Текст книги "Тайна Глен-роуд"

Автор книги: Джулия Кэмпбелл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

УЖАСАЮЩАЯ СЦЕНА

Воскресенье выдалось солнечным, прохладным, бодрящим, как и суббота. Трикси и Белка встретились у конюшни сразу после завтрака. Когда они надевали на лошадей седла и уздечки, Белка сообщила:

– Мальчики вчера сделали очень много. Они расчистили все тропинки, и Джим сегодня утром сказал, что не очень беспокоится за кормушки – те, что они осмотрели вчера, в полном порядке.

– Это хорошо! – обрадовалась Трикси. Она села на красивую молодую кобылу по кличке Сузи. Вообще-то это была лошадь мисс Траск, но та ездила верхом очень редко, и Трикси чувствовала себя хозяйкой Сузи.

Белка оседлала Звездный Свет и проговорила:

– Хорошая погода долго не продержится, Трикси. А если мальчики не успеют починить крышу до того, как начнутся дожди, слякоть и снег, то на клубном домике можно поставить крест.

Лошади ехали рысью по дорожке к той части заповедника, которая находилась за «Робином». Когда они проезжали мимо красного трейлера, Белка сказала:

– Я так рада, что трейлер наших молодоженов не пострадал от урагана. Представляешь, они приезжают, а их домик в таком же состоянии, как наш клуб? У Селии бы сердце раскололось на мелкие кусочки, да и у Тома тоже. О, Трикси! – в отчаянии произнесла она. – Я знаю, глупо так огорчаться, но всю мою жизнь, во всех загородных школах и лагерях я мечтала о клубе, где бы собирались мальчики и девочки, и… И вот клуб есть, но его сразу же разрушает ураган.

Трикси некоторое время ехала молча. Она знала, что Белка, которая была одинокой маленькой богатой девочкой до тех пор, пока Уилеры не купили Мэнор-хаус и не усыновили Джима, тяжелее всех переносит потерю клубного домика. Самое забавное, что захоти Белка новый, с иголочки, домик, ей стоило только обратиться к отцу, и она тут же бы его получила. Но никто из Куропаток, и прежде всего сама Белка, не одобрил бы этого. Оставалось надеяться, что мальчики успеют починить крышу до наступления зимы. Небо сейчас – хвала небесам! – ярко-синее, без единого облачка. Но на ноябрьскую погоду положиться нельзя. В День благодарения они могут проснуться и обнаружить, что на дворе снежная буря.

– Ледяной ураган, – печально сказала Белка. – Он может начаться сегодня вечером или завтра ночью. И если ветер станет сильнее, то…

– Ой, Белка! – перебила ее Трикси. – Ты совсем как Умная Эльза. Очень даже может быть, что все кормушки в полном порядке, и мальчики сегодня же вернутся к ремонту клуба. А мы займемся своим делом.

– Эй! – Белка вдруг остановила своего гнедого. – Мы же обещали мальчикам, что будем держаться знакомых троп!

– Ничего мы им не обещали! – возразила Трикси. – Они только пытались уговорить нас, чтоб мы пообещали. Неужели ты забыла? Но мы на это не пошли. Ой! – перебила она сама себя. – Я вдруг кое о чем вспомнила! Сейчас нам нужно быть по другую сторону от Глен-роуд. Я обещала папе заехать к мистеру Лайтеллу и купить воскресные газеты.

– Но, Трикси! – расстроилась Белка. – И как ты могла пообещать такую глупость? У нас же нет времени. Мисс Траск купит газеты и нам, и вам. Она же всегда так делает!

– В моей глупости есть смысл, – ответила Трикси. – Я хочу побольше разузнать о том странном человеке, которого мы видели вчера.

Белка беспомощно рассмеялась.

– Человек в красной кепке! Ты решила, что он браконьер? Ой, Трикс! Опять ты ведешь себя, как частный сыщик!

Трикси рассмеялась вслед за подругой.

– Конечно, глупо было бы подозревать его без причины. Но, Белка, на нем же были охотничьи сапоги!

Девочки пересекли Глен-роуд.

– Правда? – спросила Белка. – А я и не заметила – засмотрелась на дурацкий свитер и невообразимые шерстяные бриджи.

– Да, на нем были охотничьи сапоги, – повторила Трикси. – Я видела его след, когда рассматривала мышиную тропинку. Если бы мы с тобой были агентами ФБР, то смогли бы скопировать этот след и сравнить с другим, там, на развилке.

– Но мы с тобой не агенты ФБР, – справедливо заметила Белка. – И все-таки мне кажется, что браконьеры выглядят иначе. Они должны носить все зеленое, как Робин Гуд, чтобы их было трудно заметить в лесу. Ни один браконьер в трезвом уме не напялит на себя красную кепку.

– Напялит, – тихо буркнула Трикси. – Во время охотничьего сезона, когда можно охотиться на оленей, трезвомыслящие люди специально надевают красные кепки – чтобы охотники не приняли их за оленей и не подстрелили.

– Но мы же с тобой красных кепок не надели!

– Мы едем на лошадях. Как же нас можно принять за оленей?

– Это точно! – рассмеялась Белка. – Нас нельзя принять даже за кентавров. И все-таки мне по-прежнему кажется, что этот смешной дядечка вовсе не браконьер. У него не было ружья – это во-первых. Всего-навсего нес ящик с продуктами. Когда он прошел мимо меня, я сидела на лошади и поэтому видела, что там внутри – все самое безобидное: чай, кофе, сахар, соль, банки со сгущенным молоком, ну и так далее. Наверное, жена послала его за продуктами, и…

– Но он же нарушитель, – перебила ее Трикси. – Он зашел в чужие частные владения.

– Подумаешь! Может, он просто срезал путь. В этом нет ничего страшного.

– А где его дом? – спросила Трикси. – Я никогда раньше этого человека не встречала. Значит, он не наш сосед. А он вряд ли собирался тащить огромный ящик куда-то далеко.

– Может, они недавно здесь поселились – он и его семья, – предположила Белка.

– Это невозможно! – заявила Трикси. – Твой отец скупил всю землю в округе. Разве не так?

Белка кивнула.

– Но он может снимать у кого-нибудь дом.

– Здесь таких домов нет, – возразила Трикси. – Ты не хуже меня знаешь, что кругом только большие поместья. И люди живут в них не одно поколение. Им и в голову не придет сдавать дома. А если даже и придет, этот странный человек в жизни не сможет платить арендную плату, которую они запросят.

– Не знаю, не знаю, – сказала Белка. – Иногда люди сдают поместья, например, когда уезжают за границу. И ты сама прекрасно понимаешь, что о книге судят не по обложке. Я, правда, никогда не встречала двоюродного дедушку Джима, но ты же видела! Он был очень богатым человеком, а выглядел как самый настоящий нищий.

– Ты права, – согласилась Трикси. – Ой, Господи! – перебила она себя. – Собаки бегут. Разве они не с мальчиками?

Из леса выскочили Рэдди и Пэтч, спаниель Джима.

– Домой! – в один голос крикнули Трикси и Белка. Но собаки в ответ лишь жизнерадостно залаяли. Видно, они шли по следу и, поприветствовав девочек, продолжили свое занятие.

– Они бы нам пригодились, на случай если заблудимся, – сказала Белка. – Хотя я думаю, что дай мы лошадям свободу, они бы сами вывезли нас к дому.

– Земляничка, Юпитер и Леди именно так бы и поступили. Но Звездный Свет и Сузи не лучше нашего знакомы с этим лабиринтом. На них никто никогда не ездил по эту сторону Глен-роуд, – возразила Трикси.

– А мне все-таки кажется, что все лошади инстинктивно знают, где их дом, – как голуби, – задумчиво проговорила Белка. – Но давай лучше не будем полагаться на мои домыслы, раз мы не на Земляничке и Леди.

– Мы ни за что не заблудимся, если будем ездить только по большим тропам, – сказала Трикси. – Они всегда выходят на дорогу. – Несколько минут спустя перед ними замаячил маленький магазинчик на Глен-роуд, и она обратилась к подруге: – Знаешь, Белка, я лучше не буду показываться на глаза мистеру Лайтеллу. Он забросает меня вопросами про кольцо. Вот тебе деньги. Купи газеты и как бы между прочим спроси, что за человек был здесь вчера.

– Хорошо! – Белка соскочила на землю и вручила Трикси поводья. Вернувшись, она показала подруге сверток газет, перевязанных веревкой. – Мистер Лайтелл иногда бывает таким любезным. Видишь? Он перевязал газеты, чтобы было удобно везти.

– Дай мне. – Трикси потянулась за свертком. – Я сама их повезу. Ну а как насчет незнакомца?

– Его зовут Мейпенни, – ответила Белка, забираясь в седло. – И хочешь верь, хочешь нет, у него неподалеку отсюда есть земля – и он владеет ей с незапамятных времен.

– Это невозможно! – опешила Трикси. – Я его раньше никогда не видела.

– И тем не менее! Мистер Лайтелл говорит, он немного отшельник. Продукты закупает несколько раз в году. А живет совсем недалеко отсюда.

– О! – В голосе Трикси прозвучало разочарование. – Вот почему я о нем никогда не слышала. Значит, он не браконьер. – А потом она глубокомысленно добавила: – И все-таки странно, что я не знаю, где его дом. А ты знаешь?

– Понятия не имею! Мистер Лайтелл пытался мне объяснить, но ты же знаешь, как плохо я ориентируюсь. Он махнул куда-то рукой, но мы были в магазине, и я не поняла, куда он машет – на юг или на восток. В помещении трудно разобраться…

Трикси засмеялась.

– Это только нам с тобой трудно, а нормальным людям – нет. Ну да ладно, сейчас важно выяснить, чей след мы видели на поляне. Давай еще раз как следует рассмотрим его.

– Ну, раз мы с тобой теперь егеря, это даже входит в наши обязанности. Но если это след мистера Мейпенни, почему бы нам не успокоиться?

– Не его это след, – возразила Трикси. – Если у него есть своя земля, зачем ему шляться по заповеднику твоего отца? И к тому же, отшельники выходят из дома только, когда им это очень необходимо. Вот мистер Лайтелл – другое дело. Он считает, что его дряхлая Красавица должна разминать ноги каждый день – хоть в ясную погоду, хоть в дождь. Вот и приходится ему нарушать границы.

– Значит, – спокойно сказала Белка, – это след мистера Лайтелла. Ты же не знаешь точно, есть у него охотничьи сапоги или нет. Ты его видишь только в магазине, верхом на Красавице или в машине, но это вовсе не значит, что он никогда не гуляет по лесу. И если гуляет, в чем я не сомневаюсь, то непременно надевает сапоги – ведь здесь полно мокасиновых змей. И сапоги играют ту же роль, что и красные кепки. Нормальный человек не станет разгуливать по лесу без сапог в это время года.

– Не говори глупостей! – возмутилась Трикси. – Когда наступают холода, змеи впадают в спячку.

– Ядовитые змеи не впадают, – возразила Белка. – И это вполне уважительная причина, чтобы ходить по лесу в сапогах. Джим только вчера рассказывал мне, что как-то в январе на него напала ядовитая змея. Он был тогда маленьким мальчиком…

– Со мной тоже такое было, – кивнула Трикси.

Белка расхохоталась.

– Ты хочешь сказать, что тоже была маленьким мальчиком?

– Сорванцом, – улыбнулась Трикси. – Какой ужас! Мне еще целую неделю придется играть роль маленькой леди!

– Самое страшное впереди. – В глазах у Белки заплясали лукавые огоньки. – Мой кузен Бен приезжает сегодня днем, и тебе придется делать вид, что он – мужчина твоей мечты.

– Кошмар! Другого слова не подберешь, – вздрогнула Трикси. – Этот кретин! У меня при виде его глаза сразу скашиваются к носу.

Белка так расхохоталась, что чуть было не вылетела из седла.

– Не волнуйся! – наконец выговорила она. – Он любит тебя не больше, чем ты его, так что начни ты делать вид, что без ума от него, он ничегошеньки не заметит. В крайнем случае решит, что ты сумасшедшая.

– Я и есть сумасшедшая, – грустно сказала Трикси. – Совершенно безумная. На меня надо надеть смирительную рубашку. Зачем я все это проделываю? Ради Брайана, от которого ни разу в жизни слова доброго не слышала. Кажется, я приобретаю семейственный комплекс.

– Какой-какой комплекс? – не расслышала Белка. – Змейственный? Это значит змеиный? То есть ты то и дело шипишь как змея?

– Нет, я не о том, – стала объяснять Трикси, – хотя мне иногда и очень хочется зашипеть на Брайана, чтобы он перестал издеваться надо мной за ужином. У Брайана есть какая-то книжка по психологии, очень сложная. Я мало что поняла, но там речь шла о любви родственников друг к другу, в том числе и о братской любви. Но в моем случае можно говорить только о братской ненависти.

Белка сползла с лошади на землю – от смеха у нее началась чуть ли не истерика.

– Ты страдаешь всеми мыслимыми и немыслимыми комплексами, – стонала она. – Ой, Трикси, ты и твои братья такие замечательные! Вы зачем-то изо всех сил делаете вид, что ненавидите друг друга, хотя каждому встречному-поперечному ясно как Божий день, что Брайан, Март и Бобби тебя обожают – как и ты их!

Трикси слезла с лошади и вручила Белке поводья.

– У вас с Джимом то же самое, только опыта поменьше. Но ты скоро сама убедишься, что я права. Вот Брайан получит машину и тут же научит Марта с Бобби ее водить, а уж потом преподнесет мне один-единственный урок минут на пятнадцать.

Они подошли к развилке, и Трикси встала на колени, чтобы получше рассмотреть отпечаток сапога.

– Держи лошадей, Белка. А я пройдусь по этой вот тропинке. Должна же она куда-то вести.

– Она ведет в самое сердце лабиринта! – съязвила Белка. – И ты, подобно Тезею на острове Крит, обнаружишь там Минотавра – как в греческих мифах. А я буду твоей Ариадной. Но раз у нас нет клубка шелковых ниток, то сгодится шпагат, которым перевязаны газеты.

– Не говори глупостей! – нетерпеливо воскликнула Трикси. – Я далеко не пойду и не заблужусь.

Она пошла вперед по узкой тропинке и вскоре оказалась на другой полянке. И там перед ней предстала чудовищная картина. Она даже потеряла дар речи, просто стояла и смотрела, охваченная ужасом. Потом резко повернулась и побежала назад, к Белке.

БЕДА

– Белка! Белка! – Трикси задыхалась. – Случилось самое страшное! – Она упала на колени и закрыла лицо руками.

Белка быстро обмотала поводья вокруг руки и обняла Трикси.

– Ой, Трикси! – воскликнула она. – Я так и знала! Тебя ужалила змея!

– Нет, нет, – Трикси раскачивалась взад-вперед. – Со мной все в порядке. Это собаки… Белка, какой ужас! Даже выговорить не могу!

– Собаки! – переспросила Белка. – Они наткнулись на змеиное гнездо? Трикси! Пожалуйста, объясни мне, в чем дело! Рэдди и Пэтч ранены? Или они… мертвы?

Трикси подняла голову.

– Хуже, – печально проговорила она. – Потому что, если кто-нибудь узнает, что они натворили, их застрелят.

– Застрелят? – Личико Белки смертельно побледнело. – Но почему? Что они сделали?

Трикси перевела дыхание.

– Они убили оленя. Я видела, как они обнюхивали тушу. А вокруг кровь, кровь…

– Я сейчас потеряю сознание, – Белка спрятала голову между коленей.

– Не смей! – яростно крикнула Трикси, хотя сама была готова вот-вот упасть в обморок. – Мы должны прийти в себя и решить, что делать с тушей. Если мальчики наткнутся на нее, они тут же поймут, в чем дело. И тогда… Хотя они обожают Пэтча и Рэдди не меньше, чем мы… Ты же знаешь, какие Джим с Брайаном принципиальные. Даже Март будет с ними заодно – особенно теперь, когда оказался вроде как охотничьим инспектором…

– Но мы с тобой тоже охотничьи инспекторы. И мы обязаны доложить о том, что натворили собаки, – запричитала Белка.

– Нет, не обязаны! – твердо сказала Трикси, – Мы не видели, как Рэдди и Пэтч травили оленя. И скорее всего они больше не будут так делать. Поодиночке они на такое не способны. Весь этот ужас случился только потому, что они действовали заодно. Наверняка все началось как игра. Они, должно быть, преследовали оленя с самого утра, а затем, когда он выдохся, они… Ну откуда мы знаем, как все произошло, а, Белка? Если мы захороним тушу и больше никогда не выпустим собак вместе – такое не повторится.

– Ой! Господи! Я совсем растерялась, – пожаловалась Белка. – Я ненавижу, когда убивают оленей, но не могу ненавидеть собак, потому что они вряд ли понимали, что уничтожают такое удивительное создание. Но, Трикси, они же могут войти во вкус… Так всегда бывает. Джим с папой разговаривали об этом на прошлой неделе. А потом к Пэтчу и Рэдди присоединятся и другие собаки. И стая собак начнет убивать оленей – одного за другим, и в конце концов их всех придется пристрелить.

Трикси то ли вздохнула, то ли всхлипнула.

– Я не верю в это! – заявила она. – Так ведут себя только дикие собаки, потому что им приходится добывать пропитание. Ох! – вдруг воскликнула она. – И почему только я не подумала об этом раньше? Почему я сразу же не отогнала собак от оленя? Может, они теперь его раздирают.

Девочки стали свистеть, звать собак, и скоро те выбежали на поляну, виляя хвостами и явно надеясь на радостную встречу.

– Почему у них такой невинный вид? – спросила Белка.

– Потому что они и в самом деле невинны, – отрезала Трикси. – И не смей забывать об этом даже на одну-единственную минуту. До тех пор, пока кто-нибудь не докажет, что они виноваты, я буду подозревать браконьера, рыщущего по окрестностям. Это браконьер убил оленя! – Она взобралась на Сузи. – Белка, дай мне, пожалуйста, газеты. Сейчас мы отведем собак домой, а потом вернемся и закопаем оленя.

Они поехали легкой рысью, собаки бежали за ними. После долгого молчания Белка сказала:

– Если оленя убил браконьер, то почему мы не слышали выстрела?

– Потому что он стрелял из лука, – сквозь зубы ответила Трикси.

– А почему же тогда ты не видела стрелы?

– Не знаю! – крикнула Трикси. – Я же не всматривалась, а сразу убежала. К тому же олень и со стрелой способен пробежать не одну милю. Может, по дороге стрела сломалась.

– Я думала, на оленей охотятся рано утром, – продолжала Белка.

– Обычно так и бывает, – согласилась Трикси. – Но браконьер мог наткнуться на оленя лишь час тому назад. Он какое-то время преследовал его, а потом пристрелил.

– Значит, если это браконьер, – с надеждой в голосе сказала Белка, – то когда мы вернемся, туши на месте не окажется.

– Да, – кивнула Трикси. – Но на всякий случай придется захватить с собой лопаты.

Белка покачала головой.

– Если мы точно узнаем, что оленя убили собаки, нам придется все рассказать Джиму. Пока папа в отъезде, он – глава семьи. И он только посмеется, если мы просто заявим ему, что собак нужно держать взаперти. Потому что это невозможно. – Ее голос звучал все тише и тише. – К нам приходит столько народу…

– Я знаю, – так же тихо ответила Трикси. – Кроме того, мы не сможем взять заработанные деньги, если не донесем на собак. А без денег Брайан не выкупит машину. Ну почему жизнь такая сложная штука? – в отчаянии проговорила она.

– Я понимаю, каково тебе, – сочувственно сказала Белка. – Ты ведь любишь Рэдди сильнее, чем я Пэтча. Пэтч у нас совсем недавно, и не я его хозяйка, а Джим. Джим будет страдать не меньше, чем ты, Трикси. Если ему придется пристрелить Пэтча, он сам как бы умрет вместе с ним.

– Неужели ты думаешь, что я этого не понимаю? – сердито спросила Трикси. – Вот почему я не хочу, чтобы Джим вообще знал про оленя. А как же Бобби? Он чуть ли не молится на Рэдди! Как же я ему скажу, что он больше никогда в жизни не увидит любимую собаку?

И девочки залились слезами. Собаки остановились и сели, высунув языки. «Сейчас они такие веселые и счастливые, – подумала Трикси, – а что будет через несколько часов?..»

– Этого нельзя допустить, – всхлипнула она. – Ведь столько людей будет страдать. В первую очередь Брайан. Он скорее откажется от машины, чем от Рэдди. Даже Март согласится отпустить волосы до плеч, если это спасет Рэдди… – Трикси попыталась рассмеяться собственной шутке, но не смогла. – Мама с папой любят Рэдди как члена семьи. Да он и есть член семьи…

Белка закивала в ответ.

– И Пэтч тоже. Трикси, мы не скажем никому об олене. Уж лучше отказаться от работы и следить за собаками, чтобы это больше не повторилось. Если мы не позволим им гоняться за оленями, то все обойдется.

Трикси ожила.

– Хорошо, но давай не будем ничего предпринимать, пока не вернемся на поляну и не удостоверимся, что туша на месте. Я поскачу вперед, отдам папе газеты и попрошу его до нашего возвращения держать Рэдди дома. Папа все поймет. Он знает, что Рэдди – ужасный баламут. Папа очень хороший. Он не станет выпытывать, зачем мне лопата. Он поверит, даже если я скажу, что лопата нужна нам для игры в поло, а вместо мяча мы возьмем дикобраза. Как Алиса в Стране чудес.

Белка засмеялась, хотя и не очень весело.

– У Алисы был фламинго, и играла она в крокет, но я понимаю, что ты хочешь сказать. Ой! – оборвала она сама себя. – Дикобразы, и ежи, и мыши, и крысы, и даже муравьи! Ты понимаешь, о чем я, Трикс?

Трикси всхлипнула.

– Еще бы! Если мы не поспешим, от туши ничего не останется. Я, помнится, читала где-то, что муравьи обожают оленьи рога – приползают стаями и утаскивают их с собой; не успеешь чихнуть, как все вокруг чисто.

Белка сдавленно рассмеялась.

– Конечно, говоря по совести, надо было бы прямо сейчас вернуться на эту злополучную поляну, Трикс. Но в конце-то концов мы же не можем отвечать за все! Наша первейшая обязанность – объезжать заповедник по эту сторону Глен-роуд. А потом настанет время обеда, а потом тебе придется очаровывать Бена – ведь он приезжает в полтретьего. Так откуда же нам взять время, чтобы объехать заповедник по ту сторону Глен-роуд?

– Конечно, – с энтузиазмом поддержала подругу Трикси. – Тем более, что то, о чем мы так долго толкуем, вполне может оказаться, как бы выразился Март, несуществующим. Если мы спросим у него совета, он скажет, что все это плод моего буйного воображения. И, говоря по правде, я начинаю думать, что Март прав. Весь этот ужас я просто выдумала. – Она сунула газеты под мышку, и они с Белкой пожали друг другу руки. – Мне приснился страшный сон, как сказал бы Бобби. Ты согласна, мисс Уилер?

Белка отвесила подруге изящный поклон.

– Разумеется, мисс Белден. Встретимся с вами через десять минут у конюшни. – И она пустила лошадь рысью, а Пэтч побежал впереди.

Рэдди поспешил к дому Белденов, и Трикси направила Сузи следом. Вороная кобыла как будто чувствовала, что они с гнедым Звездным Светом составляют что-то нераздельное, что их нельзя вот так просто взять и разлучить. Но, к великому удовлетворению Трикси, Рэдди по отношению к Пэтчу таких чувств не испытывал.

«Они еще не спелись, – радостно думала она. – А поодиночке они не смогут убить еще одного оленя».

В глубине души Трикси была уверена, что браконьеры тут ни при чем. Конечно, оленя загнали собаки! И она знала: если подобное злодеяние совершится еще раз, собак ждет смертный приговор!