Текст книги "Колонизация Новороссийского края и первые шаги его по пути культуры. Исторический этюд"

Автор книги: Дмитрий Беглай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

*) Записки нем. врача о России в конце прошлого века (Русский Архив, 1881, кн. 1-я, стр. 48 – 49).

ηЗати. Од. Общ., II, 747.

^SJ Заи. Од. Общ., II, 772

*) Нут. в полуд. Рос. II, 99 – 100.

сильно преувеличена), почти все—служащие во флоте или жиды; син последние имеют отвратительный вид. Положение Николаева не так хорошо —улицы широки, а домы низкие и выстроены но большей части из дерева или глины> ^г). В Землеописании» Зибловского инапеч. в 1810 г.) о Николаеве говорится, между ирочим, следующее: «в нем, но выгодной глубине залива и безопасной для судов рейды, стоит черноморская гребная флотилия, также имеет пребывание главнокомандующий над черноморским и азовским флотами и учреждено училище штурманское и другое корабельной архитектуры. Имеет таможенную заставу и 3 церкви ²) (русскую, католическую и греческую)>. В 1817 г. в Николаеве было 6 церквей и 7-я синагога, 4 общественных здания, 99 казенных, 1,368 частных домов (1,010 каменных и 358 деревянных), 3,285 д. обоего пола ³). Прогресс в числе жителей за 25 лет последовал, как видно из этих цифр, ничтожный; очевидно, после форсированного роста, вызванного искусственными мерами, наступило затишье. Но Николаев все таки имел будущее, как удобное место для ностройкп судов п торговый порт. По числу выпущенных из его верфи кораблей он устуиал Херсону ⁴), но относительно отпускной хлебной торговли в самом конце XVIII в. стоял несколько выше его ').

Уже по смерти Потемкина был основан город, который занял первое место среди всех городов Новороссийского края, и старых, и новыхъ—это Одесса, основанная на месте турецкой крепости Хад– жибея; указ императрицы о постройке военной и купеческой гавани и города Хаджибея (так раньше называлась Одесса) относится к 1794 г. ⁶); постройка была поручена де-Рнбасу; под новый город было отведено более 30,000 десятин земли; на устройство порта, адмиралтейства, казарм и т. и. было ассигновано около 2,000,000 руб.; важным моментом в первоначальной истории Одессы (так его назвала академия наук) было поселение греческих выходцев как в самом городе, так и в его окрестностях; город в это

Н Письма о Крыме, об Одессе и Асов. море. М. 1810, стр. 89—40.

*) Землеопис. рос. имп., V, 347 – 348.

⁸) Зач. Од. Общ. II, 747.

⁴) См. сравнительную таблицу различных судов, построенных в той и другой верфи до 1824 г. в Зан. Од. Об., II, 749—750. ^в) Скальковский, Хроп. об., I, 235.

⁶) Впрочем мысль о постройке города на месте тур. Хаджибея возникла у императрицы еще в 1782 г.; см. Зап. Од. Общ., I, 261.

время состоял из двух форштадтов – военного и греческого; частные лица получали «открытые листы> на своп усадьбы; в надежде на большие выгоды здесь стали селиться русские и иностранные (гл. обр. греческие) купцы; в предместье города Пересыпи поселились черноморские (бывшие запорожские) козаки. В 1796 г. в Одессе было 2,849 д. обоего пола; больше всего мещан (новороссийских, иногородних и б. казенных и помещичьих крестьян); купцов разных гильдий 84 чел. м. и., евреев 150 д. м. п., греков (кроме греч. дивизиона) 129 д. м. н., 98 д черном. Козаков. Несмотря на неблагоприятные обстоятельства, наступившие для города с воцарением ими. Павла Петровича, население в нем постоянно возрастало; царствование Павла Петровича было непродолжительно, а с воцарением ими. Александра И-го жители Одессы получили многие важные привилегии (25-летняя льгота, освобождение от постоев, утверждение загородом земли ит.д.). В 1802 г. в Одессе было уже более 9,000 д. обоего пола жителей, в том числе постоянных и временных купцов 2,285 д. об. п., а мещанъ—5,743 д. об. и.; 39 фабрик, заводов и мельниц, 171 лавка, 43 погреба, 1,092 обывательских дома и 257 землянок, городских доходовъ—40.675 р. 38 к., товаров привезено было на 719,982 р., а вывезено—на 1,534,114 р., всего на 2,254,096 р. Но все это было ничто в сравнении с дальнейшим прогрессом в населении и торговле. Этим прогрессом Одесса обязана гл. об. деятельности дюка де-Ришелье, который занял здесь пост градоначальника в 1803 г. По словам Сикара, Ришелье сам стоял во главе всего и управлял всем больше своею личностью, чем предоставленной ему властью; в свободные минуты он обходил город и гавань, наблюдая за работами, сам отдавая везде приказания и заставляя таким образом других подвигать дело с необычайным усердием; он посещал иностранцев в карантине, узнавал их планы, нужды, приглашая их возвращаться или поселяться в Одессе. В городе он лично знал всех купцов, какой бы национальности они ни были, встречался с ними или посещал их магазины, разговаривал и осведомлялся о их торговле, успехах, препятствиях, желаниях и нуждах '). <В продолжение почти 12-ти летнего управления Одессою Ришелье, пользуясь высоким доверием монарха, обращал его единственно на пользу ^*)

*) Сбор. Ими. Рус. Ист. Общ., т. LIY, р. 32. (Notice sur 11 аппёеэ de Иа vie du duc de Eichelieu a Odessa pour servir a Phistoire de sa vie).

города. Он не только что восстановил дарованные шип. Екатериною милости городу, но исходатайствовал новые, несравнено большие; устроил порт, карантин, таможню, театр, госпиталь, докончил начатые храмы Божии; учредил воспитательно-учебное заведение, поощрил частные в городе постройки, которых при его отъезде считалось 2,000; увеличил население города до 25,000душ; возвысил торговые обороты его. Любя страстно садоводство и вообще разведение дерев, он всячески покровительствовал владельцам дач и садов и первый выписал из Италии семена белой акации, роскошно принявшейся на одесской иочве. Ришелье за границей не забывал Одессу»... Так характеризует его деятельность историк Одессы Смольянинов ¹ ).При Ришелье Одесса сделалась центром торговых связей Новороссийского края и европейских приморских городов: торговые обороты её в 1814 г. простирались более чем на 20,000,000 руб.; главным предметом отпускной торговли была пшеница; естественные богатства Новороссийского края нашли себе сбыт. Расширение торговых оборотов одесского купечества вызвало увеличение потребностей и нривело к общему подъему культурности и цивилизации: Одесса превратилась в небольшой, но бойкий, торговый и благоустроенный европейскийгород. В этом отношении весьма интересно свидетельство самого Ришелье: «когда я прибыл, говорит он, в 1803 г. в Одессу, то прошло 6 недель, прежде чем я мог достать себе дюжину самых простых стульев,– а в 1813 г. было уже вывезено из Одессы в Константинополь на 60,000 рублей мебели, которая была сделана почти также хорошо как петербургская или московская» ²). О том, что из себя представляла Одесса в десятых годах XIX ст,, можно получить сведения из сочинения маркиза де-Кастельно, где сообщаются обстоятельные данные о населении её, общественных и частных сооружениях, управлении, полиции, а в особенности о торговле: данные эти вполне подтверждают мысль о сравнительно высокой степени культурного развития города ^Зи.

Кроме Херсона, Екатеринослава, Николаева и Одессы, молено указать и еще несколько важных городов в Новороссийскомъ

О История Одессы, стр. 167 – 168.

' ^г )Сбор Ими. Рус. Истор. Общ., т. LIV, р. 370.

³) Essai sur PliHtoire ancienne et moderne de la Nouvelle Russie, III, p. 17– 112; приложенные нами фактические данные об Одессе позаимствованы и;гь сочинений Смольянинова и А. А. Скальковского.

крае, возникших также путем колонизации; но на них мы уже> останавливаться не будем; таковы Мариуполь, Ростов, Таганрог, Дубоссары. В Мариуполе, который был основан в 1780 году, в начале восьмидесятых годов насчитывалось уже 1,506 душ мужеского иола, в том числе 144 купца ’). В Ростове (первоначально называвшемся крепостью св. Димитрия Ростовского) в начале восьмидесятых годов было только 704 души жителей; но за то в соседнем с ним армянском городе Нахичевани, который получил начало в 80-м году, числилось тогда же 1040 д. русских купцов, мещан и цеховых и 4121 д. армян, несколько фабрик и заводов и много каменных лавокъ ^{1 2}). Таганрог (прежде Троицкая креи.) был построен еще, собственно говоря, при Петре Вел., но находился долго в запустении и возобновлен был только в 1769 г.; в нем в начале 80-х годов была гавань, таможня, биржа, крепость; кроме значительного числа моряков, в нем жило 222 чел. купцов, мещан и разночинцевъ ³). Хотя гавань его отличалась многими неудобствами ⁴), но в нем все таки процветала заграничная торговля. В самом начале XIX ст, он представлял из себя, по словам одного путешественника, торговый, но худо выстроенный и грязный город; жителей в нем было от 8 до 10 тыс. чел., торговля здешняя была в руках греков; с возникновением Одессы Таганрог потерял свое прежнее значение самого важного торгового пункта ⁵). Дубоссары славились сухопутной торговлей; по словам Иенсоннедя, отсюда вывозилось всяких сырых продуктов в конце XVIII в. на 12,210 р. ⁶),

¹) Записки Од. Общ., III, 293. „Описание городов и уездов азовской губ. ¹·; основываясь на некоторых хронологических указаниях самого документа, издатели относят его к 1779 г.; но спрашивается, как можно говорить о 1779 годе, когда в тексте же мы находим упоминание о 1780-м? Судя но тому, что здесь описывается 1-й Екатеринослав, нужно отнести его к началу 80-х годовъ

XVIII века.

³) Ibidem, стр. 297; Зап. Од. Общ., II, 835 – 838.

³1 Записки Од. Общ., III, 296 – 296.

*) Сборник Императ. Русск. Истор. Общ. LIV, р. 276—281; на сто коммерческих судов здесь погибало 5, 6, т. е. в 9 раз более, чем на Средиземном море; также отрицательно, как и Ришелье, отзывается о Таганроге Гюльден– штедт.

⁵) Письма о Крыме..., стр. 230, 232, 258, 262; впрочем, в 1805 г. торговые обороты Таганрога превышали 5,000,000 руб. (Скальковского, Хронологический обзор, П, 95J.

⁶) Traito de Иа commerce..., I, р. 302.

колон, ново рос. края. 5

а в 1805 г., по сообщению А. А. Скцльковского, уже на 179,562, а привозилось на 1,163,979 р.').

Делая общее заключение об экономическом росте городов Новороссийского края, мы должны сказать, что важную роль в этом случае играли льготы, предоставляемые правительством населению; это ясно видно на примере Одессы; размеры льгот были не везде одинаковы; общее представление о них дает «открытый листъ» губернатора Хорвата 1795 года, обращенный к русским и иностранным поселенцам городов екат. и вознес, губ.: он предоставляет десятилетнюю льготу от податей, свободное отправление богослужения и денежные ссуды ^{1 2}); такия же льготы были предоставлены и городам очаковской области в 1803 г. ³). Просматривая состав населения торговых городов Новороссии, мы замечаем в них значительный процент иностранцев; эти иностранцы и составили торгово-промышленное ядро городского населения, давшее первый толчок заграничной торговле. Так было в Одессе; там мы находим греков, евреев, болгар, молдаван, поляковъ ⁴); вскоре господствующее положение в Одессе заняли греки; существовавший здесь раньше для «российского купечества» магистрат заменен был «иностранным магистратомъ» и в выборах некоторое время участвовали одни иностранцы ⁵); громадное большинство одесского купечества 1-й и 2-й гильдий в 1800 г. были иностранцы; видное место они занимают и среди торговцев 3-й гильдии ⁶); и это понятно: с 1796 г. но 1800-й год было принято в магистрат 135 д. купцов российской нации и 181 д. купцов, вышедших из разных заграничных мест ?). Мариуполь был обязан не только своим торговым значением, но и происхождением греческой колонизации, как это мы увидим при обозрении иностранной колонизации. Важную роль играли греки и в торговле внутреннего города Елисаветграда, где они составили особую общину. Таганрогская торговля, как мы видели, также была в руках гре-

¹) А. А. Скальковского. Хрои. обозр., П, 96.

²) А. А. Скальковского. Хрон. обозр., I, 246—247.

³) Ibidem., П, 40—41: о льготах, предоставленных жителям г. Одессы, см. А. Орлова. Истор. очерк г. Одессы. Одесса. 1885 г.

⁴) А. Орлов. Истор. очерк Одессы, стр. 14.

⁵) Ibidem, 52.

^в )Ibidem, ирил., 123—127.

¹, Ibidem, прил., 101—122.

ков, а она после одесской занимала 1-е место. Ясным доказательством того, что гл. обр. иностранцы создали торговлю наших новороссийских городов, может служить пример Ростова и Нахичевани: торговля процветала в концеХУИИИв. в одной только Нахичевани, обязанной своим происхождением предприимчивым, обладавшим промышленным духом армянам.

Кроме двух названных нами причин экономического развития новороссийских городов, следует указать еще на несколько других не менее важных, таковы—существование в окружности более или менее значительных и многолюдных земледельческих поселений, удобства географического положения и сравнительная безопасность выбранных под города местностей и т. и.; раз все это не принималось во внимание, тогда и огромные затраты, как это было с постройкою Вознесенска, не приводили ни к чему

Кроме постройки укрепленных линий и городов, колонизационная деятельность русского государства и народа выражалась еще в основании целого ряда различных селений—сел, деревень, слобод, местечек, хуторов. Жители их принадлежали частью к малорусской, а частью к великорусской народности (не считая иностранцев). Судя ио тому, что в настоящее время малоруссы составляют преобладающую группу населения, можно предполагать, что и в прежнее время они представляли из себя наиболее численную народность; и такое предположение оправдывается всеми известными нам историческими данными. В малороссийской колонизации нужно различать три элемента, которые, впрочем, постоянно смешивались друг с другом,—запорожских поселенцев, выходцев из заднепровской (правобережной) Малороссии и переселенцев из левобережной и отчасти слободской Украины. Что касается великорусских колонистов, то они приходили, убегали сюда или переводились из самых разнообразных местностей. Великорусские селения были перемешаны с малорусскими; иногда (и даже очень часто) в одном и том же селении жили представители обеих народностей; так было и в казенных, и во владельческих поселках. В виду всего этого мы находим неудобным обозревать малорусскую колонизацию отдельно от великорусской, а установим деление по другому (не этнографическому, а социальному) принципу. Все земли, предназначавшиеся для заселения, делились на две части—казенные или государственные и частные или помещичьи; сообразно с этим и все русское население Новороссийского края может быть разделено на 2 боль-

5*

шие группы —1) свободных поселян, живших в государственных слободах π деревнях, или вообще на государственных землях; они принадлежали частью к великорусской, частью к малорусской народности; одни пз них добровольно, по собственному желанию или по вызову правительства, явились в Новороссию, другие были переведены сюда правительством, третьи, наконец, убежали от своих господ; 2) владельческих, помещичьих крестьян великорусского и малорусского происхождения, садившихся на землях частных лиц и вступавших к ним в известная зависимые отношения.

В последнее время своего исторического существования Запорожье, как мы впделп, переходило мало по малу к оседлому земледельческому быту; в пределах его возникло значительное количество сел, деревень и хуторов. Эта мирная колонизационная деятельность запорожских Козаков и их «пидданныхъ> продолжается и после политической смерти Сечи и представляет весьма заметное явление в общем ходе вольной народной колонизации б. запорожских щалестинъ», несмотря на то, что правительство далеко не оказывало ей такого содействия, как иностранцам и многим великорусским поселенцам; немаловажную роль в этом случае играло то обстоятельство, что к запорожцам в момент уничтожении их политической самостоятельности относилась подозрительно и центральная власть, и многие местные деятели. После уничтожения Сечи вся её войсковая и сгаршинская казна была конфискована и из неё образован так называемый городской капитал (б. 120,000 руб.) для выдачи ссуд жителям новороссийской губ. ¹): так и после смерти своей Запорожье оставило наследство, служившее для тех же целе/и колонизации, которые некогда преследовало и само «товарыство». Еще важнее было другое наследие, оставленное покойным Запорожьемъ—это его <обширныя» и богатые <налестины>, которые опять таки, подобно денежной казне, достались, как увидим далее, другим.... Очень вероятно, что запорожцы могли бы заселить сами значительную часть своих «вольностей», если бы они не были отданы помещикам и иностранным выходцам. Впрочем, факты живой действительности взяли свое, иобороли предубеждение против запорожской колонизации: и мы видим, что лица, хорошо знакомые с местными условиями жизни (в роде, нанр., Черткова) после 1775 г. ^*)

*) Свальковсвого. Хрои. обозр. I. '124.

начинают покровительствовать устройству запорожских поселков. Да и могли ли они поступать иначе, когда эта вольная народная колонизация оказывалась наиболее действительной и не стоила правительству почти ничего, между тем как иностранцам, например, приходилось выдавать огромные ссуды? Если мы обратимся к наиболее значительным селениям нын. екатеринославской губ., то увидим, что многие из них представляли некогда «старожит– ' ныя> козацкия займища, зимовники, хутора; тут в землянках и мазанках бессменно проживали женатые козаки со свопми семействами, челядью, наймитами, хлопцами и малюкамн. «Ловкий и аккуратный запорожец Горленко, говорит преосв. Феодосий, произведенный Чертковым в волководского коммиссара Горленского, согласно видам и желаниям Черткова, при содействии преданных ему запорожцев, скоро основывал на козацкпх зимовниках слободы и заселял их народом семейным и оседлым... Незабвенный в летописях Запорожья, доселе живущий в памяти народной под именем дикого попалейбъ—кампании священник о. Кирилл Тарлов– ский—друг и благодетель человечества, ближайшее и самое доверенное лицо Черткова, при содействии иеромонахов Самарского мои., оживил и заселил степи орельские и терновские; в короткое время он основал 24 слободы и устроил в них 12 церквей с шпи– талямп и школами при нихъ> ^х ).Вообще, малороссийские слободы в большинстве случаев были обязаны своим происхождением энергии н колонизаторской деятельности отдельных лиц, так называемых осадчнх. Пот как, нанр., основалась госуд. слобода Вязовок. В 1775 г. азовский губернатор Чертков пожелал основать сл. Вязовок; межевая экспедиция отвела землю, а «вахмистр Вас. Мураев сам вызвался быть осадчпм сл. Вязовка, наеелителем, колонизатором и организатором её. Для успеха в этом деле, получив от лейбъ– кампании священника о. Кирилла Тарловского благословение и денежную помощь, осадчий Мураев поручил Мих. Белостоцкому, в указанных и намеченных местах, строить в слободе землянки и хаты—мазанки, а сам отправился во все стороны в места дозволенные стачиватьнарод семейный, приглашать его на оседлую жизнь в новую государственную слободу Вязовок. Богатые, роскошные и плодородные степи самарские вполне отвечали стремлению народному, и весною 1776 г. явилось в сл. Вязовок значительное количество на– ^Ч

Ч Пр. Феодосия. Материалы..,, I, 8—9.

еельниковъ—людей семейных и оседлых, из народа вольного и свободного; осадчий Мураев назначен уже был смотрителем сл. Вязовка, а житель Вязовка Радченко был атаманом общества» *)» Наиболее выдающеюся личностью в этом деле является запорожские иолк. Афанасий Федорович Колпакъ ^{1 2}); его «хлопец н малецъ» Сергей Лот в зимовнике его осадил 50 дворов Козаков и основанную таким образом слободу назвал в честь своего «татуся» Колиаковкой ^{3 4}). Любопытный пример обращения запорожского селища в слободу представляет Гродовка (в бахм. у. екат. губ.). <В обширнейших, роскошных и богатых степях между Торцом и Солоненькою, говорит пр. Феодосий, часто проживали запорожцы и грели животы свои...По уничтожении в 1775 г. последней Сечи запорожской, жившие в балке Холодной запорожцы, согласно видам и желанию азовского губ. Черткова, со всех сторон начали стягивать к себе на жительство семейный п оседлый народ малороссийской нации. В 1788 г. в государственной слободе Гродовке постоянных жителей поселян малороссийской нации было обоего пола свыше 800 д. ⁴) А. Пишчевич (который вообще относится к запорожцам очень враждебно), передает, что из запорожских хуторов, возникли м. Глинск, Крылов, Табурище, Крюков, и только сожалеет при этом, что по именам «этих разбойниковъ» были названы многие населенные местности ⁵),

В основанные бывшими запорожцами селения приходило много народа из Гетманщины; это были по большей части родственники и свойственники бывших запорожцев; для холостых поселенцев в г. Алешках отыскивались жены в Малороссии ⁶). Иногда выходцы из Гетманщины основывали самостоятельные селения в пределах бывшего Запорожья; таково, напр., происхождение сл. Пологов, основанной выходцами из переяславского уезда полт. губ. ^{7 *}). Об успешности этой колонизации может свидетельствовать следующий факт. В 1810 г. поселянин с. Петровки (александрийского у.) Павел Треска вы-

¹) Пр. Феодосия. Материалы... I, 496.

^г) См. о нем заметку Мурзакевича в Зап. Од. Общ., XII, 462 – 464.

³) Ир. Феодосия. Материалы...., I, 358. >

⁴) Пр. Феодосия. Материалы..., II, 50—51; точно также были основаны Шо-

лахова, Чаплшика и др.

®) Примеч. А. С. Пишчевича на Новорос. край („Киев. Стар. ¹¹1884, яив., 118).

^е) Зап. Од, Общ. X, 239.

’) Пр. Феодосия. Материалы..., II, 295.

звал из Малороссии 119 душ переселенцев и ему отведено было в херсонском уезде 23,000 дес. земли; в качестве осадчего он продолжал действовать так удачно, что в 1814 г. в этом Иово– павловском селе числилось уже 1448 д. обоего пола и «множество земледельческих обзаведений» *). О размерах колонизационного движения из левобережной Украины (собственно Черниговщины) свидетельствует следующий факт: в одном херсонском уезде выходцами из Черниговщины было основано частию или целиком 32 селения ²). Одни из этих переселенцев (б. козаки) пользовались | правом вольного перехода и потому на законном основании переселялись в Новороссию; другие же (б. носполитые) лишились этого права в 1783 г. н потому должны были убегать от своих владельцев, тоже самое нужно сказать и о слободской Украине; здесь они надеялись получить свободу и само правительство, как увидим далее, не пренебрегало беглыми. Правитель екатер. наместничества Синельников предлагал даже купить у харьковских и воронежских помещиков подданных черкас (малороссиян) и поселить их в Новороссии; купить их можно было бы, по его словам, недорого (но 40 или 50 р.), а поселение их на новых местах не стоило бы | почти ничего, потому что они охотно обратились бы из подданных в казенных крестьян ³); другими словами, он проектировал для них на новом месте свободу от крепостной зависимости.

Громадное число переселенцевъ—малороссиян доставила также и заднеировская Украина, бывшая тогда под властью Польши; некото– 4 рая часть пх селилась в запорожских деревнях, другая в малороссийских, третья—в помещичьих и т. д. В недавно изданных материалах для истории Запорожья А. А. Андриевского мы находим целую серию документов, служащих к разъяснению этого дела.

Нын. елисаветградский уезд херс. губ. с раннего времени стал заселяться выходцами из Польши, отчасти Гетманщины и Запорожья.

На самой границе с Польшей, при впадении р. Тарговицы в Синюху, был основан Архангельский городок (нын. Новоархангельск), население которого возрастало главным образом от прилива малороссийских выходцев из Польши. Киевскому полковнику Тайскому

*) А. А. Скальковского. Хрон. Обозр. II, 240.

^г) Несколько выводов из стат. трудов по черн, и херс. губ. Изд. херс. губ. зем. упр. стр. 15.

⁸) Зап. Од. Общ., IX, 279.

велено было возобновить и заселить села, лежавшие по русской стороне Синюхи и разрушенные татарами во время турецкой войны; в Цыбулев назначен был атаманом и осадчим козак миргородского полка Леонтий Сагайдачный, а в Архангельск —тамошний пасечник Степан Таран; 1-й удачно повел свое дело и поселил у себя более 300 дворов (выходцев из Польши); 2-й же жил в лесу и никаких стараний к исполнению возложенного на него поручения не прилагал и потому был заменен козаком миргородского полка Давидом Миргородским. Новый город, благодаря своему окраинному положению, испытывал (в особенности на первых порах) большие опасности; ближайшее селение Цыбулев находилось от него на расстоянии 70 верст; поляки сделали нападение на этот городок и взяли в плен нескольких жителей; осадчий Звенигородский был схвачен на польской территории и казнен; такое же нападение было сделано и на с. Давидовку. Для ограждения новых поселенцев правительство распорядилось устроить здесь укрепления и поставить караулы; это дело поручено было миргородскому полковнику Капнисту; в 1744 г. в этой местности было уже поселено 13 слобод и в них 357 коз. и 563 носполитских двора; здесь, как и в других местах, важным двигателем колонизации были льготы, предоставляемые новым поселенцам * *). Под защитой укреплений и караулов дело заселения этого погравичья пошло очень успешно: в 1752 г. там жило б. 4,000 дворов малороссиян (старинных поселенцев и выходцев из Малороссии, слободских полков, Запорожья и Польши ²).

Таково было начало переселенческого движения из Заднепровья– В царствование ими. Екатерины ИИ-й оно нродолжалось попрежнему. Лпца, стоявшие во главе колонизации (Каховский, Синельников), очень ценили этих заднепровских выходцев и даже посылали тайно своих коммиссаров для вербовки населения в Новороссию. «Из Польши, писал Каховский, собирается поселян к нам много. Я послал отсюда внушить им, чтоб выбирались не торопясь и забирали бы с собою не только все свое имущество, но и доыы. Если Всевышний поможет, то уповаю, что в донесениях моих о выхо^и цах будут цифры не десятичные, но тысячные. Да поможет только Бог добраться в ту сторону». В другом письме тот же Кахов-

*) А. А. Андриевского. Мат. для ист. южнорус. края. Од. 1886 г. стр. 60—77·

*) Материалы для оценки земель херс. губ., т. II, стр. 128–129.

скип говорит: <Посылаемые мною в Польшу (т. е. киев. и под. губ.) для вызова поселян доносят да и ушедшие из под стражи польские поселяне утверждают, что генеральные коммиссары и губернаторы (приказчики) в имениях владельцев, а прпсовокуиясь к ним, и арендаторы имений строго принялись пресечь выход желающих прийти к нам на поселение. Они перехватывают идущих и, ограбив их имущества, что ограбить можно, возвращают семейства на прежния их жилища, хозяев же садят в тюрьмы п поступают с ними сурово. Дерзость сия... опечаливает меня крайненше и чувствительнейше, поелику препятствует к скорому исполнению... заселпть сей прекрасный и полезный край». Для избежания этих препятствий Каховский советовал устроить подвижной кордон ^]). В Новороссийском крае чувствовался сильный недостаток в женском населении; поэтому сюда вербовали и девиц; одному еврею вербовщику платилось но 5 р. за всякую девицу; офицеров награждали чинами (кто наберет на свой счет 80 душ, тому давали чин поручика ^{1 2}); для удобства устраивали слободы у самой границы, чтобы легче было переводить сюда жителей Заднепровья ³). Правитель екатер. нам. Синельников сам говорит, что он возбудил в малороссийском населении польских губерний стремление к переселению в Новороссийский кран ⁴).

Что касается великорусских колонистов, то это были казенные и экономические крестьяне, однодворцы, козаки, отставные солдаты, матросы, дьячки и раскольники. Из ярославской, костром., владим. губ. вызывались казенные крестьяне, знающие какое либо мастерство; так было в 1795 г., когда Зубов принимал всяческие меры для заселения созданной им Вознесенской губернии ⁵); в начале XIX ст. государственные слободы были уже довольно многочисленны и очень многолюдны. В 1814 г. в мелитопольской провинции таврнч. губ. было, по вычислению проф. Дюгурова, 13 госуд. деревень с 2 L,147 д. муж. пола, т. е. в среднем приходилось но 1,626 д. муж. и. на каждую ⁶). Значительная часть госуд. слобод была на-

¹ )Зам. Од. Общ. XII. 349, 358—359.

²) Зам. Од. Общ, IX, 272.

⁸) Ibidem, 273—274.

*) Зап. Од. Общ., IX, 265. ^ε) Зап. Од. Общ. II, 775.

°) De Иа civilisation dea tatnr3—liogaia dans le midi dela Rua3ie europdenne.

1816. p. 120.

селена так называемыми однодворцами, известными с давнего времени в украинских великорусских губерниях и составлявшими там особый разряд служилых людей; таково, наир., происхождение сл. Богдановки н Терновки в екат. губ. ^J). Отставным матросам и солдатам Каховский нредполагал отвести земли по обоим берегам р. Буга до самого Николаева ^{* 2}). Заштатных дьячков Потемкин проектировал селить в Новороссии, потому что они, но его мнению, могли быть в одно и то же время и земледельцами, и военными ландмилиционерами ³). По указу 1781 г. велено было в Новороссию переселить до 20,000 экономических крестьян и выбрать из среды их до 24,000 добровольных переселенцев ⁴). Но едва ли не первое место между великорусскими переселенцами занимали раскольники. Они начали селиться в Новороссии еще в царствование Анны Иоанновны (и даже раньше) в Херсон, губ. возле нын. Ашаньева и Новомиргорода; здесь ими были основаны Цыбулев и Бешка (нын. Александрия); но число их было не велико. Гораздо больше явилось их в пятидесятых годах XVIII в., когда само правительство манифестами вызывало их из Польши и Молдавии; им отведены были земли в крепости св. Елисаветы (нын. Елиса– ветград) и её окрестностях, где они основали целый ряд сел (Клинцы и др.); селения их были многолюдны и отличались зажиточностью; Потемкин также старался о переселении раскольников в Новороссию. В 1785 и 1 786 г. явилась весьма значительная партия их и поселилась в днепровском уезде таврич. губ. на р. Белозерке. Знаменским раскольникам, предполагавшим переселяться на р. Белозерку, решено было давать по 50 р. на двор, состоявший из 4-х человек, и натилетшою льготу от податей ⁵). В указе императрицы о раскольниках сказано следующее: <для поселения старообрядцев назначить места, лежащие между Днепром и Перекопом, с тем что они будут получать попов своих от архиерея таврич. обл. определенного, дозволяя всем им отправлять служение по старопечатным книгам. А дабы рассеянных вне границы империи нашей старообрядцев вызвать в Россию, можете публиковать сии свободы, им дозволенныя»; лицам, вызывавшим раскольниковъ

*) Пр. Феодосия. Материалы... I, 486.

²) Зан. Од. Общ. XII. 349—350.

⁸) Зап. Од. Общ. ѴШ, 212.

*) Зладимирова. 1-е стол. г. Екатеринослава, стр. 9.

^с) Зап. Од. Общ., IX, 270.

выдеявалось известное вознаграждение*). И этот указ не остался без результатов: в 1795 г. из Порты Оттоманской вышло и поселилось в очаковской области 6,524 д. старообрядцев ²). Кроме старообрядцев, мы находим в Новороссии еще и духоборцев; они были поселены по р. Молочной на основании манифеста пмп. Александра I 1802 г.; ³) им было отведено в полную собственность значительное количество земли, а кроме того за ничтожную плату предоставлены в аренду участки ногайских земель н дана пятилетняя льгота от податей; не удивительно, что духоборческие селения отличались зажиточностью; у них существовала общественная обработка земли с равным разделом продуктов. В 1814 г. духоборческих селений в мелитопольском уезде тавр. губ. было 8 с 1,155 д. муж. и. ⁴), т. е, в среднем по 144 д. м. п. на каждое; следовательно, они не были особенно многолюдны. Духоборцы на р. Молочной нашли себе тихое прпстанпще после тех испытаний, которые им пришлось вытерпеть раньше; одни из них побывали на работах в ссылке в кр. Динамюнде, а другие в Екатеринбурге и были возвращены оттуда только в 1801 г. по милостивому указу иип. Александра 1 ⁵). В двадцатых годах XIX ст. переселились в Новороссию молокане (из тамб. и астрах, губ.) и основали здесь несколько селений, которые также отличались зажиточностью, благодаря гл. обр. единодушию, господствовавшему между населением. В тридцатых годах текущего стол, всех раскольников в Новороссийском крае было около 36,000 обоего пола ^{6 * 8 * * * * *}). “