Текст книги "Скиталец (СИ)"

Автор книги: Егор Буров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

Глава 25

Утром пошёл дождь. Тяжёлые капли барабанили по черепице одноэтажного домика и, скатываясь в бамбуковый водосток, превращались в журчащие ручейки. Листья сгибались под неудержимым напором струй воды, чтобы скинув с себя влагу, вновь распрямиться в первоначальное положение. Поверхность декоративного пруда покрылась миниатюрными волнами, а при резких порывах ветра по воде пробегала рябь.

Жора ненавидел дождь. В такие моменты его настроение портилось, и ему хотелось что-нибудь сломать. К тому же все члены импровизированной команды собрались на одной веранде и обсуждали переезд почтенного Пи, который до глубокой ночи гонял груженые повозки по улице мимо ворот.

Надо сказать, что купленное Минчжу поместье располагалось почти на отшибе. Прямо за северным домиком проходила полоса отчуждения перед городской стеной. На западе через узкий переулок виднелся забор территории, принадлежащей почтенному Пи. С другой стороны, на востоке находился каменистый пляж и дорожка, ведущая к сторожевой башне. Пока дом оставался целым, со второго этажа люди любовались морем и парусными судами. Если же взглянуть в южном направлении, можно рассмотреть портовые доки и пирсы. Поместье Минчжу стояло самым крайним во всём городе, так как перед воротами не построили ни одного дома.

Прошлым вечером Хуань-Бо оценил масштабы разрушения особняка и подивился находчивости Повелителя огня, который так легко и непринужденно избавился от призрака-убийцы. Так же он поделился сплетней, гуляющей в городе. Оказывается, люди считали, что пожар в поместье, это происки главного советника, который решил навести порядок в порту, и готовит плацдарм для проведения операции против одного из заправил преступного мира. Видимо поэтому почтенный Пи так срочно перебазировался куда-то в район порта, а Жора уж возомнил себя настолько важной шишкой, которого опасаются местные криминальные авторитеты. Так или иначе, но соседи съехали, и старик Бо пообещал, что выкупит их территорию по сходной цене. Главное то, что в будущем малышек никто не будет задевать, а остальное не так уж и важно.

Пока капли барабанили по крышам, Жора вспоминал, как Айминь расцеловала его бородатую щеку за то, что он помог адаптировать технику щита. Разумеется, краем глаза он следил за Шико. Парень пыхтел как закипающий чайник и еле сдерживался, чтобы не устроить скандал. На прощанье воительница махнула ручкой и, одарив сына подруги теплым взглядом, упорхнула в Храм. А Шико весь вечер дулся и, собравшись с духом, поинтересовался, как наставник относится к третьей старейшине Айминь?

Жора улыбнулся и сказал, что пора бы ученику поучиться магии соблазнения, а то девушка может ощутить разочарование, проведя брачную ночь с таким неумехой. Шико напомнил, что на него не действуют техники Ки, на что Жора рассмеялся и ответил, что сам парень легко сможет применять магию на партнерше. Далее последовали инструкции по созданию заклинания похоти, но Шико ничего не понял. Пришлось рассказать об элементарной последовательности процесса соблазнения и рекомендовать чаще импровизировать, поглядывая на отклик подруги.

И вот пока шёл дождь, Шико тихо бубнил про себя, повторяя алгоритм действий, и иногда на его лице проскальзывала глупая мечтательная улыбка. Рядом сидели Чжень, Тай, Талия и Тана. Они обсуждали тонкости боя на коротких дистанциях, и в какой-то момент эльдара воскликнула, что дочке амазонки понадобятся специальные перчатки. Далее она подошла к Жоре и поинтересовалась, не знает ли он, где ей найти немного звёздной стали? Она хотела нашить несколько тонких полосок на перчатки, чтобы во время захватов Талия могла отключать доспех духа или прибивать кулаком технику щита.

Честно сказать, портить длинный меч жалко, но он нашёл выход из сложившейся ситуации и позвал Фуджини в отдельную комнату. Там он более часа уговаривал её провести эксперимент, чтобы она трансформировала кожу на руке в чешую дракона. Женщина отнекивалась, но Жора гарантировал, что поможет ей вернуть всё обратно. Фуджини сосредоточилась, но ничего не получилось. Тогда он сел за её спиной и начал вливать в неё силу из внутреннего источника. Она радостно взвизгнула и сообщила, что у неё что-то получается. Более часа проходила трансформация, а когда процесс завершился, Жора увидел тонкое изящное запястье, покрытое сине-чёрной чешуей, а пальцы заканчивались острыми когтями. На то, чтобы обрезать коготки и наскрести немного чешуек ушло несколько часов. Как только он ни льстил, на какие нежные слова ни разорялся, но она никак не желала расставаться с бронированной шкуркой. Наконец он признал поражение и сказал, что должен выполнить обещание и помочь ей вернуть нормальную кожу.

Фуджини милостиво улыбнулась и, достав костяную заколку из волос, аккуратно отделила несколько чешуек и обломила коготки. Затем она самостоятельно трансформировала левую руку и с лукавой улыбкой сказала, что, несмотря на то, что он грубый бесчувственный чурбан, у него есть возможность добиться её расположения. Затем Фуджини добавила, что он будет натуральным болваном, если упустит возможность сойтись с ней поближе. Жора установил полог тишины, но почему-то заклинание похоти на ней не сработало, и ему пришлось действовать по старинке, начиная с предварительных ласк…

По завершению они лежали на расстеленном покрывале, и он вспомнил, что на Земле в подобные моменты доставал сигареты и пепельницу в форме черепа и, с удовольствием разглядывая партнёршу, говорил ей различные комплименты. Но организм мага Костонтиса не нуждался в никотине, и Жора давно избавился от пагубной привычки. Однако в тот вечер накатила ностальгия, и он мечтательно улыбнулся. Раз уж нельзя покурить, то вторую часть традиции можно соблюсти, поэтому Жора рассказал ей, что она самая замечательная женщина на свете.

Фуджини улыбнулась и обмолвилась, что рыцарь тоже ничего, и главное, что он её не разочаровал, так что с этого дня она начнёт его ревновать к другим женщинам. Особенно её смущали заигрывания Гуй-Мэй, которая, не стесняясь, строила ему глазки. Фуджини пообещала, что расстроится, если он ей изменит.

Обычно Жора отказывался от общения с ревнивыми девицами, но слова Фуджини прозвучали в шуточном тоне, поэтому он заверил единственную и неповторимую леди-дракон, что останется ей верен как минимум месяц, а уж дальше будет видно.

Постепенно настроение нормализовалось, и хандра прошла, сменившись фазами активного отдыха. Теперь его совершенно не волновало, что на улице дождь лил как из ведра, потому что полог тишины отсекал все звуки извне. Он зажёг на пальце маленький огонек, и Фуджини подставив ладони, перенесла его на собственную руку. Пламя разгорелось, и она радостно взвизгнула, тем самым сбив концентрацию. В наступившей темноте она вновь его поцеловала и если бы не сорванная с петель дверь, они бы могли продолжить заниматься любовью.

Но судьба принимает различные личины. В этот раз она имела облик Гуй-Мэй, которая что-то говорила, глядя на обнаженные тела. Жора рыкнул и, прикрыв Фуджини покрывалом, поднялся на ноги. Он дезактивировал заклинание тишины и спросил:

– Что у вас случилось такого срочного, что ты решила побеспокоить грозного Повелителя огня?

– Мы целый час стучим, а вы не откликаетесь, – оправдывалась Гуй-Мэй, бесцеремонно разглядывая обнаженного атлета. – Там с Айминь проблема, а Шико помчался в Храм.

– Где она? Что произошло?

– Я не знаю, но она пришла вся избитая и мокрая, как курица, – пожала плечами Гуй-Мэй. – Сам спроси.

Жора надел штаны, заглянул в соседнюю комнату и увидел воительницу в разодранном платье с каплями крови на влажной одежде. Пока он натягивал рубаху, она поделилась историей злоключений. Из короткого рассказа стало ясно, что днём глава Храма устроил ей допрос, где она вчера всю ночь гуляла и почему не предупредила об отсутствии. Затем он полез к ней целоваться, говоря, что дает ей возможность проявить почтение богам. Разумеется, она начала сопротивляться, но он оказался сильнее и попытался ею овладеть. Однако случилась непредвиденная сложность в виде печати невинности. Пока он разбирался, почему у него ничего не получается, она схватила кинжал и пообещала его кастрировать. Он злобно рассмеялся и активировал доспех духа. Каково же было его изумление, когда Айминь, пропустив энергию через клинок, смогла нанести ему серьёзную рану. Он согнулся пополам и она сбежала. Пока шла под дождем, полностью промокла, а как только Шико узнал, в чём дело, он схватил меч и помчался в Храм. На вопрос, как случилось, что глава Да-Ю только недавно заметил красоту Айминь, она ответила, что почти всю жизнь тренировалась в западном филиале Храма, где и познакомилась с Фуджини. Но однажды в городок, приехал глава и, увидев ее, предложил ей место третьего старейшины. Далее Жора поинтересовался, давно ли ушёл Шико, и успеет ли он его перехватить?

Судя по полученной информации и расстоянию до Храма, Жора осознал, что не сможет его догнать. В таком состоянии потомок дракона таких дел наворотит, что пожар в их поместье окажется сущим пустяком. Жора оглянулся на Гуй-Мэй и спросил, сможет ли она быстро отнести его на крыльях? Она взглянула на широкие плечи и мускулистый торс, а после отрицательно покачала головой, заявляя, что с таким тяжёлым пассажиром её скорость упадёт до минимума, но она могла сама полететь вперёд и в случае нужды прикрыть парня от сотни разъярённых стражников.

Жора кивнул в знак согласия и, схватив в руки меч, побежал по улицам. Струи дождя, поливающие его голову, и плечи охлаждали закипающую кровь. Он применил левитацию и, выходя на прямые участки, включал ускорение, поэтому почти не отстал от Гуй-Мэй. Подбегая к воротам, ведущим в сады Храма, он увидел, как Шэн и Чжень висят на плечах Шико, а он с упрямством носорога двигается вперёд, пытаясь проникнуть на территорию. Два воина пятого ранга облачённые в голубые кафтаны стояли под навесом и весело комментировали происходящее. С небес спустилась Гуй-Мэй, переодетая в парня и, приблизившись к Шико, указала на бегущего Повелителя огня.

– Уф! Успел, – вздохнул Жора. – Ученик, а ну стоять!

– Он обидел Айминь! Я должен его убить!

– Успеешь, а пока стой, – рыкнул Жора. – Значит так, сейчас принц Шэн пройдёт в Храм и вызовет главу Да-Ю на поединок.

– Наставник, я должен сам его убить, не то я перестану себя уважать. Что я за мужчина, если не могу защитить тётю Айминь, – яростно прорычал Шико.

– Ха-ха-ха! Ты себя сам слышал? Какую тётю? Ты совсем дурной? Чванливый мудак попытался осквернить любимую женщину! Невесту! Только не говори, что в детстве не обещал на ней жениться⁈

– Обещал, – покраснев, ответил Шико.

– Всё, официально она невеста, – подытожил Жора. – Значит, он попытался совершить насилие, и по законам ты прав. Бой будет проходить через месяц, на праздник сошествия богов, а пока Айминь поживёт у нас.

– Но я хочу немедленно его убить!

– Ты не совсем понял, немедленно его убить могу только я, – произнёс Жора. – Если сейчас ты на него полезешь, он тебя по земле размажет. Вспомни, что случилось, когда ты угодил под удар «целостного». Ты еле выжил. Если бы Айминь не прикрыла, тебя бы давно прибили.

– Мне несильно досталось, – отмахнулся Шико.

– Хорошему воину хватит даже пары секунд твоей дезориентации, чтобы выпустить тебе кишки, так что не умничай, – рыкнул Жора и, повернувшись к Шэну, продолжил: – Значит так, скажешь, что нам известно о его ранении в причинное место, поэтому я позволю ему излечиться, а через месяц он ответит перед Шико по всей строгости закона.

– А если он потребует поединка сегодня?

– Скажи, что сейчас он может биться только со мной, а я люблю жечь!

Шэн подошёл к охранникам и, представившись, потребовал, чтобы его пропустили. Воины осознали, над кем только что смеялись и, почтительно поклонившись, пропустили его на территорию садов. Вскоре он вернулся в сопровождении какого-то седого мужчины с зонтом, который представился именем Да-Гоу – вторым старейшиной Храма. Он поведал историю сумасшествия Айминь и сказал, что она напала на главу Да-Ю, когда он занимался духовными практиками. За подобное преступление есть только одно наказание – смерть. Но глава готов смилостивиться, и разрешает более легкое наказание – полное уничтожение моря души и всей культивации, затем её в кандалах отвезут в царство Хонь-Ви-Дао и продадут в бордель. Первый старейшина Да-Чу отправился во дворец, чтобы добиться разрешение на арест Айминь, поэтому если чужак не желает навлечь на себя гнев Храма и всего княжеского рода, обязан выдать преступницу. Разумеется, ни о какой сатисфакции речь не шла, так как глава полностью прав и выступает потерпевшей стороной.

Жора слушал этого надменного мужчину и потихоньку зверел. Наконец он не выдержал и, повернувшись к Гуй-Мэй, спросил, не хочет ли она сходить во дворец и рассказать правдивую версию? Она лучезарно улыбнулась и ответила, что с радостью поведает всему городу о том, какой в Храме глава и поинтересуется, не пора бы его заменить на более сдержанного и менее похотливого.

Жора напомнил, что у всех народов существует практика судебных поединков, когда сложно решить, кто прав, истина определяется на суде богов. Однако Да-Гоу заявил, что они не дикари и подобные методы никогда не практиковали. Существует воля богов, а проводником является глава Храма. Он сказал, что Айминь надо продать в рабство, значит так и будет.

Гуй-Мэй расхохоталась и заявила, что последнее слово остается за князем, так что она не станет медлить и поспешит на аудиенцию. Она попросила Шэна сопроводить Жору и Шико обратно в поместье и не предпринимать никаких действий, пока она не прояснит ситуацию.

Да-Гоу вновь напомнил о предполагаемых проблемах и сообщил, что он во главе десяти «мудрейших» сейчас же придёт и арестует Айминь. Все кто попытаются ему помешать, будут считаться врагами государства и безжалостно уничтожаться. Но если они сами приведут её в Храм, им даруется снисхождение и особая милость.

Шико стоял с удивленным выражением и пытался осознать, что только что произошло? Из жертвы насилия его невеста неожиданно стала преступницей, а он её пособником, и если им не поможет мама Шэна, их всех убьют. Сам Шико собирался рисковать, но в поместье оставались Фуджини, Минчжу и дети. Если туда придут воины шестого ранга, они всё сравняют с землей.

– Шико, ты что пригорюнился? Удивлён местным правосудием? Ты знаешь, я сам в шоке, – хлопнув парня по плечу, сказал Жора. – Кстати, я предложил твоей маме выйти за меня замуж. Конечно, слегка не вовремя, но кто ж знал, что чванливый мудак захочет изнасиловать Айминь. Я думал, ему не хватит духа, но, как оказалось, я ошибался. Ничего, скоро мы всё исправим, и он сдохнет в жутких мучениях!

– Наставник, я готов погибнуть в бою, но там дети, – напомнил парень.

– Как ты думаешь, готов ли почтенный Да-Гоу умереть за главу? Учитывая мои навыки Повелителя огня, они решат, что лучшего момента, чем проливной дождь они и не найдут. Поэтому ночью ждём в гости сто человек мяса. Кстати, ты знал, что белое пламя горит под водой? – Жора активировал небольшой огненный шар и, обернув его иллюзией, кинул в лужу. Вода испарилась, а шарик совсем не уменьшился, потому что объёмное изображение потребляло мало энергии. – А теперь представь, сколько визгу будет, когда такой шар поджарит какого-нибудь обладателя шестого ранга. Да что там шестого, помнишь того «целостного» Вэньмина. Как его ошметки собирали по площадке. У-у, вот это потеха. Так что почтенный Да-Гоу, милости прошу к нашему шалашу. Вы же понимаете, что поместье это частная территория, и я имею полное право защищаться от сил вторжения. Как думаешь, после их визита, многих жрецов придётся набирать в храм?

– Ты один против десяти «мудрейших» не выстоишь, – заявил Да-Гоу. – Я рекомендую вам отдать преступницу и не обострять ситуацию. Вас всех убьют.

– Вы знаете, Да-Гоу, я бы с вами поспорил, но просто лень. Вы приходите и сами всё увидите. Вы же обладатель седьмого ранга? Значит, будет веселее. Вы в княжестве совсем расслабились и настоящей битвы не видели. А я пролил реки крови, и знаете что, у под боком порт, а ваши техники над морем и в других царствах не действуют. Когда я сюда вернусь с друзьями-драконами, Да-Ю узнает что такое гнев истинных повелителей небес, но вам посчастливится умереть гораздо раньше.

– Драконов не существует, – презрительно скривив губы, процедил Да-Гоу.

– Смею вас уверить, что ваши сведения сильно устарели. Не знаю, доходят ли до вас новости из империи Калстахия, лет пять назад жрецы местного культа пленили дракона. Потом пришли его родичи и на развалинах храма помочился один из моих друзей. Они поселились в горах Каридаростана. Конечно, далеко, но я знаю, как их позвать. Дня через три они будут здесь.

– Ты лжец!

– Всех не гарантирую, но одного точно могу организовать, – ухмыльнулся Жора. – Ладно, что-то мы заболтались с вами. Надо подготовиться к встрече незваных гостей. Всего наилучшего, почтенный Да-Гоу. Вы приведите побольше людей. Желательно пару тройку обладателей седьмого ранга.

– Вы слишком дерзкий и самоуверенный чужак! Вы всего на пятьдесят седьмой ступени, – процедил Да-Гоу. – Как вы собираетесь отбиваться от моей пятьдесят девятой? Ты смерти ищешь? Я тебя накажу!

– А вот так? И на какой же я ступени? – Жора отключил амулет иллюзии, генерирующий ложную ауру.

– Даже не первый ранг? Ты совсем рехнулся? Отброс! Да я тебя раздавлю!

Жора применил навык подавления, и волна энергии опрокинула всех присутствующих на землю. Жора сделал шаг вперёд, и Да-Гоу сидя на земле начал отползать назад. Его лицо перекосилось от страха, и Жора хмыкнул:

– Хм, штаны смени, «раздавитель». Пипетка у тебя мала, со мной тягаться!

Глава 26

Жора возвращался в поместье. Рядом с ним топали по лужам Шэн, Чжень и Шико. После того как их опрокинуло на землю навыком подавления, они перестали выбирать относительно сухие места и шагали напрямую. Жора задумчиво прокручивал моменты произошедшей беседы с Да-Гоу и пришёл к выводу, что блеф удался на славу. Его только одно тревожило, почему, когда Жора учился у Айминь выпускать силу, напор казался значительно слабее? Тогда воительницу слегка качнуло, а теперь все, включая Шико упали. Откуда в нём столько силы? И что самое странное, он совершенно не чувствовал изменений в организме. Он остался таким как прежде. Может всё дело в ярости, клокотавшей в груди и желавшей вырваться наружу? Теоретически это всё объясняет, но не получится ли так, что гнев полностью затуманит разум? Он не знал, что такое ярость драконов, но прекрасно видел, как Георг ле Золтодрак преобразился в переходную форму и, покрывшись чешуей, разорвал двести человек. Ему оказалось неважно кто перед ним, и он убивал без всякой жалости. В тот день Жора сидел на корабле и издалека видел ярость монстра. Проблема в том, что сам Жора не дракон и превращаться в чудовище не умел, а в данной ситуации ему бы не помешала такая способность.

Фуджини рассказывала, что её род хранит древнюю легенду, мол, некая девушка стала любовницей героя по имени Воин-Дракон, и он её преобразил. Затем она вернулась в Кайтай и узнала, что её жениха-человека казнил местный император. Она превратилась в дракона и устроила натуральный разгром. На её уничтожение бросили десять тысяч человек, и когда удалось её убить, в армии осталась всего сотня воинов. Но там сражались простые люди, а здесь все поголовно чародеи, так что в княжестве количество жертв могло бы быть значительно меньше. Кстати, саму Фуджини назвали в честь той первой леди-дракон.

На повестке дня встала проблема Минчжу и детей. Жора не хотел, чтобы с ними что-нибудь случилось, однако спасти их на территории поместья сложно. Там нет никаких защитных формаций и печатей, так что первым же массированным ударом их перебьют. Как решить проблему? Жора мысленно просчитал все варианты и осознал, что нашёл выход их сложившегося положения. Оставалось решить, кто из них останется с ним, а кого придётся гнать из опасной зоны.

«Была бы моя воля, я бы всех прогнал, если бы не знал, что Айминь, как только услышит об ультиматуме, захочет сдаться, лишь бы не подвергать жизни друзей опасности. Она не воин и настоящей крови не нюхала. Надо её связать и вновь лишить сил, чтобы не вздумала брыкаться. В качестве поклажи она не создаст особых проблем, а в роли носильщика выступит Шико. Ему в сопровождение можно выделить Чженя и Шэна, всех девиц и Минчжу с детьми, а главной мамашей, следящей за цыплятами, назначить Фуджини. На всех навесить амулеты подавления аур, а самому остаться в поместье и устроить гостям филиал ада. Проблема в том, что они не согласятся».

Жора тяжело вздохнул. Он понимал, что Шико обязательно пожелает отстоять честь любимой. С его способностями игнорировать удары техник он может стать серьёзной проблемой противникам. Однако Жора прекрасно знал, что даже подобного воина можно убить, если наносить удары по ближайшим предметам. Завалит его какой-нибудь стеной, и парень погибнет. А Жора совсем не хотел его терять. Он ему нравился. Да, импульсивный и агрессивный, но зато честный и порядочный, в отличие от большинства местных мастеров.

Пока Жора раздумывал над возникшей проблемой, он не заметил, что подошёл к воротам поместья. Войдя на территорию, он осмотрелся и увидел на веранде заплаканную Айминь, которую обнимала Фуджини и что-то шептала ей на ухо. Чуть в стороне сидели Тай, Талия и Тана. Они поглядывали на пострадавшую и обсуждали произошедшее событие.

Стоило мужской половине команды появиться на пороге, как все встрепенулись и забросали их вопросами. В качестве рассказчика выступил Шэн и поведал о несправедливости мира. Как и предполагал Жора, Айминь встала и заявила, что пойдёт в Храм и сдастся. Жора передал Шико ленточку с печатью сбора силы и предложил её связать.

Парень замялся и сказал, что не может причинить вред любимой женщине. Жора изогнул левую бровь, и Шико насупился, но всё же подошёл к Айминь, обнял её за талию и, шепнув: «Прости», провёл захват и скрутил ей руки и ноги. После повязал на шею ленту, а чтобы она прекратила ругаться, вставил кляп. Все девушки молча наблюдали эту сцену и, судя по взглядам, полностью поддерживали парня. Фуджини погладила подругу по голове и пояснила, что не позволит ей совершить глупости, потому что любит невестку. Женщина обещала, что когда все проблемы останутся в прошлом, она с огромным удовольствием напьётся на их свадьбе.

Жора удовлетворительно кивнул и позвал Минчжу. Он потребовал, чтобы она собрала детей в дорогу и отправлялась в соседнее поместье почтенного Пи и нашли место, где спрятаться. Голос подала эльдара и сообщила, что, когда сидела взаперти, она слышала, что бандиты делали подкоп за городскую стену. Тана и сама пыталась аналогичным образом выбраться наружу, но без инструментов ей не удалось пробить каменистую землю.

Жора предполагал, что криминальные авторитеты захотят иметь выход в обход официальных ворот, но как искать подкопы, он не знал, потому что Костонтис являлся магом огненной стихии и чары земли не изучал. Тана заявила, что сможет найти вход и как только проводит Минчжу и детей, сразу вернётся, чтобы встретить жрецов и защитить нанимателя.

Жора похлопал её по плечу и, указав на Тай, Талию и Чженя, сказал, что отныне она может идти куда хочет, но ему будет спокойней, если Тана сначала обучит его учеников самообороне без оружия. Эльдара напомнила, что по контракту она обязана защищать Шико, на что получила ответ:

– Это лишь в том случае, если наниматель тебя призовёт, а я не хочу, чтобы тебя убили. Будет гораздо лучше, если ты посидишь с Минчжу и детьми и поможешь вырастить из них настоящих воительниц.

Неожиданно о себе напомнил Шэн. Он заявил, что останется здесь и примет бой со жрецами Храма, так как всю жизнь их не любил. Жора рассмеялся и пояснил, что встав на сторону преступницы Айминь, он подвергнет опасности положение Гуй-Мэй при дворе. У всех кланов возникнет множество вопросов к роду Тянь, который вырастил отрока, чихающего на традиции народа. И если первый дедушка Хуань-Бо не накажет непочтительного внука, то сам князь за подобную дискредитацию рода точно спустит с него шкуру. Ко всему прочему у него есть отдельное задание – прилетать на плиту портала и за месяц поднять ранг. В противном случае он покажет, что его наставник Повелитель огня не выполнил условие пари, а это чревато серьёзными проблемами. Жора пообещал, что если принц не взойдет на сорок восьмую ступень, он вернётся и устроит ему пробежку от города до самых гор. Шэн смущенно улыбнулся и согласился.

Далее предстояло выполнить самое сложное, уговорить Фуджини уйти вместе с Минчжу и остальными учениками. Зная её упрямство, Жора применил всё обаяние, расточал комплименты, называл её самой мудрой и красивой женщиной на свете, но она заявила, что останется с сыном, который ни за что не бросит невесту. Тогда Жора напомнил ей легенду о леди-дракон, которая мстила за жениха. Он предложил ей знание о том, как она сможет провести полную трансформацию и уничтожить тех, кто посмел обижать её малыша Шико. Но для свершения правосудия, она должна выжить.

Фуджини поинтересовалась, почему Жора не хочет помочь ей сегодня провести принятие истинного облика. Он пожал плечами, и пояснил, что для перерождения нужно время и много энергии, а та, что находится в княжестве всего лишь фон мощного источника. Вот если она скооперируется с Шэном, и вместе с ним будет проводить медитации на плите портала, то сможет обрести крылья и огненное дыхание. Женщина надолго задумалась. Посмотрела на Шико и связанную Айминь. Взглянула на Жору, а после сказала:

– Я посижу с подругой. Ты не думай, что я слабая. Я способна разорвать тебя на куски. Сначала я посмотрю, чего стоит в бою мой жених. А если ты не справишься, вмешаюсь и всех убью.

– Это утешает, – усмехнулся Жора. – Надеюсь, под словом «всех» не подразумеваешь и меня тоже?

– Если ты не справился, значит, ты погиб, – пояснила Фуджини. – Я хочу сделать объявление. Шико, Айминь, Шэн, Чжень, Минчжу, девочки! Я приглашаю вас на свадьбу. Когда мой Повелитель огня прогонит врагов, а Шико снесёт голову главе Храма, мы отпразднуем это радостное событие бракосочетанием.

– До этого надо дожить, – проворчал Жора.

– Доживёшь, – послышался голос Гуй-Мэй. – Меня не забудь пригласить.

– Ну не томи, рассказывай, как прошло?

– Я из-за тебя под дождём летала, – фыркнула она. – Пёрышки намочила. Я сейчас как ощипанная курица, а ты меня к столу не пригласил, у очага не отогрел и сразу ждешь, что я тебе всё расскажу.

Дети снова радостно запищали, увидев крылатого кузена Гу. В отличие от крыльев из артефакта Айминь, которые выглядели полупрозрачными и короткими, у Гуй-Мэй они казались настоящими, как у белого орла и росли прямо из лопаток. Даже обладатели седьмого ранга не имели подобных крыльев, поэтому духовным мастерам не приходилось разрезать одежду на спине, как это делала Гуй-Мэй. Девочки с большим удовольствием трогали оперенье, но стоило перу упасть, как оно, излучай дивный свет, растворялось в воздухе.

Гуй-Мэй отряхнулась и забрызгала капельками всех присутствующих. Затем она сконцентрировалась и крылья пропали. Сяомин и Фэндуй разочарованно вздохнули, а Джиао вновь изобразила взрослую девочку и с серьёзным выражением лица присела возле Минчжу.

– Ну что я могу сказать? – Гуй-Мэй оглядела комнату со всеми обитателями и, взглядом указав Жоре на остывший очаг, протянула к нему озябшие пальцы. Он громко втянул носом воздух, задержал дыхание и, кинув заклинание, вновь разжег огонь. Она отогрела руки и лучезарно улыбнулась.

– Не тяни, рассказывай!

– Я лучше покажу, – продолжая улыбаться, сказала Гуй-Мэй.

Она сняла с шеи кулон с прозрачным камнем. Проведя какие-то манипуляции, Гуй-Мэй направила луч, выбившийся из кристалла на небольшой столик, и на поверхности появилась цветная голограмма. Складывалось впечатление, что это съёмки скрытой камерой с одного ракурса, но только изображение выглядело не плоским, а объемным, можно сказать с эффектом полного погружения. Судя по всему, она вынула артефакт из-под одежды и направилась в тронный зал. Подошла к массивным двустворчатым дверям, возле которых замерли два воина в доспехах самураев с лицевыми масками под шлемами кабуто. Они мгновенно обнажили клинки, по форме напоминающие катаны. Словно из-за кадра прозвучал голос Гуй-Мэй. Она представилась и сказала, что хочет поговорить с мужем. Какой-то старик, выполняющий функции секретаря проник за дверь и вскоре вернулся с наследником Сюнь. Она спросила, пришёл ли Да-Чу – первый старейшина Храма садов и если да, она бы хотела поприсутствовать на аудиенции. Сюнь поморщился, но согласился. Как и рассказывала ранее Гуй-Мэй, тронный зал действительно отделали золотыми панелями, а сверкающий трон с огромным иероглифом на спинке, выложенным из алмазов, вызвал бы у алчного человека приступ зависти.

На почётном месте сидел благообразный старик в белом с золотой вышивкой одеянии, и голубыми глазами с тоской взирал на жреца. Гуй-Мэй поклонилась и поприветствовала правителя княжества:

– Дядя Тянь, позвольте отвлечь вас от серьёзных дел.

– Ну надо же! – Князь с удивление посмотрел на наследника. – Сюнь, кто сей юноша? Почему он называет меня дядей?

– Отец, это моя вторая жена Гуй-Мэй. Она занялась тренировками и поэтому переоделась в мужской наряд.

– Ну надо же, племянница! Не узнал. Как говорят где-то на западе, богатой будешь. Что привело тебя ко мне? Зачем ты отвлекаешь нас от дел? Сюнь, ты что, даешь мало денег на заколки? Сколько раз говорил, жен нужно ублажать!

– Дядя, я по делу, связанному с нападением на главу Храма садов небесного дворца, – ответила Гуй-Мэй.

– Ну надо же, почтенный Да-Чу тоже пришёл просить разрешение на арест и ссылку этой негодницы. Ну надо же, Храм её воспитал, дал ей кров, возвысил, а она подло пыталась убить сиятельного Да-Ю. И когда? В момент его уязвимости, когда он молился о благе народа. Это непростительно!

– Дядя, я пришла из-за того, что видела избитую деву Айминь и слышала, что она рассказала, – произнесла Гуй-Мэй.

– Это наглый навет! – Да-Чу почти взвизгнул и князь поморщился.

– Почтенный Да-Чу, я выслушал вас, теперь позвольте мне поговорить с племянницей, – произнёс князь и спросил, что знает Гуй-Мэй.

Она рассказала историю с самого начала и сообщила, что пришла искать справедливости. На вопрос, зачем ей это нужно, ответила, что Айминь невеста её соученика. Князь задумчиво погладил седую бороду и воскликнул: