Текст книги "Суккубы предпочитают погорячее (ЛП)"
Автор книги: Джилл Майлз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)
– Его там нет, Реми. Это то, что я уже битый час пытаюсь тебе объяснить. Я проверяла уже – нет его там. Его ментальная комната есть, а его самого в ней нет.
– Его нет? – она задумалась. – Но они всегда там. Где он еще может быть?
– Да не знаю я! – завопила я в трубку. – Ты же здесь эксперт с опытом. Помоги мне!
Боже, я действительно сейчас жалею, что не могу позвонить Ноа. Он всегда знал, что надо делать. Но он не проснется еще семь часов и я не была уверена, что он захочет говорить со мной, пока у нас эта пауза в отношениях.
– Ладно, ладно. Сейчас приеду. Оставайся на месте, – проговорила Реми со вздохом.
Можно подумать я могла куда-то деться с этой тушей пицце-мальчика на моем пороге.
– Поторопись, – попросила я, прежде чем она положила трубку.
К счастью у этой ситуации была и своя положительная сторона – пицца была уже у меня, поэтому я села на пол «по-турецки» и подтянула к себе коробки с пиццей. Пожевывая горячее тесто, я старалась не паниковать. Должен же быть выход из этого щекотливого положения. Обязан быть!
Если Реми не придумает как привести парня в чувства, то у меня все еще остается возможность обратиться к Зейну, хотя я сомневаюсь, что у него будут хоть какие-то идеи на этот счет. Реми была суккубом со стажем, и если уж она не разрулит эту проблему, тогда все на самом деле примет кошмарный оборот.
А вдруг мне придется получать помощь извне? Снова – с ангельским участием решить проблему? Я вздрогнула, вспомнив о красивом, расчетливом Уриэле. Он был единственным ангелом, которого я когда-либо видела, и память опалила мой мозг. Бессмертные назвали их «дилерами», потому что ангелы любили торговаться с вами за свою помощь, и сделка никогда не оказалась в вашу пользу. Последний раз Уриэль «помог» мне, наделив своеобразным замком для Зуда на целую неделю, в обмен на выполнение «легкой» задачи – получение информации от вампиров.
На самом деле в общении с вампирами нет ничего легкого. И с ангелами тоже, кстати. Как правило, я стараюсь избегать их всех.
За исключением Ноа и Зейна конечно.
Пицца уже подходила к концу, а Реми до сих пор не было. Я взяла свой смартфон BlackBerry, намереваясь позвонить ей и узнать, где она…
А вместо этого набрала номер Зейна.
Это был глупый поступок. Зейн ценил свою свободу – это было совершенно очевидно с самого начала, как только он переехал и начал исчезать в течение нескольких часов подряд. Я говорила себе не обращать на это внимания, потому что он всегда целовал меня (и не только), прежде чем уйти, и до восхода солнца мы проводили много времени вдвоем. Мне очень нравился Зейн. Я чувствую себя абсолютно бесшабашной рядом с ним, хотя мы до сих пор все еще привыкали друг к другу.
Но сегодня от него не было ни записки, ни цветка, как он обычно оставлял, отправляясь на охоту. После выяснений отношений с Ноа, это больно меня задело. Может они меня вдвоем динамят?
Но к моему огромному облегчению, Зейн ответил на звонок:
– Привет, Принцесса.
Его низкий и сексуальный голос пробудил во мне волну возбуждения.
– Привет, Зейн, – ответила я, стараясь не покраснеть, как школьница. – Ты где?
Его теплый смех делал со мной невероятные вещи.
– Соскучилась по мне? – Зейн говорил так, будто хотел добавить что-нибудь еще, но когда он прикрыл рукой телефон, я услышала приглушенный разговор на другом конце. Это аж застопорило меня.
– Кто это с там с тобой? Что ты делаешь?
– Я на охоте. Ты же знаешь, как это происходит, – ответил он после некоторой паузы.
Да, я знала. Потому что сама не позволила ему питаться мною. Вампиру надо питаться каждый день, так как их потребность в крови более мощная, чем моя потребность в сексе, и это вызывало постоянное напряжение в наших отношениях. Я отказывалась быть донором не потому, что это было отвратительно или аморально, – ведь вампирское кормление всегда сопровождалось сильнейшим оргазмом для жертвы, – но это так же означало полностью отдать контроль над своим телом в его руки. Когда вампир кормится от суккуба, то он пробуждает странное ментальное объединение, забирая часть наших способностей: проникновения в сознание и погружение в сон. И последний раз, когда Зейн питался от меня, он, украв мои силы, оставил меня привязанной к кровати, а затем похитил моих друзей.
Поэтому у нас были некоторые проблемы с доверием.
Несмотря на его безнравственную сторону, что-то в Зейне притягивало меня. Может быть – это его шальное отношение к жизни, или его похоть ради удовольствия, или чувственная забота, когда он обнимал меня или когда мы занимались любовью, как будто он боялся, что я исчезну, и он никогда больше меня не увидит. Или то, что он отвернулся от вампирского рода только чтобы быть со мной. Горячая натура. Реми и Ноа не одобряли мое отношение к Зейну, но я тянулась к нему словно наркоман, нуждающийся в дозе.
И хотя я и расплывалась лужицей, находясь рядом с ним, но уже не разрешала вампиру кормиться мною снова.
Зейн знал это и ненавидел мое решение. Вампиры любят суккубов. Наша кровь для них как эквивалент афродизиака, поэтому мое нежелание делиться своей кровью он считал тяжким преступлением.
Я же называла это здравым смыслом.
Даже если бы он брал совсем чуть-чуть.
Но своими ушами услышав, что он кормится – вероятно из какой-нибудь раскрепощенной горячей штучки – мне стало обидно до слез.
– Так, когда ты вернешься домой?
– Боюсь, что сегодня я припозднюсь, – раздался бодрый голос Зейна в телефоне. – Мне еще надо разобраться кое с чем до конца ночи…
– Но ты нужен мне, – почти проныла я, ненавидя плаксивые нотки в своем голосе. – У меня проблема.
– Принцесса, я бы с радостью пришел к тебе и помог с проблемой. – Его хрипловатый чувственный голос заставил мое тело затрепетать. Боже, как же я люблю, когда он так меня называет. – Но мне сначала надо кое-что закончить, хорошо?
– Угу, – промычала я, чувствуя как снова запульсировало у меня в паху. Мой голос перешел на хриплый дразнящий шепот:
– Обещаешь?
На другом конце провода повисла долгая пауза, затем Зейн ответил, но его тон был каким-то напряженным и резким.
– Обещаю. Я скоро буду, Джекки. И когда я приду, будем только ты и я.
Внутри меня все готово было взорваться от предвкушения.
– Звучит замечательно.
В конце разговора, там, где нормальные пары обычно говорят «я тебя люблю», у нас повисло неловкое молчание, так как наши отношения были несколько на другом этапе. Поэтому Зейн пробормотал на прощание несколько банальностей и повесил трубку.
И вот я чертовски возбужденная, злющая и одинокая, а проблема с пицце-мальчиком никуда при этом не делась.
Тут раздался звонок в дверь, до чертиков меня напугав. Как оказалось, это явилась Реми.
– Привет, куколка, – поприветствовала она меня, проводя рукой по своим длинным черным шелковым волосам. Ее взгляд остановился на полу.
– Это твой новый друг?
Только Реми могла выглядеть супер-сексуально в обычной футболке и джинсах. Ее темно оливковая кожа и серебристые глаза были необыкновенными, даже несмотря на то, что на ее красной майке на груди красовалась надпись «Оседлай меня». Она выглядела свежей и полной сил, несмотря на то, что на дворе стояла глубокая ночь. Не будь она моей подругой, я бы возненавидела ее за это.
Ее глаза были светлее серебра, а это красноречивее всего говорило о том, чем она занималась до моего звонка. И то, что она бросила свою новую игрушку ради меня, говорило многое о нашей дружбе. Суккубы должны держаться вместе.
– Реми спасибо, что пришла, – я махнула рукой на мистера Сыра. – Да, это он.
– О, я надеялась, что он хоть немного привлекательный, – она толкнула парня носком своих красных «лодочек». – Он больше похож на кусок теста. Хорошо, что мой кусок теста не имеет никакого отношения к нему и лежит в духовке, если ты понимаешь, о чем я.
Чувствуя, что новая истерика не за горами, я подняла руку парня, а затем отпустила. Она безжизненно ударилась об пол.
– Видишь? Он не там! Я не знаю, где он находится, но он не в своем теле.
Реми нагнулась над парнем.
– Они всегда там. Может ты просто пропустила что-то.
Она осторожно дотронулась своим прекрасным пальчиком до его лба и закрыла глаза, стараясь прощупать его мысли.
Спустя пару секунд она их открыла и уставилась на меня широко раскрытыми глазами.
– Что ты сделала?
Я лишь развела руками, готовая расплакаться.
– Ничего! Я вообще ничего с ним не делала!
– Ладно, успокойся. Не расстраивайся. Сейчас что-нибудь надумаем. – Реми опустилась на пол рядом со мной и принюхалась. – У тебя еще осталась пицца?
В ответ я испепелила ее взглядом.
– Ладно, дай мне подумать. Должно же быть логическое объяснение, как у тебя получилось спалить его мозги.
Я закрыла лицо руками и застонала.
– Я всего лишь дотронулась до него пальцем, клянусь. Совсем чуть-чуть.
– Вот-вот, на вид в его штанах и есть чуть-чуть, – заметила подруга.
– Реми, будь посерьезней. Я только что убила человека.
– Он не мертв, – ответила она, похлопывая меня по плечу. – Не волнуйся. Он может быть где-то. Видишь, он же не приведение, верно? А это уже большой плюс.
– В каком смысле – приведение?
– Ну ты разве не слышала про Каспера или Блудвиля? Если бы он был приведением, то мы увидели бы его парящем над телом. Душа не может вернуться в голову, так как тело мертвое, – закончила Реми, поднеся палец с длинным ноготком к подбородку. – Хмм, его нет в голове, – она начала накручивать на палец локон своих волос, а на ее лице можно было читать ход ее мыслей. – Я не знаю, как такое могло произойти. Если только… – она в шоке распахнула глаза.
– Что? – мои нервы были на приделе. – Что «только»?
– Если только тебя не прокляли.
Я подскочила как пружина.
Прокляли? Меня?
Глава 3
Когда кто-то смотрит на вас таким обреченным, пропитанным ужасом взглядом, коим наградила меня Реми, вам остается только удавиться, дабы не мучатся в дальнейшем.
Когда она замолчала, я с тревогой спросила:
– Что ты имеешь в виду, говоря, что я проклята?
Она моргнула.
– Ты знаешь о колдовстве Вуду?..
Подбоченившись, я прервала ее:
– Я знаю, что проклятия существуют. Ты думаешь – я проклята, потому что я вышибла из сознания этого разносчика пиццы?
– Дело не только в нем, – ответила Реми, поднимаясь на ноги и отряхивая свои джинсы. – Как правило, есть ряд вещей, похожих на это. Последнее проклятие, которое я помню, было у суккуба по имени Виктория. Это случилось лет двести назад.
– Виктория? Я не слышала о ней.
Красивое лицо Реми стало непривычно серьезным.
– Это потому, что она мертва.
– Мертва?
Суккубы редко умирают. Мы восстанавливаемся даже от пулевого ранения (я это проверила на собственной шкуре), мы не можем утонуть или постареть. Есть только два способа уничтожить суккуба. Первый, убить обоих создателей (ангела и вампира), и тогда суккуб исчезнет из «смертных» и отправляется в Ад или Рай. Второй способ – это заморить суккуба сексуальным голодом, не давая удовлетворить свой Зуд, пока тело не иссохнет и не превратиться в шелуху за несколько дней.
– Виктория любила играть со сверхъестественными силами, – продолжала Реми, с сочувствием глядя на разносчика пиццы. – Просто помешалась на этом, разрабатывала планы, и также преследовала людей со сверхспособностями. Она постоянно прыгала из постели одного вампира к другому, от одного серима к другому, всегда выискивая человека с наибольшим влиянием, деньгами и властью. Одним из ее бывших любовников был колдун, и когда он узнал, что Виктория изменяет ему с вампирским рыцарем, то он проклял ее.
В моей голове роилось множество вопросов. Я хотела спросить, что за вампирский рыцарь, и неужели колдуны на самом деле существуют, но я продолжала возвращаться к мысли о проклятии.
– Так что с ней случилось?
– Сначала ничего. Но она стала замечать, что ее способности начали усиливаться, – Реми снова взглянула на впавшего в кому курьера. – Она стала стирать мысли окружающих ее людей, ее сила неимоверно росла. Она стала еще более притягательной для смертных. Вообще, более сильна во всем. – Реми перевела взгляд на меня. – И ее Зуд тоже усилился.
А вот это уже ближе к моей ситуации.
– Дай угадаю. Ей нужен был секс все чаще и чаще?
Реми медленно кивнула.
– И знаешь, это тяжело представить, потому, как Виктория была отнюдь не таким целомудренным суккубом, как ты или я.
Боже, если порно – звезда Реми – это пример целомудрия, то Виктория должна была быть той еще прожженной шлюхой.
– Проклятие заставляло просыпаться ее Зуд каждые несколько часов, потом каждый час, а затем и еще чаще.
Боже мой. Хотя я и любила регулярный секс с Ноа и Зейном, но от мысли, что Зуд будет появляться каждый час, мне становилось страшно. Даже мороженое с ягодным сиропом приестся, если его поедать каждый час.
– Так что сделала Виктория?
Реми пожала плечами.
– Она все время занималась сексом, но этого было недостаточно. Ее кожа стала тусклой и изможденной, волосы выпали, ее тело начало таять на глазах. Она умерла от голода прямо посередине оргии. – Взгляд Реми уперся в стену позади меня.
– О Боже. – Я обняла себя руками и закрыла глаза, глаза, пылавшие ярко – синим огнем, несмотря на то, что я занималась сексом меньше, чем сутки тому назад. – Ты действительно думаешь, что я проклята?
– Я не знаю, как еще объяснить случившееся, – тихо ответила Реми. – Это единственная вещь, которая приходит мне на ум по этому поводу. У Виктории была аналогичная проблема с ее силой и с касаниями смертных. Если она случайно прикасалась к кому-нибудь из людей, их разум просто испарялся, а спустя несколько дней их тела умирали от голода. Никто не знал, как она это делала, просто так выходило. Способности суккуба вышли из-под контроля. – Но… – я старалась не думать о плохом. – Я касалась Ноа сегодня утром. Почему тогда с ним все в порядке?
Мне в голову закралась шальная мысль и я коснулась плеча Реми. Она отбросила мою руку.
– Эй! Прекрати! Пытаешься съесть мои мозги? – она сердито посмотрела на меня. – Тебе повезло, что это не работает с бессмертными.
– Не работает?
– По крайне мере мне не приходилось такого видеть.
Я с облегчением вздохнула. Итак, навредить Ноа или Зейну я не могу. Это хорошая новость. В комнате повисла тишина, за исключением храпа мистера Сыра.
– Как думаешь, это можно исправить? – спросила я, с тревогой смотря себе под ноги. Что я буду делать если не узнаю, как вернуть этого парня обратно в тело?
Реми пожала плечами.
– Если мы можем выпроводить его из тела, я думаю, что мы можем его и вернуть.
Надо настроиться на лучшее. Хорошо.
– Но сперва необходимо избавиться от проклятия, – напомнила мне Реми.
Не очень хорошо. Я рухнула на софу и уставилась в стену.
– Кто мог меня проклясть? Кого я могла так разозлить, что он бы захотел избавиться от меня?
– Не знаю, – ответила Реми, присаживаясь рядом и обнимая меня. – Но я думаю, что знаю, кто владеет большей информацией по данному вопросу.
– Зейн? Ноа?
Она покачала головой.
– Нет, – и едва слышно добавила: – Ты знаешь, кого я имею в виду.
Черт, я поняла, о ком она говорит.
О дилерах.
Если вы спросите любого на улице, как выглядит ангел, то они будут описывать образ милого одухотворенного существа с белыми пушистыми крыльями, который должен помогать вам и оберегать.
Несмотря на то, что крылья у них действительно есть, ангелы далеко не такие невинные агнцы, как часто любит изображать их общество. Мой вид называет их «дилерами» не просто так: ангелы, словно торгаши, втягивают вас в свои сети, предлагая помощь, а расплачиваешься ты с ними своей бессмертной душой.
Да – да, даже у меня, умершей, но восставшей с сексапильной внешностью Барби, все еще была душа. И я могу потерять ее, если буду неосмотрительна. И если я попрошу дилеров о помощи, то они будут более чем счастливы оказать мне ее.
За невысокую цену.
Ну, «невысокой» по их меркам. К примеру, они могут попросить тебя о совсем незначительной услуге – принести им такую-то книгу – но при этом они не откроют вам, что для того, чтобы получить эту книгу возможно придется кого-нибудь убить или украсть ее у умирающего от рака ребенка. Но как только ты соглашаешься на выполнение этого дела, пути назад уже не будет, потому что лгать ангелам это наихудший грех, который может пасть на бессмертную душу. И они никогда не забывают нарушенное обещание. Никогда.
– Дилеры? Правда думаешь, что нам они нужны? Я все еще страдаю от дыры, которую подхалим Уриэля сделал во мне в нашу последнюю с ним встречу. – Никакое бессмертие не сможет облегчить боль и мгновенно зарастить дыру в животе размером с тарелку. От нахлынувших неприятных воспоминаний я потерла внезапно занывший живот.
Когда я только стала суккубом, Уриэль обманом втянул меня в пренеприятное дельце, заставив пробраться в логово Нитокрис – королевы вампиров. Ничего хорошего из этого не вышло, скорее наоборот. Уриэль хотел найти нимб первого падшего ангела Иоахима, и сделал все, чтобы добраться до него первым. Он даже завладел телом патера, чтобы попытаться добраться до меня (и нимба). А учитывая тот факт, что Реми случайно разбила нимб и впитала силу Иоахима… Поэтому, я не сильно спешила вновь свидеться с Уриэлем.
– Мне никто другой не приходит на ум, кто был бы в состоянии идентифицировать твое проклятие, – ответила Реми. – Хотя Нью-Сити словно медом помазан для всяких других бессмертных созданий. Если ты конечно хочешь, то можно обратиться к «конкурентам» – они тоже владеют информацией.
Сказав «конкурент», Реми имела в виду других «дилеров»: демонов.
Меня передернуло.
– Нет уж, спасибо. По крайней мере, у Уриэля есть хоть какое-то понятие о чести, своеобразное правда, но оно есть.
В конце концов, ангел полагал, что действует во благо сонма Небесного. А тот факт, что завладев нимбом, он уничтожит Ноа и других серимов на планете его мало волновал. Что для высшего ангела падшие «изменники»?
– Ладно. К Уриэлю не пойдем, – предложила Реми. – Если ты переступить порог церкви, то это точно покажет, что ты нуждаешься в помощи. Так уж повелось.
– Но ангелы же не могут покидать освященную землю? – Я это помню. – Разве что вселятся в чье-то тело. Но я сомневаюсь, что ангелы бродят по городу в заимствованном теле, просто ища возможность сказать мне привет.
– Ты права, – сказала Реми удрученно. – Ангелы ненавидят вселяться в людей. Они думают, что это гадко.
Я не обвиняю их. Я уже встречала одержимого ангелом человека, и от этого не было хорошо ни тому, ни другому.
Реми просияла.
– Но я знаю, где мы можем найти ребят рангом пониже.
– Правда? Где?
Она наставительно подняла указательный палец в воздух.
– На кладбище!
Если и было что-то, что действительно изменилось с тех пор, как я стала суккубом, так это субботние ночи, которые теперь никогда не были скучными. Ведь, когда я не занималась любовью с вампиром или падшим ангелом, я на пару с самой горячей бессмертной оттоманкой по эту сторону Миссисипи, искала себе приключения, подписываясь на очередную безрассудную авантюру.
На моих глазах один из высоких каблуков Реми провалился во влажную землю, когда она шагнула с дорожки. Выдернув каблук из земли, Реми развела руками и стала балансировать ими в воздухе, пытаясь идти дальше на цыпочках.
– Вот же блин! Мои «шпильки» того и гляди припечатают лоб какого-нибудь покойничка.
Я включила фонарик, наблюдая за попыткой Реми не запачкать свои каблучки.
– Я искренне сомневаюсь, что сейчас хоронят людей на два дюйма глубиной.
Она подозрительно на меня посмотрела и продолжила свою борьбу с грязью.
– Если уж мы коснулись этой темы, то ответь: почему ты никогда не носишь нормальную обувь?
Сама я была в поношенных кедах.
– Я не захватила с собой другой обуви. Когда ты позвонила, я не думала, что мы потратим субботнюю ночь на хождение по кладбищу. – Реми с отвращением обвела взглядом неприглядную местность. Я последовала ее примеру.
– Ты могла бы взять что-нибудь у меня. – продолжила я, наблюдая, как она, шатаясь, двигается через плотную траву.
Реми лишь хмыкнула.
– Вся твоя обувь сплошное уродство.
– Так это же ты ее для меня выбрала!
– Ну, для тебя она идеально подходят, но для меня слишком уродливы. – Она указала на ряд надгробий за высоким железным забором. – Ну вот, мы почти у цели.
Я посветила фонариком на железные решетки, стараясь не обращать внимания на холодок, пробежавший по спине, когда неподалеку заухала сова. Высоко в небе сияла полная луна, и маленькая девочка во мне вопила от ужаса, хотя я прекрасно знала, что мне нечего бояться. Ведь я делила кровать с существом, который обитает в ночи. Да к тому же, я была бессмертной. Ничто не может причинить мне вред в центре жуткого кладбища в глухую ночь. Ведь я права?
Правда же?
Реми снова выругалась, когда один из ее каблуков вновь погрузился в землю, и ей пришлось наклониться, чтобы очистить его. И вот когда она нагнулась, недалеко от нас я заметила дергающийся свет от еще одного фонарика.
– Дерьмо. – Я схватила Реми за руку. – Кто-то идет к нам на встречу.
Она оглянулась назад.
– Ну и что?
– А то, что нам нельзя попасться. – Я выключила фонарик и засунула за пояс джинсов. – И я буду очень счастлива, если не попаду в тюрьму за незаконное проникновение на кладбище.
Реми фыркнула в довольно несвойственный ей манере.
– Никто не собирается в тюрьму, дурочка.
Она остановилась и вручила мне туфли, а затем направились по направлению к фонарику, эротично вращая бедрами. Ее волосы развевались при ходьбе, падая ей на плечи шелковым водопадом как в рекламе шампуня «Пантин». Я слышала, как она еле слышно напевала веселую мелодию.
С обувью в руке, я осторожно последовала за ней.
Я подошла к этим двоим как раз вовремя, чтобы услышать, как охранник сказал:
– … здесь закрыто после наступления темноты, мэм. Вам придется вернуться в другой раз.
– Мой парень бросил меня здесь, – проговорила Реми, начиная притворно рыдать. Такого я никогда не слышала. В конце концов порно-звезды не были известны своим актерским мастерством. – А здесь так темно и страшно, и еще я подвернула ногу.
Сопротивляться суккубам невозможно, особенно если они очень чего-то хотят. Мужчина придержал Реми за талию, а в следующий момент, она прижалась к нему всем телом, обвивая руками его шею. Не было похоже, что парень чем-то недоволен. Смущен? Да. В восторге? Определенно.
– Просто успокойтесь, мисс. Я позабочусь о вас, – сказал охранник, теряясь от ее театральных рыданий. Потом он перевел взгляд на меня. – Вы здесь тоже с парнем? – Жалость в его взгляде сменилась непониманием и подозрением.
– Э-м-м, – ответила за меня Реми, хмурясь на меня за разрушение ее легенды. – Поверишь, что это было двойное свидание?
Под его скептичным взглядом, она вздохнула.
– Нет?
– Я могу объяснить… – начала была я, когда охранник попытался выпутаться из объятий Реми.
Подруга обхватила ладонями лицо охранника и накрыла его губы своими, соединяясь с ним в очень долгом поцелуе. Когда дело было сделано, парень рухнул на землю словно подкошенный.
Она взглянула на меня, очень довольная собой.
– Хорошо целуется, – сказала Реми, наклонившись над ним. – Код как всегда прост. – Она порылась в его карманах и достала ключи. – На всякий случай.
Она прошла мимо меня и решительно направилась к воротам. Ее волосы волнами развивались на ветру. Я взглянула на сторожа и в этот момент почувствовала зарождение Зуда. Мужчина был очень привлекательным. Лет тридцати-тридцати пяти. И с такими красивыми глазами за стеклышками очков.
Я поежилась от того как среагировало мое тело. Обычно, когда я пропускала «кормление», Зуд звучал постоянным шепотом в глубине моего сознания. Сегодня он проявил себя звуковым ударом. Испугавшись, я побежал за Реми, стараясь не думать о Виктории и ее голодной смерти в середине оргии. Зуд, не насыщаемый от секса. Бр-р-р. – Ну, принялись?
Реми протянула руку к клавиатуре на электронных воротах.
– Угу, еще секунду… – Реми поджала губы, а затем ввела код на освещенном электронном табло.
8008135.
Раздался щелчок и свет на клавиатуре сменился с красного на зеленый, а тяжелые железные ворота стали медленно открываться.
Реми хихикнула.
– Угадай, почему он выбрал этот код?
Я раздраженно на нее посмотрела.
– Откуда мне знать?
Она указала на цифры.
– Когда набираешь его на табло, – это похоже на слово «Сиськи» (прим. ред.: в оригинале «Boobies»). – Она рассмеялась, как будто это было самое смешное, что она когда-либо слышала. – Как розыгрыш с калькуляторной клавиатурой.
О Боже…
Взглянув на мое каменное выражение лица, Реми махнула рукой.
– Ты отстала от жизни, Джекки. Расслабься.
Я последовала за ней через ворота, ворча себе под нос:
– Тебе легко говорить. Это не ты выжигаешь мозги у случайных людей.
– Твоя правда, – отозвалась Реми, ступая босыми ногами по усыпанной гравием дорожке. – Я же всего лишь полудемон серим-вампир, благодаря нашим последним приключениям.
– Это упрек в мой адрес, не так ли? – Это лишь частично было моей виной, потому что я попросила Реми сопровождать меня в Египет, чтобы получить нимб, но именно по своей вине она впитала его силу (мы боролись за него, как дети малые, и она победила). И вот к чему это привело.
– Ладно, не будем ворошить прошлое, – сказала она мне с веселой улыбкой. – Ну, так что, мы хотим сделать это?
Реми подбоченилась и обвела взглядом тихое кладбище. Оно довольно хорошо сохранилось, так как находилось в элитной части города. Если бы мы воскрешали мертвых, то я бы предпочла старых богатых дам, чем мертвых наркоманов и уличных крыс. Надгробия здесь были сделаны из белого мрамора, в вазе возле каждой плиты стояли букеты цветов. Некоторые могилы даже не имели надгробий, а были, чем-то вроде «Именной таблички в траве». В отдалении стояли мавзолеи по-настоящему богатых людей.
А непосредственно справа от нас была «милая» свежевырытая открытая могила. Хотя в ней никого и не было, но сам ее зловещий вид заставил меня вцепиться в руку Реми и стать поближе к ней.
– Давай уйдем куда-нибудь подальше отсюда.
Реми на мгновение задумалась, а затем щелкнула пальцами.
– Нам надо найти католическую могилу. Католики обычно хорошо разбираются в посвящении Богу и соборовании.
– Гм, можешь называть меня сумасшедшей, но я не думаю, что религия людей как-то влияет на их надгробия.
Чем дольше мы стояли здесь, посреди кладбища, тем острее я осознавала, что это плохая идея.
– Возможно, нам стоит все же пойти в церковь…
– Нет, – твердо оборвала меня Реми. – Нам надо получить реальную помощь для тебя, и мы должны обойтись без Уриэля, если это вообще возможно. – Она взяла меня за руку и начала крутить головой в разные стороны. – Возможно, получиться найти ярко-выраженное ирландское имя, или итальянское. Ищи те, которые либо начинается с «О» или заканчиваются на нее.
Этническое профилирование? Класс. Я позволила ей тащить меня за собой, мои кеды скользили на мокрой траве.
– Я не уверена…
Я затихла на полуслове, когда мерзкая вонь сгоревшей мусорки пощекотала мои ноздри. Обмирая от страха, я потерла нос и огляделась по сторонам.
У расположенного недалеко от меня надгробного камня стояла женщина с красными глазами, а мраморный ангел над ее головой, будто был готов напасть на нее. Ее твидовый костюм больше подходил для офиса, чем для полуночного посещения кладбища. Высокое худощавое тело женщины оторвалось от надгробия.
– Здравствуйте, уважаемые дамы, – сказала она прохладным тоном, наклоняя голову вниз, чтобы рассмотреть нас поверх очков. – Наслаждаетесь ночью?
Реми выругалась.
– Ну и повезло же нам! Из всех обитателей тьмы нам попался сущий демон.
Я уставилась на женщину, не в силах оторвать от нее глаз.
– Откуда ты знаешь, что она демон? – спросила я Реми шепотом.
– Она женского пола. Кроме демонов, суккубы единственные женщины среди бессмертных.
Еще один весьма любопытный факт и никто не удосужился поделиться им со мной. Я действительно до сих пор видела только мужчин (кроме Реми), но я не знала, что это было твердым правилом. Создание, стоявшее перед нами, было не нашего с Реми вида – это точно. Будучи суккубом, я чувствовала слабые внутренние вибрации, исходящие от Реми, вроде тихих струнных аккордов стиля спиричуэл (прим. ред.: Самобытный музыкальный жанр: религиозные песнопения, сочетающие блюзовые мелодии с африканским стилем «призыв-ответ» и библейскими текстами.). Струны Реми резонировали с моими на одной частоте, в отличие от тех, что исходили от Зейна или Ноа.
А вот резонансные частоты, исходящие от этой женщины, пугали меня до смерти.
Демон улыбнулась, обнажив ряд острых, как бритва зубов. А по внешнему виду и не скажешь…
– Привет, душечки. Приятно снова с вами встретиться.
Реми фыркнула и сделала шаг назад.
– Кто ты?
Женщина с неожиданной грацией махнула рукой.
– Очень незначительный демон, уверяю вас. Большая лига слишком занята, чтобы болтаться на кладбищах сегодняшней ночью, независимо от того, кого может сюда принести. – Ее красные глаза сверкнули в темноте. – Вы можете звать меня Мэй.
Я наклонилась, чтобы шепнуть Реми:
– Я думала, что мы пришли сюда в поисках ангела?
– Не все земли на кладбище освящены, – ответила Мэй, приподняв одну бровь и смотря на меня. – И я могу слышать все, что вы говорите, – добавила она. С закрытым ртом и слабой улыбкой демон снова походила на человека. – Ну и что привело вас сегодня ночью сюда в поисках ангела?
– Это не твое чертово дело, – ответила Реми, пожимая мне руку, чтобы я молчала.
– О, чертово дело – это как раз таки моя специальность, – промурлыкала демонесса. – Я могу предложить точно такую же помощь, как и любой ангел, и я не буду скрывать под маской фальши и молитв свои намерения. – Она прислонилась спиной к мраморной плите с ангелом на надгробие и почти непристойно чувственно провела рукой по щеке херувима. – Что скажите, дамы?
Я посмотрела на Реми.
– Что ты думаешь?
Она задумчиво взглянула на Мэй.
– Как-то далеко от идеала. Хотя все это вообще далеко от идеала. – Прежде чем я успела спросить ее, что это значит, Реми вздохнула. – Но я думаю, это так же безопасно, как заключать сделки с ангелом, при условии, что ты очень конкретно проговоришь все условия.
Ну, хоть какое-то одобрение.
– А может, мы дождемся ангела? – спросила я. Если ангелы покажутся, может их условия будут лучше? Начались бы своего рода «бессмертные торги» с моей душой на кону…
Реми разочаровано покачала головой.
– Они не появятся, пока демон рядом.
Мэй улыбнулась.
– Боюсь, что либо я, либо ничего, сладкие мои. Решайтесь.
Я обдумывала ее предложение, глядя на попытки демона строить из себя саму невинность. Я могла бы не принимать это предложение, покинуть кладбище, и попробовать найти ангела следующей ночью. Или я могла бы пойти в церковь, позвать Уриэля, и поторговаться с ним.
