Текст книги "Библейская истина в современном мире (ЛП)"

Автор книги: Джон Паулин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Поквартирный опрос

Каким образом принцип вживания в чужие потребности действует в широком масштабе? Как может осуществлять этот принцип Церковь? В данном случае хочу предложить то, что я называю поквартирным опросом. Мы стучимся в двери по самым разным причинам. Так почему же не заняться поквартирным опросом? Можно просто выбрать определенный район или какой-нибудь особенный социально-экономический сектор, который в нем находится. Для того чтобы выяснить, какие потребности преобладают в намеченной вами социальной группе, сделайте небольшой обзор. Как только появятся результаты, важно на основании обратной связи видоизменить структуру обзора, а как только очертится круг интересов, местная церковь или некоторые ее члены смогут определить нужды и потребности населения.

Однажды мы проводили нечто подобное в Южном Бронксе, о котором вы наверняка слышали. Это весьма примечательная часть Нью-Йорка, которая очень напоминает Сараево после артиллерийского обстрела. Мы проводили исследование в том квартале, где на улице валялся мусор, на пустырях – битое стекло; вокруг – сгоревшие дома и несколько высоток, которые еле держались. Мы шли по улице, пытаясь выяснить, чего хотят живущие здесь люди? Автор анкеты составил интересные вопросы, среди них был и такой: «Нравятся ли вам условия, в которых вы живете?» Все 100 процентов ответили отрицательно, им не нравилась окружающая обстановка. Следующий вопрос гласил: «Если бы кто-то решил заняться уборкой территории, вы бы ему помогли?» К нашему изумлению, на этот раз 90 процентов ответили утвердительно – и это в том районе, жители которого известны своей апатией.

Стоило ли в таком районе начинать евангельскую кампанию? Или, быть может, лучше было бы начать с другого: найти человека с поистине Христовым сердцем, который пришел бы в этот квартал и проникся его проблемами? Такой человек смог бы воодушевить других и заставить по-новому взглянуть на имеющиеся возможности: очистить пустырь, посадить цветы, позаботиться о безопасности и т.д. Это вполне возможно. Большинство людей сами боятся проявлять инициативу, но если кто-то начинает действовать, они присоединяются к нему.

Удовлетворение такого рода потребностей обычно порождает большое желание узнать, что еще церковь могла бы предложить. Подобная деятельность иногда чревата неприятностями, однако их не следует воспринимать как непреодолимое препятствие. Есть люди, которых Бог создал такими, что они не желают приниматься за дело, если в нем нет никакого риска или приключения. Независимо от того, в каком окружении вы работаете, проводя поквартирный опрос, вы все равно ищете благодатную почву, ищете людей, которые готовы принять то, что церковь может им предложить. И когда наконец выясняется, что людям нужно, Дух побуждает верующее сердце к определенным действиям.

Терпение

Когда работаешь с секулярными людьми, необходимо терпение. Нельзя ожидать, что переход из полностью секулярной обстановки в традиционно адвентистскую совершился бы за какие-то две-три недели: по своему опыту могу сказать, что на это уходит в среднем два года. В данном случае речь идет о долговременном обязательстве, и при некоторых обстоятельствах оно, наверное, больше подходит пресвитерам, нежели пасторам. В течение всего периода, когда человек учится жить со Христом, рядом должны находиться люди, которые устанавливали с ним отношения и которые могут помочь ему правильно настроиться.

Помню одну семейную пару, которую я крестил. Я совершал богослужение по случаю их свадьбы, а крестил их только через год. В день крещения члены Церкви были вне себя от изумления: они-то думали, что эти двое – уже давно члены Церкви. Эта пара была на празднике урожая, они во всем принимали деятельное участие, приходили на все молитвенные собрания – короче, были везде. В церкви они вели такую деятельную и заинтересованную жизнь, какую мог вести любой ее член.

Однако прошло два года, прежде чем они почувствовали, что ничто им не мешает окончательно выбрать Христа и сделать это именно в адвентизме. «Сначала мы хотим как следует все выяснить, – говорили они. – Мы не против стать адвентистами, но станем ими только тогда, когда во всем разберемся».

Общаться с секулярными людьми всегда нелегко. Однажды мой знакомый, работавший в компании IBM, принес мне журнал «Spectrum».

«Разве это имеет что-либо общее с адвентизмом?» – спросил он, протянув его мне. В этом номере в нескольких статьях обсуждалась неудача с Дэйвенпортом, а также другие, сходные проблемы Церкви. У меня тотчас душа ушла в пятки! Мне ничего не оставалось, как просто сесть рядом с ним и сказать: «Видишь ли, дело в том, что эта церковь несовершенна. Администраторы ошибаются, церкви ошибаются, ошибаются просто люди и пасторы. Если ты ищешь совершенства, ты ищешь не там, где надо. Ты не найдешь его на этой планете, но хочу тебе сказать, что есть нечто такое, благодаря чему мне нравится быть адвентистом, несмотря на все недостатки: это нечто заключается в том, что мы призваны к постоянному возрастанию в нашем понимании истины, сколь долго бы это ни длилось. Мы не довольствуемся преданием».

«Ну, тогда эта публикация меня не волнует», – ответил он.

Вы, наверно, думаете, что я немного приукрашиваю, но в принципе я действительно верю в то, о чем тогда говорил. Я принадлежу к адвентистам, поскольку убежден, что мы открыты для более ясного выражения истины. Мы не хотим съехать в привычную колею традиции. Быть может, вы не считаете, что мы действительно готовы к переменам, или, может, вас вполне удовлетворяет нынешнее положение вещей, однако я уверен, что Бог хочет нам открыть гораздо больше. Идти по тропе истины – все равно, что двигаться по направлению к свету, который по мере приближения к нему становится все ярче и ярче. Мы еще не достигли конечной цели, и если не захотим возрастать в благодати и понимании истины, то отстанем, а Бог обратится к другим.

Время, когда я работал с этой супружеской парой, называли также временем «кризиса Форда». В ту пору пасторское служение давалось очень нелегко. Когда молодежь кое-что узнала о происходящем, она потребовала организовать встречу, чтобы выяснить ситуацию. Я поступил демократично, разрешив молодым людям составить список интересующих их вопросов и пригласить на встречу всех своих друзей. Оглядываясь назад, могу сказать, что вся эта затея была довольно нелепой. Когда все собрались, оказалось, что на встречу пришли не только те 15 человек – нечленов Церкви, с которыми я работал и которые теперь сидели в первом ряду, но и 30 адвентистов из других церквей, которых я никогда прежде не видел. Вдобавок ко всему среди пришедших оказались двое сотрудников конференции!

Вопросы были очень специфическими, и, кроме того, их было так много и задавали их так быстро, что у меня просто не оставалось времени рассмотреть их в библейской перспективе. Я лишь давал краткий ответ и переходил к следующему. Весьма любопытно, что никому из секулярных людей проблемы, поднятые на этой встрече, не показались странными. «Просто здорово, что в вашей церкви люди так открыты и с такой готовностью обсуждают эти проблемы, – говорили они. – Именно к такому общению я и стремлюсь». Тогда у меня не хватило смелости сказать, что президенту конференции поступило 12 звонков от присутствовавших на этой встрече незнакомых мне адвентистов, которых возмутило все происходящее. Они не знали меня и не имели общего представления о вопросе, которое помогло бы им понять линию моего поведения, – им просто не нравилось то, что происходило.

Вскоре мне позвонил президент конференции: «Послушай, в ту субботу у тебя состоялось какое-то собрание, так? Мне звонят разные люди, – продолжал он. – Должен заметить, что кое-кто очень взволнован». «Да, – ответил я, – там были какие-то люди, которые не очень хорошо меня знают. Мне кажется, что некоторые темы, обсуждавшиеся нами, не представляются им важными». «Послушай, я всегда тебе доверял, – произнес президент. – Советую больше не проводить такие встречи». «Не беспокойся, я не собираюсь устраивать подобное собрание еще раз», – ответил я.

А теперь я хотел бы поделиться с вами некоторыми соображениями, вынесенными из того опыта. Во-первых, надо признать, что в открытой дискуссии всегда есть что-то непредсказуемое. Глупо надеяться, что все непременно пройдет в лучшем виде. Однако всякий раз, когда это становится возможным, такая встреча помогает хорошенько рассмотреть, кто находится перед вами. В первой части этой книги мы уже отмечали, что возрастание Церкви и миссионерская работа среди секулярных людей – это два разных процесса. Может случиться, что встречи, которые привлекают и интересуют этих людей, кому-то из членов Церкви покажутся очень неприятными. Тут уж ничего не поделаешь. Например, обращаясь к адвентистам, я говорю языком, отличающимся оттого, который использую в беседе с секулярной аудиторией. Когда кто-нибудь из адвентистов интересуется, почему о том-то или том-то я сказал в непривычной манере, отвечаю: «Дело в том, что в данный момент я обращаюсь к ним, а не к вам, но если у вас есть какие-то проблемы, вы только скажите, в чем дело, и мы обсудим с вами на нашем языке». Если адвентисты, пришедшие на встречу, вас знают и доверяют вашему служению, то в такой ситуации это наверняка поможет.

Существует и другой способ решить эту проблему: он заключается в том, чтобы хорошенько подобрать аудиторию. Цель той встречи, заставившей меня поволноваться, не была четко определена, и поэтому на нее пришли разные люди. Образовались две группы, и поскольку одна из них положительно реагировала на манеру общения, совершенно неприемлемую для другой, мне пришлось решать, чем в данный момент надо поступиться. И я решил, что с членами Церкви при необходимости можно будет объясниться и потом. Если вы совершаете служение среди секулярных людей, огонь критики непременно обрушится на вас (если, конечно, вы ориентируетесь на опыт апостола Павла).

Другой урок, который я вынес из открытых дискуссий, относится к «горячим» темам адвентизма. Когда такие темы касаются Библии, лучше всего взять Слово Божье и как следует все обсудить с теми, у кого есть вопросы. Не удаляйтесь от Слова, говорите только то, что содержится в нем, – и тогда ни правое, ни левое крыло не доставит вам больших хлопот. Пусть Слово Божье постепенно изменяет мышление людей. Возносите дискуссию на должную высоту, используя для этого библейский язык, а не язык полемики. Порой, обсуждая актуальные проблемы (например, вопрос о природе Христа или спасении), люди могут ссылаться на небиблейские концепции или даже употреблять библейские термины, придавая им иной смысл, – не тот, что содержится в Библии.

Если нет времени полностью изложить вопрос в библейской перспективе, лучшим ответом на такого рода дискуссиях, наверное, будет следующий: «Что касается этого вопроса, то я не могу однозначно согласиться ни с той, ни с другой стороной. Помните, что каждый из вас пытается отстоять нечто истинное, поэтому учитесь всему при любой возможности, только не верьте всему, что услышите или прочтете». Обычно я добавляю, что если будет время, мы можем рассмотреть эту проблему подробнее. Порой я указываю на библейский текст, который хорошо иллюстрирует напряженное соотношение между обоими аспектами вопроса, и затем возвращаюсь к основной теме.

Мне думается, однако, что с замыслом этой книги больше всего перекликается еще один урок, который я вынес из той неудачной встречи: узнав, что Церковь несовершенна, люди не отворачиваются от нее, но, напротив, обычно приходят в радостное возбуждение оттого, что мы сами готовы открыто признать свои недостатки и обсудить их. «Вот вы, ребята, по крайней мере, не считаете, что у вас есть ответы на все вопросы», – говорят они.

Было время, когда адвентисты считали, что единственно правильный способ благовестия и свидетельства предполагает абсолютную уверенность в истинности собственных убеждений. Конечно, уверенность, с которой кто-нибудь излагает Евангельскую весть, производит соответствующее впечатление на многих, особенно на секулярных людей из рабочей среды. Многие до сих пор ищут того, кто четко скажет им, что делать, однако у более образованных людей такой подход вызывает вспышку неприятия.

Назойливая реклама в средствах массовой информации привела к тому, что образованные люди подвергают сомнению все, что им предлагают. Пропаганда направлена не на выяснение истины, а лишь на то, чтобы убедить человека делать то-то и то-то, и, следовательно, если кто-то, придя к секулярным людям, с апломбом заявляет, что его убеждения абсолютно верны, к нему автоматически начинают относиться с подозрением. Поэтому, для того чтобы обнаружить точки соприкосновения с секулярным мышлением, необходимы прежде всего честность и готовность узнать что-то новое. Секулярные люди с симпатией относятся к тем, кто готов признать, что их понимание истины ограничено и не лишено искажений. Атмосфера открытого диспута обладает для слушателя гораздо большей убедительной силой, чем напористая лекция. Слушая других и беседуя с ними, мы выражаем свое уважение к их точке зрения и тем самым побуждаем и их относиться к нам подобным же образом. Такой подход, однако, потребует терпения, так как обычно обращение секулярных людей – процесс длительный. Что касается образованных служащих, то они, как правило, не ищут «истинной церкви»: их привлекает сообщество, которое полностью посвящено открытому, честному и постоянному поиску истины. Тот, кто знает Слово Божье, непременно произведет такое впечатление, поскольку мы «видим как бы сквозь тусклое стекло» (1 Кор. 13:12) и наше постижение истины будет продолжаться до конца (см. Притч. 4:18).

Заключение

Эта глава, содержащая конкретные советы и побуждающая к размышлениям, в силу определенных причин достаточно фрагментарна, в ней описаны лишь основные принципы работы. Многие захотят ознакомиться с конкретными рекомендациями по эффективной работе с секулярными людьми. Из всех книг по этой теме, которые я читал, самая лучшая – Джеймс Энджел. «Современное христианское общение» (James Engel. Contemporary Christian Communication). Поскольку она уже разошлась, отдельные, самые ценные советы, которые в ней содержатся, я даю в Приложении. Особенно полезна составленная автором таблица, наглядно представляющая процесс принятия духовного решения. Творческому человеку она поможет определить, на каком уровне духовного развития находится его собеседник. Желающих подробнее ознакомиться с конкретными идеями и рекомендациями в деле личного благовествования я отсылаю к этому Приложению.

1 Цитировано по James Engel Contemporary Christian Communication Its Theory and Ractice (Nashville Thomas Nelson, 1979), 60

ГЛАВА 11 БЛАГОВЕСТИЕ КАК ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЦЕРКВИ

В предыдущей главе показано, что, оставаясь в вакууме, невозможно проводить работу проповеди. В какой-то момент мы неизбежно сталкиваемся с несоответствием между деятельностью Церкви и тем, как секулярные люди на нее реагируют. Нам с мучительным трудом приходится выяснять, как можно совместить духовный кругозор адвентиста с кругозором секулярного человека, не ставя под угрозу то лучшее, что характерно для каждого из них. Что делать местной церкви или конференции, чтобы возросло их влияние в секулярном окружении?

Воспитание

Прежде всего необходимо добиваться, чтобы наши люди были воспитанны и образованны во многих областях жизни. Нам надо сформировать в них потребность вести в секулярном окружении глубоко благочестивую жизнь. Отправной точкой для этого могут стать те принципы, которые были кратко изложены во второй части этой книги. Кроме того, нам надо добиться, чтобы они осознали значимость адвентистского образа жизни, потому что падение нравственности не только не способствует принятию истины, а мешает этому. Именно «секуляризованные» церкви пребывают в упадке. Отправляясь на поиски церкви, секулярный человек нередко выбирает ту, которая является наиболее требовательной, и поэтому консервативный взгляд на образ жизни не является чем-то негативным, если к нему не примешивается косная склонность к осуждению. Принципиальный подход к данному вопросу переносит Божественное в сферу практического каждодневного существования.

Кроме того, научить людей видеть разные горизонты необходимо и потому, что, не умея как следует слушать и постигать, они не преуспеют в обращении своих секулярных соседей, друзей или родственников. По ходу дела важно показать, что Библия не дает какого-то единого жесткого образца миссионерской работы или евангелизации. Существуют по меньшей мере две основные модели служения: крепость и соль. Поскольку большинство людей болезненно переживают перемены, нам очень поможет осознание того, что, проявив готовность к таким переменам в сфере служения евангелизации, мы следуем Писанию, а не противоречим ему.

Многогранность служения

Одно из слагаемых этого процесса воспитания сводится к признанию необходимости разнообразных форм служения. Секулярные люди так же не похожи друг на друга, как снежинки, и, как правило, с ними нельзя проводить работу в больших группах. Каждый из них стремится дать ответ в своей неповторимой манере, и поэтому на плюрализм общества можно ответить только влиянием Святого Духа, которое представляет собой всплеск всевозможных видов миссионерского служения, Им упроченных. Это станет результатом не какого-то единого централизованного планирования, но осознания каждым членом Церкви той уникальной роли, которую Бог предусмотрел для каждого человека. Я чувствую прилив сил, вспоминая о движении духовных даров, развивающемся в нашей Церкви. Люди начинают интересоваться, каким образом Святой Дух наделяет каждого христианина неповторимым сочетанием способностей. Нет двух человек, которые обладали бы совершенно одинаковыми дарами. Если секулярные люди разнообразны, как снежинки, нам надо обладать миссионерской силой, которая проявлялась бы столь же разнообразно. Именно этим и наделяет нас Святой Дух: каждый христианин находит для себя уникальную возможность наилучшим образом совершать свое служение.

Оно совершается с радостью и воодушевлением, не только когда берет свое начало в дарах Духа, но и когда подкреплено тем самобытным талантом, который Бог дает каждому для этого служения. У каждого человека есть свое увлечение, и когда христиане совершают служение там, где им нравится, они приносят максимум пользы и достигают личностной самореализации. Я знаю многих адвентистов, которые самозабвенно любят Нью-Йорк, в то время как другие несут свою тяжелую ношу в деле служения какой-то особой этнической группе или конкретной прослойке общества (например, среди инвалидов или богатых). Третьих живо интересует проблема сохранения окружающей среды. Мне думается, я не ошибусь, если скажу, что моя страсть – это работа с секулярными людьми и теми, кто разочаровался в традиционной религии. Если у вас есть какое-то увлечение, именно в этой сфере ваше служение будет очень действенным.

Моя мать, например, любит готовить, но лишь недавно она узнала, что, помимо всего прочего, в этом и состоит ее служение. Всю свою жизнь мои родители, живя в большом городе, стремились создать там церковь, ориентированную на немцев. В течение многих лет они пытались организовать курсы по изучению Библии и, создавая церковь по сложившейся традиции, в конце концов увидели, что в ней осталось около 20 человек. Однако в последнее десятилетие в этой церкви что-то произошло. Помимо всего прочего, мои родители оставили попытки стать тем, кем они на самом деле не являлись, и сосредоточили свое внимание на даре гостеприимства, которым Бог наделил их с самого начала.

Однажды, когда я приехал из университета домой, мать сказала: «Пойдем, я познакомлю тебя с нашим новым братом!» Он сидел в гостиной, обнаженный по пояс, с золотой цепью на шее и большим золотым медальоном на груди. Знакомство обещало быть интересным! Скоро я узнал, что этот парень склонен к гомосексуализму. Он жил по соседству и порой часами мог сидеть, наблюдая, как моя мать работает по дому. Я не знаю, что с ним происходило, но, по мере того как она знакомила его со своей жизнью, он становился просто без ума от нее.

Вскоре я узнал, что помимо этого она завязала тесные отношения с некоторыми девушками-буддистками, также склонными к однополой любви. Подумать только: моя мать и буддистки! «Что происходит с моими родителями, которые всегда причисляли себя к консервативным адвентистам?» – думал я. Однажды к нам на завтрак пришла молодежь, всего 25 человек. 12 из них были членами Церкви, 13 – таковыми не являлись. В чудесный летний полдень все уселись за стол, который стоял во дворе. Обстановка была совершенно непринужденной, и я начал подозревать, что, помимо всего прочего, мои родители обрели дом: то место, где, служа Богу, они могли оставаться собой.

Несколько лет назад они переехали в другое место, но к тому времени в церкви было около сотни молодых людей. Многие из них сочли необходимым прийти ко мне: «Нам так жаль, что ваши родители уезжают – ведь именно благодаря им мы ходим в эту церковь». До сего дня отец и мать отрицают, что они имели к этому какое-то отношение, однако надо сказать, что если мы совершаем свою миссионерскую работу так, как Святой Дух предназначил делать именно нам, результаты оказываются весьма ощутимыми.

Многие наделены даром проведения библейских курсов, и хотя у моих родителей это не очень хорошо получалось, я действительно имею дар в этой области, и, значит, можно утверждать, что дары Духа не передаются по наследству. Если мы совершаем свое служение в соответствии с дарами и наклонностями, которые Бог дал каждому из нас, оно делает счастливыми всех вокруг. Наделенные, к примеру, даром библейских исследований, мы полюбим это занятие и преуспеем в нем. И люди сразу почувствуют разницу. О своем самобытном служении мои родители догадались в конце жизни, и, приступив к нему, они начали прокладывать дорогу к сердцам тех, с кем ни вы, ни я никогда не смогли бы договориться.

Ничто так не вдохновляет «мирян», как осознание того, что и жизнь, и миссионерское служение каждого человека подчинены уникальному Божьему плану. Нет такого пастора, который смог бы в одиночку завоевать секулярное общество: эта задача требует целой армии людей, работающих под водительством Святого Духа. Когда Церковь начинает использовать Его энергию, возникает поразительное многообразие в служении. Если человек служит Богу не на своем месте, он живет, не реализовав свои способности и почти не преуспев в евангелизации, но если он совершает служение, используя полностью свои способности и привязанности, его жизнь наполняется огромным смыслом. Ни с чем не сравнима мысль, что сейчас вы находитесь там, где это угодно Богу, и что вы делаете именно то, чего Он от вас ожидает.

Сужу по собственному опыту: я искренне верю, что сейчас я там, где это угодно Богу, и делаю то, чего Он от меня ожидает. Не могу утверждать, что я достиг совершенства в своей работе, мне следует очень многому учиться и многого достичь, но с годами Бог по-разному давал мне понять, что надо оставаться на своем месте. Трудно что-либо сравнить с тем чувством, которое появляется от осознания, что ты там, где это угодно Богу, и делаешь то, чего Он ожидает от тебя.

Разнообразие в служении, руководимом Святым Духом, – прекрасное дополнение к тому невероятному многообразию, которое мы видим в век информатики. С секулярными людьми предпочтительнее работать один на один, в личном общении, и поэтому лучше иметь 100 служителей, чем одного. Если церковь насчитывает 100 человек, у нее может быть 100 служителей, если она сумеет поставить задачу таким образом.