Текст книги "Английский язык с Джеком Лондоном. В далекой стране (рассказы)"

Автор книги: Джек Лондон

Соавторы: Илья Франк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

"Hudson Bay Post, long time ago. No use um now." Jacques Baptiste's father had made the trip for the Fur Company in the old days, incidentally marking the trail with a couple of frozen toes.

"Sufferin' cracky (вот это да; suffering cat(s)! the suffering Moses! – чёрт! вот ведь! /восклицание, выражающее досаду, удивление/; cracky – помешанный, сумасшедший, не в своем уме)!" cried another of the party воскликнул еще один из отряда). «No whites (нет белых)?»

"Nary white (ни одного белого; nary – нисколько; ни единого)," Sloper sententiously affirmed (подтвердил нравоучительно Беженец; sentence – суждение; изречение, сентенция); "but it’s only five hundred more up the Yukon to Dawson (но вверх по Юкону до Доусона всего лишь еще пятьсот миль). Call it a rough thousand from here (считайте, это будет грубо = приблизительно тысяча отсюда; to call – звать; называть; считать, полагать)."

Weatherbee and Cuthfert groaned in chorus (Уэзерби и Катферт хором застонали).

"How long'll that take, Baptiste (сколько на это уйдет, Батист)?"

The half-breed figured for a moment (метис прикидывал минуту; to figure – подсчитывать, оценивать). "Workum like hell (/если/ сильно работать; like hell – сильно; стремительно; изо всех сил), no man play out (никто не выдыхаться; to play out – выдыхаться, терять силу), ten – twenty – forty – fifty days (десять – двадцать – сорок – пятьдесят дней). Um babies come (если детки идти)" (designating the Incapables (указывая на Неумех)), «no can tell (не могу сказать). Mebbe when hell freeze over (может, когда замерзнет ад); mebbe not then (может, и тогда нет).»

nary ['nFqrI], chorus ['kLrqs], designate ['dezIgneIt]

«Sufferin' cracky!» cried another of the party. «No whites?»

"Nary white," Sloper sententiously affirmed; "but it’s only five hundred more up the Yukon to Dawson. Call it a rough thousand from here."

Weatherbee and Cuthfert groaned in chorus.

"How long 'll that take, Baptiste?"

The half-breed figured for a moment. "Workum like hell, no man play out, ten – twenty – forty – fifty days. Um babies come" (designating the Incapables), "no can tell. Mebbe when hell freeze over; mebbe not then."

The manufacture of snowshoes and moccasins ceased (обработка = починка снегоступов и мокасинов прекратилась; manufacture – производство, изготовление; обработка). Somebody called the name of an absent member (кто-то назвал = выкрикнул имя отсутствующего члена), who came out of an ancient cabin at the edge of the camp-fire and joined them (который вышел из древней хижины на краю = возле бивачного костра и присоединился к ним). The cabin was one of the many mysteries which lurk in the vast recesses of the North (эта хижина была одной из многих загадок, которые таятся на огромных окраинах Севера). Built when and by whom, no man could tell (когда она была построена и кем, никто не мог сказать). Two graves in the open (две могилы на открытом пространстве; the open – открытое наземное пространство), piled high with stones (с высокими грудами камней; to pile – наваливать, заваливать), perhaps contained the secret of those early wanderers (возможно, заключали в себе тайну тех прежних странников; to contain – содержать в себе, включать). But whose hand had piled the stones (но чья рука нагромоздила камни)?

manufacture ["mxnju'fxkCq], ancient ['eInSqnt], early ['WlI]

The manufacture of snowshoes and moccasins ceased. Somebody called the name of an absent member, who came out of an ancient cabin at the edge of the camp-fire and joined them. The cabin was one of the many mysteries which lurk in the vast recesses of the North. Built when and by whom, no man could tell. Two graves in the open, piled high with stones, perhaps contained the secret of those early wanderers. But whose hand had piled the stones?

The moment had come (настал момент). Jacques Baptiste paused in the fitting of a harness and pinned the struggling dog in the snow (Жак Батист сделал паузу в подгонке упряжи и вдавил сопротивляющегося пса в снег; to pin – придавить, прижать, пригвоздить). The cook made mute protest for delay (повар выразил немой протест в пользу задержки = сделал молча знак подождать его), threw a handful of bacon into a noisy pot of beans (бросил пригоршню бекона в шумящий = шкворчащий котелок с бобами), then came to attention (затем обратился во внимание/занял свое место; to come to – приходить /в какое-либо состояние/; attention – внимание, внимательность; стойка «смирно»: Attention! – Смирно!). Sloper rose to his feet (Беженец поднялся на ноги). His body was a ludicrous contrast to the healthy physiques of the Incapables (его тело было смехотворной противоположностью здоровому телосложению Неумех; physique – телосложение; физические данные). Yellow and weak (желтый и слабый), fleeing from a South American fever-hole (сбежавший из какой-то южноамериканской дыры с лихорадкой = где свирепствовала лихорадка), he had not broken his flight across the zones (он не прервал своего марша через географические пояса), and was still able to toil with men (и все еще был способен выполнять тяжелую работу /наравне/ с /другими/ мужчинами). His weight was probably ninety pounds (его вес был, вероятно, фунтов девяносто[15]15
  Приблизительно 45 кг.


[Закрыть]), with the heavy hunting-knife thrown in (вместе с тяжелым охотничьим ножом; to throw in – добавлять), and his grizzled hair told of a prime which had ceased to be (а его седые волосы свидетельствовали о расцвете/лучшей поре, которая уже миновала; to tell of – говорить; свидетельствовать; prime – начало; молодость; расцвет, лучшая пора; to cease – переставать, прекращать/ся/).

ludicrous ['lHdIkrqs], physique [fI'zJk], fever ['fJvq]

The moment had come. Jacques Baptiste paused in the fitting of a harness and pinned the struggling dog in the snow. The cook made mute protest for delay, threw a handful of bacon into a noisy pot of beans, then came to attention. Sloper rose to his feet. His body was a ludicrous contrast to the healthy physiques of the Incapables. Yellow and weak, fleeing from a South American fever-hole, he had not broken his flight across the zones, and was still able to toil with men. His weight was probably ninety pounds, with the heavy hunting-knife thrown in, and his grizzled hair told of a prime which had ceased to be.

The fresh young muscles of either Weatherbee or Cuthfert were equal to ten times the endeavor of his (свежие молодые мускулы как Уэзерби, так и Катферта были в десять раз сильнее усилий его /мускулов/; equal – равный; endeavor – попытка, старание, усилие; стремление); yet he could walk them into the earth in a day's journey (однако он мог загнать их до смерти: «загулять их в землю» за один дневной переход). And all this day he had whipped his stronger comrades into venturing a thousand miles of the stiffest hardship man can conceive (и весь этот день он призывал своих более сильных товарищей к рискованному предприятию в тысячу миль самых суровых невзгод, которые /только/ может представить себе человек; to whip – сечь; побуждать; призывать /к какому-либо действию/). He was the incarnation of the unrest of his race (он был воплощением непоседливости своей расы), and the old Teutonic stubbornness (а старинное тевтонское упрямство), dashed with the quick grasp and action of the Yankee (смешанное с быстрым восприятием и активностью янки; action – действие, поступок; /бурная/ деятельность), held the flesh in the bondage of the spirit (удерживало /его/ плоть в оковах духа; bondage – рабство, неволя; bond – узы; оковы).

equal ['Jkwql], Teutonic [tjH'tOnIk], stubbornness ['stAbqnIs]

The fresh young muscles of either Weatherbee or Cuthfert were equal to ten times the endeavor of his; yet he could walk them into the earth in a day's journey. And all this day he had whipped his stronger comrades into venturing a thousand miles of the stiffest hardship man can conceive. He was the incarnation of the unrest of his race, and the old Teutonic stubbornness, dashed with the quick grasp and action of the Yankee, held the flesh in the bondage of the spirit.

"All those in favor of going on with the dogs as soon as the ice sets, say ay (все те, кто за то, чтобы отправиться на собаках, как только станет лед, скажите «да»; in favor of – за; в пользу кого-либо, чего-либо; ay – да; голос «за» при голосовании)."

"Ay!" rang out eight voices (да! – раздалось восемь голосов), – voices destined to string a trail of oaths along many a hundred miles of pain (голосов /тех/, которым было предопределено тащиться по тропе проклятий много сотен миль страданий; to string along – идти, ехать; to string – завязывать, связывать).

"Contrary minded (против: «настроенные против»)?"

"No (нет = против)!" For the first time the Incapables were united without some compromise of personal interests (в первый раз Неумехи объединились без компромисса с личными интересами = без ущерба личным интересам).

"And what are you going to do about it (и что вы собираетесь делать с этим)?" Weatherbee added belligerently (добавил воинственно Уэзерби).

destined ['destInd], oath [quT], belligerently [bI'lIGqrqntlI]

«All those in favor of going on with the dogs as soon as the ice sets, say ay.»

"Ay!" rang out eight voices, – voices destined to string a trail of oaths along many a hundred miles of pain.

"Contrary minded?"

"No!" For the first time the Incapables were united without some compromise of personal interests.

"And what are you going to do about it?" Weatherbee added belligerently.

«Majority rule (правило большинства)! Majority rule (правило большинства)!» clamored the rest of the party (зашумела остальная часть отряда).

"I know the expedition is liable to fall through if you don't come (я знаю, что экспедиция может потерпеть неудачу, если вы не пойдете; liable – очень вероятный, очень возможный; to fall through – проваливаться, терпеть неудачу)," Sloper replied sweetly (снисходительно ответил Беженец); "but I guess, if we try real hard (но мне кажется, если мы очень-очень постараемся), we can manage to do without you (мы можем справиться и без вас; to do without – обходиться без). What do you say, boys (что скажете, ребята)?"

The sentiment was cheered to the echo (/общее/ отношение к этому приветствовали = было выражено громкими возгласами, которые отозвались эхом; sentiment – мнение, настроение, отношение; to cheer – приветствовать громкими возгласами; поощрять одобрительными восклицаниями).

"But I say, you know (но послушайте, /знаете/)," Cuthfert ventured apprehensively (нерешительно осмелился /сказать/ Катферт); "what's a chap like me to do (что делать такому парню, как я)?"

"Ain't you coming with us (ты не идешь с нами)?"

"No-o (не-ет)."

majority [mq'GOrItI], real [rIql], echo ['ekqu]

«Majority rule! Majority rule!» clamored the rest of the party.

"I know the expedition is liable to fall through if you don't come," Sloper replied sweetly; "but I guess, if we try real hard, we can manage to do without you. What do you say, boys?"

The sentiment was cheered to the echo.

"But I say, you know," Cuthfert ventured apprehensively; "what's a chap like me to do?"

"Ain't you coming with us?"

"No-o."

"Then do as you damn well please (тогда поступай, как ты, черт побери, хочешь; to please – желать, хотеть). We won't have nothing to say (нам нечего сказать)."

"Kind o' calkilate yuh might settle it with that canoodlin' pardner of yourn (вообще-то, подумай, ты мог бы уладить это с этим твоим ласковым корешем; to calculate – вычислять; думать; kind of – вроде, почти что, малость, вообще-то; to canoodle – ласкать, нежить)," suggested a heavy-going Westerner from the Dakotas (предложил неповоротливый уроженец Запада из Дакоты; heavy-going – неповоротливый, неуклюжий), at the same time pointing out Weatherbee (одновременно показывая на Уэзерби). «He'll be shore to ask yuh what yur a-goin' to do (он наверняка спросит тебя, что ты собираешься делать) when it comes to cookin' an' gatherin' the wood (когда /дело/ дойдет до стряпни и собирания дров).»

"Then we'll consider it all arranged (тогда будем считать все это = дело улаженным; to arrange – улаживать /спор и т. п./, урегулировать)," concluded Sloper (подытожил Беженец). "We'll pull out to-morrow (мы выступим завтра), if we camp within five miles (пусть даже мы станем лагерем в пределах пяти миль; if – даже если, хотя, пусть), – just to get everything in running order and remember (просто чтобы привести все в рабочее состояние и вспомнить; in running order – рабочее состояние; исправность) if we've forgotten anything (не забыли ли мы чего = если что-нибудь забудем; to forget – забывать)."

canoodle [kq'nHdl], arrange [q'reInG], order ['Ldq]

«Then do as you damn well please. We won't have nothing to say.»

"Kind o' calkilate yuh might settle it with that canoodlin' pardner of yourn," suggested a heavy-going Westerner from the Dakotas, at the same time pointing out Weatherbee. "He'll be shore to ask yuh what yur a-goin' to do when it comes to cookin' an' gatherin' the wood."

"Then we'll consider it all arranged," concluded Sloper. "We'll pull out to-morrow, if we camp within five miles, – just to get everything in running order and remember if we've forgotten anything."

* * *

The sleds groaned by on their steel-shod runners (сани проскрипели мимо на подбитых сталью полозьях; to shoe – подбивать, обшивать /чем-либо; особ. что-либо, сделанное из дерева/), and the dogs strained low in the harnesses in which they were born to die (а собаки напряглись низко /склонившись/ в упряжи, умереть в которой они были рождены). Jacques Baptiste paused by the side of Sloper (Жак Батист остановился возле Беженца) to get a last glimpse of the cabin (чтобы бросить последний взгляд на хижину). The smoke curled up pathetically from the Yukon stove-pipe (дым трогательно клубился вверх из печной трубы на Юконе). The two Incapables were watching them from the doorway (двое Неумех наблюдали за ними из дверного проема).

Sloper laid his hand on the other's shoulder (Беженец положил руку на плечо другого = Жака Батиста).

"Jacques Baptiste, did you ever hear of the Kilkenny cats (Жак Батист, ты когда-нибудь слышал о кошках из Килкенни)?"

The half-breed shook his head (метис отрицательно покачал головой).

last [lRst], pathetically [pq'TetIklI], hear [hIq]

The sleds groaned by on their steel-shod runners, and the dogs strained low in the harnesses in which they were born to die. Jacques Baptiste paused by the side of Sloper to get a last glimpse of the cabin. The smoke curled up pathetically from the Yukon stove-pipe. The two Incapables were watching them from the doorway.

Sloper laid his hand on the other's shoulder.

"Jacques Baptiste, did you ever hear of the Kilkenny cats?"

The half-breed shook his head.

«Well, my friend and good comrade (ну, мой друг и добрый товарищ), the Kilkenny cats fought till neither hide, nor hair, nor yowl, was left (килкеннийские кошки дрались, пока у них не осталось ни шкуры, ни шерсти, ни воя = ни голоса). You understand (понимаешь)? – till nothing was left (пока ничего не осталось). Very good (очень хорошо). Now, these two men don't like work (вот эти два мужика не любят работать). They won't work (они не будут работать). We know that (мы это знаем). They'll be all alone in that cabin all winter (они будут совершенно одни в этой хижине всю зиму), – a mighty long, dark winter (очень долгую, мрачную зиму). Kilkenny cats, – well (килкеннийские коты – ну)?»

The Frenchman in Baptiste shrugged his shoulders (француз в Батисте пожал плечами), but the Indian in him was silent (а индеец в нем промолчал). Nevertheless, it was an eloquent shrug, pregnant with prophecy (тем не менее, это было красноречивое пожатие плечами, наполненное пророчеством; pregnant – беременная; полный смысла, значения; содержательный).

yowl [jaul], eloquent ['elqukwqnt], prophecy ['prOfIsI]

«Well, my friend and good comrade, the Kilkenny cats fought till neither hide, nor hair, nor yowl, was left. You understand? – till nothing was left. Very good. Now, these two men don't like work. They won't work. We know that. They'll be all alone in that cabin all winter, – a mighty long, dark winter. Kilkenny cats, – well?»

The Frenchman in Baptiste shrugged his shoulders, but the Indian in him was silent. Nevertheless, it was an eloquent shrug, pregnant with prophecy.

* * *

Things prospered in the little cabin at first (сначала дела в хижине процветали). The rough badinage of their comrades had made Weatherbee and Cuthfert conscious of the mutual responsibility (грубое подшучивание их товарищей заставило Уэзерби и Катферту осознать взаимную ответственность) which had devolved upon them (которая перешла на них; to devolve – передавать /права, полномочия/; переходить к другому лицу /о должности, обязанностях/); besides, there was not so much work after all for two healthy men (кроме того, было не так уж много работы, в конце концов, для двух здоровых мужчин). And the removal of the cruel whip-hand (а устранение жестокой власти = избавление от жестокой власти; whip-hand – рука, держащая кнут; контроль; власть), or in other words the bulldozing half-breed (или, другими словами, от запугивающего метиса; to bulldoze – разбивать крупные куски /руды, породы/; запугивать; грозить насилием; принуждать), had brought with it a joyous reaction (принесло с собой радостную перемену; reaction – реакция; обратное действие, противодействие; перемена). At first, each strove to outdo the other (поначалу каждый старался превзойти другого; to strive – стараться), and they performed petty tasks with an unction which would have opened the eyes of their comrades (и они выполняли мелкие задачи = работы с рвением, которое бы открыло глаза их товарищам = заставило бы удивиться их товарищей; to open smb.'s eyes to smth. – открыть кому-либо глаза на что-либо, вывести кого-либо из заблуждения, заставить кого-либо прозреть) who were now wearing out bodies and souls on the Long Trail (которые теперь изнуряли тела и души на Длинной Тропе; to wear out – изнурять, изматывать, переутомлять).

prosper ['prOspq], conscious ['kOnSqs], removal [rI'mHvl]

Things prospered in the little cabin at first. The rough badinage of their comrades had made Weatherbee and Cuthfert conscious of the mutual responsibility which had devolved upon them; besides, there was not so much work after all for two healthy men. And the removal of the cruel whip-hand, or in other words the bulldozing half-breed, had brought with it a joyous reaction. At first, each strove to outdo the other, and they performed petty tasks with an unction which would have opened the eyes of their comrades who were now wearing out bodies and souls on the Long Trail.

All care was banished (все проблемы были отброшены; to banish – прогонять; отгонять /мысли/). The forest, which shouldered in upon them from three sides (лес, который обступал их с трех сторон; to shoulder – толкать плечом; задевать плечом), was an inexhaustible wood yard (был неисчерпаемым дровяным складом; to exhaust – исчерпывать, израсходовать). A few yards from their door slept the Porcupine (в нескольких ярдах от их двери спала река Поркьюпайн), and a hole through its winter robe formed a bubbling spring of water (и прореха в ее зимней шубе образовала журчащий родник воды), crystal clear and painfully cold (кристально-чистой и холодной до боли; painfully – болезненно, мучительно). But they soon grew to find fault with even that (но вскоре они нашли недостаток даже в этом; to find fault with – придираться к кому-либо или чему-либо; жаловаться на что-либо). The hole would persist in freezing up (отверстие постоянно замерзало; to persist in – упорствовать в чем-либо, настойчиво, упорно продолжать что-либо), and thus gave them many a miserable hour of ice-chopping (и таким образом дало им много несчастных = неприятных часов прорубания льда). The unknown builders of the cabin had extended the side-logs (неизвестные строители хижины расширили боковые бревна) so as to support a cache at the rear (чтобы обеспечить склад-тайник в задней части; to support – подпирать; обеспечивать). In this was stored the bulk of the party's provisions (в нем хранилась большая часть провизии отряда; bulk – основная масса, большая часть чего-либо). Food there was, without stint (там было неограниченное количество пищи; without stint – без ограничения, неограниченно), for three times the men who were fated to live upon it (для /количества/ людей в три раза большего /чем количество/ тех, которым было предопределено жить на ней).

inexhaustible ["InIg'zLstqbl], crystal [krIstl], fault [fLlt]

All care was banished. The forest, which shouldered in upon them from three sides, was an inexhaustible wood yard. A few yards from their door slept the Porcupine, and a hole through its winter robe formed a bubbling spring of water, crystal clear and painfully cold. But they soon grew to find fault with even that. The hole would persist in freezing up, and thus gave them many a miserable hour of ice-chopping. The unknown builders of the cabin had extended the side-logs so as to support a cache at the rear. In this was stored the bulk of the party's provisions. Food there was, without stint, for three times the men who were fated to live upon it.

But the most of it was of the kind which built up brawn and sinew (но большая часть ее была того сорта, который укреплял мускулы и сухожилия; to build up – укреплять /здоровье, силу и т. п./; наращивать/ся/, накоплять/ся/), but did not tickle the palate (а не ублажал вкус; to tickle – щекотать; угождать; доставлять удовольствие). True, there was sugar in plenty for two ordinary men (правда, было много сахара для двух обычных мужчин); but these two were little else than children (но эти двое мало отличались от детей; else – другой). They early discovered the virtues of hot water judiciously saturated with sugar (они скоро обнаружили достоинства кипятка, благоразумно насыщенного сахаром; judiciously – благоразумно, рассудительно), and they prodigally swam their flapjacks and soaked their crusts in the rich, white syrup (и они щедро заливали свои оладьи и мочили сухари в насыщенном, белом сиропе; to swim – заставлять плыть; быть залитым). Then coffee and tea, and especially the dried fruits, made disastrous inroads upon it (потом кофе и чай, а особенно сухофрукты совершали гибельные набеги на него; inroad – набег, нашествие). The first words they had were over the sugar question (первые ссоры, которые у них были = возникли, были из-за проблемы с сахаром; to have words – крупно поговорить, поссориться с кем-либо). And it is a really serious thing when two men (а это действительно серьезное дело, когда двое мужчин), wholly dependent upon each other for company (полностью зависимых друг от друга в смысле компании), begin to quarrel (начинают ссориться).

brawn [brLn], sinew ['sInjH], sugar ['Sugq], quarrel ['kwOrql]

But the most of it was of the kind which built up brawn and sinew, but did not tickle the palate. True, there was sugar in plenty for two ordinary men; but these two were little else than children. They early discovered the virtues of hot water judiciously saturated with sugar, and they prodigally swam their flapjacks and soaked their crusts in the rich, white syrup. Then coffee and tea, and especially the dried fruits, made disastrous inroads upon it. The first words they had were over the sugar question. And it is a really serious thing when two men, wholly dependent upon each other for company, begin to quarrel.

Weatherbee loved to discourse blatantly on politics (Уэзерби любил крикливо разглагольствовать о политике; to discourse – ораторствовать; рассуждать; излагать в форме речи, лекции, проповеди; blatantly – крикливо), while Cuthfert, who had been prone to clip his coupons and let the commonwealth jog on as best it might (тогда как Катферт, который привык стричь купоны и давал государству продвигаться вперед, как только оно могло: «как лучше оно могло»; prone to – склонный /к чему-либо/, подверженный /чему-либо/; commonwealth – государство; держава; to jog on – медленно, но упрямо двигаться вперед; to jog – подталкивать; двигаться), either ignored the subject or delivered himself of startling epigrams (либо игнорировал эту тему, либо произносил неожиданные эпиграммы; to deliver oneself of – произносить, высказывать; startling – поразительный, потрясающий). But the clerk was too obtuse to appreciate the clever shaping of thought (но конторщик был слишком туп, чтобы оценить остроумное придание формы мысли = то, как он облекал мысль в остроумную форму; to shape – придавать форму, формировать), and this waste of ammunition irritated Cuthfert (и эта напрасная трата боезапаса раздражала Катферта). He had been used to blinding people by his brilliancy (он привык ослеплять людей своим блеском; used to – привыкший к), and it worked him quite a hardship, this loss of an audience (и эта потеря аудитории создавала ему настоящую муку; quite – действительно, в самом деле). He felt personally aggrieved and unconsciously held his mutton-head companion responsible for it (он чувствовал себя лично оскорбленным и бессознательно считал своего тупоголового товарища в ответе за это; to hold – полагать, считать; mutton-head – болван, дурак, баран; mutton – баранина; баран).

coupon ['kHpOn], appreciate [q'prJSIeIt], audience ['LdIqns]

Weatherbee loved to discourse blatantly on politics, while Cuthfert, who had been prone to clip his coupons and let the commonwealth jog on as best it might, either ignored the subject or delivered himself of startling epigrams. But the clerk was too obtuse to appreciate the clever shaping of thought, and this waste of ammunition irritated Cuthfert. He had been used to blinding people by his brilliancy, and it worked him quite a hardship, this loss of an audience. He felt personally aggrieved and unconsciously held his mutton-head companion responsible for it.

Save existence, they had nothing in common (за исключением существования, у них не было ничего общего; in common – совместно, сообща, вместе, одновременно), – came in touch on no single point (/они/ не соприкасались ни по одному пункту; to come in touch – соприкасаться, входить в соприкосновение; touch – прикосновение, касание). Weatherbee was a clerk who had known naught but clerking all his life (Уэзерби был клерком, который не знал ничего, кроме конторской службы /которой он занимался/ всю свою жизнь); Cuthfert was a master of arts (Катферт был магистром гуманитарных наук; master of arts – /сокр. M. A./ магистр искусств, магистр гуманитарных наук), a dabbler in oils (художником-любителем, работавшим масляными красками; to dabble – брызгаться; заниматься /чем-либо/ непрофессионально), and had written not a little (и немало написал). The one was a lower-class man who considered himself a gentleman (первый был человеком из низкого сословия, который считал себя джентльменом), and the other was a gentleman who knew himself to be such (а другой был джентльменом, который и считал себя таковым). From this it may be remarked that a man can be a gentleman without possessing the first instinct of true comradeship (исходя из этого, можно заметить, что человек может быть джентльменом, не обладая главным инстинктом – /инстинктом/ истинной дружбы; first – первый; занимающий ведущее положение, главный, лучший).

existence [Ig'zIstqns], naught [nLt], clerk [klRk]

Save existence, they had nothing in common, – came in touch on no single point. Weatherbee was a clerk who had known naught but clerking all his life; Cuthfert was a master of arts, a dabbler in oils, and had written not a little. The one was a lower-class man who considered himself a gentleman, and the other was a gentleman who knew himself to be such. From this it may be remarked that a man can be a gentleman without possessing the first instinct of true comradeship.

The clerk was as sensuous as the other was aesthetic (насколько конторщик был плотской натурой, настолько другой был эстетом; sensuous – плотский; чувственный; сладострастный), and his love adventures, told at great length and chiefly coined from his imagination (и его любовные приключения = любовные приключения клерка, рассказываемые очень подробно и главным образом выдуманные его воображением; at length – детально, обстоятельно, подробно; to coin – чеканить; измышлять, выдумывать), affected the supersensitive master of arts in the same way as so many whiffs of sewer gas (воздействовали на сверхчувствительного магистра искусств точно так же, как такое множество запахов газа сточных труб = как изобилие миазмов из канализационной трубы; whiff – дуновение, струя; слабый запах, душок; sewer – сточная труба; коллектор, канализационная труба). He deemed the clerk a filthy, uncultured brute (он считал клерка грязным, некультурным животным; brute – животное; скотина), whose place was in the muck with the swine (место которого в навозе со свиньями), and told him so (и сказал ему так = это); and he was reciprocally informed that he was a milk-and-water sissy and a cad (и его ответно/в ответ уведомили, что он кисейная барышня и хам; milk-and-water – безвольный, бесхарактерный; безликий; milk-and-water girl = «кисейная барышня»; sissy – неженка; reciprocally – взаимно; обоюдно). Weatherbee could not have defined «cad» for his life (Уэзерби, хоть убей, не мог бы определить «хама» = что такое «хам»; for one’s life – никак, ни за что на свете, хоть убей); but it satisfied its purpose (но оно = это слово удовлетворяло цели = достигло цели), which after all seems the main point in life (что, в конечном итоге, кажется главным в жизни).

sensuous ['sensjuqs], aesthetic [Js'TetIk], sewer ['sjuq]

The clerk was as sensuous as the other was aesthetic, and his love adventures, told at great length and chiefly coined from his imagination, affected the supersensitive master of arts in the same way as so many whiffs of sewer gas. He deemed the clerk a filthy, uncultured brute, whose place was in the muck with the swine, and told him so; and he was reciprocally informed that he was a milk-and-water sissy and a cad. Weatherbee could not have defined «cad» for his life; but it satisfied its purpose, which after all seems the main point in life.