Текст книги "Княжна ночных воронов (СИ)"

Автор книги: Дина Сдобберг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Но пока мы спорили, сработали спрятанные в склонах катапульты, и прочные сети надёжно спутали вновь прибывших. А остатки напавших Болотников, драконов легко было отличить по цвету чешуи и рисункам на броне, добили отражения Талиры.

Мы спустились и побежали к Талире, она опиралась на собственное оружие и тяжело дышала. На ней было несколько глубоких порезов, сочащихся кровью. Без разговоров мы начали обрабатывать раны. Остальное потом.

Закончив с ранами Талиры мы побежали к старшей, спокойно расхаживающей между драконами. Сети не позволяли им причинить вред кому-либо, да и вообще шевелиться. А вот заставить молчать сети не могли, и ещё только подбегая, мы услышали возмущённый мужской голос.

– Вот дурная баба! Говорю же! Патрульный отряд мы, неужели не видишь, что молодняк один с разных родов! – выступал крепкий мужчина лет за тридцать пять на вид, по нынешним временам уже пожилой считай, но моложе наших наставников по оружию. Вот те были стариками, правда, калечными. Другие до седин не доживали.

– Да мне без разницы кто на нас напал, – отмахивалась от его слов старшая.

– Не нападали мы! – взвыл незнакомец. – Ты совсем глазами глядеть не умеешь? Мелочь одна, явно же в боях ещё не участвовала. Только парни с охоты прилетели, запыхавшись в расположение, всех на уши поставили, что на дом Невест Болотники напали. Вот мы старшим отрядом и поспешили на выручку!

– Это с чего такая забота? – удивилась Саяна.

– Так объявили же о свадьбах ради мира, по воле Крылатого Отца. Это Болотникам войну подавай. Таких немного, но драконы тоже желают мира, и смерть Невест нам не нужна. – Складно рассказывал мужчина, ярко-рыжий и с глазами, цвета летнего неба. – Да сами посмотрите! Возраст дракона легко определить по чешуе, роговым наростам и форме клыков. Тут кроме меня, и по два десятка зим не накопили!

– Вы уж извините, уважаемый, но я по пастям драконов разных возрастов не лазила, чтоб примеры для сравнения иметь! – возмутилась старшая. – Мы с драконами воюем шестьсот лет. Напали на нас драконы, и вы драконы. Так что уж простите, с караваем да земными поклонами встречать не будем.

– А делать-то с ними что? – спросила Талира.

– Да смотрю тут и Красные, и Серебряные, и Чёрные, и ещё с десяток родов. А вы у меня замуж идёте… – Задумалась старшая. – Нет, перебить бы их всех от греха, но тут рискнуть придётся. Продержим у себя до ваших свадеб, а потом родичам отдадим. В довесок значит к приданному.

– То есть, это вот они Невесты? – просипел мужик.

– А тебе что-то не нравится, дядя? Так ты не молчи, выскажись. – Предложила Талира.

– Да всё мне нравится. Только речь шла о дочерях правителей, скромных и воспитанных, живущих в уединенной обители… – и тут он окинул взглядом нашу обитель, вспомнил видно, что Болотники напали именно на нас, потому что в этих стенах по слухам жили упоминаемые им Невесты. Потом посмотрел на нас. – А почему обитель уединённая?

– Потому что не каждого здесь привечают и приют дают. – Ответила я.

– Это я заметил, излишним гостеприимством не страдаете. – Проворчал он. – Давайте, девушки, распутывайте эти ваши верёвки, нам в лагерь пора возвращаться.

– Вы, кажется, не поняли. Вас передадут правителям драконам, как часть нашего приданного, после свадеб. – Крепила к чешуе драконов свои амулеты Саяна. – Пусть ваши правители и разбираются, кто вы такие и зачем прилетели.

– Странно кааак! – раздался голос одной из синичек, от которого мы аж подпрыгнули. Мы-то были уверены, что весь молодняк ушел с хранительницами в схроны. – В приданное положено давать домашнюю скотину: удойных коров, откормленных поросят или руноносных овец с длинной и шелковистой шерстью.

– Да, это мы точно знаем! – вторила ей вторая сестрёнка, важно кивая. – А тут… Какое же это приданное? Ни надоя, ни шерсти, ни мяса на прокорм. Позорище одно. Ох, пойдёте вы видно замуж бесприданницами.

– Ну ладно тебе! Может они работники хорошие? – искала у драконов достоинства первая синичка.

– Кто? Драконы? – с сомнением смотрела на уменьшившихся ящеров вторая. – Ни разу не слышала, чтоб драконы что-то делали. Разрушили драконы, сожгли драконы, обрушили тоже драконы. А вот чтоб построили, такого не было. Они ж даже красавиц воруют и не в дом тащат, а в пещеры!

Лёгкий звон известил меня, что моё время настало. Я уходила первой. Ночные Вороны считали ночь лучшим временем для начала. Свадьбы играли ночью, рождённый ночью ребёнок считался рождённым по времени, дома закладывали тоже под луной. Следом за мной, в утреннем сумраке уйдёт Саяна из Сумеречных Сов, и последней покинет стены Талира из Полуденных Ястребов.

Уходила я молча, не прерывая воспоминаний любимых подруг и не оборачиваясь. У ворот меня ждали. Обернувшийся парнем драконёнок, похоже, мой ровесник или чуть старше, и младшие воспитанницы обители.

Пожелания доброго пути и незамысловатые подарки из простых украшений и перьев разных птиц с накладками для письма переходили из их рук в мои и находили своё место в моей суме. Последними одаривали меня перед дорогой сестрички-синички. Они передали берестяную коробку с самолично сшитыми мягкими игрушками в виде птичек, человечков и даже дракончика с кривоватыми крыльями.

– Когда у тебя родится маленький, ты его сильно-сильно люби! Даже если он родится драконёнком. Ведь если тебя кто-то сильно любит, то ты не вырастишь злым и плохим. Правда? – тихо спросила меня одна из синичек.

– Правда. – Потрепала я по заплетённым в косы волосам.

Я стояла за порогом обители и смотрела, как медленно за моей спиной закрываются тяжёлые ворота, а потом и мост поднимается. Эта страница моей жизни перелестнулась.

– Ну что, поехали, попутчик? – спросила я у насупившегося драконёнка.

– И приданное я, и попутчик! Ты смотри, какая разносторонняя личность. – Бурчал недовольный парень.

– Ну, поворчи ещё, поворчи. Или тебя клевером недокормили, что настроение плохое? – усмехнулась я, направляя коня по длинному мосту над пропастью.

– Каррах! – согласился со мной, сидящий на плече Тикар.

Глава 5

Из-за нежданного попутчика путь до Когтя, который должен был закончиться к полудню, растянулся на двое суток. Ну не могла же я тянуть с собой дракона по скрытым тропам? Пришлось выходить на большой тракт, про который знал даже тот, кто и знать не хотел.

Знаки на лошадиной сбруе, да удерживающая фибула вместе с гербовым кольцом без моего участия сообщали встречным, кто я. Проезжающие мимо в обе стороны обозы даже ехать начинали медленнее. О свадьбах между птицами и драконами было объявлено во всех землях. А тут княжна Воронов и при ней дракон. Ну, как дракон, дракончик. И из тех самых, из Чёрных.

– А это что? И есть жених? – слышался взволнованный шёпот. – Неужели тот самый?

– Да ты сдурела? – сердито отвечал какой-то мужчина. – Глаза-то раскрой! У этого жениха молоко ещё не обсохло! Наша-то княженка главнюка ихнего отхватила. Он воин говорят лютый. А это что за воин? Да его я оглоблей и то зашибу. На нём вон, доспехи ветром колышет, словно он досыта в последний раз в прошлой жизни ел.

Мой провожатый сначала только зыркал исподлобья. А уже к середине дня, начал пользоваться.

– Простите, Неба ради! – склонил он голову, поравнявшись с очередной телегой. – Не могли бы вы продать немного хлеба? Монетки, правда, драконьи…

– Да ты что? Кто ж хлеб-то в пути продаёт? – всплеснула руками полная женщина лет сорока на вид.

Женщины меньше участвовали в битвах, поэтому давно заменили в семьях патриархов. Наглого дракона одарили ещё и крынкой молока к хлебу. Правда, без причитаний не обошлось.

– Что ж это делается? Дитё дитём, а уже на войну отправили, да ещё и не кормят совсем. – Всхлипнула щедрая путница.

– Мааа, ну ты чего? – обернулась к ней правящая телегой девчонка.

– Да, ничего я. – Всхлипнула мать. – Вот думаю, может и моему птенчику кто краюху протянет!

– Так может, вернётся скоро, конец говорят войне! Вон смотри, княжна замуж едет! – указала на меня пальцем конопатая девчушка.

– Да вижу я. Бедняжка, за весь народ муку терпеть! Дай тебе Феникс терпения, княжна. Со змеем жить… – вытерла глаза краем платка путница.

– Да какой змей, мам! Дракон же! – возмутилась неточности её дочь.

– Ой, много ты знаешь! Дракон! Да хоть гусь с яблоками! А натура змейская, падлючья! Все ж по морде видно! – закончила путница.

От таких заключений мой провожатый чуть хлебом не подавился. Всю дорогу драконёнок крутил головой. Оно и понятно, в птичьих землях уклад от драконьего отличался.

Мы себя считали детьми своей земли, неотъемлемой её частью. А драконы мнили себя господами мира. За что от мира и получали. То дожди у них, да такие, что птицы отступали с их территорий, потому что земля превращалась в вязкую топь, куда взрослый конь по грудь проваливался. То жара стояла такая, что их воины в наши земли воду воровать ходили. Драконы всё себя выше всех пытались поставить. В мире они господа, в своих землях их род главнее, в роду семья самая старшая и сильная, ну а в семье я главный молодец. Все мне кланяйтесь и волю, как мудрость великую, слушайте.

А у нас чужих бед не было, мимо голодного пройти стыдно было, свой труд в общее дело не вложить и вовсе позорно.

– А вот если я сбегу? – спросил меня попутчик, когда молчать надоело.

– Беги. Прям сейчас можешь. Только когда на дозорный разъезд нарвёшься, сразу кричи, что ты княжны Яромиры…

– Приданное? – язвил драконёнок.

– Сопровождающий, глупыш. А то народ у нас простой, прибьют ещё да прикопают по-тихому, чтоб такое неказистое приданное птичью княжну не позорило. – Улыбнулась я так широко, что щёки свело.

– И чего это я неказистый? Обычный симпатичный парень! – надулся дракоша.

– Это ты как определил? – посмеивалась я.

– Мама всегда говорит, что я у неё симпатичный получился, – ответил наивный мальчишка.

– А звать тебя как? – уточнила я, а то день к концу, а мы ещё и не знакомы.

– Гринард. – представился драконёнок. – А что?

– Ну, так вот, Гринард. Если мама говорит, что ты симпатичный, значит, так оно и есть. Мама ошибаться не может. – Почему-то желание подшучивать пропало.

Вместо этого нахлынули мысли о тех воспоминаниях, что я увидела в чаше. Даже о тех, что в силу возраста я помнить не могла. Главное же это не увидеть, а понять увиденное.

Рождение ребёнка и радость родителей понятно. Детей стало заметно меньше, пустеют гнёзда, а значит и великий круг равновесия жизни и смерти нарушается. Не будет детей, продолжения людского, и станет этот мир пустынным и лишённым искры жизни. Ради этого и примиряемся мы с извечными врагами, поэтому и склонили головы перед волей Отца Всех Птиц.

И о сиротстве моём неспроста мне напомнили. Война не смотрит, в чей дом нести горькую чашу. Сколько детей осталось без защиты родительских крыльев? Сколько матерей ослепло от слёз, оплакивая своих детей? Сколько жён покрыли волосы вдовьими платками? Лишний раз показали, чтоб не сломилась в трудную минуту, не отступила. Считай, своей грудью все земли птичьего народа прикрываю.

Три птицы и три драконницы, как стражи из легенд о сотворении нашего изначального мира, запираем войну в нерушимую темницу. Удержим ли?

Может и битву за обитель, поэтому увидела? Что как в бою друг друга прикрывали и помогали, так и в нашей битве за мир мы должны помочь друг другу? Только как, если пути мои с сёстрами-подругами разошлись и сойдутся ли вновь неведомо? Да и это мои девочки, с кем вместе десять лет всё делили поровну. А драконницы… Да я невесту брата и увижу на пару минут всего. Чем я чужому и незнакомому человеку помогу?

За этими мыслями я не заметила, как уснула. Проснулась от легкого касания к плечу.

– Просыпайся мой воронёнок! Кашка стынет. – Мягким туманом обволакивал голос брата словами из далёкого детства. – Сам воду носил, сам кашу варил, на здоровье заговорил.

Улыбнулась сквозь сон, почувствовав, как брат гладит меня по голове.

– Попался! – повисла я у него на шее. – Андрас! Ты как тут оказался? Мы же только к обеду приехать в Коготь должны были.

– Навстречу выехал, как весть от хранительницы получил, так обоз и тронули. – Улыбался мне брат.

Всегда холодный взгляд теплел при мне, словно вечный лёд, поселившийся в душе брата, при мне отступал.

– Ну что? Будем драться и вино воровать? – рассмеялась я.

– Ого! Это чему тебя в обители учили? – притворно возмутился брат.

– Так это не в обители, это ты жаловался, что девка родилась. Я в чаше видела. – Ответила я брату.

К Гринарду никто не цеплялся, ну едет и едет. Кормили, не жадничая, перекусы в пути предлагали как и всем. Хоть недобрые взгляды от воинов я замечала. Но пусть и через силу, но воины брата старались помнить о мире. Шатком, хрупком, но мире.

Мой конь шёл в поводу, а я сидела в седле перед братом, укрытая его плащом и разговаривая с ним о Когте, который я так и не успела посетить. А вот мои спутники после моей встречи с братом всё-таки полетели навестить родные гнёзда. Птичьи крылья быстрые, успеют вернуться к тому моменту, как я пересеку границу драконьих земель.

Брат рассказывал, что у его врана, Серга, скоро птенцы появятся. Его пара уже села на яйца, и строгий вран сейчас от гнезда не отходит. Только на охоту. И то, Андрас приносил им свежее мясо и добывал в лесу жирных личинок. Помогал спутнику, как мог. Это у меня спутников было трое, большая редкость. А у брата Серг был единственным.

Вот и птичья лапа. Длинный и каменистый язык земли, уходящий далеко в море, где навстречу ему стремился такой же кусок суши, только с драконьей стороны. Там где два куска суши намертво сцеплялись друг с другом, образовалась большая каменистая долина. Пустошь.

Брат обнял меня на прощание и отступил на узкий перешеек, с которого начинался наш край пустоши. На той стороне тоже была видна большая толпа. Где-то среди них должен стоять и мой будущий муж.

Мне на встречу шла кутающаяся в тонкий плащ, больше похожий на тряпку, девушка. Чем ближе я подходила, тем отчётливее я видела, что девушка дрожит. И не понять, то ли от холода, то ли от страха. Глазки распахнуты, губы закушены…

И тут я поняла, что и сама я иду, сжав кулаки и закусив губу. Вот ещё шаг, и между нами почти не осталось расстояния. Стоим друг напротив друга, птица и драконница. Вспомнив, что у меня в суме есть ещё один плащ, я скинула свой с плеч и накинула на неё.

– Держи, а то у нас хоть и теплее, чем у вас, но путь через горы идёт, а там ночью прохладно, да и моросить может. Замерзнёшь же. – Тихо сказала ей и сама удивилась, как мой голос дрожит-то.

– Спасибо, – поблагодарила она, вглядываясь в моё лицо, словно пытаясь там что-то отыскать. – Сирина.

– А я Яромира. – И вдруг я поняла, почему мне чаша напомнила о братовом браслете. А ведь и вправду я могу помочь невесте брата, да и брату тоже. Чтоб у него своё гнездо было! – Держи, брат у меня строг и суров, но справедлив. Мы потеряли родителей, он проводил многих своих друзей, но за ледяной бронёй есть ещё живое сердце.

– Что это? – наблюдала она, как я затягиваю на её запястье браслет из разных костяных пластин.

– Мне подарил его брат. Сказал, что рядом с той, кто носит этот браслет, нет месту войне и гневу. Хороший же шанс, правда? – спросила я, пытаясь разглядеть ответ в её взгляде, чтобы поддержать мою надежду.

– Да, – кивнула она. – Но ответить тем же не смогу! Мой брат сердца не имеет вовсе! Он жесток и не знает о милосердии. Упрям, вспыльчив… Если станет совсем невыносимо, то в старом заброшенном донжоне, на самом верху, в келье затворницы, я спрятала смену одежду, флягу, заговоренную на то, чтобы с ней не иссякала вода, путевую еду и деньги. Готовила для себя, но воспользоваться не успела, иначе бы меня здесь не было. Я и так последние дни сидела на цепи, чтоб не сбежала.

– Чего? Меня тоже посадит? А в темечко его не клюнуть? – возмутилась я.

– Никто не знает. Ты… Я могу что-то для тебя сделать? – а вроде и неплохая эта драконница.

– Знаешь, ворон один на княжьем поверхе гнездо свил, скоро птенцы будут. Ты присмотри, чтоб кошка не потаскала. Сможешь? – я чуть не засмеялась, глядя на то, с каким серьёзным видом она кивнула. – Всё, пошли, а то смотрю, нервничают уже встречающие.

– Меня не убьют? – вдруг выпалила она.

– А ты мне брата не убьёшь? – в ответ спросила я.

И мы разошлись. Границы чужих владений мы пересекли одновременно.

– Моё имя Эдгар, я глава рода Чёрных драконов. – И смотрит на меня. Я на него.

– Яромира Ярославна Вран. – И чувствую себя нелепо. Я тут по батюшке представляюсь, а он просто по имени.

– Гринард! – раздался рядом истошный женский крик, от которого я чуть не присела. – Граник мой!

Оказалось, что как только невесты, я и Сирина, пересекли границу, следом за нами отправили и приданное. А рядом с телегами со стороны вранов ехал и драконёнок.

– Это я матушка раньше был вашим Граником и папиным наследником. А теперь я приданное. – Прорвалось видно давно сдерживаемое ехидство.

– Как? – растерялась женщина, затянутая в платье из плотной ткани так, что мне было интересно, как она дышит. – Какое приданное?

– А судя по всему никакое. Ни надоя, ни шерсти. И как воин я не очень, непонятно на чём доспехи держаться. И в женихи я не гожусь, потому как молоко не обсохло, и досыта с рождения не кормили. – Решил добить матушку сынок, судя по тому, что женщина схватилась за сердце. – Так что много интересных новостей о себе узнал!

Глава 6

Громких прощаний и долгих переговоров не было. Мужчины даже не подошли друг к другу. Я издалека наблюдала, как брат помог усесться Сирине на коня, на котором я возвращалась из обители. Вороны тронулись обратно.

Только один всадник задержался. Въехав на пригорок, он смотрел в сторону драконьей границы. Ветер сорвал капюшон с его головы и встрепал белые волосы. Брат. Увидимся ли?

– Храни Феникс твои крылья. – Прошептала я на прощание и отвернулась.

Будущий муж отдавал какие-то команды, отправлял отряды вперёд. Последнего взгляда в сторону сестры, которую увозили в неизвестность для него вороны, он не бросил, словно и не уходил родной человек. Семейные узы? Не, не слышали. Забота о родной крови? Чего ещё такое придумали. Некогда нам, мы вон с суровым видом рассказываем, кто и за кем ехать должен.

Да уж, с таким, пожалуй, совьёшь гнездо! Вот видит небо, а муженёк мне достался, как тот петух на птичьем дворе, задира и горлопан, а под перьями гонор один. Только от того гонора навара в бульоне не прибавляется.

Зато Граник наконец-то купался во внимании. Про его маму так сразу и не скажешь, что драконница. Вон как квохчет над своим птенцом. Того и гляди, как та кошка за шкирку зубами ухватит и утащит подальше от чужих глаз. Только куда же ты его утянешь, если мальца вон расспрашивают, подробности вызнают. Граник от важности раздулся, грудь вдвое шире стала.

– В полевом выходе мы были уже третий день, – нахмурившись от собственной серьёзности рассказывал парень, как он целых три дня без мамкиного присмотра был. – Ночью была сильная буря, потеряв ориентиры, мы не пролетели вдоль границы, как было запланировано, а пересекли её. Наставник нам таких…

Видно сообразив, что говорит он что-то не то, парень закашлялся. А я только хмыкнула. Ну, гроза и правда сильная была, но чтобы буря? И это повелители неба, как называют себя драконы. Что это за повелитель такой, что в небе плутает?

– Короче, сильно недовольный был наш наставник. Дежурный отряд отправился на охоту, чтобы прокормить всех, пока не найдем дорогу. – Продолжал рассказ Граник. – А мы тем временем разбили лагерь возле зарослей кустов с каким-то ягодами.

Тут я прислушалась, прикинула окрестности обители… Мааа! Да они ж теперь на заросли мармики наткнулись. Только в это время года её не собирают. У неё начинают вызревать семена и мякоть забраживает. Сок таких ягод вместо вина у нас пьют. О! Как интересно!

– А тут наш отряд является и говорит, что Болотники рядом лагерь сворачивают, да они одного вместо добычи притащили. Наставник его допросил, и выяснил, что Болотные драконы решили напасть на обитель, где вроде как воспитывают невест птицам. Ну, мы сорвались на выручку! С нами же… – рассказывал о похождениях наевшихся пьянящих ягод молодых драконов Граник.

Кто там с ними был, я прослушала, потому что рядом со мной опустились Тикар и Рарк. Тикар запрыгнул мне на колени и посмотрел прямо в глаза. Поймать птичий взгляд сложно, без связи и вовсе не возможно. Да и со связью потом голова болит, но сейчас мне спутник важную весть про своего отца передавал.

Гаркар задерживался в Когте на десять дней. По дню на каждого внука-птенца. Богатое нынче лето выдалось для княжьих воронов. По осени надо будет отпустить спутников. Лучше мудрого Гаркара никто птенцов на крыло не поставит, в первый раз в клин не выведет. Дотянулась мыслью до спутника и услышала благодарное карканье.

Но пока я отвлекалась на спутников, Граник видно начал рассказывать какую-то другую историю, да так интересно! Я аж поближе подошла, чтоб послушать.

– И тут махнула она одной рукой, – показывая, как именно махнула неизвестная "она", драконёнок широко так размахнулся в сторону. – И стало днём темно, как ночью. Всё небо заняли хищные птицы, они напали на Болотников и рвали их сверкающими когтями, пробивали чешую бронированными клювами. Потом махнула второй рукой, и птицы превратились в калёные стрелы! И в кого они попадали, вспыхивали синим пламенем!

– Про что рассказывает? – тихо спросила я у стоявшего впереди мужчины.

– Да как невеста нашего лорда Болотников изничтожила. – Ответил он мне так же тихо и обернулся.

Я, наверное, очень близко к нему подошла, потому что он дёрнулся и как-то странно на меня посмотрел.

– Злобная какая-то у вашего лорда невеста. – Посочувствовала я мужику. – Извините, конечно, но это просто жуть же какая-то!

– Так-то княжна мирная, жалостливая. Даже мясом нас подкармливала. – Закончил рассказ Граник, и тут до меня дошло, что злыдня-невеста, это я.

– Ну, может с неба-то оно по другому виделось? – тихо предположил мой собеседник.

– Ага, особенно после того, как они винных ягод налопались. – Добавила я.

Ну, вроде на меня не кидаются, удавить и прикопать под ближайшим кустом не стараются. Может и приживусь.

Вскоре, дождавшись возвращения тех дозоров, что отправлял будущий муж, основной отряд двинулся в путь. Ехали мы, не останавливаясь почти до ночи. Лорд, как называли его воины, ехал со мной рядом. Но за всё время пути он не сказал мне и слова, зато очень внимательно осматривал моих вранов.

К ночи до жилья мы не доехали. Поэтому встали лагерем на небольшой полянке. Это высоко в горах бушевали ледяные ветра и лежали нетронутые снега. А на равнинах ещё было лето, поэтому и ночевать можно было на земле, не опасаясь застудиться. Лорд Эдгар сам снял меня с седла, я не поняла зачем, вроде и сама могу, и протянул руку, оттопырив в сторону локоть. Не понимая, что от меня ждут, я нервно посмотрела по сторонам.

Выручил меня Граник, заметив мою растерянность, он повторил тот же жест, что и лорд, только рядом со своей мамой. И его мать положила свою ладонь на сгиб локтя сына. Я сделала так же.

– Вам не стоит меня бояться, княжна. Я осознанно пошёл на этот шаг, на брак с вами, ради будущего не только своего рода, но и всего народа драконов. – По своему истолковал мою заминку дракон. – И я намерен выполнить взятые на обязательства!

Ну и отлично, я от своих тоже бегать не собираюсь. Сесть мне лорд предложил рядом с ним, на накрытые лошадиными попонами бревна. Из котла, в котором булькало что-то надо сказать донельзя ароматное, налили, что-то вроде густого супа. Глубокую чашку подали лорду, он сделал из неё пару ложек, а потом передал мне. Первым порывом было возмутиться, я сроду не за кем не доедала! Но потом подумала, что уж больно демонстративно лорд попробовал еду. Похоже, он просто показывал мне, что еда безопасна.

– Я доверяю вашему слову, лорд Эдгар Чёрный Дракон. – И взяла себе следующую чашку с супом.

За что удостоилась приподнятой брови и еле заметного кивка. А вот для сна мне отвели одну из телег. Я застелила солому походным одеялом, а запасной плащ, который достала только к вечеру, решила использовать вместо одеяла.

– Леди Яромира, вы не замерзли? – спросил меня, подошедший лорд.

– Нет, – ответила я, размышляя, стоит ли напомнить лорду, что кругом лето.

– Вы не голодны? – последовал ещё один нелепый вопрос, кушала то я с ним рядом.

– Спасибо, я сыта. – Решила всё-таки посмотреть, чем эти вопросы закончатся.

– Эти птицы, они ваши? – указал он на вранов.

– Да, они связаны со мной, – ответила я.

– Связаны? – удивился лорд. – Это ваши слуги?

– Что? Нет! – возмутилась я, и одновременно думала как обезопасить вранов от различных посягательств. – Они очень близки мне, они часть меня. Это моя семья!

– Я понял. Они не мёрзнут? – прозвучал знакомый вопрос.

– Нет, конечно, у них же оперение. – Ответила я.

– Им нужна пища? – таак, интересно.

– Нет, они вполне способны прокормиться сами и меня ещё обеспечить пропитанием. – Сказала я, уже с любопытством ожидая следующего вопроса.

– Им нужно место для сна? – прозвучал новый вопрос.

– Нет, они спят со мной. – А про коня, который вроде пока как мой, он тоже вспомнит и спросит, не замёрз ли, не голоден?

– Хорошо. Тогда спите. Завтра в путь отправимся на рассвете. – И лорд ушёл, окинув напоследок вранов очень странным взглядом.

Перед сном я ещё недолго поразмышляла. Вроде пока ничего страшного и не происходит, муж мне правда достался… Вот прям не любитель поговорить. Каждое слово роняет, словно оно денег баснословных стоит. Только почему же сестра о нём сказала именно те слова?

Утро оказалось ранним, завтракать я отказалась, потому что кусок в горло не лез и спать хотелось больше всего на свете. И почти всю дорогу я продремала в седле.

Когда я окончательно проснулась, вокруг тянулись какие-то развалины, по-другому и не скажешь. Дорога была широкой и просто наезженной. И я была уверена, что в дожди она раскисает и становится грязным месивом. А ведь вокруг были камни! В землях птиц все дороги мостили, а дворы ещё и выкладывали деревянными плашками поверх камня. Может эта дорога полузаброшена? Хотя нет, людей вокруг достаточно.

– Лоринариум, древняя столица мира драконов! – обратился ко мне дракон.

– Ааа, – многозначительно ответила я.

Нагромождение серых камней друг на друга по обеим сторонам от дороги угнетало. Некоторым домам ещё даже пытались придать какой-то вид, некоторые просто разрушались сами по себе. Какая-то статуя в треснувшей чаше, каменная башня, торчащая как поднятый к небу палец.

– Часовая башня. Драконы издревле ценят время. Колокол на этой башни бьёт каждый час. – Очередное скупое описание.

– Простите лорд, но я провела почти двое суток в пути до встречи на Пустоши. И сейчас уже сколько. – Не выдержала я. – Я очень устала. И не могли бы мы отправиться уже домой? Я, правда, очень благодарна вам за то, что показываете мне все эти исторические достопримечательности, но не могли бы вы перенести обзор этих развалин на другой раз?

Лорд ничего не ответил, только сжал челюсти до красных пятен на щеках и проехал вперёд. Хотя всю дорогу держался рядом.

– Княжна, какие развалины? Это столица земель нашего рода. – Прошептал подъехавший Граник.

– Что? Как столица? Где? – оторопела я.

– Да вокруг же! Неужели не видите, что едете по главной дороге к замку нашего лорда? – шёпот сменился шипением.

Я даже наклонилась, чтобы получше рассмотреть дорогу. Может меня зрение обманывает?

– Главная дорога… – с сомнением протянула я и огляделась по сторонам, в поисках привычных признаков города. Но видно города здесь совсем другие.

Дорога привела нас к широкому подъемному мосту. На холме, возвышавшемся над городом, располагался каменный замок, обнесённый крепостной стеной, тоже каменной. Как они живут в этих склепах? Выглядела эта стена, как корона какого-то великана, забытая на холме.

У моста лорд спешился и поджидал меня. Он взял моего коня и повел его в поводу, не дав мне спешиться. Остановился он только внутри крепостных стен, во дворе перед замком, где было полно народа.

Поставив меня рядом с собой перед всеми, он окинул всех собравшихся взглядом и начал говорить.

– Я привёл в свой дом княжну Яромиру, дочь народа птиц. По выбору жребия и воле Крылатого Отца. – Слова звучали громко, многократно отражаясь эхом от стен. – С этого дня она моя леди и ваша госпожа. Неповиновение ей, это неповиновение мне! Оскорбление её, это оскорбление меня. Нет над ней ничьей воли, кроме моей. Нет никого в моих землях выше её, кроме меня. Любая обида причинённая ей словом ли, делом ли, молчанием ли, будет мной рассмотрена и отомщена. Наказание за оскорбление леди смерть. Наказание за неповиновение леди смерть. Наказание за непочтение к леди смерть. Окажите своей госпоже положенные почести.

Все собравшиеся во дворе замка синхронно присели или согнули спины в поклонах.

– Иза, Берта с этого момента вы служанки вашей госпожи. – После этих слов лорд развернулся и ушёл, оставив меня во дворе под пристальными взглядами.

Кому было любопытно, кому всё равно, а многие окидывали меня злыми и презрительными взглядами. Но стоило мне посмотреть в ответ, как я тут же видела только склоненную голову.

– Пройдёмте госпожа, ваши покои вас уже ждут. – Предложила мне та из служанок, что была помоложе.