Текст книги "Будни некромантки (СИ)"

Автор книги: Екатерина Радион

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

ГЛАВА 12

Отдышавшись, Федель набрался уверенности и поравнялся с Мальдирой, самостоятельно выбирая свой путь. Некромантка бросила на него короткий взгляд, едва заметно повернув голову, но промолчала. В конце концов, пока опасность не чувствуется, пусть…

– И что же я должен знать? – спросил Федель, когда убедился, что рядом не видно живых мертвецов.

– У Мортерры есть точки силы, которые питают её. По сути то, будет построено селение или нет, определяется наличием этого особенного места. Только там храмы Всеблагой будут иметь силу, например. Такие области называют точками света. Есть ещё точки силы. Чаще всего там можно добывать кристаллы вигоры. Большой защиты там не получишь, но ведь мы здесь живём только для того, чтобы добывать вигору Бенифтерре.

– Не говори ерунды! Вы тут, чтобы очистить свои души и вернуться в мир с искуплёнными грехами, – возмутился Федель.

– Ты можешь продолжать верить тому, что говорили у тебя дома. Но факт остаётся фактом. Бенифтерре нужны только кристаллы, полные силы. А нам взамен дают еду, товары… Нас стало слишком много для этих земель, Мортерра не может нас прокормить. Но и уйти отсюда в поисках лучшей жизни нам не дадут, а единственная валюта, которую принимают светлые – кристаллы. Как эти, только лучшего качества, – Маль запустила руку в подсумок и показала потрескавшиеся кристаллы вигоры.

Брови Феделя удивлённо поползли вверх.

– Что это такое? Я видел их, когда защищал город вместе с Анитико. Мне дали такой же, но потом я нашёл только пустую цепочку.

– Вигора. Жизненная сила. По сути, это что-то очень похожее на то, из чего состоит душа. Некоторые её слои, если быть точнее. Нежить питается вигорой. Когда здесь было мало людей, меньше скелетов оказывались в земле… Ведь так просто уйти из дома и не вернуться, а найти труп не всегда удаётся, вот и новый солдат в армии врага… Нежити становится всё больше, и тонких потоков вигоры, что исходят прямо из недр Мортерры, им не хватает. И они начинают нападать на людей.

– То есть, если уменьшить количество живых, то и нежить станет спокойнее? – уточнил Федель, останавливаясь и осматриваясь.

Они выбрались на возвышенность, вокруг клубами плыл туман, слышалось отдалённое журчание ручьёв, а впереди мрачной остроконечной горой возвышался дольмен – цель их путешествия.

– Боюсь, что уже нет. Распробовав лёгкий способ получения жизненной силы, они не остановятся. Да и кто заберёт отсюда людей? Нет, пока есть такие выгоды, никто не остановит эту жестокость. А кристалл растаял, потому что его выжрала нежить, нападавшая на Кампер. Там же был кто-то нематериальный? Вот они могут делать это с расстояния. Не защити вас кристаллами, могли бы получить несколько тут же поднявшихся трупов. Не самая приятная перспектива. Не так ли? Впрочем, мы отвлеклись. Есть ещё места, в которых хорошо жить. Но там нет селений. И это места с дольменами. Вот этот, например, даёт начало реке, питающей несколько селений, включая Кампер. А ещё, как ты помнишь, река служит своеобразной преградой для нежити. Транкфьюме даёт нам возможность не бояться нападения со всех сторон.

– И именно у дольмена живёт лич?

Мальдира медленно кивнула, нервно переступая с ноги на ногу.

– Да. Меня всегда удивляло, зачем ему это. Ну нелогично же. Подумай сам… Почему не поселиться ближе? Или с другой стороны? Тут что-то странное…

– Не пойдём? – с усмешкой предложил Федель и тут же стушевался под пронзительным взглядом некромантки.

– Пойдём. Нам надо убедиться в том, что мы или спасли мальчишку, или добили его и принесли тело в Кампер. Третий вариант равносилен поражению.

– Ты так спокойно об этом говоришь…

– А как мне ещё говорить? Плакать и убиваться из-за глупости человеческого детёныша? Это Мортерра, светлый. Здесь выживают не просто сильнейшие, но и те, кто умеют думать. Идём. Нам нужно добраться туда к рассвету.

Пожав плечами, Федель пошёл за Мальдирой, сначала старался держаться наравне, а потом отстал и двигался по её следам. Вопрос, озвученный некроманткой, действительно требовал обдумывания. Личи не тупая нежить, и, как сказала Мальдира, в Мортерре действительно нужно много думать, чтобы выжить. Для мертвеца это правило тоже будет работать. Взять хотя бы тех же зомби, которые были попросту мясным щитом на атаке Кампера. Единственным существом, которое имело шанс полакомиться, была преданная невеста. И она вела себя как опытная охотница. Тогда почему лич отказывается от возможности постоянно лакомиться живыми? Странно.

Ответов на вопрос не было, и Федель отвлёкся на окружающие пейзажи. Трава вокруг была сочной, то и дело раскрашенной пятнами цветов. “Наверное, при свете солнца тут красиво, – подумал Федель, замечая, что вокруг постепенно появляются кустарники, а вдалеке даже молоденькая роща. – А от предыдущей деревни до Кампера одни смердящие болота. Вот тут бы поселиться, в этой красоте, под милостью Богини… но она почему-то выбрала зловонную жижу”.

– Слишком тихо, – заметил вслух Федель через десяток минут.

Дольмен неумолимо приближался, и так же неумолимо накатывало ощущение чего-то неправильного.

– Тоже заметил? Молодец. Даже следящих нет, тех же лакрим. Они просто знают, что мы идём. И ничего не предпринимают. Так действуют те…

–...кто уверен в собственных силах, – закончил за Мальдиру Федель. – Не ловушка ли?

– Вполне вероятно. Поэтому смотри в оба, – хмыкнула некромантка. – И не высовывайся вперёд. Нам не нужны лишние жертвы.

Пройдя шагов пятьсот, она остановилась. Федель замер за её левым плечом, напряжённо всматриваясь в даль.

– Всё же нас ждут, смотри, – Маль сняла с пояса пузырёк, достала кисточку, обмакнула в пряно пахнущую жидкость и провела по одной ей видимой поверхности, рисуя проход. – Тут сеть. Проходи чётко за мной, не размахивай руками. Присосётся – будет неприятно.

Федель кивнул, всё ещё не понимая, что происходит, но не решаясь перечить. Мальдира останавливалась ещё дважды, рисуя в воздухе двери. Клирик же никак не мог увидеть ничего, что представляло бы опасность.

– Не всматривайся, пока ритуал не проведут, ты и не сможешь видеть мёртвую энергию. По крайней мере не такую тонкую, – прокомментировала Мальдира, устраивая пузырёк на поясе. – Тончайшая паутина. Я устраивала перегрузку при помощи эссенции вигоры. Ничего необычного.

– Ну да, ну да, – фыркнул Федель. – Конечно. Я одного понять не могу, ты красуешься или…

– Или пытаюсь пройти с наименьшими потерями. Неужели ты думаешь, что лич это так, игрушки? Нет, Федель! – Мальдира обернулась и выставила перед собой посох. – Лич – один из опаснейших противников. И я ни разу с ними не сражалась. И ни один воин в своём уме не пойдёт в одиночку на подобный бой. Вот только… у меня нет выбора. Я пообещала защищать Кампер. Не действуй мне на нервы, пожалуйста. Начинается самое сложное.

ГЛАВА 13

У дольмена было холодно. Ещё на подходе пожухлая трава покрылась кружевами инея, превращаясь в белоснежный чуть хрустящий ковёр под ногами. Чем ближе Федель и Мальдира подбирались к логову некроманта, тем яснее становилось, что “дольмен” – просто название. Огромные скальные массивы, словно вырванные неведомыми великанами и перенесённые в эти земли неясно откуда. По левую руку журчит речушка, пытаясь отвлечь от мрачных мыслей, но, стоит поднять голову и увидеть острые вершины пиков, бритвами прорезающие само небо, как размышления возвращаются, отвоёвывая очередной кусок сознания.

– Странное место, – заметил Федель, зябко поводя плечами.

– Сильное скорее. Кстати, вон вход, – она указала рукой на зависший за большим камнем светлячок. – После этой черты начинаются полноправные владения лича. Заклинание дальше нам не поможет.

– Да мы отстали, оно и так не сильно помогло.

Маль бросила на клирика колкий взгляд, но промолчала. Ей явно было что сказать, но порой лучше держать слова при себе. Особенно в такие ответственные моменты.

– Держи, – проронила Мальдира, протягивая Феделю два пузырька с прозрачной жидкостью. – Святая вода. Если увидишь во время боя какую-то мелочь, смело забрасывай. А теперь пошли.

Поправив капюшон, Маль поплотнее запахнулась в плащ и перешагнула незримую черту. Остановилась, шумно втягивая носом воздух, расправила плечи и уверенно двинулась вперёд. Шаги её были осторожными, некромантка тщательно выбирала, куда поставить ногу, и услышать её было очень сложно.

Федель попытался повторить этот манёвр, но был куда менее успешен. То и дело он случайно пинал носком сапога маленькие незаметные камушки.

– Сделай себе свет, – посоветовала некромантка.

– Увидят же.

– Делай, – прошипела Мальдира, нараспев читая незнакомые Феделю слова: – Муро чиркоме нон луче.

За спиной некромантки возникла тёмная пелена, сквозь которую ничего не было видно. Вздохнув, Федель призвал маленький светящийся огонёк и поспешил за Маль. Не имея возможности рассматривать то, что впереди, клирик во все глаза изучал странные барельефы и фрески на стенах. Язык не поворачивался назвать место, в котором они оказались, дикарским. Какая-то новая, неизвестная культура. И история, рассказанная прямо на стенах.

Федель готов был поклясться, что это так. Вот только времени на то, чтобы остановиться и разобрать, что именно хотели сказать творцы древности, не было. Обрывки картин всполохами врывались в его сознание. Женщина с длинными волосами. Она куда-то шла, с кем-то встречалась, похоже, сражалась… или сражались за неё? Ничего подобного в хрониках Бенифтерры не было.

“Нужно будет уточнить у Мальдиры. Она ведь уже давала понять, что наша история неполная или даже неправильная. Может быть, некромантка что-то знает?”

Коридор медленно уходил вниз и чуть заворачивал вправо. Федель не сразу это заметил, а потом встрепенулся, почувствовав сверху странную давящую тяжесть. Воздух был спёртым, неживым. Впрочем, наверняка нежить это не сильно беспокоило. Вон Мальдира впереди идёт, если судить по тихим шагам, и не обращает внимания на подобные проблемы. Просто движется к цели. И ему, Феделю, тоже стоит ускориться.

Продолжая вглядываться в изображения на стенах, священник так увлёкся, что не заметил, как Мальдира остановилась, и врезался в спину некромантки. Недовольно потирая ушибленный нос, Федель шёпотом спросил:

– Что случилось?

– Нас заметили, – коротко ответила некромантка, развеивая заклинание.

Федель посмотрел вперёд и невольно отпрянул, увидев копошащиеся скелеты змей, каких-то грызунов и, кажется, лягушек.

Зрелище не самое приятное. На некоторых остались ошмётки подгнившей плоти. Клирик закашлялся и прикрыл ладонью нос. Совсем не это он ожидал увидеть.

– Да ладно тебе, они милые, – улыбнулась Мальдира, садясь на корточки и протягивая ладонь к одной из тварей.

Змея подползла ближе и положила голову на пальцы. Второй рукой Маль погладила нежить, улыбаясь.

– Мы приняли приглашение, веди.

– Ты пойдёшь за этим?! – взволнованно спросил Федель, прижимая к груди посох.

– Да. А что, у нас есть выбор? Скоро коридор начнёт ветвиться, и мы можем заплутать, а так доведут, куда нужно.

Феделя передёрнуло от подобной перспективы. Он с трудом поборол в себе пламенное желание раскрошить всю эту мелкую шушеру, растоптать, уничтожить. Найди он подобное в Бенифтерре, обратил бы в прах бы без раздумий. Но за последние дни клирик узнал слишком много о Мортерре, чтобы ослушаться некромантку. Чего стоит схватка на городской стене… мерзость-то какая!

– Как скажешь, – прошептал Федель, не решаясь перечить. – Хотя я бы им не доверял.

– Зря. Они слабы и будут слушаться своего создателя. Так что… точно выполнят то, что тот попросит, – ответила Маль, поднимаясь и разминая плечи.

– Вот именно, – шикнул на неё клирик. – А что, если это какая-то западня? Ты об этом думала?

– Думала, – кивнула Мальдира, отправляясь вслед за ползущим по каменному полу проводником. – И не вижу разницы, что мы сами будем блуждать, что нас куда-то заведут. А так… есть шанс на хороший исход.

– Почему?

– Потому что мы играем по правилам хозяев. А это… как минимум, будет приятно им.

Они снова замолчали. Мальдира вглядывалась вдаль, выискивая взглядом что-то одной ей ведомое. Федель же боялся каждого шороха. Ему не нравилось, как с потолка на него смотрели красными глазами скелеты летучих мышей, как за спиной ползли другие змеи-скелеты. Ему вообще не нравилось всё происходящее, но поворачивать назад было слишком поздно. Хотя… Вряд ли бы кто-то обвинил его в трусости. Мало кому из бенифтерцев могло прийти в голову то, как сильно распоясалась нежить на землях Мортерры.

Постепенно коридор расширялся, вбок то и дело отходили ответвления. Из них тянуло то холодом, то какой-то гнилью. Выяснять, что именно скрывается там, за поворотом, Федель не горел желанием. А Мальдира, кажется, и вовсе не замечала этих коридоров, уверенной походкой следуя за резво ползущей змейкой. Воздух становился прохладнее, дышалось легче. Постепенно из ниоткуда появился слабый голубой свет. Федель не сразу понял, откуда он исходит, а потом удивлённо покачал головой, цокая языком.

Свечение исходило от каменных стен. Юный клирик видел нечто подобное, только сияние было золотистым и тёплым. Так Всеблагая отмечала храмы, в которых верующие свято чтили её заветы, не отступая от них. В своё время Федель мечтал, что тот храм, в котором будет служить он, каждый год будет озаряться этим священным светом.

А в подземелье появлялось ощущение, что есть какая-то ещё сила, способная создавать подобные эффекты. И доброй назвать её язык не поворачивался.

– Ты что замер? – окликнула его Маль, остановившись у поворота.

Сам того не заметив, Федель остановился, вглядываясь в узоры в кладке стены. Фресок и других украшений не было, но всё равно окружение приковывало взгляд.

– Эй-эй, давай не медли! Нам надо бы к утру вернуться. Ну к полудню край. У меня ещё много дел.

– А поспать? – спросил Федель, выдвигаясь за Мальдирой.

– Не сплю я. Нет нужды, – огрызнулась некромантка, поднимая ладонь к потолку. – Тише, мы близко.

Федель прислушался, пытаясь уловить в окружавшей его тишине хоть что-то, но куда ему было до острого слуха некромантки. Только стук костей друг о друга плетущейся позади нежити. Мальдира, похоже, могла рассказать о том, что их ждёт, куда больше, но не торопилась. Двигалась вперёд, чуть пригнувшись и поудобнее перехватив посох. Федель сглотнул. Не нравилось ему всё происходящее.

ГЛАВА 14

Пройдя ещё немного, Федель и Мальдира добрались до огромного зала. В нём было светло, словно лунные лучи каким-то волшебным образом прорвались сквозь толщу земли и оказались в катакомбах. Высокий свод потолка лишь угадывался, и то потому, что лучи света отражались от поверхности подземного озера и то и дело выхватывали очертания причудливых сталактитов, между которых явно притаилось что-то недоброе.

Воображение услужливо подсказывало Феделю, где могли скрываться покалеченные души, проклятые, что вот на том широком и длинном наросте легко спрятаться летающей костяной твари, и клирик невольно напитывался страхом. Сердце стучало быстрее и быстрее, требуя то ли ринуться вперёд, неся с собой волю Всеблагой, то ли, трусливо поджав хвост, бежать куда глаза глядят. Но Федель лишь сильнее сжал посох, бормоча под нос молитвы светлой богине.

– А вот и вы. Спасибо, что привела еду, сестра, – тихий шелестящий голос раздался под самым потолком, и оттуда медленно спланировала точёная женская фигурка.

Мальдира замерла, сжав в руке какой-то пузырёк, Федель остановился за её левым плечом, готовый в любой момент произнести одно из тех светлых заклинаний, что всегда помогали от нежити.

“Что значит “сестра”?! Как это понимать? Это ловушка? Но почему?!” – додумать Федель не смог, как заворожённый уставившись на явившуюся к ним незнакомку.

Высокая, под два метра ростом. Худая, как и Мальдира, так что фамильное сходство на лицо. Глаза, как и у некромантки, светятся голубым светом, и становится понятно, что в самом гроте освещение серебристое. Голову женщины венчала корона из горного хрусталя. Массивные кристаллы были прикручены друг к другу светлой, явно серебряной, проволокой. Грубая работа, не вызывающая никакого восхищения.

Одежды женщины истлели и местами покрылись дырами, но когда-то их украшала замысловатая вышивка. Плащ с массивными наплечниками делал фигуру более внушительной, и Феделю казалось, что та в любой момент может потерять равновесие. Обрывки юбки открывали сухие тонкие ноги. На таких сложно ходить. Впрочем, незнакомка и этим не удосуживалась, просто паря над землёй. А ещё у неё был посох, очень похожий на тот, что сжимала в руках Мальдира. Простой, но со светящимся камнем в навершии.

– Ой, что вы так замерли? Мы, нежить, так шутим, – широко улыбаясь и показывая прекрасно сохранившиеся зубы, сказала она. – Впрочем, нежить не шутит. Какой ты сладенький, рыжий.

– Мы пришли за Эрнике, – вместо приветствия заявила Мальдира, выставляя перед собой посох.

– Ах, какая жалость. К сожалению, он мёртв.

Ни капли сочувствия в сухом шелестящем голосе не было. Федель в ярости сжал посох и попробовал сделать шаг вперёд. Мальдира отреагировала мгновенно, отступила чуть в сторону, не давая клирику пройти.

– Без глупостей, – прошипела Маль, не спуская глаз с незнакомки.

– Да ладно тебе. Пусть выйдет. Пусть нападёт. Не жадничай. Я с радостью его выпью, – женщина покрутила в руках посох и приблизилась. Повеяло холодом. – От него так и тянет сладкой жизненной силой. Неужели тебе не хочется попробовать? Проткнуть вену или артерию и испить сладкой крови, от которой всё внутри опалит словно огнём?

Её глаза блестели, женщина нервно покусывала губы, бросая на Феделя голодные взгляды.

– Нет. Я защитница людей, а не нежить. Я не нападаю. Всё, что нужно для моего существования, дают мне люди, – уверенно ответила Мальдира.

– Тогда почему ты здесь?

– Меня попросили вернуть ребёнка.

– Люди, – вздохнула женщина, спокойно поворачиваясь к некромантке спиной и двигаясь в сторону озера. – Это так забавно, что они продолжают считать своих потомков маленькими крошками, которым нужна защита, даже когда тем переваливает за сорок. Этому мальцу восемнадцать. Он сам может решать. Ты не думала об этом?

– Его мать просила…

– Они всегда просят. Всегда не дают решать. Даже тогда, когда это право ниспослано законом, богами, высшими силами. Родители всегда хотели и будут хотеть, чтобы дети прожили жизнь так, как видится старшему поколению. Чтобы всё было правильно, по порядкам. Ты, росшая без отца и матери, тоже знаешь это чувство. Когда всё просчитано, когда хочется попробовать что-то новое, а нельзя. Не так ли?

Мальдира не ответила. Ей не нравилось то, куда утекал ручеёк разговора. Создавалось ощущение, что она идёт по болоту, и вдруг начинает прибывать вода, кочки под ногами становятся рыхлыми, ил обхватывает сапоги и силится утянуть на дно.

– Молчишь? Неужели тебе нечего мне рассказать? А ты, малыш? – женщина обернулась и посмотрела Феделю в глаза.

Клирик отшатнулся, попытался зажмуриться, но не смог противиться странному обаянию незнакомки. Мысли потекли в сторону прошлого, воскрешая странные запреты из детства. Нож не бери, в коровник один не ходи, служителем Всеблагой не будь.

Незнакомка рассмеялась, и Федель понял, что, как минимум, последнее он произнёс вслух.

– Видишь, малыш. Ничего не меняется. А ты, – она повернулась к Мальдире. – Ты тоже всё вспомнила. Не забывай.

Повисло молчание. Мальдира отвела взгляд и чуть прикрыла глаза. Да, она помнила. Как Анитико не выпускал на улицу, к другим детям, опасаясь, что мёртвая часть возьмёт верх, подавит всё то человечное, что старый священник пытался взрастить в некромантке. Как первый раз отправил сражаться с нежитью в подавляющем ошейнике, из-за чего Мальдира серьёзно пострадала. Как… как сорвался и назвал нежитью.

– Они всегда так делают. И будут делать. А ведь молодым нужно давать самим решать. Когда-то я тоже боролась за право выбора.

Федель, с которого спало наваждение, обратился в слух. Сердце болезненно ныло от воспоминаний. Одного короткого взгляда на Мальдиру было достаточно, чтобы понять: ей тоже несладко, хоть и не так больно, как ему.

“Что за сила стоит за этой женщиной? Почему мы не нападаем, чтобы отомстить за смерть убитого? Это лич? Или кто-то из его прислуги? И если последнее, то какова же мощь того, кого в учебниках называют королём живых мертвецов?” – вопросов было великое множество, и Федель силился отогнать их, чтобы сосредоточиться на разговоре.

– Выбор? Стать личем или нет? Какой нормальный родитель позволит своему ребёнку решиться на подобное?! – не выдержав молчания, спросил клирик, стараясь не смотреть незнакомке в глаза.

Он помнил, чем может закончиться подобное, и пытался не попасться на крючок ещё раз.

– О, малыш, ты смотришь слишком узко. Меня зовут Кайлинния. Я живу в Мортерре, дай-ка подумать, лет восемьсот, если не больше. Сбилась со счёта. Когда лишаешься некоторых радостей бытия живого человека, время начинает течь немного иначе. Медленнее, спокойнее. И да, я лич, – она обернулась и поманила Мальдиру и Феделя пальцем. – Добро пожаловать в моё скромное жилище. Когда-то мой дворец высился над землёй, путеводной звездой указывая направление тем, кто сбился с дороги. Но шли годы, всё менялось… И вот я оказалась в мрачном подземелье в окружении слабой нежити. Жалкое зрелище, не так ли?

Кайлинния добралась до водной глади и пошла под ней. Временами её слова заглушал рёв водопада, и Федель внезапно осознавал, что слышит голос женщины прямо у себя в голове. А потом наваждение пропадало так же внезапно, как и появлялось, оставляя после себя странную слабость.

– Я рада встрече, сестра. Кажется, люди назвали тебя Мальдирой. Хорошее имя. И цели у тебя хорошие. Даже удивительно, что в тебе сохранилось столько жизни.

– Что значит “столько”? – осторожно уточнила Маль, не доходя до берега озера несколько шагов.

– Мы все мертвы. Кто-то больше, кто-то меньше. Это одна из великих шуток этого мира. Земля мёртвых, Мортерра, забирает жизнь у живых, передавая её тем, кто жить не должен. Ты наверняка слышала о том, что некроманта нельзя родить специально. Вы – великое благословение Всеблагой, – Кайлинния грустно усмехнулась, создавая из воды трон. – Как забавно наблюдать за этим.

– Не смей в таком тоне говорить о богине! – рявкнул на неё Федель, и женщина-лич засмеялась.

Её смех жемчугом покатился над водой, эхом отразился от стен и вернулся к клирику.

– Ты столь многого не знаешь. Впрочем, это неважно. Вы, светлые, всегда цепляетесь за свою картину мира, не желая перестать смотреть вокруг при помощи кривого зеркала. Поэтому вопросы следует задавать Мальдире. Но она слишком вежлива и сосредоточена для того, чтобы пытаться узнать правду. Но я расскажу. Вы оба должны знать, кто такие некроманты. Мертворождение – одно из проклятий Мортерры. Служители Эррасты…

– Не смей называть богиню по имени! – прошипел Федель.

– Да-да, конечно, – Кайлинния отмахнулась от него, словно от назойливой мухи. – Так вот, её служители говорят, что это один из способов искупления. Ложь. Наглая ложь… Причина в земле. В эфирном море, что омывает эту территорию с трёх сторон. Энергия смерти цепляется за слабую жизнь и высасывает, выпивает её досуха, порождая вокруг оживших мертвецов. Но иногда… иногда случается интереснее. Какая-то толика жизни остаётся, и тело матери поддерживает своего уже почти мёртвого ребёнка. Чем меньше жизненной силы, тем больше вероятность того, что некромант будет безумен. Ты, Мальдира, обладаешь своим собственным сознанием. А значит, в тебе больше жизни, чем в ком бы то ни было… Не растрачивай этот дар попусту, сестра.

Мальдира вцепилась в посох до боли в пальцах. Она всегда знала, что с ней что-то не так, но внезапное откровение живого мертвеца стало тем самым кусочком, который завершал витраж.

“Я… я живая? Не совсем, но более, чем достаточно для того, чтобы сохранить волю. Знал ли об этом Анитико? Или всё случайность?” – Маль бросила взгляд на лича, но вопрос вслух не задала. Мало ли, что на уме у этой нежити?

– Опять молчишь. Это забавно. Впрочем, когда придёт время, ты придёшь с вопросами, а я дам ответы. Ведь это одна из моих миссий, – Кайлинния скрестила ладони на груди и свысока посмотрела на гостей. – Я открыла вам тайну. А теперь забирайте труп мальчишки и проваливайте.

– Одну. Но вопросов ещё много, – прошептала Мальдира, опираясь на посох. – Он отдал свою жизнь за что-то. За что?

Два взгляда, лучащихся синим светом, встретились. Федель невольно отпрянул в сторону, почувствовав странное напряжение между двумя женщинами. Как будто каждая ухватилась за свой конец каната и тянула что есть силы.

– Это желание смертного. Он сам сделал выбор и оплатил названную цену.

– Я должна что-то сказать его матери! – возразила Мальдира, оскалившись.

– Он бы не хотел… впрочем, ты так похожа на меня, когда я ещё была живой… Я расскажу.