Текст книги "Кукла Буйного (СИ)"

Автор книги: Джулия Ромуш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 21

Как собираюсь и одеваюсь вообще не помню. Все как в тумане происходит. Буйный сверлит взглядом. Точно думает, что это я все подстроила. Серьезно? Он считает, что у меня связи такие есть? Иди что я со всеми спичками в мире договорилась? Ну смешно же.

Хотя... если с его стороны на все это посмотреть, то наверное и не очень смешно...

Запыхавшаяся, я смотрю на мужчину. А он как раз в эту минуту к двери отошел. Там ему охранник знаки какие-то странные подавал.

Я тут же напрягаюсь. Это меня касается? Опять все подозревают?

– Ты, может как-то время состыковывать будешь? – Долетает до меня фраза. Охранник пытается говорить тихо. Но я прислушиваюсь.

Сердце в груди барабанит. О чем он говорит? Что значит состыковывать?

– Ты на полставки советником устроился? – Эмир рявкает на него. Охранник аж немного назад подается. Тут же тушеваться начинает. Буйный злой. Это потому, что нас прервали? Или от слов охранника?

– Это я так... Просто предупредить....

Уже совсем другим тоном выдает Эмиру в ответ. Видно, что его нормально осадили. Я же напрягаюсь еще сильнее.

– Ну что так, кукла?! – Разворачивается в мою сторону. Я же стою в полной боевой готовности. Готова удирать отсюда на свободу

– Я уже все, – пищу в ответ.

– Смотри какая шустрая, ты бы трусы так быстро с себя сдирала, как нарядилась.

Буйный скалится. Взглядом меня буравит. Я же краснею с головы до пяток. Вот опять он. Снова про ту же тему.

– Если бы ты хоть немного с романтикой знаком был, может быть, и было бы как ты хочешь...

Скромно шепчу в ответ. Эмир хмурится. Ко мне идет. Я сильнее к себе рюкзачок прижимаю. Злой. Ой-йой.

– Намекаешь, что я не ласковый с тобой? Сначала справка, теперь херота с соплями розовыми?

– Все девушки романтику любят, – шепчу тихо. Краснею еще сильнее.

– На выход, – голос охранник подает, – Буйный, девку на улицу, ты в двор. Ты там уже минут пять как круги нахаживать должен.

– Завались, – Буйный рявкает в ответ. Да так грозно, что я на месте подпрыгиваю. – Значит, романтика? Я услышал. Только и ты, кукла, в виду имей, что за каждый выебон расплата будет.

Я не совсем понимаю. Точнее не уверена, что смысл всех слов растолковала правильно.

– Идти нужно....

Произношу неуверенно и в сторону выхода киваю.

– Везет тебе, Злата. Хуй знает с кем там наверху договорилась. Но фортует себе знатно.

– Угу, – лишь в ответ выдаю.

Меня наконец из камеры выпускают. Выхожу в коридор. Вижу, как охранник нервничает. С ноги ан ногу переступает. Скорее всего ему влетит за то, что Эмир опоздает.

И мне стыдно, что это все из-за меня происходит. Поэтому решаюсь на инициативу. Делаю шаг вперед. Сама к Буйному подхожу. На носочки становлюсь и целую. В губы. По-взрослому. Эмир ан секунду замирает. Как будто понять пытается подвох ил все по-серьезному. А после его ладонь мою ягодицы сжимает. К себе притягивает ближе. Его язык в рот проникает. Властно. Так что мурашки аж по коже бегут.

Я сама отстраняюсь. Поцелуй прерываю.

– Идти нужно, – хриплю. Эмир лишь в ответ кивает. Не знаю, что меня дернуло именно в этот момент в сторону посмотреть. В другой конец коридора. Сначала я думала, что мне кажется. Но после присмотрелась. И девушку там увидела. В свитере белом и деловых штанах. К ее образу как будто пиджака не хватало. Охранник моментально мой взгляд перехватывает. Бледнее за секунду. А после кричит своему напарнику, чтобы тот меня уводил. Я в шоке полном смотрю на девушку. Что она здесь делает? Кто это? Это к ней относится, что время состыковывать нужно?!

***

– Мне так жаль, – Настя тянется через стол, сжимает мою ладонь. – Бедная твоя сестрёнка.

У меня хватает сил только на кивок. Отворачиваюсь, пью горячий чай. Мне стало чуть легче. Я хоть немного выговорилась.

Всю ночь не спала. Разные мысли разрывали. И про сестричку, новые пьянки отца. И про Эмира. Кто была та женщина? Она к Эмиру пришла? Или к кому-то ещё?

Но особые условия были только у двоих заключенных. У Буйного и Дикого. Их не держали в одном крыле, развели как можно дальше друг от друга.

Так что не к Камилю она пришла.

А к моему Эмиру.

Вряд ли теперь так пожарные ходят. Разодетые и на каблуках всех спасают.

Я крепко сжимаю чашку, злюсь. Чертов Сабуров! Почему к нему всякие блондинки таскаются? Ну, кроме меня.

Я ничего не понимаю. Зачем тогда мужчина делал справку? Если он собрался спать сразу с двумя! Или это он так развлекался, пока я ему отказывала?

Боже, аж плакать хочется. Я часто вздыхаю, чувствую себя брошенной и преданной. Словно Эмир своим поступком всё хорошее разрушил.

– Эй, – Настя с тревогой осматривает меня. – Не плачь, ты чего. Уверена, ты что-то придумаешь. Поможешь сестре.

Мне так стыдно, дышать не могу. Девушка думает, что я переживаю о Катюше. А я тут страдаю от того, что сердце превращается в груду осколков.

Я не рассказала Насте про то, что произошло в колонии. Страшно произнести вслух, увидеть в её глазах жалость. Ведь тогда окажется, что я себе ничего не придумала, а всё правда.

Настя позвонила утром. Беспокоилась, что мне от Буйного досталось. И предложила встретиться. А мне так хотелось с кем-то поговорить, что я согласилась.

Алиса бы поняла меня лучше, я знаю. Во всём бы поддержала, она знает, как это расти с пьющим отцом. Но подруга всю ночь провела в участке, разбиралась с отцом, которого задержали за дебош в какой-то наливайке.

Поэтому я не решилась выгружать на Алису ещё и свои проблемы, у неё и так их достаточно.

– Такая малышка, а уже так не повезло, – продолжает сокрушаться Настя. – Хотя, повезло, наверное. У неё такая сестра. Ты так рассказываешь про Катю, что ясно – ты её очень любишь и поможешь.

– Я постараюсь. Я просто не хочу, чтобы Катя росла так, как я. У неё детство должно быть лучше моего.

– Уверена, ты сможешь ей помочь.

Я хочу, но не знаю как. Отец не позволит её забрать. Я могу только деньги сбрасывать и продукты привозить.

Вот только Буйный меня больше не отпустит. Внимательно будет следить, чтобы я из города не уехала. Единственный выход – рассказать ему правду.

Да, так и сделаю. Уверена, Эмир поймёт и пойдёт мне навстречу. Тем более, что теперь к нему всякие непонятные личности таскаются. Явно скучать не будут.

Я с грохотом опускаю чашку на стол, закипаю. У меня голова словно надвое раскалывается. Мысли попрыгунчиками скачут. Катя. Эмир. Буйный. Сестра.

Не получается сосредоточиться на одной проблеме. Всё смешивается, многотонным грузом давит на мои плечи.

– А забрать совсем никак? – спрашивает подруга. – Ну, чтобы она с тобой росла. Уверена, что твой Буйный мог бы посодействовать. Хотя…

– Что? – я напрягаюсь. Слишком резко замолкает Настя.

– Просто, он явно не тот, с кем ребёнка растить нужно. Представляешь, какое влияние он окажет? И явно не будет рад делить тебя с кем-то.

– Не делить. Я ведь сестру забрать хочу, а не любовника.

– Без разницы. Они все собственники, Злат. Во всём. Иронично, на самом деле. От других требуют полной верности, а сами…

– В каком плане? Договаривай!

Я вскрикиваю, а Настя явно тушуется. Пытается неловко перевести тему в другое русло, но я не позволяю. Сомнения и страхи возвращаются с новой мыслью.

Эмир не может… Просто не может быть с кем-то ещё. Изменять мне. Иначе зачем ему на романтику соглашаться? Подарки мне присылать.

– Слушай, это не мое дело, – Настя поджимает губы, взвешивает каждое слово. – Я не должна об этом говорить. Камиль не простит, что я рассказала кому-то.

– Он не узнает, – обещаю, подаваясь вперед. – Насть, а ты бы не хотела знать? Я никому не расскажу, но не молчи.

– Никому. Пожалуйста. Камиль с Буйным не дружат ведь. Вот они и следят друг за другом. Инфу собирают. Камиль упомянул как-то, что к Буйному постоянно девушка таскается.

– Дикий знает обо мне?!

– Не о тебе. Ему не интересно, с кем Сабуров спит. И я не говорила, что мы с тобой общаемся. Вот. Но… Мне Камиль это давно говорил, ещё месяц назад или два. А недавно добавил, что теперь две девки таскаются. Посмеялся, мол, хорошо, что со мной никакого графика не надо.

График. Время состыковать. Это врезается иголками в мозг. Посылает импульсы боли по всему телу. Хочется закрыть уши и не слушать то, что рассказывает девушка.

Внутри будто кислотой обливает от того, что Буйный мне изменяет. Как он мог? Почему?!

– И какой у неё график? – спрашиваю я не своим голосом. – Когда она приходит?

– Я не знаю.

– Знаешь!

– Злата. Ай, черт с тобой. Она ходит, обычно, в это время. В те дни, когда ты не приезжаешь.

Значит, она сегодня тоже у Буйного?! Раз вчера не получилось из-за пожара, то поехала к нему?

Я подрываюсь, эмоции бушуют внутри. Перед глазами встает прозрачная пелена из слёз.

– Злата, ты куда?! – Настя удивленно следит за мной.

Я? Я к Буйному. Узнаю, что происходит. Если он действительно с той блондинкой… В этот раз я специально что-то сожгу.

Или кого-то!

Глава 22

Вылетаю пулей из заведения. Настолько вся эта тема завела, что даже курточку на себя не накинула. В руках с ней выбежала. На улице ужасная погода. Под стать моему настроению. Холодный ветер хлестает по щекам. Немного отрезвляет. Возвращает в эту реальность.

– Злата, – позади раздается голос Насти. Закрываю глаза. Господи, да что со мной? Я веду себя непонятно. Даже для самой себя. Выбежала из кафе. Даже не попрощалась.

– Прости, мне подышать нужно было, – тихо выдаю в ответ. Выдыхаю. Пожар внутри меня разгорается все сильнее. Жжется.

Глаза на мокром месте. Неужели это все из-за него? Я так сильно отреагировала на ту девушку? Меня задело настолько, что я реально готова бежать к нему и устраивать разборки?

– Это ты прости, нужно думать что говорю, – Настя выдергивает курточку у меня из рук. Накидывает на плечи. Становится немного теплее. – Давай я тебя подвезу, куда тебе нужно?

У девушки извиняющийся тон. Ей стыдно. Хотя стыдно здесь должно быть только одному человеку. И он не среди нас. Кусаю губу. Молча смотрю на Настю. Подвезти? Куда? Если сердцем думать, то к Буйному. Задать в лоб все вопросы. Расставить точки по местам. А если головой, то домой. Потому что никакого разговора у нас не получится. Я ему лишь один вопрос успею задать как снова на столе или койке окажусь. Он же не разговаривает. Увиливает от всех вопросов. Хотя... в этой ситуации даже непонятно что более страшно. Если увильнет или правду ответит.

– Отвези меня домой, пожалуйста, – вздохнув, произношу. Никуда я не поеду. Хватит. Пускай к нему та ходит! В костюме! Гостинцы носит! Пускай ей свои справки показывает!

– Слушай, ну может они там просто болтают...

Произносит Настя спустя пятнадцать минут гробовой тишины. Я поворачиваюсь в ее сторону. Смотрю в упор. Даже не смешно. Я в такое не поверю. Болтает как с той медсестрой? Может, в карты играет?

– Ладно, ладно...

Девушка отводит взгляд.

– Спасибо, – произношу, когда ее машина недалеко от моего дома паркуется.

– Злат, давай так. Я не хочу, чтобы ты меня врагом считала. Я хотела как лучше. Чтобы честно. А получилось как всегда... Я если бы к тебе хорошо не относилась, то ничего бы не сказала.

– Я понимаю...

– Ты номер мой не смей удалять. И знай, что я хорошим людям всегда помочь готова. Твоя история с сестренкой меня очень зацепила. И то что ты хочешь ее спасти, прям за душу взяло. У меня детство тоже было не самое сладкое... У меня короче тема одна есть. Идея.

– Насчет моей сестры? – Хлопаю ресницами. Даже поверить не могу, что вот так быть может. Мы знакомы всего ничего, а она уже думает как мне помочь.

– Да, но пока ничего озвучивать не буду. Мне узнать все нужно. Удостовериться. После озвучу. Когда уверена буду.

– Я... я даже не знаю, что сказать... Спасибо...

– Ты нос главное не вешай. Все в жизни решаемо. И не все на Буйном сходится.

– Угу, – киваю в ответ и улыбаюсь.

Домой возвращаюсь в не таком подавленном настроении. Но оно все равно паршивое. Обидно до слез. Ну вот как он так мог? Зачем тогда подарки были? Слова его все? Зачем я ему вообще, если у него там очередь из желающих?!

А Буйный как будто чувствует, что что-то не так. Экран телефона загорается. Его имя мигать начинает. Утираю рукавом слезы и ставлю его вызов на беззвучный. Ложусь рядом с телефоном и наблюдаю как он мигает. Всхлипываю. Сердечко больно сжимается с каждым его новым звонком. Звонит и звонит.

После сообщение приходит. Новый приказ немедленно трубку взять. Я же упрямо отворачиваюсь от экрана. Не буду! Больше ничего с тобой не буду!

Когда он снова звонить начинает, не выдерживаю и телефон выключаю. Нечего мне нервы мотать! Есть еще кому звонить! Пускай время зря не тратит! Там точно и ответят, и приедут!

Закутываюсь в свое теплое одеялко и отворачиваюсь к стене. Грустно. Обидно. Тоскливо.

Не знаю в котором часу я засыпаю. Еще долго всхлипываю и не могу остановить слезы. Телефон не включала. Боялась, что не выдержу и отвечу. А голос его слышать просто не могу. Больно.

Просыпаюсь я посреди ночи. В комнате темно. Открываю и закрываю глаза.

Не могу понять в чем дело. А после снова громкий стук. Да такой, что я чуть с кровати от страха не слетаю. Божечки, кто это? Люди Буйного? Он им дверь поручил мне вынести?!

К двери иду на цыпочках. Страшно до ужаса. Я только в глазок посмотрю и все. Открывать никому не буду. Пускай соседи полицию вызывают. Что это за беспредел?!

Даже дыхание задерживаю, когда на носочки становлюсь. К глазку тянусь. Страшно так, что я вся дрожу. Прислоняюсь к двери, в глазок заглядываю.

В первые секунды глазам своим не верю. Бред. Я сплю, наверное. Как такое вообще возможно? Отслоняюсь от двери. Моргаю. Снова смотрю. Да нет... Быть не может...

– Я слышу, как ты дышишь, кукла...

Грозно рявкает Буйный.

– Открывай или я нахер дверь эту вынесу. Обещаю.

И голос его. Мамочки. Как он вообще здесь оказался? Он что… с зоны сбежал из-за меня? От этой мысли внутри все холодеет. Вот это попадос.

Я дергаюсь, не зная, что делать. Впускать взбешенного мужчину домой – не самая лучшая идея.

Я прижимаю ладони к щекам. Лицо просто пылает от страха и смущения. Что же делать? А если я тихонько отойду и притворюсь, что меня дома нет?

– Кукла!

Буйный рявкает так, что я дрожать начинаю. Он ведь действительно тут. Сбежал из тюрьмы. Всё потому, что я не отвечала на звонки?

У соседей раздается какое-то бурчание. Кто-то кричит, проснулся из-за шума. За окнами звенит полицейская сирена.

Это за Буйным приехали? Так быстро нашли?

Я тут же подлетаю к двери. Дрожащими пальцами открываю замок, убираю цепочку. Едва удержавшись, чтобы не перекреститься, распахиваю дверь.

Эмир меня взглядом прожигает. Будто на месте готов убить. Я хватаю его за воротник футболки, затягиваю в квартиру.

Хотя, если бы Эмир не поддался, такую глыбу я бы не сдвинула.

– Скорее! – прошу, захлопывая дверь. Закрываюсь, выглядывая в глазок. На лестничной площадке никого нет. – Фух. Соседи тебя не заметили. Хорошо.

– Ты что-то попутала, кукла, – рявкает Буйный. – Ты меня должна бояться, а не соседей. Что за прятки устроила?

– Я… А что я сделала? Я ничего.

Лепечу, пока мужчина надвигается на меня. Хмурый, грозный. Всё его тело напряжено. Я сглатываю. Жалею, что закрылась. Сама себе отрезали пути отступления.

Пытаюсь сойти за дурочку. Вот как Буйный докажет, что я специально сбрасывала его звонки? Никак. Нечего меня тут запугивать.

Но я всё равно сжимаюсь, когда мужчина оказывается рядом. Сдавливает мой подбородок, наваливается всем телом. Разом весь кислород из лёгких выбивает.

– Какого хрена не отвечала? – скалится, наклоняясь. – Я тебе пацан с района, чтобы меня динамить?

– Не знаю, – качаю головой, натыкаюсь на предупреждающий взгляд Эмира. – То есть, я никаких пацанов с района не знаю. А ты постоянно про них говоришь. Поэтому я не знаю, что с ними делают. А я спала просто! Не слышала. А ты звонил, да?

– Я на лоха похож, Злата? Ты телефон вырубила.

– Разрядился, наверное. Бывает. Неудобненько получилось.

Я сейчас не рискую вспоминать про другую девушку, которая к Буйному таскается. Понимаю, что не лучшее время для моей ревности. Вряд ли мужчина примет такое объяснение.

Сабуров весь взвинчен, на переделе. Кто знает, что спусковым крючком послужит? А я пока не хочу нарываться.

Тем более что из-за моего игнора Буйный ко мне примчался. Сбежал из тюрьмы, чтобы увидеться.

Такого романтичного жеста никто для меня не делал!

– Тебе надо уйти, – произношу в панике, когда вой сирен приближается. – Сейчас же.

– Ты мне диктовать условия вздумала?

– Нет, но… А вдруг полиция сюда нагрянет? А ты тут. Из тюрьмы сбежал. Тебе прятаться надо.

– Бля, кончай заливать. Ты меня отсюда не выпрешь, даже не надейся.

– А как же колония? Заключение. Ты не мог просто уйти.

– Считай, у меня был разовый пропуск. Я им воспользовался.

– А так можно?

Эмир смотрит на меня с усмешкой, чуть качает головой. Нельзя. Только Сабурову разрешили. И он этот пропуск на меня использовал?

Улыбка сама лезет, внутри разливается приятное тепло. Мужчина беспокоился обо мне. Лично приехал, чтобы увидеть. Это очень приятно.

– Чего лыбишься? – спрашивает все ещё зло. – Ты пиздец как влипла, кукла. Придётся отрабатывать все свои косяки.

– Поняла, – киваю медленно. Задержав дыхание, поднимаюсь на носочки. Касаюсь плеч. – Хочешь, я тебе кофе сделаю. Или накормлю.

– Тебе готовить запрещено. Вообще. Чтоб к плите не подходила вообще. Хватило мне твоих котячих котлет.

– Я случайно! Но кофе я умею готовить. Сделать?

– Сделай.

Великодушно разрешает Эмир. Я тут же выскользаю из его хватки, несусь на кухню. Дважды чуть не роняю чайник. Жутко волнуюсь.

Сирены достигают своего пика под моими окнами, а после неспешно затихают. Полиция мимо проезжает, в другое место спешит.

Сабуров на моей маленькой кухне выглядит странно. Не вписывается. Мужчина осматривает комнату, хмурится ещё сильнее.

Как теперь с ним себе вести, чтобы мужчина не взорвался? Я чувствую неприятную атмосферу. Воздух словно вибрирует вокруг, пропитывается злостью Эмира.

Я насыпаю две ложки кофе в кружку, когда со спины ко мне резко прижимаются. Крупные ладони фиксируют мои бёдра, не позволяя вырваться.

– Смирной будь, – прикусывает кожу на моей шее. – Чуть полапаю тебя. В оплату.

– Всего долга? – уточняю без особой надежды.

– Считай аванс даешь. Чтобы я прямо сейчас тебя не нагнул за хрень, которую ты творишь.

Рука мужчина забирается в мои пижамные шортики. Гладит сквозь белье, заставляя меня извиваться.

Эмир трогает настойчиво, сильно. Внизу живота давит привычным возбуждением, как спичка вспыхиваю.

Мужчина ласкает меня, а после резко сжимает грудь. Змейки болезненного удовольствия ползут по коже.

Я судорожно дышу, чувствуя, как в ягодицы упирается возбуждение мужчины. Нарастает постепенно, всё крепче становится.

– Эмир, – тяну я жалобно, хватаю воздух. – Мы не можем. Моя мама скоро вернется. Если она тебя заметит… Тебе уходить надо.

– Я уйду.

– Правда?

В сердце колит. Разочарование чувствую вместо облегчения. Он вот так просто сейчас уйдёт? Оставит меня одну?

Буйный отступает, я разворачиваюсь к нему лицу. Обнимаю себя за плечи, желая скрыть своё состояние.

– Переодевайся, кукла, – приказывает, осмотрев меня. – И шмотки собери.

– Зачем? – растерянно спрашиваю.

– Ко мне поедешь.

– Опять в колонию?

– Нет. Ко мне домой. У меня два дня самоволки. Проведем их с пользой.

Глава 23

Переступаю порог квартиры Буйного аккуратно. На носочках. Как будто по минному полю ступаю.

Мне стало не по себе еще когда я в машину мужчины села. В шикарную. Большую. Дорогую. После мы приехали к одной из новостроек. Самой элитной в нашем городе. Помню какой скандал был, когда стали цены на жилье здесь известны. Люди орали, что только бандиты себе такое жилье позволить и смогут.

В общем, чувствую я себя, мягко скажем, не в своей тарелке. Мой простенький образ смотрится здесь странно...

И опять в голове возникают вопросы. Почему я? Зачем ему сдалась именно я? Ведь он к другим привык. К дорогим женщинам. В брендовых шмотках. К, таким как та... что в тюрьму к нему пришла. Зачем меня сюда привез? И почему именно меня? Мог же ту позвать. Она бы сама приехала. За ней бы и ехать не пришлось. И Проблем бы никаких не было. Она и на шею сама бросится. Все позволит. И справку не спросит.

– Дохрена думаешь, кукла, – хриплый голос мужчины раздается над ухом. Буйный сжимает огромными ладонями мою талию. Подталкивает вперед. Заставляет проходить дальше на его территорию.

Кусаю губу. Как он понял, что я сейчас не молча его жилье разглядывала? Неужели, у меня все мысли на лбу транслируются?

– Голова трещит от твоих вопросов. По глазам вижу, что хрень всякую придумываешь. Себя накручиваешь.

– Ты можешь на зоне неплохой бизнес сделать, – выдаю тихонько, – предсказаниями заняться.

Ну раз у него третий глаз открылся, то зачем такому дару зря пропадать?

– Я на зоне другим заниматься собираюсь, – подталкивает меня к стене. Прижимает. Руками скользит по бедрам. Сжимает ягодицы. Я же упираюсь щекой в стену.

Зажмуриваюсь. Перед глазами снова она. Та женщина. Которая к нему пришла. Стоит. Смотрит. Я ее лицо хорошо запомнила. Глаза эти. Она наш поцелуй видела.

Мне так не по себе становится. Обида снова окутывает.

– Давай по-быстрому и я пойду? – Произношу бесцветным голосом. Все равно же не избежать, да? Он сейчас меня поимеет, а после забудет. Так зачем тянуть? Сейчас во всем и разберемся. Точку поставим и все. Будет дальше со своими бабами развлекаться. Я же ему интересна только тем, что отказываю?

– Значит, уже надумала что-то, – Эмир разворачивает меня к себе лицом. Я отворачиваюсь. Не хочу на него смотреть, – на меня посмотри.

Произносит сурово. Так, что мурашки ледяные на коже появляются. Я отрицательно головой мотаю. Не хочу. Ничего с ним не хочу.

– Я не хочу. Ты... ты... нечестно поступаешь! Обманываешь!

Начинаю тараторить. Пальцы Буйного сжимают мой подбородок. Он заставляет на него посмотреть. Я хочу спрятать глаза, потому что они покраснели. С минуты на минуту появятся слезы. А я не хочу, чтобы он видел меня такой.

– А теперь давай, по сути, разговаривать, – видно, что сдерживается. Хочет наорать или кулаком в стену ударить. А сдерживается, – по порядку все свои обвинения вываливай. И не юли, в игры эти я играть не люблю. Да и хуево это все закончится. По сути вываливай. По порядку.

– У нас с тобой уговор был, – всхлипываю, – что ты ни с кем... Ни с какими там медсестрами или еще кем. Что ты справку делаешь и ни-ни.

Мужчина хмурится. Взглядом прожигает. Снова начинает казаться, что кулаком в стену ударить хочет. Я вижу, как вздувается венка у него на виске. Он злится. Сам же захотел по факту. Вот я и говорю.

– Значит, в измене обвиняешь? – Рявкает мне в лицо. Я в стену от страха вжимаюсь. Но в ответ киваю. Обвиняю!

– Я видела ее, – громко заявляю. Подбородок выше задираю.

– Кого, блядь?!

– Женщину, что к тебе ходит! Когда меня уводили из-за пожара. Она стояла в коридоре. И тот охранник... он сказал, чтобы ты время как-то подбирал. Накладочка вышла...

Сама удивляюсь насколько в себя верю и все это дерзко и громко заявляю.

– ну охраннику допустим говорить больше не будет чем, – зло Буйный кидает, – зубы выбью, чтобы зря во рту не болтались. А баба та, это Ирина.

– Аааа... ну раз Ирина… то тогда никаких вопросов.

Пытаюсь его от себя оттолкнуть, чтобы отойти на безопасное расстояние. Вдохнуть нормально, но Буйный не дает. Снова к стене пригвождает.

– Не нарывайся, кукла. Я отчет давать ни перед кем не привык. И сейчас для тебя исключение делаю. Не язви, и так из последних сил держусь. Считай, что меня заводит то, как ты ревнуешь.

Впиваюсь зубами в нижнюю губу. От его слов почему-то становится очень жарко. Смотрит еще так... как будто взглядом насквозь прожигает. Значит все-таки объяснит кто была та женщина? С замиранием сердца жду его ответа. А внутри уже все трепещет. Если готов объяснять, значит я ему не равнодушна?

Я с замиранием сердца жду ответ Буйного. В висках пульсирует от нервов. Сердце совершенно перестает биться. Сжимается до крупинки, надеется на что-то.

– Это адвокатская девка, – бросает Эмир раздраженно. – Помощница какая-то моего адвоката. Бумаги иногда таскает.

– Помощница? – спрашиваю тихонько. – Всего лишь?

– Всего лишь, – передразнивает мужчина. – И чтобы я этой хуйни не слышал больше, кукла. Пустые обвинения терпеть не могу.

– Но я же её видела.

Шепчу тихонько, а внутри как натянутая струна лопается. Бьет по внутренностям, заново дышать учить. Я едва не пищу от радости.

Он ведь правду говорит, да? Не было у него с ней девушкой той ничего. Так не смотрят мужчины, которые в чём-то виноваты.

А в глазах Эмира пылает сплошная злость. Упрёк за то, что я вообще так подумать могла. И держит меня. Крепко-крепко, не вырваться. А мне и не хочется сейчас.

– Ты мне поэтому мозги ковыряла? – уточняет мужчина, сощурившись. – Устроила игру в молчанку? Со мной так не пойдёт, Злата. Выгребать будешь.

– Телефон сел, – продолжаю настаивать, стыдливо опустив взгляд. – И я спала. Вот.

– Дрыхла, значит? Ну, отдохнула. Теперь уставать будешь.

– Эмир, а ты… Правда с ней ничего не было?

– Бля.

Тянет протяжно, а после накидывается на меня. Сметает меня грубым поцелуем. Впивается. Жестко, сильно. Откровенно наказывает меня за произошедшее.

Рывком притягивает к себе. Набрасывается. Всю свою ярость в поцелуй вкладывает. Я вспыхиваю моментально.

Кожа покрывается огненными мурашками. Они бегают, оставляют ожоги по всему телу. Дыхание рвется, превращается в хриплые стоны.

Буйный прижимает меня сильнее, зажимает со всех сторон. Его ладони оказываются на моей попке, тянут к себе.

Это вызывает волну дрожи внутри. Возбуждение вспыхивает, пульсацией стекает вниз. Сознание медленно заволакивает туманом, только маленький огонек манит на себя.

Ничего у него с той девушкой не было. Настя ошиблась, она ведь не знает всей картины. А Буйный… Буйный, он здесь, со мной. Примчался, когда я всего один вечер его игнорировала.

– Я ради тебя, кукла, единоразовый пропуск использовал, – рычит, подхватывая на руки. – Что ты мне дальше мозги долбишь?

– Скажи, – прошу, хватаясь за его плечи.

– Не было. Довольна? Я блядскую справку делал. Похож я на дебила, чтобы похерить это? Ждал, когда у тебя пути отхода закончатся. И ты подо мной окажешься.

– А потом?

– Потом, кукла, посмотрим.

Я не успеваю осмотреть ничего вокруг. Эмир двигается быстро, вслепую ориентируется в квартире. Толкает дверь из красного дерева, вносит меня в темноту.

Два шага. Я лечу вниз, вскрикнув. Утопаю в мягком матрасе, облегченно выдыхаю. А через секунду меня накрывает тяжестью мужского тела.

Это приятно. Как будто какие-то инстинкты внутри просыпаются. Подсказывают. Я забираюсь под футболку мужчины. Провожу по твердым налитым мышцам.

Ловлю низкое довольное рычание. Эмир перебирается поцелуями на мою шею. Прикусывает чуть, а после своей лаской залечивает.

Мне удивительно хорошо, непривычно. И хотя с мужчиной мы уже кое-чем занимались, это всё равно ощущается ново. Каждый раз по-другому.

Глубже, откровеннее.

Неужели теперь всё случится? Ничего не помешает?

Мы только вдвоем. И впереди долгие выходные, которыми Буйный планирует с пользой воспользоваться.

Но…

Я всё порчу. Случайно.

Комнату заполняет бурчание живота. Такое громкое, что заглушает даже мой стон. Мы с Эмиром замираем.

– Прости, – шепчу, спрятав лицо в груди мужчины. Так стыдно. – Я просто…

– Список накатала? – бросает раздраженно. – Сто, сука, способов меня без секса оставить. Ты, кукла, удивительно способная.

– Я не специально. Просто весь день не могла поесть. Кусок в горло не лез. Из-за той девушки.

– Напрямую предъявы бросать не пробовала?

Эмир чуть приподнимается, мне сразу же становится холодно и неуютно. Я словно пьяная от его близости.

Хочу притянуть мужчину обратно, сказать, что это мелочь. Но звук повторяется. Я прижимаю ладони к животу, надеясь, что это заглушит бурчание.

Кошмар, как же мне стыдно! Самый неловкий момент в моей жизни. Буйный меня совсем катастрофой посчитает.

– Везение твое закончится, – предупреждает Буйный, доставая телефон. – И тогда сполна расплатишься. Я с тебя сутки не слезу, поняла? Давай, кукла, какой хавчик тебе заказывать? Что хочешь?

– Я сама могу приготовить, быстренько, – обещаю, подорвавшись. – Если у тебя продукты есть, то я могу…

– Ты если в сторону плиты посмотришь – я тебя выпорю. Сечешь?

– Я не так плохо готовлю! Дай мне шанс доказать тебе.

Мне обидно, что мужчина считает меня совсем неумехой. Я один раз облажалась, но ведь и не я готовила те котлетки!

А ресторан – там ещё разобраться надо почему загорелось. Я не одна на кухне работала!

Я загораюсь идеей переубедить Буйному. Хочется показать, что я не совсем пропащая. Гожусь не только на то, чтобы меня зажимать.

– Пожалуйста, – продолжаю настойчиво. – А давай поспорим? На желание. Я приготовлю нам ужин, и ты оценишь. Получится хорошо! Обещаю тебе. Проверим?