем мальчишка, даже усов ещё нет. Если бы брился, то к вечеру должна была пробиться щетина, пусть и короткая, а тут… Сколько ему? Не больше двадцати. Говорят, в Бенифтерре взрослыми становятся позже, это в их землях парни поголовно бреются в семнадцать.

– Ты живой труп.

– Мне сказать, кто ты? – прошипела Мальдира.

– И кто же?

– Надоедливый мешок с костями, который не даёт работать, – бросила Маль, разворачиваясь на пятках и направляясь в сторону ближайшей смотровой вышки.

– В смысле не даю работать?! – возмутился Федель, припуская за ней. – У тебя сейчас время отдыха.

– Отдыха? – с горькой усмешкой спросила Мальдира. – Мне неведомо это слово. Как ты справедливо заметил, от мёртвых во мне намного больше, чем от живых. И знаешь, я этому рада. Кто-то должен защищать эти кожаные мешки с костями и кровью. Кто-то должен не спать, быть всегда на страже, отдавать себя без остатка ради безопасности других. А знаешь зачем? Чтобы эти мешки превратились в людей, могли мечтать, любить, заводить детей…

Она могла бы разродиться ещё более длинной тирадой, но некромантку прервали. И это был не Федель. Их нагнала запыхавшаяся женщина в простом платье с закатанными рукавами. На её голове красовалась съехавшая набок косынка.

– Госпожа некромантка, ваше благочестейшество! Беда!

Мальдира тут же напряглась, замерла, вслушиваясь в звуки ночи. Но ничего подозрительного не услышала. Ни криков лакрим, ни завываний нежити, только смех, песни и треск костра.

– Что случилось?

– Мой сын, Эрнике, сегодня должен был с другими пасти коров. Все вернулись, а он… он не вернулся! Ребята говорят, что он отошёл к какому-то камню на болоте. Я знаю, что вы говорили, что не нужно к ним ходить. Но это же дети, кого они слушают! А потом Эрнике сказал, что у него есть важное дело и ушёл.

Не удержавшись, Мальдира позволила себе грязно выругаться. Камни в полях были тем, что сдерживает нематериальную нежить. Своего рода маяки, которые притягивают бестелесных духов, не дают им отлететь. Чистить их своевременно не всегда получалось, и вот результат… Похоже, кто-то взял мальчишку под контроль и увёл в болота.

– Федель, – резко скомандовала Мальдира, уже просчитавшая в уме план действий. – Иди к Анитико, мне нужен набор семь и набор три, дополнительно ладан, мел, три крысиных хвоста. Вопросы? Нет вопросов! Нет у тебя вопросов! Быстро!

Последние слова она выкрикнула с такой силой, что молодой священник побелел, сравнявшись цветом с собственной мантией, и быстро-быстро закивал.

– Жду через семь минут у ворот, – крикнула ему вслед Мальдира, поворачиваясь к женщине. – Мне нужна личная вещь мальчика. И описание. Я попробую его спасти.

– Да, да, госпожа некромантка, вот.

Женщина выудила из складок юбки небольшой ножичек с каменной рукоятью и поблёкший от времени красный шарф.

– Дома из рук не выпускает. Этого хватит?

– Возможно, – уклончиво ответила Мальдира, направляясь к воротам.

Говорить о том, что для поисков мальчишки этих предметов достаточно, а вот для возвращения его домой совсем не факт, не хотелось. Анитико говорил, что она зря разжигает в сердцах людей надежду, но Мальдира, прочитав однажды, что надежда умирает последней, считала, что пока родственники помнят о попавших в беду, они неосознанно помогают им. Не зря же Всеблагая велит хранить кости тридцать лет, общаться с умершими, помнить о них. Значит, есть какая-то связь.

На прямой вопрос об этом клирик не ответил, отмолчался, как он часто это делал, когда не знал ответа. Врать и недоговаривать Анитико умел, но только не ей. Почему-то с Мальдирой он всегда был искренним. Не врал, не отмалчивался, но предупреждал, что некоторые знания запретны.

Федель уже ждал её у ворот. Управился быстро, всего за три минуты. Вот что значит, молодой да полный сил.

Мальдира молча забрала у него из рук два подсумка, пристраивая их на поясе, потом запихнула дополнительные ингредиенты в карманы и начала подниматься на смотровую башню.

– Ты куда? – резко спросил Федель, припустив за ней.

Не без удовольствия Маль отметила его сбившееся дыхание. Живые были зачастую слабее, и это как раз тот самый случай.

– Отпирать ворота ночью опасно. Мало ли что может просочиться в город, – пояснила она, взлетая вверх по ступеням. – Поэтому спущусь при помощи верёвки.

Федель сглотнул, но уверенно заявил:

– Я с тобой.

– Зачем? Мешок с костями хочет погибнуть?

– Я служитель Всеблагой! Я не могу оставить ребёнка в беде.

– Оставайся. Будешь обузой.

– Не буду!

– Будешь, – рыкнула на него Мальдира, добравшаяся до смотровой галереи. – Что ты можешь? Увидишь нежить и испугаешься, да?! Да что ты видел в своих светлых землях?!

– Не важно, – сказал как отрезал Федель. – Потом расскажу. А пока нужно спасать Эрнике. И ты от меня не отделаешься. Я должен увидеть всё собственными глазами.

Мальдира улыбнулась. Что ж, если он так отчаянно хочет отправиться с ней, причин противиться нет. В конце концов, она предупредила. Не один раз. А значит, винить некромантку в том, что она где-то потеряла священника, никто не будет.

– Ладно. Но я повторяю последний раз, это будет тяжело, – напомнила Мальдира и повернулась к часовому: – Дай ему шест из запасных, потонет же в болотах.

После чего, не дожидаясь реакции, скинула вниз свой посох, привязала к зубцу барбакана верёвку и соскользнула по ней вниз. Отпрыгнула в сторону, уклоняясь от упавшего рядом шеста.

– Идиот! – рыкнула на Феделя, кулем рухнувшего рядом. – Слабый, никчёмный! Ещё не поздно остаться.

– Я не слабый, – уверенно заявил клирик. – И я пойду следом.

“За что мне всё это? Придётся проводить полноценный ритуал, чтобы направление указывало”, – недовольно подумала Мальдира, доставая из подсумка мелок.

ГЛАВА 7

На каменной дороге расцветал белоснежный цветок. Ритуальный узор казался таковым только с большого расстояния. Поначалу Федель стоял в отдалении, не решаясь приблизиться. Он много читал о некромантах и о том, что их магия может быть смертельна для окружающих, а потом всё же не удержался. Подошёл сначала на шаг, потом ещё на один, и увидел множество смутно знакомых символов, из которых складывалось своеобразное заклинание поиска.

Мальдира поднялась, достала из подсумка пузырёк с красной жидкостью, в которой священник признал кровь, встряхнула склянку и пролила на рисунок пять капель, обозначая вершины ранее незамеченной пентаграммы.

Феделю оставалось только удивляться той скорости, с которой некромантка проводила ритуал.

– Мать-Ночь, услышь мой зов. Дочери твоей, рождённой во мраке мира, требуется помощь. Проведи путеводной нитью к цели. Эрнике Бестьямэ наша цель.

Со стороны болот подул пронизывающий до костей ветер. Феделю показалось, что неведомая сущность, далёкая от истинной магии как огонь от воды, ответила на странный призыв. Из болотного газа сформировался огонёк, он подлетел к некромантке, и она без колебаний сожгла в его пламени поблёкший от времени шарф. Шар разросся и медленно поплыл вперёд.

“А фамилию мальца она помнит. Интересненько”, – подумал Федель.

– Ещё не поздно передумать, – коротко буркнула Мальдира, ногой стирая часть линий рисунка.

– Я всё сказал, – коротко возразил священник. – Что это было?

– Магия. Магия Мортерры. Тут всё не так, как в ваших светлых землях.

Убедившись, что от ритуального узора остались жалкие остатки, Мальдира подхватила с земли посох и уверенно пошла за огоньком, медленно плывущим в сторону топей. Поисковым заклинаниям было всё равно, могут ли их составители пройти, они движутся по прямой. Если нужно что-то более гибкое, приходится возиться дольше и выдавать сил побольше. Мальдира не имела ни времени, ни энергии, да и была уверена в том, что прекрасно справится и сможет пробраться сквозь болота. Справится ли Федель? Неважно.

– Вы язычники? Безбожники? – нервно спросил жрец, устремляясь вслед за некроманткой.

– Мы поклоняемся Всеблагой.

Мальдира была немногословна. Несмотря на кажущуюся простоту, заклинание требовало сил и концентрации. Отвлечёшься на болтовню со светлым священником – лишишься возможности спасти человеческого детёныша.

Оперевшись посохом о кочку, Маль подпрыгнула, переправляясь на сухой островок. Федель с трудом повторил её манёвр. Мальдира в последний момент схватила его за руку и резко потянула на себя, не давая упасть в зловонную жижу.

– Может, вернёшься, Федель? – с ухмылкой спросила она. – Ночные болота не место для неженок.

– Не надейся, оживший труп.

– Фи, как грубо. Слушай, незнающий, ты не понимаешь, во что ввязался, – нехотя принялась пояснять Мальдира, продолжая двигаться вперёд. – Это земля мёртвых. Ты лакомый кусок для нежити. Ты не помогаешь мне, ты обуза. Если на нас нападут из-за того, что для мёртвых ты светишься как весеннее дерево, то мне придётся защищать тебя. А в это время будет умирать парнишка Эрнике. Я тебе понятно объясняю? Чтобы потом не обвинял меня в том, что мы не успели.

– Почему ты такая злая? Почему не объяснить всё по-человечески?!

– Ты же сам и ответил на свой вопрос. Как там, оживший труп? – хмыкнула Мальдира, размашистыми шагами двигаясь вперёд.

Федель не нашёлся, что ответить. Ему вдруг показалось, что в общении с этим странным существом из зловещих сказок он допустил страшную ошибку. Стараясь не отставать и беречь дыхание, Федель следовал за некроманткой шаг в шаг.

Болота вокруг мало походили на те, что доводилось видеть в Бенифтерре. Трава вроде бы такая же сочная, но более тёмная. Цеплялась за штаны так сильно, что в первые мгновения священник даже перетрусил, подумав, что его пытаются схватить за ноги мертвецы. Запах… специфический. Когда Федель только приехал в Мортерру, он почувствовал, что стало сложнее дышать. Воздух стал словно кисель, тягучий, почти осязаемый, наполненный странными ароматами. Душными, пряными и в то же время отдалённо пахнущими смертью.

Федель не мог объяснить, откуда именно к нему пришло подобное сравнение, но был готов дать голову на отсечение, что он не ошибся. И в ту ночь, вышагивая по липко чавкающему болоту с его мрачными шорохами, поскрипыванием веток редких деревьев, хлюпанью жижи под ногами и гулом насекомых, до него постепенно начал доходить смысл путевых заметок, доступных в библиотеках.

Мортерра вызывала в душе ощущение безнадёжности. Она, словно заботливая прислужница, укутывающая мертвеца в саван, закрывала глаза, заливала в уши и нос воск, связывала лодыжки и запястья. И с каждым мимолётным вдохом мир медленно, но верно погружался в серость.

– У кого ты просила помощи? – священник повторил вопрос, когда выдалась секундная передышка.

Мальдира стояла перед ним, внимательно всматриваясь в кочки и выбирая самую надёжную.

– У тех, кто живёт здесь дольше нас, – задумчиво ответила некромантка, выставляя ладонь назад в предупреждающем жесте. – Не подходи.

За время их короткой вылазки Федель уже привык слушаться и следовать за проводницей шаг в шаг. Он даже малодушно думал вернуться, но Кампер затерялся где-то вдали. Идти к нему в одиночку казалось самым настоящим самоубийством.

Пока священник размышлял о том, что положение у него незавидное, Мальдира достала из поясной сумки один из крысиных хвостов, обвязала его верёвкой и закинула в воду. Федель недовольно нахмурился. Действия этого странного существа, внешне напоминающего человека, не укладывались у него в голове. То неслась вперёд, едва ли разбирая дорогу, то вот сидит… рыбачит, что ли?

Резкое движение подняло мутную болотную воду, щедро смочившую всё вокруг, в том числе и недовольно нахмурившегося клирика. Но долго удивляться было некогда, Мальдира вытащила из воды химерического вида кадавра. Костяной монстр вцепился острыми зубами в крысиный хвост и пытался проглотить его. Один из боков чудо-рыбины лишился кожи, и хорошо было видно наживку.

Не выдержав, Федель отвернулся. Смотреть на это мерзкое создание, источавшее запах гнили, было выше его сил.

– Пескер, – хладнокровно пояснила некромантка, наступая на рыбью голову. – К югу, у морского берега, где болото превращается в реку, живут пираньи. Этот монстр берёт их тело за основу. Обычно пескеров создаёт высшая нежить себе в помощь. Один неудачный шаг, и эта гадость вцепится в ногу, выдирать чаще всего приходится с кусками мяса. Этот уже взрослый, опытный. Думаю, нашим коровам от него досталось… Мать-земля, прими под своё крыло это создание, подари покой, – прошептала Мальдира, посыпая кости солью. – Идём.

Федель нервно сглотнул. Пираньи и в Бенифтерре считались не самыми приятными созданиями, а перерождённые в оживших монстров, вызывали желание нестись домой и требовать очищения этих земель. Только что-то подсказывало, что никакого очищения не будет. Скорее его высмеют.

– Ну, чего застыл? Там, вообще-то, здоровенный лоб шестнадцати лет от роду в беду попал, – напомнила Мальдира и вновь зашагала вперёд.

Светящийся путеводный шар почти затерялся в ночном тумане, его нужно срочно догнать. Конечно, сил на повторное заклинание поиска хватит. Да и фокус в виде ножа мальчишки есть… Вот только чертить узоры негде.