Текст книги "Экспансия. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Джек из тени

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава 14

В оперативном штабе Лирианской империи воздух, казалось, превратился в лед. Весёлое, издевательское «Привееет!» всё ещё звенело в ушах генералов и главы СБ, хотя изображение на кристалле давно погасло, оставив после себя лишь мерцающую пустоту. Никто не смел нарушить тишину. Все ждали реакции своего повелителя.

Император Астарий медленно, словно нехотя, отвернулся от кристалла. Его лицо было лишено всяких эмоций, оно походило на маску из бледного мрамора. Но в серых глазах горел холодный, беспощадный огонь, который был страшнее любого крика. Он обвёл взглядом своих подчинённых, и под этим взглядом даже самые закалённые ветераны почувствовали себя провинившимися щенками.

– Итак, – его голос прозвучал тихо, но каждый слог был отточен, как лезвие гильотины. – Элитный отряд «Имперских Теней». Сорок лучших бойцов, прошедших огонь, воду и десятки секретных операций. Уничтожены. На нашей территории. Группой диверсантов, чья численность, судя по всему, не превышала и двадцати разумных. Я что-то упустил?

Тишина стала ещё более гнетущей. Седой генерал, тот самый, что сломал свой жезл, сглотнул и шагнул вперёд.

– Ваше Императорское Величество, это была… беспрецедентная демонстрация силы. Мы не ожидали противника такого уровня. Эта женщина…

– «Эта женщина», – ледяным тоном повторил Астарий. – Она не просто уничтожила мой отряд, генерал. Она посмотрела мне в глаза через сотни лиг и посмеялась. Она превратила элиту моей службы безопасности в кровавое месиво и помахала мне ручкой. Она унизила не вас. Она унизила меня!

Он сделал паузу, давая словам впиться в сознание каждого присутствующего.

– Начальнику Службы Безопасности, – Астарий повернулся к неприметному человеку в сером, который до этого старался слиться с тенью. – У тебя есть неделя, чтобы дать мне её имя. Не прозвище, не описание. Имя! И всё, что ты сможешь на неё нарыть. Если через семь дней на моём столе не будет нужных сведений, можешь лично отправляться в тот лес и собирать останки своих «Теней», голыми руками.

Человек в сером молча поклонился и растворился в тенях у выхода.

– Генерал Борг, – продолжил император, обращаясь к командующему пограничными войсками. – Все войска на границе со степью и Аниморийской империей привести в полную боевую готовность. Усилить патрули, любой неопознанный воздушный объект сбивать без предупреждения. Любую группу, пересекающую границу, уничтожать на месте, пленных не брать.

– Будет исполнено, мой император, – пророкотал генерал.

– Адмирал, – взгляд Астария впился в командующего воздушным флотом. – Поднять в воздух все разведывательные корабли. Мне нужны глаза по всей границе. Я хочу знать о каждом чихе в аниморийских приграничных гарнизонах.

– Слушаюсь, Ваше Величество!

– И последнее, – Астарий снова обвёл всех взглядом. – Эта ведьма, она не просто воин. Она – символ. Символ наглости и силы Морозова. Я хочу, чтобы этот символ был уничтожен. Объявить награду, десять миллионов имперских крон за её голову. И титул маркиза тому, кто её принесёт. Распространить информацию по всем источникам. Среди черни, наёмников, аристократов, даже среди степняков. Пусть за ней охотится каждый голодный ублюдок на этом континенте.

Он устало опустился в своё кресло, стоявшее во главе зала. Холодная ярость начала уступать место ледяному расчёту.

– Они думают, что могут безнаказанно топтать мою землю? – прошептал он в тишину. – Они разбудили зверя. И этот зверь сожрёт их империю вместе с их смазливыми ведьмами и выскочкой-императором. Вон отсюда! Все!

Когда за последним генералом закрылись массивные двери, Астарий остался один. Он снова посмотрел на погасший кристалл и впервые за долгое время почувствовал, как по спине пробежал холодок. Но сейчас это было предвкушение. Предвкушение жестокой, кровавой войны, в которой он собирался победить любой ценой.

– Давно надо было перейти Степь – задумчиво пробормотал Астарий.

* * *

Мэри вернулась в штабной дом под утро. От неё пахло лесом и едва уловимо кровью. Она вошла в зал, где её ждали аристократы, никто из них не спал. Они сидели на своих местах, бледные, с осунувшимися лицами, и смотрели на неё так, словно увидели призрака. Изображение на стене давно исчезло, но картина бойни навсегда отпечаталась в их памяти.

– Доброго утра, господа, – её голос прозвучал бодро, контрастируя с мёртвой тишиной в комнате. – Надеюсь, вы хорошо отдохнули. У нас много дел.

Она беззаботно подошла к столу, налила себе стакан воды и осушила его залпом. Её движения были плавными и лишёнными усталости. Казалось, ночная резня лишь взбодрила её.

Маркиз Удо медленно поднялся. Он был единственным, кто смог сохранить внешнее самообладание, хотя в его глазах читалось глубокое потрясение.

– Ваше Императорское Величество, – начал он, и его голос был хриплым. – Мы… мы всё видели.

– Хорошо, – кивнула Мэри, ставя стакан на стол. – Значит, мне не придётся тратить время на демонстрации. Вы видели, на что способны мои люди. Вы видели, на что способна я. И вы видели, как умирает элита вашего императора. Вопросы есть?

– Есть, – твёрдо сказал Удо, и остальные дворяне с удивлением посмотрели на него. – Чего вы хотите от нас? Конкретно. Без туманных намёков на вассалитет через сто лет. Что мы должны сделать сейчас, и что вы сделаете для нас?

Мэри улыбнулась, она уважала прямоту.

– Вот это правильный разговор, маркиз. Итак, по пунктам.

Она загнула один палец.

– Первое. Вы – лицо этого восстания. Не я, не мой муж, не Аниморийская империя. Вы угнетённая знать Лирианской империи, которая восстала против тирании императора Астария. Вы объявляете о создании Временного Совета и о том, что берёте власть в свои руки до созыва Великого Собрания, которое изберёт нового, достойного монарха.

Она загнула второй палец.

– Второе. Ваши ресурсы, все ваши деньги, все ваши связи, все ваши верные люди, замки, земли, всё это становится ресурсом для войны. Вы должны поднять на борьбу всех, кто недоволен Астарием. А таких, я уверена, немало. Вы будете формировать армию, вы будете вести агитацию, вы будете управлять отвоёванными территориями.

Она загнула третий палец.

– Третье. Мы ваша тень. Мы обеспечим вас качественным оружием. Магострелы вы не получите, а вот продвинутые зачарованные клинки, луки и арбалеты, боеприпасы к ним, рунические гранаты, защитные артефакты, этого будет в избытке. Мы предоставим вам инструкторов, которые превратят ваших ополченцев в солдат. И мои гвардейцы будут выполнять самые сложные задачи: устранение ключевых фигур, диверсии, захват стратегических объектов.

Она опустила руку и посмотрела прямо в глаза Удо.

– Иными словами, маркиз, вы начинаете гражданскую войну. А я просто подкину вам дров в костёр, чтобы он горел ярче, и не потух раньше времени.

Лысый аристократ с усами нервно сглотнул.

– Но… но это самоубийство! Армия императора нас раздавит!

– Не раздавит, – отрезала Мэри. – Если вы будете действовать быстро и решительно. Астарий силён, но его империя не монолитна. В ней полно трещин. Ваша задача состоит в том, чтобы бить по этим трещинам, пока всё его здание не рухнет. А мы поможем вам найти, куда бить.

Она подошла к большой карте Лирианской империи, висевшей на стене.

– Ваша первая цель, маркиз, – она ткнула пальцем в точку на карте, – город-крепость Альтберг. Это родовой домен вашего старого друга, герцога фон Штрассе, которого Астарий казнил полгода назад. Гарнизон там небольшой, а население вас поддержит. Захватив Альтберг, вы получите плацдарм, арсенал и символ. Вы покажете всем, что вы не просто кучка беглецов, а реальная сила.

Она обернулась и окинула взглядом застывших аристократов.

– У вас есть два дня, чтобы связаться со своими людьми и отдать первые приказы. Через два дня мы выступаем на Альтберг. И, господа, – её голос снова стал ледяным, – отступления не будет. Либо вы вернёте себе власть и свободу, либо ваши головы украсят пики на стенах столичной цитадели. Третьего не дано, решайте. Мы покидаем это место через сорок минут, все, кто согласен с моими условиями, добро пожаловать на борт.

Она развернулась и пошла к выходу, оставив их одних с картой, на которой уже разгоралось пламя новой войны. Маркиз Удо смотрел ей вслед, и в его глазах впервые за долгие месяцы отчаяния зажглась искра азарта и надежды. Он заключил сделку с дьяволом, но этот дьявол, похоже, знал, как побеждать.

* * *

Мэри ушла, оставив за собой звенящую тишину и едва уловимый запах озона. Дверь за последним гвардейцем закрылась с мягким щелчком, который прозвучал в зале оглушительнее выстрела. Несколько десятков аристократов, цвет лирианской оппозиции, сидели или стояли, уставившись на пустое место, где только что исчезла их спасительница и, возможно, палач. Изображение бойни на стене погасло, но каждый видел его перед глазами, стоило лишь моргнуть.

– Мы заключили сделку даже не с дьяволом, – наконец нарушил молчание маркиз Удо. Его голос был ровным, но в нём слышалась бесконечная усталость. Он медленно опустился в кресло, проведя рукой по лицу.

Он обвёл взглядом присутствующих. Страх. На каждом лице он видел его, густой и липкий. Страх перед императором Астарием, страх перед этой безумной аниморийской императрицей, страх перед грядущей войной. Но под слоем страха, как угольки под пеплом, тлело что-то ещё. Унижение, жажда мести и, самое главное, жажда жизни.

– Это безумие! – вскочил молодой граф Риттер, чьи земли были конфискованы одними из первых. – Штурмовать Альтберг! Это одна из самых неприступных крепостей на западе! Нас перебьют ещё на подходах!

– Сядь, Эрих, – спокойно, но властно произнёс Удо. – И подумай, что нам остаётся? Бежать? Куда? Она права, нас либо поймают и казнят люди Астария, либо прирежут степняки ради наших сапог. Прятаться? Сколько ты протянешь в лесу, привыкший к шёлковым простыням?

Риттер открыл рот, чтобы возразить, но слов не нашёл и с шумом плюхнулся обратно в кресло.

– Она дала нам цель, – продолжил маркиз, и его голос креп с каждым словом. Он встал и подошёл к карте. – И цель выбрана не случайно. Альтберг, это не просто камни. Она права, это символ. Герцог фон Штрассе был одним из нас. Его люди помнят его, они ненавидят наместника, которого прислал Астарий. Она сказала, что население нас поддержит, и я верю, что у неё есть основания так говорить.

– Даже если так, – проворчал старый барон Кройц, – гарнизон. Там тысяча имперских солдат, закалённых ветеранов. А что у нас? Наши личные гвардейцы, разбросанные по всей стране?

– У нас есть то, чего нет у них, – Удо обернулся, и в его глазах впервые за долгие месяцы блеснул холодный азарт. – У нас есть деньги, много денег, которые мы успели спрятать. У нас есть связи. И у нас есть она, – он кивнул на дверь. – Она сказала, что её люди будут молотом. Наша задача подготовить наковальню.

Он решительно хлопнул ладонью по столу. Звук получился сухим и резким.

– Хватит ныть! Нас вытащили из петли не для того, чтобы мы тут же в неё вернулись по собственной воле. Фон Штейн! Твои кузены держат торговый дом, который снабжает гарнизон Альтберга провизией. Свяжись с ними, мне нужно знать всё: численность гарнизона, система патрулей, имена офицеров, их привычки, слабости. Всё!

Барон вздрогнул от неожиданности, но тут же выпрямился, и в его глазах появилась деловая хватка.

– Будет сделано, маркиз.

– Граф Риттер! Твои люди всегда славились как лучшие вербовщики. В Альтберге полно бывших солдат фон Штрассе, которых вышвырнули со службы. Найди их, обещай им всё: деньги, амнистию, возвращение на службу. Нам нужны глаза и уши внутри города. И, возможно, кинжалы в спину коменданту в нужный момент.

Молодой граф, ещё минуту назад паниковавший, загорелся. Интриги и тайные операции были ему куда ближе открытого боя.

– Я займусь этим немедленно!

– Остальные, – Удо обвёл взглядом всех присутствующих. – Связывайтесь со своими родственниками и управляющими. Собирайте всех верных людей, нам нужны отряды. Не ополчение с вилами, а солдаты. Пусть пока небольшие, но готовые к бою. Через два дня мы должны быть готовы действовать.

Зал загудел. Страх никуда не делся, но теперь он смешался с лихорадочной деятельностью. Аристократы, привыкшие плести заговоры в тиши кабинетов, вдруг поняли, что игра пошла по-крупному. Они разбились на группы, что-то горячо обсуждая, отдавая приказы невидимым слугам через артефакты связи, ожившие после долгого перерыва.

Маркиз Удо отошёл к окну, глядя в тёмный лес. Он сделал свой ход, поставил на кон всё, что у него было, и даже больше. Он поставил на этого дьявола в юбке. И где-то в глубине души чувствовал, что эта ставка может оказаться выигрышной.

* * *

Зал для приёмов в резиденции Аластара Грея был жалкой пародией на былое величие. Когда-то здесь висели дорогие гобелены и сверкали хрустальные люстры. Теперь стены были покрыты копотью, а вместо люстр под высоким потолком висели простые магические светильники, бросавшие неровный, тревожный свет. Но стол был накрыт на удивление богато. Видимо, Грей выгреб все свои запасы, чтобы достойно встретить спасителей.

Катерина сидела во главе стола. Она сменила пропылённый походный костюм на простое, но элегантное платье тёмно-красного цвета, которое подчёркивало оттенок её волос. Рядом с ней сидели старый вояка Килмер, её самый верный полководец, и сам Аластар Грей, нервно теребивший край своей туники.

– Итак, – произнесла Катерина, отставив в сторону кубок с вином. – Я ценю гостеприимство, лорд Грей, но мы здесь не для пиров. Рассказывайте, что происходит на моей земле?

Аластар Грей сглотнул и начал говорить. Его голос поначалу дрожал, но постепенно креп.

– Всё началось три месяца назад, Ваше Величество. Северные кланы, которые раньше ограничивались мелкими набегами, словно взбесились. Они перестали грабить и уходить. Они начали захватывать аванпосты, караваны, деревни. Они действуют не как рейдеры, а как настоящая армия. У них есть тактика, дисциплина… и что-то ещё.

– Что «ещё»? – нахмурилась Катерина.

– Люди, что носят магические браслеты – вмешался Килмер. Его лицо было мрачным, как грозовая туча. – Раньше он был всего лишь символом особых привилегий и положения. Но всё изменилось, браслеты делают их сильнее, быстрее. Наши лучшие бойцы, ветераны десятков стычек, с трудом могут одолеть таких воинов, наваливаясь по пять-семь против одного. Маги… они используют плетения, которых мы никогда не видели. Грязные, рваные, но невероятно мощные.

Катерина напряглась. Браслеты. Влада носил таких два, его первый гвардеец, Феликс, за счёт браслета и клятвы крови вообще приблизился к званию магистра по верхней планке, хоть и не афишировал этого. А сколько «обычных» офицеров и полевых магов носили этот атрибут силы в рядах гвардии Морозова, было сложно представить. Если среди северян имеются такие же с даром Тактика, пусть даже не слишком сильных, это станет серьёзным вызовом для альянса Когтей и клана Такэды. Про то, откуда, собственно, взялись браслеты, Влад категорически запретил говорить. В этом он был прав, масса авантюристов ринулась бы в джунгли и на ближайшие острова в попытке найти работающий аванпост рогатых.

– Кто их ведёт?

– Его называют Вождь-Пророк, – ответил Грей. – Никто не знает его настоящего имени. Он появился из ниоткуда полтора года назад. Сначала сидел тихо и не отсвечивал. Говорят, он пришёл из-за Ледяного Хребта. Но затем всё изменилось, он объединил десятки враждующих кланов под одним знаменем. Пока вас не было, смог в кратчайшие сроки подмять под себя северные кланы. Теперь под ним солидная часть побережья, не говоря уж о территориях, которые принадлежали кланам сотни лет. Он говорит им, что древние духи Севера пробудились и требуют вернуть себе эти земли, которые мы, южане, у них «украли».

– Бред фанатика, – фыркнула Катерина.

– Может, и бред, – покачал головой Килмер. – Но тысячи воинов верят в этот бред. Они идут в бой без страха, уверенные, что смерть приведёт их в чертоги предков. С такими сражаться тяжелее всего. Они не отступают, они дерутся до последнего.

– Значит, это священная война, – задумчиво произнесла Катерина. Она посмотрела на своих собеседников. – Каковы наши силы?

Килмер понурился.

– Разобщены, моя королева. После вашего ухода… Союз Когтей почти распался. Лишь вольные города на границе с джунглями и близкие к вам кланы держатся вместе. Мы пытались договориться, создать общую армию, но все тянули одеяло на себя. Пока мы спорили, северяне захватили всю долину Туманной Гати и три горных перевала.Клан Такэда держится, но долго не протянут. Разумеется, те десять тысяч, что прибыли с вами с другого континента сильно повысят наши возможности, но…

– Скоро прибудет вторая волна десанта – уверенно ответила Катерина – а вот развал Союза, это плохая новость. Неужто кучка старейшин, что остались на вторых ролях после того, как я проредила наших царьков, подняли головы? Жить надоело?

– Именно это мы и пытались им донести, – вздохнул Килмер. – Но им нужен был лидер. Символ. Тот, за кем они пойдут. Вас слишком долго не было, им нужны вы, моя королева.

Катерина поднялась и подошла к окну, внизу, в свете костров, её воины, прибывшие с другого континента, чистили оружие. Они были дисциплинированы, хорошо вооружены и верны ей до последней капли крови. Но их было всего десять тысяч. Капля в море против армии фанатиков.

– Хорошо, – она обернулась, и её глаза горели решимостью. – Значит, придётся им напомнить, кто здесь королева. Килмер, завтра же отправь гонцов ко всем вождям кланов и правителям вольных городов. Сообщи им, что Катерина вернулась. Я жду всех в столице Шестого Когтя, те, кто откажется…

Она сделала паузу, подняв руку. На ладони закрутился огненный вихрь.

Глава 15

Я стоял перед огромной стратегической картой, занимавшей всю стену моего штаба. Это была не просто бумага с флажками. Это был живой, дышащий артефакт, сотканный из магии и данных, поступающих в реальном времени. Сотни огоньков, обозначавших мои отряды, мерцали ровным синим светом на границе с Лирианской империей. Пока что.

– Время, – мой голос прозвучал в гулкой тишине штаба глухо и чуждо.

Стоявший чуть поодаль Крест, молча кивнул и коснулся кристалла связи. В тот же миг граница на карте, протянувшаяся на сотни лиг, взорвалась багровым. Синие огоньки моих войск врезались во вражескую территорию, и каждый всполох красного означал уничтоженный вражеский отряд, сожжённый форт и смерть.

И я почувствовал это.

Последнее время дар Стратега напоминал о себе не в лучших вариантах. Вот и сейчас ударил по нервам, как разряд молнии. Это была не только боль. Сначала пришла волна первобытной, пьянящей ярости, боевой раж орков Манрока, смешанный с холодной, сосредоточенной злобой горцев Рагнара. Они были моими вассалами, моими кулаками, и их эмоции текли в меня, подпитывая и одновременно отравляя. Я стиснул зубы, вцепившись пальцами в край стола так, что костяшки побелели. У всего всегда есть цена.

– Первый пошёл, – безэмоционально доложил Крест, глядя на свою тактическую панель. – Форт «Западные Врата» смят. Манрок докладывает о полном уничтожении гарнизона.

На карте в секторе орков погасла крупная вражеская иконка. Я видел это не только на схеме. Перед внутренним взором пронеслись обрывочные картины: огромный орк с двумя топорами, хохоча, проламывает стену щитов; горящие казармы; лирианский офицер, пытающийся сдаться, и тяжёлый орочий ятаган, обрывающий его мольбы. Жестоко. Кроваво. Эффективно.

– Они не берут пленных, – констатировал я, скорее для себя, чем для Креста.

– Так и команды не было, – пожал плечами тот. – Твои подданые восприняли приказ «доставить ответ» буквально.

Я криво усмехнулся. Да, он доставлял. Орки были идеальным инструментом для такой работы. Неудержимая лавина из мускулов, ярости и стали, которая просто катилась вперёд, сметая всё на своём пути. После того, как я вывел всех из того проклятого леса, они не задавали лишних вопросов, не рефлексировали. Они несли разрушение, и делали это с радостью. Для них это была не просто война, а праздник. И сейчас они с упоением пировали на костях лирианских пограничников.

А потом я почувствовал другое. Не оглушающий рёв, а тихий, смертоносный шёпот. На карте, в глубине вражеской территории, на десятки лиг от линии фронта, вспыхнули и тут же погасли новые огоньки. Это были горцы Рагнара. Мелкие, неуловимые группы, которые просочились через границу ещё ночью. Они не штурмовали форты, зато вгрызались в артерии вражеской армии.

– Склады в ущелье Трёх Гигантов уничтожен, – снова доложил Крест. – Патруль на тракте к перевалу вырезан. Похоже, Рагнар решил устроить им весёлую ночку.

Горцы действовали иначе. Они были скальпелем там, где орки были кувалдой. Тени в ночи, удар кинжала из-за спины, арбалетный болт из темноты. Они не оставляли после себя величественных руин, только перерезанные глотки, сожжённые обозы и леденящий ужас в тылу. Паника и хаос, вот моё главное оружие на ближайшие дни. Лирианцы, ожидавшие лобового удара на границе, вдруг обнаружили, что война уже у них дома, что смерть может ждать за каждым деревом, в каждом тёмном переулке.

Ответ за уничтоженный пограничный пост. Я послал им счёт, и мои вассалы с радостью его доставляли, выписывая каждую цифру кровью. Они хотели показать силу? Они думали, что могут безнаказанно убивать моих людей? Я покажу им, что такое настоящая сила. Я выжгу эту мысль из их голов калёным железом. Чтобы в следующий раз, когда какой-нибудь лирианский генерал решит поиграть мускулами, он сначала вспомнил эту ночь. Ночь, когда их граница превратилась в погребальный костёр.

Пьянящее чувство всемогущества начало отступать, сменяясь привычной, тупой болью. Похоже, мне пора на отдых, пока не очнулся хрен пойми, где с чьей-то отрезанной башкой в руках. Я чувствовал не только ярость своих воинов, но и их смерть. Вот короткий, острый укол, молодой орк-разведчик нарвался на магическую ловушку. Вот волна отчаяния и боли, отряд горцев попал в засаду, их было всего семеро, и я почувствовал, как оборвалась жизнь каждого из них. Это были не просто иконки на карте. Это были мои люди. И их смерть отзывалась во мне фантомной болью, оставляя на душе новые рубцы. Артефакты явно не справлялись с тем цунами, что рождался в моей голове.

Мои «якоря» уже были здесь. Хмурая Мирра влетела первой с тревогой ощупывая меня взглядом, чуть позже появилась София.

– Всё плохо? – спросила рыжая.

– Пока держусь – спокойно ответил ей.

Я молча подошёл к бару и плеснул себе в стакан на пару пальцев и залпом осушил. Огненная жидкость прокатилась по горлу, но не смогла заглушить внутреннюю борьбу.

– Всё в порядке, Влад? – тихо спросил Крест, заметив, как дёрнулось моё лицо.

– Всё по плану, – глухо ответил я, возвращаясь к карте. – Потери приемлемые.

– Я не об этом – твёрдо сказал барон, глядя мне в глаза. – Гвардия поймёт, а вот армейцам не стоит видеть тебя в «особом» состоянии, мы справимся без тебя.

Я смотрел на карту. Граница Лирианской империи напоминала разорванную, кровоточащую рану. Десятки фортов были стёрты с лица земли. Тыловые коммуникации парализованы. Паника расползалась по их землям, как чума. Ответ был доставлен. Громкий, кровавый и не оставляющий сомнений в моих дальнейших намерениях. Это было только начало.

– Хорошо – ответил под напором родни, слабо улыбнувшись – сдаюсь.

Мирра аккуратно взяла меня под локоть и повела в дальнее крыло во дворце.

– Его ни для кого нет – инструктировала София капитана гвардии – никаких совещаний, срочных дел или аудиенций. Усилить охрану, выставить барьер. Чтобы не случилось…

– Мы знаем… – тихо ответил капитан – всё будет в лучшем виде, моя императрица. Главное, чтобы дворец выдержал.

* * *

Холодный, мерзкий, лирианский дождь. Он лил стеной, превращая узкие улочки Альтберга в грязные ручьи. Идеальная погода для призраков.

Мэри вела свой отряд по крышам, перепрыгивая с одной скользкой черепичной кладки на другую. Под ними расстилался город, погружённый во тьму и страх. После казни герцога фон Штрассе и водворения имперского наместника Альтберг стал похож на тюрьму под открытым небом. Усиленные патрули, тусклый свет магических фонарей, выхватывающий из мрака настороженные лица горожан, спешащих укрыться в своих домах. Воздух был густым от недоверия и затаённой ненависти. Это было их поле боя, их охотничья территория.

– Фантом, статус, – её голос через артефакт связи прозвучал в сознании едва слышным шелестом ветра.

– Чисто, Звезда, – отозвался её заместитель, чья тень замерла на коньке соседней крыши. – Патруль свернул на Рыночную. У нас семь минут.

– Принято. Двигаемся.

Они скользили по теням, бесшумные и невидимые. Лучшие из лучших, кого смогла подготовить разведка Влада. Эльфы, зверолюды, люди, все, кто мог стать тенью и нанести удар из ниоткуда. Но сегодня их цель этой ночью была не в убийстве. Их цель была куда сложнее, посеять семена восстания.

Бойцы спустились в самый грязный и тёмный переулок, какой только можно было найти в портовом районе. Вонь дешёвого пива, прокисшей капусты и отчаяния ударила в ноздри. Их цель таверна «Хромой Гоблин». По имеющимся данным, именно здесь топили в выпивке свою верность старому герцогу его бывшие сержанты и офицеры. Те, кого не казнили, но вышвырнули со службы, лишив чести и средств к существованию.

Мэри оставила основной отряд на крышах, взяв с собой только Фантома и ещё двоих бойцов. Они вошли не через главный вход, где наверняка сидели стукачи наместника, а через заднюю дверь, которую для них «открыл» один из её эльфов.

Внутри было душно и шумно. Но они искали не шум, а тишину. В самом дальнем углу, за столом, липким от пролитого эля, сидел их первый кандидат. Капитан Клаус Рихтер. Когда-то один из лучших офицеров личной гвардии фон Штрассе. Теперь сгорбленная фигура в поношенной одежде, с пустым взглядом, устремлённым в мутное дно своей кружки.

Она подошла к нему, остальные растворились в тенях у стен. Села напротив, не спрашивая разрешения. Он даже не поднял головы.

– Столик занят, – прохрипел он, не отрывая взгляда от кружки.

– В Альтберге нынче все столики заняты, капитан. Чужаками, – её голос был тихим, но каждое слово било точно в цель.

Он вздрогнул и медленно поднял на неё глаза. В них плескалась мутная смесь из пьяной апатии, ненависти и удивления. Он не узнал её, но понял, что она не из местных забулдыг.

– Проваливай, пока патруль не позвал. Мне проблемы не нужны.

– У тебя уже есть проблемы, Клаус, – Мэри чуть подалась вперёд. – У всех нас. Я пришла не создавать новые, а помочь решить старые.

Он усмехнулся, и усмешка получилась кривой и жалкой.

– Помочь? Чем? Нальёшь мне ещё кружку? Или сразу сдашь коменданту за пару медяков?

Она проигнорировала его выпад. Вместо этого задала вопрос, старый пароль, который использовали гвардейцы герцога во время последней пограничной войны.

– Что несёт северный ветер, капитан?

Рихтер замер. Его рука, тянувшаяся к кружке, застыла в воздухе. Апатия в его глазах исчезла, сменившись удивлением, а затем острой, болезненной памятью. Он смотрел на неё, и Мэри видела, как в его сознании проносятся картины былых сражений, лица павших товарищей, гордое знамя герцога.

– Сталь… – его голос сорвался, превратившись в шёпот. – … и скорбь.

– Верно, – кивнула она. – И сейчас он принёс слишком много скорби на нашу землю. Герцог не простил бы нам, если бы мы позволили этому продолжаться.

– Герцог мёртв! – рявкнул он, но уже без прежней уверенности. – Его повесили на городской площади, как вора! А мы… мы ничего не смогли сделать!

– Тогда не смогли. Но сейчас можем, – она огляделась. Никто не обращал на них внимания. Шум и пьяный гул таверны были лучшим прикрытием. – Маркиз Удо собирает верных людей. Он не смирился и он не один.

При упоминании имени Удо в глазах Рихтера блеснула искра. Удо был старым другом фон Штрассе, человеком чести, которого уважали все. Это был не просто слух, это был факт, который мог зажечь пламя.

– Удо? Но он же…

– Он на свободе, готов драться, – прервала его Мэри. – Но ему нужны люди. Ему нужны такие, как ты, Клаус. Офицеры, которые помнят, что такое честь и верность. Солдаты, которые готовы вернуть долг за своего командира.

Он молчал, глядя на свои мозолистые, дрожащие руки. В нём боролись страх и долг, отчаяние и надежда. Это был решающий момент.

Мэри медленно достала из-за пазухи небольшой, тяжёлый предмет и положила его на стол. В тусклом свете сальной свечи тускло блеснул металл. Это был простой жетон из тёмного серебра, но выгравированный на нём герб, золотой лев на лазурном поле, герб рода Удо, говорил о многом.

– Маркиз просил передать это первому, в ком он будет уверен, – сказала она. – Это не приказ, капитан. Это приглашение. Шанс смыть позор и отомстить.

Рихтер смотрел на жетон, как заворожённый. Его дыхание стало тяжёлым, прерывистым. Он видел перед собой не просто кусок металла, знамя, вокруг которого можно было снова собраться. Он видел цель.

Его рука медленно, очень медленно потянулась к жетону. Пальцы коснулись холодного серебра, а затем сжали его с такой силой, что костяшки побелели. Он поднял на неё взгляд, и в его глазах больше не было апатии. Там горел холодный, решительный огонь.

– Где и когда? – спросил он.

– Тебя найдут, – ответила Мэри, поднимаясь. – Будь готов.

Она развернулась и пошла к выходу, не оглядываясь. Фантом и остальные уже ждали её в переулке.

– Он с нами, – коротко передала она по каналу связи.

– Первый есть, – отозвался Фантом. – Сколько ещё таких ночей нам предстоит?

– Столько, сколько потребуется, – ответила она, ловко забираясь на крышу в три прыжка и растворяясь в дождливой ночи.

Первая нить вплетена в паутину заговора. Теперь главное, чтобы она не оборвалась раньше времени. И чтобы таких нитей стало достаточно, чтобы связать петлю на шее императора Астария.

* * *

Воздух в гостевых покоях Катерины был густым и тяжёлым, пропитанным запахами старого дерева, полированного камня и застарелой тревоги. Радость от возвращения домой, такая острая и долгожданная, оказалась горькой на вкус, как лекарственное зелье.

Её мать, женщина с такими же огненными волосами, но тронутыми сединой у висков, сжимала её руки в своих, и её взгляд был полон той всепоглощающей материнской любви, которая одновременно и согревала, и душила.

– Катенька, ты вся исхудала, – шептала Итара, проводя ладонью по щеке дочери. – Эта война… эти чужие земли… они выпили из тебя все соки.

– Я в порядке, мама, – голос Катерины был твёрд, но в нём слышалась усталость, которую не скрыть за королевской выправкой. – Я стала сильнее.