Текст книги "Горн Стихий (СИ)"

Автор книги: Екатерина Флат

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

ГЛАВА ТРЕТЬЯ
ВЕСЕЛА ТЫ, ЖИЗНЬ АРИСТОКРАТА

– Вставай! – нудел Воэтин, самым бесцеремонным образом тормоша меня за плечо.

– Вовка, убью, – буркнула я, сонно отрывая лицо от подушки.

– Ну вставай! – не унимался мой буйный племянник.

Я накрылась одеялом с головой, красноречиво этим высказав мой ответ. И на несколько секунд снова задремала. Пока вдруг на меня что-то сверху не хлопнулось. Я от испуга даже резко голос потеряла, поэтому мой лихорадочный вопль так и остался не озвученным. В первую секунду спросонья подумала, что это потолок рухнул, и только высунувшись из-под одеяла, обнаружила, что это Воэтин самым наглым образом на меня уселся и прыгает.

– Я тебе не батут, – мрачно напомнила я, философски размышляя, от кого этому маленькому рыжему чудовищу достался такой отвратительный характер.

– Кто? – не понял ребенок.

Вместо ответа я нашарила на прикроватной тумбочке свой мобильник, посмотрела на время и взвыла:

– Ты чего не спишь! Семь утра всего!

– Вот именно, – засопел он. – Ты мне вчера весь вечер гундела, чтобы я не проспал! А сама вон дрыхнешь!

– А, ну да, – я только сейчас вспомнила, что сестра попросила сегодня Воэтина в садик отвести, а то им некогда будет. Теперь же у меня в семье все были занятые. Даже Саша устроилась на работу в недавно открывшийся крутой свадебный салон.

И, получалось, мне предстояло как-то успеть отвести племянника в садик, а потом сразу же мчаться к Вадиму.

– Вставай, а то опоздаем, – укоризненно на меня смотрел Воэтин.

– Может, для начала ты с меня слезешь? – мрачно попросила я.

Он тут же спрыгнул на пол, я села на раскладушке, чувствуя себя большим куском желе, которое вот-вот развалится.

– Правильно дедушка говорит, что надо рано спать ложиться, – воспитывал меня племянник, – и что нельзя до полночи сидеть за компьютером.

– И в кого это ты у нас такой умный, – проворчала я.

И тут же получила втык от совести. Просто она всегда просыпалась чуть позже меня, и я только сейчас сообразила, что препираюсь с ребенком. Причем, на равных. Вот и думай теперь, это Воэтин такой не по годам умный, или это я настолько отстала в своем развитии.

Тяжко вздохнув, я все-таки встала с раскладушки.

– Ну все, я пошел обуваться, – обрадовался мой рыжий племянник и выбежал из комнаты в коридор.

– Какой обуваться? – я приглушенно взвыла. – Я же даже еще не переоделась!

И тихо чертыхаясь, я быстро собралась, убрала раскладушку, кое-как заправила кровать и поспешила в прихожую.

Воэтин уже стоял там обутый, одетый и наглухо замотанный в шарф, так что только любопытные глаза и не менее любопытный нос высовывались наружу.

– Я уже зажарился тебя ждать, – пробурчал он приглушенным из-за шарфа голосом.

– А не фиг было торопиться, – парировала я, спешно собираясь.

Воэтин, видимо, понял, что я малость не в духе, так что молчал всю дорогу. Это только я ворчала себе под нос по поводу мороза и недосыпа. Досталось в моей пламенной речи всем. И садику, который работал с утра пораньше. И Вадиму, который жил так далеко. И первым автобусам, которые так редко ходили. И правителю Ресо-Кефарь, к которому почему-то непременно нужно было попасть утром. Ну и закончилось все как всегда Русланом, оказавшимся в моих рассуждениях изначальным корнем всех бед и подорванных нервов.

Сдав Воэтина воспитателю, я помчалась к Вадиму, чтобы от него уже телепортироваться в Ресо-Кефарь. Если не считать сонного раздражения, мелькали вполне радужные мысли, что ждет довольно веселое приключение. Увы, на тот момент я даже не подозревала о масштабе грядущего «веселья».

Надо отдать Вадиму должное, подготовил он все основательно. Раздобыл не только местную одежду, но и транспорт со слугами. Сначала в длинном платье из тяжелой ткани я чувствовала себя очень неудобно, но, к счастью, быстро привыкла. Особо, конечно, в таком не побегаешь. Но мы и не бегать же туда, а на аристократический прием.

– А куда ты настоящих-то аристократов дел? – спросила я, с любопытством поглядывая в окно кареты на проносящиеся мимо поля Ресо-Кефарь.

– Я просто с ними любезно поговорил, и аристократическое семейство мгновенно дало добро, чтобы мы заняли их место на празднике. Все-таки не согласиться с моими вескими доводами было очень сложно.

Ага, представляла я эти веские доводы. Что-нибудь крайне убедительное вроде «Сидите дома или прибью».

– Ресо-Кефарь, – просвещал меня Вадим, – очень похож на вашу Землю. Я толком их историю не знаю, но вроде как сколько-то там сотен лет назад тогдашний местный правитель посетил ваш мир. У вас как раз эпоха то ли Средневековья, то ли уже Возрождения была на тот момент. И ресокефарьцы переняли сей жизненный уклад и так на нем и тормознули. Так что тебе должно быть тут привычно.

– Вообще-то ни во время Средневековья, ни Возрождения я не жила, – я с сомнением посмотрела на него. – И как мне себя вести, чтобы выглядело естественно?

– Эмм, – Вадим задумчиво почесал затылок, – сам не знаю, посмотрим по обстоятельствам.

– И как нас теперь зовут? – спохватилась я. – Мы же под каких-то конкретных людей косим?

– Ну, – он кивнул, – титул у нас арделифы, а имена… – Вадим крепко задумался, напрягая память, – я, вроде бы, Рунедельв…

– Кто? – я не удержалась. – Вот всю жизнь мечтала, чтобы моего супруга звали Рунедельвом.

– Рано радуешься, – усмехнулся он, – тебе вообще теперь зовут Орвегарилина.

– Жесть какая…

– Главное, наши имена запомни и титул. Арделифы Рунедельв и Орвегарилина, – для верности повторил он.

Больше ни о чем не разговаривали. Вадим снова захандрил на какую-то философскую тему: то ли мир во всем мире, то ли отношения с Ритой. Ну а я просто смотрела в окно кареты. И так незаметно для себя задремала.

Во сне я сидела на алтаре в Храме Огня. Хмурая Кариан вышагивала по зеркальным каменным плитам передо мной.

– Карина, оставь эту затею, – повторила она уже в третий раз.

– Не могу, – я покачала головой, – если я не соединю талисман другим способом, то Паладины убьют Руслана. И вообще, вместо того, чтобы на меня наезжать, взяла бы и помогла. Ты-то прекрасно знаешь, где находится Горн Стихий.

– Знаю, естественно, – не стала отрицать она.

– И? – я даже дыхание затаила.

– Что и? – Кариан усмехнулась.

– Кариан! – взвыла я. – Не делай вид, что ты не понимаешь, о чем я! Где этот дурацкий Горн?

– Во-первых, Горн не дурацкий. А во-вторых, я все равно тебе не скажу, где он.

– Есть смысл спрашивать почему? – помрачнела я.

– Потому что это опасно, – Кариан смотрела на меня очень серьезно. – И ты даже не представляешь насколько.

– Кариан, плевать я хотела на опасность, мне нужно соединить талисман! Я Священным Огнем ведь клялась! – вспылила я. – Эту клятву вообще невозможно нарушить! И если уж ты не хочешь, чтобы я рисковала, то возьми и соедини его сама!

– Карина, постарайся понять, – Кариан беспомощно вздохнула, – каждый раз, когда я вмешиваюсь в твою судьбу, я лишаю тебя права выбора и за последствия, причем крайне негативные, расплачиваешься потом ты, а не я. Ты очень многого не понимаешь в силу своей наивности. Не все так очевидно, как кажется.

– Терпеть не могу, когда ты говоришь загадками! И вообще, хватит мне зубы заговаривать, ты от темы не уходи! Горн Стихий где?

– Оставь эту затею. Я тебе не скажу, – отрезала она.

– Ну и почему? Только не надо меня пугать всякими опасностями, мне не впервой.

– Карина, ты вообще понимаешь, что такое Горн Стихий? – Кариан смотрела на меня с чуть ли не безграничным терпением. – С его помощью мы создали талисманы. И кроме Создателей никто, ни один смертный или бессмертный, не добудет его. Думаешь, не было желающих? Очень многие жаждали получить столь могущественный артефакт и в результате лишь пополнили ряды его неусыпных стражей. Причем, посмертно. И тебя ждет то же самое, если ты не передумаешь.

Я на секунду растерялась.

– Так, погоди, – озадачилась я, – но ты же Создательница?

– Создательница.

– А я – это ты? – уточнила я.

– Не совсем. Ты – воплощение моей сущности Создательницы, но, увы, не моей личности. Даже похожая внешность не делает нас с тобой одним и тем же человеком.

– Хм, надо же… А я была уверена, что я – что-то вроде твоей реинкарнации, а, оказывается, личность все же другая… Кстати, – спохватилась я, – почему ты не хотела, чтобы Руслан узнал о нашем сходстве? Ты ведь специально надевала вуаль?

– Дело не в Руслане, Карина. Никто, запомни, никто не должен узнать, что ты – Создательница. Даже твои друзья. И уж тем более враги.

– Ну а что в этом такого-то? – не поняла я.

– Просто поверь мне на слово. Последствия будут катастрофичными, – она произнесла это таким тоном, что у меня даже мурашки по коже побежали от ужаса.

– Ладно, уговорила, верю, – я быстро кивнула, – но от темы-то не уходи. Ты сказала, что Горн добыть могут только Создатели. Но я тоже Создательница, ведь правильно?

– Правильно. Но есть одно «но», – уточнила Кариан.

– Ну вот так и знала, что ты традиционно меня обломаешь. И в чем на этот раз подвох? – мрачно поинтересовалась я.

– Как бы тебе объяснить, – она задумалась. – Ты просто еще не готова. Ты не веришь в себя. Ты не чувствуешь, не ощущаешь себя Создательницей. Для тебя это всего лишь слова, которые ничего не значат, пустой звук. Именно поэтому ты не можешь в полной мере управлять не только силой, которой, как и я, обладаешь, но даже и той, что заключена в талисмане. Ты пока не Создательница, Карина. Куколка еще не бабочка, понимаешь. К тому же, ты крайне безответственная. Даже сейчас ты ищешь другой способ соединения не потому, что это может привести к гибели вселенной, а исключительно из страха за жизнь Руслана.

– А если я вот бац и стану ответственной? – спросила я. – Тогда я получу Горн?

– Ну какая же ты настырная, – Кариан мученически закатила глаза, – сколько раз тебе повторить, чтобы ты оставила этот смертельный замысел?

– А как иначе? – я вздохнула. – У тебя есть другие варианты?

Она молча на меня смотрела, словно сомневаясь, и решительно произнесла:

– Ты сама должна найти выход.

– О да, замечательно, – буркнула я. – Огромное спасибо за такой мудрый, оригинальный и, главное, полезный совет. Сама бы я до подобного никогда не додумалась.

– Пообещай мне, что не будешь искать Горн, – потребовала Кариан.

– Посуди сама, Кариан, я поклялась Руслану Священным Пламенем и я не могу не выполнить клятву, сама понимаешь. Способов соединить талисман не так много. Если мы с Русланом сделаем это тем способом, на который он рассчитывает, то Паладины его убьют, чтобы не допустить катастрофы из-за силы эреклонара. Остается лишь Горн Стихий. У меня нет другого пути. Так что не проси меня отступиться.

Кариан вздохнула и отвела взгляд. Некоторое время мы обе молчали.

– Ты вот-вот проснешься, – нарушила тишину она, – по поводу вашей с Паладином миссии… Твоя помощь, конечно, похвальна, но Равновесие не проведешь. Ты вообще в курсе, что ты с Вадимом теперь разделишь все его испытание? А про то, что вы оба полностью лишены своих способностей, чтобы пройти его честно, Паладин тебе сказал?

– Что? – ахнула я. – А талисман?

– Талисман не сможет проявить свою силу. Раз уж ты в это впуталась, все последствия отражаются и на тебе. Так что придется справляться с предстоящим испытанием как обычному человеку.

– Да что нам такого-то предстоит? Выкрасть мелкий артефактик? Это, по-твоему, испытание?

– Не все так очевидно, как кажется.

– Нет, ты точно надо мной издеваешься, – мое терпение уже подходило к концу.

Кариан ничего не ответила. Легонько взмахнула рукой, и мое сознание самым бесцеремонным образом тут же было вытряхнуто в реальность.

После великолепия дворца Эридана все остальные здания мне казались унылыми сараями. Так что резиденция местного правителя меня не впечатлила вообще. Замок и замок, ничего особенного.

Честно говоря, мне было очень не по себе, но, несмотря на мои опасения, все обошлось. И вслед за вереницей экипажей наша карета миновала стражу и въехала во внутренний двор замка.

На светских приемах я бывала не так уж часто. Ну а точнее, не бывала совсем, если не считать того губернаторского бала, куда мы с Русланом пробрались незаконно. Вадим же вел себя как рыба в воде, по всей видимости, ему такое предстояло не впервой.

– Не нервничай и веди себя естественно, – прошептал мне он, когда мы входили в огромный, заполненный народом зал. – Бери пример с меня. Нам нужно продержаться не так уж долго, каких-то пару часов. Помелькаем тут для видимости, а потом тихонечко артефакт украдем. Я уже выяснил, где именно его искать.

– Чувствую, это будут нелегкие пара часов, – я вздохнула.

Размах приема поразил мое воображение своими масштабами. Если сам зал был размером с футбольное поле, то праздничный стол занимал площадь сравнимую с нашим спортзалом. И вправду все присутствующие были парочками и, что самое интересное, я не заметила ни людей в возрасте, ни пожилых. В основном все как мы, либо ненамного старше.

Нашими соседями за столом оказалась очень общительная семейная пара. Титул я не запомнила, но звали их Эдина и Артес. Девушка была очень похожа на Машку Литвинову манерой говорить и миловидной блондинистостью. А ее муж почти все время молчал, лишь изредка кивая в подтверждение слов своей неумолкающей супруги.

Неожиданно общий гам затих. В зал вошел правитель Ресо-Кефарь. Такой круглощекий, краснолицый мужичок приземистого роста. Вадиму он бы и до плеча головой не достал, даже если бы прыгнул с табуретки. Как меня до этого просветил Паладин, звали правителя Урлегур. Причем, если я правильно запомнила, это означало «добродушный». Ну да, добродушия ему было не занимать. Он приветствовал собравшихся тут так, словно мы все приходились ему родными племянниками и племянницами. Толком я его пламенную речь не разобрала из-за щебечущей мне на ухо Эдины, только под конец услышала, что нам обещан просто грандиозный сюрприз.

– Не люблю сюрпризы, – нахмурился Вадим.

– Да ладно тебе, – я улыбнулась, – наверняка что-нибудь приятное.

Между тем, кругленький правитель в пестром костюме закончил свои разглагольствования, и было дано высочайшее разрешение приступить к трапезе.

Голодная я жутко обрадовалась, особенно учитывая, что содержимое тарелок казалось вполне съедобным. Вообще, если так вспоминать, я же во многих мирах побывать успела, и нередко мне приходилась отведывать местную кухню. И хотя в основном там везде жили люди, но рацион их настолько отличался от земного, что мне обычно плохело от одного вида яства.

Но на этот раз повезло. Хотя вовремя припомнив приготовленного Русланом арцефала, я на всякий случай подождала, пока первым предложенное кушанье отведает Вадим. И только после того, как он прожевал и проглотил, при этом не позеленев и не издав ни одного предсмертного хрипа, я осмелилась попробовать разноперстую субстанцию в своей тарелке. Оказалось, как салат оливье, только пресно.

В качестве напитка предлагался исключительно сок какого-то неизвестного мне плода. На вкус как томатный с перцем. Алкогольных же напитков не имелось. Вообще. Хотя что-то в этом соке все-таки такое было… Ведь не просто так в голове малость затуманилось.

– Вадим, а это вообще что? – спросила я шепотом.

– Ну ты даешь, – он усмехнулся, – выдула уже три бокала, а только теперь спрашиваешь. Я без понятия. Вроде как местный традиционный праздничный напиток.

Между тем Эдина все не унималась со своим любопытством:

– Ой, а как вы познакомились?

– О, это было очень романтично! – я тут же начала на ходу сочинять. – Дело было так. Недалеко от замка моих родителей раскинулся вишневый сад, где я частенько прогуливалась. И вот однажды меня там подкараулил дракон и украл, чтобы потребовать за меня выкуп.

– Дракон? Какой ужас! – ахнула Эдина.

– Да вообще, – я солидарно закивала, – утащил он меня в свое логово и запер там. В это время Вад… эмм… – я растерянно посмотрела на Вадима, старательно напрягая память, – Рунедельв случайно был в землях моих родителей и узнал о постигшем их горе. И, конечно же, не медля ни секунды, отправился меня спасать.

Судя по выражению лица Вадима в данный момент, он мучительно пытался вспомнить, когда это вообще такое было. Но поскребя по всем закромам своей памяти и так и не найдя описываемых событий, уставился на меня с крайним сомнением. Проще говоря, Вадим основательно тупил. Закралась мысль, что сок явно непростой, и если у меня он вызвал бурную вдохновенную болтливость, то у Вадима же как раз наоборот – конкретное торможение.

– Так вот, – продолжала я, – добрался он до логова дракона. Спас меня, влюбился до одури, и мы поженились. Да, Рунедельвик? – я кокетливо Вадиму улыбнулась.

– Да, милая, – он расплылся в ответной улыбке. Ну понятно, мое новое имя он напрочь забыл.

Эдина чего-то заверещала, даже молчаливый Артес издал какой-то звук, но я ничего этого не поняла.

– Ты в порядке? – почему-то бледный Вадим смотрел на меня крайне обеспокоенно. Его голос доносился словно через плотный шум, я едва его слова услышала.

– Не совсем, – пробормотала я неслушающимся языком, – что-то мне как-то не очень…

Шум в голове достиг своего пика, и окружающий мир резко исчез.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
ВПОЛНЕ СЕБЕ ОЖИДАЕМЫЙ ПОДВОХ

В силу своего относительно трезвеннического образа жизни я плохо представляла, что такое похмелье. Но безошибочно поняла, что это именно оно – никакое другое описание для того дрянного состояния, в котором я находилась в данный момент, я не подобрала.

Голова от ноющей боли норовила разлететься на тысячу кусочков, причем настолько убедительно, что я даже не смогла открыть глаза. Так и лежала в темноте, мысленно уговаривая свой организм прекратить незапланированный бунт. Не помогло. Попыталась отвлечься.

А отвлекаться как раз было на что.

Перестав зацикливаться на головной боли и навязчивом желании моего желудка вывернуться наизнанку, я начала осознавать мир окружающий. И он явно был не в порядке. Прежде всего, пах затхлостью и сыростью вперемешку с настойчивым душком плесени и гнилого сена. Все еще не в силах открыть глаза, я насторожилась. Вслед за запахом пришло осознание, что мне явно холодно, и лежу я далеко не на кровати, а, скорее всего, на полу. Попыталась найти этому объяснение, но мозг отказывался искать объяснения, он хотел таблетку обезболивающего и чтобы его пожалели.

Но все же медленно я приходила в себя, и как только звон в ушах более или менее утих, послышались звуки окружающего мира. Что-то где-то капало. Скорее всего, с потолка вода. И шелестело. Подлое воображение мгновенно подкинуло мысль о крысах, которые жаждут отгрызть от меня кусочек. Но жутким предвкушениям я предавалась недолго. Боязнь кровожадных хвостатых мгновенно вылетела из моей головы – я услышала тихий стон. И тут же открыла глаза.

Да только ничего не изменилось. Вокруг царила кромешная тьма. И если темнота закрытых век казалась успокаивающей и иллюзорно безопасной, то эта же была пугающе живой и грозила непонятно чем. Сердце от испуга заколотилось так, что даже в ушах застучало. И ведь мой талисман сейчас даже при всем желании не мог сотворить и крохотного огонька!

– Так, Карина Александровна, спокойно, только без паники, – беззвучно прошептала я одними губами, – давай сначала разберемся, что происходит.

Едва слышный стон в тишине повторился. Теперь уже списать на слуховые галлюцинации не получилось. Тем более я догадалась, кого именно слышу.

– Вадим! – взвыла я перепугано.

– Не беспокойся, он живой, – раздался в ответ мужской голос.

– Вы вообще кто? Где мы?! Что тут происходит?!

В темноте послышался характерный звук, и резко вспыхнул огонек. Теперь в неверном свете небольшого огнива получилось более или менее разглядеть свое место пребывания. Я и вправду лежала на полу, ну точнее уже сидела. На грязном земляном полу. В подземном зале, который уж очень походил на старый заброшенный склеп. По каменным стенам тоненькими ручейками сочилась мутная вода. О размерах же темницы я могла только догадываться. Бессознательный Вадим обнаружился лежащим на полу буквально в метре от меня. Рядом с ним на коленях сидел Артес. Именно он и держал огниво.

– Что с Вадимом? – перепугано спросила я и, спохватившись, уточнила: – Ну с Рунедельвом, то есть.

– Ему здорово досталось, – чуть устало ответил Артес. – Видимо, он оказался крепче нас всех, на него зелье не подействовало, так что его отключили по старинке смачным ударом по голове. Но он просто потерял сознание, перелома нет. Я – целитель, так что можешь мне поверить. Он скоро придет в себя.

Артес говорил так уверенно, что я даже немного успокоилась. Снова огляделась по сторонам. Похоже, в сознании были только мы вдвоем.

– Так а что вообще произошло? – обеспокоенно спросила я. – На дворец напали? Он же вроде неприступен, да и стражи тут бесчисленное множество было…

– Нет, – Артес покачал головой, – никто не нападал, – и в сердцах добавил: – К сожалению.

– Почему к сожалению? – что-то я понимала все меньше и меньше.

– Потому что ничего бы этого тогда не произошло, – со вздохом ответил он. – И теперь я даже представить не могу, чем все закончится… Как выяснилось, нашему правителю стало скучно жить, – Артес становился все мрачнее, – видишь ли, я хоть и был обездвижен, как и все, но оставался в сознании, так что услышал кое-что. Помнишь, Урлегур говорил о грандиозном сюрпризе? Так вот, это он и есть.

– В каком смысле? – обомлела я. – Нас в качестве сюрприза опоили какой-то дрянью и засунули в подземелье?

– Да, ладно мы, я не знаю, что с нашими детьми, они ведь оставались в покоях, – голос Артеса дрогнул. – И эта неизвестность разрывает мне сердце… Стражники, которые несли меня сюда, обсуждали между собой, что правитель затеял что-то, я толком не понял, какое-то специфическое развлечение, жестокую игру. Причем, «игрушками» будем мы. А ставками в этой игре – наши дети.

Я не буду цитировать, что я сказала, потому что использованный мною эпитет в адрес правителя Ресо-Кефарь был в свое время позаимствован у не стесняющегося в выражениях Юрца и слишком нецензурен.

– А что за игра, ты знаешь? – отрывисто спросила я.

– Скорее всего, на выживание, других вариантов в голову не приходит.

Вадим снова приглушенно застонал, открыл глаза и тут же сквозь зубы едва слышно выругался. Видимо, его состояние оставляло желать лучшего. Несколько секунд на меня смотрел затуманенным взглядом, видимо, пытаясь осознать происходящее.

– Ты как? – тут же обеспокоенно спросила я.

– У меня такое чувство, что я затылком гвозди забивал, – наконец, пробормотал он.

– Ну почти, – я вяло улыбнулась. – Тебе просто хорошенько по голове саданули.

– Кто? – опешил он.

– А ты ничего не помнишь? – спросил Артес.

– Я помню, как сидели за столом, как Карине плохо стало, – задумчиво ответил Вадим, – а потом… как-то смутно… будто все со своих мест вдруг повалились… появилась стража… – он осекся и даже побагровел. – Все, вспомнил. Меня по голове огрели, после того, как я пару десятков зубов выбил. Какого черта тут вообще происходит? – Вадим сел, но, похоже, слишком резко, и тихо взвыв от приступа боли, схватился за голову.

– Влипли мы, – безрадостно сообщила я, – по самые уши. Нами хотят сыграть в шахматы на выживание.

– Чего? Какие шахматы? – не понял Вадим и резко нахмурился, оглядываясь по сторонам. – Так, а теперь подробно и по порядку мне все рассказываете.

Артес повторил то, что узнал. На лице Паладина ни один мускул не дрогнул.

– Значит, Урлегур решил поразвлечься? – протянул Вадим нехорошим голосом. – Он еще не знает, с кем связался.

Вокруг приходили в себя бедолаги-аристократы. Видимо, зелье переставало действовать. Люди были крайне перепуганы и, естественно, близки к панике. Не будь они настолько обессилены, то тут бы жуть что творилось. Я буквально кожей чувствовала страх окружающих, невольно поежилась. Да ладно окружающие, мне и самой сейчас было неимоверно страшно. Я ведь так привыкла к талисману в последние годы, а теперь, без его силы, чувствовала себя совершенно беспомощной.

– Кто вы? – тихо спросил у нас Артес. – Вы ведь явно не те, за кого себя выдаете.

– Не так важно, кто мы, – ответил Вадим, – куда важнее, на чьей мы стороне, и что мы можем сделать.

– В этом-то и загвоздка, – с досадой пробормотала я, – что мы теперь можем, Вадим? Мы ведь полностью обессилены: ты без магии, меня ваше доброе Равновесие без стихии оставило. Да и Прядущий, как назло, снова где-то пропадает, так хоть Эридана с Олегом на помощь могли бы позвать…

– Ничего, будем справляться своими силами, – Вадим встал, подал мне руку, я поднялась на ноги.

– Ты вообще как себя чувствуешь, саданули-то тебе здорово, – я внимательно на друга смотрела.

– Ну-у, могло бы быть и получше, но бывало и похуже, – Вадим понизил голос до шепота. – Карин, ты же видишь, в каком состоянии окружающие. Не знаю, что там затеяла эта добродушная сволочь, но проку от наших партнеров по несчастью явно будет мало, они слишком напуганы и слабы. И вытаскивать всю эту братию кроме нас с тобой некому.

– Не хочу подрывать твой боевой дух, – мрачно ответила я, – но чем мы от них в данный момент отличаемся? Допустим, ты силен даже просто физически. А я-то что? Я такая же, как все эти хрупкие аристократки. Без талисмана я ни на грамм не сильнее их.

– Зря ты так, Карин, сила не только в магии и артефактах, – Вадим очень серьезно на меня смотрел.

Я не стала спорить Хотя и хотелось возразить, что какая без талисмана сейчас из меня спасительница.

Самым адекватным из окружающих на данный момент оказался Артес. Кое-как успокоив очнувшуюся Эдину, он в свалке в углу нашел старые факелы и зажег их своим огнивом. Стало намного светлее, но боевого духа это не прибавило. Измученные и перепуганные лица людей как-то не вселяли энтузиазма.

Артес подошел к нам.

– Правитель не будет медлить, – прошептал он, – по всей видимости, задумал он это уже давно, и сейчас он тянет время только для того, чтобы нагнать на нас больше страха.

Куда уж больше-то? Но паника и вправду, между тем, набирала обороты. Оказавшиеся в непривычной для себя обстановке аристократы только что на стены не бросались.

Вадим не стал медлить, вышел на середину подземного зала и гаркнул так, что у стоящей рядом меня в ушах зазвенело.

– Тихо!

Гам мгновенно утих, только плач и всхлипы не прекратились.

– Послушайте меня, – уверенный и спокойный голос Вадима разносился по залу, – ваш обожаемый добродушный правитель решил поразвлечься за ваш счет. В питье на приеме было подмешано дурманящее зелье, и так вы оказались здесь. Сразу же отвечаю на интересующий всех вопрос, с вашими детьми все в порядке, они живы и невредимы.

По залу пронесся общий вздох облегчения.

– С чего ты это взял? – прошептала я с робкой надеждой.

– Ни с чего, я нагло вру, – шепнул он мне в ответ, – что я, по-твоему, должен был им сказать, что этот добродушный ублюдок задумал сыграть с ними на жизнь их детей? Думаешь, это подняло бы им боевой дух?

Возразить тут было нечего.

– Мы не знаем, что именно задумал Урлегур, но есть предположение, что нас всех ожидает испытание и явно нелегкое, – продолжал Вадим громогласно, – поэтому держите себя в руках! – его голос прозвучал сурово, даже жестко. – Раскиснуть вы всегда успеете, а сейчас от вашей отваги и мужества зависит ваша жизнь и жизнь ваших близких! Так что хватит реветь и голосить! Все вместе мы обязательно справимся!

– Но что же делать? – раздался истошный выкрик в толпе. Его подхватили одобрительными возгласами.

– Прежде всего, успокоиться! – рявкнул в ответ Вадим. – И слушаться меня!

– А кто это тебя назначил главным?! – завопил из толпы довольно истеричный мужской голос. – Что это ты раскомандовался?!

– Я могу и не командовать, – парировал Вадим, – сидите себе и ревите по углам, пока вас поодиночке не разорвали. Если все-таки хватит ума – сплотитесь вокруг избранного вами лидера. Но никто из здесь присутствующих не гарантирует вам освобождения. Никто, кроме меня. Повторяю для тех, кто еще не понял. Я могу вас спасти! Могу и спасу! Но для этого вы должны меня слушаться! Есть возражения?!

Возражений не было. Его уверенный голос явно дал людям надежду, так что шум улегся. Аристократы успокаивались. Ну да, легко быть спокойным, когда всю ответственность за твое светлое будущее кто-то взял на себя.

А я с искренним восхищением смотрела на Вадима. Вот даже жаль, что Рита его сейчас не видит. Она бы уж точно больше никогда не назвала его оболтусом и даже мямлей и не изумлялась, как такого растяпу выбрало своим воином Равновесие. Видимо, в моменты опасности он сразу становился таким ответственным и рассудительным как сейчас.

– И какой у нас план? – вдохновенно спросила я у Вадима.

– Если вкратце: выбраться отсюда и местного правителя в узел завязать. Ну а конкретней, не знаю, – честно ответил он. – Для начала нужно выяснить, что нам предстоит, и тогда уже решим, как действовать дальше.

Пребывать в неведении нам оставалось лишь несколько минут…

Хотя голос Урлегура я слышала только однажды, но безошибочно определила, что это именно он. Слова раздавались словно из ниоткуда и отовсюду одновременно. В мгновенно воцарившей чуть ли не гробовой тишине разносилась по подземной темнице его речь.

– Дорогие мои и обожаемые, – в голосе сквозило столько ехидства, что аж противно было, – надеюсь, вы в полной мере оценили тот сюрприз, который ваш любимый правитель вам приготовил. Не волнуйтесь, ничего страшного, вам просто надо будет каким-то чудесным образом выжить. Почему именно чудесным? Да потому что кроме чуда вам ничего не поможет, – голос стал жестче, слова звучали резко, словно ударами. – Пользуясь моей добротой и щедростью, вы тупели и жирели в своих провинциях, стали ленивыми и жадными. Вы – это язвы на теле Ресо-Кефарь, а долг каждого государя оберегать свою страну от присосавшихся к ней паразитов. Чем я и собираюсь заняться. Так что я, как и всегда, справедлив и рассудителен.

Я не удержалась от нервного смешка. Между тем, Урлегур продолжал:

– Я знаю, что среди вас есть достойные. Те, кто справится с испытанием. И тех будет ждать награда. Не только свобода и почет, – он на несколько секунд замолчал, а когда продолжил, у меня от ужаса перехватило дыхание. – Те, кто пройдут до конца, вернут себе своих детей. Остальные же будут умерщвлены, Ресо-Кефарь не нужна слабая порода.

Окружающие словно обезумели. Крики отчаяния и плач стоял такой, что у меня уши заложило. Стоящий рядом Вадим витиевато выругался. Но вдруг воцарилась тишина, потому что Урлегур, выждав эффектную паузу, снова заговорил:

– Этот сюрприз я готовил несколько лет, продумав все до мелочей. Магия в этих подземельях совершенно не действует, так что можете на нее не надеяться. А теперь сделайте, как я говорю. Причем учтите, за ваше неподчинение будут наказаны ваши дети. Разделитесь на две группы. Вы пойдете по отдельности в разные стороны. Каждый будет за себя и друг против друга. А я посмотрю на это и посмеюсь.