Текст книги "Невольники вольного города (СИ)"

Автор книги: Эдона Даас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 5

Глава 5

Половину следующего дня невольники провели в главном магистрате, сидели на ковре в кабинете Сардахи, пока тот работал. К нему постоянно заходили маги, Эфра и Ланс внимательно за всеми наблюдали. Разумеется все было устроено так, что и сборщик податей, и сметчик явились в кабинет наместника, были отпущены пораньше, и невольники, выскользнули за ними, чтобы проследить.

Эфра взяла на себя сборщика, а Ланс сметчика, но государственные мужи продолжили путь вместе. Сметчик ехал на лошаке, сборщик на тяжеловозе, оба животных поспешностью похвастаться не могли, поэтому невольникам легко было следовать за ними. Чиновники жили недалеко друг от друга в южном районе города, были судя по всему друзьями, соседями, тепло попрощавшись, разбрелись по домам. Это все, что удалось узнать невольникам, ничего подозрительного замечено опять не было. Но они все же присели под раскидистой акацией недалеко от домов служащих, наблюдали, на случай, если те все же захотят прогуляться.

– Я рад, что ты жива, красавица, – мягкий ровный голос заставил невольников отвлечься от созерцания забора, оба вздрогнули от неожиданности.

Перед ними стоял хозяин южного базара, Эфра не запомнила его лица, но узнала приятный голос. Невольники вскочили, и девушка объяснила мужчинам, кто есть кто.

– Далеко вы зашли от дома, – улыбнулся хозяин базара, которого звали Лихи.

– Хозяин позволяет нам гулять, чтобы обходили мы как можно больше лавок и навесов на базарах в поисках наиболее дешевых товаров, – нашелся Ланс.

– Да я слышал, что господин наместник... – Лихи кашлянул в кулак, – весьма разумен в тратах.

– А еще нам показалось, что видели мы здесь сметчика господина Ашиля, – закинул удочку Ланс. – Наверное, сбежал с работы, час-то еще даже не обеденный.

– Нет, он всегда очень честен, – отмел подлую мыслишку Лихи. – Тем более под началом Ашиля не забалуешь. Работой-то наш счетовод дорожит, деньги ему сейчас нужны.

– А зачем? – Эфра попыталась придать лицу чуть наивное, но вместе с тем кокетливое выражение.

– Еще не до конца расплатился с соседями. Он купил часть сада одного торговца тканями, тот бежал из Атебьра, убив свою жену. Безумец. Его родственники продали дом и двор, а большой сад, что стоял отдельно по частям.

Хозяин базара еще что-то долго объяснял про то как дороги и ценны сады в городе, стоящем по среди пустыни, восхищенно разглядывая Эфру. Невольники кивали, но им уж не терпелось сорваться с места. Наконец-то, они добыли для господина ценную информацию! Когда Лихи все же пошел своей дорогой, оглядываясь на прекрасную невольницу, Эфра и Ланс поспешно поднялись.

Вечером уселись на террасе обсуждать новости с казначеем и наместником. Сардаха заварил всем чаю, он иногда забывал, что это нужно поручать рабам.

– Итак, – подвел итоги казначей. – Мы пришли к выводу, что многие известные нам подменыши оказались жителями одной части города – южной. Сардаха, милый, а ты не помнишь, где жил твой садовник?

– Нет, – отмахнулся наместник. – Хотя... он всегда приходил с той стороны улицы, что ведет на юг. А вот та служанка, что назвала потом подменыша своим братом точно жила на севере, я видел ее дом, когда ездил на Северный базар.

– Проверим моего сметчика? – вздохнул казначей. – Допросим?

– Никто не должен знать о том, что мы расследуем историю с подменышами, – занервничал Сардаха.

– Друг мой, после моих допросов никто еще не выживал, – оскалился Ашиль. – Ошметки потом сожжешь. Жаль, конечно, терять сотрудника, но что поделать...

– Хорошо, – деловито кивнул наместник. – Нужно затащить его к тебе в пыточную. Отпусти на завтра слуг, попроси его заскочить к тебе в дом под благовидным или неблаговидным предлогом.

Разумеется у казначея все получилось, когда же наместник со своими невольниками спустился в подвал Ашиля, где тот оборудовал пыточную, то гости с удивлением заметили, что привязанный к вертикальному станку сметчик уже выглядит не лучшим образом.

– Проходите, – казначей подтолкнул посетителей в комнату, вошел следом за ними. – Я тут подготовил его, пока ждал вас.

– Подготовил? – удивленно вскинул брови Сардаха. – На нем живого места нет.

Эфра и Ланс, конечно, наблюдали пытки на своем веку. И могли сказать, чернокнижник был весьма искушен в их проведении. Чего стоили только нарезанные тонким кнутом полоски кожи.

– Я по его ауре читаю, что он в недоумении, – поморщился наместник.

– Да, и это плохие новости, – кинул Сардахе плеть Ашиль. – Если подменыши сами не в курсе происходящего, разобраться будет сложнее.

Ох как разозлило сие наместника. Он крепко ухватился за рукоять хлыста, стал наносить остервенелые удары прямо по открытым ранам. Жертва их пыток, кричал, пытался что-то объяснить, готов был сознаться в чем угодно, но похоже не понимал, в чем именно нужно сознаваться. Все их вопросы о подменах его крайне удивляли, или он искусно притворялся и держался довольно стойко, или действительно не понимал, в чем дело. Периодически сметчик падал в обморок, и Ланс довольно умело используя свою магию, приводил его в себя. Все повторялось снова. Наконец, Сардаха прекратил истязания, чтобы перевести дух, к тому же он рассек сметчику губу, тот сейчас явно не способен был говорить вообще.

Ашиль отвязал жертву, его сотрудник мешком упал на живот. Ланс бросился заживлять губу.

– Сможет говорить? – кивнул целителю чернокнижник.

– Невнятно, – подтвердил невольник.

– Этого будет достаточно, распрями-ка ему пальцы, похоже у него слишком много ногтей, – Ашиль схватил со стола щипцы и тиски.

– Уверен в детстве ты отрывал, головы голубям, мой милый Ашиль, – наместник вытер пот со лба.

– Нет, что-ты, – чернокнижник предвкушающе улыбнулся хватая жертву за пальцы. – Я их откусывал.

Никакие пытки результатов не дали, Ашиль преисполненный негодования, забил жертву до смерти кнутом, а маг огня старательно сжег тело дабы замести следы. Невольники убрались в пыточной и уже собрались было уходить, как Ланс вдруг перегородил дорогу Сардахе.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Мне, кажется, нужно тебе расслабиться, мой господин, – заявил невольник.

– Не понимаю, – нахмурился Сардаха.

– Абсолютно согласен, – заговорщицки прохрипел Ашиль. – Ты слишком напряжен, мой друг Сардаха, нужно тебе отпустить контроль, побыть в шкуре невольника. Это иногда приятно, приятно, когда от тебя ничего не зависит.

– Позволь выбить из тебя всю дурь, господин, – серые глаза Ланса смотрели насмешливо.

Ашиль вдруг грубо толкнул Сардаху, так, что тот свалился на пол. А Ланс выбрал кнут и передал его Эфре. У чернокнижника их было много. Маг огня чуть приподнялся, оперевшись о пол ладонями.

Эфра недоуменно посмотрела на Ланса. Наместник ошарашенно посмотрел на приближающуюся к нему девушку с кнутом в руках. Но как невольнице посметь так вести себя с господином?! Изумленно посмотрела на лежащего на полу Сардаху, тот ведь магию не включал... Маг огня был в сотни раз сильнее их всех вместе взятых, но он не только магически, но и физически похоже не планировал сопротивляться. Сидел на своем полу, испуганно глядя на кнут в ее руках.

Ох, Эфра тоже все поняла. Присела к Сардахе, обнажила его. Нагим, без дорогого шелкового халата стройный невысокий наместник валяющийся на полу выглядел таким беззащитным. Он беспомощно выставил руки, когда она зло ухмыльнулась и подошла на расстояние достаточное для удара.

– Я бы на твоем месте использовал руки, чтобы прикрыть кое-что ценное, – глухо выдал чернокнижник.

В последний момент Сардаха успел прикрыть пах. Кнут разрезал воздух и со страшным свистом обрушился на спину и ребра мага огня. Эфра с ужасом отпрянула, большой переплетенный из кожаных жил кнут выглядел устрашающе. Такой же был у Ланса, и маг-целитель немедля им воспользовался, ударив ее с другой стороны, как бы объясняя как действовать. Сардаха катался по полу, пытаясь уйти от ударов, но кнут, казалось, окружил его со всех сторон. Резал воздух, резал кожу, когда маг невольно подкатывался к истязательнице на расстояние удара, его отпинывали ногами. Сардаха рыдал, все лицо его было залито слезами, а когда кнут опускался на наиболее чувствительные места, истерично вскрикивал.

Когда она, наконец, устала истязать его, отбросила кнут, маг огня все равно продолжил плакать, судорожно всхлипывая. Эфра подскочила к нему. Вытерла пальчиками катящиеся слезы, схватила за предплечья, Сардаха зашипел от прикосновения к ранам, все тело его было исполосовано кнутами.

Эфра нежно поцеловала его, осыпала поцелуями, потерлась щекой, ласково вылизала. Смесь ласки и боли впрыснули в кровь какую-то странную эйфорию, мужчина задохнулся от восторга, смакуя необычные ощущения. Ведьма перекинула через мага ножку и медленно опустилась на него. Задвигалась, встретилась с Сардахой взглядом и ни на миг не разрывали уж они контакта.

Ланс приблизился к сношающимся и бесцеремонно вторгся в заднее отверстие ведьмы, теперь уж темп задавал он. Эфра повернула голову к тяжело дышащему Ашилю, севшему перед ней на пятки, без предисловий обхватила его большой ствол губами.

– Какая горячая у нас девочка, – довольно прошипел чернокнижник, кладя ей руку на затылок.

Как только мужчины почувствовали, что тело Эфры сотрясается от оргазмов, не стали уж себя сдерживать.

Утомленные событийным вечером Сардаха и его невольники повалились в кровать почти сразу же как пришли. И проснулись поздним утром, а не на рассвете как обычно. К тому же в магистрат сегодня Сардаха не собирался, а планировал отобедать с некоторыми чиновниками в чайной у Зачады, невольников взял с собой.

Чиновники расселись за столом, Эфра и Ланс сели на пол по обеим сторонам от Сардахи. Наместник благосклонно кормил их из своих рук, обсуждая всю ту же тему о перемещении городской стены. Вокруг них суетился сам Зачада, рыжий низенький маг. Не каждый день его скромную чайную посещает сам наместник. Лица за столом собрались все те же: казначей, инженер, архитектор, фортификатор, ну и собственно наместник.

– Так вот, – продолжал их нудное обсуждение инженер, – если тот ювелир согласится, основным алхимиком мне в помощь будет он. Но я бы не отказался, господин Сардаха, и от помощи твоей наложницы. С двумя алхимиками сниму часть стены предельно аккуратно.

– Да уж постарайся, – фыркнул главный архитектор. – Чтобы не было как с теми часами, что были когда-то у главных ворот Атебьера.

– А что с ними случилось? – инженер не знал этой истории.

Сардаха хотел их было перебить, чтобы не отвлекались от дела, но Эфра вдруг стиснула его бедро, а Ланс больно ущипнул. Или невольники его в конец обнаглели, и пора перестать их кормить, или историю про часы стоит послушать.

– Я тоже не знал, что там были часы, – изобразил интерес наместник.

– Я их не видел, – пожал плечами архитектор. – Их разрушили триста пять лет назад, а я живу в Атебьере лишь двести семьдесят. Слышал историю, тогда ее много кто рассказывал, что часы эти было принято решение снести. Прошлые архитектор и местный богатый оптовый торговец специями так ратовали за их снесение, все уши прожужжали наместнику того времени. Он и дал в конце концов согласие. Но при снесении часы разорвались магическим взрывом, то ли были зачарованы, то ли сами по себе были артефактом. При взрыве погиб архитектор и тот богатый оптовый торговец, хотя стояли далеко от эпицентра. А больше никого не задело.

Наместник чувствовал, что Эфра продолжает давить ему на бедро, а Ланс исподтишка щиплет его. Чего они так привязались к этим часам?

– Ну что же ты так, шлюшечка моя, беспокоишься? – благодушно посмотрел на невольницу Сардаха, чтобы как-то ввести ее в беседу с чиновниками. – При сносе стены такого не произойдет, она, конечно, зачарована, но мы предварительно все снимем, не будет как с часами. Что не так?

– Мало ли, господин, боюсь я этих магических взрывов, – Эфра покорно опустила глаза. – А про часы мы эти случайно прочитали в библиотеке, когда ты послал нас искать информацию про опыт выведения подземных рек наружу в других городах, – повернула к нужной теме девушка. – Увидела книгу про достопримечательности Атебьера, залюбовалась. Часы там описывались как одна из главных достопримечательностей города, написано было, что они были выполнены в виде небольшой башенки, стоят напротив главных ворот, интересной особенностью их является то, что всегда они отстают на одну минуту. С ними возились и часовщики, и другие маги, все кому не лень, пытались исправить часы сначала физически, а поняв, что дело не в физике, но в магии, пытались исправить магически, но ничего не выходило. Так они и шли, показывая время всегда на минуту назад, и стали своеобразной достопримечательностью, с такой вот странной изюминкой. Мы с Лансом пошли потом посмотреть на них, но не нашли. Книга была новая, но о в ней не писалось, что часы разрушили.

– Зачем же было разрушать? – задумался казначей. – Неплохая такая достопримечательность.

– Сами создали, сами и разрушили, – пробурчал духанщик Зачада, разливая чай с лемонграссом и розой по пузатым стаканам, он, обслуживая чиновников, крутился вокруг, все слышал.

– Сами создали? – вскинул брови Сардаха.

– Прости, господин наместник, само вырывалось, не хотел встревать в разговор, – испугано выпалил духанщик.

– Ну что ты, Зачада, – Сардаха даже улыбнулся. – Не первый день знакомы, можешь и ты высказать свое мнение, просто сплетничаем же. Так кто создал те часы?

Если бы не опыт рук, духанщик бы чай выплеснул, покосился на на удивление дружелюбного сегодня наместника. Видимо эта чувственная рабыня хорошо удовлетворяет его. Сардаха еще раз улыбнулся, пытаясь изобразить доброго малого. Ага, этот добрый малый пару месяцев назад лично казнил на площади с десяток горожан, обвиненных в тех или иных преступлениях, ну, просто темницу тогда решили разгрести, и наместник нашел удобный способ избавиться от хлама. Нужно было тогда хотя бы удовольствие от содеянного не так явно показывать... Ну что поделать молодой, наместник, неопытный.

– Так тот оптовый торговец специями и архитектор и создали. Архитектор был магом предметов артефактов), а торговец чернокнижником. Очень опытный был, надо сказать, маг, было ему на тот момент около двух ста тысяч лет, уж какие заклинания только не знал, – ударился в воспоминания словоохотливый духанщик. – Они любили одну прекрасную магичку, но та погибла. Так горевали они, и решили в память о ней поставить те часы напротив главных ворот, согласовали с наместником того времени. А потом вот согласовали и разрушение. Видимо тяжела была память о любимой.

Сарадаха позволил мужчинам посплетничать, а разговор о переносе части северной стены побыстрее свернул, сославшись, что много еще вопросов нужно обсудить с казначеем. Чиновники вскоре разошлись. Сардаха, Ашиль и невольники отправились в Южный парк, что находился недалеко от чайной Зачады. Парк славился небольшим озером и песчаным пляжем, на нем и расположился кватрумвират, заняв место под одним из навесов из пальмовых листьев. Эфра с интересом заметила, что загорать и купаться здесь было принято нагими. В южных государствах планеты были все же хоть какие-то принципы морали, в отличии от северных, где чуть ли не посреди улиц совокуплялись. А нет... иногда все же и прямо там совокуплялись. Юг был построже, хотя бы внешне кое-какие приличии соблюдались. Но Атебьер, судя по всему, был достаточно раскрепощен.

– Итак, – Ашиль со стоящим колом членом, привлек к себе Эфру поближе. – Расскажите все же чем вас так взволновали те часы?

– Я тоже не понял, – растянулся в тени навеса Сардаха. – Как эта история может быть по-вашему связана с магами подменышами?

– Часы, конечно, не маг, – заметил Ланс. – Но с ними история похожая. В новой книге, которая как упомянул библиотекарь, только вышла она из-под типографского станка, ни слова о том, что сия достопримечательность разрушена, да и Нарара, когда мы сказали, что пойдем на них смотреть не объяснил, что смотреть не на что. Мы тогда подумали, что что-то перепутали, и не нашли их. Может главными воротами раньше были другие. Но когда архитектор стал рассказывать, насторожились.

– Интересно, – задумался блондин. – А не наведаться ли нам сегодня в библиотеку? И как бы так незаметно подвести Нарару к разговору о часах? Жестко и прямо мы действовать пробовали и добились только того, что мне теперь сметчика нового искать. Давайте действовать потоньше.

Ашиль и Ланс ушли купаться в озеро, а Эфра прильнула к господину.

– Почему не пошла плавать? – лениво улыбнулся Сардаха, послеполуденный зной навевал дремоту.

– С тобой хочу побыть, мой господин, – потерлась щекой о гладкую грудь.

– Мне Лихи, владелец южного базара, предлагал за тебя большие деньги, – маг почувствовал как обнимающая его девушка вздрогнула. – Я отказал.

– А после, – во рту вдруг пересохло от волнения, – после того, как это дело будет распутано, тоже ведь не продашь? Даже если предложат очень много?

– Не продам, – серьезно ответил Сардаха. – Сколько бы ни предложили. Я ведь обещал. Но не в этом дело. Я пока сам себе не могу в этом признаться, но тебе откроюсь. Ты стала очень дорога мне, Эфра.

Мужчина зажал лицо девушки в ладонях, оставляя открытыми лишь губы, и бросился целовать, было горячо, влажно и так томительно в груди, никогда прежде не чувствовал маг такого томления, такого желания быть рядом. Не хотелось отпускать ее из объятий, но Ланс и Ашиль вышли из озера, и пришлось поспешить в библиотеку, пока не закончился рабочий день Нарары.

Библиотекарь суетился, вокруг наместника и главного казначея. Приносил запрошенные книги, с сожалением сообщал, что чай можно пить лишь в комнате отдыха. Не за книгами же!

– Ну что ж пойдем попьем с нами чаю, Нарара, – предложил Ашиль, вставая, и как бы невзначай перевернул страницу. – Ох, эти знаменитые часы Атебьера! Интересная штуковина.

– Весьма, – кивнул библиотекарь, сопровождая посетителей в комнату отдыха.

– Жаль, что отстают на минуту, – притворно вздохнул казначей.

– В этом их изюминка.

– Я люблю точность во всем, возможно в силу профессии, – улыбнулся Ашиль, усаживаясь на подушки.

– Да, согласен. Важно учесть каждый тарим*, но и время меж тем не менее важно, – Нарара разливал белый чай. – Каждая секунда важна. Однако часы ведь артефакт, артефакт починить сложно.

____

*Тарим и тар – денежные единицы Атебьера и Пустынных Огней.

_____

– Артефакт? – Ашиль, как и остальные, напрягся.

– Да только я не знаю... – Нарара вдруг встряхнул головой, как бы сгоняя морок. – А почему мы говорим о них так будто они еще стоят? Их ведь разрушили. Хотя я постоянно об этом забываю.

– Да, бывает... – неопределенно взмахнул рукой казначей.

– Ага, рассеянный я. Но почему-то все кто видел их в реальности, забывают иногда, что их разрушили.

– А что это был за артефакт?

– Если честно не понял даже тогда, чернокнижник тот отвечал всегда уклончиво. Я так понял, они должны были создавать особенную прохладу у главных ворот, словно тысячи вееров кружатся...

– Чернокнижник не маг воздуха, – ухмыльнулся архитектор.

– Да и торговлей специями сильный маг не будет зарабатывать, но было ему почти двести тысяч лет, – пустился в воспоминания Нарара. – За это время он приобрел колоссальный опыт, а главное знания. Многое умел.

– А часы бы у главных ворот не помешали, – задумался наместник. – И прохлада сразу при входе в город – хорошая идея! Скажи, Нарара, не осталось ли где записей о том как создавали артефакт, каких-то заметок архитектора и торговца?

– Странное дело, – с удовольствием вспоминал старые сплетни библиотекарь. – После того как разнесло магическим взрывом и архитектора, и торговца, сгорели их дома. Правда, есть один древний фолианта, которым они пользовались при создании артефакта. Торговец хотел его купить, предлагал мне за него дом в юго-восточной части. Но это самый ценный, самый древний наш экземпляр, привезенный когда-то с севера. Не продал, конечно. Да и разве можно продать книгу, – Нарара с благоговением кивнул на дверь, где хранились на полках его сокровища.

– А можно посмотреть нам сей фолиант? – мило, ну насколько мило могло выйти у Сардахи, улыбнулся наместник.

Нарара провел посетителей в специальную комнату, где хранились ценные фолианты. Выдал и нехотя удалился, так как нужно было заниматься работой. Фолиант был зачарован, иначе давно бы развалился от древности. Сардаха открыл книгу и уставился в нее недоуменно, такого языка он не знал.

– Очень древний мертвый язык, может прочесть лишь маг речей и чернокнижник, если знает определенные заклинания, – деловито потер руки Ашиль и уселся за чтение.