Текст книги "Сир Доблестный (ЛП)"

Автор книги: Дэйв Дункан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Варт привстал, чтобы взглянуть через голову лошади, а затем снова откинулся на бочки.

– Говори! – крикнула Изумруд. – Ты рассказал мне достаточно, так что не можешь просто остановиться. Мне не нужно защищать детей! Я знаю, что не нужно пытаться солгать Белой Сестре – если они найдут в своих рядах предательницу. В чем я сильно сомневаюсь. Скажи мне. Я не проговорюсь.

Варт посмотрел на неё.

– Не проговоришься? Не проговоришься, если они прибьют твою руку к скамье и раздробят пальцы молотком?

Она вздрогнула.

– Я подумаю о тебе, когда они сделают подобное. Давай! Вы не могли взять приманку, не нацепив её на крючок.

Магия? Нет. Если бы Варт осмелился использовать магию, она сразу обнаружила бы это.

– Скажи! Что происходит?

– То, – жестко сказал Варт, – что впереди нас ждут вооруженные люди. Они остановят и задержат нас, пока не пребудет следующая за нами карета. А потом тебя увезут. Так что жди. Ты – ценна. Ты – именно то, что они хотят. Будешь вести себя хорошо и все, скорее всего, обойдется. Я – бесполезен, а потому мне, скорее всего, перережут глотку. Вот что происходит.

Глава четырнадцатая
Засада

Место для засады было замечательным. Дорога тянулась вдоль пологого хребта, больше похожего на невысокий каменный вырост посреди ландшафта. По обе стороны тянулось болото, поросшее тростником и камышами. Саксон не смог бы провести телегу по такой почве, вне зависимости от того, как далеко протянулось болото. Следующий хребет, лежащий впереди, был немного выше, а на западе мелькала грива еще одной возвышенности, густой кустарник скрывал её от посторонних глаз. Идеально.

Варт потянул поводья, и телега начала останавливаться. Примерно в пятидесяти шагах перед ними преградив дорогу растянулись в линию вооруженные головорезы. Пятеро из них деловито крутили что-то в руках, словно работали с мехами или насосами. Однако, Изумруд быстро поняла, что они подкручивают арбалеты. Прямо перед ними привстали на стременах лучники. Позади всех стоял человек, державший лошадей. Седьмой из шайки оставался с краю, сложив руки на груди. Очевидно, этот был здесь главным.

С севера, отставая от них примерно на то же расстояние, к ним приближался другой экипаж. Ловушка захлопнулась.

Арбалетчики закончили натягивать тетивы и подняли оружие. По команде своего предводителя, каждый из них достал стальную стрелу и установил её на арбалет. Вид заряженного оружия, нацеленного прямо на неё, заставил кожу Изумруд покрыться мурашками.

– Как далеко они бьют?

– Дальше, чем мы находимся. Но придется тщательно прицелиться.

Голос Варта звучал тонко, его румянец совсем исчез. Сейчас мальчик казался бледным, словно полотно. Еще одна команда, и мужчины подняли свои арбалеты, прижимая оружие к щекам и готовясь стрелять. У них были мечи, стальные нагрудники и шлемы в виде стальных шляп с широкими полями. Строй двинулся вперед. Перед глазами Изумруд предстала картина – один из них спотыкается и случайно нажимает на спусковой крючок... И она ничего не могла с собой поделать.

Главный держался позади, стараясь оставаться вне линии огня. Его красный плащ выглядел ярко и великолепно. Шлем мужчины был более замысловатым, чем у подчиненных – с выступами, прикрывающими щеки и затылок. Это был крупный мужчина с кустистой бородой, вооруженный лишь мечом да кинжалом.

– Траск, – хрипло прошептал Варт. Развернувшись, он потянулся к скамье.

– О, нет! – пробормотала Изумруд, а увидев, что Варт вытащил меч, повторила многократно. – Нет, нет...

Парень смотрел на противника с ненавистью в глазах. Зубы его были оскалены, словно у разъяренной собаки. В конце концов, у него хватило ума держать меч спрятанным. Как можно дальше.

– Варт, ты – безумец! Выкинь это из головы! Прямо сейчас! Сейчас же, пока они еще не пришли! Стоит тебе показать эту штуку, и они быстренько нашпигуют тебя болтами!

Её протесты не принесли результата. Варт словно совершенно оглох. Мужчины! Почему мужчины всегда считают, что насилие способно решить все проблемы?

– Варт, прошу! Они в броне, а ты – нет. Даже не будь у них луков – их учили пользоваться мечами. У тебя нет шанса даже против одного из них. Не то что против шестерых.

Она слышала, как приближается догоняющая их карета. Траск и его арбалетчики будут на месте первыми.

– Беги, Варт. Брось меня и телегу. И просто беги! Спрячься в кустах...

– Бежать? Бежать от арбалетчиков? Бежать от всадников?

Он не стал заканчивать. Бежать через болото? Возможно, с этим он мог бы справиться.

– По крайней мере, выбрось этот старый убогий меч. Будь вежлив и не раздражай их. Может быть тогда они оставят тебя в живых. Может, они просто бросят тебя здесь и возьмут меня. Со мной все будет хорошо – ты сам так говорил. А потом ты выберешься и... и...

Это не сработало. Варт все еще скалился, не отводя глаз от старого врага.

– Теперь видишь, почему я не хотел рассказывать тебе? Видишь, почему мне было строго приказано молчать? Если ты скажешь хоть слово, хоть намекнешь на то, что они должны были найти тебя – мы оба – падаль.

– Да, Варт. Прости, что не верила тебе.

– В конце концов, у тебя есть шанс.

– Как и у тебя, если ты просто выкинешь свой меч. Сейчас. Прошу, спрячь его и сядь на телегу. Не дай им разглядеть в тебе угрозу, Варт! Будь послушен, прошу тебя!

Внезапно, перед её глазами предстала картина – болт, пронзивший голову мальчика и пришпиливший его к бочке с чесноком. А ведь по ошибке стрелок вполне мог задеть её.

– А что до Траска, так я уже приговорен к смерти.

Его голос стал походить на рычание. Прежде, Изумруд никогда не видела истинного лица человеческой ненависти – сейчас, когда Варт выглядел вот так, она больше не могла думать о нем, как о мальчике. Его единственным шансом спастись все еще было показаться разбойникам безвредным. Внезапно, в её уши ворвался пронзительный визг странного волшебства. Он исходил от маршала и его людей. От каждого из них, на сколько она могла различить.

– Стоять, – рявкнул Траск.

Его маленький отряд замер в футе перед носом Саксона. Двое стояли слева и трое – справа. Так они могли стрелять и в лошадь, и в пассажиров. Скрип и стук копыт за спиной стихли. Карета остановилась. Лошади заржали, приветствуя друг друга.

Изумруд рискнула взглянуть назад и была удивлена, увидев там фиолетового монстра Муртер, запряженного четырьмя пегими лошадьми. Один из лакеев открыл дверь и спустился по ступенькам. Вооруженная охрана слезла с крыши. Варт с его ржавым мечом был в абсолютном меньшинстве.

Траск прогуливался по краю дороги, оставаясь подальше от линии огня арбалетчиков. Где-то со стороны Варта.

– Спускайтесь, оба.

Изумруд поспешила повиноваться, но Варт окликнул её.

– Оставайся на месте. По какому праву ты останавливаешь путников на королевской дороге, толстяк?

Траск показал желтые зубы.

– Потому что могу, креветочка. А теперь – слезай, иначе, мои люди... а? – он сделал шаг вперед, внимательнее вглядываясь в Варта. Он был таким высоким, а телега – такой маленькой, что мужчине приходилось смотреть вниз, а не вверх. – Вот так-так! Да это братец-менестрель, наглый вор! Хорошо, хорошо!

Его ревущий смех заставил Изумруд похолодеть.

Варт посмотрел назад, и девушка последовала его примеру.

Как и Траск.

Доктор Скуллдиггер только что вышел из кареты.

Воспользовавшись этим моментом, Варт выпрыгнул из телеги, размахивая ржавым мечом. Узнать, чем могла закончится его потасовка с мужчиной, одетым в броню и доспех, так и не удалось. Палец юноши зацепился за колесо. Боевой клич превратился в крик отчаяния, и он повалился в грязь, с грохотом, которому позавидовала бы телега, груженая бревнами. Мальчик перекатился. Его меч заскрежетал по гравию.

Изумруд пригнулась, однако, ни одна стрела не взлетела в воздух.

– Пламя! – взревел Траск. – Ты что, убить меня пытаешься?

Он сгреб Варта за плечо и одной рукой поднял в воздух, словно мальчишка весил не больше одеяла. Варт сжался, словно тряпичная кукла. Он все еще был ошеломлен своим внезапным падением, но, видимо, не сломлен.

– Смерть – слишком большая честь для тебя, ублюдок.

Траск зарычал от ярости и ударил Варта в челюсть. Кулак мужчины по величине не уступал горбушке хлеба. От такой грубости, Изумруд вскрикнула, а Варт снова упал на землю. Но Траск вытащил меч, словно собирался отрубить противнику голову, и время для причитаний прошло.

– Оставь его в покое! – неловко подобрав юбки и совершив некое подобие безумного прыжка Варта – и плевать на неудобные туфли – женщина встала между ними.

– Назад! – крикнула она, разводя руки.

Траск оскалился и выбросил вперед свободную ладонь, чтобы отодвинуть женщину в сторону. За мгновение до того, как он отшвырнул её, так же, как прежде Варта, за их спинами раздался грустный голос.

– Стоп!

От этого тихого звука гигант замер.

– Некомпетентный идиот, – зашагал вперед доктор Скуллдиггер, держась в нескольких шагах позади госпожи Муртер, которую сопровождала еще одна женщина. – М? Что вы творите, маршал? Прикажите своим людям опустить арбалеты.

Траск пролаял приказ.

– Этот кусок навоза хотел убить меня.

Своим мечом он указал на бесчувственного Варта. Этот жест пришелся так близко к колену Изумруд, что женщина отскочила в сторону. Огромный мужчина относился к доктору с мрачным почтением.

Скуллдиггер был разочарован. Он вздохнул.

– М? Я приказывал тебе обойтись без кровопролития.

Кровь все еще лилась. Изумруд опустилась на колени, чтобы осмотреть Варта. Мальчик был холоден. Изо рта текла кровь. Может быть он просто потерял зуб или разбил губу. Она не могла определить этого. Челюсть Варта опухла, словно кочан капусты. Может быть, этот опыт избавит его от некоторых привычек Увидев, как он кувыркался на кузове вагона, она не могла поверить, что мальчишка мог упасть подобным образом. Должно быть, он притворялся. Хотя женщина не могла понять, почему.

– Доктор! – крикнула она. – Этот человек ранен. Ему нужна помощь!

– Я давно знаю это отродье! – рявкнул Траск. – Он – преступник и был приговорен к виселице. А теперь – он пытался убить меня. Отдай его мне, хозяин. И я...

Доктор застонал.

– Все слуги обязательно должны быть такими идиотами? Да он вдвое меньше тебя, деточка.

Гигант грозно зарычал.

– Он бросился на меня с мечом. Вы говорили, что мы можем защищаться.

– Ба! Да он не способен причинить тебе вреда, даже если обе твоих руки будут связаны за спиной.

Кажется, Скуллдиггер уже хотел разрыдаться. Он повернулся к женщинам.

– Ну?

Муртер сохраняла молчание, глядя на всех со своим вечным высокомерием. Вторая женщина была моложе. Её даже можно было бы назвать красивой, приложи она чуть больше усилий, чтобы хорошо одеваться, расчесывать свои волосы и держать спину. Её платье и дорожный плащ некогда были хороши, но теперь выглядели старыми и поношенными, словно кто-то снял их с госпожи и отдал служанке. Сама она странно горбилась, скрестив руки на груди так, словно ежилась от холода. День был жарким. Быть может, она серьезно болела?

Незнакомка покачала головой, пробормотав нечто неразборчивое.

– Разойдись, – скомандовал Скуллдиггер. – Идем, Муртер!

– Вернулись к лошадям, – крикнул Траск, зашагав прочь вместе со своими лучниками. Госпожа Муртер двинулась к карете, задрав нос. Волшебный свист почти исчез.

– Ну? – снова потребовал доктор. Женщина поглядела мимо Изумруд, даже не встретившись с ней взглядом. Она пристально оглядела Варта, а потом развернулась и положила руку на телегу.

– Ничего, – пробормотала она.

Скуллдиггер застонал.

– Ты уверена, Сестра? Ты же помнишь, что любая неосторожность с твоей стороны будет иметь ужасные последствия?

На мгновение, в глазах женщины вспыхнул огонь, и она оскалила зубы от бешенства и ненависти. Но момент прошел и лицо её снова приобрело прежнее безнадежное выражение.

– Да, доктор. Я помню.

Казалось, страшный старик вот-вот улыбнется.

– Значит, тебе не стоит беспокоиться о том, что тебя спасут, не так ли? Сир Змей снова перехитрил сам себя. Возвращайся в экипаж.

Она повиновалась, волоча ноги так, словно все горести мира давили на её плечи. Траск вернулся, и Скуллдиггер тяжело вздохнул, хмурясь на все еще лежавшего без сознания Варта.

– Твой бессмысленный поступок вносит серьезные коррективы в мои планы. Этот мальчик не может ехать верхом, и мы не можем позволить ему истечь кровью в моей карете.

– Привяжите его поперек седла, – предложил Траск.

– Идиот. А если нас заметят?

– Этого маленького паразита приговорили к виселице годы назад. Позвольте мне повесить его. Или отрубить голову. Прошу.

Скуллдиггер жалобно вздохнул.

– Нет. Он может пригодиться в наших экспериментах. Вот что мы сделаем. Отнеси его в телегу. Положи лицом вниз... только так, чтобы он не захлебнулся в собственной крови, м? Вы проводите нас до поворота, и будете ждать телеги, как и планировалось раньше. Удостоверьтесь, что погони нет и отнесите мальчика в лодку.

– А если погоня будет? – резко спросил маршал, прищурив глаза, скрытые в тени шлема.

– Я уже приказал тебе уничтожить как можно больше людей, разве нет? Но в таком случае – ты можешь убить мальчишку первым. Это удовлетворит твою жажду крови, скотина?

– Если будет время сделать это как надо.

– На дороге не должно остаться ни единого пятнышка крови, ты меня понял?

– Да, хозяин. Ни капли.

– А теперь, мы должны поторопиться, иначе пропустим прилив, – старик обернулся, вперив свой мучительный, грустный взгляд в Изумруд. – Дай мне свой капот.

– И не подумаю! Я была бы благодарна, если бы вы объяснили мне, кто дал вам право вести себя, словно разбойники, на королевском...

– Ударь её.

Траск поднял огромный кулак.

– Нет! – воскликнула Изумруд, отшатнувшись.

– Если тебе причинят боль, – простонал доктор, – винить будешь только себя. А теперь – капот.

Изумруд сняла шляпку и протянула её доктору, не отрывая взгляда от изумленного Траска.

– А теперь, иди в карету.

– Нет. Это разбойники – ваши люди, доктор, потому что...

Она не заметила движения Траска. Вот он стоит в двух шагах поодаль, а вот – уже возвышается над ней, посмеиваясь, в то время, как сама Изумруд валяется в грязи. Голова гудела. Женщина дышала, словно выброшенная на землю рыба, все еще переживая шок от удара.

– М? А я говорил. Пошли в карету. На этот раз ты вынудишь меня заставить маршала бить тебя по ребрам, пока ты не подчинишься. Одна...

Изумруд поднялась на ноги и побрела к экипажу. Она не знала, кто возглавлял заговор против короля, но могла назвать подозреваемого. Очевидно, другая женщина была похищенной сестрой, про которую говорил Варт. Её ребенка держали в заложниках. Теперь Изумруд оказалась в той же лодке. Наживку заглотили. Но где же крючок?

Глава пятнадцатая
Рыцари, достойные памяти

Доблестный не сразу осознал возвращение сознания. Постепенно, он понял, что любые действия вызывают приступ боли. Таким образом, он оказался совершенно беспомощен. Во-первых, он лежал лицом вниз в каком-то вонючем ящике, подпрыгивая на голых досках, сквозь которые проникали лучи света. И это было единственное, что видел перед собой юноша. Во-вторых, он был связан по рукам и ногам, а вокруг его шеи затянулась петля. Из-за этого он даже не попытался сесть, боясь быть задушенным. Снять веревку он, по понятным причинам, не мог. Путы, стягивавшие его запястья, были такими тугими, что он уже не чувствовал своих рук. Если кровь не будет поступать слишком долго, они просто отомрут и сгниют. Какой прок в фехтовальщике без рук?

Челюсть и губы болели так, словно Саксон пнул его всеми четырьмя копытами. Несколько зубов было выбито, а привкус крови казался тошнотворным. Что еще хуже – рот был заткнут кляпом, закрепленным на затылке. И кто же это сделал – дайте-ка угадать? Он слышал стук копыт и, временами, разговор двух голосов. Однако, он не мог разобрать слов. Где-то рядом с ухом тренькали струны архилютни. Мальчик задыхался под грудой вонючих мешков, однако даже в самой бедной и необитаемой части Шивиаля никто не мог ездить с трупом, не вызвав вопросов.

Ну, значит он жив, хотя не слишком-то надеялся на подобное. Кажется, в данный момент такое положение дел не выглядит слишком удачным. К тому же, Траск мог изменить все в любой момент.

Хотя, руководит всем кто-то куда умнее Траска.

– Мы не должны дать врагу заподозрить, что его преследуют, – сказал ему Змей. – Поэтому мы останемся позади. Кто-то из нас может поехать вперед, иногда приближаясь к тебе. Но ты не должен обращать внимания. Не подавай вида, что узнаешь нашего человека. Каждый раз, когда выдастся шанс – разговаривай с людьми. Мы попросим паромщиков и других местных жителей вспомнить, не проезжал ли ты мимо.

План был хорош, но кто-то был слишком умен, чтобы предвидеть его. Теперь телега все еще ехала по дороге, а на скамье все еще сидели мужчина и женщина. Могло пройти много времени, прежде чем Старые Клинки поймут, что произошла подмена и Изумруд исчезла. С тех самых пор, как Бандит принял его в Гвардию, Доблестный знал, что его ждет великая опасность. Змей потратил около часа, снова предупреждая его об этом. Юноша знал все это, но никогда по-настоящему не верил. Не так, как поверил сейчас. В то утро его совершенно ослепила перспектива грядущих приключений.

***

Он оставил Айронхолл, совершенно опозоренный. Ему даже пришлось спрятать лицо, чтобы избежать недоверчивых взглядов новичков, оказавшихся рядом. Спасибо Бандиту и Великому Магистру – никого из выпускников не оказалось поблизости. Однако, сам Бандит был у ворот, разговаривая с Клинками, охранявшими их. Сам он даже не оглянулся, когда юноша проскользнул мимо, однако, некоторые из рыцарей хмуро посмотрели ему вслед, отпуская резкие замечания о беглецах и трусах. Это был не слишком приятный момент.

Но стоило юноше оказаться в одиночестве на болотах Старкмура, как прежнее веселое расположение духа вернулось к нему. Надежды на приключения делали его походку непринужденный. Легкий ветерок колыхал полы его плаща. Он мчался по пыльной дороге, то срываясь на бег, то снова переходя на шаг. Его почти не заботил вес лютни, болтавшейся на спине, как и голод, терзавший живот. Раньше, юноша никогда не заходил в Брум Тарн. Спустя около получаса, он свернул на короткую дорожку, огибавшую Рокхип. На другой стороне утеса, скрываясь от чужих глаз, паслись на жесткой траве две лошади. Человек, лежавший на спине неподалеку, казалось, наблюдал за ястребами, скользившими в голубом небе. Однако, судя по всему он успевал приглядывать и за конями. Когда Варт показался в поле видимости, лошади вскинули головы. Человек вскочил на ноги.

Он зашагал навстречу, протянув руку. Одежда мужчины была ничем непримечательной, можно даже сказать, потрепанной, однако на рукояти меча, висевшего на боку, виднелся кошачий глаз. Это был не просто Клинок. Варт отчаянно надеялся, что мужчина окажется именно тем, за кого его принял юноша – сиром Змеем, заместителем командующего Королевской Гвардии в первые годы, которые Доблестный провел в Айронхолле. Позже, Клинка посвятили в рыцари и освободили, а затем – призвали назад, чтобы тот возглавил отряд добровольцев, именуемый Старыми Клинками. Имя, выбранное им многие годы назад, все еще подходило ему. Он был худощав, с острым, похожим на клинок, носом и тонкими усами. Они говорили, что Змей умен. Умен, как целый лес лисиц. Он не стал называть свой меч чем-нибудь банальным, вроде Ядовитого Клыка. Нет. Он назвал свое лезвие Невидимкой. И это многое говорило о нем.

Глаза мужчины сверкнули, когда он сжал руку Варта и похлопал его по плечу.

– Я рассчитывал на тебя, – сказал он. – Никогда не думал, что ты подведешь нас. Добро пожаловать в Клинки, брат.

Он рассмеялся, словно наслаждаясь летним утром.

– И добро пожаловать в самые молодые из всех Клинков, Старые Клинки, Клинки несвязанные! У меня есть для тебя работа, от которой волосы дыбом встанут!

В устах мужчины это прозвучало, словно величайшее благо. Он двинулся мимо лошадей. О, что за лошади это были! Сам король едва ли ездил на лучших!

– Я принес тебе меч. Боюсь, не с кошачьим глазом, однако, скоро у нас будет для тебя оружие. Клинок не может разгуливать безоружным, словно крестьянин.

– Это очень любезно с Вашей стороны, сир Змей.

– О, юноша, оставь эту гору манер для более подходящих случаев. Теперь ты – один из нас. Будешь звать меня "Змей" или "Брат". Понял? В мешках у седла лежит еда. Можешь поесть, пока мы будем ехать. Короля мы зовем "сир" в лицо и "Толстяк", когда его нет рядом. Бандита – "Предводитель". Показывай манеры Дредноуту или Великому Магистру, если так хочется. Но никогда не давай титулов мне. А теперь... – на некоторое время, он замолчал. – И Дюрандалю. Его мы чтим потому, что он самый лучший из нас. Никому другому. А теперь – усаживай в седло свою нежную молодую задницу, нам предстоит проехать через весь Шивиаль, прежде, чем мы найдем постель на ночь. Да, как только мы выдвинемся, я расскажу тебе все о твоем деле.

Мужчина закинул ногу в стремя, а затем снова остановился.

– Мне сказали, они звали тебя Варт. Кем ты желаешь быть теперь – Вартом или Доблестным?

– Варт будет уместнее. Змей, назови меня Доблестным, когда я вернусь с победой.

Мгновение, мужчина изучал его своими блестящими глазами.

– Ты можешь заслужить это уже на следующей неделе.

– Тогда, будешь звать меня Доблестным на следующей неделе, – сердито сказал мальчик и вскочил в седло. Он хотел, чтобы все они прекратили рассказывать ему об опасности и, наконец, перешли к делу!

***

Если в тот день они не проехали всего Шивиаля, то точно миновали большую его часть. Они скакали по дорогам на самых лучших лошадях, которых когда-либо встречал Доблестный. До этого путешествия он был куда более высокого мнения о своих навыках верховой езды. Но Змей был куда лучше. Примерно раз в час они меняли лошадей, забирая коней курьеров Короля – лучших скакунов во всем мире. По дороге, Змей посвятил юношу в план.

– Конечно, это риск, – подтвердил он. – Однако мне кажется, мы предусмотрели почти все.

Он не смог предугадать Траска.

Да, Доблестный ошибся. Он разбрасывал деньги в Трех Дорогах. Это было глупое ребячество. Именно такой промах мог предупредить их врагов о том, что он не тот, кем притворяется. Кроме того, ему не стоило говорить Изумруд про её роль приманки. Но он все еще мог сделать все правильно. Если бы не Траск. Этот боров был худшим из всех возможных стечений обстоятельств. И подобное невозможно было предсказать.

Он отлично помнил тот день в замке Фирнисс. Там, по дороге в уборные, Траск поклялся поквитаться с ним. Он собрал дюжину людей, чтобы те полюбовались на веселую картину. Публичные казни всегда собирали народ, а тут... никто прежде не видел, чтобы вора казнили столь изощренным способом. От шуточек отбоя не было.

Когда они добрались до места, кто-то загородил дорогу. Борода мужчины была седой, а лицо – покрыто морщинами. Но навершие клинка украшал кошачий глаз, а бриллиантовая звезда на камзоле говорила, что её владелец в почете у короля.

– Шутка не слишком хороша, маршал, – тихо сказал Винсент. – Развяжи мальчика. Я забираю его подальше от тебя.

Траск ответил градом ругательств. Тогда, Винсент положил руку на рукоять меча, и толпа стихла.

– Еще одно оскорбление – и ты заплатишь за это. А если ты заставишь меня обнажить оружие – то умрешь первым. Это я тебе обещаю.

Этого было достаточно. Вот что значило быть Клинком. Даже седобородым Клинком, вставшим лицом к лицу с десятком молодых вооруженных парней. Траск поклялся рассказать о происшествии барону. Который, в конце концов, явился самолично и двинулся за ними следом. Вплоть до самых ворот он тащился за Винсентом, крича:

– Арестовать его! Верховный судья здесь я! Это – восстание против мира короля! Я буду жаловаться в тайный совет!

Снова и снова. Он выглядел ничтожно со своими кривыми ногами и тонким голосом. Сир Винсент не обращал на него внимания и ни один человек не посмел вмешиваться в дела Клинка.

Все еще не в силах поверить в такой поворот своей судьбы, Ват Хеджбери, ученик менестреля, шагнул из ворот, сжимая в руках лютню, из-за которой чуть не погиб. В руках, все еще не прекращавших дрожать. Там, за воротами замка, их уже дожидался слуга Винсента, держащий под уздцы двух лошадей. Рыцарь отдал лютню своему человеку и втянул мальчика на собственную лошадь, хотя тот все еще вонял. Сказывалось ночное восхождение по канализации.

Прежде, чем Винсент успел пришпорить своего коня, со стороны зубчатых стен донесся голос Траска:

– Не мечтай, что так просто уйдешь, вор! Ты не сможешь вечно прятаться за этой старой развалюхой. В один прекрасный день, я поймаю тебя и воздам по заслугам.

Винсент взглянул на своего коня.

– Хочешь спуститься и повторить?

– Иди, пока можешь, старик. Мы спустим на тебя собак. И не удивляйся, когда твое серебро начнет пропадать, раз решил взять это отродье с собой. Настанет день и мы вытянем ему шею.

– Не будь так в этом уверен, – рявкнул Винсент, первый раз повысив голос. – Мальчики вырастают. Возможно, когда вы встретитесь в следующий раз, придет его очередь шутить.

Он пнул ногами бока лошади, и оба скакуна двинулись по дороге. В течение часа бандиты Траска гнались за ними, держась на расстоянии. Они выкрикивали угрозы и оскорбления.

***

Прежде, чем Ват Хеджбери смог заговорить, они умчались на лиги от Фирнисса. И он произнес лишь:

– Спасибо, сир.

Руки мальчика все еще тряслись. Старик не смотрел по сторонам.

– Ты принес мне больше удовольствия. Этот маленький эпизод доставил мне массу приятных мгновений. Давно я так не веселился. И ты заслужил этого.

Рыцарь не стал пояснять последние слова. В первом же имении Истфара его новый друг тщательно вымыл мальчишку и облачил его в новую одежду. Он приказал сжечь все старое и, возможно, даже то, что принадлежало ему самому. Именно там, вкушая еду рядом с мальчиком на скромной фермерской кухне, Винсент впервые произнес магическое название "Айронхолл".

– Ты необыкновенно ловкий, – говорил он. – И, наверняка, смелый. А еще – не обделен чувством справедливости. Из тебя вышел бы прекрасный Клинок на службе короля.

Будущий Доблестный рассмеялся, думая, что рыцарь шутит. Старик улыбнулся, зная, что юноша понимает его не верно.

– Овейн был твоим родственником?

– Нет, сир.

– У тебя вообще есть семья?

Варт затряс головой, жуя хлеб и запивая его холодным молоком.

– Сколько тебе?

– Почти тринадцать, господин.

– Почти может быть достаточно. Нам нужно отвезти тебя куда-то, где эти люди тебя не достанут. Барон – просто пустобрех, но вот Траск – чистая змеюка. Он помнит обиды. Некоторые – очень долго. Ты действительно всю жизнь хочешь быть менестрелем? Петь для богачей, протянув шляпу за серебряным пенни? Спать в стойлах, бродить в рваных сапогах зимой? Ты не желал бы сам стать одним из дворян?

И Ват – он постоянно вспоминал тот ошеломляющий момент – прекратил жевать и недоверчиво уставился на Винсента. Ведь именно тогда он понял, что этот разговор – не просто шутка богача.

Рыцарь вздрогнул.

– Закрой рот, малыш!

Едва не подавившись, он проглотил еду и выпалил:

– Я?

– Ты...

– Дворянин? Это возможно?

– Я бы сказал, что возможно даже стать правой рукой короля. Хочешь, я отвезу тебя в Айронхолл. Великий Магистр примет тебя, обещаю... Ты слишком хорош, чтобы потерять тебя.

Винсент усмехнулся в ответ на недоверчивый взгляд мальчишки.

– Погода хорошая и они не ждут, что я вернусь в Валглориос в ближайшие дни. Так что мы можем выехать прямо сейчас. Если ты хочешь.