Текст книги "Кукла Буйного (СИ)"
Автор книги: Джулия Ромуш
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)
Глава 6
То, что Эмир больше не касается меня, это хорошо. Но всё равно как-то не по себе. Он посмотрел на меня и сразу передумал? Подумаешь, на мне старый лифчик. Но вполне приличный!
Божечки, о чём я переживаю!
Я со страхом смотрю на мужчину, пытаюсь понять, что произошло. А он весь какой-то бледный, посеревший. Расстегивает верхние пуговицы рубашки, часто дышит.
– Может, водички? – предлагаю несмело. Явно что-то не так. – Или…
– Захлопнись! – рявкает. – В качестве врача сегодня не ты будешь работать.
А после резко направляется к выходу. Стучит по решетке. Да так громко и часто, что у меня в ушах закладывает. Ошалело слежу за всем этим представлением.
– Давай быстрее двигай, – хрипит кому-то. – Открывай эту клетку, нахер.
Это моя фраза! Это я должна рваться из западни с голодным зверем, а не наоборот. Охранник заглядывает в камеру, странно косится на меня. В таком же потерянном состоянии.
А я что? Я вообще ничего сделать не успела.
– Девку никуда не отпускать, – последнее, что слышу. А после Эмира куда-то уводят, и я остаюсь в одиночестве.
Я продолжаю сидеть на столе, обнимаю себя за плечи. Всё произошло так быстро, что я даже сообразить не успела. Вот этот бандит ко мне пристает, а после – пытается сбежать.
Может, ему плохо стало?
Возможно довести зэка до инфаркта просто тем, что тебя раздели?
Я спрыгиваю на пол, кручусь, пока не замечаю зеркало. Уверенно направляюсь к нему. Хочу увидеть, что так напугало Сабурова.
Ну я ведь хорошенькая, не страшная, чтобы так бегать. Я даже похудела со всем этим стрессом. Грудь небольшая, но она есть. Приличный второй размер. С пуш-апом – даже третий получается.
Может Буйный поэтому разочаровался? Личная неприязнь к подкладкам?
Тем более, если я ему не понравилась, то зачем оставлять меня здесь?!
Минуты начинают тянуться вечностью. Никто не появляется, не сообщает, что случилось с Буйным. Будто обо мне совсем забыли. А если мне придется здесь ночевать? Я ведь не преступница какая-то, чтобы держать меня взаперти!
Я мерю комнату шагами, прислушиваюсь к тишине. Да что ж случилось-то? С сомнением поглядываю на еду, которую мужчина не успел сбросить со стола.
Принюхиваюсь, но пахнет вроде хорошо. И на вкус должно быть нормально, раз мужчина всё-таки съел немного.
Сама я пробовать не рискую, от греха подальше. Алису я люблю, но её кулинарные способности никогда не проверяла.
Эмир там вообще живой, хоть немного?
А если он умрет, меня посадят?
Убила заключенного – неплохой сюжет для новостей.
Через небольшое окно слежу, как садится солнце. Значит, прошло уже несколько часов. Что столько времени можно делать? Или Эмира в вытрезвитель забрали?
Может, ему совсем пить нельзя? А он хорошо к водке приложился, хотя и говорил, что она ужасная.
– Наконец-то, – выдыхаю, когда дверь открывается. Спешу на выход. – Я могу уходить?
– Не спеши, – охранник недобро скалится, не пропуская. – Выкладывай давай.
– Что выкладывать?
– Кто тебя нанял и чем ты Сабурова отравила?
Отравила? Я?!
Хлопаю ресницами, пока до меня медленно доходит смысл его слов. Боже, Эмиру действительно стало плохо из-за еды? Настолько, что меня теперь подозревают в покушении?
– Я… Эм… – неловко переминаюсь на месте, бросаю взгляд на лоточки. – Я ему покушать приготовила. Видимо, не очень хорошо получилось.
– Не очень хорошо? Буйный за жизнь сейчас борется. Личная просьба от меня – лучше вообще больше не готовь. Никогда!
Я обиженно вспыхиваю. Пусть готовила не я, но ведь подруга старалась! Подумаешь, не получилось идеально. Она ведь не для зэков готовила, кто же знал, что они такие слабенькие?
– Может, это не из-за еды? Он ещё выпил, – бесстыдно сдаю мужчину. Пусть ему штраф влепят, а меня оставят в покое. – Водку. Я одолжила её у знакомого.
– Какую? – я протягиваю охраннику бутылку, тот долго изучает этикету, брезгливо держит за горлышко. После качает головой. – Ты с бомжами дружишь или как?
– Да почему с бомжами-то?! Нормальная она.
Я знаю, что отчим Алисы пьет всё, что попадается под руку. Но он никогда ничем не травился, живее всех живых. Не могло же Сабурову стать плохо всего из-за одного глоточка?
Я нервничаю, одергиваю кофту. Сжимаю тонкую ткань, будто сейчас мою одежду заберут и выдадут тюремную униформу. И я сразу в колонии окажусь, потому что чуть не убила Буйного!
– Это всё я забираю, – выдает охранник в итоге. – Отдам доку, тот решит, чем именно ты траванула Буйного. Молись, чтобы Сабуров не оклемался.
– Может, наоборот? – уточняю растерянно. – Молится, чтобы ему полегчало?
– Не, девочка. Если он оклемается – Сабуров тебя лично четвертует. Лучше тебе к моменту, как он придет в себя, быть как можно дальше. Доходчиво?
– Очень!
– Тогда шуруй на выход.
Я практически бегу, сердце громко стучит в груди. Второй раз у меня получается ускользнуть в последний момент. Чудом спасаю себя и свою невинность.
Только вряд ли будет третий раз.
Думаю, мне стоит послушаться советов охранника и подруги. Спрятаться как можно лучше, пока меня снова сюда не привезли. Хватит испытывать судьбу.
Нужно сделать так, чтобы Буйный больше никогда меня не нашел.
Может, действительно уехать в другой город? Сабуров ведь не может следить за мной везде?
До дома я добралась только поздно вечером. В самом начале сил хватило только пулей вылететь с территории зоны. После я полностью потерялась. Сначала оглядывалась по сторонам, и в ужасе ждала, что сейчас ко мне подъедет уже знакомая машина. С амбалами Сабурова. И тогда меня повезут... как тогда сказал тот упырь? На круг? Ведь я подвела Буйного. Все сделала не так. Вряд ли теперь он станет за меня заступаться. Если даже тот охранник решил, что я подосланная. Что я хотела отравить. Божечки, что же теперь будет? Мне точно нужно что-то делать! Просто так сдаваться нельзя!
Я брела в полнейшем шоке и унынии до автобусной остановки. Я даже не смогла толком удивиться, что здесь такая имеется, так как была полностью погружена в свою печаль.
Но вот когда подъехал автобус, я правда удивилась. Потому что денег на такси у меня с собой не было. Тех копеек, что находились у меня в кармане как раз хватало на проезд в автобусе. И это было уже чем-то позитивным за весь вечер.
Еще я ужасно переживала за Буйного. Не то, чтобы я успела к нему прикипеть. Просто... а что будет, если он не оклемается? Меня посадят? Дадут срок за то, что отравила заключенного? Я просто не знаю как такие дела обстоят. Будут разбираться как я там вообще оказалась? Это же незаконно, правда?
– Девушка, с вами все хорошо? – Чужой женский голос проник в мое сознание, и я тут же резко дернулась. Я настолько не ожидала, что со мной кто-то заговорит, что чуть не завизжала от страха.
Рядом со мной на сидении сидела женщина. На вид ей было за сорок. Уставшая. С темными кругами под глазами. На голове косынка.
– Все хорошо, – прошептала в ответ, а женщина окинула меня взглядом и вдруг протянула носовой платок.
– Держи, у тебя слезы ручьем, – произнесла и вздохнула. А я же с удивлением обнаружила, что и правда плакала. И, судя по всему, уже долго.
– Спасибо, – поблагодарила в ответ и приняла платок.
– Надолго посадили? – Женщина посмотрела на меня таким взглядом, что мне вдруг стало не по себе. Во взгляде было столько понимания и сочувствия.
– Что? – Произнесла ничего не понимая.
– Срок мужику твоему большой дали? Первый раз небось на свиданку ездила? Судя потому как ревешь, то ты новенькая.
Она... она решила, что я к своему мужчине ездила на свидание? Только сейчас я поняла в какой именно автобус села. Здесь были одни женщины. Все поникшие. Несколько тоже плакали, те, что сзади сидели.
– Большой, – «наверное», – это я уже про себя произнесла. Я понятия не имею какой срок дали Буйному. И не на свиданке я была. Это больше на принудиловку смахивает.
– И дите, наверное, есть, да? – Женщина снова задала вопрос, а я протянула ей обратно платок. Меня здесь, кажется, за свою приняли, хотя я не из этой компании. Здесь все к любимым ездили. И явно они своих мужчин не травили. А я кажется себе на срок заработала.
– Кто? – Я совершенно не понимала, о чем мы говорили. Еще и смотрела на меня женщина так, что с секунды на секунду к себе притянет и обнимет как родную.
– Ребенок уже есть или только зарождается? – И взгляд на мой живот опустила. В этот момент я побледнела настолько, что даже живот свой от греха подальше обняла и закрыла.
– Значит ждешь дите. Ничего, мы тут все такие. У кого уже дети есть. Кто только родить должен. Мы тут все как одна большая семья. Все жены заключенных. Ждули.
– Угу, – все что смогла произнести в ответ. Это шутка такая или нет? Ждули? Значит когда я хотела на форумах почитать, то даже не понимала как близка к тому, что такие женщины существуют.
– Меня Зоя зовут, моему еще четыре года и три месяца сидеть осталось.
– Очень приятно познакомиться, меня Злата, – произнесла все в таком же шоке. – Зоя, а вы давно уже ездите мужа проведывать?
– Уже три года как, осталось чуть больше половины. Но ты не думай. Я его жду. Он способ нашел как мне и детям оттуда помогать. Подарки постоянные делает. Еще немного и мы получим разрешение на свидания в комнате. Мой как раз над этим работает.
– Это хорошо, – я совершенно не понимала как на подобное реагировать. Но сейчас точно для себя осознала, что у Буйного особые условия. Раз люди по три года таких свиданий ждут, как у нас были. И тут внутренний голос совершенно не вовремя подсказывает, что условия особые у Буйного были, в прошедшем времени. Потому что я понятия не имею что сейчас вообще с Эмиром. А что со мной его дружки сделают за то, что я возможно их главаря убила. Господи, и ведь никто не поверит, что это все получилось совершенно случайно.
Глава 7
– Тебе пиздец, Злат, – подруга повторяет те же слова, что недавно. Качает головой, поднимаясь. – Ты смерть ищешь или просто вдруг стала адреналиновой наркоманкой? Ты хоть понимаешь, что с тобой сделают?
– Мне уйти?
Нервно мну край юбки, поглядывая на подругу. Вчера я не решилась к ней зайти, не было сил. Всю ночь ворочалась, думала о Буйном.
Он ведь выживет, правда?
Пусть он и плохой человек, но не заслужил смерти. Тем более такой глупой.
Всё утро я ждала, что за мной приедут люди Сабурова. Или снова отвезут к мужчине, или куда-то в лес. Но никто не появился.
А вечером позвонила Алиса, пригласила к себе. Она себе места не находила от того, что произошло. И вот мы сидим у неё на кухне, когда я закончила свой рассказ.
Глаза у Алисы – два блюдца. Не каждый день твоя подруга бандита убивает.
Но я же не хотела!
Надеюсь, Эмир это поймёт и не станет на меня злиться.
А если я ему цветочки в больничное крыло отправлю – он смягчится?
– Я всё ещё не могу осознать, что ты всё это натворила, – произносит строго, лезет на верхнюю полку. За полузасохшим вазоном оказывается бутылка вина. – Ладно ресторан сожгла, но Сабурова отравить… Слушай, Злат, а ты точно не наёмница? У тебя явно талант.
– Ну хватит! – вспыхиваю пристыженно, пока Алиса разливает вино по бокалам. – Я же не знала, что с водкой что-то не так! Думаешь, я смогу людей Буйного отправить к производителю?
– Да всё нормально с водкой было. Это… – подруга мнётся, большими глотками пьёт вино. – Это котлеты, которые ты из холодильника взяла. Их давно выбросить нужно было.
– Испортились?
– Угу. Я их для котов дворовых покупала, но не было времени накормить, – добивает меня подруга.
– Хорошо, что не накормила! Котиков жалко.
А Сабуров…
Ну, оклемается.
Наверное.
С ним же всё хорошо, правда? Кошачьи котлеты – явно не самое страшное, что случалось с мужчиной.
И ведь в интернете ничего не напишут про Сабурова, и спросить не у кого. Мне бы только успокоить совесть, что я не навредила Эмиру. И тогда мне станет легче.
Только как это сделать?
Не ехать же к нему в колонию?
Я медленно тяну вино, пока Алиса накидывает разные варианты, как мне сбежать. Уезжать прямо сейчас – опасно. Наверняка за мной присматривают, сразу поймают.
Нужно сначала притупить внимание амбалов Буйного. Пусть думают, что я смирилась. А потом, когда смогу убедиться, что никакой слежки нет – сразу уеду!
Главное сделать это до того, как Сабуров в себя придёт. После поджога и отравления – вряд ли он будет очень нежным со мной. С другой стороны, может он решит, что от меня слишком много проблем?
Лучше от меня подальше держаться.
А я тем временем накоплю денег и весь долг выплачу понемногу. Нужно только найти новую работу. Только не в ресторане. И подальше от кухни.
Мы с Алисой несколько часов обсуждаем варианты. Сходимся в том, что мне нужно найти работу хотя бы для вида. А потом она попросит своего друга и тот отвезёт меня на другой конец страны.
Нужно продержаться всего неделю. Это ведь несложно?
Домой я возвращаюсь никакая. Мама что-то кричит, спрашивает про зарплату, но я отмахиваюсь. Падаю на кровать, чувствуя себя выжатой. Но мне ещё нужно в магазин за продуктами.
Я лезу в небольшую шкатулку, где храню всю свою заначку. Я не хотела брать деньги оттуда, мне ещё пригодится, когда сбегу. Но у меня остались одни копейки, другого выхода нет.
– Мам! – вскрикиваю, когда вижу дно шкатулки. Пустое. Там ничего нет. – Мам, где мои деньги?
– Ну чего раскричалась? Я взяла, – пожимает плечами, крутится возле зеркала. – Посмотри зато какие я туфли купила. Красивые же!
– Мне нужны мои деньги…
– Ничего, у тебя же скоро получка? Ну вот. Ты лучше подумай про то, что у твоей мамы свидание. Я, может, тоже счастливой хочу быть. Вот Стёпа точно мой вариант.
Мама постоянно мечтает, что найдёт себе богатого и успешного мужчину. Бегает на свидания, повторяет, что это тот самый. Вот и сейчас рассказывает про своего Стёпу.
А у меня ноги подкашиваются. Упираюсь ладонью в стену. Мир плывёт, а сердце громко стучит в груди.
Этого не может быть. Мама не могла…
– Ты вернёшь мне деньги? – спрашиваю с надеждой. – Мне, правда, очень нужно. Это вопрос жизни и смерти.
– Златка, кончай тут комедию ломать. Я тебя всю жизнь обеспечивала, ни копейкой не попрекнула! А когда маме что-то нужно, так сразу жалко.
– Ты могла бы хотя бы спросить…
– Зачем? Я знаю, где они лежат. Ну всё, мне пора.
Мама убегает, громко хлопнув дверью. А я сползаю вниз, ноги больше не держат. Я понимаю, что мама это всё не со зла, но...
Это были деньги на мой побег!
Я ведь теперь не смогу уехать из города.
Так как мама потратила мои последние деньги, мне пришлось прибегать к срочным мерам. Утром я снова попыталась у нее уточнить по поводу денег, но получила все тот же ответ. "У тебя скоро получка, Злат. Не насилуй мне мозг".
Обидно было до крика. Это же были мои деньги. Я откладывала их себе на зимнюю куртку и сапоги. Потому что старые совсем уже были негодные. На сапогах протерлась подошва. Курточка начала продуваться еще в прошлом году. Хорошо, что к концу зимы, и там уже было не так холодно. В этом году, я дала себе слово, что куплю новые сапоги, теплые и хорошо прошитые. И курточку. Я уже присматривала на сайте одну. Да, сейчас не сезон, поэтому и цены были божеские. И плевать, что вчера ночью я решила потратить эти деньги совершенно не на ту цель, на которую копила. Решила спасти свою задницу, чтобы было потом что курточкой прикрывать. Мама поступила очень подло и эгоистично! Она решила, что ее приоритеты стоят выше моих. Даже слезы на глаза наворачиваются от несправедливости.
Два следующих дня я бегаю по собеседованиям. Но если я куда-то прихожу, то там уже не нужны работники. Такое впечатление, что сегодня всем понадобилась работа.
– Вы нам подходите, – кивает женщина, а после внимательно смотрит на мои документы. – Злата Виноградова? Хм.
– Да, – киваю. – А что-то не так?
– Простите, я только вспомнила, что мы уже нашли официантку.
Управляющая проводит меня на выход, а после этого приглашает следующую кандидатку! Я смотрю на это растеряно. Как же так? Неужели…
Это всё Сабуров виноват! Я уверена на двести процентов. Неужели он решил все рестораны предупредить, что я могу сжечь ресторан?
Но я ведь всего один раз!
Маленький такой ресторанчик.
Крошечный.
Нельзя по одной ошибке судить человека.
Втянув сопли, я решаю не отчаиваться. Иду на работу, не связанную с ресторанным бизнесом. Как раз утром читала объявление, что в новую клинику требуются люди, которые будут раздавать листовки на улице. Да, зарплата небольшая. Зато каждый день, после отработанной смены!
– Работа по восемь часов, – парень напротив меня совершенно не выглядит заинтересованным в моей кандидатуре. Он вообще выглядит так, как будто его всё и все жутко достали. Ему бы выспаться не помешало. Вон какие круги под глазами.
– Хорошо, – согласно киваю. Восемь часов в день меня не пугают. В ресторане я и больше работала. Брала двойные смены.
– Нужно ходить в костюме зубной пасты. Будет жарко. Ныть и жаловаться нельзя, – мне кажется он скоро зевать начнет между словами.
– Хорошо, мне подходит, – снова согласно киваю. В этот момент парень даже поднимает на меня взгляд. Всматривается внимательно. Наверное, я первая, кто с таким энтузиазмом соглашается на эту работу. Но у меня выхода нет. А здесь меня, кажется, все-таки возьмут.
– Документы давай, – протягивает руку, я же даю ему паспорт. И ситуация снова повторяется.
– Злата Виноградова, у нас нет для вас работы, – протягивает мне паспорт обратно. Я же нахожусь в полнейшем ступоре.
– Вы же только что сказали, что вам нужен сотрудник, – в полнейшем возмущении выпаливаю в ответ.
– Мне нужен сотрудник, а не проблемы, забирайте паспорт и уходите.
Буквально силой впихивает паспорт в мою ладонь. Я же дышу как огненный дракон. Ну как так, то? Что за несправедливость?!
– Но почему?! Что со мной не так?! – Подпрыгиваю с места и кричу. Да, не самый лучший поступок для той, кто хочет устроиться на работу. Но мои нервы уже не выдерживают.
– Говорят, что от вас одни неприятности. Бизнес можете уничтожить как спичкой чиркнуть.
Мое лицо краснеет. Он специально именно такой пример приводит?! Что-то знает?! У нас есть общие знакомые? Божечки, это теперь весь город в курсе, кто Буйному ресторан сжег?
– Девушка, идите, я не возьму вас на работу! – Начинает на меня орать и мне просто ничего больше не остается, как плестись на выход. На глаза снова наворачиваются слезы. Обидно. Ужасно обидно. И еще... самое грустное, что даже если это и дело рук Буйного, то получается, что все честно. Он просто предупредил остальных, что я могу спалить их бизнес в любую секунду.
Выхожу на улицу. Всхлипываю. А после достаю телефон из кармана.
– Я проклята, – произношу сразу же как на том конце провода снимают трубку.
– Я так понимаю день не задался? – Алиска пыхтит в трубку.
– Этот день полнейшая катастрофа! – Мне срочно нужно кому-то поныть. Мне необходимо, чтобы меня пожалели. Может к бабке пойти? Пусть яйцом поводит. Может порча на мне?! Или кот черный дорогу перешел? Ну должно же быть какое-то объяснение всем этим неудачам. Это точно порча!
Следующий мой день проходит точно также. Я не отчаиваюсь и иду по работам, где даже документы не нужны. Да, по нелегальным. Я отчаянная. Но и там от меня шарахаются как от прокаженной. Еще и от Буйного нет никаких вестей. За эти два дня даже его бешеные псы не приезжали мне угрожать. А что если все-таки... Буйный того?
Глава 8
– Алис…
Я пытаюсь остановить подругу, но та не реагирует. Копается в моем шкафу, сбрасывает в сумку одежду.
Залетела с самого утра, не стала ничего слушать. Ураган, а не девушка. У меня даже в глазах начинает рябить, настолько она быстро двигается.
– Слушай, Злат, ты пыталась, – подруга вздыхает, продолжая собирать мои вещи. Сбрасывает всё подряд, даже мои детские футболки. – Работу не нашла, ничего не решила. Ты правда хочешь жизнью рискнуть?
– Но ведь всё образумилось.
– Я бы на твоем месте спряталась. Давно! Ты понимаешь, что раз за тобой не приезжают – дело плохо?
– Это ведь хорошо! Про меня забыли.
– Такие, как Сабуров, ничего не забывают.
Ну, он мог вполне забыть, что у него аллергия на кошачьи котлеты.
Раз до сих пор не оклемался.
А может ему память отшибло? Проснулся и забыл, что его ресторан пережил огненное закрытие.
Ведь если бы с ним что-то случилось, за мной уже бы пришли.
Оклемался – тоже забрали бы.
А так сплошной игнор моей персоны. Даже немного обидненько. Я разве не заслуживаю маленькой весточки, что с ним всё хорошо?
Это всё выглядит как затишье перед бурей. И непонятно в какой момент рванёт. Лучше правда уехать, но…
– У меня всё равно нет денег, – вздыхаю. У меня ни копейки в кармане, а маме плевать. Я пыталась попросить, но она лишь отмахнулась. – Я не могу уехать.
– Я одолжу. Я накопила немного, хотела летом слетать на море, – Алиса отмахивается. – Не вздумай отказываться.
– Но…
– Потом вернешь, – предугадывает мои слова. – Всё равно небезопасно их дома держать. Отец найдёт и пропьет мой отпуск за один вечер. Считай, что это такой депозит.
– Я обязательно верну!
Подскакиваю, бросаюсь к подруге. Она мне так помогла за последние дни, что я никогда не расплачусь с ней.
Мы с детства дружили, друг друга поддерживали. Пережили и влюбленность в одного мальчика, и запой родителей. Но именно в такие моменты понимаешь – насколько крепка наша дружба.
– Мой друг подвести не сможет, – Алиса недовольно хмурится. – Не в ближайшие дни. Поэтому берешь билет на автобус, поняла?
– Хорошо, – послушно лезу в интернет. – Есть завтра с утра.
– Завтра?! Слушай, подруг, а тебе точно Сабуров не понравился?
– Что?!
– Ну так «спешишь» сбежать, – пальцами делает кавычки в воздухе. – Такое впечатление, что наоборот хочешь к нему. Ждешь, чтобы тебя снова на свиданку отправили?
– Нет! Всё, на сегодня беру!
Возмущенно пыхчу. Алиса совсем с ума сошла! Можно подумать, кто-то бы по своей воле туда поехал.
Вспоминаю женщин из автобуса. Ладно, у них ситуация другая. Там любимый, семья, не бросишь же в такой ситуации?
А к Эмиру никто по своей воле не поедешь. Он же… Страшный! Пугающий! Содрогаюсь, стоит представить, что он с девушками на свиданке делает.
– Вот, – показываю Алисе. – Купила на десять вечера. Раньше не было.
– Я с тобой подожду, – подруга даже не спрашивает. – А то зная тебя, ты ещё что-то устроишь. Вдруг поедешь Буйного добивать?
– Это случайно было!
Возмущенно вспыхиваю, пока подруга заливается смехом. Ну что я могу сделать, если жизнь меня не любит?
К бабке сходить точно не помешает. Так, для галочки.
А то вдруг я в новом городе тоже что-то сожгу? Ещё какого-то криминального авторитета пришибу?
И будет в новостях: «Злата Виноградова – гроза всех бандитов. Грохнет и не заметит».
Мы с Алисой решаем отметить мой отъезд. Попрощаться, ведь неясно, когда снова сможем увидеться. Я убегаю в магазин за вином, подруга нарезает закуску.
Мы обустраиваемся в моей спальни, закрывшись, если вдруг вернется мама. Ей я ничего не говорила, не хочу пугать. Да и боюсь, что она что-то учудит. Мама такая же везучая, как и я.
Алиса вспоминает детские истории, я подхватываю. Вся тревога исчезает, я могу просто насладиться приятным временем с подругой. И плевать, что это последний наш день вместе.
Я не помню, когда мы с Алисой так собирались в последний раз. Шутили и не переживали ни о чём. Даже тема Сабурова сейчас кажется забавной.
– А вообще, какой он? – спрашивает подруга, подливая вино. – Очень страшный?
– Очень! – согласно киваю, голова немного кружится от выпитого. – И красивый. И грубый. Он такой грубый, Алис! И постоянно надо мной смеётся.
– Подлец!
Сознание медленно заволакивает дымкой. Я почти не пью, поэтому двух бокалов хватает, чтобы меня унесло.
Терпкое вино теперь кажется сладким, а на душе – легко. Все проблемы оказываются не такими и серьёзными. Почему я так переживала раньше?
– Может, мне ещё что-то ему отправить? – спрашиваю внезапно. – В качестве извинений. Пирожки, например.
– Вряд ли он их рискнёт попробовать, Злат.
– Я вкусно готовлю! Между прочим, я когда у бабушки готовила – её Лев с удовольствием ел. Только мясные, с капустой ему не нравились. Но я Буйному тоже с мясом приготовлю!
– Подожди, а разве Лев это не пёс?
– И что?
Мы смотрим с подругой друг на друга, а после заходимся хохотом. Меня трясёт, роняю голову на сложенные руки. Смех щекочет горло, не заканчиваясь.
Так хорошо, аж танцевать хочется. Но музыки нет – соседи снова хозяйке жаловаться будут. Зато я представляю, как избавлюсь от Сабурова и заживу в другом городе.
Устроюсь куда-то. И пойду на курсы танцев. И готовки, обязательно.
– Погоди ты, – подруга одёргивает меня, когда делюсь с ней планами. – Сначала тебе нужно уехать.
– И узнать, что случилось с мужчиной, – бормочу в бокал, допивая до одна. – Вдруг я его действительно убила? Я не хотела!
– Всё с ним нормально, я уверена.
– А если нет? – кусаю губу, поглядывая в окно. Совесть прогрызает насквозь. – Как мне узнать?
– Просто забудь! Ты же не можешь у него спросить. Поэтому расслабься. Если было бы что-то серьезное, то об этом сказали бы в новостях.
В моей пьяной голове зарождается план. Блин, почему я раньше не додумалась?
Едва не подскакиваю от вдохновения. Вот он – выход. Мне станет намного легче, когда пойму, что Сабуров не пострадал.
– Ты гений, Алис! Я так и сделаю – спрошу у Буйного!
– Он дал тебе свой номер? – подруга хмурится. – Разве заключённым можно пользоваться телефоном?
– Не знаю. Но зачем мне ему звонить? Я прямо сейчас поеду и узнаю, как он себя чувствует!
Решимости во мне еще больше, чем вина. Идея кажется просто замечательной. Только вот Алисе кажется это все не нравится.
– Пошутили и хватит, – выдает подруга и смеется, – ну ты даешь, поехать к Буйному. А я еще и поверила.
Алиса снова смеется, а я прикусываю кончик языка. Я же не шутила, но подруге об этом сообщать не хочу. Может и правда идея плохая? Не стоит так рисковать?
– Я вот кстати просматриваю стоимость съемных комнат в твоем новом городе, – подруга подвигается ближе, в ее руке телефон. Разговор о Буйном автоматически уходит на второй план. Я делаю еще глоток вина. Мысли начинают путаться. Переключаюсь на разговор с подругой. Цифры немного расплываются перед глазами.
– Я как только приеду сразу работу найду, – говорю Алисе.
– Смотри, моих сбережений хватит на то, чтобы месяц снимать комнату и не сидеть там голодной. Так что у тебя будет время на поиск работы.
– Я уже говорила, как сильно тебя люблю? – Задираю голову выше, смотрю на подругу благодарным взглядом.
– Я это и без слов знаю, – Алиска прижимает меня к себе, – ты же мне как сестренка.
Я даже всхлипываю, потому что эмоции накатывают с головой.
– Вот же черт, – ругается подруга, а после я слышу, как играет музыка на ее телефоне.
– Что такое?
– Соседка звонит, – Алиса тут же подрывается на ноги. Каждая из нас знает, что это значит. Отец опять что-то натворил.
– Да, теть Зин, – Алиса принимает вызов и начинает расхаживать по комнате.
– Прям совсем не в адеквате?
– Как в подъезде?
– Дверь подпер?
Вижу, как лицо подруги краснеет. Ей стыдно за отца. Ужасно стыдно перед тетей Зиной.
– Злат, мне бежать нужно, – Алиска заканчивает разговор и смотрит на меня.
– Конечно, опять отец?
– Представляешь, у него получка сегодня, и он опять все пропил. Упал мешком в подъезде, подпер тете Зине дверь. Той на работу в ночную смену, а она выйти не может из квартиры.
– Может я с тобой? Помогу тебе?
– Нет, я сама. Тебе уже выезжать скоро. Лучше пораньше выйди, на вокзале подождешь, чтобы не пропустить автобус. И Злата, не натвори глупостей, хорошо?
Подруга подходит ближе, обнимает и целует в щеку.
– Ты там как устроишься и я к тебе сбегу. Не могу я здесь уже, все поперек горла стоит, не жизнь, а просто какое-то выживание.
Алиска всхлипывает, а я ее по волосам глажу.
– Обязательно, мы вместе с тобой все сможем. И жизнь у нас будет другой. Мы сильные и вытянем.
Когда Алиска от меня уходит, я даже пускаю слезу. Настолько я сейчас уязвимая. Я и правда начинаю собираться. Продумываю все мелочи. Сбой случается на моменте, когда я перебираю свою аптечку. Хочу сложить самые нужные таблетки. Самые необходимые. Зависаю на баночке с но-шпой. Несколько секунд на нее смотрю, пытаюсь себя отговорить от глупой мысли. Я же обещала подруге. Но мысли о Буйном сами лезут в голову и отказывают уходить.
Я ведь только проверить как он. Убедиться, что с ним все хорошо. Успокоить свою совесть. Кто вообще знает какое лечение в тюрьме? Может у них и нет ничего кроме аспирина. О но-шпе вообще и говорить нечего. В небольшой пакетик складываю все таблетки, которые только знаю от отравления. Ну не могу я просто так уехать. И даже не попрощаться. А вдруг он там без меня и не выкарабкается?
Сама не понимаю почему меня так сильно туда тянет. В опасное место. Темное. К этому мужчине. Возможно мне и правда пить совсем нельзя.
Я собираю большой рюкзак. Упаковываю все вещи. Одеваюсь. У меня еще есть в запасе время. Я успею его проведать и сразу после на вокзал. Честно-честно.
Вызываю такси. Называю примерный адрес. Мужчина за рулем внимательно изучает меня взглядом. Наверное, знает, что за место по адресу находится. Думает не преступница ли я? А то вдруг сейчас его по голове чем-то огрею и машину отберу. Хочу пошутить, что я по другой части. Машину там сжечь, но вовремя прикусываю язык. Думаю, мужчине будет не смешно.
Он не довозит меня до самого входа. Высаживает метров за пятьсот. До огромной стены я дохожу сама. Несколько секунд мнусь на месте. Алкоголь из меня уже успел выйти. Так что смелости осталось не так уж и много.
Когда я уже практически готова убежать, сорваться с места и нестись в обратном направлении, железная дверь открывается. Делаю шаг назад. В проеме двери стоит уже знакомый мне охранник. Это же хорошо, да? Повезло с самого начала.
– Добрый вечер, – скромно пищу, – я к Буйному.
