Текст книги "Три жизни бога (СИ)"

Автор книги: Екатерина Хайрулина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Память. Тихий лес

1

Чайник закипел.

Надо бы с огня снять, а то совсем выкипит. В доме и так воды не осталось, опять к источнику идти.

Лето! черт бы его побрал! За окном только серая муть, и не разберешь – то ли перед глазами все плывет, то ли на самом деле такая дрянь. Плечо еще вот ноет, на прошлой неделе вывихнул, а все ноет…

Сашка тихо застонал, пытаясь отыскать в себе силы вылезти из-под одеяла. Сейчас, еще чуть-чуть, еще минутку. Вылезать сил никаких нет, и так зуб на зуб не попадает.

Рядом, свернувшись калачиком, спала Юлька.

Надо бы ей чаю сделать, с вареньем… там кажется оставалось еще немного, ей как раз хватит. А то разболелась совсем.

Юлька хорошая, без нее бы он тут давно сдох…

Вставать надо.

Сашка зажмурится изо всех сил, стиснул зубы и рывком вскочил на ноги. По-другому давно уже не получалось.

Еще один день, один день и этот кошмар закончится. Может быть уже сегодня за ним придут.

Каждое утро Сашка пытался убедить себя, что осталось потерпеть совсем немного, но каждый раз его чудесное спасение откладывалось. Он здесь уже два с половиной месяца. Когда будет три, его просто перестанут искать, считается что это уже безнадежно, в проклятом лесу нельзя так долго продержаться не подхватив какую-нибудь заразу. Может быть он давно уже безнадежен и надеяться не стоит? Но ведь живут же как-то люди, вот Юлька живет…

Думать об этом совершено не хотелось, за ним обязательно придут, вот буквально с минуты на минуту.

Голова кружится и в глазах что-то темно… Ничего, это пройдет, надо только чуть постоять спокойно, и все.

Жрать охота. Сил просто нет никаких. Кажется в тумбочке осталась последняя банка тушенки. Надо бы к Центру сходить… и еще за дровами, а то тоже кончатся скоро.

До Центра часа три ходьбы в хорошую погоду, а сейчас кто знает, до вечера бы успеть вернуться. Вот он напоит Юльку чаем и сразу пойдет.

Когда он только сюда попал, Юлька сама его выхаживала, чаем поила, таскала еду. Ему еще повезло, что грохнулся на своем вертолете недалеко от жилья. Если бы диком лесу, то и недели бы не протянул.

Может он и помер уже давно, и только отчего-то до сих пор упрямо переставляет ноги? Недавно он случайно увидел свое отражение в темном окне – самое натуральное приведение, бледное, худое и осунувшееся, с темные круги под глазами, измотанное до крайности. Неудивительно что люди долго не выдерживают в таких условиях.

– Ты уйдешь? – Юлька смотрела на него большими серыми глазами, на дне которых затаилась печаль. Она осторожно взяла из его рук горячую чашку и отпила пару крошечных глотков.

– Я к Центру… – начал Сашка не слишком уверенно, – я скоро вернусь.

Юлька тихо покачала головой.

Что за глупости, конечно он скоро вернется. Отчего только так неспокойно на душе. Может быть оттого, что эта глупая девочка вдруг решила попрощаться? Почему вдруг? Он столько раз уходил и столько раз возвращался, но она никогда еще не смотрела на него такими глазами.

– Ты не вернешься, – она изо всех сил старалась что бы голос не дрожал, только выходило не очень.

– Вернусь, куда я денусь.

Юлька грустно улыбнулась уголками губ, и осторожно дотронулась до Сашкиной руки.

– Не бойся, с тобой все будет хорошо.

Он хотел было сказать что и не боится ничего, но слова застряли в горле.

– А ты? – хрипло спросил он, сам не узнавая своего голоса.

– И я. Со мной тоже ничего не случится.

Он машинально кивнул, долго-долго смотрел ей в глаза, а потом вдруг резко вскочил, отвернулся, отчаянно мотая головой, словно надеясь отогнать морок.

Глупости! Откуда она могла знать? Почему именно сейчас она говорит это! Ведь он так хотел верить что именно так все и будет, но боялся, просто устал надеяться и загонять мысли о возвращении подальше, что бы можно было хоть как-то жить. Ведь он прекрасно понимал о чем она вдруг решила поговорить, но обретя тень надежды, он совершенно не готов ее снова потерять.

Сашка ходил из угла в угол, пытаясь хоть как-то привести мысли в порядок. В последнее время он был слишком уставшим и издерганным, что бы сохранять спокойствие.

Юлька просто ждала когда это пройдет, не говоря ни слова. А потом, когда Сашка немного успокоился и без сил опустился на стул, закрыв руками лицо, она тихо подошла и поцеловала его в лоб.

– У тебя все будет хорошо, – мягко, но очень уверенно сказала она, – ты скоро вернешься домой.

А потом прижалась к нему всем телом, едва заметно вздрагивая от подступивших слез.

Целый мешок консервов, пять килограмм какой-то крупы и двадцатилитровая канистра с водой. Сашка был настолько рад когда заполучил такое богатство, что нисколько не задумывался как потащит все это через лес. Тут даже дороги толком не было. А от Центра до дома километров десять будет.

Конечно свое право на это добро пришлось доказать, он здорово дал в морду охраннику, но двое подоспевших амбалов вышибли ему передние зубы. Что ж, не первый раз приходится драться. Вообще-то ему еда не полагалась. Воду еще могли выделить, а уж жестяные баночки с тушенкой никак. Он здесь чужой, на него никто не рассчитывал. Но не подыхать же от этого.

Раньше Юлька делилась с ним своей долей, но долго так продолжаться не могло. Сашка очень быстро понял, что вполне в силах за себя постоять, какие-то древние инстинкты сами вели его. Да что еще осталось у него в этом проклятом месте, кроме инстинктов!

Руки просто одеревенели и готовы были просто отвалиться. Тупой, ноющей болью отзывалась спина. Сил уже никаких нет. Но не смотря на все эти неудобства Сашка был счастлив как ребенок. Свою добычу он почти волоком тащил по земле, отдыхая каждые пять минут. Взмок вес, несколько раз подумывал снять теплую куртку, но не решался. Ничего, уже скоро! Юлька наверняка обрадуется, здесь же недели на три, а то и больше. За водой конечно еще придется сходить, но это как раз ерунда, воды можно набрать сколько угодно…

Осталось совсем недалеко, вот повернет, и уже можно будет разглядеть вдалеке маленький Юлькин домик. Он и думать забыл обо всем, что там Юлька наговорила, он скоро вернется и все будет хорошо. Что она могла знать…

Вот и поворот, дальше по открытому месту до самого дома.

Огни в небе.

В первую секунду он даже испугался, не понял, настолько отвык. И лишь поднявшийся ветер и грозный рев поставили все на свои места.

Вертолет!

За ним прилетели!

Сашка готов был кричать и плакать от радости. Но вместо этого стоял опустив руки и смотрел как вертолет сел на мерзлую землю и затих. Все происходило словно во сне, он так долго ждал, что разум уже отказывался верить в реальность происходящего.

Из вертолета выскочили люди. В желтых защитных скафандрах, лица скрыты за толстым прозрачным пластиком – и не разглядеть… а он уже и забыл как опасно это место.

Сашка вдруг понял насколько устал, голова кружилась. Он изо всех сил старался держаться, хотя наверно это было уже не обязательно.

Люди подбежали, засуетились вокруг, какие-то приборы, анализы… вокруг него что-то крутили, что-то тыкали. Он уже плохо понимал что происходит, просто тупо пытался сфокусировать взгляд и не грохнуться в обморок. Его кажется о чем-то спрашивали…

На кончике пальца маленькая капелька крови. Зажмурив глаза Сашка изо всех сил помотал головой, пытаясь хоть немного прийти с себя.

– Он чист, – довольный и немного удивленный голос, – все, забираем.

Его подхватили под руки и потащили к вертолету. Усадили… и снова заревел мотор.

Земля оторвалась и полетела вниз. Уже довольно темно, мощный луч прожектора скользнул по земле и погас, успев на секунду выхватить маленькую бегущую фигурку.

– Юлька!

Сердце бухнуло о ребра и заколотилось как бешенное, только сейчас Сашка вдруг понял что произошло. Он вскочил, принялся изо всех сил дергать дверь. Долго кричал, требовал что бы его выпустили, грозился разнести все на части. Его схватили под руки, оттащили в сторону, вкололи успокоительное. Еще несколько минут он сопротивлялся.

2

Чайник закипел. Надо бы встать, выключить. Он всегда ставил чайник и снова забирался по одеяло, отдохнуть, погреться еще несколько минут.

Надо встать.

Сашка осторожно потянулся, что бы не разбудить Юльку…

Только чайника никакого не было, да и рядом тоже никого. Можно было никуда не вставать, можно было даже заказать этот проклятый чай в постель, и валяться хоть весь день, таращась в телевизор.

Все что было – лишь кошмарный сон, лучше поскорее все забыть и жить дальше, как жил.

За окном кусок яркого летнего неба, маленькое лохматое облачко и ветка каштана.

Ему удивительно повезло, в проклятом лесу он умудрился не подхватить никакой заразы, ничего такого с ним не случилось. Только организм сильно истощен, но это легко поправить. С той стороны зеркала на него снова смотрела не бледная тень, а живой человек – худой, сероглазый, чуть лопоухий и гладко выбритый.

Он пробудет здесь еще недели две, пока врачи не убедятся что с ним действительно все в порядке. Потом месяца два еще в санатории на берегу моря, потом месяц отпуска. Сейчас даже думать не хотелось что он будет делать потом, возвращаться на старую работу вряд ли будет, попросится на новое место, куда-нибудь подальше от этого леса.

Обычно осторожно говорят Тихий Лес, хотя он скорее мертвый, но называть его так почему-то не решаются. В официальных бумагах он значится как "зона 44", своеобразная резервация для безнадежных.

Поганое место.

Телефон звонит где-то рядом. Сашка пошарил рукой на тумбочке, отыскал, взял трубку.

– Сашулька, это ты? Привет! – веселый женский голос в трубке, – ну ты как? Нормально, да? Хотела к тебе заехать, но они не пускают, говорят карантин, нельзя.

– Ага, – вяло подтвердил он, – пока я на карантине.

– Ну как выпустят, ты звони. Я тебе заскачу, хорошо? А то уж соскучилась без тебя, сколько можно пропадать!

Еще минут двадцать он слушал разнообразные новости и сплетни, накопившиеся за его отсутствие. Было приятно, но по большому счету все равно. Может стоит только отдохнуть, и все пройдет. А может он действительно подхватил какую-то заразу, которая мешала нормально жить.

Завтра он уезжает.

Будет загорать, купаться в море, бездельничать и набираться сил. Ему уже прислали пестрые рекламные буклетики с уютными домиками и пальмами вокруг. Ресторан, бар, песчаные пляжи, экскурсии, аквапарк и прочие развлечения. Телевизор и кондиционер в номере. Все как полагается.

Потом все будет как прежде.

Сашка ходил кругами по комнате, пытаясь понять что его гложет, но это никак не удавалось. Оставалось только убедить себя, что это пройдет и махнуть рукой.

Неожиданно он поймал себя на мысли, что до последнего надеялся, что все же окажется заразным, опасным для общества и его отправят назад в лес. Ведь могли. Конечно шансов на это было слишком мало, но ведь могли…

А он значит хотел… ну и дела… как же можно такое хотеть в здравом уме?

Но, черт побери, он совершенно здоров!

– Я хочу вернуться.

Борисов смотрел на него без тени удивления, с одним лишь интересом. Он долго молчал, словно оценивая ситуацию. Сашка уже готов был сражаться, доказывать, да хоть тайком пробираться в эту мертвую зону. Но все оказалось совсем не так, как он предполагал.

– Я понимаю, – Борисов нахмурился и коротко кивнул.

Нервно карябая подлокотник кресла, Сашка старался сохранять спокойствие, но ждать приходилось невыносимо долго.

– Вы разрешите, – он чувствовал себя ужасно глупо, словно ребенок, выпрашивающий у родителей мороженое.

Борисов бросил на него оценивающий взгляд из-под густых бровей.

– Знаешь, ты ведь не первый кто хочет вернуться, – наконец сказал он, – это место как-то притягивает людей.

– Что? – Сашка совершенно не представлял что ему делать и что говорить. Как-то все это слишком далеко выходило за рамки его представлений.

– Ты знаешь что обратного пути не будет? Тебя там больше никто не станет искать и приводить домой.

Он кивнул. Идиотизм конечно, но он был к этому готов. Подумаешь, живут же там люди…

– Что тебя там так зацепило?

Сашка тяжело вздохнул, на откровения его что-то не тянуло. Но в общем-то никто и не настаивал. Разве можно разумно объяснить, это просто глупость и больше ничего. Только с ним ничего нельзя поделать.

– Она действительно так тебе нужна? – вопрос прозвучал неожиданно, Сашка даже вздрогнул. Наверно только в этот момент начал осознавать что с ним происходит.

Он покачал головой, пытаясь найти нужный ответ, и тихо сказал.

– Я ей нужен.

Снова этот чайник. Сашка потянулся в кровати и осторожно обнял спящую Юльку. Сейчас они позавтракают, а потом он сходит к центру за едой. И все будет хорошо.

Сашка улыбнулся своим мыслям. Наконец-то все было хорошо.

Глава 15. Всемогущий

Темные воды Потока все так же неспешно катились между двух берегов – жизнью и смертью.

Уршанаби глянул на него исподлобья и коротко кивнул, Эмеш кивнул ему в ответ. Они еще поговорят. Потом. Сейчас есть другие дела. Да, пожалуй им есть о чем поговорить…

А сейчас ему нужно на ту сторону, за стену Илара.

Теперь ему плевать на реку, один шаг и он уже на той стороне, еще один – и вернулся назад. Илар больше не в силах удержать его. Ничто больше не способно удержать его, теперь его воли подвластно все.

– Пойдем со мной.

Он уже в пятый раз повторяет эти слова, но она все молчит, и только грустно смотрит ему в глаза.

– Пойдем.

– Зачем?

– Ты нужна мне, я хочу быть с тобой.

– Прости… – она отворачивается, но он все еще продолжает видеть ее глаза.

– Пойдем со мной, неужели ты не хочешь вернуться на землю?

Она едва заметно качает головой.

– Здесь все кого я люблю, мой муж, мой сын. А там у меня никого нет.

Требуется усилие, что бы сглотнуть застрявший в горле ком.

– А как же я? – голос звучит неожиданно глухо, словно чужой, – Тиль, как же я?

– Ты? – слезы в ее глазах, – прости меня, Сар, но тебе лучше уйти.

Всемогущий.

Всемогущий, но одинокий.

Пусть так, он знал на что шел.

Обратный путь наверх он проделал пешком, как когда-то, пусть и не было в этом никакой необходимости. Уршанаби посадил его в лодку, и без лишних вопросов повез в мир живых.

Он приходил сюда еще. Долго сидел на берегу, рисуя на песке разные знаки, размышлял, все никак не решаясь задать вопрос. Потом уходил снова.

Но все повторялось.

– Ну, говори, – старый демон первый не выдержал, – сколько можно тут шляться.

– Послушай, Лодочник, – Эмеш поднялся на ноги, собираясь с духом, – послушай, а в Иларе живут только мертвые этого мира?

Уршанаби сощурился, и впервые на его лице Эмеш заметил тень сожаления.

– Для тебя нет ничего невозможного, Сар, ты можешь отыскать любую душу. Но что потом?

Что потом?

То что будет потом не принесет счастья никому. Все слишком изменилось с тех пор, и прежде всего изменился он сам. Прошлого не вернуть, даже ему это не под силу.

Постояв немного на берегу, Эмеш повернулся к Уршанаби спиной и зашагал прочь. Зачем тревожить воспоминания, пусть прошлое останется за этой темной рекой, ему там самое место.

– Постой, – окликнул его Уршанаби, – нам надо поговорить.

– О чем? – бросил Эмеш через плечо, разговаривать сейчас не очень-то хотелось.

– Иди сюда.

Эмеш постоял немного, потом подумал и решил – почему бы и нет.

– Ну? – поинтересовался он, останавливаясь у старой лодки.

– Знаешь, ты молодец, – прищурив один глаз, усмехнулся демон, – я в тебя не сомневался.

Эмеш устало сморщился и вздохнул.

– Чего тебе надо?

– Я хочу что бы ты почувствовал насколько все изменилось, и в первую очередь для тебя самого, – серьезно сказал Уршанаби, подаваясь всем телом вперед, – это не просто, но ты должен понять. Того, прежнего тебя, человека, больше нет и никогда не будет, что бы не случилось. Тот человек еще остался где-то глубоко внутри, но скоро он уйдет. Человек просто не сможет соперничать с богом. Главное помни всегда, что на тебе лежит слишком большая ответственность и у тебя больше нет права на ошибку.

Эмеш сдержанно кивнул.

Нет больше права. Какие у него теперь права…

– Зачем все это было нужно? – тихо спросил он, словно ни к кому не обращаясь.

– Что? – Уршанаби сделал вид, что не понял вопроса.

– Зачем нас вытащили из той прошлой жизни и засунули сюда? Зачем учили? Зачем дали силу?

– Глупый ты еще, человек, – усмехнулся он, – у этого мира тоже есть инстинкт самосохранения.

Человек, ставший богом. Бог, ставший человеком.

Кто он теперь.

Маленькие черные твари исчезли без следа, новый мир поглотил их и незаметно переварил. Хаос больше не грозил разорвать в клочья зеленые бескрайние луга и заросшие тростником берега рек. Мир и покой…

Покой…

Великий Атт склонил голову и отошел в тень, а с ним и другие бессмертные спустились с небес и растворились среди людей, соперничать с новым им не под силу. Старые боги сами еще слишком люди.

А вот он сам… кто он теперь?

Он стал частью этого мира, и мир стал частью него самого. Каждое дуновение ветра, каждая птичья трель, каждый людской вздох отдавались эхом в его сердце, не мешая друг-другу, не замутняя разум. Возможно ли? Пожалуй, он уже совсем не человек… почти…

Но где-то в глубине, на самом дне души, осталась частичка того прежнего, и словно горячая головешка не давала покоя.

И солнце коснулось тонким лучом невесомого облака, у самой кромки небес на востоке.

И начался новый день.

эпилог. Старые боги

– Ведьма! Ведьма!

Стайка мальчишек, весело подпрыгивая на ходу, неслась мимо. Думузи изловчился, подцепил одного за шиворот, поставил перед собой.

– Что там? – строго спросил он.

Мальчишка ничуть не смутился, и без всякого страха принялся разглядывать суровое лицо незнакомого дядьки.

– Там ведьма! – радостно сообщил он, – и сейчас ее убивать будут!

Думузи скрипнул зубами от нехорошего предчувствия.

– Рассказывай, что за ведьма?

– Ну как что? – удивился пойманный, захлопав большими глазами, – да наша ведьма, что у Старого Оврага жила. Так ее вот и поймали.

У Думузи ноги подкосились. Вот значит как. Эту ведьму он прекрасно знал, хоть и не видел уже лет пятьдесят, с того самого дня… Именно к ней он и направлялся… все-таки предчувствие не обмануло.

Мальчишка нетерпеливо поерзал, стараясь освободиться и удрать следом за остальными. Интересно же что там будет.

– Пойдем, покажешь, – потребовал Думузи, – заодно расскажи зачем хотят убить ведьму, если она давно уже тут живет.

Он шел, слушал, ругая себя за то, что раньше не догадался навестить, посмотреть как она тут.

С того дня, когда Эмеш заделался главным богом, многое изменилось. Все они разошлись кто куда, куда им с ним теперь тягаться. Да и сила постепенно уходила, медленно, словно вода вытекала из дырявого бурдюка. Там глядишь и совсем все вытечет.

К некоторым и старость начала потихоньку подбираться, Атт за последние года два сильно поседел, осунулся. Его самого время пока не трогало, но наверняка скоро и за ним придет, церемониться не будет.

Интересно, а Лару как? Изменилась?

Ведьма значит… Да уж, кто бы мог подумать, что до такого дойдет. Быстро же люди старое забывают.

Тогда она так и ушла с этим горе-царем, Атну. Уж не известно что у них там было, но только жили вместе, и вроде бы даже дочь у Лару родилась. Может и так…

А когда Атну умер, Лару перебралась на окраины Майруша. С тех пор он все собирался ее навестить, но до сих пор откладывал. И вот наконец собрался. Что-то шепнуло ему на ухо, что пора.

Решил все же пешком пойти – чем больше используешь свою силу, тем меньше ее остается, источник не питает старых богов как раньше.

Мальчишка болтал без умолку, говорил, что ведьма-де уморила уже двоих, и больше терпеть такое как нельзя. Да еще говорил, что на соседских овец тоже она наверняка порчу наслала.

Думузи слушал и ушам не верил. Лару уморила? Что за бред?

– Далеко еще?

– Да нет, – мальчишка махнул рукой, – уже почти пришли. Вооон за тем домом.

Думузи сам не заметил, как ускорил шаг.

За домом действительно собралась толпа, шум и гвалт был слышен издалека, и веселье, похоже было в самом разгаре.

Сердце ухнуло и заколотилось словно бешенное. До этой самой минуты он никак не мог поверить, что произойдет что-то плохое. Ведь это Лару, она и сама прекрасно может за себя постоять. Дочь Атта, она раньше, пожалуй, покруче Эмеша была.

– Бей ведьму! Бей!

Когда Думузи разобрал отдельные крики, он не выдержал, со всех ног понесся вперед.

– Бей ведьму!

Толпа бесновалась, размахивая палками, швыряя камнями. И стало вдруг ужасно страшно – может быть он опоздал.

Народу было так много, что и не разберешь. Где-то там, внутри толпы была Златокудрая.

– Ру! Где ты, Ру! – Думузи заорал во весь голос, но что толку.

Ну и пусть! Пусть это будет стоить ему седых волос и нескольких лет жизни, но он знает что делать.

Степной бог вскинул руки, и тут же на землю обрушились молнии, одна за другой, десять подряд. И вслед за ними огненные шары взмыли в небо над толпой. Народ кинулся в рассыпную, через несколько секунд рядом валялись только три обгорелых трупа, да…

В нескольких шагах от него, среди вытоптанной травы лежала женщина.

Думузи кинулся было к ней, но замер, не веря своим глазам. На вид ей было никак не меньше семидесяти лет, совсем седая, лицо изборождено глубокими морщинами, вся в крови… Он стоял, тяжело дыша, никак не мог поверить. И только когда старуха с трудом приподняла трясущуюся голову, Думузи понял – да, это она.

Опомнившись, он подхватил Лару на руки и не задумываясь шагнул отсюда прочь, на окраины великих степей, где жил уже много лет.

Лечить он никогда толком не умел, мог лишь поделиться своей жизненной силой. Только после сегодняшних фейерверков ее, наверно, мало осталось.

Ничего, им пока хватит…

Берег-берег, вот и пригодилась.

Лару быстро пришла в себя, даже морщины немного разгладились.

– Ну как ты? – спросил Думузи, осторожно вытирая кровь с ее лица.

Она попыталась отстранить его руки, отвернуться, спрятаться. Взгляд Думузи словно жег ей лицо.

– Не смотри на меня, не надо – голос был сухой, дребезжащий, такой, что Думузи непроизвольно вздрогнул.

Столько всего хотелось сказать, но слова застревали в горле.

Думузи тяжело вздохнул и сел рядом. Совсем не так он представлял эту встречу, тем более, что до недавнего времени ходили слухи о прекрасной и вечно юной царице Аннумгуна. Неужели всего за несколько лет она могла так измениться?

Честно говоря стало страшно.

– Ничего, Ру, ты поправишься.

Кого он интересно хотел убедить? себя?

Златокудрая устало покачала головой.

– Они хотели чтобы лечила их как раньше, – она не договорила, сотрясаясь от приступа кашля, – но я уже больше не могу их лечить. Ты же видишь, я ничего больше не могу.

– Ну ничего, Ру, ничего… все будет хорошо, – Думузи шептал как заклинание, пытаясь сам в это поверить, хоть ненадолго.

– Нет, Дим, – она вдруг повернулась, заглядывая ему прямо в глаза, – старость это насовсем. Ты и сам знаешь.

Он до боли стиснул зубы, но ответить так ничего и не смог.

– Они хотели что бы я их лечила, они знали что я умела, раньше. Но и моей силе приходит конец, – она облизала пересохшие губы, – а вчера я не смогла принять роды, ребенок умер. Ну и конечно…

Лару так и не договорила, осеклась. Да что там, и так все ясно – ведьма уморила ребенка, теперь эту ведьму нужно убить, что б неповадно было… Вот значит как.

Он встал, прошелся туда сюда, стараясь справиться с нахлынувшими чувствами. Лару… как такое вообще могло с ней случиться? Почему-то казалось, что она вечно останется молодой, что это ее не коснется.

Коснулось, да еще как.

Время старых богов безвозвратно прошло, и он только сейчас до конца осознал и поверил в это. Это больше не их мир, их мир умер тогда вместе с проклятыми черными бабочками… или даже еще раньше.

– Дим, – тонкие пальцы коснулись его руки.

Думузи обернулся и едва не подпрыгнул на месте. Перед ним стояла изящная златокудрая девушка, с голубыми, бездонными словно небо глазами. Прекрасная, как тогда…

– Ру… – у него не было больше слов.

– Я так рада что пришел, Дим, – тихо сказала она, и голос звенел словно быстрый ручей, – я так скучала без тебя.

– Ру, Ру… – Думузи чувствовал как руки начинают дрожать, – зачем ты так!

– Я знаю, – она беззаботно улыбнулась, – знаю, что моей силы хватит теперь лишь на несколько часов. Ну и пусть. Лучше несколько часов чем долгие скучные годы. Дим! – она вдруг всхлипнула, бросившись к нему, – я так долго ждала когда ты придешь.

И Думузи крепко обнял свою златокудрую богиню, прижал к себе, принялся целовать, не думая больше ни о чем…

А на утро у дома распустился розовыми цветами старый сухой тамариск.