Текст книги "Летние ночи (ЛП)"
Автор книги: Дж. М. Севилья
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)
Глава 16
Следующей ночью, к тому времени, когда я прихожу домой к Шепардам, все уже разошлись по домам. Сэм с Тэгом, и я до боли в сердце хочу поговорить со своей лучшей подругой, чтобы знать, что она в порядке.
Мы с Дэном решаем смотреть фильм и обниматься, как настоящая пара. Он обвивает мой живот, моя голова лежит на его коленях, он поправляет мои волосы и отклоняется назад.
– Я все еще хочу его убить.
– Тэга?
– Нет.
Я вздыхаю. Догадываюсь, кого он имеет в виду.
– Я знаю.
– Этот парень, которого хотят для тебя твои родители. Ему лучше не поступать также, иначе я буду более чем счастлив покончить с ним. Более чем счастлив. И если твой отец снова попытается сделать это с тобой, с ним будет покончено.
Я верю ему. Полагаю, это хорошо, что не будет ни одного шанса быть пойманной, пока мама будет возить меня к миссис Фрайзер, и, насколько я знаю, я все еще не могу уходить из дома по пятницам. Я под домашним арестом; здесь я не смогу попасть в большие неприятности. До тех пор, пока посреди ночи они не обнаружат, что меня нет в моей постели, но я бы с радостью принимала порку каждый день всю оставшуюся часть моей жизни за эти моменты, проведенные с Дэнни.
– Ты разговаривал с Сэм?
– Она не появлялась дома.
– Ты хотя бы пытался дозвониться до нее?
– Не берет трубку.
– Она твоя сестра. Приложи больше усилий.
Все, что я получаю в ответ, это ворчание.
На середине фильма я отрубаюсь, и не просыпаюсь до тех пор, пока не чувствую, что Дэн несет меня в свой грузовик. Он отвозит меня домой, остановившись достаточно далеко от дома, чтобы они не услышали нас.
– Люблю тебя, – говорю я сонным голосом, даже не понимая, что я сказала, пока не пробираюсь обратно в свою комнату, и мне сразу хочется ударить себя. Что я фактически и делаю – бью себя по лбу.
– Пожалуйста, хоть бы он не услышал этого, – молю я вслух.
***
Следующим утром мне, наконец-то, удается увидеться с Сэм. Мне хочется подлететь к ней и обнять, но я должна сдерживаться и вместо этого вежливо здороваюсь с ней, когда она подходит к нашей скамье. Когда мы поднимаемся на время службы, я просовываю в ее руку записку. Я написала ее этим утром. В ней говорится о том, как сильно я ее люблю и как мне больно, что я не могу быть с ней рядом в эти моменты, когда понимаю, что ей действительно может понадобиться друг.
Она читает ее тайком во время пения. Я вижу, как она вытирает свои глаза, и как только мы садимся, она крепко сжимает мою руку. Я сжимаю ее руку в ответ. Меня убивает, что это все, что я могу ей предложить прямо сейчас.
Когда служба заканчивается, пользуюсь возможностью побыть наедине с Сэм. После того, как мы здороваемся с Нельсонами, я говорю тихо, чтобы мог услышать только Джош:
– Мне нужна услуга.
Его брови заинтригованно приподнимаются.
– Мне нужно, чтобы ты занял внимание моих родителей.
Если бы это был мой отец, я уверена, он бы бросил мою маму за то, что она только попробовала бы попросить его сделать такое.
Джош незаметно поднимает большой палец вверх. Это одновременно и радует меня, и огорчает. Радует потому, что, возможно, он может быть таким мужем, рядом с которым мне будет нравиться находиться, а огорчает потому, что если бы он бросил меня, тогда, возможно, у меня было бы больше времени провести с Дэнни.
Джош задает моему отцу вопрос, отчего тот сразу оживляется, отвечая, и я впечатлена, как легко Джош смог подобрать идеальную тему, чтобы привлечь внимание моего отца.
Я говорю маме, что иду в уборную, но она слишком увлечена разговором с другими женщинами, чтобы обратить на это внимание.
Мы с Сэм выбегаем на улицу и идем за церковь, где заросли смогут скрыть наше присутствие.
Мы тут же обнимаемся.
Я продолжаю обнимать ее, пока говорю.
– Что произошло после того, как ты ушла?
– Мы поехали домой к Тэгу…
Я отстраняюсь.
– Домой к Тэгу?
– Ну, да, – она смеется. – А где, ты думала, он живет?
Если честно, я никогда особо не думала об этом.
– Я удивлена, потому что вы, ребята, никогда не делили комнату вместе.
Сэм пожимает плечами с улыбкой.
– Это очень маленькое место, которое мы можем себе позволить.
От этого я снова обнимаю ее.
– Я переживала за тебя.
– Не надо. Я в порядке, – она ухмыляется мне. – Не считая того, что я зла на своего брата.
– Как Тэг? – за него я тоже переживала. Я знаю, что меня бы разрывало на части, если бы Сэм злилась на меня по той же причине, по какой злится Дэнни на Тэга.
– Больно, что Дэнни не хочет дать ему возможности объясниться.
– Вам, ребята, надо поговорить.
– Зачем? Чтобы Дэн снова попытался выбить все дерьмо из Тэга? Спасибо, но нет.
– Что ты собираешься делать? Никогда не возвращаться домой?
– Возможно.
Я хмурюсь.
– Это уничтожит Дэна.
– Это ему надо было думать об этом.
– А какой реакции ты ожидала от него?
– Какая и последовала, – она пожимает плечами, – Почему, ты думаешь, мы скрывали это?
Какая бы ни была причина, у нас обеих начинается истерика, и мы смеемся.
– Что, если бы Дэн выслушал вас без нападок на Тэга?
– Возможно…
Я понимаю, что должна это осуществить. Мне не нравится быть в эпицентре, но я опасаюсь, что, если не вмешаюсь, победит гордость Шепардов.
Я быстро провожаю Сэм, так как понимаю, что должна как можно скорее вернуться на церковный двор. Я не могу обнять ее на прощание, но я кладу руку на сердце, это, по крайней мере, скажет ей что-то.
Разговор между Джошем и моим отцом все еще продолжается, когда я возвращаюсь, но отец прерывается, чтобы устроить мне допрос.
– Где ты была?
– Я проводила Саманту. Не хотела выглядеть грубой.
Он кивает, принимая такой ответ.
Я говорю одними губами «спасибо» Джошу, который подмигивает мне в ответ.
***
В среду вечером Сэм все еще не вернулась домой. Пока я притворяюсь, что читаю Библию во время утренних занятий, разрабатываю план, как устроить разговор между братом и сестрой. Недостаток в моем плане в том, что я понимаю, что должна выступать между ними посредником, а я как бы не совсем вольна прийти и уйти, когда захочу. К окончанию учебных часов я ощущаю уверенность, что смогу все это провернуть. Сейчас я просто обязана осуществить это.
– Мам? – спрашиваю я, пока мы чиним кое-какую одежду. – Я забыла спросить раньше, но Челси надеялась, что я смогу прийти помочь ей с детьми ненадолго. У нее есть некоторая работа по дому, которую она не может сделать, когда они отвлекают ее каждые пять минут.
Мама продолжает шить на швейной машинке, когда говорит:
– Ты знаешь, что твой отец не хочет, чтобы ты покидала дом.
– Это же помощь моей сестре, – доказываю я, стараясь не звучать слишком отчаявшейся. – Ты даже могла бы отвезти меня.
Она еще немного раздумывает, прежде чем согласиться.
– Хорошо. Я смогу отвезти тебя, прежде чем поеду по делам, и забрать тебя, когда закончу.
Из-за волнения от возможности выбраться наружу и разобраться с этим делом, всю дорогу до дома Челси у меня кружится голова.
Я стучусь в ее дверь и разворачиваюсь, чтобы помахать маме, которая все еще не уезжает, ожидая, пока моя сестра откроет дверь.
Как только Челси открывает дверь, я с умоляющим взглядом быстро говорю:
– Не удивляйся, что видишь меня здесь.
Она тут же все понимает и натягивая на лицо приветственную улыбку. Она машет нашей маме, которая машет в ответ и уезжает.
Челси впускает меня внутрь.
– Что происходит?
– Мне нужно было выбраться из этого дома.
– Ну, возможно, ты должна была подумать об этом прежде, чем возвращаться домой с опозданием.
Я закатываю глаза у нее за спиной. Челси едва ли попадала в неприятности с отцом, всегда была идеальной дочерью.
Ее дети тихо играют в своей комнате, когда мы проходим мимо них. Только у Челси может быть шесть детей, счастливо играющих без присмотра.
Мы располагаемся на островке для завтраков на ее кухне.
– Я пришла сюда по еще одной причине, кроме нужды сменить обстановку, – признаюсь я, игнорируя комок в животе, который протестует против моего плана.
Она ставит между нами тарелку с виноградом.
– Я догадалась.
Я закидываю одну виноградину в рот, прежде чем продолжить:
– Я надеялась, что, возможно, ты смогла бы убедить папу, что вы с Аароном должны пригласить меня и Джоша на двойное свидание на этих выходных.
Пока Челси осмысливает идею, я продолжаю объяснять, полная решимости не уходить, пока она не согласится.
– Я хорошо подумала над тем, что ты сказала, и я думаю, ты права. Мне просто нужно немного времени, чтобы поговорить с Джошем о нашей женитьбе, и я уж точно не могу это сделать, когда мама и папа постоянно рядом с нами.
Я наблюдаю, как Челси ест виноград, пока раздумывает. Спустя несколько минут на ее лице появляется улыбка.
– Я думаю, это великолепная идея!
– Правда?
– Ага. Я могу предупредить Джоша, и вы двое сможете провести время вместе, но при этом все еще будете под присмотром взрослых.
Я хочу обратить ее внимание на то, что я взрослая и не нуждаюсь в присмотре, но я достаточно умна, чтобы держать свой рот на замке.
– Кстати, я сказала маме, что я нужна тебе здесь, чтобы ты смогла сделать работу по дому. Так что, с чем я могу тебе помочь? – таким образом, если мама спросит об этом одну из нас, нам не придется врать.
Она смеется.
– Ну, поскольку ты здесь, мне нужно прочистить трубы. Скоро осень.
Я стону. На улице миллион градусов, но, полагаю, услуга за услугу и все такое.
Когда я вижу, что Челси занята, я звоню Сэм с домашнего телефона, зная, что Аарон не проверяет входящие и исходящие звонки, как делает мой отец.
– Привет, это я, – говорю я быстро в ту же секунду, как она поднимает трубку. – У меня нет времени на разговор. Встреться со мной у вас дома в субботу в час дня. Захвати с собой Тэга, – я вешаю трубку и возвращаюсь к чистке, прежде чем у моей сестры будет шанс поймать меня.
Сейчас все, что я могу делать, это надеяться, чтобы остальная часть плана сработала и чтобы в субботу вечером Тэг был все еще жив после визита к ним в дом.
Глава 17
Папа и правда соглашается, когда этим вечером Челси спрашивает у него о двойном свидании. Он даже выглядит довольным этой идеей, но потом снова думает о том, что Челси и Аарон являются воплощением идеального брака: он пожарный, они очень много занимаются волонтерством, на первом месте у них Бог, а также они продолжают рожать детей.
Нельсоны также соглашаются с участием Джоша в этой задумке, а я убеждаюсь, чтобы Дэн был дома в субботу без парней. Я ничего не объясняю, и Дэн, похоже, что-то подозревает, но я начинаю замечать, что он сделает все, о чем я его попрошу.
Мои родители пораньше отвозят меня к Челси в субботу после обеда. Благодаря тщательному обдумыванию предложения, мой отец думает, что будет более удобно встретиться всем здесь, так как это место как раз посередине между нашим домом и домом Джоша. Я удивлена, когда они не заходят в дом, должно быть, они и в правду доверяют Челси. Наверно, это хорошо.
Джош приезжает ровно в срок, на своей собственной машине. Я на это надеялась, но не была до конца уверена. Еще одна часть моего плана выполнена.
– Аарон? – спрашиваю я после взаимных приветствий, все еще покрасневшая с головы до ног после того, как Джош сказал, как прекрасно я выгляжу (несмотря на то, что я выгляжу так же, как и каждый день). – Я подумала, может, мы с Джошем могли бы сначала поговорить? Есть некоторые вопросы, которые нам надо обсудить.
Я знаю, что у меня будет больше шансов провести время наедине с Джошем, если я спрошу напрямую у Аарона. Муж моей сестры, может, и является тем типом мужчин, кто не поднимет руку на свою семью, но он все равно считает, что мужчина – глава семьи.
– Я не знаю…
Челси берет его за руку.
– Помнишь, как это было важно для нас, когда мы ходили на свадьбу к твоей кузине и смогли урвать немного времени наедине?
Моя сестра меня знает. Она знает, что я не отправлюсь в какое-нибудь сомнительное место, чтобы заняться безбожными делами. Я бы вообще никогда не продвинулась так далеко с Дэном, если бы уже не была влюблена в него с момента, как впервые увидела.
Аарон кивает со вздохом.
– Это важный момент. Хорошо, мы встретимся с вами в ресторане в час дня.
Это даст мне не так много времени, но это может сработать. Я обнимаю их обоих, и мы идем к «Вольво» Джоша – машина, которую бы оценил мой отец: она безопасная и надежная (надеюсь, как и водитель).
Когда мы пристегиваемся, Джош прямо говорит.
– Это немного странно. Я даже не думал, что у меня будет время наедине с тобой до нашей брачной ночи.
Я пропускаю мимо ушей то, что он сказал. Сейчас не то время, чтобы думать об этом.
– Мне нужна услуга. Довольно большая услуга.
Он замирает.
– О…
Я спешу объяснить, чего хочу, но мои нервы уже на пределе.
– Мне нужно, чтобы ты отвез меня к Сэм. Ее мама слишком много выпила, и я боюсь, что вчера ночью могло что-то случиться.
Джошу это не нравится, и на какой-то момент я опасаюсь, что мой план не сработает.
– Итак, ты не хочешь поговорить, да?
– Хочу, – успокаиваю я его, потому что надеюсь, что у меня и на это хватит времени – сегодня я чувствую себя очень амбициозно. – Но сначала мне надо проверить Сэм.
Наконец, он включает зажигание.
– Где она живет?
Аллилуйя! Я объясняю ему направление.
– Ты не мог бы никому не говорись об этом, хорошо?
Когда мы подъезжаем, Джош склоняется над рулем, чтобы лучше рассмотреть дом.
– Это здесь она живет?
Я знаю, что это место похоже на гетто (потому что так и есть), но у меня нет времени объяснить, что важно то, что внутри, а не снаружи.
– Подожди здесь! – говорю я через плечо, когда выскакиваю из машины. Тэг и Сэм еще не пришли, но я знаю, что они будут с минуты на минуту.
Я открываю дверь, проскальзывая внутрь так, чтобы Джош никого не увидел там и это не вызвало у него подозрений.
Дэнни на кухне, и я спешу к нему, даря ему поцелуи по всему лицу. Волнение от того, что вижу его, всегда делает меня счастливой.
– Не ненавидь меня, – предупреждаю я его, пака мы снова и снова целуемся.
Поцелуй.
– За что?
Поцелуй.
– Я пригласила сюда Сэм.
Поцелуй.
– Что?!
Поцелуй.
– Вам надо поговорить.
Поцелуй.
– Хорошо.
Поцелуй.
– И Тэга.
Дэн отстраняется от меня, сдвигая на несколько сантиметров свою бейсболку, чтобы раздраженно потрепать волосы, прежде натягивает ее обратно.
– Господи Боже.
– Веди себя хорошо, – предупреждаю я.
– Это маловероятно, – ворчит он, вздыхая.
– Пожалуйста. Ради меня.
Он сыплет проклятьями.
– Ты играешь нечестно.
– Мне все равно.
Позже он еще поблагодарит меня… надеюсь.
Дверь открывается, и Сэм заходит внутрь, она ведет себя невозмутимо. Тэг следует за ней, явно заняв оборонительную позицию.
– Итак, – Сэм щелкает шариком жвачки. – Я слышала, ты хотел извиниться.
Дэн встает напротив них со сжатыми кулаками, и я кладу руку на его плечо, давая ему намек, чтобы он отступил. В ответ он сжимает челюсть.
Он указывает на меня, потом на них.
– Ты подстроила все это?
Я ни на каплю не ощущаю себя виноватой.
– Вам, ребята, нужно поговорить. Тебе нужно выслушать их версию истории.
Дэн хватается за столешницу, нервничая. Я принимаю это за знак, что можно действовать, и киваю им головой. Они становятся на другом конце бара – очень удачное место, так Дэну тяжелее будет добраться до Тэга.
Тэг смотрит на Сэм, она кивает ему, чтобы говорил он.
– Ты знаешь, я не очень хорош в словах, но я имел в виду то, что сказал. Я люблю твою сестру. Я люблю ее на протяжении долгого времени. Ты сказал мне не трогать ее, так я и делал…
Дэн двигается, заставляя Тэга дернуться, но я быстро кладу руку на его предплечье.
– Позволь ему закончить.
Тэг смотрит на меня, и я киваю, чтобы он продолжал. Он выглядит так, будто это прямо противоположно тому, что он хочет сделать.
– Я чертовски долго старался не приближаться к ней, но потом в один прекрасный день я просто не смог так больше.
Последнее предложение он произносит, глядя на Сэм с абсолютной любовью и восхищением, светящимся на его лице, и мое сердце скачет от радости за них.
Дэн долгое время пялится на Тэга, его брови сведены вместе и выглядят, как одна сплошная линия. Когда он говорит, то все еще оценивает Тэга.
– Ну а ты что чувствуешь?
Сэм смотрит на меня, и я киваю, потому что точно уверена, что он обратился к ней.
– Я тоже его люблю, и если ты поставишь меня перед выбором, я выберу его.
Дэн опускает голову, затем поворачивается ко мне.
– Что я должен сделать?
– Я думаю, ты должен быть рад, что это Тэг. Ты знаешь, какой он человек, и разве ты не доверяешь ему больше, чем остальным своим парням, – напоминаю я ему. – Разве ты не хочешь, чтобы рядом с Сэм был человек, который всегда прикроет, как твою спину, так и ее?
– Черт, – проклинает он. – Я ненавижу, что вы, ребята, заставили меня принять это.
У Тэга и Сэм на лицах появляются одинаковые кривые ухмылочки.
Дэн тыкает пальцем в сторону Тэга.
– Не вздумай, черт возьми, разбить ей сердце.
Тэг поднимает руки в знак капитуляции.
– Этого никогда не произойдет.
Потом Дэн указывает пальцем на сестру.
– Теперь ты застряла с ним. Я не собираюсь терять Тэга из-за того, что тебе вдруг стало скучно с ним.
– Договорились, – говорит Сэм с широкой улыбкой.
Дэн поворачивается к холодильнику.
– Кто хочет пиво?
Не могу поверить, сработало! Это было почти слишком легко. Вот почему я была уверена, что никто из них не хотел, чтобы ситуация привела к таким последствиям, и я рада, что вмешалась.
Мы стукаемся нашими стаканами. После того, как мы все делаем по глотку, я понимаю, что пришло время уходить.
Прежде чем я говорю им об этом, первой говорит Сэм:
– Почему Джош на нашей подъездной дорожке?
Парни ставят свое пиво на столешницу еще до того, как Сэм успевает договорить, и направляются к окну. Я бегу за ними и тяну их сзади за футболки, чтобы остановить, но они намного сильнее, поэтому вместо этого они тянут меня за собой.
– Стойте! Вам, парни, нельзя смотреть! Он может вас заметить, а потом это может дойти до моего отца, что у Саманты бывают здесь парни.
– Уже слишком поздно, – говорит Сэм за моей спиной. – Он видел, как я зашла сюда с Тэгом.
Черт. Об этом я не подумала. Я продолжаю тянуть их.
– Серьезно, парни, пожалуйста, не делайте этого. Это только приведет меня к неприятностям.
Дэн приостанавливается, отчего я падаю назад, а он ловит меня, в то же время ударяя Тэга по груди, чтобы тот остановился.
– Хорошо, – соглашается он, хоть и выглядит при этом очень злым.
У меня нет времени извиниться или попытаться сгладить ситуацию.
– Мне нужно идти.
Я быстро обнимаю Сэм, а затем проскальзываю за дверь.
Джош дарит мне вопросительный взгляд, когда я пристегиваюсь на своем месте.
– Что за парень был вместе с Самантой? Он похож на того, кто входит в Международную Организацию Реслинга.
– Это ее кузен, – отвечаю я небрежно. – Он пришел, чтобы помочь отвезти ее маму в реабилитационный центр. Она может быть очень агрессивной.
– О, – он кивает, вглядываясь в дом с хмурым лицом. – Это печально.
– Да.
– Все в порядке?
Я немного переживаю, что в этом разговоре только одна сотая правды, но я справляюсь с этим. Мне не нравится, что я так легко могу врать, но, в любом случае, я продолжаю это делать.
– Сейчас, да. Спасибо, что позволил мне сделать это, – я дарю ему самую выигрышную улыбку, на которую только способна, и мягко касаюсь его руки.
Он краснеет. Он на самом деле краснеет.
Я чувствую себя ужасно.
Я позволяю ему отвезти нас в ресторан, подумав, что мы сможем поговорить на парковке.
– От всей этой ситуации мне на самом деле неловко, но я не знаю, как по-другому это сказать, так что была не была, – я делаю паузу, чтобы сделать глубокий вдох и подготовить себя к тому, чтобы раскрыть все карты. – Я не знаю, что произойдет в будущем, но я знаю, что никогда не позволю своему мужу поднимать руку на меня или моих детей, не важно, что неправильного мы сделали или как сильно мы ослушались.
Джош выглядит озадаченным.
– В этом дело?
Я пожимаю плечами.
– Это единственное, с чем я не смогла бы жить.
Он кладет свою руку на мою, и я подмечаю, что ничего при этом не чувствую.
– Я могу тебя уверить, что это не в моем стиле. Мои родители ораторы. Мы говорим обо всем. На самом деле, иногда я думаю, что я с сестрами предпочел бы получать немного физического наказания вместо того, чтобы выслушивать лекции.
– Поверь мне, вы бы не захотели, – от моего высказывания Джош хмурится. Я продолжаю, не давая ему времени обдумать это. – У тебя есть что-то, что может сорвать сделку?
Он сжимает мою руку.
– Я не думаю, что ты способна хоть на что-то, что изменит мое мнение о тебе.
И что я должна на это ответить? К счастью, мне не приходится придумывать ответ, потому что он открывает дверь со своей стороны, чтобы выйти.
– Пошли обедать. Я проголодался.
Обед, на удивление, проходит хорошо. Джош хорошо ладит с Челси и ее мужем, как, похоже, и со всеми остальными. Я замечаю, что все это время я по-настоящему улыбаюсь и хорошо провожу время. Нет, зачеркните это, я великолепно провожу время. Вот черт.