Текст книги "Побег из города отморозков (ЛП)"

Автор книги: Джек Куэйд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)

– Вы хотите сказать, что "Книга Зла", самая опасная книга на всей планете, аж с сорок пятого года находится здесь, в Уиттиере?

Джеральд согласно кивнул.

– Но убийства начались лишь несколько месяцев назад, – недоумевала Хитер. – Почему сорок лет их не было, а случились они именно сейчас?

– Хороший вопрос, – Ли почесал подбородок, – на который есть не очень хороший ответ. – Поймите, Сюзанна была любовью всей моей жизни. Только рядом с ней все обретало смысл. Она словно склеила по частичкам мою разбитую душу. У Сюзанны был самый чарующий заразительный смех – знаете, такой, услышав который, все присутствующие тоже заливались от хохота. Она была из той редкой породы людей...

– Ближе к сути, что Вы сделали? – оборвала откровения Ли Паркер ледяным голосом.

Джеральд вернулся к реальности из воспоминаний, и улыбка на лице его лице померкла.

– Я был готов на все, чтобы вернуть ее.

– Вот черт, – Паркер будто уже заранее знала, что последует далее.

– Я не думал, что все это закончится вот так, – сознался Ли.

– Джеральд, ответьте на вопрос, что Вы сделали? – Слэшеры, "Книга Зла", вся эта потусторонняя дичь были подобно ушату ледяной воды, выброшенному на голову Хитер, которая еще не до конца поняла, что происходит.

– Он прочитал заклинания из книги, – опередила мужчину Паркер.

– В смысле? Как это? Какие заклинания?

– В "Книге Зла" много разных заклинаний, – пояснила Паркер. – Некоторые из них обладают силами возвращать мертвых. И Ли попытался. Только вместо этого открыл врата в ад.

– Мне не стоило и подходить к этой книге, – признался Джеральд.

– Да неужели? Серьезно? – съязвила Паркер.

У Хитер перехватило дыхание. Девушка вскочила, сделала несколько шагов, пошатнулась, ухватилась скамейку у барной стойки, затем дернулась в противоположном направлении.

– Так это ты во всем виноват! – проговорила Хитер. – Все наши люди мертвы из-за тебя! И мой Джимми! Я столько его ждала, а сейчас он пропал, скорее всего, убит по твоей вине!

Девушка достала из кармана униформы револьвер 38 калибра и направила дуло в голову Ли.

– Все из-за тебя, – повторила Хитер.

Джеральд никак не отреагировал. Не ответил. Ни один мускул не дернулся на его лице. Он просто молча смотрел на целившуюся в него хозяйку закусочной.

– Хитер, не надо, – предостерегла Паркер. – Я знаю, каково тебе сейчас, но остановись. Не делай этого.

– Назови мне хоть одну причину, – Хитер прислонила ствол прямо к переносице Ли, между глаз, – по которой я не должна это делать! Хотя бы одну!

– Я знаю, где "Книга Зла", – ответил Джеральд. – И я смогу закрыть те ворота, что невольно открыл.

По щеке Хитер пробежала слеза. Она еще сильнее вдавила пистолет в голову Ли. Палец надавил на курок, но... вовремя замер. Девушка опустила ствол.

– Черт с тобой, – сквозь слезы пробормотала она. – Будь ты проклят!

– Я смогу положить этому конец, – пообещал Ли. – Даже если это будет стоить мне жизни.

– Нисколько не расстроюсь, – бросила Хитер и вышла из главного зала закусочной.

Когда хозяйка заведения удалилась, Паркер прикурила сигарету и обернулась к Ли:

– А ловко ты все разрулил, респект.

XLII.

Хитер оперлась о стену, закрыла глаза и зарыдала еще сильнее. Как же она устала! Устала бояться, прятаться. А больше всего устала от этих убийств. Вот существовала бы машина времени, чтобы вернуться в недавнее прошлое. Когда знакомые и близкие были живы. Когда этот кошмар еще не начался. Когда в его реальность и поверить было бы сложно. Как когда посреди ночи просыпаешься и с облегчением понимаешь, что это был лишь очень дурной сон.

Девушка смахнула ладонями слезы, вытерла руки об униформу, сделала глубокий вдох и дала себе мысленный приказ собраться. Хитер уже направилась было в главный зал закусочной, как услышала три осторожных постукивания в дверь заднего входа.

Хитер замерла. Снова они. Три. Осторожных. Постукивания. На такие способен только человек, эти монстры с улицы, разрывающие людей на части, наверняка бы не вели себя столь тактично. У них ведь нет мозгов и представлений о приличии. Девушка медленно подкралась к двери и посмотрела в маленькое квадратное окошко в ее центре.

– Джимми?

И это действительно был Джимми! Выглядел ровно так, как когда поехал к своему старику. В той же кожаной куртке, которую носил со школьной скамьи, из-под которой виднелась та же знакомая красная фланелевая рубаха.

– Где ты был? Что случилось? – спросила через дверь Хитер.

– Пытался прорваться к тебе, – ответил Джимми. – Когда я приехал к отцу и зашел в его фургон, на нас напал Топор Боб. Отец мертв.

– О, нет, – выдохнула девушка.

– Я чудом выжил, удалось спрятаться в доме старого Уорда и пересидеть там, пока Топор не ушел. Что происходит? Откуда столько нежити на улице?

– Поверить не могу, что Отиса больше нет, очень жаль его.

– Спасибо, – кивнул Джимми.

– Туннель завален, все лодки сломаны, – Хитер едва сдерживалась от того, чтобы вновь разрыдаться.

– Я хотел позвонить, но телефонные линии не работают.

– Я просто... – сбивчиво проговорила Хитер, с трудом подавляя слезы, – просто... поверить не могу, что ты жив. Это чудо какое-то!

– Согласен, – усмехнулся Джимми. – Но я все же сделал это. Дорогая, что ты ждешь? Открой дверь, впусти меня.

– О, черт, конечно, прости, просто никак не могу прийти в себя, сейчас только найду ключ.

Девушка уже было повернула замок, как на секунду остановилась.

– Давай же, что ты ждешь? В чем дело?

– А что... если ты один из них? – Хитер пристально посмотрела на мужа.

– В смысле? О чем ты? Давай быстрее, здесь совсем не безопасно, знаешь ли, благоверная.

– Понимаешь, много странного сегодня происходит, уже перестаешь удивляться.

– Подожди, ты хочешь сказать, что я похож на этих упырей? Или я что, как-то необычно разговариваю?

– Нет.

– Ну, значит, я – это я.

– Джимми, повторюсь, сегодня много всего странного творится, – продолжала сомневаться Хитер.

– Хорошо, кто, кроме меня реального, может тебе сказать, где мы в первый раз поцеловались?

Девушка попыталась вспомнить.

– В твоей спальне, – опередил ее Джимми. – Под Transvision Vamp. А еще ты не особо религиозная, но каждую ночь перед сном молишься. Кто еще, кроме меня, может это знать?

Лицо Хитер наконец расплылось в улыбке.

– Вот видишь. Это я!

Хитер напоследок еще раз внимательно посмотрела на супруга, и укорила себя за сомнения.

– Прости, малыш, – девушка повернула ключ. – Одна секунда.

Однако, как мы уже знаем, окошко было маленьким, и Хитер видела лишь верхнюю часть тела мужа. Которая вполне себе была идентичной телу ее супруга. А вот нижняя, которая была скрыта от взора женушки, представляла собой освежеванные кости скелета, с которых свисали лоскуты кожи и ошметки мяса.

А одна из кистей сжимала огромный нож.

ОТ ИЗДАТЕЛЬСТВА.

Одна из кассет, изъятых у Альберта Харриса, была зажевана во время расшифровки текста бумбоксом SonyCFX-45, купленным за шестьдесят баксов на блошином рынке. В связи с данным печальным инцидентом главы с сорок третьей и по сорок шестую включительно оказались безнадежно испорченными. Текст, несмотря на все приложенные к этому титанические усилия издателя, восстановить не удалось.

Приносим Вам наши глубочайшие извинения за последствия данного досадного происшествия.

XLVII.

Закусочная Хитер полыхала огнем. Сине-розовые лампочки на вывеске моргнули в последний раз, прежде чем и их съело пламя.

Слэшеры всех мастей окружили здание. Если кому-то и суждено будет выжить в этом адском пожаре, снаружи их поджидает толпа маньяков с мачете в руках.

Из закусочной громыхнул выстрел.

Стены внутри здания были объяты огнем. Краска на потолке пошла пузырями, виниловые двери начали плавиться. Ли держал в руках два обреза, по одному в каждой, и методично отстреливал слэшеров.

Бах!

Бах!

Бах!

Выстрелы не убивали слэшеров, но отбрасывали их назад, однако эти настырные мерзавцы вновь и вновь поднимались на ноги и продолжали приближаться к Джеральду. Ли, в свою очередь, упрямо перезаряжал обрезы и продолжал палить по слэшерам.

Бах!

Бах!

Бах!

Еще три мерзавца отброшены ударной волной. Мужчина просто старался выиграть время. Паркер сидела на полу, склонившись над умирающей Хитер. Обе девушки были алыми от крови хозяйки закусочной. Не было ни единого шанса, что Хитер выживет.

Собрав последние силы, Хитер подняла руку, положила на шею Паркер и приблизила голову охотницы к себе.

– Сделай для меня одну вещь.

– Какую?

– Прикончи этих ублюдков. Всех до одного...

После чего Хитер сделала вдох, свой последний вдох, и покинула этот мир. Паркер взяла ее ладонь в свою и посмотрела в остекленевшие глаза почившей девушки. Долгие годы она старалась вести другую жизнь, держаться подальше от убийств и смертей. Пыталась загнать в самые глубины сознания то, что делала раньше, кем была... Машиной для убийств. Чертовски хорошей машиной для убийств. Практичной, почти лишенной сострадания, эмпатии. По сути, в своей работе Паркер мало чем отличалась от слэшеров. Убивала направо и налево и наблюдала за тем, как умирают другие. А сейчас все было по-другому. Время сделало свое дело, все еще теплая рука Хитер взывала в жизни каждый нерв; как же ей было жалко эту несчастную девушку. Паркер просто сидела и смотрела на бедолагу, не в силах сдержать нахлынувшие чувства, словно все происходящее рядом перестало иметь какое-либо значение.

Бах!

Бах!

Бах!

Наконец грохот выстрелов вернул Паркер к реальности.

– Ну же, крошка, – позвал Ли. – Очнись, у нас тут прям реальная война разгорелась!

Бегу-мать-твою. Паркер с готовностью вскочила на ноги и завела Аэросмит. Бензопила взревела и ожила. Девушка еще пару раз дернула стартер своей давней боевой подруги и прислонилась своим плечом к плечу Джеральда. Напротив была невероятно пестрая команда слэшеров. Сквозь их плотный ряд невозможно даже увидеть входную дверь.

Один из адских засранцев, сильно смахивающий на Пеннивайза, бросился на Ли.

Бах!

Бах!

Бах!

Слэшер опрокинулся на пол, после чего как ни в чем не бывало моментально поднялся.

Джеральд снова направил ствол на клоуна.

Клик!

Клик!

Клик!

– Черт, я пустой – кончились патроны, – Ли бросил в сторону обрез и поднял кулаки на уровень плеч, готовый вступить в рукопашный бой. Естественно, не самый лучший способ вырубить слэшера, однако иных вариантов у старого вояки не было.

Паркер оглядела горящий зал закусочной и остановила взгляд на приближающихся с левого фланга четверых слэшеров.

– Блин, да это скорее не "Отмороженный Город", а "Город Отморозков".

И в тот самый момент, когда мы уже понимаем, что, казалось бы, наши герои в совершенно безнадежном положении, никакой надежды на спасение нет, Паркер услышала "Pour Some Sugar On Me". DefLeppard. С альбома 1987 года. Через разбитые окна и прогоревшие стены, сквозь царящий внутри закусочной пожар пробился свет фар. Спустя мгновение парадную стену с грохотом пробил автомобиль, смяв передние столики и сиденья, а также стоявших перед Паркер и Ли слэшеров.

К слову, этим автомобилем был кабриолет Кадиллак Эльдорадо 1950 года. За рулем – Кори Хэйс. В свои четырнадцать он был слишком молод, чтобы получить права, однако, при этом слишком дерзок и высокомерен, чтобы его это сильно парило. Парень был в бандане, очках Рэй-Бен и в весьма дурном настроении.

– Подвезти? – поинтересовался Кори.

Разбросанные по сторонам в результате крайне эффектного появления парня слэшеры начали подниматься с пола.

– Посоветовал бы поторопиться с принятием решения, – Кори открыл пассажирскую дверцу. – Будете ломаться – долго тут не протянете.

Паркер запрыгнула на заднее сиденье Эльдорадо. Ли с большим предубеждением относился к поездкам с малолетними пацанами за рулем, однако сейчас точно не время брюзжать, так как это был единственный путь к спасению. Джеральд водрузился на пассажирское сиденье, и Кори включил заднюю передачу выехал, развернулся и увел машину прочь от того, что когда-то было закусочной Хитер. Эльдорадо несся по улицам Уиттиера, подросток, резко дергая руль из стороны в сторону, объезжал шатавшихся по дорогам слэшеров. Некоторые пытались броситься на машину, но Кори, несмотря на неуклюжесть движений, удавалось лавировать между ними, переключая передачи и отжимая педали. Так что у наших героев не заняло много времени на то, чтобы умчаться от всего весьма враждебно настроенного потустороннего сообщества.

Ли обернулся и посмотрел на удаляющееся полыхающее здание закусочной, затем бросил суровый взгляд на пацана.

– В чем дело, дед? Ты че так смотришь? – удивился Кори.

– Ты кто, блин, такой вообще?

Паркер с заднего сиденья протиснулась между собеседниками.

– Парни, в чем проблема?

– Что это за сопляк? Лично я его не знаю!

– Ты устал, дедуля, время позднее, в твоем возрасте отдыхать нужно, прикорни немного, успокойся, – съязвил Кори.

– А может, дедуля для начала тебе покажет, как твой грязный рот чистить перед сном? – возмутился Ли.

– Ладно-ладно, древнейший, хорош, успокойся, не нервничай, в твоем возрасте это вредно для здоровья, – Кори был довольно наглым парнем, но с чувством меры: знал, когда лучше не бесить старого медведя.

– Это Кори, – представила пацана Паркер. – Он заскочил в закусочную как раз перед тем, как в нее нагрянула толпа слэшеров. Помнишь, он рассказывал, что устроил засаду в доме родителей, расставил капканы, и несколько гаденышей в них попались. Трое, если память не подводит.

– Нет, – сказать, что лицо Джеральда выражало величайшее недоумение, было бы явным преуменьшением. – Вообще ничего подобного не помню.

– Когда слэшеры напали, он побежал на улицу, чтобы найти машину.

– И он сделал это, – гордо констатировал Кори.

– И теперь мы в безопасности, – резюмировала Паркер. – Вопрос закрыт?

Ли хмыкнул. Джеральд все еще пребывал в полном замешательстве, почему он не помнит произошедшего. Мужчина откинулся на спинку сиденья и уставился в темноту.

– Наверно, в этот момент я куда-то выходил.

XLVIII.

Со Смотрового Холма можно было увидеть весь город. Как на ладони.

Это место здесь также называли Аллеей Влюбленных, Холмом Влюбленных, Панорамой для Влюбленных. Оно на пару сотен футов возвышалось над уровнем моря, добраться туда можно было по довольно крутой горной извилистой дороге. В Уиттиере это было традиционным местом первых свиданий. Именно здесь их устраивали местные тинейджеры, и, если подросткам везло, в этом месте они познавали первый поцелуй. Иногда парочки продолжали посещать Смотровой Холм на постоянной основе, порой это заканчивалось предложением руки и сердца – здесь, именно в этом невероятно романтичном месте, из которого открывался просто очаровательный вид на Уиттиер.

Но, как Вы можете догадаться, в эту ночь Паркер, Ли и Кори сюда привели не первое свидание, не поцелуи и не предложение руки и сердца.

– Вот там "Книга Зла", – Ли показал пожелтевшим от никотина пальцем в сторону местной церквушки.

Паркер, прищурившись, всмотрелась в том направлении, которое указал Джеральд. Ничем не примечательное старое здание. Внутри, скорее всего, алтарь да дюжина скамеек для прихожан. Может, чуть больше. Заброшенное. С виду как минимум с сотню лет.

Вокруг церкви бродили слэшеры. Немногим более десятка. Это все, что можно было рассмотреть в свете луны.

– Задачка не самая простая, – проговорила девушка.

– Неужели, Шерлок? – съязвил Кори, прикуривая сигарету.

Паркер выхватила ее из зубов пацана и хотела было вышвырнуть в сторону, но резко остановилась, задумалась, затянулась сама и обратилась к Ли:

– А как она работает? "Книга Зла"?

– Она способна открыть врата и выпустить зло, смерть, после чего захлопнуть портал. – Начал Ли. – Но, если прочитать подходящие заклинания, может вновь распахнуть червоточину, забрать эту нечисть назад и закрыть на ней чертовы ворота.

– Нам ни за что туда не пробраться, – Кори, присев на корточки, рассматривал церковь. – Там все кишит этими упырями.

– Значит, нам нужен отвлекающий маневр, – предложила Паркер.

– Как насчет старпера? – Кори показал пальцем на Джеральда. – Сядет в машину, подъедет, начнет орать как ошпаренный, кипиш поднимет и, сохраняя дистанцию, вяло потошнит в обратном направлении. Упыри взбесятся, почувствуют запах человечины, рванут за ним, и вуаля – путь чист. А тут мы такие на расслабоне заходим в пустую церковь, читаем заклинания, упырей засасывает обратно в ад, ворота закрываются, а мы, типа, красавцы – человечество спасли. Топ же план, согласись?

– Есть одна проблемка в твоем плане по спасению человечества, – заметила Паркер.

– Это какая, интересно?

Ли проверил барабан револьвера и пояснил:

– Только я смогу прочитать заклинания.

– А че это ты вдруг такой особенный?

– Книга написана на древнееврейском. И, насколько я понимаю, кроме меня, им из присутствующих никто больше не владеет.

– А, ну да, тогда лады, уболтал, тогда если читаешь ты, то ок, – Кори повернулся к Паркер и только в этот момент с ужасом осознал, в чем же проблема его плана, – не, это прям реально отстойно... получается, что жопа гореть будет не у пенсионера, а у меня... блин, фигово как-то карта ложится, чуваки, прям стремак.

XLIX.

Кори Хэйс впервые в жизни сел за руль автомобиля три недели назад. И с самого начала привычно переоценил свои навыки вождения. В тот памятный день в кинотеатре показывали третью часть «Спящего Лагеря» и вторую «Каннибалов-гуманоидов – Подземных Обитателей» и отец наотрез отказался отвезти свое чадо на просмотр. Отец Кори ненавидел фильмы ужасов, считал их недостойным мусором, на который по меньшей мере преступно тратить драгоценное время. Так что, когда пацан попросил своего папашу сводить его в кино и просидеть два сеанса фильмов ужасов, являвшихся продолжениями предыдущих частей, которых батя и не видел, ответом было твердое и категоричное «ни за что!» И Кори еще легко отделался. По правде говоря, он боялся, что отец его в землю закопает за такие просьбочки!

Но Кори был не из простых послушных ребят. Если ему говорили "нет", для пацана это означало не "нет", а "найдем иной способ сделать то, что хочется". Так что, когда родитель пошел спать (а делал он это довольно рано, поскольку ни свет ни заря нужно было вставать и ехать работать на причал), Кори тихонько спустился по лестнице со второго этажа, вытащил ключи из папашиной кожаной куртки и выскользнул из задней двери.

"Интересно, а водить машину сложно?" – высокопарно задался вопросом Кори, садясь за руль семейной Монте-Карло. Поездки в машине не были для пацана в диковинку, он всю свою жизнь катался в автомобилях в качестве пассажира. Кроме того, парнишка видел все серии "Дюков из Хаззарда"^[29], и пусть его опыт был скорее зрительным, нежели тактильным, однако Кори считал, что этого для начала вполне себе достаточно. Парнишка вставил ключ в зажигание, ровно так, как это делал отец на его глазах миллион раз. Переключил передачу на заднюю, точно как это делал отец на его глазах миллион раз. И свернул с подъездной дорожки. Точнехонько в Паккард миссис Боффард, припаркованный по соседству. Совершенно не так... Ну вы поняли.

Кори провел месяц под домашним арестом и так и не посмотрел ни третью часть "Спящего Лагеря", ни вторую "Каннибалов-гуманоидов – Подземных Обитателей". Формально срок домашнего ареста еще не истек, но, поскольку отец пропал, Кори посчитал свое наказание погашенным.

Когда парнишка постучался в закусочную Хитер и его впустили внутрь, Хэйс-младший поведал Паркер Эймс душещипательную историю, как Топор Боб разрубил дверь в их дом, как его старик бросился сражаться с маньяком, прекрасно понимая, что шансов на победу нет. Он просто выигрывал время на побег для любимого сынишки. Кори даже рассказал, что перед тем, как выбежать из дома на улицу, он обернулся, и его дорогой папочка, отчаянно сдерживая слэшера, напоследок смахнув скупую мужскую слезу, крикнул: "Люблю тебя, родненький мой...". Вот такая была история Кори. Не имевшая ровным счетом ничего общего с действительностью.

Вернее, почти ничего. Топор Боб действительно разнес дверь в их дом. Однако все последующие события развивались абсолютно по иному сценарию. Маньяк загнал пацана на кухню, как раз в тот самый момент, когда туда же ворвался отец с бейсбольной битой в руках. Родитель посмотрел на Топора Боба и рванул к задней двери, предоставляя Кори решить свои проблемы самостоятельно. Ну парень-то уже почти взрослый! Подростку удалось выскользнуть из лап слэшера, выскочить из кухни, пробежать по лестнице на второй этаж, в спальню, и вылезти из окна. С карниза пацан допрыгнул до соседской крыши и оторвался-таки от грозного преследователя.

Во второй раз в жизни Кори Хэйс сел за руль как раз в тот день, когда вычислил свободный Эльдорадо. Тот самый, которым пробил стену закусочной. И теперь ему предстоял третий раз. Операция "На живца". Парень перекрестился и дал обет, что, если выживет и не разобьется, обязательно сделает что-то хорошее. Он пока не мог придумать, что именно, добрые дела вообще штука редкая, так с кондачка и не придумаешь, но мысленно дал клятву. Главное, при третьем опыте вождения никуда не врезаться.

Кори посмотрел через плечо на Паркер, сидевшую с обрезом в руке на заднем сиденье. У ее ног лежали несколько коробок патронов.

– Надеюсь, ты не задумала что-то безбашенное?

– А чем мы, по-твоему, все последнее время занимаемся? – спросила в ответ Паркер.

Кори крепко сжал огромное рулевое колесо, повернул ключ зажигания, от чего зарычал мощный восьмицилиндровый двигатель Кадиллака, затем загрузил в магнитолу кассету и нажал на воспроизведение.

Под взревевшую композицию Billy Idol парочка устремилась к своей цели.

L.

Слэшеры буквально наводнили Уиттиер. И теперь уже не только его улицы. Злобные твари слонялись по коридорам муниципальной школы, шатались по лесу Уиттиера, обшаривали подвалы домов. В поисках тех, кто еще не погиб, с одной мерзотной целью – убить все живое.

Кори осторожно ехал на красном Кадиллаке со скоростью пятнадцать миль в час^[30], постоянно переключая взгляд с дороги впереди на зеркало заднего обзора. Паркер Эймс с дробовиком, крепко прижатым к плечу, сидела на заднем сиденье, готовая в любой момент всадить заряд в любого представителя нежити, который осмелится появиться в поле зрения.

Несмотря на то, что верх кабриолета был открыт, а из динамиков гремела White Wedding (часть первая) Billy Idol, внимание слэшеров наши герои пока, по неизвестным никому причинам, не привлекли. Кори начал было подумывать, что их план оказался провальным.

Пацан повернул на перекрестке и увидел слэшера в тюремной робе с кровавым капюшоном на голове. Когда Эльдорадо поравнялся с ним, маньяк повернул голову и пошел вслед за машиной, соблюдая ту же скорость, что была у Кадиллака.

– Мне значительно больше нравилась версия плана, где в качества наживки для упырей выступал чахлый.

– Поверь, мне тоже, – тихо созналась Паркер.

Спустя половину квартала популяция слэшеров за спиной Эльдорадо существенно возросла. Различные маски на головах, всевозможные колюще-режущие предметы в руках, и одна цель на всех – машина с Паркер и пацаном.

И вот один из маньяков бросился вперед, на автомобиль, Паркер не мешкая передернула затвор и выстрелила.

Клик-клик-бабах!

Выстрел пришелся в грудь слэшера, сбив его с ног. Но, как Вы уже знаете, пули в корпус мало, чтобы остановить такого монстра. "Пострадавший" мгновенно встал на ноги и присоединился к толпе, следовавшей за Эльдорадо.

– Похоже, сработало! – выкрикнула Паркер. – Они идут за нами!

– Прекрасно, – пробурчал Кори голосом, лишенным восторга его попутчицы. – Я просто счастлив.

– Теперь дело за тобой, солдат, – Паркер посмотрела в сторону церкви. – Закончи этот кошмар.

LI.

От церкви Уиттиера мало что осталось. Суровая погода и отсутствие ремонта прохудили здание. Краска на некогда белоснежных стенах облупилась. Витражи с красочными изображениями религиозных явлений покрыли пыль и грязь. Сорняки, окружавшие церковь, в высоту достигали несколько футов.

Отец МакЛэйн умер много лет назад, а никого ему на смену найти не удалось. И в какой-то момент люди просто перестали ходить в церковь, следить за ней, и это место стало лишь очередным заброшенным зданием на окраине города.

Церковь была окружена кладбищем. Разбитые могилы торчали из земли, как осколки выбитых зубов. Чуть дальше была лесополоса. Именно там и затаился Ли. Слэшеры, шатавшиеся неподалеку, услышали грохот выстрелов из Эльдорадо и, не устояв перед соблазном кого-нибудь основательно исполосовать, один за одним устремились на шум.

Как только последний скрылся за ясенем и исчез в темноте, Ли, пригнувшись, пересек кладбище и направился к двойным дверям в церковь. Три недели назад, когда он вернулся в Уиттиер, вход был закрыт на цепь с медным замком. Однако хватило одного удара кувалды, которую Джеральд вынул из кузова своего пикапа, чтобы снести замок и войти внутрь. Ли в последний раз осмотрел окрестности, дабы быть уверенным в безопасности, и открыл двери. Так же, как и две недели назад.

Внутри темно, вроде, в церкви никого больше нет. Но, каким бы тихим и мирным все ни казалось, Джеральд не терял бдительности. Он осторожными медленными шагами миновал исповедальню и направился к алтарю, держа кулаки на уровне плеч, готовый отразить атаку внезапно выскочившего незнамо откуда врага.

"Книга Зла" была ровно там, где Ли ее оставил: на полу за алтарем. Джеральд наклонился, вздрогнув от прострела в пояснице. Мужчина поднял книгу, погладил руками обложку, сделанную из человеческой кожи, переплет, перелистал страницы, исписанные кровью.

– А вот и ты, черт бы тебя побрал.

Ли пролистал книгу, чтобы найти место, прочитав которое, он невольно начал весь этот кошмар. Наконец его палец прикоснулся к нужной строке. Джеральд сделал глубокий вдох и взмолился, чтобы у него получилось. Чтобы все опять было, как прежде.

– Ж’аинг-нгах, ег-сотхотх. Х’ее – л’геб. Ф’аитхродог. Уа-а-ах, – нараспев произнес Ли. – Ж’аинг-нгах, ег-сотхотх. Х’ее – л’геб. Ф’аитхродог. Уа-а-ах.

Пятьдесят лет назад эти слова были для Джеральда полной абракадаброй. Ли не знал ни что они обозначают, ни как произносятся, ни какой эффект способны произвести. Но Сюзанна все ему объяснила. Каждый день супруги уделяли один час на обучение. Если случится что-то ужасное, что можно будет исправить только с помощью книги, а с Сюзанной что-то случится, Джеральд должен сделать это за нее. С учетом того, что древний иврит почти никто не знал, девушка настаивала, что ее супруг обязан как можно скорее выучить язык.

– Ж’аинг-нгах, ег-сотхотх. Х’ее – л’геб. Ф’аитхродог. Уа-а-ах.

С каждым новым повторением заклинания в церкви становилось все темнее и темнее. На улице едва слышимый ветерок уже перерос в настоящий ураган. Заслонки церковных окон распахнулись и начали с грохотом биться о рамы. Даже массивные двойные входные двери, не выдержав напора, открылись, и Ли обдало потоком ледяного воздуха.

Но нашего героя это не остановило.

– Ж’аинг-нгах, ег-сотхотх. Х’ее – л’геб. Ф’аитхродог. Уа-а-ах.

Ли бросали в самые горячие точки, поручали невыполнимые миссии во время Второй Мировой. Он много раз оказывался в преисподней, почти без надежды на спасение, но... неизменно возвращался. Так что ветер и темнота не могли, совершенно точно не могли поколебать волю этого человека.

Но Ли не видел, не знал, по крайней мере еще пару минут, что вызвал нечто более зловещее. Прямо над церковью, высоко в небе разверзлись врата в ад. Вот это было воистину ужасно... Внутри пламя, полыхающие тела. Под аккомпанемент воплей тысяч маньяков.

LII.

Паркер перевела взор со слэшеров на церковь. На появившуюся в небе ней дыру, если быть точнее.

– Ничего себе, – прошептала девушка. Ей довелось повидать много потусторонней дичи, казалось, что уже ничто не сможет удивить Паркер. Но врата ада... такое даже для искушенной охотницы на слэшеров было в диковинку.

Обычный слэшер в традиционной маске хоккейного вратаря, с мачете в руке, попытался ухватить бампер Эльдорадо, но его нога замерла в воздухе, а затем какая-то сила словно потянула его назад. И тут... Со свистом мерзавец взмыл в небо и вскоре исчез в открывшихся воротах в ад.

– Да, – победоносно вскрикнула Паркер. – У нас получилось! Сработало.

LIII.

Ли все еще читал «Книгу Зла», ветер продолжал бесноваться, но Джеральд по-прежнему был преисполнен решимости положить конец этому кошмару. Мужчина крепко сжимал книгу, которую порывы ветра с ливнем, косыми струями заливавшим церковь через окна, грозили вырвать из рук, и читал. Снова и снова.

– Огтхродаи’ф, геб’л – ее’х, еог – сотхотх, нгах’нгаи’ай, зхро.

Даже просто читать "Книгу Зла" в спокойной обстановке было той еще задачкой, что уж говорить об описываемых событиях. Это Вам не бестселлер легкий на диване заглатывать.

– Ж’аинг-нгах, ег-сотхотх. Х’ее – л’геб. Ф’аитхродог. Уа-а-ах.

Ветер становился все сильнее и сильнее. Ли понимал, что, закрыв ворота в ад, он в полной мере не загладит свою вину за то, что натворил, открыв их. Но Джеральд надеялся, что хотя бы частично искупит свой грех, избавив человечество от выпущенного им зла.

Двойные церковные двери открылись, и весь разработанный нашими героями план в мгновение ока обрушился. У входа в церковь стояла Сюзанна Вэйк, ни на йоту не изменившаяся с тех пор, как Джеральд впервые ее увидел в замке Хоэнверфен. Когда Ли увидел ее и полюбил с первого взгляда. И на всю жизнь.

Ли замолчал и уставился на женщину, с которой провел пятьдесят лучших лет своей жизни. И даже спустя все эти годы его сердце учащенно забилось при виде любимой.

Несмотря на бушующий ветер и все мракобесие, творившееся вокруг, Сюзанна совершенно ровной, спокойной походкой приблизилась к Джеральду. Девушка положила ладонь на щеку супруга, и от этого прикосновения у старого солдата из глаз потекли слезы.

– Ох, Джеральд, – вздохнула Сюзанна. – Разве я не предупреждала тебя, что с этой книгой нужно обращаться предельно осторожно.

– Да, ты говорила вообще не прикасаться к ней.

– И? Посмотри, что ты натворил

– Я просто... просто хотел тебя увидеть. Сказать то, что не успел сказать, когда мы были вместе... Мне так больно, что я этого не сделал. Мне очень плохо без тебя.

– Хорошо, я готова тебя выслушать, только для начала положи книгу на пол.

Ли посмотрел на книгу, затем на любовь своей жизни.

– Так ты ненастоящая!

– Я та, кем ты хочешь меня видеть, – девушка сплела свои пальцы с пальцами мужа.

– Но ты не Сюзанна!

– Конечно, я Сюзанна! Кто же еще?! – девушка улыбнулась, но Ли прекрасно знал, что эта улыбка может означать что угодно.

Джеральд свободной рукой выхватил из-за пояса американский нож вооруженных сил США и крепко сжал рукоять.