Текст книги "Скандальное замужество попаданки (СИ)"

Автор книги: Дия Семина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 38
Выселки или смерть

Впервые в жизни пожалела, что в карете нет жёсткой системы ремней безопасности. Скрипучий экипаж бултыхало по дороге, а я внутри как лотерейный шарик в барабане, но позже выехали на просёлочную «трассу», и я смогла ровно сесть и немного расслабиться. Пальцы побелели, с такой силой пришлось держаться от качки туда-сюда.

Подозреваю, что это не простая карета, а уловка, специально душу вытрясли по дороге, чтобы потом устроить допрос, заставить что-то подписать и тюрьму…

Карета резко замерла, чуть не слетела с сиденья вперёд.

– Сударыня, вы приехали. Маркиз де Круа ждёт вас, – и капитан сопровождения тут же сообщил «радостную» новость. – Желаю вам приятного плавания.

От моей красоты, наверное, ничего не осталось, растрёпанная, волосы рассыпались по плечам, платье помялось, мне кажется, что сейчас от тряски вырвет.

Едва держусь на ногах, а эти даже не удосужились спешиться и помочь выйти из кареты. И, как назло, чёртова юбка слишком узкая, чтобы сделать широкий шаг, не хватало ещё растянуться в грязи. Так и замерла у открытой двери кареты, не решаясь прыгать.

– О! Любовь моя! Как я счастлив, что тебя освободили из заточения. Этот ужасный человек не позволял мне встретиться с тобой! – из-за плотного круга конников, раздался счастливый знакомый голос мужа.

На лицах сопровождающих появилось разочарование, наверное, мечтали, чтобы я грохнулась в лужу. А тут Генри заставил всех расступиться, мгновенно подхватил меня за талию, и как в кадрили, приподнял, перенёс через лужу и поставил на сухое место, забрал саквояжи, и забавно оттопырив локоть, предложил мне ухватиться за него.

Не обращая внимание на отряд, довольно бодро спешим к другой карете.

А вслед нам ужасно «добрые» пожелания:

– Маркиз, она должна исчезнуть навсегда и после полуночи у меня приказ убить эту женщину. Жаль, красотка, но приказ есть приказ. Поспешите, у вас всего три часа до срока. Мало кораблей, кто вас примет на борт!

– Не переживайте, на рейде стоит корабль, готовый нас принять на борт. Иностранный, так что его палуба в море, уже считается территорией другого государства. Я исполню приказ Её Величества!

– Вот и хорошо, что вы, лорд Генри понимаете пикантность ситуации, мы тут не шутим. Всего хорошего!

Так плохо, в голове шум от предыдущей кареты, от тряски, стука, грохота. Я ужасно голодная, кажется, сахар упал, и надо бы хоть чай выпить. Но видимо, времени нет совсем. После слов капитана улыбка с лица «мужа» исчезла. Стоило нам отойти, как он прошептал:

– Мари, поторопись, боюсь, что они не шутят. Нам нужно успеть в порт. Вон там нас ожидает экипаж, – от этих слов меня стошнило под куст, пара минут, и мы снова бежим подальше от военных. – Сейчас я тебе помогу сесть в карету.

Однако это не карета, а двуколка с извозчиком, открытая, с большим козырьком от дождя. Генри быстро укутал меня в большой шотландский плед, поставил саквояжи в специальный короб под облучком, и мы поспешно тронулись с места и сразу кони перешли на ход рысцой.

Прохладный ветер обдувает, даже вонь взмыленных лошадей перестала щипать в носу. Наверное, муж также поспешно «летел» сюда навстречу со мной. Скорее бы всё закончилось!

– Скоро приедем, потерпи! – больше ни слова. Да и какие тут слова под очередной шум колёс и топот копыт.

Не останавливаясь, мчимся на побережье, совсем стемнело. Я теперь окончательно потерялась во времени и пространстве. Генри напомнил кучеру, куда нас везти, и через несколько минут двуколка замерла на причале у небольшой шлюпки.

Генри пронзительно свистнул и как по волшебству возникли двое матросов, после еще четверо. Забрали наш багаж и осторожно погрузили меня в качающуюся лодку.

– Нужно спешить, после объясню. Мы садимся на другой корабль, не тот, что указан в приказе королевы. Это побег. Если капитан морской полиции узнает, то будут большие неприятности. Пригнись и сиди тихо.

С такими напутствиями, муж накинул на меня всё тот же плед и матросы дружно взялись за вёсла.

Слышу их очень тихий разговор. И понимаю, что это французы. Меня похитили и увозят против воли во Францию?

Никогда бы не подумала, что так долго грести до корабля на рейде.

На меня море вдруг произвело неприятное ощущение. Слишком много страшных моментов в последнее время связано с морем. Но при свидетелях решила не расспрашивать у маркиза, что происходит. Он сам сказал, как только мы отплыли достаточно далеко.

– Она приказала убить тебя, или сослать на север Ирландии, там очень скверный климат, ветер пронизывает до костей, для южанки – верная смерть, да и для меня тоже. Корабль в Ирландию стоит недалеко от французской торговой бригантины, пока они сообразят, мы уйдём далеко в море. А после я представлю тебя, как мою жену при дворе короля Франции. Дорогая Мариэль Алексис де Ортега, а ныне маркиза де Круа-Ортега. Мы возьмём двойную фамилию, думаю, что твой отец согласится.

– Генри, ты с ума сошёл. Я не она. Это подлог. Нас казнят за это. Я не Мариэль, и не Алексис. Мы разные люди!

– Не ври мне, не заставляй проучить тебя, чтобы ты на людях соблюдала манеры, достойные наследницы Ортега. Для нас твоя семья – единственный шанс выжить! Шутки закончились! И чтобы прекратить этот фарс, вот, ты потеряла! Знаешь, кто эта женщина?

И этот поганец вытащил из кармана и подал мне злосчастный кулон с портретом мулатки. Я сама сказала ему про леди Свон, он приехал к ней и забрал единственную улику против меня. Не могло быть этого кулона у русской девицы.

Муж на тысячу процентов уверен, что я это Мариэль?

Глава 39
Мария-Антуанетта

Мы плывём в кромешной тьме, единственный указатель – три больших фонаря впереди. Корабль «Мария-Антуанетта» – когда Генри назвал это имя, неприятным холодком пробежала дрожь по телу, захотелось прошептать: «Чур меня, т-т-т!». Сырость от поднимающегося над водой тумана, холодный ветерок заставили дрожать моё тело. Усилием воли удерживаю себя от паники.

А пока сижу, закутанная в плед, начинаю ощущать, что эта паника не моя, я лично просто боюсь кораблей и моря, но тело Мариэль пережило ужасное нападение пиратов. И эта фантомная память сейчас вскипает, пеной бешенства поднимается в сознании.

Хочется визжать, и кричать так, чтобы мы сейчас же повернули к берегу.

Но держусь.

Последнее время, меня лучше всего успокаивает пение. Начинаю петь на русском языке самую бунтарскую песню, какую знаю, да и по сюжету лучше не придумать.

«Кукушка» Виктора Цоя.

На выселки…

В душе такая тоска, мне кажется, что я не пою, а вою. Громче и громче. Голос у Мариэль примерно такой же, как у Гагариной, кажется, у матросов и мужа сейчас случился катарсис.

А я не пою, я прощаюсь с моим Солнцем. И с каждым взмахом весла, я всё дальше и дальше от него, от Джо…

«Солнце моё, взгляни на меня!..»

Что ж так больно-то. Представляю, что сейчас с ним происходит.

Мою русскую песню услышат. Точно услышат, и он сможет как-то узнать, наймёт детективов…

– Тебе лучше молчать! – вдруг прикрикнул Генри.

– Я не могу, очень страшно. Боюсь моря и всего, что с ним связано.

– Мы могли бы проехать по суше, но это дольше. И кареты настолько утомляют, потерпи. Скоро нам предстоит другое путешествие к тебе на родину!

– В Россию? Мамонтов смотреть? – прикидываюсь дурочкой и улыбаюсь, в полумраке он всё равно не видит ничего.

– Нет. Я про настоящую родину Архипелаг Ортега.

– Ты обещал сказать, кто изображён на кулоне. Я ничего не знаю и не помню, но интересно.

– Мариэль, прекрати притворяться. При мне эти игры уже лишние, – вот точно так со мной разговаривал иногда Гриша. Типа устал, а тут я с домашними заботами, потому что тоже устала…

А с Генри ещё и познакомиться не успели, а уже наезды на пустом месте. Что-то очередной муж меня вдруг не на шутку взбесил, и я перешла на французский язык, пусть и моряки слушают.

– Во-первых я не она! Но если тебе так хочется, отвези меня на родину Мариэль. Возможно, если она погибла, то убитый горем отец меня примет, и даже поможет, но первое, что я ему скажу, будет то, как ты и твоя королева со мной поступили. Думаю, из тебя получится отличное суши для акул. Не беси меня! Тем более, что я богатая наследница, а ты мой фиктивный муж.

– Суши? – кажется, его только это слово смутило. Он конкретно меня начинает раздражать.

– Да, еда такая Японская.

Мы неожиданно стукнулись бортом о корабль, за разговорами и не поняла, что приплыли. У меня сейчас активировались все физиологические потребности разом. В туалет, есть, а потом спать. Потому что сил не осталось совсем, хотели мне предложить подняться на «качели», но я даже держаться не могу.

Пришлось на специальной лебёдке поднимать лодку, как когда-то нас спасал герцог и его команда.

– Мадам, позвольте вашу руку, – типичный французский баритон из темноты попытался помочь мне вылезти. Но куда там в такой-то юбке.

– Если вас не затруднит, отнесите меня на руках в каюту, пожалуйста. Я от усталости, даже пошевелиться не могу.

– О! Мадам, почту за честь, я всего лишь старший помощник капитана Арман Шеро, к вашим услугам.

Мужчина, привыкший к тяжёлой работе, похоже, даже не заметил моего веса, как пушинку выдернул из лодки и понёс, позволяя мужу нести за нами небольшой багаж.

– Мариэль, я хотел бы ночевать с тобой в одной каюте, но тут слишком узкие кровати, поэтому…

– Это первая отличная новость! Господин Арман, покажите мне тут всё и принесите, пожалуйста, еду, что угодно, я очень голодна.

Через несколько минут мне показали довольно эстетичный «гальюн» для знатных особ, позже мою каюту, милая, обычная комнатушка. Всё что надо есть в наличии.

Умылась и мне тут же принесли ужин: паста с пармезаном и кружку тёплого эля, слабоалкогольный напиток. Спать буду как убитая.

– Ваш муж сейчас говорит с капитаном, кажется, нам пора выходить в море, оставлю вас, мадам. Если что-то нужно, звоните в колокольчик или крикните меня на палубе.

– Благодарю, месье Шеро, хорошего вечера и попутного нам ветра!

– Да, мадам! – он улыбнулся, как обычный мужлан, но вполне добрый, это со мной. А на палубе началась шумная работа, под крики Армана, ух и голосище у него. К счастью, взошла луна, я её свет увидела в иллюминатор. Значит, команде немного проще работать.

Только успела освободиться из неудобного платья, радуясь, что у этой модели нет ужасной шнуровки сзади, только пуговицы и крючки. Довольно быстро переоделась, и в постель, вытянула ноги, как же всё ноет. Меня словно избили…

– Мариэль! Позволь? Мы уже подняли паруса, нам сама природа благоволит, луна и ветер попутный…

– Полагаю, что это хорошо! Но остался вопрос, на который ты так и не дал ответ, кто эта женщина с картинки?

– Ты оказалась сокровищницей с секретом. Этот кулон можно вскрыть и под картиной на второй золотой створке имя Зулейка. Я не успел собрать все данные, во Франции это сделать проще. Но твой отец взял в жёны девушку из очень знатного персидского рода Саджидов, богатейшее семейство Персии. Она твоя бабушка по материнской линии. Уже умерла. Но говорят, что вы с ней похожи. Поверить не могу, что судьба мне подарила такой подарок.

– А уж как я-то не могу во всё это поверить… Это бред Шахерезады, честное слово. Кого ещё вы приплетёте? Китайского императора?

– Ну, если поискать полное твоё генеалогическое древо, – задумчиво прошептал Генри, как заворожённый, глядя на меня.

– Генри, иди к себе, честное слово, я очень устала, и если я такая, вся из себя крутая, то мне пора подумать, как поставить на место эту выскочку Викторию! Королева, называется! Могла бы и прилично принять у себя и по-человечески познакомиться!

– Она тебя ненавидит и завидует. Они не такие знатные, обе не стоят и мизинца на твоей ручке, моя принцесса! Поэтому да, начинай продумывать план мести, она заслужила! – прошептал и вышел, якобы случайно хлопнув дверью.

Надо же, она его бесит? Это потому, что он её всё ещё любит? Или между ними есть тайны?

Глава 40
Ничего себе реальность

Общение с мужем начало раздражать ещё на берегу, в лодке он тоже довольно грубо со мной разговаривал, но и это можно списать на обстоятельства.

Лучше бы он оставался естественным.

Если его что-то бесит, то об этом можно сказать. У него причин для злости не меньше, чем у меня.

Но нет! Генри решил пойти другим путём, он теперь меня настойчиво «завоёвывает».

А я становлюсь с каждым часом всё более и более похожей на замок-крепость Аргайл. Неприступной, холодной и, похоже, что этим ввожу его в некоторый ступор.

Все же привыкли, что южанки темпераментные девушки. А я спокойная, молчаливая и по возможности стараюсь игнорировать все его навязчивые ухаживания.

– Ты в него влюбилась? – неожиданно после ужина в аскетичной кают-компании, Генри задал тот самый вопрос, который я себе боюсь задавать.

Тоскую, скучаю – да. Но люблю ли?

В этом я не уверена.

– Я доверяю только Джозефу и в моём случае, доверие более ценно, чем любовь, ведь она слепая, и сердцу не прикажешь. А доверие совсем иное ощущение, и для женщины оно настолько же важно, как и влюблённость. Так что, я не могу ответить однозначно на твой вопрос. Извини.

– Значит мне ты не доверяешь? Ты просто не знаешь, сколько всего я успел сделать для тебя, за эти дни. Я работал, как сыщик по четырнадцать часов в сутки. И всё ради того, чтобы…

– Генри, не обманывай. Ты работал ради себя, стоило узнать маленькую зацепочку, возможно, по имени этой женщины из кулона, или по имени, что назвал герцог и пошло-поехало. Я твой последний шанс на богатую жизнь, если Виктория изгнала тебя, значит, ты ей не нужен. Ты же все потерял в Англии. Меня уже обворовывали дважды, третьего раза не будет, тебе не понять. Но если я окажусь богатой наследницей, в чём я искренне сомневаюсь, то…

В этот момент я прикусила губу, вино подействовало, и я чуть не сболтнула лишнего. Но Генри все понял, ухмыльнулся и «снял маску порядочности».

– Милая, я это понимаю. И готов «продать» тебя. Три покупателя есть, даже четыре.

– Ты ненормальный! – адреналин вспыхнул во мне эмоциями, невольно покосилась на бутылку вина. Очень большое желание разбить её о голову очередного бессовестного красавца мужа.

– Дослушай! Первый, это твой отец, если он даст хорошее вознаграждение, и признает тебя своей дочерью, то наши документы недействительны, ты получишь долгожданную свободу, а я средства к достойной жизни.

– Ах, ты об этом! Ну это хоть как-то оправдывает твои слова. А остальные?

– Король Испании, он женится на тебе, если предложит мне вдвое больше выкуп за тебя. Женится, сам назовёт и сделает тебе документы на имя Мариэль, и потом силой заставит твоего отца признать ваш брак.

– А вот это уже подло!

– Ну, такова жизнь, как говорим мы – французы! Но, кстати, о французах. Примерно такая же ситуация сложилась в династии Бурбонов-Наполеонов, как и в старой доброй Англии.

В удивлении приподнимаю бровь, у нас, значит, уже вот такие разговоры? Мы теперь решили править миром и становимся «решалами» для династий?

– Ужасно интересно, какая такая ситуация, и фамилия династии просто вызывает восторг, и чем я им могу помочь? – сама плеснула себе глоток вина, такие разговоры на трезвую голову очень тяжело идут, а так завтра я решу, что это похмелье…

– Бездетные короли! В Англии муж Виктории долгое время оставался без наследников. У его первой жены, даже выкидышей не было!

– Импотент? – делаю глоток вина, разговор заходит в знакомое русло. На работе в салоне постоянно такие сплетни лили мне в уши, а я обо всём забывала, стоило очередной клиентке оплатить работу и уйти. Но тут другое.

– Я не смею разглашать эту информацию, меня убьют с особой жестокостью. Так вот, у французской династии есть перспективный, юный герцог, ему только-только исполнилось восемнадцать лет. И они готовы рассмотреть твою кандидатуру. Про то, что ты Мариэль, никто не сомневается, никто кроме тебя, так что, дорогая моя принцесса Архипилага Ортега, близкая родственница Персидского шейха, ты для Европы лакомый кусочек.

Быстрее делаю глоток и ставлю бокал на стол, чтобы не разбить его о голову подлого «мужа-торговца». Если до этого злосчастного ужина, я испытывала к нему безразличие, то теперь он меня бесит. Убила бы и сбросила с корабля акулам!

Какой подлец.

А я тоже хороша.

Дура, согласилась на брак, надо было ждать приезда герцога. Но вдруг поняла, что ему бы меня не отдали. Деньги не всегда играют важную роль в жизни.

Власть выше денег.

– Генри, ты сказал, что есть кто-то четвёртый!

– Твой герцог. Я отправил ему тайное письмо с кучером, в нём заманчивое предложение, забрать тебя в Марселе, цена в пять раз больше, чем та, какую он предложил в Тайном совете – пятьсот бриллиантов. Я не жадный, и не подлец, но я в опале, и надо как-то выкручиваться. Потому что королева приказала убить и тебя, и меня. Мы для Англии смертники! Понимаешь? И я хочу жить, герцог, короли или отец, мне всё равно. Кто первый успеет, того и невеста.

– Да уж, ты подлец, Генри! Я бы тебе помогла, будь твои мотивы, хоть немного человечнее, спросил бы ты меня, чего я хочу. Но теперь нет! Ты мне противен. Да, я потребую сообщить Винсенто де Ортега, что я его дочь, чтобы русские документы стали недействительными, и наш брак признали фиктивным.

Про то, что он меня, фактически выкрал и везёт на продажу, и за это ему светит наказание, решила промолчать. Месть – блюдо холодное, вот и пусть кушает, когда подам!

– Нет! Я честный человек, которого загнали в ужасные обстоятельства. И поэтому первый, кого я жду – герцог Аргайл! Если он от тебя откажется и женится на Виктории, то весной поплывём на Архипелаг. Если нашу личность не раскроют раньше и тебя не заберут у меня силой.

Наш непростой разговор внезапно прервал гулкий звук взрыва.

– Её флот догнал нас, скорее всего, это снова пираты. Она их руками убирает неугодных. Совсем стыд потеряла.

– Королева? – вот теперь меня по-настоящему сковывает ужас. Снова пираты, снова бой. Я даже фильмы выключала, если там нечто подобное происходило. А теперь мы в эпицентре, нас приказали убить, чтобы не доплыли до Франции?

– А кто ещё? Она с ними в дружбе, потому на троне восседает. У неё флот пиратов в два раза больше, чем официальный флот Англии. Потому Норрингтон и ему подобные и сидят, прижав хвост, стоит им сделать гадость королеве, как на следующий же день, их корабли подвергнуться разграблению. Понимаешь? Так она и твоего герцога за мужские причиндалы держит. Шлюха она портовая, а не королева!

Генри проорался, плюнул, и выбежал.

Ситуация настолько ужасная, что я теперь не могу дышать. Паника, какую пережила когда-то Мариэль, захлёстывает меня.

Живой этим тварям я не сдамся!

Глава 41
Сестра королевы

Графиня Элиза Флетчер быстрым, уверенным шагом идёт от своей скромной кареты во дворец Её Величества сестры.

По слухам, какие успели расползтись по «нужным» ушам Лондона, у Виктории сейчас не самые простые времена.

Как же трудно не улыбнуться в потоке злорадства. Но сейчас надо терпеливо натянуть маску скорби и сочувствия, прийти к сестре, немного поскулить о своей тяжкой доле, и выразить готовность помогать во всём.

– В конце концов, у неё кроме меня, близких людей нет. Раз она, дура такая, избавилась от Генри. Он же был ей верен. Точно дура! – стоя перед огромным зеркалом, Элиза сняла небольшую шляпку, поправила локон, позволила служанке снять с себя накидку и отдала зонт-трость.

Обычно Элизе позволено самой проходить в приватные покои Её Величества, но на прошлой неделе, её притормозили и заставили ждать.

Что-то с Викторией происходит.

Женская интуиция уже нашёптывает правильные слова. Но такого не может быть.

– Виктория же не идиотка, так себя скомпрометировать. А если да…

Снова язвительная улыбочка прорвалась сквозь скорбную гримасу.

– Госпожа, Её Величество позволили вам войти! – как странно сказал новый лакей, слишком официально, слишком претенциозно.

– Ах! Моя дорогая! Что случилось? Ты нездорова? Который раз приезжаю и вижу, как лекарка выходит из твоих покоев. Ты потому ездила на воды? У тебя сифилис?

– Дура! Язык тебе надо укоротить, нет, конечно. Я, я, я!

– Ты беременная? От Генри? Оставишь? – Элиза знает свою сестру слишком хорошо, от неё не скроется ни малейший признак лжи. Виктория выдала себя вздрогнув, и едва заметно покраснев.

Но сдержалась.

– Это тебя не касается! Зачем приехала? – не опровергла, а лишь заткнула рот вопросом.

Элиза мило улыбнулась, вот оно! Скоро начнётся шоу. Уж она устроит.

– Меня неожиданно навестил один из адвокатов нашего герцога, его потеряли. Замок Аргайл на осадном положении, окружённый твоими гвардейцами. Что происходит, Тори? Ты не заигралась ли, случаем? Это герцог! Этот мужчина выше нас изначально по статусу, он тоже может стать наследником, в случае гибели твоего сына. Нас за эти дела не простят.

– Ты вздумала меня учить жизни? Герцог сидит в нашей тюрьме для знатных персон и думает над моим предложением.

Виктория резко встала и подошла к столу с бумагами, взглянуть, нет ли там какой-то порочащей её переписки на виду. Очень уж сестра внимательно всё осмотрела.

– Ты беременная и решила его женить на себе, иначе прикажешь потопить его корабли? Не так ли? Я слышала твой разговор с моим покойным мужем, чтоб ему гореть в аду. Это он свёл тебя с бандой, и стал посредником, так? Послушай, я лишь хочу стать кем-то важным для тебя. Ведь я твоя любящая сестра! Я могу поговорить с Джозефом и убедить его, что брак с тобой, единственный для него выход. Доверься мне, Тори! Не отталкивай!

Элиза говорит тихим, спокойным голосом, слегка приподняв руку, примерно так уговаривают в королевском парке оленёнка, подойти и взять кусочек яблока. Главное – наладить контакт и не спугнуть.

– Ты не понимаешь, ничего не знаешь. Норрингтон решился действовать против меня. Наш герцог – как огромная пушка, которая имеет решающий голос на поле боя. За кого он выступит, тот и победит.

Виктория вдруг устало уселась в небольшое креслице у рабочего стола, локтем на подлокотник, а голову подпёрла тонкими пальчиками, слегка покачивая ногой, погрузилась в задумчивость, так когда-то часто сидел их отец, размышляя над очередной проблемой с финансами.

– Милая, а ты не думала, что тебе это не нужно? Мы женщины, наш удел чуть проще, чем мужской. Попроси Джозефа жениться, и возложи на него всю ответственность за государственные дела. Мужчины честолюбивы, он не сможет отказаться. Пусть не король, но принц-консорт, сместит этого ужасного сноба Норрингтона на посту премьер-министра и власть полностью окажется в ваших руках. Мне кажется, герцога уважают больше, и его охотно изберут на следующий срок.

– Не знала, что ты способна думать так практично. Может и зря я оттолкнула тебя, единственная проблема, консорты не могут стать членами палаты, и занимать столь высокий пост. Враги плотно окружили меня. Они убрали Генри, а он и рад. А теперь я беременная от женатого мужчины. И срок большой. Ох, Элиза, я в шаге от гибели.

Со слезами в голосе прошептала королева.

– И на фоне всего этого, ты ещё и герцога посадила под замок? Опомнись! Отпусти его и попроси прощение. Может быть, вернуть Генри, он любит тебя, такую, какая ты есть. Ты прекрасно знаешь, что Генри тебе нужен, он и детей обожает, редкое качество мужчин. Если герцог от тебя отказался, сведи всё на шутку, может, тебе напомнить о старшем сыне, наследнике? У тебя шаткое положение, извинись перед герцогом, это не унижение, а благосклонность!

– Ещё рано. Мои люди потопят корабль, на котором сбежала шлюшка герцога, и её новый муж маркиз де Круа, не могу простить Генри измену, он должен сгинуть. И вот тогда я отпущу герцога, – холодным тоном процедила сквозь зубы Виктория. Она словно стряхнула с себя минутную слабость, отогнала меланхолию, решительно встала и собралась выпроводить сестру, сославшись на важные дела.

Дверь в кабинет слегка приоткрылась, а после распахнулась. И вот он, личный враг Её Величества, сам премьер-министр, в небрежно надетом парике на огромной лысой голове, напоминающей бульдожью морду, мантия сдвинулась набок, он бежал?

Судя по красному лицу и сбившемуся дыханию – да!

– Чем обязана? Вы нарушили правила дворцового этикета, сэр! – тихо прорычала Виктория, как кошка перед бульдогом, встала в стойку, того и гляди, кинется и расцарапает брыластую, ненавистную физиономию.

– Леди Флетчер, оставьте нас с Её Величеством, сейчас же!

Не успела Элиза выбежать, как в кабинете взорвался грандиозный скандал!

Первым выдал премьер-министр:

– Вы совсем с ума сошли? Посадили самого герцога под арест, без обвинений? Вы хоть понимаете, чем это нам грозит? Напомню, что он также подданный Шотландии и Швейцарии, это дипломатический скандал. А его девица? Это правда? Она из семейства де Ортега?

– Это уже неважно. Герцог дал согласие жениться на мне, а девица вышла по своей воле замуж за маркиза, и они уплыли в свадебное путешествие, всё кончено. Что с ними случится в открытом море, не наша проблема.

– Вы наша проблема. Немедленно прикажите освободить герцога, – Норрингтон не привык уступать. На него давит палата лордов, адвокаты и доверенные люди герцога вторые сутки атакуют канцелярию Тайного совета и парламента с требованиями объясниться. И если сегодня не выпустят узника, то завтра скандалисты пойдут в посольство Швейцарии. Главной банковской ячейки Европы, и тогда…

– Норрингтон, вы многое себе позволяете!

– Нет, это вы себе многое позволяете, ради сиюминутной выгоды лишаете нас верных союзников. Я не уйду, покуда вы не отпустите герцога.

– Хорошо, пусть будет по-вашему! Но обойдёмся без сантиментов и извинений, можете забрать его и отвезти в замок, пусть сидит под домашним арестом, он скрыл свои доходы от казны, за Его Сиятельством огромный долг перед государством. Если он не оплатит его в трёхдневный срок, я прикажу конфисковать все его имущество и пусть катится в свою Швейцарию!

– Вы каким образом узнали о его доходах?

– Догадалась, оставьте меня, аудиенция закончилась, если не хотите присоединиться к герцогу, идите и занимайтесь своими делами! Охрана! Проводите премьер-министра с почестями!

С этой минуты, противостояние короны и парламента вышло на новую, доселе невиданную высоту, откуда проигравшему падать придётся долго, и, скорее всего, в самый северный монастырь, где заканчивают свой век все ретивые женщины королевства.

Но у Виктории другие планы!