Текст книги "Черная моль (Черный мотылек) др.перевод"
Автор книги: Джорджетт Хейер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Мисс Бетти тоже хлопотала и делала все, что могла, лишь бы остановить кровотечение. Когда, наконец, они удобно устроили милорда, она опустилась на сиденье напротив и решительно встряхнула головой.
– Больше мы ничего сделать не можем, дорогая, хотя… Да, конечно, протрем ему лоб лавандовой водой. Боже милостивый, ну и удача! Должна признаться, сроду бы не подумала, что этот мистер Эверард способен на такое! Можно подумать, мы живем в каменном веке! Негодяй!
Диана пожала плечами.
– Я знала, что человек он ужасный, но чтоб настолько!.. И как, интересно, он мог узнать, что мы покидаем Бат, и почему перехватил нас так близко к дому? О, я уже никогда не буду чувствовать себя в безопасности!
– Чепуха, дорогая! Полный вздор! Ты же видела, как он удрал. Судя по всему, он все же сделал выводы, понял, какую ошибку совершил, попытавшись силой похитить женщину. Так что нам не о чем больше беспокоиться.
Заверив в этом девушку, она удовлетворенно кивнула и откинулась на подушки, наблюдая за хлопотами племянницы с немного насмешливым и понимающим видом.
Глава 12
МИЛОРД ДИКТУЕТ ПИСЬМО И ПРИНИМАЕТ ВИЗИТЕРА
Милорд испустил слабый стон и вернулся к жизни. Устало приоткрыл глаза, повернул голову. Немного удивился… Он находился в комнате, которой прежде никогда не видел, а у окна, занятая рукоделием, сидела маленькая старушка, лицо которой показалось отдаленно знакомым.
– Кто… вы? – спросил он и был раздражен тем, что голос его звучит так слабо, еле слышно.
Старушка вскочила и подошла к нему.
– Слава Богу! – воскликнула она. – Да благослови вас Господь, мальчик мой! Лихорадка, кажется, прошла… – она опустила руку ему на лоб и, улыбаясь, взглянула в удивленные синие глаза. – Холоден, что твой огурчик, мой дорогой! Какое счастье!..
Уже давным-давно Джека никто не называл ни мальчиком, ни дорогим. Он ответил слабой улыбкой.
– Я… ничего… не понимаю, – сонно пробормотал он.
– Ну и не морочьте себе голову. Спите.
Секунду он раздумывал над этим предложением. Оно казалось достаточно разумным, к тому же он чувствовал, что очень устал. И Джек со вздохом закрыл глаза.
Когда на следующий день он проснулся снова, стояло утро, и в окно врывались яркие лучи солнца, тут же заставившие его зажмуриться.
Кто-то бросился к нему, и он узнал ту самую пожилую даму, которая называла его «дорогим» и уговаривала поспать.
Он улыбнулся и высвободил из-под одеяла страшно исхудавшую руку.
– Однако все же кто вы? – несколько ворчливо осведомился он.
Мисс Бетти нежно похлопала его по руке.
– Все еще мучаете этим вопросом свою бедную голову? Я мисс Бетти, тетушка Ди… Хотя уверена, вы и понятия не имеете, кто такая Ди.
Тут к милорду начала возвращаться память.
– Так вы та дама в карете!.. Трейси… да, я помню…
– Не знаю никакого Трейси, но я действительно та дама в карете.
– А та, другая…
– Диана Болей, моя племянница, душенька. Скоро вам станет лучше, и вы ее увидите.
– Но… но где я, мадам?
– Ах, только не волнуйтесь так, мальчик мой дорогой!
– Мне уже тридцать, – запротестовал Джек.
– Никогда бы не подумала. Однако для меня вы все равно мальчик, – парировала мисс Бетти, и Джек рассмеялся. – Вы в доме мистера Болей, отца Ди и моего брата. Здесь и останетесь до полной поправки.
Джек приподнялся на локте, морщась от боли, которую вызвало это движение.
– Боже мой, мадам! И как долго я здесь? – спросил он.
Она нежно, но твердо заставила его откинуться на подушки.
– Лежите смирно! Самое милое дело, иначе вы только бередите рану. Завтра вот уже неделя, как вы у нас. Господи Боже, ну что так терзает моего мальчика?
Лицо Джека исказилось, на нем отразился ужас.
– Неделя, мадам?! Быть того не может!
– Но это такая же правда, как то, что я здесь, перед вами. Должна сказать, вы нас изрядно перепугали. Едва не умерли и все бормотали о каких-то Диках и Джимах!
Милорд настороженно вскинул глаза.
– О!.. Так я говорил?
– Говорил? Что ж, можно сказать и так, хотя, скорее, это походило на некую странную смесь всяких иностранных словечек и жаргона. Теперь же лежите спокойно и ждите, пока не придет доктор.
Какое-то время Карстерс лежал молча. Подумал о Джиме и губы его тронула улыбка. Лучшего наказания для него я не мог бы придумать, решил он, и тут же нахмурился. Бедный парень! Наверняка с ума сходит от беспокойства.
– Мисс… э-э… Бетти?
– Да? Как, вы еще не спите?
– Сплю, мадам? Ну, разумеется, нет! – с достоинством ответил он. – Я должен написать письмо.
– Нет уж, позвольте!
– Но я должен! Это страшно важно, мадам!
Она решительно покачала головой.
– Никаких писем пока мистер Джеймсон не позволит! – голос ее звучал твердо.
Джек беспокойно заметался по кровати, прикусил губу.
– Тогда я встану! – пригрозил он.
Через секунду она оказалась возле его кровати.
– Нет-нет! Ложитесь и будьте умницей!
– Не лягу и не буду умницей!
– Тогда я не позволю вам прикасаться к перу неделю!
Голос Джека обрел властные нотки, он грозно уставился на мисс Бетти.
– Мадам, я настаиваю, чтоб мне разрешили написать это письмо!
– А я, сэр, настаиваю, чтоб вы легли!
Он прикусил губу.
– Горе вам, если вы немедленно не принесете мне перо и бумагу, мисс Бетти!
– Но дорогой мальчик, подумайте хорошенько, вы же не сможете писать из-за руки!
– Смогу! – упрямо ответил Джек и откинулся на подушки с закрытыми глазами и тонкой страдальческой складкой, залегшей между бровей.
– Я же вам говорила! – с укоризной и не без торжества в голосе заметила мисс Бетти и стала поправлять покрывало.
Тут синие глаза открылись и с мольбой уставились на нее.
– Мадам, это правда очень важно…
Она была не в силах выдержать этот взгляд.
– Так и быть, – сдалась она. – Но вам я писать не позволю, это определенно… Можете мне продиктовать, а я напишу.
Лицо Джека прояснилось, он поднес ее руку к губам.
– Мисс Бетти, вы ангел! – воскликнул он.
– Ладно, сейчас приду! – и она поспешно направилась за пером и чернилами.
Вернувшись, она нашла Джека в задумчивости, нервно теребящим край простыни.
– Я готова! – объявила мисс Бетти.
– Благодарю, мадам. Вы очень добры…
– Чепуха!
Он тихо рассмеялся.
– Я хотел бы, чтоб вы написали моему слуге и попросили бы привезти мои вещи на ближайший постоялый двор…
– И не подумаю! Напишу, чтоб привез сюда.
– Но, мисс Бетти, я не вправе вторгаться…
– Вы уже вторглись! Вот уж действительно…
– Чувствую, что доставлю вам еще немало хлопот… – вздохнул Джек и увидел, как лицо ее осветила улыбка.
– Мальчишка! Так вы будете диктовать или нет?
– Слушаюсь, мадам. Нет, я передумал… Я напишу письмо другу. Итак, будьте любезны: «Дорогой Майлз… Верный своему обещанию… пишу тебе… на тот случай… если ты станешь вдруг беспокоиться… по поводу моего исчезновения… Чтоб ты знал… что нахожусь я…» простите, мадам, а где все-таки я нахожусь?
– Хортон-Мейнор, Литтлдин, – ответила она, продолжая строчить.
– Благодарю… «Имел несчастье поранить плечо в…»
– И руку, – тут же напомнила она.
– «И руку в стычке… И одна очень… добрая дама…»
– Нет, я отказываюсь писать эту ерунду! Одна из дам, которых я спас…
– Господи Боже, мадам, ну неужели вы собираетесь писать и это? – воскликнул Джек.
Она улыбнулась.
– Ладно, не буду. Напишу так: «Моя племянница пишет за меня это письмо…»
– Вижу, мадам, вы сегодня явно не в духе. Только и знаете, что дразнить меня! – укорил ее милорд. – Гм, далее… «когда отведешь Дженни в Тренчем… передай, пожалуйста, Джиму… чтоб он привез мой багаж… сюда и немедленно… Записали, мисс Бетти?
– Да.
– «Прошу передай… привет леди Молли… и прими мои извинения… и благодарность»… – он сделал паузу. – А теперь подпишите, пожалуйста, письмо инициалами «Дж. К» и адресуйте его сэру Майлзу О’Хара, Турз-хаус, Малтби.
– Сэр Майлз О’Хара? Так это и есть ваш друг, мистер… Мистер… не знаю вашего имени.
– Кар… – начал Джек и тут же прикусил язык. – Карр, – продолжил он невозмутимо. – Джон Карр. А вы знакомы с О’Хара, мисс Бетти?
– Я? Нет! А он приедет повидаться с вами, как вы думаете?
– Если вы позволите, мадам.
– Господи, ну конечно! Скажу Томасу, пусть едет и немедленно.
– Мисс Бетти, вы потрясающе добры. Клянусь, что никогда не смогу отблагодарить в достаточной…
– Господь с вами, мальчик!.. Однако, как вы себя чувствуете? Содрогаюсь при одной только мысли о том, что было бы с Ди, не поспей вы вовремя! Это мы никогда не сможем отблагодарить вас!..
Джек смутился и так и залился краской, совсем по-мальчишески.
– Вы преувеличиваете…
– Тс-с! Ложитесь-ка лучше спать и ни о чем не беспокойтесь, пока я не вернусь… И обещайте, что не будете вставать.
Он так и затрясся от смеха.
– Клянусь! Даже если вы никогда не вернетесь, буду лежать тихо, как мышка, и чахнуть, – но этих его слов она уже не слышала, поскольку с довольным смешком вышла из комнаты.
О’Хара явился только к концу дня и после короткой беседы с Дианой и ее отцом был препровожден в комнату милорда, где мисс Бетти встретила его приветливой улыбкой и глубоким реверансом.
– Вы не будете волновать мистера Карра? Обещайте, что… – но тут ее прервал голос милорда, слабый, но довольный.
– Входи, Майлз, и не слушай мисс Бетти. Она настоящий тиран и не дает мне мой парик!
О’Хара расхохотался и подошел к постели. Взял исхудавшую руку милорда в свою и с тревогой, хмурясь, заглянул ему в глаза.
– Вот сорвиголова! Неужто не мог найти лучшего занятия, чем ввязываться в драку и сводить своего слугу с ума от беспокойства?
– Так ты нашел Джима?
Обернувшись, О’Хара увидел, что мисс Бетти деликатно вышла из комнаты. Осторожно присел на край кровати.
– Угу. Как только получил письмо, тут же взял кобылу и… Ну и напугал же ты меня, Джек! Твоя лошадка его узнала, и я тут же сообразил, что это и есть Джим.
– Готов поклясться, ты не в восторге от Джима! – заметил милорд. – Он наверняка показался тебе туповатым.
– Сказать по правде, я подумал, что парень малость тронутый, и решил, что ошибся адресом. Однако потом все же удалось втолковать ему, что я говорю правду, и он взял кобылу и привезет тебе вещи вечером. Кстати, Джон, я рассказал ему о нашей встрече и о том, что пистолеты оказались не заряжены. И он признался, что то его вина, и ты бы видел, какая у него при этом была физиономия! Смотрел, точно побитая собака!
– Да уж, наверное. Послушай, Майлз, история вышла чертовски забавная.
– А что все же случилось?
– Как раз это я и собирался рассказать. Расставшись с тобой, ехал я себе тихонько примерно с час, как вдруг вижу: карету мисс Болей остановили три каких-то мерзавца. Они пытались втащить ее в другую карету, принадлежавшую джентльмену, который и руководил их действиями. Ну и, разумеется, я спешился и пошел посмотреть, что тут можно сделать.
– Короче, сунул нос не в свое дело. Один против четырех! И у тебя хватило духу атаковать их? Нет, ты настоящий безумец!
– Ну, конечно, будь ты на моем месте, то ускакал бы в другом направлении… или стал бы помогать негодяям? – таков был язвительный ответ Джека.
О’Хара хмыкнул.
– Ладно, продолжай, Джек. Я ж не говорил, что не хотел бы оказаться с тобой.
– О, это было бы замечательно! Думаю, мисс Болей уже поведала тебе всю историю. Но вот одного она сказать никак не могла, просто потому, что не знала… Не знала, что джентльмена, с которым я схватился, звали Бельмануар!
– Гром и молния! Герцог!
– Да, Трейси.
– Черт возьми! А он тебя узнал?
– Не уверен. Я был, разумеется, в маске, но он вроде бы сказал, что узнал. Как раз перед тем, как выстрелить.
– Вот грязный мерзавец!
– Гм… да. Что наводит на мысль, что он все же не узнал. Будь оно все неладно, Майлз, даже Трейси никогда бы так не поступил!
– Ты уверен? Тогда спроси меня. Этот Трейси способен на любую подлость.
– Но, дорогой мой, по подлости это превосходит все мыслимое и немыслимое! Как мог он хладнокровно выстрелить в человека, с которым охотился, фехтовал и… и… Да нет, ни один человек на свете не способен на такое!
О’Хара скривил скептическую гримасу.
– Раз ты сам не способен, это вовсе не значит, что жалкий негодяй, подобный Бельмануару, не решился бы.
– Никогда бы не поверил. Мы всегда были в дружеских отношениях, и если бы не Роберт… Нет, ни за что не поверю! И не говори ничего этим людям, О’Хара, ведь они не знают Дьявола. Из того, что лепетала тут мисс Бетти, я сделал вывод, что он представился им как Эверард. Он познакомился с этой девушкой, Дианой, в Бате, ну, ты сам знаешь, все его штучки. А она его отвергла, вот он и решился на похищение.
– Ну и подлая же натура, Бог ты мой!
– Да, что касается женщин, это да… А во всех других отношениях… он не так уж и плох, Майлз.
– Не знаю. Не очень-то хочется копаться во всей этой грязи, Джек.
– Ах, будет тебе. Все мы не святые, – тут Карстерс резко сменил тему. – Как Дженни?
– Малость похудела, видать, скучает по тебе. Оставил ее с твоим Джимом. Он, должно быть, скоро появится. Не станет терять времени даром.
– Я тоже не хотел бы. Бедняжка, он наверняка сходил с ума от беспокойства, гадая, куда же подевался его хозяин.
– Да уж. Весь прямо так и побелел, когда я сказал ему, что ты ранен. В лице ни кровинки, как у тебя.
Карстерс забеспокоился.
– А что у меня? Будь другом, Майлз, дай-ка мне вон то зеркало!
О’Хара рассмеялся и протянул милорду зеркальце, а затем наблюдал, как тот придирчиво и с некоторым недоумением изучает в нем свое отражение.
– Интересная бледность, друг мой, интересная бледность… Тем не менее, я рад, что Джим уже на пути сюда, – он встретился глазами с Майлзом, и губы его дрогнули. – Как думаешь, я человек тщеславный, а Майлз?
– Хватит тебе кривляться, Джон. Или сейчас в тебе говорит сэр Энтони Ферндейл?
– Нет. Думаю, это все же я. Видишь ли, когда человеку не на кого надеяться, кроме как на самого себя, уж он старается выжать из себя, что может! Просто тщеславие заговорило. Ладно, убери зеркало, будь любезен, смотреть на эту физиономию противно!
– К вашим услугам, милорд! – сказал О’Хара, кладя зеркальце на стол. – Кстати, как прикажете теперь вас называть?
– Джон Карр. Чуть не проболтался, но вовремя спохватился. Однако слышу, моя наставница возвращается. И Майлз…
– Да?
– Приезжай еще!
– Да скоро один мой вид тебе надоест, мальчик. Буду навещать тебя каждый день! Надоем до чертиков!..
– Спасибо. И надоесть мне не так-то просто… – тут он прикусил язык и отвернулся к стене, заметив, что мисс Бетти входит в комнату.
– Боюсь, вам придется оставить моего пациента в покое, сэр Майлз, – заявила она. – Он уже достаточно перевозбудился и должен спать, – она с тревогой взглянула на отвернувшегося к стене Джека.
– Устал, бедняжка.
Джек обернулся и улыбнулся ей.
– Нет, мисс Бетти, ничуть. Но знаю, вы мне все равно не поверите.
– Но, мальчик мой дорогой, известно ли вам, что под глазами у вас темные круги?
– Снова о моем лице! – вздохнул он и покосился на О’Хару. Тот поднялся.
– Вы правы, мисс Болей, мне пора. Могу ли я заехать еще, завтра?
– Конечно, – улыбнулась она. – Будем просто счастливы видеть вас.
О’Хара склонился над постелью.
– Тогда au revoir, Джек. Миледи, сладкая моя киска, шлет привет «кузену Гарри»!
– Вот оно что… Как это мило с ее стороны, Майлз! А ты передай от меня и поцелуй ее…
– Ага! – с угрожающим спокойствием в голосе воскликнул О’Хара. – И в какое же место должен я ее поцеловать?
– В ручку, от моего имени! – закончил Карстерс, весь так и трясясь от смеха. – Ну, прощай, мой друг, и спасибо!
– Мне за это воздастся! – оборвал его Майлз, поклонился мисс Бетти и вышел из комнаты.
Маленькая старушка деловито захлопотала у постели, поправляя подушки.
– Ну-с, теперь ваша душенька довольна?
– Чрезвычайно, мадам, и позвольте, поблагодарить вас за это. А мне скоро разрешат вставать?
– Гм!.. – с сомнением буркнула она и вышла, оставив Карстерса наедине со своими размышлениями.
Как и предполагала мисс Бетти, он немного подремал, но крепко уснуть мешало ноющее плечо. Он полулежал на подушках в не слишком удобной позе, с закрытыми глазами и залегшей между бровей страдальческой складкой.
Скрип открываемой двери заставил его встрепенуться и открыть глаза: повернув голову, он увидел Джима Солтера, стоявшего посреди комнаты. С тревогою всматривался он в лицо хозяина.
Милорд ответил ему суровым взглядом, и Джим приготовился к взбучке. Эта готовность, так явно отразившаяся на его лице, заставила сердце милорда растаять, и он улыбнулся.
– Я жутко рад видеть тебя, Джим, – сказал он.
– Вы… Этого просто быть не может, сэр! Ведь я… оставил ваши пистолеты незаряженными.
– Знаю… Весьма беспечно с твоей стороны, однако на твоем месте я, возможно, поступил бы так же.
Джим приблизился к кровати.
– Так вы прощаете меня, сэр?
– Ну конечно! Я в любом случае не стал бы стрелять в своего лучшего друга.
– Нет, сэр. Но от этого вам не легче.
– Да уж. И тогда я здорово рассердился… О, черт бы тебя побрал, Джим, ну не гляди на меня так! Я ведь еще не умер!
– Если… если б вы умерли, сэр, я оказался бы виноват…
– Вздор! Ведь у меня была шпага, разве не так? И ради Бога, не надо больше об этом. Вещи привез?
– Да, сэр. Этого больше не повторится, сэр.
– Конечно, нет. Как Дженни?
– Отлично, сэр. Так вы и дальше будете доверять мне свои пистолеты, сэр?
Карстерс застонал.
– Ну сколько можно? Это была случайность и я все давно позабыл. Вот тебе моя рука! – с этим словами он взял Джима за руку, и инцидент был исчерпан.
– А ты избавился от того чудовищного жилета, который пытался заставить меня надеть?
– Подарил его хозяину гостиницы, сэр.
– Следовало бы сжечь. Но возможно, он ему понравился?
– Очень понравился, сэр. Может, поспите теперь маленько?
– Если бы у тебя жгло плечо, как огнем, ты не стал бы задавать такие идиотские вопросы, – проворчал Джек.
– Простите, сэр. Что я могу для вас сделать?
– Сменить повязку, если хочешь. Эта такая неудобная, так и жжет.
Солтер без долгих слов принялся за дело и был так заботлив и осторожен, так старался не разбередить страшную рану, а на лице его отражались такое сочувствие и тревога, что Карстерс подавлял желание выругаться всякий раз, когда слуга задевал какое-нибудь особенно чувствительное место, и в конце вознаградил его улыбкой и удовлетворенным вздохом.
– Вот так гораздо лучше, – пробормотал он. – Ловкие у тебя руки, Джими.
Слуга так и покраснел от удовольствия, однако не ответил ни слова. Подошел к окну и задернул шторы.
Глава 13
МИЛОРД ОТКЛАНИВАЕТСЯ
После приезда Джима милорд быстро пошел на поправку. С каждым днем ему становилось все лучше, к вящему удовольствию доктора, не устававшего твердить мистеру Болей и мисс Бетти, что именно благодаря его искусному лечению пациент поправляется. Его идея лечения целиком сводилась к кровопусканию – процессу, которому мисс Бетти, после бесконечных споров и дискуссий с врачом, положила все же конец.
Сама она считала, что мистеру Карру стало лучше благодаря ее уходу и его собственному крепкому телосложению – и, по всей вероятности, была недалека от истины. Как бы там ни было, но не прошло и двух недель со дня первого визита О’Хара, как милорд уже стоял у зеркала, обозревая в нем свое отражение и придирчиво склоняя голову то на один бок, то на другой. В глазах его светилось беспокойство. Солтер тоже следил за ним с беспокойством, зная, что наступает критический момент. Его хозяин был для него своего рода загадкой: похоже, что важные в этой жизни вещи его ничуть не волновали, зато из-за каких-то галстуков или другой подобной ерунды он способен был буквально извести и себя и его, Джима.
Полюбовавшись на свое отражение несколько секунд, Карстерс нахмурился и обернулся через плечо.
– Я передумал, Джим. Надену, пожалуй, синее.
Солтер испустил вздох отчаяния.
– Но то, что на вас, очень идет вам, сэр, – выдавил он.
Джек упрямо помотал головой и сел.
– У меня выработалась неприязнь… нет, не неприязнь, самая настоящая ненависть к красно-коричневому. Надену синее.
– Ну вот, сэр, опять переодеваться! Да вы так устанете и не хватит силенок и с лестницы сойти. Помните, что говорил доктор.
Милорд с жаром отмел напоминание о докторе и его мудром совете.
– Ах, сэр, но…
– Доктор человек, конечно, полезный, Джим, однако смыслит в нарядах еще меньше тебя. Ему не понять душевных терзаний человека, вынужденного первый раз появиться в красно-коричневом…
– Но…
– Синий камзол с золотой отделкой.
– Сэр…
– Это приказ! Я настаиваю! Или синее, или ничего!
– Слушаюсь, сэр! – и Джим решительным шагом направился к гардеробу.
Когда наконец его светлость был одет и остался доволен своим нарядом, стоял уже жаркий июньский полдень, и мисс Бетти постучала в дверь, желая узнать, спустится мистер Карр или нет.
Карстерс поправил повязку и, взяв шляпу, немного нетвердой походкой направился к двери.
– Вам помочь, сэр?
Мисс Бетти присела в низком реверансе.
– Ах, мистер Карр!
Джон низко поклонился.
– Приветствую вас, мадам, – сказал он. – Я как раз собирался спуститься. Спасибо, Джим, – и он крепко оперся на руку слуги.
Мисс Бетти обошла вокруг него, громко выражая свое восхищение.
– Боже мой! Как же вы элегантны! Нет, я протестую, мне просто неловко!..
– Пустяки, мисс Бетти! Отчего это неловко?
– Оказывается, вы старше, чем я предполагала, – застенчиво ответила она.
– Помните, мадам, я ведь не пытался вас обмануть. Я человек пожилой и…
– Тридцать, надо же! – усмехнулась она и продолжала: – Идемте, дитя мое, и осторожней, там ступенька!
Внизу, у подножья лестницы стоял мистер Болей, мужчина среднего роста, тонкогубый, с серыми глазами. Он шагнул навстречу и протянул руку.
– Счастлив видеть, что вам лучше, сэр. Надеюсь, плечо уже не так беспокоит?
Милорд вежливо отодвинул Джима в сторону и пожал протянутую руку.
– Благодарю, сэр, почти не беспокоит. Однако мисс Бетти, истинный, как мне показалось, тиран по призванию, настояла, чтоб я носил эту несносную повязку.
Мистер Болей слабо улыбнулся.
– О да, она всех нас держит в ежовых рукавицах, не так ли, Бетти? Не желаете ли немного прогуляться по саду? Там, на лужайке, есть кресла, и там моя дочь…
Он махнул рукой в сторону двери, и Карстерс, обернувшись, тут же заметил Диану.
Девушка стояла на фоне темной зелени в янтарного цвета шелковом платье, отделанном старинным кружевом на рукавах и лифе. Волосы темные, словно ночь, над высоким белым лбом вьются мелкие кудряшки. Один локон, выбившийся из прически, спадал на плечо, остальные были подобраны под маленькую кружевную шляпку-кибитку, которая держалась на голове с помощью широкой ленты, завязанной под подбородком.
Джек все смотрел и смотрел, Диана же в свою очередь разглядывала его широко расставленными карими глазами, в которых читалась почти детская невинность. Затем веки ее дрогнули, загнутые вверх ресницы затенили бездонную глубину этого взора, а по щекам разлился румянец смущения.
Опомнившись, милорд раскланялся с изысканной учтивостью – так, как некогда учил его отец.
– Любовь моя, прошу, познакомиться, это мистер Карр…
Диана присела в реверансе.
– А это, мистер Карр, моя дочь Диана…
– Счастлив познакомиться с вами, мисс Болей, – сказал Джон и поднес ее руку к губам.
Тонкие нежные пальчики слегка дрогнули в его руке, розовые губки раздвинулись в скромнейшей и восхитительнейшей из улыбок, которые он когда-либо видел.
– На самом деле, сэр, мы уже знакомы. Я не из тех, кто забывает своих спасителей.
– Счастлив, что имел честь оказать вам услугу, мадемуазель. Поверьте, это действительно огромная честь – сразиться ради вас, – глаза его были устремлены на очаровательную ямочку, играющую у ее губ.
– Очень мило с вашей стороны, сэр. Однако, боюсь, мы доставили вам массу неудобств и… – она указала на повязку.
– Сущие пустяки, мадемуазель. Напротив, это я вам премного обязан.
Тут мисс Бетти не выдержала.
– Ну, довольно! От роду не слышала столь дурацкого обмена любезностями! Вы выглядите немного усталым, мистер Карр. Идите в сад, там можно отдохнуть.
Солтер шагнул к хозяину, но Диана остановила его, подняв пальчик.
– Не желает ли мистер Карр принять от меня руку помощи? – спросила она.
Джек покраснел.
– О нет, мисс Болей, я не имею…
– Ах ты, Боже мой, какие нежности! – воскликнула мисс Бетти. – Ну, довольно этих сюсюканий. Бери его под руку, Ди!
Мистер Болей к этому времени уже ушел. Его мир заключался в стенах библиотеки, и он никогда не покидал ее надолго. Вот и сейчас, улучив момент, когда сестра на него не смотрела, он тихонько удалился; обернувшись, мисс Бетти успела лишь заметить, как за ним затворилась дверь.
– Твой папа снова удрал! – объявила она племяннице. – Что за скучный человек, Бог ты мой!
Она последовала за молодыми людьми к лужайке и помогла Карстерсу усесться в шезлонг под огромным вязом. Под раненое плечо тут же подсунули подушку, под спину – вторую.
– Вы уверены, что вам вполне удобно? – заботливо склонившись над ним, спросила мисс Бетти.
Джек рассмеялся.
– Вполне. Благодарю, мадам. Однако, где же сядете вы?
– Я – вон в то кресло, а Ди – на подушку. Вот тут… у моих ног.
– Вижу, вами здесь правит железная рука, мадемуазель, – заметил Джек Диане и снова отметил дрожанье ямочки у губ.
– Да уж, сэр. И это весьма прискорбно.
Мисс Бетти хмыкнула и развернула пакет с мотками шелковых ниток, потом бросила его на колени племяннице.
– Будь умницей, помоги их рассортировать, птичка моя, – сказала она и достала вышивание.
– Позвольте мне помочь! – вызвался Джек.
Диана встала и положила свою подушку возле его кресла. Затем опустилась на колени и вывалила разноцветные мотки.
– О, это будет просто чудесно! Только внимательно отделяйте цвета. Вот, видите, это розовый, а это цвета семги, здесь палевая роза, тут бледно-розовый и красный… ах, места больше нет, придется положить красный вот в этот пакетик.
– Определенно, – согласился Карстерс.
– А другие цвета не будем сортировать, пока не покончим с розовым.
Она кивнула и склонилась над мотками шелка.
– А мистер Майлз сегодня собирался быть, мистер Карр?
– О да, мисс Бетти. Только теперь вспомнил, он действительно собирался заехать. Позвольте сделать вам замечание, мисс Болей. Ну зачем вы положили сюда этот моток? Он ведь тоном темней.
– Вовсе нет! Где еще один, с чем можно сравнить?
Карстерс вытянул длинную нитку и приложил к мотку. Две головы склонились над ним. Диана вздохнула.
– Вы правы, теперь вижу разницу. Но она едва заметна!
Мисс Бетти наклонилась к мотку.
– Господи, ну и глаза у вас! Сама я не замечаю ну абсолютно никакой разницы, – глаза ее окинули ряд мотков, разложенных на коленях милорда, обтянутых белым шелком.
– Мистер Карр, – сказала вдруг Диана, – позвольте спросить вас кое о чем… Ну, об одной вещи, которая меня удивила…
– О чем же это, мисс Болей?
– А вот о чем. Почему вы назвали мистера Эверарда месье le Duc?
Настала короткая пауза. Милорд заглянул в карие глаза с золотистой искоркой и нахмурился.
– Вот как? Разве я действительно назвал его именно так?
– Да, я совершенно точно помню. Вы, наверное, просто оговорились?
– Да, просто оговорился… Именно, мадемуазель. А вам не показалось, что в нем есть нечто… э-э… герцогское?
– Я вообще не желаю о нем думать! Я его ненавижу!
– Мне уже почти жаль этого мистера Эверарда! – заметил Джек.
Ямочка исчезла.
– Довольно невежливо с вашей стороны, сэр! – укорила она его.
– Вы знакомы с мистером Эверардом?
– Определенно видел его раньше, мадам.
Диана, закинув голову, вопросительно заглянула ему в глаза.
– Наверное вы не захотите ответить на этот вопрос, – медленно начала она. – Скажите, Эверард – его настоящее имя?
Милорд нервно вертел кольцо на пальце. Он не считал себя вправе раскрывать инкогнито Бельмануара, а если б даже и раскрыл, то вполне может оказаться, что тогда мистер Болей начнет его поиски. В этом случае и его, Джека, инкогнито тоже будет раскрыто. Он поднял на нее глаза.
– Простите, мадемуазель, но к чему этот допрос?
Диана кивнула.
– Так и знала, что вы откажетесь отвечать. Но я обнаружила нечто, что приведет вас в замешательство, – с этими словами она вскочила на ноги. – Пойду принесу, – и она грациозно заспешила к дому, а милорд провожал ее глазами.
– Теперь позвольте и мне задать вопрос, – услышал он голос мисс Бетти.
Он предупреждающе вскинул руку.
– Мадам, прошу учитывать мое слабое состояние! А что если я не вынесу напряжения? Вы об этом подумали?
– Подумала! Скажите, разве это нормально для джентльмена – разъезжать по дороге в маске?
Тут он рассмеялся.
– Нет, конечно, нет, мадам! Но ведь у джентльменов с большой дороги тоже бывают разные причуды!
Иголка, которую она держала в руке, так и застыла в воздухе.
– Что вы хотите этим сказать?
– Да только то, что я самый обыкновенный разбойник, мисс Бетти.
Секунду она молча смотрела на него, затем снова склонилась над вышиванием.
– А вы похожи…
Джек окинул удивленным взглядом свою стройную элегантную фигуру.
– Вот как, мадам? А я-то льстил себя надеждой, что не похож.
– Я просто пошутила. Не думаете же вы, что я поверила в этот маскарад, а?
– Боялся, что поверите, – вздохнул он. – Увы, что правда, то правда…
– О, вон оно как… А еще друг Майлза О’Хары, мирового судьи, и мистера Эверарда…
– По крайней мере последним знакомством гордиться особенно нечего, – ответил он.
– Наверное, нет. А моя Ди утверждает, что он какой-то знатный джентльмен.
– Думаю, ваша Ди слишком подозрительна по природе. Что заставляет ее так думать?
– Сейчас узнаете. Ди, дорогая, мистер Карр только что пытался уверить меня в том, что он разбойник!
Диана, улыбаясь, подошла к ним.
– Боюсь, он просто дразнит вас, тетушка. Вы помните этот предмет, сэр? – и она сунула Джеку в руку шпагу герцога Андоверского.
Карстерс взял ее и покосился на рукоятку. Затем поднял на нее глаза.
– Да, это его шпага. А я думал, она осталась на дороге. Возможно… Так это вы захватили ее, мадемуазель?
Она присела в реверансе и засмеялась.
– Вы удивлены, сэр? Вы требовали шпагу, полагаю, что заслуженно. Ну, вот я и захватила ее с собой.
– Страшно предусмотрительно с вашей стороны. Я уж и не надеялся, что о ней вспомнят. Очень признателен.
– Будьте любезны, выражайте свою благодарность сидя! – посоветовала мисс Болей-старшая. – Помните, это ваш первый день на ногах, и вы не должны переутомляться.
Джон покорно опустился в кресло и стал вертеть шпагу в руках.
Диана указала на позолоченную рукоятку.
– Если не ошибаюсь, сэр, там есть корона.
Глаза милорда проследили за тонким розовым пальчиком и остановились на гербе Андоверов. Как это похоже на Трейси – выставлять свой титул напоказ везде и всюду, даже на рукоятке шпаги!
– Да, – осторожно согласился он, – похоже на то…
– И это не стекляшки, а самые настоящие бриллианты! А вот это – рубин.
– Не стану спорить, мадемуазель, – снова согласился он.
