Текст книги "Неприкасаемые (ЛП)"

Автор книги: Дж. МакЭвой

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц)

– Позаботьтесь о них обоих, – сказал им Деклан.

Глаза Роя слегка расширились, но он кивнул. Мы не убивали на глазах у чужих, но, к сожалению, сейчас это необходимо.

– У кого-нибудь есть вопросы? – Я спросила всех в комнате, но никто не ответил. Кивнув, я поднялась, немного спотыкаясь, но Деклан подошел ко мне и взял за руку. Мы оставили Чака прижатым к столу, рыдающим, как ребенок.

– Я думаю, мы поняли друг друга. Хорошего вечера, джентльмены. – Я направилась к двери, когда Деклан повернулся и протянул одному из них пистолет. Когда один из них выстрелил Чаку в глаза, тот снова заговорил.

– Урок пятый: никогда не выводи Каллахана из себя. Это опасно для вашего здоровья.

– Я надеюсь, что я была здесь достаточно, чтобы преследовать вас всю жизнь, потому что я не вернусь в эту дыру в обозримом будущем. И никто из вас никогда меня не встретит. – заявила я, когда мы выходили.

Я была всего в нескольких шагах от выхода, когда один из стробоскопов осветил лицо мужчины.

– Деклан, ты видишь тоже, что и я? – Спросила я его, когда мы вернулись к остальным сексуально неудовлетворенным любителям веревок и цепей.

Он обвел взглядом тускло освещенный клуб, и я снова увидела, как тьма наползает на его глаза.

– Зови всех, – сказала я ему, направляясь к бару. Я не могла ничего выпить и моя нога убивала меня, и к тому времени, как Деклан положит трубку, вся семья будет уже в пути. Даже Эвелин.

Это заставило меня рассмеяться и съежиться при мысли об Эвелин в секс-клубе. Но что я могла поделать? Паразиты любили прятаться в темноте.

– Значит, мы ждем? – спросил он.

Я просто кивнула.

Он помолчал мгновение, прежде чем прошептать:

– Почему ты не сказала мне, что перевербовала его людей?

– Потому что я не должна перед тобой отчитываться, Деклан. Не совсем понимаю, почему ты продолжаешь недооценивать меня. Или почему ты, кажется, думаешь, что я какая-то глупая маленькая девочка, пытающаяся играть в мафию. Я не идиотка и не стала бы добровольно подвергать опасности семью, бизнес или саму себя. Если бы ты не был членом семьи, тебя бы здесь не было. – На самом деле, если бы он усомнился во мне во второй раз, я бы отрубила ему руки.

– Прости, я все еще не привык ко всему этому, – ответил он.

– Твоя жена, кажется, добилась своего. – Несмотря на то, что я мало провожу с ней времени.

Он просто хихикнул.

– Коралина изменилась, но она все еще моя Коралина. Неважно, сколько она тренируется, неважно, какой крутой она становится, она все равно моя милая Коралина. Она – солнце, а я – Плутон.

– Холодный, мертвый, плавающий камень? – Мои глаза сузились. – Это то, что ты говоришь всем девушкам в секс-клубах?

Его глаза расширились, когда он попытался придумать, что сказать, однако он мудро понял, что лучше всего держать рот на замке.

Снова повернувшись лицом к толпе, я боролась с желанием потереть живот. Как будто я проверяла, там ли он все еще. Но под моей свободной рубашкой я чувствовала бугорок. Малыш играл на моих эмоциях, и не так, как мне бы хотелось. Я была либо счастлива, либо возбуждена, либо голодна. Иногда все три одновременно! Это сводило меня с ума и мешало сосредоточиться.

– Они здесь, – сказал Деклан, глядя на дверь.

И, конечно же, там был мой муж, одетый во все черное, и хотя он не выглядел довольным, он все равно выглядел сексуально.

Его зеленые глаза осмотрели клуб, прежде чем остановились на мне.

Он посмотрел на меня так, словно хотел свернуть мне шею. Что ж, он был в подходящем месте для этого.

– Он убьет меня. – Деклан вздохнул.

– Возможно. – Сказала я, наблюдая за тем, как все, казалось, столпились вокруг Лиама, когда он шел ко мне. Я чувствовала, как мое желание к нему растет с каждым его шагом. К тому времени, как он добрался до меня, мне просто хотелось наброситься на него.

– Жена, – прошипел он мне.

– Часто сюда приходишь, муженек? – Я ухмыльнулась.

– Я найду Нила, прежде чем он потеряет самообладание, – сказал Деклан, быстро покидая нас.

Лиам ущипнул себя за переносицу, прежде чем повернуться к бармену.

– Ваш лучший скотч, – потребовал он.

– Скотч? Кто-то встревожен.

– Может быть, потому, что моя жена в секс-клубе в центре Чикаго, и рядом с ней только один мужчина. Мелоди…

– Может быть, я и ношу твоего ребенка, но уже достаточно взрослая. Радуйся, муженёк. Мало того, что мы теперь покупаем по 15 миллионов, так еще и Чак мертв, и я заметила здесь Харви Кинга. Сегодня хороший день. Включи своего внутреннего ирландца, Лиам. – Я повернулась, чтобы посмотреть, как Федель и Дилан оттащили очень пьяного Харви от женщин, которые окружили его.

Лиам встал перед моим лицом.

– Мы с тобой, жена, поболтаем позже.

– Это ты так «я жёстко трахну тебя» завуалировал? – Я улыбнулась, и он глубоко вздохнул, прежде чем крепко поцеловать меня, стаскивая со стула.

– Заткнись и дай мне разозлиться на тебя, – сказал он, когда оторвался.

ЛИАМ

Как могла одна женщина свести меня с ума? Вот она, сидит в баре, когда мужчин бьют кнутом, а женщин приковывают к стенам. Она выглядела совершенно неуместно, но ее это даже не беспокоило, она просто сидела и потягивала клюквенный сок.

– Перестань злиться на меня, чтобы мы уехали домой в хорошем настроении, – добавила она, прежде чем улыбнуться.

Она часто это делала. Улыбалась и смеялась…. На публике. Я знал, что это из-за гормонов; прекрасно, но я не хотел к этому привыкать. Несмотря на все происходящее дерьмо, я счастлив, потому что она счастлива. Я не могу злится на нее дольше нескольких секунд, прежде чем она полностью обезоруживает меня своей улыбкой. В глубине души я знал, что это Божье дело. Так и должно было быть. Она забеременела в самое неподходящее время.

Однако, из того, что я узнал, это было гораздо глубже, чем просто ненависть Авиелы к Джованни. И теперь я знал, что нам всерьез нужно ехать в Ирландию.

– Что происходит? – она нахмурилась, глядя на мое лицо, как будто что-то читала.

– Позже – Сказал я, целуя ее в губы, – Оливия хочет разобраться с ним в Поместье. Мы можем поговорить после.

Ее глаза сузились, но она кивнула.

Мы вернулись домой, посмотрели, как Оливия убила Харви, а потом мне пришлось объяснять жене, почему моя «любовница» была частью гораздо большей головоломки.

ГЛАВА 14

«Молчание никогда не является ответом, если только уравнением не является убийство».

– Бесшумный убийца

ЛИАМ

– Господи Иисусе, Мел, – я вздохнул, падая рядом.

– Уже устал? – прошептала она, покрывая поцелуями мою потную грудь. Она пытается убить меня.

– Мел, нам нужно… – Я начал говорить, но в тот момент, когда ее рот обхватил мой член, я не мог открыть глаза, не говоря уже о том, чтобы говорить.

Какой это уже раз? Пятый? Шестой?

Я не знал, да и мне было все равно. Ее рот был раем, а выносливость – адом.

– Что нам нужно, муж? – спросила она, облизывая кончик моего члена, наблюдая, как я теряю рассудок и волю. Перед ее губами, руками и глазами я был бессилен.

– Ну? – спросила она, сжимая меня еще раз, и прежде чем я смог заговорить, ее рот снова окружил меня.

Она двигалась так чертовски медленно, что было больно. Я умирал.

– Черт! – Рявкнул я, потянув ее за волосы, заставляя опрокинуться на спину. Моя жена хотела большего, чем просто секс, она хотела контроля, она хотела бороться со мной здесь и сейчас, и часть меня знала, что она хотела, чтобы я доминировал над ней.

Ее красные ногти царапали мою грудь, когда она толкалась, изо всех сил пытаясь заставить меня лечь на спину, чтобы я мог быть ее сучкой.

– НЕТ! – Крикнул я ей в лицо, прижимая ее руки над головой.

Ее ноздри раздулись, но я мог видеть веселье в ее глазах. Я не хотел развлечений.

Я схватился за свой член, но сучка сомкнула ноги.

– Тогда будь по-твоему, – сказал я ей, ослабляя хватку и переворачивая ее на живот. Прежде чем она успела пошевелиться, я схватил ее за задницу и толкнул вперед.

– Ааа… – простонала она, вцепившись в простыни.

– Моя милая жена… – Позвал я ее, целуя в плечо и пробираясь вверх по ее шее. Я вышел, только чтобы еще глубже войти в нее.

– Лиам…

– Ты нарвалась не на того мужчину, жена. Ты не можешь продолжать так искушать меня, – сказал я ей, схватив ее за задницу, пока жестко трахал ее.

Она попыталась заговорить, но теперь была в том же положении, что и я: безмолвная, на грани. Вцепившись в край нашей кровати, она крепко держалась, заставляя кровать раскачиваться вместе с нами.

– О нет, жена… – Пробормотал я, притягивая ее обратно. Я держал ее за груди, позволяя ей оседлать меня. Ее руки метнулись назад в поисках моих волос.

– Лиам… черт… – простонала она, и я не смог удержаться от усмешки.

– Все, что ты захочешь, любимая, – проворчал я, целуя ее позвоночник, держась из последних сил.

– Лиам…

– Подожди… – я застонал, изо всех сил пытаясь бороться с этим, но не смог. Не с ней. Не так.

– Мел! – я ахнул, когда кончил вместе с ней, прежде чем упасть в кучу переплетенных конечностей.

Вырываясь, я ложусь рядом с ней, вдыхая аромат нашего секса.

– Будь ты проклят, – прошептала она, убирая волосы с лица. Она выглядела такой чертовски дикой, так красиво выебанной, что я захотел ее снова. Мой член отвалится.

– Будь ты проклята. В любом случае, это твоя вина. – Произнес я, желая поцеловать ее.

Она ухмыльнулась и села, позволяя мне увидеть не только ее идеальную грудь, но и небольшой животик. Встав, я притянул ее к себе.

– Фу, ты вспотел, – она рассмеялась.

– Как и ты! – ответил я, закатывая глаза. – И мы не были потными, если бы ты не набросилась на меня в машине.

– Я не набрасывалась на тебя, просто прикоснулась, – заявила она, расслабляясь в моих объятиях.

Мне нравилось, когда она была такой со мной.

– Ты схватила меня за член.

План состоял в том, чтобы вернуться домой, убить Харви и поговорить. Но интересовалась ли моя жена когда-нибудь моими планами? Нет. Вместо этого она схватила мой член, и поскольку я пристрастился к ней, пути назад не было. Мы трахались в машине. Мы были друг на друге в коридоре, а потом кончили тем, что трахались у стены нашей комнаты, прежде чем оказались на кровати.

Она откинула назад мои волосы, глядя мне в глаза.

– Я изголодалась по тебе, и теперь, когда я утолила сексуальный голод, я жажду настоящей еды.

– Шоколад – это не еда, любимая. – Я ухмыльнулся, заставив ее уставиться на меня.

– Еда – это все, что я хочу съесть, Лиам. А теперь иди, принеси мне немного мороженого, – потребовала она, изо всех сил пытаясь столкнуть меня с кровати.

Я люблю ее.

Скатившись с кровати, я наблюдал, как она потянулась, прежде чем завернуться в простыни.

– Я принесу, черт возьми. Но тебе лучше съесть что-нибудь более полезное…

Но прежде чем я успел закончить, она шлепнула меня по заднице. Быстро повернувшись к ней, я обнаружил, что она ухмыляется.

– Ты сказал это мне в лицо, что еще я должна была сделать? – Невинная манера, с которой она сказала, была преступной

Наклонившись, я поцеловал ее, прежде чем отстраниться.

– Это те прикосновения, за которые тебя следует безжалостно трахнуть.

– Накорми меня, и мы сможем поговорить об этом, – сказала она, прежде чем наклониться, чтобы поцеловать меня еще раз.

Я никогда не хотел, чтобы это заканчивалось, но нужно было остановиться, по крайней мере, на данный момент.

– Я принесу смор⁸. Но приведи себя в порядок, нам нужно проверить Оливию.

Проведя рукой по моему лицу, она села.

– Или ты можешь позвонить кому-нибудь, чтобы нам принесли еды, пока мы вместе приведем себя в порядок. Я могла бы воздержаться от еды, чтобы принять душ.

В тот момент, когда она поцеловала меня, прикусив мою нижнюю губу, я понял, что мне конец.

Черт бы ее побрал. Будь она проклята.

МЕЛОДИ

– Мэм, – сказал Монте, протягивая мне тарелку с соусом и стакан молока, пока я сидела в подвале.

По-видимому, мы с Лиамом ничего не пропустили, даже принимая слишком долгий душ.

Предполагалось, что Оливия справится с ним сама, но она отказалась смотреть на Харви. Она еще не была готова встретиться лицом к лицу с монстром. Можно было бы подумать, что она умирает от желания перерезать глотку этому ублюдку, но нет. Она, черт возьми, пряталась.

Лиам ушел, чтобы привести ее, то есть вбить в нее немного гребаного здравого смысла – оставив меня наедине с насильником. Это звучало ужасно…для него. Он все еще был с кляпом во рту и привязан к стене. Рубашка на нем была порвана, кожаные штаны доходили почти до лодыжек; он выглядел так, как будто только вышел из секс-клуба; в целом это было жалкое зрелище. Его волосы были сальными, усы казались нарисованными фломастером, а глаза были холодными.

Это был тот кусок дерьма, с которым она не хотела сталкиваться? Я ожидала большего.

– Я не понимаю женщин, Монте, – сказала я ему, уставившись на Харви, и пока ела свою еду.

– Если вы этого не сделаете, мэм, у остальных из нас нет надежды.

– Как бы ты его убил? – спросила я, заставив глаза Харви расшириться, когда он уставился на нас. – Если бы он изнасиловал твою любимую, что бы ты ему сделала?

Монте пристально посмотрел на мужчину.

– Я бы повторил сцену из «Страстей Христовых»⁹: приковал его цепью к стене и содрал с него кожу кнутами… и, черт возьми, обвалял бы его в соли. – Он сплюнул себе под ноги.

– Ты можешь и лучше, Монте, – я улыбнулась, отпивая свое молоко.

– Распять его вниз головой? – он ухмыльнулся, глядя на меня сверху вниз.

– Я вижу, кто-то снова начал посещать церковь, – Монте не был религиозным человеком, но время от времени он проводил недели в церкви. Я не была уверен почему, но это явно шло ему на пользу.

Насильник что-то пробормотал, борясь со своими цепями, как будто это могло ему помочь. Я нравилось смотреть, как он медленно страдает.

– Извини, у тебя яйца во рту. Я тебя не слышу, – сказала я ему, прежде чем откусить кусочек. Он свирепо посмотрел, выкрикивая что-то, чего я не поняла.

– Я думаю, что он оскорбляет вас, мэм. Могу я проучить? – Он казался нетерпеливым.

– К сожалению, нет, это убийство Оливии, и она убьёт его, даже если это займет у нее всю ночь, – я нахмурилась. – Но мы можем рассмотреть твою иде. Я никогда раньше не видела распятого человека.

ЛИАМ

У меня нет времени на это дерьмо.

– Оливия Каллахан, тащи свою задницу сюда и убей этого ублюдка, у меня много дерьмовых дел, – крикнул я дубовой двери. Я все еще слышал ее рыдания.

– Ты не помогаешь! – Нил накричал на меня, но в тот момент, когда его глаза встретились с моими, он отступил, как и должен был.

Уставившись на двухсотлетнюю дубовую дверь с вырезанным вручную фамильным гербом, которую моя мать привезла из Ирландии, я подумал о том, как легко было бы мне просто пробить в ней дыру и вытащить ее. Ущипнув себя за переносицу, я почувствовал на себе взгляд отца. Он хотел посмотреть, насколько хорошо я могу управлять семьей. Он всегда наблюдал за мной, и иногда это выводило меня из себя.

Вздохнув, я шагнул вперед.

– Оливия, я не понимаю твоей боли и никогда не пойму. Ничто из того, что я могу сказать, не изменит того дерьма, через которое ты прошла. Однако прямо сейчас тебе дан шанс добиться справедливости, которой достигают немногие люди в этой жизни. Ты – Каллахан. Мы не плачем, мы не сводим счеты, мы склоняем чашу весов в свою пользу. У меня слишком много дел, чтобы сидеть здесь и слушать, как ты позоришь эту семью. Если ты не выйдешь оттуда через пять секунд, Нил разведется с тобой. Он не захочет, но он сделает это, потому что я заставлю его. И его следующая жена не будет такой гребаной размазней.

– Ты мудак, Лиам Каллахан, – крикнула она, выбегая из комнаты, прежде чем пронестись по мраморному коридору. Нил покачал головой, его челюсть сжалась, прежде чем он последовал за ней.

Деклан и мой отец просто уставились на меня.

– Есть причина, по которой вы, идиоты, так пялитесь?

– Нет, я пойду… приведу себя в порядок. – Сказал Деклан себе под нос. Я мог бы поклясться, что этот ублюдок пробормотал: Безумный шляпник снова наносит удар.

МЕЛОДИ

Услышав, как открывается дверь, мы с Монти обернулись и увидели Оливию, ее лицо было опухшим и красным, ее глаза были сосредоточены только на Харви.

– Я хочу остаться с ним наедине, – потребовала она.

Кивнув, я посмотрела на Монте, который прошел мимо нее.

– Это относится и к тебе тоже, – огрызнулась она на меня. Очевидно, она забыла, кто подтолкнул ее к этому.

– Ты забавная, – сказала я ей. – А теперь поторопись и убей его, у меня заканчиваются закуски.

– Мел.

– Оливия, – мой голос больше не звучал шутливо.

Вздохнув, она ничего не сказала. Вместо этого она взяла стул, позволив ему протащиться по полу – металл по бетону, – прежде чем она остановилась и села рядом со мной.

– Я не знаю, как его убить. Я хочу, чтобы он страдал. Я просто не знаю… – добавила она, уставившись на Харви, который только смотрел в ответ, как будто умолял глазами.

– Самая простая проблема, которая у тебя когда-либо могла возникнуть. – Сказала я, предлагая ей угощения. Она уставилась на меня, как на сумасшедшую. – Когда беременная женщина предлагает тебе еду, ты берешь ее и улыбаешься.

Я знала, что они знали. То, как Деклан обращался со мной в машине, говорило само за себя. Если знал Деклан, то и Коралина знала, а значит они все знали.

Она откусила кусочек и улыбнулась. Это было притворство, но как бы то ни было, я была милой, и меньшее, что она могла сделать, это принять мою заботу.

– Монте сказал, что ты должна распять его, – сказала я ей.

Она обдумывала эту идею, слегка шмыгнув носом, прежде чем покачать головой.

– Слишком много усилий и людей. Я хочу быть тем, кто убьет его. Это не групповой проект.

Мне потребовалась секунда, но я улыбнулась, как Гринч после того, как он украл Рождество.

– Оливия, ты когда-нибудь сверлила человеческую плоть? – Спросила я.

– Что? – она кашлянула.

– Нил, может быть, ты сможешь показать ей, – позвала я, прекрасно зная, что они слышали нас, прежде чем встать.

Мгновение спустя появился Нил не с одной, а с двумя дрелями. Эмоции в его глазах – или, еще лучше, отсутствие каких-либо эмоций в его глазах – были прекрасны.

– Она убьет его, – это все, что я сказала, хватая свою тарелку и стакан, чтобы уйти. Я хотела остаться, но дрели всегда делают столько грязи.

Лиам стоял за дверью, качая головой.

– Что? – Спросила я, поворачиваясь, чтобы наблюдать из безопасного окна.

Подойдя ко мне сзади, он обхватил меня руками за талию. Мы были на людях, и мне показалось странным, что я не оттолкнула его. Но по какой-то причине, всякий раз, когда он был рядом, я чувствовала себя спокойно. Я почувствовал себя расслабленной.

– Ты безжалостна, жена, – пробормотал он.

– Кто-то должен быть, почему не я? – Ответила я, наклоняясь к нему и наблюдая, как Нил держит Оливию за руку. Она потянулась к пупку этого ублюдка. Это будет больно.

– Что тебя так напрягло раньше? – Пробормотала я, но он не ответил. Он просто медленно гладил мой живот. – Лиам…

– Все вон, – объявил он, и я даже никого не заметила, но в мгновение ока они исчезли.

Повернув меня к себе, он поцеловал меня, и я отреагировала, уронив тарелку и стакан, прежде чем пришла в себя и оттолкнула его, ударив по лицу.

– Черт возьми, Мел! – рявкнул он, схватившись за лицо. – Тебе нужно провериться у психиатра, прежде чем наш ребенок родится.

– Тебе нужно перестать отвлекать меня, когда я говорю о работе, черт возьми. Что, черт возьми, происходит? – Крикнула я в ответ.

Он вздохнул, закатив глаза.

– Во-первых, твои перепады настроения сводят меня с ума. Во-вторых, это касается твоего дедушки.

Я застыла.

– Отец Орландо умер много лет назад.

– Не тот дедушка. Иван, отец Авиелы. Он подписал в качестве свидетеля брачный контракт между моим отцом и матерью Наташи. По какой-то причине он хотел, чтобы они поженились. – Он нахмурился, глядя на Оливию и Нила. Он выглядел ревнивым, как будто предпочел бы сверлить мужчине позвоночник, чем иметь дело с моей матерью.

Стоя рядом с ним, я молча наблюдала.

– Почему? Что бы он получил, если бы твой отец женился на матери Наташи?

– Я не уверен. – Он пожал плечами. – Но единственный способ узнать – это найти Брайаров. Мы должны ехать в Ирландию.

Я не смогла удержаться от стона.

– Ты же знаешь, что они, скорее всего, отомстят за все, что случилось с Шеймусом.

Он повернулся ко мне, прислонившись к окну как раз в тот момент, когда на него брызнула кровь.

– Да. Но у нас нет другого выбора. Нам нужно выяснить, что происходит.

– Прекрасно. – Я вздохнула. – Но Оливии и Нилу придется остаться. Нам все еще нужно контролировать сенатора Коулмена. Ему нужно стать президентом. Теперь, когда Чак мертв, нам какое-то время не придется беспокоиться о рынке. Рою придется повозиться с ним, пока он пытается доказать свою состоятельность.

– Кто, черт возьми, такой Рой? – Он свирепо посмотрел на меня, а я просто закатила глаза.

– Наш новый дилер. Дыши, я спасла твою задницу, помнишь об этом?

Он ухмыльнулся, как извращенец, которым и был, глядя на меня. В тот момент, когда он сделал шаг ко мне, я отступила назад.

– Притормози. Когда мы уезжаем?

Он не слушал. Вместо этого он прижал меня к окну. Я почувствовала, как кто-то снова и снова ударяет по нему. Нахмурившись, Лиам уставился на заляпанное кровью окно, где Харви звал на помощь. Потянувшись к интеркому, Лиам рявкнул:

– Ты можешь держать этого ублюдка подальше от стекла? Боже. Клянусь, люди не знают, как правильно убивать.

– Им весело. Может быть, Оливия наконец перестанет быть занозой в заднице. – Я ухмыльнулась.

Они освободили его от цепей только для того, чтобы посмотреть, как он молит о пощаде.

– На чем мы остановились? – Он повернулся ко мне.

– Ты собирался поцеловать меня у окровавленного стекла, – ответила я, и он кивнул, прежде чем поднять меня и прижать к упомянутому стеклу.

– Итак, Ирландия? – он вздохнул, уставившись на меня.

– Ты наденешь одну из этих футболок с надписью «Поцелуй меня, я ирландец»?

Он закатил глаза.

– Нет.

Я поцеловала его.

– Может быть, – прошептал он.

Я снова поцеловала его. Сильнее.

– Может быть.

– Ты жульничаешь, Лиам, – я уставилась на него.

– Да, – он ухмыльнулся, снова целуя меня.