Текст книги "Три жизни бога (СИ)"

Автор книги: Екатерина Хайрулина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Уже уходя он снова обернулся к Лару.

– А что у вас, все же, с этим царем произошло?

Едва ли не впервые Эмеш увидел как краснеет Лару.

– Мне бы не хотелось об этом говорить, Сар. Если хочешь, спроси его сам.

У нее было такое несчастное умоляющее лицо, что Эмеш решил не настаивать. Он отправил Лару спать, а сам отправился «присматривать» за женой Кинакулуша.

Однако, еще немного и он бы опоздал, голодный мангар сожрал бы Тиль вместе с ребенком. В следующий раз нужно позаботиться о защите, в степях стало слишком небезопасно.

Мангара Эмеш не видел, но чувствовал присутствие голодного хищника где-то поблизости. Не было сомнений кого выслеживала эта зверюга, человек для нее желанная добыча.

Убивать он не будет, что бы не поднимать много шума. Достаточно просто спугнуть неслышимым для человеческих ушей звуком. Минутное дело. Где-то вдалеке зверь взвыл, и бросился бежать. Эмеш довольно потер руки.

Тиль спала завернувшись в одеяло из овечьих шкур, даже во сне прижимая к себе ребенка. Интересно, заметила ли она его отсутствие. Похоже на то. Подойдя ближе Эмеш заметил в траве, прямо под рукой, хорошее копье с медным наконечником. Значит Тиль была готова к нападению. Молодец. Эмеш улыбнулся, она пожалуй смелая, и могла бы за себя постоять. Хорошо еще бросив ее одну, соплеменники оставили ей много полезных вещей.

Эмеш отошел в сторону и устроился спать. Если удастся, то он еще успеет немного поспать.

3

Утнапи разбудил непонятный шум с улицы. Он потянулся, зевнул и прислушался. Похоже перед его домом собралась вся деревня, там что-то взволнованно обсуждали, дожидаясь своего покровителя.

Вот демоны, что-то не нравится ему все это.

Утнапи быстро оделся и выглянул за дверь.

Все разговоры разом смолкли, и все взгляды обратились к нему. Вперед вышел Салиш – высокий, плечистый, с тремя кривыми рогами на лысой голове. Салиш по праву носил титул вождя куруби, но не смотря на грозный вид был мягким и мудрым человеком. Куруби никогда не вели войн, почти не охотились на животных, и занимались только рыбной ловлей да собирательством.

Салиш склонил голову и приложил руку к сердцу в знак почтения.

– Учитель, – начал он, – вчера двое рыбаков не вернулись с реки. Мы надеялись, они вернутся на рассвете, но их до сих пор нет. Мы хотим их искать. Поможешь ли ты нам?

Пропали рыбаки? Такого тут не было никогда, все лодки возвращались в деревню задолго до заката. Утнапи давно уже позаботился о том, что бы на воде им всегда сопутствовала удача.

Пропали именно сейчас. Может быть это простое совпадение, но как-то не очень в это верилось.

– Кто пропал?

– Нази и Субах. Они ушли ловить рыбу еще вчера на рассвете, и до сих пор не вернулись. Другие рыбаки тоже не видели их лодки.

Субах? Субах один из лучших рыбаков в деревне. Маловероятно что их просто отнесло течением, и они никак не могут вернуться домой.

– Да, – согласился он, – я помогу вам их найти.

Наскоро перекусив, Утнапи, вместе с другими рыбаками направился к реке. Нази и Субах рыбачили в южном рукаве Могуна, со стороны пустыни, и это еще больше укрепляло подозрения, что пропали они не случайно.

Утнапи с сожалением подумал, что помощь Эмеша ему бы сейчас не помешала. Сам он конечно кое-что может, но возможности его слишком малы. Почувствовать человека за много миль, и быстро перенестись к нему, было не в его власти. Он мог лишь бродить по берегу, пытаясь разглядеть хоть какие-нибудь следы пропавших.

Дело шло к полудню, солнце начало припекать. Утнапи долго не мог понять, что его беспокоит, но когда понял… Вокруг была тишина, такая, что воздух звенел. Даже собственные шаги казались приглушенными и нереальными.

Лодка нашлась далеко внизу по течению, на другом берегу, со стороны Бехреша. Уже одно это говорило, что хорошего ждать нечего.

Лодка была пустой.

По всему видно, ее вынесло на берег, уже без рыбаков. Лодка ткнулась в песок, сильно накренившись на бок, вокруг не было никаких следов.

Утнапи стоял над лодкой, ломая голову куда могли пропасть рыбаки. Прыгнули в воду? Утонули? Но как? Почему? Должно было произойти что-то настолько невероятное, что он даже представить себе не мог.

– Посмотри, – Салиш подобрал что-то в песке у борта лодки.

Утнапи нагнулся. На ладони вождя лежала мертвая черная бабочка.

Что-то здесь не так. Что-то слышал Утнапи про этих бабочек, но вот что и где, вспомнить не мог. Он осторожно взял за крылышки двумя пальцами, покрутил и чуть было не отбросил в сторону, когда понял. Это было не живое существо. То есть живым оно никогда не было. Это не бабочка, а частичка чего-то большого… эх, Эмеша бы сюда.

– Можно я подержу? – Эмеш осторожно заглянул через плечо.

Тиль улыбнулась, и в ее глазах засияли солнечные зайчики.

– Да.

Она протянула ему ребенка.

Эмеш сам точно не понимал, зачем попросил. Любопытство? Никаких других предположений не было. Он неловко взял шевелящийся сверток, стараясь придерживать головку… вроде так надо. Ведь он же помнил… эти пеленки, бессонные ночи… неужели это все с ним было. Слишком давно…

От воспоминаний перехватило дыхание. Он едва не выронил ребенка и поспешил вернуть его назад. Тиль наверно и не заметила, и уж точно не поняла… она просто снова улыбнулась.

Сегодня им предстоял долгий путь.

Они шли по высокой зеленой траве, вымахавшей буквально за последние два дня. Вся степь распустилась и ожила, весь мир радовался возвращению Лару в мир живых.

На длинных тонких стебельках колыхались алые маки. Воздух был наполнен миллионами дурманящих ароматов. Птицы весело щебетали в траве и готовились строить гнезда. Весна и так слишком задержалась.

Красота какая. Эмеш смотрел по сторонам и понимал, что уже давно не замечал всего этого, был слишком ленив что бы гулять пешком, слишком занят собой. Да и давно думал, что видел цветы и лазурное небо уже столько раз, что потерял к ним всякий интерес. Нет, не потерял. Видимо стоило лишить мир всего этого, что бы наконец начать замечать красоту.

Очень приятно было так идти, думать о чем-то совсем постороннем, забыть о проблемах хоть не надолго, забыть обо все и жить только этой минутой. Приятно на время перестать быть тем кто ты есть, и почувствовать себя просто человеком…

Вдруг воздух задрожал и на траву вывалился взъерошенный Утнапи. Тиль вскрикнула, прижимая к груди ребенка.

Эмеш нахмурил брови.

– Что случилось?

Утнапи поднялся на ноги, отряхнулся, отдышался немного. Перемещения давались ему не легко, требовали подготовки и больших затрат сил.

К тому же он еще не придумал с чего начать.

– Знаешь, Сар, у нас два рыбака пропали…

– И?

Явно не за этим Утнапи с таким трудом пробирался сюда. Он стоял нервно теребя ремень, и с трудом подбирал слова.

– Мы нашли пустую лодку, со стороны Бехреша. И еще… еще черную бабочку, – во взгляде Утнапи были страх и надежда. Может быть это всего лишь бабочка, может этот ничего не значит.

Эмеш помрачнел и подошел к Утнапи почти вплотную.

– Черную бабочку? Расскажи поподробнее.

Под его взглядом Утнапи едва сдержался, что бы не попятиться назад.

– Она лежала у лодки, мертвая. Большая, лохматая, с серебристыми точками.

– Ты трогал ее?

– Нет! – поспешно воскликнул Утнапи.

Не слишком убедительно. Эмеш принялся осматривать его, словно врач больного, с ног до головы. Он и сам не знал, что точно он ищет, но очень надеялся ничего не найти. Утнапи все-таки не человек, возможно это не опасно для него, но кто знает… Мало что ли и без этого проблем.

– Сколько человек прикасались к этой бабочке?

– Двое. Вождь Салиш и еще один рыбак.

– Их нужно убить. Немедленно. Иначе будет поздно.

У Утнапи волосы зашевелились на голове. Такого поворота он не ожидал.

– Как?! – завопил он, протестующее махая руками, – нет! нельзя!

Эмеш взял его за плечи и хорошенько встряхнул. Это немного успокоило Утнапи, он замер, обмяк, но в глазах все равно метался ужас.

– Послушай, Ут, это очень серьезно.

– Нет, – Утнапи уже шептал а не кричал, – нельзя. Они же люди. Нужно как-то по другому. Неужели ничего нельзя сделать?

– Нет, – Эмеш старался говорить спокойно и ровно, хотя это давалось с трудом.

Ему самому совсем не нравились такие меры, но рисковать целой деревней, оставляя жизнь двоим, он не хотел.

– Я не знаю другого способа, – медленно произнес он, – но если медлить, то пострадать могут и другие.

– Я не могу, – взмолился Утнапи, понимая, что спорить все равно бесполезно.

– Я могу сделать это. А ты потом, если хочешь, свалишь все на злобного и коварного бога, – Эмеш горько усмехнулся.

Да уж, и это только начало.

– Нет!

Утнапи был поражен до глубины души, но и сдаваться не собирался.

– Ут, не спорь со мной, – Эмеш старался говорить на столько жестко и строго, на сколько мог, – так надо. Где сейчас эта твоя бабочка? Мне надо на нее посмотреть.

– Она в моем доме… – тихо произнес Утнапи.

– Что!!! – у Эмеша глаза на лоб полезли, – ты притащил ее в деревню? Ут, ты совсем сдурел?

Утнапи весь сжался. Эмеша сложно было вывести из себя, но в гневе он действительно страшен.

– Идем, – Эмеш схватил Утнапи за шиворот.

– Саир, – голос откуда-то сзади.

Эмеш обернулся, и увидел испуганную, бледную Тиль. Демоны! Этого еще не хватало. Навязалась она на его голову. Нет, он сам конечно виноват, но…

– Пойдешь с нами, – Эмеш схватил ее за руку, разбираться времени не было.

Еще мгновение, и они уже стояли на площади у дома Утнапи, в Синарихене.

– Показывай, – потребовал Эмеш.

Утнапи бросился в дом. Основательно погремев там и что-то разбив в спешке, он вынес большую глиняную плошку, на дне которой лежала черная бабочка.

– Вот.

Эмеш аккуратно взял плошку из его дрожащих рук. Да, это действительно та самая бабочка. Это то, чего он боялся… Хуже всего, что про этих бабочек он слишком мало знал. Лишь то, что они были предвестники страшной бури…

– Покажи мне тех, кто брал в руки бабочку.

– Нет, Сар, я не могу.

– Хватит, Ут! – Эмеш повысил голос, – если ничего не сделать пострадают все. Давай.

– Я не могу! Пожалуйста не делай этого.

– Если ты не покажешь, я перебью здесь всех до одного. Для верности. Включая тебя.

Эмеш повернулся к Утнапи спиной и направился к ближайшему дому. Это подействовало.

– Хорошо, – выдохнул Утнапи, – я покажу.

Закончив все дела и отнеся бабочку подальше в пустыню, Эмеш чувствовал себя последней сволочью. Но выбора у него не было.

Он старался не глядеть в глаза тех несчастных, они даже не поняли за что. Быстро и безболезненно… Не сейчас. Сейчас не нужно об этом думать…

Эмеш закрыл глаза.

Сколько же еще людей погибнет. Смогут ли они вообще с этим справиться. Надо будет поговорить с Аттом, сейчас скрывать что-либо от него – себе дороже.

Эмеш тщательно вымылся в реке, пытаясь смыть с себя человеческую кровь и очистить голову. Только после этого он задворками пробрался в деревню. Смотреть людям в глаза не хотелось.

Утнапи рыдал, забившись в угол своей хижины. Он всегда был немного не от мира сего, всегда слишком переживал за своих куруби, заботился, опекал. Жил тут в равных с ними условиях, оставив свой дом в Эреду. Он был хорошим парнем, но эти человечки слишком много для него значили. Наверно нельзя так…

Эмеш подошел и тронул Утнапи за плечо.

– Ну как ты?

Утнапи дернулся, словно прикосновение обожгло его.

– Где Лару? – спросил Эмеш.

Утнапи поднял глаза и с несчастным видом пожал плечами.

– Она ушла с тобой, ночью. Я ее больше не видел.

Глава 7. Черные тучи

1

Дело зашло слишком далеко. Сейчас первое, что надо сделать – это сообщить Атту. Тянуть глупо и даже крайне опасно, нужно срочно принимать меры, и не в одиночку, а организовано.

Конечно Атт наверняка для начала попытается свернуть Эмешу башку, за все его выходки. Но, пожалуй, у него ничего не получится. Дело слишком серьезное, что бы отвлекаться на такие вещи.

Дворец у Атта был большой, просторный, светлый, с высокими стрельчатыми окнами, длинными рядами витых колонн и мозаиками, мягко поблескивающими кусочками смальты. Пожалуй немного старомодный и вычурный, но вполне отвечающий статусу владыки небес.

Секретарша в приемной критически осмотрела Эмеша с ног до головы и тяжело вздохнула.

– Знаете, – важно сказала она, – у нас вообще-то не принято ходить в таком виде.

Мило и совершенно невинно улыбнувшись, Эмеш пожал плечами.

– Знаете, мне вполне нравится мой вид. Если хотите, я могу вытереть ноги вот об этот коврик.

Он кивнул на роскошный шелковый ковер с витиеватым золотым узором. Секретарша совершенно серьезно задумалась, окинула опытным взглядом запыленные сандалии Эмеша, потом очевидно оценила стоимость ковра и строго сказала:

– Нет, пожалуй не стоит.

– Вот видите, – веско заметил он. – Теперь я могу пройти?

Секретарша снова вздохнула, видно было что посетители доставляют ей много хлопот и отрывают от важных дел.

– Сейчас я вас соединю. Если Атт пожелает, он пригласит вас к себе.

Эмеш фыркнул, еще бы он не пожелал. Но спорить было бессмысленно, только время терять.

Секретарша набрала номер, и через несколько секунд на небольшом экране у ее стола, возникло царственное лицо Атта. Эмеш подошел поближе.

– Привет, – поздоровался он, и даже помахал рукой.

Атт нахмурился, что-то буркнув себе под нос.

– Мне надо поговорить с тобой, лично, – потребовал Эмеш.

– Ты был в Иларе… – вместо приветствия начал Атт.

– Ну, как тебе сказать… – Эмеш усмехнулся, – не совсем. Знаешь, за реку я не совался… Но вообще-то я не об этом пришел поговорить.

Лицо его разом стало серьезным.

– Не об этом, – искренне удивился Атт, – ты уверен?

Эмещ кивнул.

– Если помнишь, просил тебя не соваться в это дело, Сар, – хмуро поинтересовался Атт, – ты сделал по-своему, я уже собирался посылать за тобой энлиль. Должен состояться суд…

Эмеш покосился на секретаршу, которая с интересом слушала их беседу. Вообще-то особых секретов у него не было, пусть слушает. Он прекрасно понимал, что Атт хоть и недоволен, не собирается всерьез с ним сориться, так постращает немного, что бы показать свою важность и власть. Все-таки Эмеш ничего не нарушил, разве что помешал чьим-то планам.

Лару должна была отправиться в Илар, и она туда отправилась. Жизнь, по закону, можно обменять на жизнь, что он и сделал. Конечно по-хорошему, надо было сначала предупредить Атта, но тогда бы могли начаться проблемы.

– Сейчас не время говорить об этом, – серьезно сказал Эмеш, и Атт сразу сдался, махнул рукой.

– Поднимайся.

Кабинет Атта находился на самом верху, под гигантским хрустальным куполом, искрящимся миллионами солнечных зайчиков. Атт считал, что купол этот выглядит слишком легкомысленно, но зато сразу дает понять, что ты находишься на небесах. Он неоднократно подумывал заменить его экраном во весь потолок, и включать на нем небо только по особым случаям, но так до сих пор этого не сделал. Наверно к лучшему.

Эмеш остановился перед массивной дубовой дверью, с золоченой ручкой. В отличие от купола, дверь выглядела очень официально, вполне в духе Атта. Что ж, это его дворец, его правила.

Эмеш сходу пнул ногой дверь.

Атт располагался в кожаном кресле, за большим, черным, полированным столом. Важный, толстый, лысоватый. Вид у него был такой, словно он делегацию готовился принимать.

– Привет, Мариш, – снова поздоровался Эмеш, и не дожидаясь приглашения плюхнулся в кресло напротив.

Атт коротко кивнул, молча ожидая объяснений. Выдержав солидную паузу, Эмеш решил перейти к делу. Он хлопнул ладонью по колену и посмотрел Атту прямо в глаза.

– Значит так, – начал он, – дело очень плохо. На свет выбралось что-то ужасное.

Атт неопределенно пошевелил бровями. Как ни странно, под взглядом золотых глаз Эмеша он чувствовал себя немного неловко.

– На сколько я знаю, сейчас на свободе разгуливают трое демонов. Лару…

Эмеш поднял руку, жестом предлагая Атту помолчать.

– Лару тут ни при чем. Давай на время забудем о ней и об этих старых делах.

– Забудем о демонах? – удивился Атт. Он откинулся назад, сложив руки на животе, – Сар, ты сам-то понимаешь что говоришь? Если мы срочно не примем меры, то эти демоны в скором времени сожрут, нахрен, весь мир.

Эмеш скрипнул зубами. Что-то не торопится Атт принимать эти срочные меры, столько времени уже прошло, и ничего. Конечно он и сам не мог разыскать демонов. Но это была в первую очередь задача главного бога, нечего разглагольствовать, что мы де плохо работаем.

– Забудь про это, – сказал он, – из пустыни летят черные бабочки.

Атт наморщил лоб, долго и со скрипом переваривая информацию. Но очевидно так ничего и не понял.

– Бабочки? Сар, твое важное дело это какие-то бабочки? Может тебе сачок подарить? А?

Эмеш тихо застонал. Неужели придется все подробно объяснять.

– Мариш, ты не понимаешь, – медленно и ровно произнес он, – это Черные Бабочки.

Атт уже собрался было что-то сказать, но тут до него начало доходить. Он побледнел на глазах, даже капельки пота выступили на лбу.

– Ты сам это видел? – шепотом спросил он.

– Видел одну мертвую.

– Мертвую? – Атт побледнел еще больше, казалось еще немного и у него начнется паника. Но несмотря ни на что, Атт умел держать себя в руках.

– Двое рыбаков пропали в Синарихене. Бабочку нашли у их лодки.

Атт кивнул и погрузился в какие-то свои мысли. Было бы очень хорошо, если бы он знал что-то полезное про этих бабочек. Если не то, как с ними бороться, то хотя бы что-то конкретное об их природе. Познания самого Эмеша в этом вопросе были весьма ограничены.

– Это очень плохо, – наконец сказал Атт.

– Сам знаю, – фыркнул Эмеш, – еще двое прикасались к этой бабочке, и у них даже хватило ума притащить ее в деревню. Я убил их чтобы не распространять заразу.

Атт вздрогнул при этих словах. Несмотря на все свои замашки главного бога, он был человеком мягким, и убийства были ему не по душе.

– Ты убил их всех?

– Нет, только тех двоих.

Атт заметно и с облегчением вздохнул. Только стремление к безопасности в нем оказалось сильнее гуманизма.

– Ты уверен, что больше никто не притрагивался к бабочке?

– Нет, не уверен, – честно признался Эмеш, – но не ровнять же с землей всю деревню.

– Нет… пожалуй не стоит… – Атт задумался, – хотя может быть и стоит для верности…

Эмеш сжал зубы, такие разговоры ему не нравились.

– Ага, и еще для верности, пожалуй, стоит перебить всех людей до одного, и самим удавиться. Вот тогда уж точно проблем не будет.

Атт фыркнул, поерзал на стуле, чувствуя себя очень неуютно. Он даже кажется немного смутился. Но длилось это не долго. Встал из-за стола и принялся расхаживать по комнате, обдумывая ситуацию. В этой привычке они были с Эмешем похожи.

– Нужно выставить патруль у реки, – уже сухим, деловым голосом произнес он.

Эмеш кивнул. Вот, наконец-то начинается разговор по делу.

– Еще неплохо бы установить камеры наблюдения, – сказал он, – никакой патруль не в состоянии контролировать такую территорию. Бабочка не слон, ее можно и не заметить издалека.

Повернувшись к нему, Атт с минуту стоял молча, оценивая предложение.

– Думаю и энлиль и савалар могут почувствовать бабочек, им не обязательно видеть… особенно савалар… – Атт сосредоточено потер подбородок, – но ты прав, лишняя предосторожность никогда не помешает.

Хорошо. Почему-то Эмеш никогда до конца не доверял савалар, демоны тьмы, как-никак.

– Бабочки вряд ли полетят через Унхареш, – сказал он, – но через плоскогорья вполне могут податься. Надо выставить наблюдения и там.

– Ты прав…

Атт снова принялся ходить туда-сюда. У него было совершено каменное лицо, и Эмеш решил не мешать пока и не отвлекать, вдруг додумается до чего полезного. Наконец Атт остановился у окна и снова обратился к нему.

– А что ты вообще знаешь об этих бабочках?

Эмеш развел руками, сказать было особо нечего.

– Да почти ничего. Знаю только, что настал полный пипец.

Атт серьезно и вдумчиво кивнул.

– Еще знаю, что дотрагиваться до них нельзя, – продолжил Эмеш, – иначе сам станешь монстром. Не знаю на сколько это касается нас, но людей точно.

– Нас это касается еще в большей степени, – мрачно ответил Атт, – из нас монстры куда страшнее выходят, – и еще немного помолчав, добавил, – насколько я знаю, потом эти монстры распадаются на новых бабочек.

Эмеш мысленно закатил глаза, только этого еще не хватало. Значит чем больше заразившихся, тем быстрее распространяется эпидемия. Да и вид распадающегося на сотни бабочек человека уже сам по себе не внушает добрых чувств.

– Насколько я знаю, прикасаясь к человеку бабочка дохнет… – сказал он.

– Эти твари никогда не дохнут, – зло процедил Атт, – она отдает какую-то часть своей силы человеку, и не может летать. Но остается все еще очень опасной. Вроде потом монстры выходят… как бы сказать… менее стабильными… быстрее разваливаются.

Просто замечательно, что тут сказать. Может действительно переубивать всех людей, что бы не плодить чудовищ. Вот уж не очень-то хотелось самому развалиться на части.

– А убить их можно? Что на них действует? Огонь? Лазер? Липучки от насекомых?

Атт нехорошо усмехнулся и покачал головой.

– Ничего на них толком не действует, – сказал он, – ну пожжешь нескольких, а новых налетит еще больше.

Эмеш сцепил пальцы. Нужно было что-то придумать. Должен быть способ. Просто обязан. Он долго сидел молча, потом поднял глаза на Атта.

– А хоть откуда они берутся, ты знаешь?

– А демон их разберет, – раздраженно и как-то устало отмахнулся Атт.

Нужно собрать про этих бабочек информацию, поспрашивать всех, покопаться в старой библиотеке, если понадобится. Иначе не справишься. О своем враге надо знать все, его сильные и слабые стороны. Тогда исчезнет страх и придет уверенность. А пока Эмеш не знал о враге ничего.

У Атта вряд ли можно узнать еще что-то полезное. Эмеш поднялся на ноги.

– Ладно, мне надо идти. Ты собери всех и пришли в Синарихен. Если узнаешь что-то новое, дай знать.

– Хорошо. Я пока пришлю к тебе Думузи.

Эмеш сморщился. Степной бог не слишком-то ему нравился, но в такой ситуации конечно не стоит быть слишком привередливым. Думузи силен, очень силен. Пожалуй даже не уступает ему самому. От такой помощи глупо отказываться, особенно когда ожидаешь нашествие черных бабочек. Сейчас не время.

Он кивнул, и прощаясь протянул Атту руку.

– Дай знать если что.

– Угу. Может быть я скоро сам туда приду, Сар. До встречи.

– До встречи.

Атт криво улыбнулся.

– Будь осторожен, ты нам еще пригодишься.

– Угу. Буду.

Эмеш уже взялся за ручку двери, когда Атт снова окликнул его.

– Сар, как там моя дочь? – в его голосе неожиданно слышались лишь забота и нежность.

Ну что сказать? Что она снова сбежала?

– С ней все хорошо, – не оборачиваясь ответил Эмеш и быстро вышел, закрыв за собой дверь.

2

Она неслышно подошла сзади и осторожно тронула за плечо. Он вздрогнул, медленно обернулся, прекрасно понимая кого увидит. Говорить не хотелось.

– Эмеш, – сказала она.

Он кивнул и закрыл глаза. Значит знает. И не важно, догадалась ли сама или кто-то сказал. Она знает. И что с того? Почему он так хотел побыть для нее просто человеком? Хоть немного, чуть больше тех нескольких часов в степи. Что там было? Ведь ничего, совсем ничего. Тогда он просто шел рядом и смотрел по сторонам, даже думал о другом. Почему же тогда… Воспоминания, может быть.

– Ты убил их? – спросила она.

Эмеш поднялся на ноги и его лицо оказалось совсем близко с ее лицом. Глаза Тиль смотрели прямо в его глаза, спокойно, уверенно, даже требовательно… зеленовато-серые, с тонкими светлыми прожилками. А еще нее были золотистые веснушки, и на лбу, у самых волос, маленький шрамик.

Он дернул головой.

– Да, я убил их.

Что еще сказать.

Крохотные жгучие искры в ее глазах и неожиданная звонкая пощечина.

Это было так…

Тиль, маленький храбрый человечек, не стесняющийся бить бога по морде. Ведь таких людей Эмеш еще не встречал на этой земле… или может быть просто не хотел замечать. К добру ли…

Плотно сжав губы, Тиль смотрела ему в глаза. Не с осуждением, нет… скорее в них было понимание и сочувствие.

– Я думала боги всемогущи.

Вот так и разбиваются мифы.

Вдруг стало ужасно стыдно, хоть и не мог он тогда объяснить причины своего стыда.

– Это было необходимо? – ее голос звучал спокойно и ровно.

Сделав глубокий вдох, Эмеш начал понемногу приходить в себя.

Конечно то что он сделал необходимо, как же еще. Стал бы он выделывать такое ради развлечения. Когда из пустыни летит непонятная зараза некогда жалеть несчастных и искать способы их спасти, нужно действовать, и чем быстрее тем лучше. Иначе спасать будет уже некого.

Эмеш отрыл было рот, но понял что не может ей это сказать, не может найти нужных слов. Объяснить ей, но как? А если она не поймет. Кто он в ее глазах? Хладнокровный убийца, монстр, злодей? Нет, на злодеев так не смотрят. Лучше уж быть злодеем, чем так.

Совсем недавно Эмеш отправил в царство мертвых Кинакулуша, теперь этих двоих.

Глаза Тиль ждали ответа.

– Да, это было необходимо, – облизав пересохшие губы, сказал он.

Тиль коротко кивнула и отвернулась. Эмеш вздохнул с облегчением и тут же замер в ожидании новых вопросов. Он бы хотел ей все объяснить, но только и сам не понимал всего.

– Почему ты пришел ко мне? – смотря в сторону спросила она.

Эмеш почувствовал, как ноги подкашиваются и он уже не может нормально дышать, тяжелый ком встал в горле. Да что с ним такое-то, в самом деле.

– Твой муж попросил меня позаботиться о тебе, – с трудом выдавил он.

– Мой муж? Где он?

Вот опять. Как ей сказать?

– В Тат-Фишу.

Даже в глазах потемнело, ну почему он должен говорить это, почему должен оправдываться. Ведь он все делал правильно и не жалеет ни о чем.

– Как? – Тиль поджала губы, ее голос дрогнул.

Очень хотелось взять ее за руку, объяснить все, попросить прощение. Но это было уже слишком. Может это бессонная ночь и напряжение последних дней так сказываются на нем. Бабочки, демоны, Илар…

– В обмен на Лару, – как можно более твердо сказал он, – твой муж спустился в Тат-Фишу, что бы Лару могла выйти, и что бы жизнь вернулась в этот мир.

Он не видел лица Тиль, не видел как она восприняла его слова, не знал и боялся узнать. Тиль почти не шевелилась, и только стиснутые пальцы выдавали ее чувства. Несколько долгих мгновений прошло в тишине, Эмеш думал что сойдет с ума.

– Я горжусь им, – сказала она, и Эмеш почувствовал искренность и уверенность в ее голосе. Она действительно гордилась.

– Как… ты… я…

– Я горжусь им, – Тиль повернулась, она почти улыбалась, выпрямилась, расправила плечи, – он пожертвовал собой ради людей. Может ли человек сделать что-то более достойное в своей жизни?

Эмеш смотрел на нее и не понимал. Ни ради людей Кинакулуш сделал это, а ради нее одной. Теперь наверно он станет героем. Наверно нужно что-то сказать.

– Он вернется, Тиль, я обещаю. Как только я разберусь со всем, обязательно верну твоего мужа назад.

– Спасибо, – просто сказала она.

3

У хижины Утнапи собралась вся деревня, мужчины, женщины, дети. Вид у них у всех был очень решительный, суровый и можно даже сказать кровожадный. Впрочем, куруби всегда так выглядели, даже если намерения у них были самые мирные. Но сейчас в толпе чувствовалось звенящее напряжении. «Они пришли устроить мои похороны», ехидно подумал Эмеш. Не удивительно, после того что он сделал. Он бы и сам был столь же гостеприимен по отношению к тому, кто решил поубивать ни в чем не повинных людей.

Возможно стоило просто смотаться, что бы не было лишних жертв, или все же попытаться как-то убедить этих людей, в том что он делал все правильно и иначе всем в деревне было бы очень худо. Эти двое принесли себя в жертву ради… бред какой-то.

В конце концов можно просто пригрозить им скорой расправой и разогнать, бог он или не бог! Бог. Значит эти люди должны его бояться.

Проблема в том, что куруби не знали богов кроме Утнапи, а Утнапи… ну он не слишком годился на эту роль. Он был скорее старейшиной и учителем, но не верховным божеством. Он не мог даже прикрикнуть на них и заставить делать то, что считал нужным, он все пытался помочь и убедить.

Значит поговорить. Можно еще подкрепить слова молниями и фейерверками, вот уж что-что, а это он умеет. Убивать всех поголовно не хотелось, они могут быть еще полезны, да и не хорошо это, по отношению к их учителю.

Эмеш вышел в центр образовавшегося круга, выжидающе разглядывая собравшихся людей. Интересно, кто возьмет на себя инициативу, вождя-то он убил.

Куруби перешептывались, нервно сопели, но ни нападать, ни говорить пока не стремились.

Эмеш ждал, но скоро это бессмысленное стояние в центре круга начало ему надоедать. Он еще раз окинул их испытывающим взглядом, переступил с ноги ногу, поправил пояс.

– Что вам нужно? – поинтересовался он, когда стало очевидно, что ждать можно долго.

По толпе пробежала волна шепота, они зашевелились, но никаких действий не последовало.

– Я спросил что вам нужно? – повторил он.

Вперед вышел невысокий, кособокий мужчина, с орлиным носом и длинными седыми волосами. Видимо, теперь он тут за старшего. Вполне неплохо, по крайней мере выглядел он разумным и сдержанным, убивать сразу не будет, сначала наверняка произнесет длинную пафосную речь.

– Мы не к тебе пришли, а к Учителю, – с чувством собственного превосходства произнес он.

Вот те на. Как это он не подумал о таком простом варианте, может мания величия начала развиваться. Эмеш усмехнулся про себя, и состроил серьезное лицо.

– Ваш учитель не может сейчас с вами говорить, – сказал он, – если у вас есть какое-то дело, говорите об этом мне.

Переговорщик недовольно засопел и окинул Эмеша оценивающим взглядом.

– Сперва я бы хотел знать кто ты есть, – ничуть не смущаясь заявил он.

Эмеш уже открыл было рот, но задумался. Кто он для них. Морской бог? Они и моря-то не видели никогда. Создатель и покровитель ремесел? Для этих людей Утнапи всегда был учителем.

– Я бог людей долины Инну, – сказал он.

Переговорщик несколько удивился, видимо чего-то не понял, оглянулся на своих собратьев и с сомнением покачал головой.

– Что значит "бог"? – выпятив вперед подбородок, поинтересовался он.

У Эмеша даже челюсть отвисла от таких слов. Как это понимать? Он действительно не знает? Лодочник их забери! Чему же тут Утнапи их учит! Что за…? так спокойно, как это интересно объяснить? Вот уж действительно непростая задача, сразу не придумать.

– У вас есть учитель, Утнапи, который живет в этой хижине, – начал Эмеш.

– Есть, – с умным видом согласился переговорщик.

– Он живет здесь так долго, что даже самые старые из вас не помнят день когда он пришел в деревню.

Переговорщик причмокнул губами и снисходительно произнес:

– Учитель живет тут всегда, он построил первый дом у реки и научил нас всему.

– Правильно. А еще он умеет делать многое из того, что не может никто из вас.

Что же такого особенного умеет делать Утнапи, Эмеш задумался, но так и смог привести подходящий пример. Ладно, это сейчас не важно.