Текст книги "Три жизни бога (СИ)"

Автор книги: Екатерина Хайрулина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Он подошел двери с крестиком и открыл ее. Конечно у него получилось, там был выход. Эмеш снова презрительно фыркнул. Еще бы, ведь у проклятого демона в голове действительно была магия, в отличие от него. Так Эмеш и сказал. Смотритель с досадой покачал головой.

– Ты ничего не понял. Лабиринт слушается меня, и тебя будет слушаться. Можешь попробовать сам, если хочешь. За дверью будет то, что ты там ожидаешь.

– Я вот очень хотел увидеть там выход.

Смотритель усмехнулся.

– Ты не верил, что выход там есть. Сначала ты знал, что выход далеко, и не мог его найти, потом ты видел свои крестики, и знал, что выхода там быть не может. Все дело вот здесь, – он снова постучал себя по лбу костлявым пальцем, – Ты мог с самого начала перенестись куда угодно, но ты знал, что это не возможно.

Эмеш все равно не верил. Так не бывает. Да, тут какая-то магия, но не зная этих фокусов нельзя проделывать такое. У него не получится.

– Конечно, не получится, – пожал плечами смотритель, – но ты сам виноват. Я рассказал тебе что нужно делать, и теперь все зависит лишь от тебя. Выходи, или оставайся тут навсегда.

Он шагнул в сторону и исчез, словно и не было.

Несколько минут Эмеш стоял тихо шипя сквозь зубы, сжимая и разжимая кулаки. Все происходящее казалось ему обманом, какой-то изощренной игрой. То, что ему предлагали – невозможно. Никак. Он никогда не сделает этого, он не приведение, что бы ходить сквозь стены…

Хотя кто знает, может и приведение. В памяти всплывали неясные обрывки прошлого, среди которых, очень отчетливо, собственная смерть.

Все это не правда, это не настоящее.

Вот сейчас он откроет дверь…

За дверью была еще одна комната, и две двери – направо и налево.

Эмеш с силой захлопнул дверь, так что со стены посыпалась штукатурка.

А потом долго бегал по комнате кругами, ругая проклятых демонов, лабиринт и себя заодно. Но что толку. Иного выхода у него не было. Нужно либо совершить невозможное, либо сдохнуть тут во второй раз, уже окончательно. И он бы выбрал второе, но упрямство не позволяло.

В той комнате он провел много дней, метался, распахивая без конца двери, бился о стены, бессильно выл в углу. Сколько прошло времени он точно сказать не мог, вокруг ничего не менялось. Но подбородок успел покрыться колючими сантиметровыми волосами.

Странно, что ни голода ни жажды он почти не испытывал.

Никто больше не приходил к нему, никто не смеялся над нелепыми попытками, никто вообще им не интересовался. И однажды Эмеш проснулся и решил что все, хватит. Либо он сделает это сейчас, либо не сделает уже никогда.

Он встал, огляделся, и подумав выбрал дверь на которой никаких крестов не было. Медленно подошел, коснулся пальцами шершавого сухого дерева. Потом глубоко вдохнул, закрыл глаза и взялся за ручку.

Оставалось только открыть. Там за дверью его уже давно ждут, там люди, солнце и свежий воздух. Они все там, а он здесь. И нужно лишь потянуть ручку на себя.

Вот так, спокойно, не спеша. Там его ждут.

Ему все равно нечего терять, да и верить уже давно не во что, весь мир и так стоит на ушах. Все просто.

Дверь распахнулась, и легкий ветерок весело дунул ему в лицо.

Глава 13. Горы Унхареша

1

Стоило пошевелиться, и все тело отзывалось нестерпимой болью. Что случилось? Память отказывалась давать ответ. Сделав над собой невероятное усилие, Эмешу удалось разлепить глаза.

Прямо над ним старческое лицо, смотрит на него, кажется даже улыбается. Что за…

Эмеш моргнул, пытаясь хоть как-то привести мысли в порядок.

Черт! Где он? Кто перед ним?

Лодочник, Уршанаби.

От этой неожиданной мысли Эмеш вздрогнул и как-то даже дернулся в сторону. Мир тут же перевернулся и в глазах потемнело. Эх, как же хреново он себя чувствует.

– Я умер? – хриплым голосом спросил он, как только смог немного прийти в себя.

– Не совсем, – лодочник усмехнулся.

Да уж, не совсем. Почему-то раньше Эмеш был уверен, что после смерти человек не должен ничего такого ощущать, это было неправильно, просто несправедливо. Но тогда что он тут делает? Мысли двигались медленно, нехотя, едва ли не со скрипом. Он вроде должен был умереть… Но почему-то не совсем… А еще Тиль…

– Тиль! – Эмеш едва не подскочил на месте, когда понял что произошло.

– Она там, – Уршанаби небрежно махнул рукой.

За рекой. Они на этом берегу Потока, а там, куда показывал лодочник, возвышается стена Илара.

И Тиль за этой стеной.

Она мертва.

Энлиль чисто сделали свое дело, он помнил лишь яркий свет, его отбросило в сторону. Эмеш закрыл глаза и без сил опустил голову на землю. Зачем же он тогда остался жив? Как-то все это не укладывалось у него в голове.

– Ты был вроде как немного бог, – словно отвечая на незаданный вопрос, произнес Уршанаби, – и ты оказался очень живучим сукиным сыном.

Был вроде как немного бог. Эмеш с горечью усмехнулся. Какой же он к черту бог, раз не в силах спасти одного единственного человека, женщину, которую он любил. Какой к черту бог… был? То есть как был?

Последний вопрос он задал в слух.

– Угу, – согласился Уршанаби, довольно потирая руки. Дальнейшие объяснения он давать был совершенно не намерен.

Ну и пусть. Сейчас ему было так плохо, что подобные мелочи казались совершенно не существенными. Он лежал, закрыв глаза и не хотел больше ничего делать. Какая разница кем он был, гораздо проще вовсе ничего не знать.

Он умер уже второй раз в своей жизни, и пожалуй этого с него хватит. В тот раз он тоже потерял очень дорогих ему людей. Почему он не мог просто умереть тогда, в первый раз, как все нормальные люди. Угораздило же.

Теперь он останется лежать тут и пусть все проваливается в бездну, ему все равно.

– А ты молодец, – усмехнулся вдруг Уршанаби, – я всегда знал что ты способен на такое. Нашел выход. Поверил что сможешь и смог. Молодец.

Эмеш болезненно сморщился. Что он такого смог, за что его стоит хвалить. Даже женщину свою защитить не смог.

– Ты призвал сумерки, хотя тебя этому никто не учил, – в горле старого демона что-то булькнуло, видимо изображая смех, – не каждому придет такое в голову. А тебе вот пришло. Захотел и сделал, молодец.

Эмеш отвернулся. Совсем не хотелось об этом говорить, вот бы зарыться сейчас головой в песок, или нырнуть в темные воды.

– У меня ничего не вышло, – сквозь зубы процедил он.

– Вышло. Пусть не на долго. Боги действительно всемогущи, если этого захотят.

– Так это значит… – Эмешу в голову пришла вдруг удивительная, и в тоже время ужасная мысль, он резко выдохнул и уставился на лодочника – это значит я с самого начала мог что-то сделать? мог предотвратить…?

Уршанаби ехидно прищурил глаз и долго молчал, словно наслаждаясь моментом.

– Да, мог с самого начала. Люди на многое способны, если захотят. Тебе еще стоит потренироваться.

Эмеш сжал кулаки, едва удержался, что бы не вскочить и не дать в морду старому демону. Потренироваться? Да что за… После лабиринта им многое объяснили, показали, научили использовать свою силу. Но ясно дали понять, что у их возможностей есть границы, и возможности эти у каждого свои, именно поэтому молодые боги и вышли такие разные. Почему же тогда никто не сказал что они могут гораздо больше?

– Этому нельзя учить, – серьезно ответил Уршанаби на незаданный вопрос, – этого нельзя уметь всем. Если схлестнутся подобные силы, мир может не устоять, тем более, такой как этот. Нельзя давать детям столь опасные игрушки. Вам всем надо было повзрослеть.

Повзрослеть. И не важно, видимо, какой ценой.

Эмеш смотрел на лодочника и не мог поверить. Или мог? Да, все это пожалуй правильно и наверное стоило чего-то такого ожидать. Но все равно сказанное никак не укладывалось у него в голове.

– Вставай, – подмигнул ему Уршанаби.

Эмеш и не думал двигаться, пусть себе требует сколько угодно. Он больше ничего не будет делать.

– Вставай, у тебя есть еще одно дело.

Неправда, нет у него больше никаких дел, он умер и не собирается больше ничего делать.

– Давай, давай! Шевелись, – настаивал лодочник, – у тебя не так уж много времени.

– Да пошел ты! – тихо пожелал Эмеш.

Лодочник закаркал, очевидно эти звуки должны были означать смех. Видимо посылали его не часто. Отсмеявшись, он снова стал серьезен.

– Вставай. Помнишь, ты обещал мне выполнить одну просьбу.

Просьбу? Какую еще просьбу?

А ведь точно обещал… Этот проклятый хитрый демон не отступится от своего. Может быть поэтому он тут, а то б наверняка уже был за стеной Илара.

– И что же ты хочешь?

Старик усмехнулся и деловито потер руки.

– У тебя не так уж много времени, – сказал он, – тебе еще надо успеть разбудить Мирникхима. Только человек может сделать это.

Мирникхима?

То есть…

Ничего себе как далеко зашло!

В голове разом прояснилось. Эмеш тут же сел, во все глаза глазея на лодочника. Ох, и не нравилось ему все это.

– Что ты имеешь в виду?

– Мир рушится, – как ни в чем не бывало, пожал плечами Уршанаби, – нужно разбудить Мирникхима, чтобы привести все в порядок.

Ничего себе порядок! Эмеш не верил своим ушам. Мирникхим даже не демон, это вообще неизвестно что. Он разнесет весь мир до основания, не оставив и камня на камне, так уже было однажды…

– Не совсем так, – ухмыльнулся Уршанаби, – нужно аккуратно разобрать мир на части, а потом собрать правильно. Не так как в прошлый раз, а то опять всякие твари полезут из щелей. Если этого не сделать, вам не из чего будет строить новый мир, все погрузится в хаос.

Эмеш живо представил все это, и его аж передернуло от открывшихся перспектив. Вот уж влипли так уж влипли. Неужели другого выхода нет.

– Нет, – подтвердил Уршанаби его мысли, и ехидно прищурив желтый кошачий глаз, добавил, – к тому же я уже послал туда одного, Атну, царя вроде… он хороший парень, только все равно сам не справится. Шел бы ты, помог ему.

Атну? Того героя, из-за которого и началась вся эта история. Вот уж этого Эмеш никак не ожидал. Час от часу не легче. Все это было слишком… он даже не знал что, но то что слишком – это точно. Мысли носились в голове, мешали друг другу, и сосредоточится не было ни какой возможности. Значит надо идти? Вот обдумать бы все это хорошенько, но кажется времени нет. Эмеш сидел обхватив руками голову, стараясь хоть как-то понять что происходит, и что он все же должен делать.

– К тому же это было изначально предопределено, – вдруг выдал Уршанаби.

– Что? – Эмеш оторвался от своих мыслей, и непонимающе уставился на лодочника.

– Да все это. Ничего в мире не происходит просто так. Ты должен это и сам понимать.

Черт побери! Эмеш готов был запустить в старикашку чем-нибудь тяжелым, но под рукой ничего подходящего не было.

– Если сможешь совладать с Мирникхимом когда он проснется, то многое сам поймешь.

– Что? Совладать с ним? Да ты спятил. Никто не может…

– А ты попробуй, – демон расплылся в улыбке, показывая все свои бесчисленные зубы.

Замечательно, просто замечательно.

Эмеш глубоко вздохнул и снова попытался собрать мысли в кучу, а потом разобраться что к чему, но только это никак ему не удавалось.

Все же жаль, хороший был мир. За последние пятьсот лет он привык к нему. Конечно и без Мирникхима все развалится на части, но он надеялся просто постоять в стороне. Принимать участие в разрушении мира ему как-то не хотелось. Пусть и делать это он будет из благих побуждений.

– Вы слепили мир кое-как, и он давно уже был на грани, – с умным видом поведал Уршанаби, – а шун его доконали окончательно. Это бы все равно случилось, рано или поздно. Теперь лучшее что можно сделать, это аккуратно разобрать мир самим, иначе строить уже будет не из чего.

Строить… потом нужно будет строить новый мир… Думать об этом было удивительно неприятно.

Да и одна мысль о том, что надо собственноручно будить Мирникхима приводила его в ужас, с такой жуткой силой не очень-то хотелось иметь дело.

Несколько минут назад он был практически мертв, а теперь… Да какая разница что вообще что будет потом. Ведь разбудить Мирникхима значит умереть самому, иначе никак – сколько ж можно-то в конце концов помирать, что ж у него за судьба такая!

– Хорошо, – охнув, Эмеш поднялся на ноги. Это оказалось совсем не просто, голова кружилась и тело слушалось с трудом, отзываясь болью на каждое движение. Интересно, как он в таком состоянии полезет в горы? Впрочем можно просто перенестись туда от ворот Илара.

– Нет, – снова ответил на его мысли Уршанаби, – ты не можешь этого, ты больше тот Эмеш. Ведь ты умер, не забывай, а значит потерял всю свою силу.

– Что? – почему-то больше всего в этой ситуации Эмеша взволновало то, что придется-таки идти пешком.

– Да, можешь считать что морской бог, известный так же как Саир Нимрахим, умер там в степи. Отныне ты снова простой смертный.

Поймав себя на мысли, что по большому счету ему все равно, Эмеш пожал плечами. Столько всего случилось, что такие мелочи уже не вызывали в нем никаких особых чувств.

Уршанаби улыбнулся ему своей неподражаемой улыбкой и махнул рукой.

– Иди.

2

Сердито шурша песком, накатывались на берег волны. Священное озеро Нух потемнело, отражая в своем зеркале тяжелые, разбухшие от воды тучи. Первые капли уже готовы были сорваться и устремиться вниз – может быть Атт в серьез намеревался устроить всемирный потоп. Ветра почти не было, и во влажном холодном воздухе висела непривычная тишина. Только песок шуршал…

К своему удивлению Эмеш не обнаружил у врат Илара никого из скорпионов, похоже мир и правда летит в тартарары.

Он шагал по берегу, обдумывая как теперь ему быть. Тело понемногу приходило в себя, и двигаться удавалось не скрипя зубами при каждом шаге. А может он просто немного привык… Все же энлиль поработали на совесть, интересно как он вообще остался жив? Или теперь он так и будет возрождаться каждый раз? Такая перспектива Эмеша почему-то не очень радовала.

Странно было снова ощущать себя человеком, он вдруг начал казаться себе ужасно слабым и беспомощным, словно голым. Что он вообще теперь может? Хотя даже в своем бессмертном обличии он все равно не смог сделать главного. Но думать об этом не хотелось.

На берегу он встретил Кайраша. Полускорпион сидел на песке и задумчиво созерцал воду. Эмеш долго думал, стоит ли поздороваться или просто пройти мимо, но в конце концов решил быть вежливым.

– Привет, – сказал он.

Кайраш обернулся, внимательно осмотрел Эмеша с ног до головы и насторожено принюхался.

– Ты не Саир, – серьезно сообщил он.

– Нет, – Эмеш невольно улыбнулся.

– Но ты очень похож на него.

– Тот Саир умер.

Наверное только сейчас Эмеш поверил, что это произошло на самом деле.

Склонив голову на бок, Кайраш поразмышлял еще немного, а потом отвернулся и снова уставился на озеро. Неправильный Эмеш совсем перестал его интересовать. Что ж, пора идти, ему предстоит еще долгий путь.

Горы Унхареша не лучшее место для прогулки.

Подняться на самый верх будет не просто. Пусть у подножья много пологих склонов, но чем выше, тем круче горы, да и глубоких ущелий, преграждающих путь, не мало. Горы смерти вполне оправдывали свое название, ни животных, ни кустарников, ни даже травы здесь не встретишь, только голые камни.

Забавно, он идет разрушать мир или его спасать? Все так перепуталось, что уже и не разберешь. Глупо, и даже немного смешно.

Зачем ему все это?

Но с другой стороны разве у него есть другие дела? Спасать мир от нечего делать. Или разрушать его по той же причине. Пожалуй это даже интересно.

Интересно… да уж. Особенно если подумать о людях, расселившихся по всей долине.

Они и без него обречены, спасти их все равно не в его силах. Он даже не увидит этих людей… Не убийца, не злобный бог, а скорее мусорщик, разгребающий обломки старого мира. Теперь это его работа, и никто не выполнит ее за него.

Память не слишком давила на него, видимо после смерти что-то стирается, сглаживает, и то, что было в прошлой жизни уже не слишком усердно тревожит сердце, словно невидима стена отделяет его от прошлого. Хорошо, спокойно, только болит все что только может болеть.

Не особенно раздумывая, Эмеш полез в гору у самого входа в Илар, не все ли равно где начинать.

К вечеру начался дождь. Сначала редкие крупные капли, потом просто сплошной поток с небес. Вода размывала землю под ногами, Эмеш поскальзывался едва ли не на каждом шагу, ругая на чем свет Атта, и все остальное заодно.

Интересно, может ли Атт услышать его, и знает ли кто-то что с ним случилось?

По некоторым прикидкам, до места можно было добраться дня за три, если конечно он не помрет по дороге, или с ним не случится других неожиданностей.

Эмеш уже валился с ног от усталости, но собравшись немного отдохнуть вдруг понял, что у него нет ни еды, ни теплой одежды. Пару дней в таких условиях он может и продержится, но только человеческое тело очень настойчиво стучало зубами, и урчало животом.

Найдя небольшую сухую расщелину, Эмеш забился в нее, пытаясь хоть немного обсохнуть и согреться. Даже костер тут развести было нечем и не из чего. Так что он просто поплотнее укутался в мокрый плащ и поджал ноги. Ничего лучшего сделать сейчас невозможно.

Проснулся он на рассвете.

Путь предстоял не близкий, хорошо еще он полез в горы со стороны Илара. Если идти с равнин, то дорога заняла бы не меньше недели, так долго бы он точно не выдержал.

За ночь землю размыло на столько, что ноги по щиколотку увязали в грязи, к тому же каждое неосторожно движение могло окончиться долгим полетом вниз. Эмеш пробирался сквозь все это, скатывался на пузе вниз, ругался и снова лез в горы. Если так пойдет и дальше, он просто увязнет в грязи по уши.

Подъем давался с невероятным трудом. К вечеру удалось пройти меньше половины запланированного пути. Возможно он просто не дотянет, и загнется в этой грязи от холода и голода. Только в это почему-то не верилось. Раз уж этот проклятый хитрый лодочник отправил его сюда, то наверняка был уверен, что он доберется до места. А уж если Уршанаби в чем-то уверен, то так оно и будет, даже конец света не сможет этому помешать. В крайнем случае его снова воскресят и отправят по второму заходу.

Эмеш невесело усмехнулся. Куда он теперь денется.

В темноте лезть в гору он все же не решился. Уверенность уверенностью, но не хотелось бы скатиться в какой-нибудь овраг и переломать ноги. Может быть, по мнению Уршанаби, он и со сломанными ногами дополз бы до вершины, но пробовать не хотелось. Да и сил совсем не осталось.

На третий день стало ясно, что такими темпами добираться придется долго. Эмеш уже немного наловчился передвигаться среди скользкой грязи, но только без пищи и нормального отдыха, человеческое тело долго обходится не может. Странно как до сих пор он еще стоит на ногах, видимо благодаря божественному прошлому, запас прочности у него куда больше чем полагается людям.

В голове осталась только одна мысль – надо дойти. Все остальные пропали за ненадобностью. Эмеш шел почти на автомате, плохо осознавая что происходит. Шел просто для того, что бы хоть что-то делать, и было уже совершенно безразлично куда и зачем.

Уже почти вечер. Огромное красное солнце зацепилось за вершину горы и повисло на ней. Дождь не переставал, да и куда ему, на небе ни одного просвета в серой толще тяжелых туч.

Когда Эмеш услышал новые звуки откуда-то снизу, то не сразу понял что это было. Может быть просто показалось.

Он остановился, настороженно озираясь по сторонам.

Нет, не показалось, вот еще раз. Эмеш покрутил головой, стараясь поточнее определить направление. Точно, из-за края обрыва. Он осторожно подошел, стараясь не скатиться, и заглянул вниз. Там, держась за небольшой выступ, висел человек. Лицо его невозможно было разобрать в такую погоду, но догадаться было совсем не сложно. Вряд ли по Унхарешу много народу шляется в такое время.

– Эй, парень! Ты меня слышишь?

Человек внизу дернулся от неожиданности, и едва не сорвался. Вряд ли он рассчитывал, что кто-то может прийти ему на помощь.

– Эй, держись и не двигайся. Я сейчас тебя вытащу.

Эмеш медленно лег на живот, свесил ноги вниз, пытаясь нащупать опору. Зачем он это делает, Эмеш и сам не знал, ведь этот тот самый царь, который чем-то обидел Златокудрую, это на него она грозилась выпустить демонов. Наверно ведь неспроста, при всей вздорности характера. Может лучше оставить его тут? Почему-то Эмешу казалось что это будет не правильно, раз уж он здесь. Сейчас ему было глубоко наплевать, сорвется он вниз, или вытащит этого парня. Нужно вытащить, раз уж он здесь.

И почему-то была уверенность, что ему просто суждено дойти до конца.

– Стой! – крикнул человек, – я сам. Я вылезу.

Эмеш остановился и с сомнением глянул вниз.

– Если можешь сделать это сам, то почему ты все еще там, а не на верху? – поинтересовался он.

– Но…

– Если не терпится умереть, просто прыгни вниз, – безразлично посоветовал Эмеш, очень желая в душе, что бы парень действительно последовал его совету, – а если хочешь жить, то лучше виси там, и чтоб никаких глупостей. Просто держись. Крепко.

Эмеш даже подождал немого, вдруг и правда сорвется, потом вздохнул и полез вниз.

– Ты не вытащишь меня, только погибнешь сам, – в голосе царя прозвучало отчаянье.

Эмеш сморщился. Как все это ему надоело. Меньше всего сейчас хотелось спорить и обсуждать что лучше а что хуже.

– Заткнись и делай что я говорю. Понял?

Голоса он не повысил, на это не было ни сил, ни желания, но слова прозвучали настолько жестко, что парень больше не пытался возражать.

До выступа, на котором он болтался было метров двадцать, не меньше. Эмеш старался не делать лишних движений, спокойно и основательно выбирал куда поставить ноги. Когда-то давно он лазил по горам, и теперь тело само вспомнило что надо делать. Это оказалось совсем не так легко, руки сразу заныли от напряжения, но пальцы мертвой хваткой цеплялись за каждую неровность. Кто бы мог подумать, что давнее увлечение альпинизмом пригодится спустя пятьсот лет.

Только один раз поскользнулся на мокрых камнях и едва не полетел в пропасть. Выругался, вдохнул поглубже и снова сосредоточился. Главное в такой ситуации сохранять спокойствие и не торопиться.

Наконец он добрался до небольшой площадки. Все, дальше можно не идти. Сняв ремень, Эмеш улегся поудобнее, один конец ремня намотал на руку, другой спустил вниз.

– Держись.

Тот неуклюже прыгнул, рывком хватаясь за веревку. Стиснув зубы, Эмеш едва удержал его, вовремя уперевшись ногами в скалу.

Парень оказался на удивление здоровым и тяжелым, вытащить такого наверх было делом не легким, пришлось здорово попотеть.

Выбравшись наконец на безопасное место, парень без сил повалился на спину и закрыл глаза. На этом Эмеш решил его оставить, тут свое дело он сделал, нужно идти дальше. Да и не очень-то он знал что делать дальше с этим горе-царем.

3

Парень нагнал его вечером, когда Эмеш уже собрался остановиться на отдых. Некоторое время он молча шел за Эмешем, словно не зная что сказать, потом окликнул, коротко поблагодарил и снова умолк. Наверное тоже не очень-то представлял что делать теперь.

– Ты знаешь кто я? – неожиданно спросил он, пытаясь заглянуть Эмешу в лицо.

Эмеш устало поднял на него глаза.

– Атну, царь Аннумгуна, – ответил он.

Тот этого явно не ожидал, кажется даже растерялся. Еще бы, в таком виде царя в нем признать мог далеко не каждый. Он долго разглядывал Эмеша, видимо пытаясь сообразить кто перед ним. Догадается ли? Только Эмеш чувствовал что и это вопрос ему совершено безразличен, он слишком вымотался за последние дни, что бы хоть чем-то интересоваться. Хорошо что так все равно, иначе свои собственные мысли и сомнения уже давно бы доконали его.

– А как зовут тебя? – наконец спросил царь, видимо самостоятельно определить ему не удалось. Что ж, не удивительно. Он уже вовсе не тот великий бог, да и когда Эмеш в последний раз появлялся среди людей, что бы его узнать?

– Иниб, – коротко ответил он.

– Иниб? Не может быть, – в голосе парня явно звучало удивление.

Что он может в этом понимать?

– Ты знаешь что значит это имя?

Атну замялся. Неужели он и правда знает, это интересно. Может и не зря лодочник послал его сюда. Да, если подумать, ведь этот человек как-то добрался до самого Илара и вернулся назад, значит то он чего-то стоит. Да и с тем несчастным лесным монстром справиться не так уж легко.

– Смертный, – неуверенно произнес царь.

Эмеш усмехнулся. Умный, однако, парень.

– Почти, но не совсем.

– Да, не совсем… – царю словно самому неловко это признать, – кто ты?

– Человек, – Эмеш вдруг почувствовал, что не хочет продолжать эту тему, слишком свежую рану в душе она затрагивала. Иниб, значит ставший человеком, тут все просто. Но даже царь понимал, что бог становится смертным неспроста, и выяснять подробности ему было как-то неловко.

Какое-то время они шли молча. Вода хлюпала под ногами, но дорога в целом была вполне сносной.

– Почему ты спас меня? – у царя было слишком много вопросов, что бы держать их при себе.

– Ты бы хотел остаться там? – устало спросил Эмеш.

– Но ты меня совсем не знаешь, ты рисковал жизнью.

Рисковал. Несколько дней назад он тоже рисковал, но далеко не так успешно… На несколько секунд Эмеш почувствовал, что ему совсем нечем дышать. Лучше б он просто умер тогда… что толку в риске, если ничем не можешь помочь.

– Иногда спасти того, кого ты знаешь совсем не легко, – глухо произнес он.

Атну опустил глаза, почувствовав видимо, что затронул то, что не следовало бы.

– Прости, – тихо сказал он.

Эмеш остановился, с некоторым удивлением заглянул царю в лицо. Что-то было во всем этом, только он никак не мог понять что. Великий царь величайшего из городов Инну, и бывший морской бог, у самой вершины мира, оба пришли сюда что бы устроить конец света. Оба грязные и несчастные, пытаются быть тактичными и не задеть чувства друг друга.

От этого вдруг стало немного смешно.

Это ведь тот самый сукин сын, из-за которого все началось. Нет, не из-за него конечно, мир и так был на грани, но ведь это он разозли чем-то бедную девушку.

Эмеш оттер ладонью воду с лица.

– Скажи, что там произошло у вас с Лару?

– Что?

Атну замер на месте, не сразу поняв о чем идет речь. Он долго соображал что ответить, но его слова были совсем не тем, что Эмеш ожидал услышать.

– Я знаю кто ты.

– Я тоже знаю кто я, – пожал плечами Эмеш, – что с того?

Он отвернулся, и прихрамывая пошел вперед. Начинать снова не хотелось. Кто он, и что с ним случилось лучше сейчас не объяснять.

– Подожди, Эмеш! – голос царя дрогнул, он вовсе не был так уверен, а ошибаться не привык.

Тот даже не удивился, и коротко кивнул на ходу. Определил и молодец. Атну некоторое время молча шел за ним, но мысли и чувства слишком сильно распирали его.

– Я назвал ее шлюхой, – срывающимся голосом крикнул царь.

Эмеш едва не споткнулся от таких слов. Вот дает! Конечно он ожидал чего-то подобного, знал что царь отказал Лару, и возможно не слишком любезно. Но что бы так! Как изменились люди, за время его отсутствия, тех, первых и не сравнить с этим, новыми, которые не стесняясь говорят богам все, что о них думают. Пожалуй даже чересчур смелые стали. Глиняные человечки.

Некоторое время Эмеш разглядывал молодого царя, потом не выдержал и принялся истерично хохотать. Может быть это нервное, может напряжение последних дней так странно сказалось на нем, но остановиться было просто невозможно. Сгибаясь пополам от приступов смеха, Эмеш судорожно глотал воздух и не мог остановиться. Царь с опаской и недоверием взирал на него, вероятно он ожидал гнева и наказания, но уж никак не такое.

– Я ее понимаю, – наконец выдавил из себя Эмеш, вытирая с глаз слезы, – я бы тоже возмутился.

Выглядел Атну ужасно, сник, поджал губы, еще чуть-чуть и у него тоже начнется истерика, но только смеяться он не будет.

– Это все из-за меня, – страдальчески пробормотал он.

– Не бери в голову, – Эмеш великодушно похлопал царя по плечу, – это бы и так случилось. Ты просто немного ускорил процесс.

Конечно царя это не порадовало, да он и не понял ничего, на некоторое время он замкнулся в себе, приводя в порядок собственные чувства. Потом немного отошел и кажется стал выглядеть более или менее спокойно.

Они заночевали в небольшой, и даже уютной пещере. У царя очень кстати оказалась немного вяленого мяса и целая лепешка, хоть и засохшая порядком в пути. Это был настоящий пир, Эмеш уж и не надеялся так хорошо поесть в этой жизни.

Говорить совсем не хотелось, просто не было ни одной темы для разговора. Они оба знали куда идут, и знали что только один сможет пройти этот путь до конца. Но ужасно не хотелось спорить и решать кто это должен быть.

– Уршанаби сказал, что я найду ее здесь, на вершине, – смотря куда-то в сторону сказал Атну.

– Кого? – что бы сообразить о чем речь понадобилось время, просто Эмеш не был готов еще в это поверить.

– Лару, – просто сказал царь.

Ну ничего себе! Он собирается тут ее встретить. Вообще нет оснований не доверять Уршанаби, старый лодочник всегда знает что говорит. Кстати, про Лару-то он как-то забыл со всеми своими проблемами. Она ведь сбежала от него неизвестно куда. И кто знает, в какие еще неприятности могла влипнуть.

Царю конечно тоже стоит отдать должное, вот бы никогда не подумал, что люди способны на такое. Хотя если разобраться он и сам-то всего лишь человек, почти…

– А зачем тебе нужно видеть Лару?

Атну тяжело вздохнул, роняя голову на грудь.

– Не знаю, – признался он, – Теперь уже ничего не знаю… Я хотел поговорить с Лару, объяснить, попросить прощения… я хотел сказать, что пусть лучше покарают меня…

Эмеш усмехнулся, так наивно, так по-людски все это.

– Извиниться это правильно, но извинения бы не помогли…

Атну вздрогнул и совсем не по-царски шмыгнул носом. Вообще он был крепким парнем, но в последнее время столько всего навалилось. Он забился в угол, чуть ли не с головой закутавшись в мокрый плащ, считая разговор законченным.

Эмеш тоже было собрался спать, но понял что у него остался еще один вопрос.

– Эй, парень, – тихо позвал он, – в Иларе-то ты что делал?

Царь высунул из-под плаща нос и покосился на Эмеша.

– Меня привел Атт.

– Это я знаю. Зачем?

– Атт сказал, что у него есть для меня дело и отвел в Тат-Фишу, – старательно справляясь с дрожью в голосе ответил царь, еще бы, не лучшее место для путешествий, – он сказал, что Уршанаби хотел меня видеть.

Все это он и так знал, но тем не менее, пожалуй, было над чем задуматься. Все это часть одной игры. Хотелось бы знать зачем старому демону это все нужно, обычно он не вмешивался в дела мира.

– И что тебе сказал Уршанаби? – спросил Эмеш.

– Он сказал, что на вершине я встречу Лару, и еще мне возможно придется открыть какую-то дверь и разбудить какого-то Мирникхима.

Ничего себе, какого-то. Эмеш невольно усмехнулся. Знал бы этот мальчик, что за чудовище предстоит выпустить.