Текст книги "Выключай телевизор, хэппи-энда не будет! (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Политов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

Глава 20

1968 год. Ноябрь. Москва

-…А Бесков мне говорит: «Два дня тебя нету. Потеряйся!»

– И куда ты спрятался? – с интересом спросил Аничкин. – У базы тебя солдатики ждали, сам видел. На Башиловке, мы Численко звонили, тоже вояки крутились. К нашим, из команды, ты ни к кому не обращался. Колись, Малой! – динамовцы, сидевшие в автобусе рядом, согласно загудели.

– У ребят в детдоме, – смущенно признался Данила. – У нас там такие нычки имеются, хоть целую армию сыскарей пригони, все равно не найдешь. Неподалеку парк Кусково, куча старых дач – их сейчас сносят потихоньку, под жилые кварталы место освобождают, но, если знать, то можно еще вполне жилые дома отыскать. Мы там с пацанами летом всякие яблоки-груши таскали тайком, так что маршруты разведаны давным-давно.

– Вот ты жук! – восхищенно выдохнул Маслов и одобрительно хлопнул Мельника по плечу. – А в Кусково и, правда, можно хоть дивизию спрятать. Я ж после войны как раз в усадьбе Шереметева жил – батя мой частью связистов командовал, а она именно там и размещалась. И мы в Голландском домике у Большого пруда с семьями других командиров обитали. Нет, ну ты и шпанюк вешняковский. А мы уж, грешным делом, думали, что все, забрили тебя.

– Хрена им лысого на воротник! – зло сказал Данила. – Я им сразу сказал, тронете – башку табуретом проломлю. Вот и отстали.

– Да ладно, – недоверчиво уставился на приятеля Долбоносов. – Что, правда табуреткой драться собирался?

– Правда.

– Ахренеть!

– Наш человек, – засмеялся Ракитский. – Хорошо, что вся эта канитель закончилась, а то сдается мне, что вояки пары-тройки солдат бы не досчитались.

Динамовцы жизнерадостно заржали. Данила смеялся вместе с одноклубниками, но на душе было неспокойно. Бесков скупо обронил, мол, нелегко пришлось и в какой-то момент все на волоске висело – вояки закусили удила и требовали отдать им беглеца на суд-расправу. В подробности старший тренер молодого форварда не посвящал, но вскользь заметил, что теперь за Мельником нехилый такой должок образовался. И намекнул весьма прозрачно, что на самом верху не поймут, если игрок, из-за которого пришлось подключать тяжелую артиллерию, будет на поле отбывать номер. И вот думай теперь, а ну, как не понравится что-то кураторам – отправят плац ломом подметать? А Бес был довольно категоричен.

– Ты сейчас растренирован, – жестко расставил все точки над «i» Константин Иванович. – По хорошему, играть со «Слованом» тебе не надо. Но ситуация такова, что с трибун за тобой будут наблюдать непростые люди. И, хоть умри, но покажи все, на что способен. Ты меня понял?

– Понял.– А какие еще возможны варианты ответа?

– Малой, – отвлек Данилу от воспоминаний Семин. – Ты знаешь, что тебя в споре бомбардиров почти обошли? Рупь за сто, что в следующем туре твои конкуренты по два-три мяча положат.

Мельник поморщился. Ну, да, просветили добрые люди. Накануне Гвашелия из Тблилиси и Берадор Абдураимов из «Пахтакора» резво так назабивали кучу мячей. Грузин, тот вообще в ворота «Крылышек» пятеру отгрузил! Цирк, да и только. И с Юркой не поспоришь, в заключительном туре оба его соперника точно забьют столько, сколько надо, чтобы стать первыми. А, да и ладно. Подумаешь, приз лучшего бомбардира чемпионата профукал. Даст бог, еще получит. И вообще, сейчас лучше на предстоящем матче сосредоточиться.

Игры со «Слованом» из Братиславы должны были стать заключительными для москвичей. Как не напрягал память Мельник, но вспомнить что-нибудь интересное про эту команду так и не сумел. Не отложилось ничего. А Интернета-всемогущего под рукой как не было, так и нет. Здешняя же разведывательная сеть тренеров-наблюдателей находилась в откровенно зачаточном состоянии. И потому даже Бесков на закономерный вопрос своих игроков, как именно следует играть с чехословаками, лишь помялся и недовольно буркнул, что просто надо сыграть в свою игру.

Из известных игроков в «Словане» можно было вспомнить голкипера Венцеля да нападающего Чапковича, который отметился голом в недавнем матче за право сыграть на Олимпиаде. Остальные же футболисты команды-соперника являлись откровенными ноунеймами для динамовцев. Черт его знает, на что они способны.

Погода в Москве не особо радовала. На термометре днем было минус шесть, к вечеру на пару градусов похолодало. Ирландский судья Малькольм Райт недовольно морщился и цокал языком, но матч, понятное дело, не отменил. В принципе, был еще вариант сыграть в Тбилиси или Ташкенте, но дурацкая формула проведения чемпионата совершенно не учитывала интересы команд, принимающих участие в еврокубках, и во всех южных городах СССР в настоящее время косяком шли матчи двух заключительных туров. И хозяева тамошних стадионов вовсе не горели желанием дополнительно нагружать свои газоны. Так что, пришлось остаться в столице. Поле на «Динамо» оставляло желать лучшего, но что уж тут поделаешь. Надо играть. Хорошо еще, что снегопада пока в Москве не наблюдалось.

Данила, наверное, был единственным, кому эта ситуация пришлась по душе. В условиях той идиотской охоты, что устроили на него представители Министерства обороны, он явно не сумел бы улететь вместе с командой. С вояк сталось бы посадить их самолет на каком-нибудь своем аэродроме и взять штурмом лайнер. Шутка. Хотя…

– Глянь, они что, близнецы? – толкнул его в бок Семин.

Мельник посмотрел на стоящих напротив соперников. А ведь и правда двое игроков выглядели совершенно одинаково. На лицо, в смысле.

– Похоже, – равнодушно пожал плечами Данила и подул на озябшие пальцы. – А тебе не по барабану? Значит, прихлопнем близнецов. Главное, чтобы у них в запасе еще парочки не оказалось. А то запутаемся, кого уже обвел, а кого нет.

Немудрящая вроде шутка, а динамовцам пришлась по душе. Вон, как заржали. Или это нервишки у парней малость шалят.

«Гол!..Твою мать!.. Уроды!» – а ведь игра только-только началась. Но зрители, которых сегодня собралось около двадцати тысяч, уже высказались об игре своих любимцев. И высказались весьма нелицеприятно. Что поделать, повод у них имелся законный.

Главное, со свистком сухопарого ирландца «Динамо» ведь бросилось в атаку, стремясь ошеломить, растоптать противника, смять его оборону. И в течение первых пяти минут москвичи висели на воротах Венцеля. Гол, казалось, назревал. Еще немного, еще чуть-чуть и кожаный снаряд обязательно окажется в сетке ворот «Слована». И болельщики одобрительно кричали и свистели, надеясь, что ноль на табло вот-вот изменится на единицу.

Гена Еврюжихин продрался по флангу, навесил, Мельник выпрыгнул выше всех, перевисел своего опекуна, классно пробил головой, но… Венцель вырос на пути и, на первый взгляд, совершенно спокойно забрал посланный форвардом мяч намертво. А потом не стал мешкать и сразу выбил его далеко в поле. Туда, где маячил один из близнецов – полузащитник Йозеф Чапкович. Он хорошо обработал этот пас, обманул Смирнова и понесся к воротам Ракитского. Аничкин с Рябовым понадеялись друг на друга, не стали атаковать игрока «Слована», начали отходить назад, а тот вдруг взял, да и врезал метров с двадцати. Да так удачно, что Сашка и не рыпнулся. 0-1

Болельщики схватились за головы. Вот так начало! И это всего лишь шестая минута. Что же будет дальше?

– Играть! – отчаянно закричал со скамейки Голодец. – Не стоим, ребята! Впереди еще уйма времени!

Футболисты «Динамо» растерянно переглядывались. Быстро пропущенный гол выбил их из колеи. Обескуражил.

Снова начали с центра. И снова, как в поставленной на повторе кинопленке, москвичи яростно атаковали, а чехословаки спокойно и умело оборонялись. Их голкипер творил чудеса. Сначала смело бросился в ноги вышедшему один на один Козлову и выбил у того мяч, потом в красивом броске парировал опасный удар Мельника в верхний угол.

– Классно играет, – невольно восхитился Данила. – Порхает, будто бабочка.

– Ну так прихлопни эту «капустницу», – зло посоветовал Маслов, который услышал эти слова. – Обещал ведь в начале. Или забыл уже?

– Да нет, помню, – виновато отозвался юный форвард. В самом деле, не время и не место петь дифирамбы вратарю противника. И с удвоенной энергией бросился в штрафную «Слована».

Козлов после розыгрыша углового удачно отбросил ему мяч, Мельник несильно, но точно, ударил низом, сквозь частокол ног…Штанга! А затем, словно в дурном сне, Венцель опять запустил круглого к центру. Там его снова подхватил Йозеф Чапкович. И привычным маршрутом устремился к воротам хозяев поля. Трибуны притихли. Игрок «Слована» качнул бросившегося на него Аничкина, но в этот раз сам бить не стал. А взял, да и отдал красивый пас на ход своему братцу. И уже Ян Чапкович издевательски, между ног, прошил Ракитского. 0-2

Толпа, собравшаяся на «Динамо», забурлила. Разочарованные болельщики оглушительно свистели и с досадой выкрикивали ругательства в адрес своих футболистов. Не жалели при этом никого. Досталось и кривоногим нападающим, и спящей на ходу полузащите, и вмерзшей в поле обороне. Ну, и, разумеется, дырке в воротах. Сашка чуть не плакал, доставая пятнистого из сетки. В сторону Бескова игроки боялись даже взглянуть.

После второго пропущенного гола москвичи передвигались по полу вяло. Так, словно уже проиграли эту встречу. Казалось, из игроков вынули стержень. И они мечтают лишь о том, чтобы поскорее прозвучал финальный свисток.

– Не сдавайтесь! – надрывался Голодец, пытаясь завести их. – Чаще бьем по воротам, чаще! Играем!

Легко сказать.

А тут еще и «Слован» поймал свою игру. Футболисты из Чехословакии передвигались по полю легко, в охотку обыгрывали хозяев, красиво пасовали, разыгрывали изящные комбинации. И теперь уже гол назревал в ворота москвичей. Даже защитники гостей, которые до этого сидели глубоко в обороне, позволяли себе все чаще подключаться к атакам.

Что же делать, как переломить ситуацию? Эта мысль билась в голове у Данилы точно пойманная в клетку птица. Но ответ никак не находился. Мельник посмотрел в сторону ложи для почетных гостей. Показалось, или кто-то в папахе резко встал и ушел? Если так, то дело плохо. Юноша поежился. Казарма на Курилах неприятно приблизилась. А, пропадать, так с музыкой!

Мельник коршуном кинулся к игроку, владеющему мячом. Тот замешкался, явно не ожидая такой прыти от, казалось, уже сломавшегося соперника, и как-то слишком легко позволил обокрасть себя. Данила на широком шаге обошел еще одного противника, потом крокетой убрал с дороги следующего и, ворвавшись в штрафную «Слована» с правого края, неожиданно для всех отдал назад, на набежавшего Семина. А тот, умница, не подвел – выдал ювелирный пас совершенно открытому Еврюжихину. Генка мощно пробил в касание. 1-2

– Есть! – ликующе заорали болельщики. – Молодцы, парни, дожимайте их, дожимайте!

– Вот видишь, один раз по балде им уже дали! – смеялся Данила, идя к центру рядом с Масловым. – Сейчас еще несколько раз приложим.

– Балаболка, – усмехался товарищ. – Смотри, ловлю на слове, – пригрозил он. – Продуем, так я тебя сам в военкомат сдам. Учти, Малой!

– Ху…шки вашей Дунюшке! – отозвался Мельник. Маслов аж поперхнулся от неожиданности. А потом фыркнул и пошел на свое место, качая головой.

До перерыва счет больше не менялся. Хотя преимущество в концовке тайма опять перешло к динамовцам. Они провели несколько острых атак, но не смогли забить. Каждый раз не хватало самой малости. Козлов угодил в крестовину на последней минуте и чуть не заплакал.

– Заколдованный он что ли? – в сердцах бросил он, идя в раздевалку. – Малой, ты как думаешь?

– Ага, так и есть, – с максимально серьезным выражением лица ответил Данила. – Ты знаешь, я во время разминки видел, как их вратарь дохлую крысу у штанги повесил. Точно тебе говорю.

– На фига? – ошалел Володя.

– Как же, – вскричал Мельник. – Вернейшее средство, чтобы не проиграть! Неужто не знаешь? Мы еще в детдоме всегда так делали, когда играли. А крысу лучше всего ловить на кусочек сала. Они его страсть как любят. Берешь дощечку, вбиваешь в нее гвоздь – так, чтобы острие вверх торчало – мажешь салом…

– Да ты травишь, – сообразил Козлов. – А я, дурень, уши развесил. Прибью поганца!

Смех смехом, но эта нарочито абсурдная история помогла сбросить напряжение среди динамовцев. Они, посмеиваясь, придумывали все новые и новые способы ловли грызунов и ритуалы, которые должны были защитить ворота Ракитского. Бесков с Голодцом когда зашли в раздевалку и посмотрели на весь этот цирк, лишь махнули безнадежно руками, развернулись и ушли. Бесполезно вмешиваться.

Но, как ни странно, во втором тайме против «Слована», казалось, вышла совсем другая команда. Будто и не было вовсе кошмара первой половины, уныния и апатии. И счет на табло, словно по ошибке указывал на преимущество гостей. А трибуны, уловив эту перемену в настроении своих футболистов, ожили и начали скандировать «Динамо! Динамо!», добавляя позитивной энергии.

И вскоре Данила после подачи очередного углового выпрыгнул, как чертик из табакерки, и опередил Венцеля, который уже собирался взять мяч. Юный нападающий сыграл на опережение и четко послал круглого в пустой ближний угол. 2-2

Кепки и шапки взлетели ввысь на трибунах, точно стая потревоженных голубей. А от радостных воплей можно было оглохнуть. На поле же почти все динамовцы окружили Мельника и радостно обнимали его, хлопали по плечам.

– Молодец, парень! – заорал какой-то подвыпивший мужик с красным лицом. – Давай еще парочку!

К нарушителю порядка тут же устремились милиционеры. Но зрители уже спрятали товарища и не дали его забрать. Впрочем, стражи порядка и сами не слишком усердствовали. В самом деле, ну, болеет человек всей душой за родной клуб, разве ж это преступление? Так что, обозначили для руководства служебное рвение и хорош! Игра ведь продолжается.

Тем более, что, поймав кураж, хозяева ринулись дожимать растерявшихся чехословаков. Маслов отобрал мяч, продвинулся вперед, а затем длинным пасом нашел ворвавшегося на всех парах в штрафную гостей Мельника. А тот сходу возил мяч под перекладину. Да с такой силой, что Венцель даже руки не успел вскинуть. 3-2

И уже совсем под занавес встречи, Данила так накрутил своих опекунов, так заморочил им голову, что пятый номер «Слована» – капитан команды Александер Горват зачем-то свалил его в штрафной площадке. И в следующую секунду схватился за голову, услышав длинную трель свистка Райта. Пенальти!

Ирландец решительно подбежал к месту событий, забрал мяч и отнес его к белому кружку. Установил и начал выгонять за границы штрафной игроков в белых футболках, которые пытались доказать ему, что никакого нарушения правил не было, а советский игрок упал по собственной инициативе. Обычное дело в подобной ситуации.

– Малой, ты как, в порядке? – осведомился Семин, помогая подняться товарищу с мерзлого газона.

– Нормально, – отозвался Данила, отряхиваясь. – Кто бить будет?

– Ты сам-то как, не хочешь хет-трик оформить? – спросил у него Аничкин. Виктор пришел к воротам противника и на правах капитана собирался принять непростое решение. На Голодца, который подпрыгивал возле скамейки и что-то кричал, никто не обращал внимания. В конце концов, игрокам на поле порой виднее, кто как себя чувствует – и физически и морально. Значит, они лучше могут определить, кому можно доверить исполнить одиннадцатиметровый.

Мельник задумался. В принципе, почему бы и нет? Соперник сегодня играл на удивление корректно – даже странно, учитывая, мягко говоря, непростые взаимоотношения между СССР и Чехословакией в последнее время. Правда, если хорошенько подумать, городская Чехия и сельская Словакия были не так уж и едины и дружны, как это могло показаться со стороны. И совсем не факт, что бурления в столице были так уж близки периферии. А, значит, и особой ненависти к Советам у игроков «Слована» не наблюдалось. Впрочем, как и любви. Так – вооруженный до зубов нейтралитет.

– Без проблем.

– Только не выпендривайся, – строго предупредил Аничкин. – Без этих твоих фокусов. Подошел, сильно и точно пробил в угол. Все.

– Ох, капитан, сколько раз говорил, не надо под руку советовать! – притворно огорчился Данила. – Без подробностей надо, вообще.

– Иди, трепло! – беззлобно подтолкнул его Виктор. – А то по шее сейчас получишь. Причем, вполне конкретно.

Ну, и ладно. В угол, так в угол. Венцель летит в один, мяч – в другой. 4-2

Глава 21

1968 год. Ноябрь. Москва

– Вить, можешь помочь? – Данила подошел к Аничкину, который о чем-то болтал с Масловым, стоя у входа в корпус новогорской базы.

– Чего тебе? – капитан смотрел с любопытством.

– Машина нужна. Вот я и подумал, может, пособишь, подъедешь на своем «москвиче». Понимаешь, вещи надо в одно место отвезти, – немного сбивчиво объяснил Мельник.

– Вещи? – Аничкин покривился. – Так вызови такси. Если не в курсе, у нас специально для этих целей грузовые есть.

– Понятно, – зло дернул щекой юноша. – Что ж, спасибо за совет. – Он повернулся и хотел уйти.

– Малой, погоди, – окликнул его вдруг Маслов. – А что и куда везти-то собрался?

Данила помялся.

– В детдом свой хотел заехать, гостинцы кое-какие для ребят купил, – нехотя ответил он. – А то некрасиво получается, все время игры, тренировки, перелеты-переезды – сто лет не навещал. Зато, когда приперло, они мне сразу на помощь пришли. И прикрыли, и жратву таскали. Но ведь у них самих особых разносолов никогда не было, мне ли не знать? А постели? Там же вечная проблема, что с одеялами, что с бельем. Я специально в несколько универмагов заехал, с боем кое-что достал. И то, повезло, что в одном из магазинов директор динамовским болельщиком оказался. Опять же, спортинвентарь для физкультуры…

– Погоди, – перебил его Валерий, досадливо взмахнув рукой. – А нам-то сразу почему не сказал? Все бы поучаствовали. О, Вадик, – Маслов тормознул спешившего куда-то защитника Иванова. – Ты ведь у нас в команде комсорг, верно?

– Ну, – с подозрением ответил тот.

– Баранки гну! Ты отчет за прошлый месяц уже сдал?

– Нет еще, – Иванов сокрушенно вздохнул. – Мероприятие коллективное не знаю, какое можно провести. Времени ведь нет ни у кого, а в свободное все посылают.

– Вот! – обрадовался Маслов. – Как чувствовал. Радуйся, помогу.

– Это каким-таким образом? – подался к нему заинтригованный Вадим.

– Малой, расскажи-ка еще раз нашему комсомольскому лидеру все, что только что нам поведал. Да поподробней, в деталях. И не тушуйся, дело нужное.

Выехали на следующий день с утра. Как-то неожиданно все сложилось самым лучшим образом. Бесков, когда ему рассказали о желании Данилы навестить свой детдом, немного поворчал, но затем вдруг расщедрился и выдал ему выходной на целые сутки. А, заодно, и Аничкину с Масловым, которые вызвались помочь. И Иванову, который поехал от лица комсомольской организации команды. Причем, забавная вещь, когда они все это обсуждали, в Новогорск, на процедуры и массаж приехал Яшин. Сам Лев Иванович из-за травмы водить машину не мог, поэтому за рулем была его супруга, Валентина Тимофеевна. Услышав о поездке, прославленный вратарь загорелся и решил составить компанию одноклубникам. А там и остальные динамовцы подтянулись. И все завертелось, понеслось, да так, что Мельник в какой-то момент откровенно растерялся и даже немного испугался. Ребята с энтузиазмом взялись за дело и буквально закидали его вопросами, что именно надо купить для воспитанников. А в холле образовалась очередь к телефону, с которого многие игроки спешно стали названивать женам и родителям, чтобы те собрали необходимые вещи.

Даже Бесков немного посопел, нахмурив брови, а потом взял, да и отозвал Данилу в сторону и сунул ему незаметно конверт.

– Мы тут с тренерским штабом деньжат немного собрали, – смущенно сказал Константин Иванович. – Передай директору на самые срочные нужды.

– Да не надо, зачем, – вяло попытался отказаться Мельник. – Там же не Мамай прошел, государство заботится.

– Бери-бери, – прикрикнул на него рассерженный тренер. – Поверь, лишними не будут. А то я не знаю, как у нас детдома снабжаются – лишь бы с голоду не померли. Только отдай по-тихому, незаметно. Понял? Действуй!

– Малой, я с женой вчера пряников и конфет купил, – подлетел к обалдевшему юноше Еврюжихин и начал совать здоровенный бумажный пакет. – Отдай ребятишкам.

– Ген, ты бы лучше сам взял, да и съездил, – посоветовал Данила.

– В смысле?

– Как бы тебе объяснить, – потер лоб Мельник. – Подумай сам, особых развлечений у ребятишек нет. В лучшем случае, какие-нибудь секции или кружки в школе. Про то, какой в них инвентарь рассказывать надо? То-то и оно. Им же всего не хватает. Взять тот же спорт. Мячи, бутсы, форма – предмет несбыточных мечтаний. Если б ты только видел, как мы площадку футбольную своими силами пытались построить, прослезился бы!

– Не, ну, так-то, все мальчишки в таких условиях живут, – удивился Еврюжихин. – Я сам во дворе ворота из кирпичей или школьных сумок складывал, чего здесь такого?

– Бог с ней, с площадкой, – отмахнулся Данила. – Я тебе что сказать-то хочу. Если ты – игрок сборной команды СССР – приедешь в гости к детдомовцам, для многих это будет воспоминание на всю жизнь.

– Так уж и на всю жизнь, – смутился Еврюжихин. – Не преувеличивай.

Мельник посмотрел на него с жалостью.

– Я, скорее, преуменьшаю. Учти, известные спортсмены там проходят наравне с космонавтами. И у любого пацана, который любит пинать мяч, твоя фотография, Льва Ивановича, Стрельцова – на стенке, как икона.

– Ты это брось, – построжел лицом товарищ. – Думай, что говоришь.

– Да нет же, – махнул безнадежно рукой Мельник. – Я вообще не в том смысле. Смотри. Тут ведь дело какое. Люди часто думают, что делают хорошее дело, когда много подарков в детдом передают. А это не так.

– Ну-ка – ну-ка, – заинтересовался Яшин, подходя поближе, прихрамывая, и опираясь на чудо-костыль имени Мельника, как в шутку прозвали его в команде. Следом подтянулись остальные футболисты.

– Когда говорят, что нельзя делать подарки в детдом, – собрался с мыслями и постарался донести свою точку зрения до товарищей Данила, – это вовсе не означает, что воспитанникам не нужно помогать. Просто делать это надо правильно, чтобы не навредить. Подумайте, так ли хорошо всем будет, если мы, к примеру, подгоним сейчас туда грузовик с тюками и мешками?

– А что плохого? – наморщил лоб Козлов. – Сам же только что говорил, что жизнь там не сахар.

– Предположим, – Мельник решил объяснить все на наглядном примере. – Мы купили подарков в точном количестве на всех. Поровну. Это, чтобы дошли они до всех без исключения и никто не остался обделенным. Как вы думаете, сколько ребят попытаются тотчас, как мы уедем, пойти и продать свой подарок, чтобы втихаря купить сигареты или пиво? Особенно старшаки. Динамовцы задумались. – Во-от, – удовлетворенно протянул Данила. – А потом, лишившись своего подарка, они пойдут и, пользуясь физическим превосходством, отберут их у младших. Или разобьют, украдут, сломают – чтоб не завидовать. Опять же, хоть у нас государство у нас про сирот и не забывает, но сколько они на тот же Новый год подарков получат? В лучшем случае, от министерства образования, да от горисполкома. И опять та же фигня: продать, украсть… А вы не задумывались еще над тем, что ребенок привыкает к тому, что ему все время что-то дарят, приносят, дают и, заметьте, ему даже не приходится прикладывать особых усилий, чтобы это получить. А потом ему исполняется шестнадцать, он выходит за ворота, но в голове у него заложена программа, что самому ничего делать не нужно. Всегда найдется кто-то, кто о нем позаботится. То есть, я к тому, что потреблять мы его научили, а зарабатывать – нет! И сколько таких детей, выйдя во взрослую жизнь, где они никому не нужны, спиваются, садятся в тюрьмы, кончают жизнь самоубийством – страшно даже представить. Я знаете сколько таких историй видел и слышал? Не сосчитать. По самым скромным прикидкам, половина уж наверняка. А то и больше.

– Врешь, – не поверил Аничкин.

– Если бы, – грустно сказал Мельник. – Давайте начистоту. Нас – детдомовских – очень часто считают бедными, несчастными, убогими и обделенными. И, это важно, не входящими в состав общества, как люди, живущие в нормальных семьях. Такая незримая грань все время пролегает. Мы и вы. И это напрочь подрубает желание к чему-то стремиться, достигать высоких целей. А вот отомстить – это завсегда пожалуйста.

– И как быть? – заинтересовался Яшин.

– Ну, к примеру, взять, да и устроить показательную тренировку, а потом товарищеский матч для ребят, – задумался Данила. – Или отдельное занятие для ребят с физическими недостатками – им вообще подобное внимание как глоток воды в пустыне. А уж если удастся привлечь к этому других воспитанников, чтобы мероприятие стало совместным, то вообще хорошо. Дружеские отношения знаете как ценятся? Про шефство над детдомом молчу – понимаю, как это непросто организовать. Но можно ведь купить им оборудование для фотокружка, спортинвентарем снабдить. Вон, я старые мячи в порядок приводил, почему бы командный субботник не устроить, и десяток таких мячиков для ребят подготовить? На «Динамо» им билеты на какой-то из наших матчей сорганизовать, а потом на поле настоящее хоть на минутку выпустить. Или дать возможность самому Яшину пенальти пробить. Для девчонок на лето бадминтон, пацанам сетку и мячи для волейбола. Телевизор, радиолу – поверьте, там все примут с благодарностью.

– Любопытно, – поскреб подбородок Бесков. Он с Голодцом, Кузнецовым и Ильиным тоже внимательно слушал Мельника.

– Что ж мне теперь, выбрасывать все это? – расстроился Еврюжихин, держа в руках злополучный пакет. – Я ж от чистого сердца.

– Нет, конечно, – успокоил его Данила. – Заберу, Ген. Просто отдам воспитателям, а уж они в качестве поощрения потихоньку будут ребятам раздавать. Уверяю, сметут все – растущий детский организм сродни таежному пожару.

– Здорово! – просветлел лицом Еврюжихин. И тут же с подозрением поинтересовался. – А не сожрут все сами твои воспитатели?

– Да нет, – засмеялся Мельник. – У нас там мировые люди работают. И директриса отличная, никому спуску не дает. «Крысы», конечно, иногда попадаются, но шишку точно не они держат.

В общем, выехали из Новогорска груженные так, что, как пошутил Аничкин, рессоры в обратную сторону выгибались. Двигались не торопясь, Валентина Тимофеевна была водителем не слишком опытным. Маслов предложил ей замену в своем лице, но Яшин хмуро глянул на него и посоветовал идти куда подальше.

– Это он все никак простить мне не может того, как я его жену учил водить, – немного смущенно пояснил Валерий, плюхнувшись на переднее сидение рядом с Аничкиным.

– А, это когда вы в канаву сверзились? – заржал Виктор. – Как же, помню. Комендант с базы в колхозе по соседству два часа трактор выпрашивал, чтобы «волгу» оттуда вытянуть. Прикинь, Малой, а потом еще выяснилось, что в суматохе кто-то с капота оленя открутил. Лева орал, как резанный. Теперь всегда сам его скручивает, когда где-нибудь приходится машину оставлять. Признавайся, Масло, ты зверя спер?

– Да ты что, – возмутился Валерка. – На кой хрен он мне нужен?

Но глаза у полузащитника при этом были какие-то уж слишком честные.

Добрались часа за два. Въехали на территорию детского дома и припарковались у главного входа. Данила пошел внутрь, чтобы доложиться директрисе, а футболисты и Валентина Тимофеевна остались ждать у машин.

– Смотрите, сколько их! – женщина показала на детские мордашки, прильнувшие к стеклам на всех этажах. – Боже мой. – Она прикрыла рот перчаткой. На глазах появились слезы.

– Ну что ты, Валюша, – кинулся утешать жену Яшин.

Мельник выскочил на крыльцо в сопровождении невысокого усатого мужичка в меховой безрукавке.

– Это завхоз наш, Иван Терентьевич! – представил он сотрудника детдома своим товарищам. – Он разгрузку и переноску вещей организует.

– Список-то хоть догадались составить? – недовольный чем-то Иван Терентьевич вопросительно глянул на Яшина, как на самого старшего.

– Да мы как-то не подумали, – растерялся прославленный вратарь.

– Что ж вы так, – искренне расстроился завхоз. – Это ведь материальные ценности! Понимать надо. Учет нужен. Контроль.

– О, завел Терентьич любимую пластинку, – засмеялся Данила. – Представляете, у него в каптерке даже мыши с инвентарными номерами на хвостах бегают.

– Замолкни, балаболка! – укоризненно посмотрел на него завхоз. – Не слушайте этого трепача, товарищи. Нет у меня никаких мышей. Кот сибирской породы, тот да, имеется. А грызунов и прочей нечисти давно уже нет. Вывел Евлампий всех! Да вон он, смотрите, какой красавец, – в голосе Ивана Терентьевича проскользнули теплые нотки.

Динамовцы повернулись в указанном направлении. Из-за угла здания независимой походкой вырулил огромный пушистый котяра. Серый, с темными полосками а-ля тигр. Подошел к приехавшим, сел неподалеку и стал изучающе рассматривать гостей круглыми янтарными глазами.

– Красавец какой, – восхитилась Валентина Тимофеевна. – Можно его погладить?

– Лучше не надо, – забеспокоился Мельник. – Эта зверюга только Терентьича признает, остальных рвет так, что зашивать приходится. Как овчарка.

– Серьезный парниша, – уважительно прицокнул языком Маслов. – Ладно, Малой, давай уже разгружаться, холодно на улице!

Завхоз сходил за помощью – пятью пацанами лет четырнадцати. Под чутким присмотром Ивана Терентьевича они достаточно шустро перетаскали вещи из машин куда-то внутрь здания. И что искренне поразило гостей, так это то, что, вот, вроде, ребята знают, что это привезено для них. А в глазах и поведении равнодушие. Мол, приехали и приехали. Привезли, и привезли. Подумаешь. Обычный ребенок начал бы радоваться, пробовать засунуть любопытный нос в пакеты, посмотреть что там. Но нет – полное безразличие. Даже не по себе как-то стало. Хотя, может форс перед гостями держат? Кто знает. Шеи-то в воротниках цыплячьи. И лишнего веса ни у кого не наблюдается.

Вот на Льва Ивановича они среагировали на порядок живее. Еще бы, легенда! Один даже нахально поинтересовался, не сыграет ли динамовский голкипер с ними в товарищеском матче. Яшин опять растерялся, но за него вступилась жена.

– В другой раз, ребята. Сейчас, сами видите, травма Льву Ивановичу не позволяет. На воротах с костылем много не постоишь.

– Жалко! – разочарованно протянул пацан. Но тут же требовательно спросил. – Мельник, а ты? Мы с ребятами хотели тебя попросить нам финты свои показать. По телеку плохо было видно, как ты так ловко защитников накручиваешь. И, особенно, когда между ног прокидываешь. Класс!

– Запросто, – легко согласился Данила. Покопался в памяти и добавил, найдя нужную информацию. – Только чур уговор, Семка, по ногам бить не сильно. А то у нас ответная игра со «Слованом» скоро. Обидно будет, если вы меня сейчас подкуете, и мне с ними отыграть не получится.