Текст книги "Одиночка. Том I (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Лим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 22 страниц)

Глава 4

Наконец-то я в Великом Новгороде! У меня оставалось чуть меньше десяти часов, чтобы найти новый дом, да и… наконец, выдохнуть. Собраться с мыслями и пойти дальше.

Площадь у вокзала встретила меня суетой и гулом: кто-то радостно обнимал встречающих, кто-то торопливо вызванивал такси, а кто-то ругался. Я стоял немного в стороне от основной толпы, пытаясь отыскать взглядом машину с шашечками.

В целом, почти сразу наткнулся на нужные мне машины. Да и сами таксисты сновали вокруг, наперебой предлагая свои услуги. Один из них, мужчина средних лет с усами и добродушным выражением лица, обратился ко мне:

– Куда поедем, малец? В центр? За семь сотен долетим пулей!

Тут же появился второй шофёр, сбивая цену:

– За пять сотен!

Я благодарно улыбнулся, но отказался, решив сначала выбрать себе маршрут. Отошёл ещё дальше от людей, взял в руки телефон и начал анализировать рынок съёмного жилья. Денег у меня было совсем ничего, так что на ночёвку в хорошем отеле можно было не рассчитывать. Плюс ко всему – система. Она настойчиво требовала найти новый дом.

Пришлось искать что-то максимально скромное и недорогое. Варианты сыпались один за другим: комнаты в коммуналках с бабушками-соседками, «уютные» студии на окраине с тараканами в качестве бонуса, и просто убитые квартиры. Ничего, доходящего до уровня «Новый Дом».

«Может, будет достаточно простого суточного съёма? Как система поймёт, что я просто на ночёвку остался?»

Вопрос был глупым, как по мне. Разочарованно вздохнув, я присел на скамейку, стараясь не обращать внимания на шум вокзальной площади. В голове была только одна мысль: найти дом. Но средств катастрофически не хватало.

Резкая пульсирующая боль пронзила виски, заставив меня зажмуриться. Мир поплыл, звуки вокзальной площади приглушились, словно я нырнул в толщу воды. Перед глазами замелькали какие-то живые картинки, которые сменялись друг за другом на бешеной скорости.

Когда зрение вернулось, я уже не сидел на скамейке у вокзала.

– Какого чёрта?

Передо мной возвышался небольшой, но изящный особняк, утопающий в зелени старых клёнов и яблонь. Его архитектура с резными наличниками и остроконечной крышей казалась до боли знакомой, словно я видел его сотни раз во сне. Тело само собой, без единой команды извне, потянулось к кованым воротам, увитым диким виноградом.

Ноги, словно повинуясь некоему инстинкту, уверенно шагали по гравийной дорожке, ведущей к крыльцу. Боль в голове постепенно отступала, заменяясь странным чувством покоя и узнавания.

В памяти всплывали обрывочные картины: вот совсем маленький Саша Громов бегает по этому двору с деревянной лошадкой в руках; вот его отец, улыбаясь, подбрасывает мальчишку к самому небу; вот его мать читает сказку у камина в гостиной. Эти воспоминания были такими яркими, такими живыми, словно я и был этим Сашей. Я смотрел на эти воспоминания как бы одновременно со стороны и глазами мальчугана.

Но как это возможно? Я никогда не был в этом месте, никогда не видел этих людей. Память тела возвращается? Зачем?

Воспоминания начали тускнеть, словно старая киноплёнка, теряющая цвет. И вот уже сад, полный солнечного света и детского смеха, растворился в серой дымке. Последний отблеск золотых воспоминаний – и я снова на вокзальной скамейке, оглушённый гулом проезжающих машин.

Голова всё ещё болела, но теперь это была скорее ноющая боль, эхо внезапного шторма. Перед глазами плясали тёмные пятна, а в ушах стоял звон, заглушающий окружающий мир. Я смотрел на дорогу, на мелькающие машины, на спешащих людей, но ничего не видел и не слышал.

Внезапно кто-то коснулся моего плеча. Я вздрогнул и повернулся. Рядом стояла женщина средних лет с тревожным выражением лица. Она что-то говорила, но слова до меня доходили, словно сквозь толщу воды. Наконец, звон в ушах немного стих, и я смог расслышать обрывки фраз.

– … плохо? Вам нужна помощь? Я видела, как вы… за голову схватились… Может, скорую?

Я постарался собраться с мыслями и улыбнулся, хотя улыбка, наверное, получилась кривой и натянутой.

– Нет-нет, спасибо, всё в порядке. Просто дурно стало. Уже лучше.

Женщина всё ещё смотрела на меня с сомнением, но, видимо, решив не настаивать, неуверенно кивнула и отошла. Я снова остался один на один со своими мыслями и головной болью.

«Что это было? Что за особняк?»

Я достал телефон и открыл приложение такси. Нужно было уехать отсюда, от этой суеты и шума. Пока система искала свободную машину, я решил поискать информацию об особняке, который так внезапно возник в моей памяти.

В поисковой строке набрал: «Великий Новгород, особняк с резными наличниками». Результаты поиска выдали множество фотографий старинных зданий, но ни одно из них не было похоже на то, что я видел. Тогда я вбил: «Великий Новгород, семья Громовых, особняк».

И вот, наконец, удача! Первая же ссылка вела на статью в местной газете, посвящённую истории старинных новгородских родов. А под заголовком красовалась фотография… того самого особняка! Точь-в-точь как в моём видении: резные наличники, остроконечная крыша, увитые диким виноградом кованые ворота.

Я жадно прочёл статью. В ней рассказывалось о семье Громовых – известных охотниках, которые внесли значительный вклад в развитие города. Особняк на окраине города – название улицы я пропустил, слишком взволнован был, – принадлежал им с начала XIX века и был одним из самых красивых зданий в городе. В статье упоминался и Александр Громов, последний представитель рода, который трагически погибший.

«Так… значит, это не просто плод моего воображения. Особняк существует, – я лихорадочно прокручивал информацию в голове. – Но что всё это значит? Почему я видел его воспоминания? И почему именно этот особняк так сильно меня привлёк?»

Пришло уведомление о том, что машина ждёт меня. Не раздумывая ни секунды, я отменил текущий заказ и вызвал новое такси, указав адрес особняка Громовых.

«Туда мне и надо. Там я найду ответы», – решил я.

Пока ждал машину, я ещё раз перечитал статью об особняке. В конце статьи была небольшая приписка: «В настоящее время особняк принадлежит частному лицу и находится в плачевном состоянии. Требуется срочная реставрация, чтобы сохранить этот памятник истории и архитектуры для будущих поколений».

«В плачевном состоянии… Значит, всё, что я видел, происходило давным-давно. Но почему я это видел? И почему именно сейчас?»

Вскоре подъехало такси. Я быстро запрыгнул в машину и назвал адрес водителю.

Такси плавно скользило по улицам Великого Новгорода, и я жадно вглядывался в мелькающие за окном пейзажи. Город оказался на удивление красивым: гармоничное сочетание старины и современности.

Вот проплыли мимо белоснежные храмы с золотыми куполами, отражающими лучи зимнего солнца. Вот сменились они современными жилыми комплексами, устремлёнными ввысь стеклянными фасадами.

Рядом сверкали витрины модных магазинов, зазывая неоновыми огнями, а чуть дальше – разносортные кафе.

Я зачарованно рассматривал всё, что попадалось на глаза, пытаясь хоть немного отвлечься от сумбура в голове.

Внезапно мой взгляд зацепился за что-то необычное. Пейзаж за окном резко изменился. Вместо ярких фасадов и оживлённых улиц передо мной возникли высокие серые стены, словно крепостные, тянущиеся вдоль дороги.

Стены были высотой метра четыре, не меньше. Они словно отрезали часть города от остального мира, создавая вокруг себя зону отчуждения. Местами на стенах виднелись следы времени: трещины, сколы, облупившаяся краска. Но даже эти отметины не могли умалить их монументальности.

Я машинально провёл взглядом по верху стены, выискивая признаки охраны или камер наблюдения, но ничего не обнаружил. Лишь изредка попадались таблички с предупреждениями о запретной зоне и об ответственности за нарушение границы.

Чем дольше я смотрел на эти стены, тем сильнее хотелось попасть туда. Чёрт возьми, я не был в разломе уже целых три года!

За этими стенами чаще всего и возникали разломы. Именно поэтому городские власти и отделили эту территорию от остального мира, превратив её в своего рода карантинную зону. В любом городе существовали подобные зоны отчуждения, места, где грань между реальностью и иным миром становилась особенно тонкой.

Охотники сбивались в группы, чтобы зачистить разлом от монстров и, если повезет, сразиться с боссом. За это город щедро платил. Да и из разлома можно было урвать много всего интересного.

Словно увидев мой интерес, таксист прервал молчание:

– Не люблю я это место. Всегда мурашки по коже бегут, когда мимо проезжаю.

Он бросил на меня быстрый взгляд в зеркало заднего вида и добавил:

– У нас десять таких зон… и если в них есть активность, ценник за такси поднимают в три раза!

Я промолчал, не желая вступать в разговор. Какая мне разница, сколько стоит такси?

Кстати… Нужно было срочно найти приложение ОГО – отдела государственных охотников, – чтобы знать, где и когда открываются разломы, и попасть туда.

Таксист задумчиво разглядывал меня в зеркале заднего вида. Видимо, ему не понравилось, что я не поддержал разговор. На одном из светофоров он неожиданно спросил:

– А вы из какой школы?

Чёрт. Совсем позабыл о банальном: внешнем виде. На моей униформе есть герб нашего сиротского учреждения. Любой более-менее разбирающийся охотник поймёт, откуда я. И начнёт задавать массу глупых вопросов.

Я постарался оставаться спокойным. Вопрос таксиста застал меня врасплох. Кивнув, будто очнувшись от раздумий, я ответил:

– Из тридцать седьмой. А что?

Таксист хмыкнул.

– Да так, просто интересно. Вижу, форма на вас свежая, не заношенная. Небось, только выпустились?

– Давно, – буркнул я, избегая его взгляда. – Долго рассказывать. Лучше смотрите на дорогу.

К счастью, таксист, видимо, почувствовал моё нежелание общаться и замолчал. Но я понимал, что нужно действовать быстро. Как он и заметил, форма сиротского учреждения выдавала меня с головой. А любопытство таксиста, если он начнет расспрашивать дальше, могло привести к нежелательным последствиям.

В голове лихорадочно работал алгоритм. Ближайший магазин одежды… Точно! Я открыл карту в телефоне и нашёл там один торговый павильон неподалеку от особняка, буквально в паре кварталов. Там наверняка можно было купить что-нибудь подходящее, чтобы сменить униформу.

– Слушайте, – сказал я, вновь обращаясь к таксисту. – Мне нужно сделать небольшую остановку. Можете высадить меня возле магазина «Второй Шанс»? Он немного не по пути, но это важно.

Таксист недовольно поморщился, но спорить не стал. Он молча свернул на боковую улицу и через несколько минут остановился возле неприметного магазинчика.

– Здесь? – спросил он, глядя на меня в зеркало.

– Да, спасибо, – ответил я, расстёгивая ремень безопасности.

Я расплатился с ним через приложение, дождался, когда он уедет, и пошёл к магазину.

Толкнув скрипучую дверь, я вошёл внутрь. Магазин встретил меня запахом старья и пыли. За прилавком сидела пожилая женщина с уставшим видом. Она даже не подняла головы, когда я вошёл.

Быстро окинув взглядом ассортимент, я направился к вешалкам с куртками и брюками. Мне нужно было что-то простое и неприметное, что не привлекало бы внимания. Выбрав невзрачную толстовку и джинсы, я подошёл к примерочной.

В тесной кабинке я быстро переоделся, затем начал хаотично соображать, куда деть униформу школы. И ничего умнее не придумал, чем взять её с собой. Потом выкину где-нибудь в другом месте. Или вообще – сожгу!

Пожилая продавщица лениво просканировала вещи и назвала цену. Я расплатился, не торгуясь, попросил пакет и быстро покинул магазин.

«Внимание! Активный штраф: Обезвоживание. Неудовлетворение потребности в пище в течение 1 часа приведёт к снижению характеристик».

– Чёрт! – вырвалось у меня, когда я прочёл уведомление системы прямо перед глазами.

Обезвоживание – это сейчас последнее, что мне было нужно. Не придумав ничего лучше, я зашёл в ближайший продуктовый магазин «Всё для дома». Там, взяв с полки две бутылки воды, батончик протеина и пачку печенья, я встал в небольшую очередь. Людей было немного: пара пенсионеров, мама с ребёнком и какой-то парень, увлечённо рассматривающий чипсы.

Внезапно дверь магазина с грохотом распахнулась, и внутрь вошёл охотник. Униформа «ОГО» сидела на нём, словно с иголочки: идеально выглаженные брюки, начищенные до блеска ботинки, куртка с эмблемой организации.

Униформа охотника «ОГО» была выполнена в глубоком синем цвете с серебряными вставками на плечах и рукавах. Эмблема организации, представляющая собой стилизованное изображение орла, вышитая золотыми нитями, красовалась на левом рукаве куртки.

Он был высоким, широкоплечим и излучал уверенность. Лицо его было надменным, взгляд скользил по присутствующим свысока. Он отбросил всякую учтивость, пройдя к прилавку вне очереди, и встал прямо передо мной. Продавщица, молодая девушка, испуганно посмотрела на него.

– Мне нужно это, это и вот это, – заявил он, указывая пальцем на энергетические напитки, консервы и какие-то табачные изделия. – И побыстрее! У меня нет времени!

Девушка за прилавком засуетилась, а покупатели замерли в ожидании. Охотники «ОГО» пользовались особым статусом в городе. Их уважали и побаивались одновременно. Но мне было плевать, откуда и кто он такой.

Старики, переглянувшись, не выдержали такого хамства. Одна из бабушек, с палочкой в руке, возмущённо закричала:

– Да что ты себе позволяешь, щенок! Мы тут вообще-то тоже стоим! Куда лезешь без очереди⁈ Хамло невоспитанное!

Второй пенсионер, дед с разноцветными заплатками на поношенном пиджаке, поддержал её:

– Совсем обнаглели эти охотнички! Думают, им всё дозволено! Мы, между прочим, тоже налоги платим, чтобы их кормить!

Охотник презрительно скривился и обернулся к ним:

– Да вы вообще живы только благодаря нам! Если бы не мы, вас бы уже давно черти в разломе сожрали! Так что молчите в тряпочку и радуйтесь, что дышите! А если что-то не нравится – идите жаловаться! Мне плевать!

Старушка начала задыхаться от возмущения и попыталась ткнуть его палочкой, но он ловко увернулся. Дед покраснел и сжал кулаки, готовый броситься в бой, но, к счастью, его удержала жена.

Пенсионеры продолжали что-то ворчать и проклинать наглеца, но он уже не обращал на них внимания, сосредоточившись на покупках. Я молча наблюдал за этой сценой, стараясь не привлекать к себе внимания.

В другое время я бы наверняка вмешался и поставил зарвавшегося охотника на место. В прошлом таких надменных выскочек я ломал на раз-два. Но сейчас даже система молчала, что означало: он не представляет непосредственной угрозы. И нефиг мне лезть куда не просят.

К тому же светиться мне сейчас было совершенно не нужно. Старики, похоже, проглатывать обиду молча не собирались, продолжая тихонько крыть его последними словами. Но их словесную атаку прервало неожиданное появление ещё одного охотника.

Дверь магазина снова распахнулась, и внутрь вошла девушка. Униформа «ОГО» сидела на ней идеально, подчёркивая её стройную фигуру. На поясе висели ножны с мечом, а на плечах красовались погоны лейтенанта. Её лицо было красивым: простой макияж, пухлые губки, маленький носик… да ещё и брюнетка! Ух!

Судя по погонам лейтенанта, которые получить было крайне сложно, она была не ниже С-ранга, а это означало, что за спиной имела больше двадцати ходок в разломы и серьёзные заслуги перед городом.

Девушка окинула взглядом помещение и, заметив меня, слегка нахмурилась, будто что-то заподозрила. Затем она подошла к хамящему охотнику и ледяным тоном произнесла:

– Ты что тут устроил, сержант Иванов? Забыл, как себя вести? Или думаешь, что погоны дают тебе право хамить старикам?

Иванов, услышав её голос, моментально вытянулся по стойке смирно:

– Никак нет, товарищ лейтенант! Просто… они сами начали…

– Мне плевать, кто начал! – отрезала девушка. – Ты представляешь организацию и своим поведением позоришь её! Вышел!

Иванов побледнел и, пробормотав извинения старикам, быстро выбежал из магазина. Девушка вздохнула и обратилась к остальным покупателям:

– Прошу прощения за поведение этого… кхм… сотрудника. Надеюсь, это не испортило вам настроение.

Старики, польщённые её вниманием, закивали и пробормотали что-то о том, что «не все такие» и «молодежь нынче не та». Продавщица, немного придя в себя, принялась обслуживать лейтенанта «ОГО». Расплатившись за покупки, она бросила на меня ещё один быстрый взгляд и также покинула магазин.

* * *

Прогулка до особняка Громовых заняла от силы 15 минут. За это время я успел открыть приложение «ОГО» и изучить карту огороженных разломов. К моему сожалению, в ближайшее время никаких открытий не предвиделось. Все действующие разломы были уже зачищены, и новых не ожидалось.

Чем ближе я подходил к месту, где когда-то прошло детство моего тела, тем сильнее я чувствовал пульсацию в голове. Не понимал, что это такое, но плюс-минус мог прикинуть: тело помнит. Возможно, память покойного – а может, и не покойного – Сашки Громова всё же просыпается.

Кстати, если я попал в это тело, то куда делся бывший владелец? Да и по какой причине он вдруг решил уступить мне это место? Я в этом так и не разобрался. Последнее, что помнил из своего мира, – это огромный энергетический всплеск в портале Высшего ранга. А затем открыл глаза – и вот он, новый мир… Но сейчас не об этом.

Я остановился на тротуаре в четырёх метрах от высокого кованого забора, на вершине которого была колючая проволока. Не решился сразу лезть на территорию, поэтому даже дорогу не переходил, осматривался. И не зря!

Через каждые метров десять за забором стояли столбы освещения с камерами видеонаблюдения. Работали они или нет – увы, я не мог знать. Даже несмотря на то, что был вечер на дворе и сильно стемнело, часть фонарей была отключена. А на камерах я не увидел никакой индикации.

Кто-то явно очень не хотел, чтобы сюда совались посторонние. Или, наоборот, пристально следил за тем, что происходит внутри.

«Или и то, и другое?» – промелькнула мысль.

Решив продолжать осматриваться, пошёл вдоль забора, так и не переходя дорогу. У главных ворот стояла будка охраны, а рядом вальяжно разгуливали три огромных алабая, злобно поглядывая по сторонам. А из самой будки доносились приглушённый смех и пьяные разговоры. Судя по всему, охрана не отличалась особой бдительностью.

«Отлично, – подумал я, – это может сыграть мне на руку»,

Мне потребовалось около получаса, чтобы изучить периметр и определить слепые зоны камер. Казалось, что охранная система была установлена не самым лучшим образом, что давало мне некоторые преимущества.

Выбрав наиболее удачное место, я легко перелез через забор, стараясь не задеть колючую проволоку. Активировав навык контроля, я мысленно установил ментальную связь с собаками.

«Спокойно, друзья, я не враг, – мысленно произнес я. – Просто прохожу мимо».

Алабаи замерли, удивлённо уставившись на меня, но агрессии не проявили. Этот навык действительно полезный. Что же будет, когда я его сделаю ещё сильнее?

Скользнув мимо будки охраны, я направился к особняку.

Здание выглядело заброшенным и неухоженным. Фасад облупился, окна были грязными, а сад зарос сорняками. Видно было, что здесь давно не было хозяйской руки. Но, несмотря на это, особняк всё равно смотрелся круто.

Тихо ступая по гравию подъездной дорожки, я приблизился к главному входу. Двери оказались заперты, что и следовало ожидать. Окна первого этажа были заколочены досками. Обойдя особняк сбоку, я обнаружил небольшое окно в подвал, прикрытое лишь хлипкой решёткой. Недолго думая, я вырвал её из прогнивших креплений. Протиснувшись внутрь, я оказался в кромешной тьме.

В нос ударил запах сырости, плесени и затхлости. Застоявшийся воздух давил на грудь. Под ногами хрустели осколки стекла и обломки кирпичей. Подвальные помещения, судя по всему, служили последним пристанищем для различного хлама, выброшенного из комнат наверху.

Аккуратно пробираясь сквозь завалы, я наткнулся на лестницу, ведущую наверх. Ступени жалобно скрипели под каждым шагом, готовые в любой момент обрушиться. Выбравшись в холл первого этажа, я огляделся. Пыль толстым слоем покрывала все поверхности.

Мебель отсутствовала, лишь кое-где валялись обрывки ткани и сломанные ножки от стульев. Стены были ободраны, а некогда роскошные обои висели клочьями. Очевидно, особняк не просто забросили – его тщательно обнесли, вынеся всё ценное.

Прикоснувшись к стене, я внезапно ощутил лёгкий укол в висок. В голове вспыхнула короткая, но яркая картинка: мальчик лет семи бежит по этому самому холлу, смеясь и радостно крича что-то. Рядом с ним – высокий мужчина с добрым лицом. Он подхватывает мальчика на руки и кружит, а тот заливается звонким хохотом. Образ мгновенно исчез, оставив после себя лишь смутное ощущение тепла и ностальгии. Странно…

Продолжая исследовать особняк, я поднимался выше, из комнаты в комнату. На втором этаже было немногим лучше, чем на первом. Та же пыль, та же разруха, то же ощущение запустения. Но с каждым новым шагом, с каждым прикосновением к стенам, воспоминания становились всё более чёткими и яркими. Я видел Громова маленьким, играющим в прятки в огромной библиотеке, читающим сказки у камина в гостиной, рисующим мелом на стенах в детской. Эти образы не были моими, но они вызывали во мне странный, необъяснимый отклик.

В какой-то момент я застыл перед дверью в конце коридора. Она ничем не отличалась от других дверей в доме, но что-то в ней притягивало меня, словно магнит. Сердце бешено колотилось в груди. Почему-то я знал, что за этой дверью – нечто важное. В голове чётко прозвучало слово «Отец».

Толкнув дверь, я вошёл в кабинет. Здесь было так же пусто, как и во всём доме. Стены были голыми, лишь тусклые пятна напоминали о том, что когда-то здесь висели картины. На полу валялись обрывки бумаги и сломанные перья для письма. Но мой взгляд сразу же привлёк большой книжный шкаф, стоявший в углу комнаты. Он казался чужеродным элементом в этом хаосе, словно пережил все бури и потрясения.

Вновь, словно электрический разряд, память пронзила мозг.

Маленький Саша, стоя у этого самого шкафа, смотрит, как отец нажимает на какую-то неприметную кнопку в стенке шкафа, и предмет мебели медленно отъезжает в сторону, открывая потайной проход в стене. Отец улыбается и манит сына за собой…

Что там было? Почему эта картинка так сильно врезалась в мою память? Не в мою… его. Наверное, именно тут он прятал наши… общие секреты. Нужно было проверить.

И действительно: на боковой панели обнаружилась едва заметная кнопка. Нажав на неё, я услышал тихий щелчок, и шкаф медленно поехал в сторону, открывая вход в небольшую потайную комнатку.

Как только шкаф отодвинулся, внутри загорелось несколько светильников, освещая кое-что любопытное! В комнате было множество полок, заставленных книгами, несколько мешков, стоящих в углу, и шкатулки разных размеров, разбросанные по полу.

Взгляд немедленно упал на небольшую кучку драгоценностей – серьги, кольца, браслеты, – и несколько странных предметов, лежащих рядом.

– И чего это мы тут прячем?

Артефакты!

Я узнал их, в моём мире я тоже их добывал в разломах, рискуя жизнью. Здесь было настоящее богатство, целый клад, спрятанный от посторонних глаз.

– Невероятно, – прошептал я, оглядывая сокровище. – Да тут целое состояние!

В голове мелькнула мысль о том, как это всё можно выгодно продать, как улучшить своё существование в этом мире. Небольшая часть украшений показалась мне наиболее реалистичным и быстрым способом получить деньги.

Решение созрело мгновенно.

Один из артефактов, небольшой амулет в виде свернувшейся змеи, был ценным и наименее заметным. Такие можно было получить в подземельях D-ранга, да и купить тысяч за сто пятьдесят на барахолке. Они не редкость.

Завтра же я пойду в ломбард и получу за него приличные деньги.

Угрызений совести не было и в помине. Всё же я в теле Громова, а ему сейчас деньги нужны как воздух, тем более – наличка.

Я осторожно взял артефакт, пряча его в карман.

Довольный находкой, я вызвал окно системы. Шкала таймера неумолимо отсчитывала оставшиеся шесть часов.

– Что за чертовщина? – пробормотал я, чувствуя нарастающее раздражение.

Как я должен выполнить задание, если понятия не имею, что от меня требуется?

В растерянности я покинул тайную комнату, задвинув шкаф на место. Решив, что попытка не пытка, я продолжил шататься по дому, надеясь найти хоть какую-то подсказку.

Поднимаясь по лестнице на третий этаж, я случайно забрёл в комнату, явно принадлежавшую Саше. Здесь всё было иначе, чем в остальных помещениях особняка.

Несмотря на пыль и паутину, чувствовалось, что здесь когда-то жили и любили. На столе лежали разбросанные книги и тетради, на стенах висели постеры с изображением героев из комиксов и видеоигр. В углу стояла старая гитара, покрытая слоем пыли.

Внезапно, словно от прикосновения к заряженному проводу, система ожила! Перед лицом появилась новая надпись:

«Поздравляем! Основное задание: Новый Дом, – выполнено!»

– Фух, – я аж смахнул со лба невидимый пот. – Рандом. Самый настоящий!

Стоило мне переступить порог этой комнаты, как задание было выполнено. Как же повезло… А ведь я планировал мотаться по городу остальное время и искать себе хибарку, пока задание меня не убило…

Но не успел я толком осознать произошедшее, как появилось новое задание:

«Уничтожить 10 охотников рода Барановых. Срок действия не ограничен».

Я ошарашенно моргнул. Офигеть! Это что еще за Барановы такие? Почему я должен их уничтожить? И почему система вдруг решила выдать мне такое… специфическое задание?

А через мгновение мой телефон завибрировал. На экране появилось уведомление от приложения «ОГО». Оно гласило о том, что завтра в 16:40 в трёх точках города будут открыты разломы D-ранга.

Удача? Нет, не думаю.

Савелий Громов

Солнце, пробившееся сквозь неплотно задёрнутые шторы, полоснуло по лицу Савелия, заставив его поморщиться. Ночь он провёл, ворочаясь и проклиная всё на свете. Голова гудела от недосыпа и выпитого вчера виски. С трудом разлепив глаза, он нашарил на тумбочке телефон. Десяток пропущенных вызовов от разных номеров, штук пять смс от знакомых и одно сообщение от помощника.

Он поднялся с кровати, чувствуя себя так, словно его переехал каток. Вчерашний гнев схлынул, оставив после себя лишь ощущение опустошения и холодной ярости. Этот щенок…

Умывшись и наскоро приведя себя в порядок, Савелий спустился в кабинет. Там уже ждал его помощник, бледный и взвинченный.

– Савелий Андреевич, плохие новости, – выпалил он, не дожидаясь приветствия. – Со счёта вашего племянника… сняли все деньги. Подчистую. Куда ушли, пока не ясно. Но точно никто не пользовался его картой. В общем, пытаемся отследить.

Савелий нахмурился. Это ему не нравилось. Слишком много вопросов. Как он смог их снять? И самое главное – куда он мог их деть? Версия о том, что Саша просто сбежал, крепла с каждой минутой. Молокосос решил затаиться, переждать бурю. Но Савелий не собирался ему этого позволить.

– Поднимите все банки, все транзакции, – рявкнул он. – Выверните всё наизнанку! Я хочу знать, куда ушла каждая копейка! И что с камерами с ГКО? Есть хоть что-то? Следы какие-нибудь? Дайте же мне хоть какую-то информацию!

Помощник торопливо закивал и выскочил из кабинета, оставив Савелия в одиночестве. Он подошел к окну и уставился на утренний город. Куда он мог свалить? Кто ему помог? Неужели у этого мальчишки были связи? Савелий усмехнулся. Вряд ли. Скорее всего, просто удача. Но удача – вещь переменчивая.

Вскоре в кабинет вернулся помощник, держа в руках планшет. Его лицо было ещё более бледным, чем прежде.

– Савелий Андреевич, есть ещё кое-что… это по камерам… кто-то угнал машину Волкова. Этот мерзкий шакал заявил об угоне только сегодня утром. Её нашли ещё… в кустарнике, в сотне километров отсюда. Брошенная, но целая.

Савелий замер. Машина Волкова… Ну, как будто бы всё складывается. На ней этот молокосос и уехал. А затем бросил, понимая, что машину отследят.

Волков. Этот скользкий тип всегда вызывал у Савелия отвращение. Но чтобы этот щенок… смог провернуть такое?

Он подошёл к столу, облокотился на него руками, пытаясь собраться с мыслями.

«Куда, куда мог сбежать этот чёртов молокосос?»

Логика подсказывала, что он будет искать место, где его не станут искать, где он сможет затаиться и переждать. Но его племянник всего лишь юнец, тупой щенок, который не мог отличаться особой логичностью.

– Варианты, – процедил Савелий, не отрывая взгляда от какой-то точки на столешнице. – Нужны все возможные варианты. Где он может быть? Что у него вообще есть? Деньги? Связи? Кто мог ему помочь?

Помощник сверлил взглядом дорогой паркет, хаотично соображая. Он понимал, что от его ответа зависит очень многое. А в частности – его жизнь. Савелий отличался вспыльчивостью и очень часто менял помощников, которые становились ему неугодными. Что именно он с ними делал? Увы, никто не знал.

– Сейчас проверяем все контакты, – торопливо проговорил помощник. – Друзья, одноклассники, старые знакомые. А родственники… ну, у него столько братьев и сестёр…

– Они не помогли бы ему, – еле слышно произнёс Савелий. – Он – кусок малолетнего говна Е-ранга. Такому не место в семье.

– Может, какие старые связи его родителей, вашего брата?

Савелий хмыкнул. Бывшие связи покойного братца – это, конечно, интересно, но вряд ли перспективно. Его брат хоть и был человеком влиятельным, но ушёл из жизни давненько. Большинство его союзников давно переметнулись на сторону Савелия или просто отошли от дел. Нет, нужно искать что-то более очевидное, что-то, что лежало на поверхности.

Наконец, Савелий хлопнул ладонью по столу, заставив помощника вздрогнуть.

– Имения! – воскликнул он. – У моего брата есть имения! Загородные особняки! Вот где он может быть!

Помощник на мгновение завис, открыв рот и округлив глаза. А потом его лицо озарилось пониманием.

– Точно! Совершенно верно! Я совсем забыл про эти имения! Сейчас же подниму информацию по особнякам вблизи нашей области!

Не прошло и получаса, как на столе Савелия лежал отчет от аналитического отдела. Четыре загородных дома, расположенных в разных областях. Все – собственность покойного Андрея Громова, отца Саши. Два – относительно небольшие, скорее дачи, чем полноценные имения. Ещё два – внушительные комплексы с кучей построек.

«Куда он мог поехать? В каком из этих укрытий он мог спрятаться?»

Савелий внимательно изучал фотографии. Первый дом – старый, заброшенный, требующий капитального ремонта, в Новгороде. Едва ли Саша решился бы там поселиться. Второй – уютная дача, расположенная под Питером, в Гатчине.